Постановление от 30 января 2020 г. по делу № А40-180711/2019

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-65418/2019

Дело № А40-180711/19
г. Москва
30 января 2020 года
Резолютивная часть постановления объявлена 23 января 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 30 января 2020 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи И.В. Бекетовой,

судей:

ФИО1, С.Л. Захарова,

при ведении протокола

секретарем судебного заседания ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Испытательная лаборатория «Контроль-тест»

на решение Арбитражного суда г. Москвы от 17.09.2019 по делу № А40-180711/19, принятое судьей Е.А. Вагановой,

по заявлению ООО «Испытательная лаборатория «Контроль-тест» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

к Управлению Федеральной антимонопольной службы по г.Москве (ИНН <***>, ОГРН1037706061150)

третье лицо: ГБУЗ «ГКБ им. С.С. Юдин ДЗМ»,

о признании незаконным решения

при участии:

от заявителя:

ФИО3 по дов. от 08.08.2019; ФИО4 по дов. от 08.07.2019;

от ответчика:

не явился, извещен;

от третьего лица:

не явился, извещен;

У С Т А Н О В И Л:

ООО «Испытательная лаборатория «Контроль-тест» (заявитель, общество) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы по г. Москве (далее — антимонопольный орган, Московское УФАС России) об оспаривании решения от 22.04.2019 по делу № 077/10/19-1967/2019 о проведении проверки по факту одностороннего отказа от исполнения государственного контракта.

Решением от 17.09.2019 Арбитражный суд города Москвы в удовлетворении заявленных требований отказал. При этом суд пришел к выводу, что в поведении общества присутствуют признаки недобросовестности.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ООО «Испытательная лаборатория «Контроль-тест» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. Ссылается, что действия общества являются добросовестными.

В судебном заседании представитель заявителя поддержал доводы апелляционной жалобы, просил отменить решение суда первой инстанции, поскольку считает его незаконным и необоснованным, и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Представители ответчика и третьего лица, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в судебное заседание не явились.

При таких обстоятельствах, с учетом своевременного размещения информации о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, суд апелляционной инстанции, руководствуясь ст. ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений п. 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ», рассмотрел дело в отсутствие ответчика и третьего лица.

Проверив законность и обоснованность решения в соответствии со ст. ст. 266 и 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд с учетом исследованных доказательств по делу, доводов апелляционной жалобы, заслушанного мнения представителя заявителя, полагает необходимым оставить обжалуемый судебный акт без изменения, основываясь на следующем.

Как установлено судом и следует из материалов дела, общество явилось победителем конкурентной процедуры. 10.05.2018 между учреждением и обществом был заключен контракт № 2772407087018000205, предметом которого, как указано выше, является оказание услуг по лабораторно-инструментальным исследованиям (производственному контролю) в учреждении.

Услуги оплачиваются по факту их оказания (п. 2.5.2 контракта). Заказчику делегировано право осуществлять контроль за объемами и сроками оказания услуг (п. 5.1.4 контракта). При этом заказчик также вправе ссылаться на недостатки услуг (также выявленные после окончания срока действия контракта), в том числе в части объема и стоимости этих услуг (п. 5.1.5 контракта).

Стороны предусмотрели, что сроки услуги должны оказываться с даты заключения контракта по 31.12.2018 (п. 3.1 контракта).

ГБУЗ «ГКБ им. С.С. Юдина ДЗМ» обратилось в Московское УФАС России о включении сведений об ООО «Испытательная Лаборатория» «Контроль-Тест» в реестр недобросовестных поставщиков в связи с односторонним расторжением государственного контракта, заключенного по результатам проведения электронного аукциона на оказание услуг по лабораторно-инструментальным исследованиям (производственный контроль) в 2018 г. (реестровый номер 0373200027418000077 от 10.05.2018), по причине ненадлежащего выполнения Заявителем условий государственного Контракта.

Решением Московского УФАС России от 22.04.2019 по делу № 077/10/19-1967/2019 сведения, представленные ГБУЗ «ГКБ им. С.С. Юдина ДЗМ» в отношении ООО «Испытательная Лаборатория «Контроль-Тест» (ИНН <***>), генерального директора ФИО5 (ИНН <***>), учредителей ФИО6 (ИНН <***>) были включены в реестр недобросовестных поставщиков сроком на два года.

Между ГБУЗ «ГКБ им. С.С. Юдина ДЗМ» (Заказчик) и ООО «Испытательная Лаборатория «Контроль-Тест» (Исполнитель) был заключён гражданско-правовой договор бюджетного учреждения № 0373200027418000077 от 10.05.2018 г. Оказание услуг по лабораторно-инструментальным исследованиям (производственный контроль) в ГБУЗ «ГКБ им. С.С. Юдина ДЗМ» в 2018 году.

28.12.2018 принято решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по причине ненадлежащего исполнения ООО «Испытательная Лаборатория «Контроль-Тест» условий контракта.

10.01.2019 указанное решение об одностороннем расторжении контракта было направлено ООО «Испытательная Лаборатория «Контроль-Тест» на почтовый адрес, и было получено адресатом 14.01.2018 г.

15.01.2019 ГБУЗ «ГКБ им. С.С. Юдина ДЗМ» разместило решение об одностороннем расторжении контракта в единой информационной системе.

Полагая решение Московского УФАС России от 22.04.2019 о включении ООО «Испытательная Лаборатория «Контроль-Тест» в реестр недобросовестных поставщиков сроком на два года, незаконным, ООО «Испытательная лаборатория «Контроль-тест» обратилось в суд с заявлением.

В соответствии с ч. 4 ст. 200 АПК РФ, ст. 13 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в круг обстоятельств, подлежащих установлению при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных актов, действий (бездействия) госорганов входят проверка соответствия оспариваемого акта закону или иному нормативному правовому акту, проверка факта нарушения оспариваемым актом, действием (бездействием) прав и законных интересов заявителя, а также соблюдение срока на подачу заявления в суд.

Сроки, предусмотренные ч. 4 ст. 198 АПК РФ, суд первой инстанции обоснованно счел соблюденными.

Принимая оспариваемое решение, суд первой инстанции, вопреки доводам апелляционной жалобы, полно и всесторонне исследовал имеющие значение для правильного рассмотрения дела обстоятельства, правильно применил и истолковал нормы материального и процессуального права и на их основании сделал обоснованный вывод об отсутствии совокупности необходимых условий для удовлетворения заявленных требований.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

Согласно п. 2 постановления Правительства Российской Федерации от 26.08.2013 № 728 ФАС России является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление контроля в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд и согласование применения закрытых способов определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей) (за исключением полномочий на осуществление функций по контролю (надзору) в сфере государственного оборонного заказа и в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения федеральных нужд, которые не относятся к государственному оборонному заказу и сведения о которых составляют государственную тайну, и по согласованию применения закрытых способов определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей) в случаях закупок товаров, работ, услуг, необходимых для обеспечения федеральных нужд, если сведения о таких нуждах составляют государственную тайну, а также закупок товаров, работ, услуг, сведения о которых составляют государственную тайну, для обеспечения федеральных нужд при условии, что такие сведения содержатся в документации о закупке или в проекте контракта).

Арбитражный апелляционный суд исходит из того, что включение сведений о лице в реестр недобросовестных поставщиков является санкцией за недобросовестное поведение данного лица, выразившегося в уклонении от заключения контракта.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлениях от 30.07.2001 № и от 21.11.2002 № 15-П разъяснил, что при привлечении лица к публично-правовой ответственности государственным органом должна быть установлена вина этого лица в нарушении закона. Применяемые государственными органами санкции должны отвечать требованиям Конституции Российской Федерации, в том числе соответствовать принципу юридического равенства, быть соразмерными конституционно защищаемым целям и ценностям, исключать возможность их произвольного истолкования и применения.

Включение хозяйствующего субъекта в реестр недобросовестных поставщиков является мерой государственного принуждения, применяемой к лицу, совершившему правонарушение (уклонение от заключения контракта), влекущей возложение на него неблагоприятных последствий (невозможность участвовать в размещении заказов), то есть является мерой юридической ответственности.

Следовательно, включение лица в реестр недобросовестных поставщиков невозможно без установления его вины, выражающейся в сознательном уклонении от заключения контракта, основанием для включения в реестр является только такое уклонение, которое предполагает недобросовестное поведение лица.

Проверка по факту уклонения от заключения государственного контракта, проведенная формально, без установления вины лица и исследования всех обстоятельств не соответствует положениям действующего законодательства.

Доводы заявителя о неисполнимости условий контракта, о его скоротечности, о несогласии с положениями документации, суд обоснованно расценил критически, поскольку своим правом оспорить положения документации до окончания срока подачи заявок общество не воспользовалось.

Участник закупочной процедуры, изначально подавая заявку на участие в торгах, соглашается со всеми ее условиями в силу ст. 8 ГК РФ.

Кроме того, такой участник должен осознавать, что он вступает в публично-правовые отношения, связанные с расходованием бюджетных средств на реализацию публичных экономически и социально значимых нужд, что предполагает значительно большую ответственность сторон в этих правоотношениях, в отличие от тех правоотношений, которые основаны исключительно на частно-правовых началах.

Риски, сопутствующие предпринимательской деятельности (ст. 2 ГК РФ) и возникающие вследствие ненадлежащего исполнения принятых на себя обязанностей подрядчик несет самостоятельно.

Исходя из положений ст. 783 ГК РФ к договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде, в связи с чем, в контексте правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Президиума от 08.02.2011 № 13970/10, условия о предмете, цене контракта, периоде выполнения работ по договору, а также содержании и объеме работ о договору относятся к существенным условиям договора возмездного оказания услуг.

Согласно ч. 8 ст. 95 Закона о контрактной системе расторжение контракта допускается по соглашению сторон, по решению суда, в случае одностороннего отказа стороны контракта от исполнения контракта в соответствии с гражданским законодательством.

В соответствии с ч. 9 названной статьи закона заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным ГК РФ для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено контрактом.

Так, в частности, согласно письму от 26.10.2018 № 02-5177/18, представленная обществом документация от 22.10.2018 (акт выполненных работ № 11Т от 15.08.2018), вопреки требованиям п. 1.1 контракта, не содержала документов, подтверждающих оказание услуг (протоколов и экспертных заключений). Таким образом, акт от 22.10.2018 не был подписан и согласован учреждением.

В письме от 19.10.2018 № 02-5641/18 учреждение сообщило обществу, что, вопреки требованиям п. п. 2.5.2, 4.1 контракта, комплект отчетной документации и акт оказанных услуг на сумму 775 889 руб. не поступал и просило представить указанные документы.

Доказательств, подтверждающих устранение указанных недостатков, обществом не представлено. Действия заказчика, равно как и его решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, обществом в установленном законом порядке не оспаривалось. Законность этих действий и указанного решения презюмируются.

При таком положении представленные заявителем в материалы дела протоколы лабораторных исследований сами по себе доказательствами надлежащего исполнения обществом требований контракта не являются (тем более оформленные в одностороннем порядке должностными лицами заявителя).

Из совокупного толкования ч.ч. 8, 9 ст. 95 Закона о контрактной системе закупок, ст. ст. 450, 782 ГК РФ следует, что основанием для одностороннего расторжения государственного контракта на возмездное оказание услуг является существенное нарушение одной из сторон своих обязательств по этому контракту в случае, если возможность такого расторжения была предусмотрена государственным контрактом и заказчиком возмещены исполнителю фактически понесенные им расходы.

Исходя из правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении № 25 от 23.06.2015, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Из материалов дела следует, что какого-либо содействия заказчику в ходе исполнения контракта общество не оказывало; содержательную переписку не вело, услуги надлежащим образом не оказывало. Итоговый результат, то есть конечная цель проведения конкурентной закупки, не была достигнута. Заказчик не получил того, на что рассчитывал, проводя упомянутую процедуру.

Оценив в порядке ст. 71 АПК РФ приведенные фактические обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу, что заявителем предприняты необходимые и разумные меры с целью исполнения государственного контракта в полном объеме, в поведении общества присутствуют признаки недобросовестности.

Суд апелляционной инстанции поддерживает указанные выводы суда и отмечает следующее.

В соответствии ч. 2 ст. 104 Закона о контрактной системе реестр недобросовестных поставщиков включается информация об участниках закупок, уклонившихся от заключения контрактов, а также о поставщиках (подрядчиках, исполнителях), с которыми контракты расторгнуты по решению суда или в случае одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта в связи с существенным нарушением ими условий контрактов.

В свою очередь, в силу абз. 4 п. 2 ст. 450 ГК РФ существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Таким образом, из совокупного толкования ч.ч. 8, 9 ст. 95 Закона о контрактной системе закупок, ст.ст. 450, 715 ГК РФ следует, что основанием для одностороннего расторжения государственного контракта на выполнение работ является существенное нарушение одной из сторон своих обязательств по этому контракту в случае, если возможность такого расторжения была предусмотрена государственным контрактом.

Основания для расторжения контракта установлены в п. 8.1.1 данного документа. К их числу отнесены факты оказания услуг ненадлежащего качества (п. 8.1.1.1), неоднократное (от двух и более раз) нарушение сроков и объемов оказания услуг (п. 8.1.1.2), а также если исполнитель не приступает к исполнению контракта в установленный срок, или нарушает график оказания услуг, или оказывает услуги так, что окончание их оказания к установленному сроку становится явно невозможно, либо в ходе оказания услуг стало очевидно, что они не будут оказаны надлежащим образом в установленный контрактом срок (п. 8.1.1.3).

В соответствии со ст. 308 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований — в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно ч. 1 ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных названным кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

В силу ч. 3 ст. 715 ГК РФ если во время выполнения работы станет очевидным, что она не будет выполнена надлежащим образом, заказчик вправе назначить подрядчику разумный срок для устранения недостатков и при неисполнении подрядчиком в назначенный срок этого требования отказаться от договора подряда либо поручить исправление работ другому лицу за счет подрядчика, а также потребовать возмещения убытков.

Неоднократно установив, что услуги оказываются ненадлежащим образом, учитывая, что для заказчика стало очевидным, что к 31.12.2018 услуги не будут оказаны в полном объеме и надлежащим образом, последний принял законное и обоснованное решение о расторжении контракта, оформленное письмом от 28.12.2018 № 02-6566/18.

Доводы заявителя о том, что акушерский стационар учреждения был закрыт на санитарную обработку в период с 02.07.2018 по 15.07.2018, то есть во время проведения первого этапа оказания услуг, судом расцениваются критически, поскольку ни в переписке с заказчиком, ни при рассмотрении дела в антимонопольном органе, заявитель не ссылался на данные обстоятельства как на препятствующие своевременному, полному и надлежащему оказанию услуг.

Процедуру расторжения контракта антимонопольный орган обоснованно счел соблюденной.

Следует отметить, что решение учреждения о расторжении контракта принято в пределах срока его действия (28.12.2018).

Ссылка заявителя на положения ст. 95 Закона о контрактной системе, ст. 450 ГК РФ, отклоняется, поскольку наличие у общества претензий в отношении неоплаченных услуг не препятствует заказчику ни расторгнуть контракт, ни обратиться в антимонопольный орган с заявлением о включении сведений об исполнителе в реестр недобросовестных поставщиков.

Даже в случае принятия позиции заявителя о совершении заказчиком действий по расторжению контракта за пределами срока его действия, следует признать, что такие действия не нарушают требования Закона о контрактной системе.

Кроме того, согласно ч. 1 ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ, другими законами и иными правовыми актами.

В силу ч. 1 ст. 450.1 ГК РФ предоставленное названным кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено упомянутым кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В соответствии с ч. 2 приведенной нормы права в случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

Таким образом, из совокупного толкования приведенных норм гражданского законодательства Российской Федерации следует возможность одностороннего отказа от исполнения контракта по правилам, установленным иным законодательством Российской Федерации.

В то же самое время, нормы Закона о контрактной системе закупок являются специальными по отношению к гражданскому законодательству Российской Федерации, а потому применению в спорных правоотношениях подлежат именно нормы специального законодательства.

Так, Закон о контрактной системе закупок устанавливает специальный порядок расторжения государственного контракта, определенный ст. 95 Закона о контрактной системе закупок и заключающийся в возможности заказчика отказаться от его исполнения только при наличии достаточных к тому оснований.

Приведенный правовой подход наиболее полно соответствует принципу эффективности осуществления закупок (ч. 1 ст. 12 названного закона), а также направлен на защиту участника закупки как более слабой стороны в рассматриваемых правоотношениях. При этом, положения ст. 95 Закона о контрактной системе ориентированы на предоставление участнику закупки возможности устранить выявленные заказчиком нарушения в целях урегулирования возникшего спора без применения к такому участнику мер публично-правовой ответственности (ч. 14 ст. 95 названного закона).

При предложенном же заявителем правовом подходе о недопустимости применения мер ответственности в случае неисполнения государственного контракта с истекшим сроком действия, положения приведенных норм права утрачивают свое действие в случае скоротечного исполнения контракта, поскольку заказчик окажется не в состоянии осуществить его расторжение с предоставлением участнику всех процессуальных гарантий защиты, предусмотренных ст. 95 Закона о контрактной системе закупок.

Таким образом, применительно к Закону о закупках в контексте одностороннего расторжения контракта речь идет о возможности применения к участнику мер публично-правовой ответственности за неисполнение своих обязательств по контракту и, тем самым, срыва государственного заказа и неэффективного расходования бюджетных средств, но не о расторжении заказчиком контракта как об отказе им от неисполняемых обязательств со стороны его контрагента в контексте гражданского законодательства Российской Федерации. В этой связи в соответствии с положениями Закона о контрактной системе закупок допустимо расторжение государственного контракта, по которому на момент принятия заказчиком соответствующего решения не исполнены обязательства со стороны участника закупки, вне зависимости от срока действия контракта.

Обратное приведет к исключению рассчитанных на быстрое исполнение контрактов из сферы действия ст. 95 Закона о контрактной системе закупок, что не соответствует конституционно закрепленному принципу всеобщего равенства перед законом (ст. 19 Конституции Российской Федерации), а также балансу частных и публичных интересов (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 29.03.2011 № 2-П) и стабильности публичных правоотношений.

Исходя из правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу ч. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (п. 1).

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что в настоящем случае заявителем не были предприняты все необходимые и разумные меры с целью исполнения государственного контракта, в связи с чем включение общества в реестр недобросовестных поставщиков в настоящем случае является необходимой мерой его ответственности, поскольку служит для ограждения государственных заказчиков от недобросовестных поставщиков.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно установил, что выводы антимонопольного органа, изложенные в оспариваемом решении, являются правильными и представленным в дело доказательствам соответствуют.

Оценивая приведенные заявителем доводы следует признать, что эти доводы направлены не на защиту заявителем своих нарушенных прав и законных интересов, а исключительно на изыскание всевозможных способов добиться отмены решения уполномоченного органа. Между тем, такое желание заявителя не обуславливает незаконность оспариваемого акта и не может являться основанием к удовлетворению заявленного требования в контексте ст.ст. 198, 200,201 АПК РФ.

Из изложенного следует, что заявитель был правомерно признан нарушившим Закон о контрактной системе и сведения о Заявителе были включены в реестр недобросовестных поставщиков.

Следовательно, в данном случае отсутствуют основания, предусмотренные ст. 13 ГК РФ и ч. 1 ст. 198 АПК РФ, которые одновременно необходимы для признания ненормативного акта органа, осуществляющего публичные полномочия, недействительным, а решения или действия незаконными.

Доводы апелляционной жалобы свидетельствуют об ином толковании заявителем норм права, что не опровергает правильные выводы суда первой инстанции и не свидетельствует о судебной ошибке.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции полагает, что суд первой инстанции принял законное и обоснованное решение, полно и правильно установил обстоятельства дела, применил нормы материального права, подлежащие применению, и не допустил нарушения процессуального закона, в связи с чем, оснований для отмены или изменения судебного акта не имеется.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных ч. 4 ст. 270 АПК РФ и влекущих безусловную отмену судебного акта, коллегией не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда города Москвы от 17.09.2019 по делу № А40-180711/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.

Председательствующий судья: И.В. Бекетова

Судьи: С.Л. Захаров

ФИО1

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.