Постановление от 4 сентября 2025 г. по делу № А51-26/2025

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, <...>

http://5aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-26/2025
г. Владивосток
05 сентября 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 01 сентября 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 05 сентября 2025 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Н.Н. Анисимовой,

судей А.В. Гончаровой, О.Ю. Еремеевой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Е.Д. Спинка,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1,

апелляционное производство № 05АП-3599/2025

на решение от 19.06.2025

судьи Ю.А. Тимофеевой

по делу №А51-26/2025 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к Владивостокской таможне (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о признании незаконным решения от 20.10.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/240824/5052102,

при участии:

от индивидуального предпринимателя ФИО1: представитель ФИО2 по доверенности от 25.11.2024, сроком действия 2 года; представитель ФИО3 по доверенности от 27.06.2025, сроком действия 1 год;

от Владивостокской таможни: представитель ФИО4 по доверенности от 22.07.2025, сроком действия до 31.12.2026;

УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – заявитель, предприниматель, декларант) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным решения Владивостокской таможни (далее – таможня, таможенный орган) от 20.10.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров по ДТ №10702070/240824/5052102.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 19.06.2025 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, предприниматель обратился с апелляционной жалобой в Пятый арбитражный апелляционный суд, согласно которой просит отменить обжалуемое решение и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. В обоснование доводов жалобы указывает, что заявленная декларантом таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, были основаны на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации. При этом выражает несогласие с выводом суда о невозможности идентифицировать представленный платежный документ со спорной поставкой, отмечая, что в назначении платежа в платежном поручении был указан инвойс, относящийся к спорной партии товара. Настаивает на неполном предоставлении таможенным органом в материалы дела документов по спорной декларации, что повлекло необоснованный довод таможни о непредоставлении данного документа декларантом на этапе таможенного контроля. Также отмечает, что названное обстоятельство не было установлено в ходе проверки и не было положено в обоснование оспариваемого решения, тем более, что дополнительным запросом от 30.09.2024 была запрошена только информация о цене спорного товара из сети Интернет. Кроме того, приводит доводы о предоставлении таможне экспортных деклараций в том виде, в котором они были получены от инопартнера, и что наличие в них отдельных недостатков не исключает вариант «человеческого фактора» при условии, что фальсификация данных документов таможней не установлена. С учетом изложенного полагает ошибочным вывод суда о недостоверности заявленной таможенной стоимости и отмечает некорректность выбранных источников ценовой информации.

В судебном заседании представители предпринимателя доводы апелляционной жалобы и дополнительных пояснений к ней поддержали в полном объеме, ходатайствовали о приобщении к материалам дела дополнительных документов, а именно пакета документов, представленных таможней в суд, электронной описи документов по ДТ, скриншота программы ВЭД-декларант, реестра представленных документов, выписок из журнала обмена электронными сообщениями по спорной ДТ в части инвойса.

Таможенный орган с доводами апелляционной жалобы не согласился, обжалуемое решение считает законным и обоснованным, принятым при полном исследовании всех обстоятельств дела, с правильным применением норм материального и процессуального права и не подлежащим отмене. В обоснование возражений на жалобу также ходатайствовал о приобщении к материалам дела дополнительных документов, в том числе описи представленных в ходе таможенного контроля документов, выписок журнала обмена электронными сообщениями по спорной ДТ.

Данные ходатайства были судебной коллегией рассмотрены и на основании статей 159, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) удовлетворены частично, в результате чего указанные документы, за исключением документов, приложенных к апелляционной жалобе и уже имеющихся в материалах дела, были приобщены в материалы дела, как связанные с обстоятельствами спора.

При этом в судебном заседании 26.08.2025 в порядке статей 163, 184, 185 АПК РФ судом апелляционной инстанции был объявлен перерыв до 01.09.2025, о чем лица, участвующие в деле, были уведомлены путем размещения на официальном сайте суда информации о времени и месте продолжения судебного заседания.

Из материалов дела судебной коллегией установлено следующее.

В августе 2024 года во исполнение внешнеторгового контракта №Ulan-Ude 2024 от 20.04.2024, заключенного между обществом (покупатель) и компанией «Triangle Tyre Co., Ltd» (продавец), на таможенную территорию Евразийского экономического союза на условиях поставки CFR Восточный был ввезен товар «шины пневматические резиновые» на сумму 3343160 юаней.

В целях таможенного оформления указанных товаров общество подало в таможню декларацию на товары №10702070/240824/5052102, определив таможенную стоимость по первому методу определения таможенной стоимости «по стоимости сделки с ввозимыми товарами».

В ходе проведения контроля заявленной таможенной стоимости декларируемого товара таможенным органом на основании пункта 4 статьи 325 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС, Кодекс) в адрес декларанта были направлены запросы от 24.08.2024, от 30.09.2024 о предоставлении документов и сведений, необходимых для подтверждения правильности определения таможенной стоимости, в ответ на которые предприниматель представил имеющиеся в его распоряжении документы, запрошенные таможней, а также дал пояснения относительно формирования таможенной стоимости.

Посчитав, что сведения, использованные предпринимателем при заявлении таможенной стоимости товаров №1, №2, №3, №6, №7, №9, №14, №34, №44 не основаны на количественно определенной и документально подтвержденной информации, таможня приняла решение от 20.10.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ №10702070/240824/5052102 в части указанных товаров.

Не согласившись с указанным решением, посчитав, что оно не соответствует закону и нарушает его права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, декларант обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением, который обжалуемым решением отказал в удовлетворении заявленных требований.

Исследовав материалы дела, проанализировав доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, отзыве на нее, проверив в порядке статей 268, 270 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, судебная коллегия усматривает основания для отмены решения суда в силу следующего.

По правилам пункта 2 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 Кодекса).

Пунктом 15 этой же статьи предусмотрено, что основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Как установлено пунктом 1 статьи 104 Кодекса, товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 настоящего Кодекса (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 Кодекса).

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации (пункт 1 статьи 325 ТК ЕАЭС).

На основании пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений настоящего Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 настоящего Кодекса.

Как подтверждается материалами дела, при таможенном оформлении ввезенного товара предпринимателем в качестве подтверждающих документов в формализованном виде были представлены контракт №Ulan-Ude 2024 от 20.04.2024, инвойс №12242001704-6/1964-4/2467-2 от 29.06.2024, упаковочный лист, заявление на перевод №20 от 10.07.2024, коносаменты, сертификаты соответствия и прочие документы согласно графе 44 ДТ.

В рамках таможенного контроля таможенной стоимости товаров, начатой до выпуска, ФИО1 были представлены заверенные сканированные копии коммерческих и платежных документов, проформа инвойса №12242001704-6 от 29.06.2024, прайс-лист от 29.06.2024, экспортные декларации с переводами, ведомость банковского контроля, выписка по лицевому счету, пояснения по формированию цены товара, информация из сети Интернет о стоимости аналогичных товаров.

Анализ указанных документов показывает, что в соответствии с контрактом №Ulan-Ude 2024 от 20.04.2024 продавец продает, а покупатель покупает продукцию на условиях, указанных ниже.

Предмет договора - поставка шин и прочих резинотехнических изделий. Количество покупаемого товара определяется потребностью покупателя, в соответствии с его письменной заявкой. Цены на продукцию будут указаны для каждой поставки в дополнительных приложениях либо инвойсах.

В разделе контракта «Платежи» согласована валюта платежа – китайский юань (CNY). Оплата осуществляется за каждую отдельную поставку банковским переводом на счет продавца в соответствии с выставленным инвойсом. Условия оплаты: по соглашению сторон предоплата составляет 30% от суммы указанной в инвойсе, 70% - перед отгрузкой шин на основании инвойса. Условия оплаты на каждую поставку согласовываются сторонами перед поставкой и указываются в инвойсе.

В рамках исполнения указанного контракта его сторонами в проформе инвойса №12242001704-6 от 29.06.2024 на условиях CFR Восточный согласована поставка товаров «шины пневматические резиновые» различных размеров и артикулов на общую сумму 3343160 юаней.

Этого же числа иностранным продавцом сформирован коммерческий инвойс №12242001704-6/1964-4/2467-2 от 29.06.2024 на сумму 3343160 юаней, оплата которого произведена заявлением на перевод №20 от 10.07.2024.

В этой связи при помещении спорной товарной партии под таможенную процедуру «выпуск для внутреннего потребления» таможенному органу была представлена декларация на товары ДТ №10702070/240824/5052102, в графах 22, 42, 46 которой была заявлена указанная стоимость ввезенных товаров, и произведено исчисление таможенных платежей от указанной стоимости.

Соответственно указанная предпринимателем в графах 22, 42 спорной декларации стоимость товаров совпадает с ценой, указанной в коммерческих документах, и, как следствие, с ценой, фактически уплаченной продавцу, согласно формулировке пункта 1 статьи 39 ТК ЕАЭС.

Проанализировав условия поставки и сведения, содержащиеся в документах, представленных в подтверждение ее исполнения, коллегия приходит к выводу о том, что документы заявителя выражают содержание и условия заключенной сделки, являются взаимосвязанными, имеют соответствующие ссылки, подписаны сторонами, содержат все необходимые сведения о наименовании товара, его количестве и стоимости.

Описание товара в указанных документах соответствует воле сторон и позволяет идентифицировать товар, а сведения в данных документах позволяют с достоверностью установить цену применительно к количественно определенным характеристикам товара, условиям поставки и оплаты. Исполнение обязательств по контракту сторонами осуществлено в соответствии с условиями контракта.

Делая указанный вывод, апелляционная коллегия отмечает, что сведения о товаре (наименование, его количество, стоимость, условия поставки, наименование отправителя и страны происхождения), отраженные в прайс-листе и экспортных декларациях, соответствуют представленным коммерческим документам, что позволяет идентифицировать рассматриваемую поставку с представленным прайс-листом и экспортными декларациями.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что документы, представленные декларантом в таможенный орган, содержат достоверные и достаточные сведения, подтверждающие заявленную декларантом таможенную стоимость вывезенного товара. Следовательно, оснований сомневаться в условиях поставки товара и в особенностях, составляющих его стоимость, у таможенного органа не было.

Между тем по результатам таможенного контроля таможня пришла к выводу о недостоверности заявленной таможенной стоимости товаров по мотиву значительного отклонения заявленной таможенной стоимости, ненадлежащего оформления экспортных деклараций и адресности прайс-листа.

Отклоняя указанные доводы таможни, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

В силу пункта 9 статьи 38 ТК ЕАЭС определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров.

Согласно правовой позиции пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 №49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - Постановление Пленума ВС РФ №49), принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС следует исходить из презумпции достоверности информации (документов, сведений), представленной декларантом в ходе таможенного контроля, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе

При оценке выполнения декларантом требований пункта 10 статьи 38 Кодекса следует принимать во внимание, что таможенная стоимость, определяемая исходя из установленной договором цены товаров, не может считаться количественно определяемой и документально подтвержденной, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме, или содержащаяся в представленных им документах ценовая информация не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара (пункт 9 Постановления Пленума ВС РФ №49).

Анализ имеющихся в материалах дела коммерческих документов показывает, что неотъемлемой частью контракта №Ulan-Ude 2024 от 20.04.2024 является дополнительное приложение или инвойс, в которых согласуются наименование товара, его количество, условия поставки и оплаты, а также цена на продукцию.

Применительно к рассматриваемому спору такие существенные условия сделки были указаны в проформе инвойса №12242001704-6 от 29.06.2024 и инвойсе №12242001704-6/1964-4/2467-2 от 29.06.2024, согласно которым в адрес декларанта на условиях CFR Восточный подлежал поставке товар на общую сумму 3343160 юаней.

Таким образом, предоставление указанных документов наряду с контрактом является достаточным основанием считать достигнутым соглашение сторон по условиям поставки, его ассортименту, количеству и стоимости товарной партии.

В свою очередь в подтверждение оплаты указанной партии товара предпринимателем на этапе таможенного декларирования и таможенного контроля было представлено платежное поручение №20 от 10.07.2024 на сумму 3343160 юаней, которое не было идентифицировано судом в качестве платежа по спорной поставке ввиду непредставления коммерческого инвойса.

Не соглашаясь с указанным дополнительным выводом таможни, апелляционная коллегия отмечает, что спорный платеж на сумму 3343160 юаней был произведен декларантом в адрес иностранного продавца в счет оплаты товарной партии, согласованной в рамках исполнения внешнеторгового контракта №Ulan-Ude 2024 от 20.04.2024 и на основании инвойса №12242001704-6/1964-4/2467-2 от 29.06.2024, что нашло отражение в соответствующем платежном поручении.

Принимая во внимание, что сопоставимость данных коммерческих и платежных документов является очевидной, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований считать невозможной идентификацию данного платежа со спорной поставкой.

При этом валютная операция по перечислению денежных средств в указанном размере зафиксирована в строке 4 раздела II «Сведения о платежах» ведомости банковского контроля и в выписке по лицевому счету, также представленных декларантом на этапе проверки документов и сведений, а сведения о товарной партии, заявленной в ДТ №10702070/240824/5052102 – в строке 5 раздела III «Сведения о подтверждающих документах» этой же ведомости.

С учетом изложенного следует признать, что спорный платеж имеет прямое отношение к поставке товаров по ДТ №10702070/240824/5052102, и что возможность его идентификации с товарами, заявленными в указанной декларации, следует из совокупности коммерческих и банковских документов, представленных таможенному органу.

Указание таможни на то, что спорный инвойс не был предоставлен в ходе контрольных мероприятий, и что его отсутствие не позволило идентифицировать платеж со спорной поставкой, апелляционной коллегией оценивается критически, учитывая, что предоставление соответствующего коммерческого документа в формализованном виде имело место при таможенном декларировании, а в формате PDF – при исполнении запроса таможни о предоставлении документов и сведений.

При этом сведения о фактическом предоставлении коммерческого инвойса №12242001704-6/1964-4/2467-2 от 29.06.2024 следуют из письменных пояснений предпринимателя от 25.09.2024, электронной описи документов по таможенной декларации, выписок из журнала обмена электронными сообщениями по спорной декларации с доказательством прикрепления соответствующего PDF-файла к пакету подтверждающих документов.

Кроме того, информация о предоставлении инвойса не только в формализованном виде, но и в виде сканированной копии, по данным личного кабинета декларанта коррелируется со сведениями из журнала обмена электронными сообщениями, представленными таможней на стадии апелляционного производства.

Соответственно заявленный в ходе судебного разбирательства дополнительный довод таможни, поддержанный арбитражным судом, не нашел подтверждение материалами дела, тем более, что данное обстоятельство не было положено в обоснование принятого решения, не явилось основанием для запроса у предпринимателя дополнительных документов и пояснений и фактически напрямую противоречит документам декларанта, представленным в таможенный орган.

В свою очередь оценка судом апелляционной инстанции содержания указанных документов, представленных на этапе апелляционного производства, согласуется с разъяснениями пунктов 11, 14 Постановления Пленума ВС РФ №49 и положениями статьи 268 АПК РФ, учитывая, что данные документы не были представлены предпринимателем в суд первой инстанции по объективным причинам (данные документы не были запрошены у заявителя, указанное обстоятельство не было отражено в оспариваемом решении таможни).

При таких обстоятельствах документальное подтверждение заявленной стоимости товаров подтверждается соответствующими коммерческими и платежными документами по спорной поставке, имевшимися в распоряжении таможни на дату принятия оспариваемого решения.

Делая указанный вывод, судебная коллегия учитывает, что в ходе контрольных мероприятий декларантом были представлены экспортные декларации, содержание которых позволяет установить, что в адрес заявителя экспортируется товар, наименование, количество и стоимость которого полностью соответствуют представленным коммерческим документам, что позволяет идентифицировать рассматриваемую поставку с экспортными декларациями и, как следствие, подтверждает соглашение сторон по условиям поставки.

Оценивая позицию таможни относительно невозможности рассматривать представленные экспортные декларации в качестве документов, подтверждающих заявленную таможенную стоимость, судебная коллегия учитывает следующее.

Из буквального прочтения имеющихся в материалах дела экспортных деклараций №420420240000203710, №420420240000203712, №420420240000203719, №420420240000203722 следует, что данные документы оформлены по факту экспорта из КНР товаров «радиальные полуметаллические шины» различных моделей и артикулов на общую сумму 3343160 юаней, что полностью соотносится со сведениями о товаре, его количестве и стоимости, указанными в коммерческих документах и заявленными в таможенной декларации. Кроме того, в данных документах содержится информация о реквизитах коносамента №HXCGQDVY24016778 и номерах контейнеров, в которых были перемещены спорные товары.

Таким образом, указанные документы позволяют идентифицировать рассматриваемую поставку с представленными коммерческими документами, а также свидетельствует о представлении документального подтверждения заявленной таможенной стоимости и о том, что информация о цене сделки соотносится с характеристиками ввезенного товара.

То обстоятельство, что в графе «Форма сделки» были указаны условия поставки CFR, в то время как в соответствии с действующим Порядком заполнения таможенной декларации КНР на экспорт/импорт товаров, доведенным письмом ФТС России от 15.04.2019 №16-31/22462, термину CFR соответствует тип сделки C&F; (код – 2), не может быть принято коллегией во внимание, поскольку тип сделки C&F; (код – 2), применяемый по китайскому классификатору, соответствует терминам CPT, CFR.

Учитывая относимость указанных обозначений к одному типу сделки, а равно сопоставимость заявленных в экспортных декларациях сведений о товаре со спорной поставкой, судебная коллегия считает, что выявленный таможенным органом отдельный недостаток в заполнении экспортных декларациях не мог послужить безусловным доказательством недостоверности заявленной таможенной стоимости, которая определяется по коммерческим документам, неправильность которых не нашла подтверждение материалами дела.

К аналогичному выводу суд апелляционной инстанции приходит и при оценке указания таможни на отсутствие в экспортных декларациях печатей таможенного брокера и таможенного органа страны отправления, отмечая, что данное упущение обусловлено порядком электронного декларирования, и что достоверность присвоенных указанным декларациям штрих-кодов и QR-кодов таможней не опровергнута.

При таких обстоятельствах судебная коллегия не усматривает оснований для исключения данных документов из числа доказательств, подтверждающих обоснованность определения заявленной таможенной стоимости по первому методу определения таможенной стоимости.

В части вывода таможенного органа об адресном характере представленного предпринимателем прайс-листа продавца товара, суд апелляционной инстанции отмечает, что под прайс-листом понимается документ, содержащий сведения о цене предложения реализуемых товаров, оказываемых услуг, производимых работ на определенную дату (определенный период). При этом указанная в нем информация по выбору лица, реализующего товар, может быть и публичной, и адресованной к конкретному контрагенту с учетом фактически сложившихся правоотношений последнего с продавцом товара.

В спорной ситуации, как подтверждается материалами дела, прайс-лист компании «Triangle Tyre Co., Ltd» отражает уровень отпускных цен на спорный товар на дату выдачи коммерческого предложения, то есть по состоянию на 29.06.2024, согласующийся со стоимостью товара, заявленного в ДТ №10702070/240824/5052102.

При этом совпадение данных стоимостных показателей не свидетельствует о его неактуальности для других покупателей, тем более, что предпринимателем в ходе таможенного контроля наряду с указанным прайс-листом были представлены выписки из каталога ввозимых товаров и с Интернет-сайтов аналогичных товаров с сопоставимой ценой, что следует из соответствующих ответов на запрос таможни.

С учетом изложенного адресный характер представленного прайс-листа не может являться признаком недостоверности заявленной таможенной стоимости товаров, а указывает на субъективную оценку данного документа таможней при отсутствии доказательств его неактуальности для других покупателей.

Оценивая довод таможни о том, что по результатам проведения сравнительного анализа уровень таможенной стоимости однородных товаров превысил индекс таможенной стоимости товаров по спорной декларации, судебная коллегия учитывает разъяснения пункта 10 Постановления Пленума ВС РФ №49, согласно которым примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Как установлено судом апелляционной инстанции, по итогам сравнительного анализа таможней были выявлены значительные расхождения между заявленными сведениями о величине таможенной стоимости товаров №1, №2, №3, №6, №7, №9, №14, №34, №44 со сведениями, имеющимися в распоряжении таможенного органа, что составило 27,39%, 29,04%, 32,34%, 30,03%, 26,07%, 32,01%, 29,51%, 7,79%, 9,96%.

Соответственно выявленные отклонения в заявленной таможенной стоимости по сравнению со стоимостью идентичных, однородных товаров по сведениям таможенного органа могли послужить основанием для направления декларанту в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС запроса о предоставлении дополнительных документов и сведений в подтверждение заявленной таможенной стоимости товаров.

Между тем данные отклонения были объяснены декларантом путем представления дополнительных документов, что свидетельствует о представлении документального подтверждения заявленной таможенной стоимости и о принятии мер по исполнению запроса таможенного органа. В частности, стоимость ввезенного товара нашла отражение в коммерческом предложении, экспортных декларациях, а также в сведениях о ценовых предложениях на аналогичный товар.

При этом наличие каких-либо ограничений и условий, которые могли повлиять на цену сделки при заключении контракта №Ulan-Ude 2024 от 20.04.2024, а также условий, влияние которых не может быть учтено, таможней не доказано, равно как не представлены доказательства невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, указанные в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС.

Учитывая изложенное и представление предпринимателем в ходе таможенного контроля дополнительных документов, подтверждающих заявленную таможенную стоимость и ее сопоставимость с ценовыми характеристиками аналогичных товаров на рынке, суд апелляционной инстанции считает, что декларант предпринял достаточные меры для устранения сомнений таможни.

Таким образом, принимая во внимание, что результаты таможенного контроля определения таможенной стоимости по спорной декларации не подтверждают доводы таможни о несоблюдении декларантом положений ТК ЕАЭС, в том числе в части недостоверности и (или) неполноты проверяемых сведений, тогда как представленные предпринимателем документы и сведения указывают на определение таможенной стоимости на основании достоверной, количественно определенной и документально подтвержденной информации, судебная коллегия приходит к выводу о необоснованности оспариваемого решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10702070/240824/5052102 в части товаров №1, №2, №3, №6, №7, №14, №34, №44.

В этой связи недоказанность таможенным органом оснований для отказа в применении первого метода определения таможенной стоимости свидетельствует о противоречии оспариваемого решения закону и о нарушении этим решением прав и законных интересов декларанта.

Доводы апелляционной жалобы о некорректности выбранных источников ценовой информации судом апелляционной инстанции не оцениваются, как не влияющие на правильность разрешения настоящего спора.

В силу части 2 статьи 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие), в том числе государственных органов не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконным.

Принимая во внимание, что аргументы таможенного органа о недостоверности заявленной таможенной стоимости не нашли подтверждение материалами дела, судебная коллегия приходит к выводу том, что оспариваемое решение не соответствует закону и нарушает права и законные интересы декларанта, в связи с чем заявленные требования являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Кроме того, учитывая обстоятельства настоящего спора и предмет заявленных требований, коллегия считает, что соразмерным и адекватным способом устранения нарушения прав и законных интересов заявителя является обязание таможенный орган возвратить предпринимателю излишне уплаченные таможенные платежи по спорной декларации, что соотносится с разъяснениями пункта 33 Постановления Пленума ВС РФ №49.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении заявленных требований на основании пункта 2 статьи 269, части 1 статьи 270 АПК РФ подлежит отмене с принятием по делу нового судебного акта об удовлетворении заявленных требований. Соответственно апелляционная жалоба ФИО1 подлежит удовлетворению.

Нарушения норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, апелляционным судом не установлено.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы подлежат перераспределению судебные расходы по уплате госпошлины по заявлению и апелляционной жалобе, которые на основании статьи 110 АПК РФ относятся судом апелляционной инстанции на таможенный орган как на проигравшую сторону.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 19.06.2025 по делу №А51-26/2025 отменить.

Признать незаконным решение Владивостокской таможни от 20.10.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров по ДТ №10702070/240824/5052102, как не соответствующее Таможенному кодексу Евразийского экономического союза.

Обязать Владивостокскую таможню возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО1 излишне уплаченные (взысканные) таможенные платежи по декларации на товары №10702070/240824/5052102, окончательный размер которых определить на стадии исполнения постановления суда апелляционной инстанции по делу №А51-26/2025.

Взыскать с Владивостокской таможни в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 судебные расходы по уплате государственной пошлины по заявлению и апелляционной жалобе в сумме 20000 руб. (двадцать тысяч рублей).

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

Н.Н. Анисимова

Судьи

А.В. Гончарова

О.Ю. Еремеева