Постановление от 17 января 2024 г. по делу № А41-65250/2020

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-21830/2023

Дело № А41-65250/20
17 января 2024 года
г. Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 11 января 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 17 января 2024 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Терешина А.В.,

судей: Епифанцевой С.Ю., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании:

от ФИО2 - ФИО3, представитель по доверенности от 02.09.2021,

от ООО «ОйлГрупп» - ФИО4, представитель по доверенности от 01.09.2021,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 12.09.2023 по делу № А41-65250/20,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 16.11.2021 по делу №А41-65250/20 в отношении ФИО5 (дата рождения 04.04.1967 г., <...>, адрес: <...>; ИНН <***>) введена процедура реализации имущества гражданина.

Финансовым управляющим утвержден ФИО6.

Определением Арбитражного суда Московской области от 01.02.2022 признаны обоснованными и включены требования ФИО2 в размере 2 620 810 руб., проценты за пользование займом в период с 03.05.2019г. по 16.12.2020г. в размере 1 279 529 руб. 70 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в период с 03.05.2019г. по 26.12.2020г в размере 256 038 руб. 58 коп., а также понесённые расходы по уплате государственной пошлины в размере 28 982 руб., всего 4 185 360 руб. 28 коп. - в третью очередь реестра требований кредиторов должника ФИО5.

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании сделки (цепочки мнимых сделок) недействительной, а именно: договор поставки нефтепродуктов №2018/03/6 от 27.03.2018 , договор поручительства №02/18 от 03.05.2018, договор залога транспортных средств от 02.08.2018, договор залога недвижимости от 27.03.2019 и применении последствий недействительности сделок в виде исключения из реестра требований кредиторов Должника суммы требований ООО «ОйлГрупп» в размере 22 720 024,30 руб.

Определением от 12.09.2023 Арбитражный суд Московской области в удовлетворении заявления ФИО2 о признании недействительными сделками договора поставки нефтепродуктов №2018/03/6 от 27.03.2018, договора поручительства №02/18 от 03.05.2018, договора залога транспортных средств от 02.08.2018, договора залога недвижимости от 27.03.2019 и применении последствий недействительности сделок отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права.

В судебном заседании представитель ФИО2 заявил ходатайство об истребовании доказательств.

Согласно пункту 4 статьи 66 АПК РФ арбитражный суд вправе истребовать доказательство от лица, у которого оно находится, по ходатайству лица, участвующего в деле и не имеющего возможности самостоятельно получить это доказательство.

При этом суд учитывает, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, и вправе отказать в удовлетворении такого ходатайства.

В настоящем случае суд пришел к выводу о возможности рассмотреть дело на основании имеющихся в деле доказательств.

С учетом предмета заявленных требований и круга обстоятельств, подлежащих исследованию, а также иных представленных в материалы дела доказательств, оснований для удовлетворения указанного ходатайства у суда не имеется.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте "Электронное правосудие" www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 АПК РФ.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В обоснование заявленных требований кредитор ссылается на то, что в период предшествующий банкротству ФИО5(в 2018-2019 годах) знал об имеющихся у него кредиторской задолженности, а именно, задолженностям по договорам (в основном кредитных и займа) с ООО «ВСК-Трейд», ООО МКК «Выдающиеся Кредиты», ПАО «Сбербанк», АО «МСП Банк», ПАО «МКБ», АО «Альфа-банк», ПАО Банк «ВТБ», ПАО Банк «Зенит», ООО «Комплекс-Ойл», ФИО2, однако с целью невозврата указанной кредиторской задолженности, ФИО5 были осуществлены действия по заключению мнимых договоров с ООО «ОйлГрупп».

ФИО2 полагает, что в указанный период должник - ФИО5 обладал сведениями о своей неплатежеспособности, однако осуществлял действия по сокрытию данных сведений от добросовестных кредиторов.

Наличие иных кредиторов, помимо ООО «ОйлГрупп» на момент совершения сделки, подтверждается определениями Арбитражного суда Московской области о включении независимых кредиторов, таких как ООО «ВСК-Трейд», ООО МКК «Выдающиеся Кредиты», ПАО «Сберба нк», АО «МСП Банк», ПАО «МКБ», АО «Альфа-банк», ПАО Банк «ВТБ», ПАО Банк «Зенит», ООО «Комплекс-Ойл», ФИО2

Кроме того, по мнению заявителя, ООО «ОйлГрупп» не были представлены доказательства в действительности, свидетельствующие о реальности задолженности перед ООО «ОйлГрупп»: приложения к договору поставки нефтепродуктов, спецификации, универсальные передаточные акты, транспортные накладные, акты, платёжные поручения, банковские выписки, что указывает на неравнозначность сделки, фактически отсутствие реальности её осуществления.

В связи с вышеуказанным, заявитель полагает, что, действуя совместно, ФИО5 (ООО «ТТК Меркурий, где ФИО5 является участником с долей 100% и директором) и ООО «ОйлГрупп» совершили действия по обеспечению мнимых/притворных сделок требования ООО «ОйлГрупп» залогом, практически всем имеющимся у него имуществом, фактически вывели практически весь объём принадлежащего должнику имущества из под реализации и последующего от неё распределения денежных средств перед независимыми кредиторами должника, тем самым: преследовали цель - причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд исходит из следующего.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно.

В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Как следует из разъяснений, приведенных в п. 6 Постановления N 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Вместе с тем согласно разъяснениям, приведенным в подпункте "а" пункта 6 Постановления N 63, необходимым условием для возникновения презумпции совершения сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов является также наличие у должника признаков недостаточности имущества.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Конкурсным управляющим не представлено доказательств, что на момент заключения оспариваемого договора, должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Доказательств того, что ответчик по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве является аффилированным лицом с должником в материалы дела также не представлено.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что указанная сделка совершена без цели причинить вред имущественным правам кредиторов, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требования о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (абзац четвертый пункта 5 Постановления N 63).

Как следует из представленных в дело доказательств определением Арбитражного суда Московской области от 22.09.2021 по делу № А41- 65250/2020 27 марта 2018 года между ООО «ТТК-Меркурий» (Покупатель) в лице Генерального директора ФИО5 и ООО «ОйлГрупп» (Поставщик) был заключен Договор поставки № 2018/03/6.

В соответствии с вышеуказанным Договором Покупатель (ООО «ТТК Меркурий) обязался принимать и оплачивать нефтепродукты, поставляемые Поставщиком (ООО «ОйлГрупп»).

03 мая 2018 года стороны заключили Договор поручительства № 02/18 между ООО «ОйлГрупп» и ФИО5, обеспечивающий исполнение обязательств ООО «ТТК-Меркурий» по Договору Поставки нефтепродуктов № 2018/03/6 от 27 марта 2018 года.

02 августа 2018 года между ООО «ОйлГрупп» и ФИО5 заключен Договор залога транспортных средств № 01/18/3.

27 марта 2019 года ООО «ОйлГрупп» и ФИО5 заключили Договор залога недвижимого имущества, обеспечивающий исполнение обязательств ООО «ТТК – Меркурий».

Решением Можайского городского суда Московской области от 13.04.2020 по делу №2- 427/2020 в пользу ООО «ОйлГрупп» взыскана задолженность в сумме 22 656 024 рубля 30 копеек, расходы по уплате государственной пошлины в размере 64000 рублей, а всего 22 720 024 рубля 30 копеек, обращено взыскание на заложенное имущество.

В качестве довода о наличия у должника задолженности на дату совершения спорных сделок заявитель ограничивается перечислением всех известных кредиторов, в том числе заключенных после даты последней сделки - 27.03.2019 г., однако сами по себе кредитные договоры не свидетельствуют о сложном имущественном положении, а также о наличии актуальной кредитной задолженности.

Доказательств, подтверждающих наличие задолженности (справки банка, судебные акты на дату совершения сделок), в материалах дела не имеется, кроме того, следует учесть, что в материалах дела отсутствуют доказательства, объективно подтверждающие неплатежеспособность должника на дату совершения первой спорной сделки - 27.03.2018 г.

В то же время само по себе наличие непогашенной задолженности перед отдельным кредитором (контрагентами по сделкам, либо перед банком по кредитному договору) на определенный период также не свидетельствует о наличии у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.

Формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, не является свидетельством невозможности исполнить свои обязательства.

Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника.

Кроме того, Арбитражным судом Московской области в рамках настоящего дела в обособленном споре по заявлению конкурсного кредитора ООО «ОйлГрупп» к ФИО2 о признании сделки должника недействительной, установлено, что у должника было положительное финансовое состояние, он был платежеспособен, имелись доходы, имущество: значительный объём транспортных средств, земельный участок с находящимися на нём зданиями, доли в обществах.

Действительный перечень указанного имущества был выявлен финансовым управляющим в рамках процедуры банкротства, который в настоящий момент находится на стадии реализации.

Также заявителем не представлено доказательств осведомленности ООО «ОйлГрупп» о наличии признаков неплатежеспособности должника.

Таким образом, в результате совершения сделки не был причинен вред имущественным правам кредиторов, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требования о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности.

Ответчик не был и не мог быть осведомлен как о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, так и о противоправности цели сделки, в том числе о возможном ущемлении сделкой интересов кредиторов должника.

Указанное обстоятельство, является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требования о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности.

ООО «ОйлГрупп» не может быть отнесено к числу аффилированных лиц с должником, применительно к статье 19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статье 4 Закона от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» и статье 9 Федеральный закон от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», поскольку не входит в одну группу лиц с должником, не имело возможность каким-либо образом определять действия должника, следовательно, не могло быть осведомлено о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Материалы дела не содержат доказательств того, что ООО «ОйлГрупп» относится к лицам, прямо перечисленным в статье 19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» или к иным лицам, заинтересованность которых имеет значение при применении пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

При этом наличие между должником и ООО «ОйлГрупп» договорных отношений, не свидетельствует о наличии признаков аффилированности и заинтересованности.

Осведомленность контрагента должника о противоправных целях сделки может доказываться через опровержимые презумпции заинтересованности сторон сделки между собой, знание об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках его неплатежеспособности или недостаточности у него имущества.

При решении вопроса об осведомленности об указанных обстоятельствах во внимание принимается разумность и осмотрительность стороны сделки, требующиеся от нее по условиям оборота (пункт 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Иными словами, суду, по существу, следует оценить добросовестность контрагента должника, сопоставив его поведение с поведением абстрактного среднего участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно.

Стандарты такого поведения, как правило, задаются судебной практикой на основе исследования обстоятельств конкретного дела и мнений участников спора.

Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения подозрительно и в отсутствие убедительных доводов и доказательств о его разумности может указывать на недобросовестность контрагента должника.

Оценивая поведение участников сделки, суд не усматривает убедительных доказательств заинтересованности лиц, осведомленности ответчика как о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, так и о противоправности цели сделки, в том числе об ущемлении сделкой интересов кредиторов должника.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для признания сделки недействительной применительно к положениям статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку ФИО2 не доказан факт того, что в результате сделки причинен вред имущественным правам кредиторов, отсутствием как аффилированности сторон, так и факта того, что должник преследовал цель причинения вреда кредиторам.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отказе в признании оспариваемых сделок недействительными.

Согласно разъяснениям пункта 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 само по себе наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, не препятствуют суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции на дату совершения оспариваемых сделок) не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Так, пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам (кредиторов должника) или создающее условия для наступления вреда (требования кредиторов могут быть не удовлетворены, в частности вследствие совершения сделки по выводу имущества из собственности должника).

Таким образом, в случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 ст. 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. Для признания договора ничтожным в связи с его противоречием статье 10 ГК РФ необходимо установить сговор всех сторон договора на его недобросовестное заключение с умышленным нарушением прав иных лиц или другие обстоятельства, свидетельствующие о направленности воли обеих сторон договора на подобную цель, понимание и осознание ими нарушения при совершении сделки принципа добросовестного осуществления своих прав, а также соображений разумности и справедливости, в том числе по отношению к другим лицам, осуществляющим свои права с достаточной степенью разумности и осмотрительности.

То есть злоупотребление правом должно иметь место в действиях обеих сторон сделки, что соответствует правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 N 1795/11.

При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Злоупотребление правом по своей сути есть неразумное и недобросовестное действие, имеющее своей целью причинить вред другим лицам.

В силу презумпции разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений бремя доказывания этих обстоятельств лежит на утверждающей стороне, данное требование не выполнено.

С учетом изложенного, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих сторон - участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Суд отмечает, что требования конкурсного кредитора ООО «ОйлГрупп», включенные в реестр, были установлены судом и подтверждены вступившим в силу судебным актом.

Факт поставки нефтепродуктов подтверждается товарно-транспортными накладными (ТТН), отпуск нефтепродуктов осуществлялся ООО «ОКА-ЦЕНТР нефтепродукт» на основании Договора от 20 марта 2018 года № 02/18хр на оказание услуг по приему, хранению и отпуску нефтепродуктов.

Таким образом, доводы конкурсного кредитора ФИО2. о том, что реальных действий по осуществлению поставки нефтепродуктов стороны, участвовавшие в сделках, не предпринимали, полностью опровергаются бесспорными доказательствами.

Стороны договоров не действовали в обход закона с противоправной целью, последствия заключения сделки полностью соответствуют последствиям заключения договоров данного вида.

Исходя из представленных в материалы дела доказательств, арбитражный суд считает, что материалами дела не подтверждается, что должником оспариваемая сделка совершена со злоупотреблением сторонами сделки принадлежащими им правами.

Поскольку судом установлена недоказанность конкурсным управляющим совокупности условий, необходимых для признания оспариваемого договора недействительным, соответственно, требование о применении последствий ее недействительности также подлежит отклонению.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не опровергают выводы суда первой инстанции, признаются апелляционным судом несостоятельными, не могут служить основанием для отмены обжалуемого определения.

Нарушений норм процессуального права, влекущих в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловную отмену обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 12.09.2023 по делу №А41-65250/20 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Московского округа в месячный срок со дня его принятия. Подача жалобы осуществляется через Арбитражный суд Московской области.

Председательствующий судья


А.В. Терешин

Судьи


С.Ю. Епифанцева Н.В. Шальнева