Постановление от 6 октября 2025 г. по делу № А41-73949/2018

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 117997, <...>, https://10aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ 10АП-7524/2025, 10АП-7526/2025

Дело № А41-73949/18
06 октября 2025 года
г. Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 22 сентября 2025 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Высоцкой О.С., судей: Катькиной Н.Н., Шальневой Н.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем Никишиной В.И.,

рассматривает в открытом судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего ООО «Торговое промышленное объединение Электростальский завод металлоконструкций» и ФИО1 на определение Арбитражного суда Московской области от 03.04.2025 по делу № А41-73949/18,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 04.08.2023, ответчик ФИО3 – лично, паспорт,

от бывших сотрудников ООО «ПКФ «ПРОМСНАБРЕСУРС» – ФИО4 на основании протокола и паспорта,

от конкурсного управляющего должником ООО «ПКФ «ПРОМСНАБРЕСУРС» ФИО5 – ФИО5 лично, паспорт,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 28.11.2019

ООО «Производственная коммерческая фирма «ПРОМСНАБРЕСУРС» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО5

Конкурсный управляющий 08.11.2021 обратился в суд с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника: ФИО1, ФИО3, ФИО6, ООО «Торговое промышленное объединение Электростальский завод металлоконструкций», приостановить производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности в части определения размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

ФИО3 обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО4, ООО «Торговое промышленное объединение Электростальский завод металлоконструкций», ФИО7 и ФИО8.

Также в материалы дела поступило заявление конкурсного кредитора

ФИО9 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО7 и ФИО8.

Заявления о привлечении к субсидиарной ответственности объединены для совместного рассмотрения в порядке статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Московской области от 03.04.2025 заявленные требования удовлетворены в части. К субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Производственная коммерческая фирма «ПРОМСНАБРЕСУРС» привлечены контролирующие должника лица: ФИО1, ФИО3 и ООО «Торговое промышленное объединение Электростальский завод металлоконструкций», производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до завершения расчетов с кредиторами. Заявление ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности оставлено без рассмотрения. В удовлетворении заявленных требований в оставшейся части требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом в части, ООО «Торговое промышленное объединение Электростальский завод металлоконструкций» и ФИО1 обратились с апелляционными жалобами.

ООО «Торговое промышленное объединение Электростальский завод металлоконструкций» просило обжалуемый судебный акт отменить в части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Торговое промышленное объединение Электростальский завод металлоконструкций».

ФИО1 просила обжалуемый судебный акт отменить в части привлечения ФИО1 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; в части отказа в удовлетворении заявления ФИО9 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО7 и ФИО8; в части оставления без рассмотрения заявления ФИО3 о привлечении лиц к субсидиарной ответственности ФИО4, ООО «Торговое промышленное объединение Электростальский завод металлоконструкций», ФИО7 и ФИО8 и просила в указанной части направить заявление в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

В судебном заседании представитель ФИО1 и ответчик ФИО3 (самостоятельная жалоба не подана) поддержали доводы апелляционной жалобы ФИО1.

Представитель ООО «Торговое промышленное объединение Электростальский завод металлоконструкций» в судебное заседание не явился, извещен.

Конкурсный управляющий должником и представитель бывших сотрудников ООО «Производственная коммерческая фирма «ПРОМСНАБРЕСУРС» ФИО4 возражали против удовлетворения апелляционных жалоб, указали на законность судебного акта.

Апелляционные жалобы рассмотрены в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие заявителя апелляционной жалобы и иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на сайте «Картотека арбитражных дел» (kad.arbitr.ru).

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснениями пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» в обжалуемой части.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционных жалоб, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - Кодекс) и статье 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии со статьей статьи 61.14 Закона о банкротстве конкурсный управляющий наделен правом на подачу заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11, 61.12, 61.13 Закона о банкротстве.

Под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе, по совершению сделок и определению их условий (пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве закреплены опровержимые презумпции наличия статуса контролирующего должника лица.

В рассматриваемом случае требования предъявлены к ФИО3 (руководитель должника в период с 25.01.2006 по 28.11.2019), отвечающему признакам контролирующего должника лица в силу поименованных в статьи 61.10 Закона о банкротстве презумпций, не опровергнутых ответчиком. Требования предъявлены со ссылкой на положения подпунктов 1, 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Требования предъявлены к ФИО1 (единственному участнику должника в период с 27.01.2006 по 02.04.2018 и близкому родственнику руководителя должника), отвечающей признакам контролирующего должника лица в силу поименованных в статьи 61.10 Закона о банкротстве презумпций, не опровергнутых ответчиком. Требования предъявлены со ссылкой на положения подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Требования предъявлены к ФИО6 (единственному участнику должника в период с 02.04.2018 и по настоящее время и близкому родственнику руководителя должника), отвечающей признакам контролирующего должника лица в силу поименованных в статьи 61.10 Закона о банкротстве презумпций, не опровергнутых ответчиком. Требования предъявлены со ссылкой на положения подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Требования предъявлены к ООО «Торговое промышленное объединение Электростальский завод металлоконструкций», ФИО4, ФИО7 и ФИО8 как к лицам, извлекшим выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Разрешая обособленный спор по существу суд первой инстанции руководствовался положениями статей 61.10, 61.11 Закона о банкротстве, разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» относительно порядка применения норм главы III.2 Закона о банкротстве, и с учетом представленных доказательств констатировал наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника руководителя такового ФИО3, единственного участника должника ФИО1 и ООО «Торговое промышленное объединение Электростальский завод металлоконструкций» по критерию выгодоприобретателя.

При этом, судом отклонены доводы заявителей о наличии у ФИО6, ФИО7 и ФИО8 статуса контролирующих должника лиц и выгодоприобретателей от незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Самостоятельное заявление ответчика ФИО3 о

привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО4, ООО «Торговое промышленное объединение Электростальский завод металлоконструкций», ФИО7 и ФИО8

оставлено без рассмотрения в связи с отсутствием у заявителя статуса кредитора и права на подачу заявления в порядке статьи 61.14 Закона о банкротстве.

Оснований для иных выводов суд апелляционной инстанции не усматривает.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 свидетельствуют о несогласии заявителя с данной судом первой инстанции оценкой доказательств и фактических обстоятельств дела.

Так, заявитель жалобы ссылается на разъяснения пункта 24 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» и недоказанность причинно-следственной связи между бездействием ФИО3 и невозможностью погашения требований кредиторов.

Пунктом 24 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» установлено, что ответственность руководителя должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Московской области за исполнительным листом, на принудительное исполнение обязанности по передаче документов и имущества должника.

Определением Арбитражного суда Московской области от 11.02.20 заявление конкурсного управляющего удовлетворено, выдан исполнительный лист ФС 012293088.

Первичные документы бухгалтерского и налогового учета, перечисленные в указанном исполнительном листе, на дату рассмотрения вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности не переданы руководителем Игнатовым Владимиров Алексеевичем конкурсному управляющему во исполнение прямой обязанности согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве.

Вопреки ошибочным доводам заявителя жалобы сам по себе факт прекращения исполнительного производства (с учетом предусмотренных специальным законом различных оснований для этого) не может служить надлежащим доказательством исполнения обязанности по передаче документов ввиду отсутствия а материалах исполнительного производства акта приема-передачи документов по перечню, содержащемуся в исполнительном листе.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, доказательства того, что ФИО3 документы должника переданы конкурсному управляющему, отсутствуют (с том числе, базы 1С, якобы использованной управляющим для целей проведения финансового анализа), а факт непринятия конкурсным управляющим мер к обжалованию ненормативного правового акта судебного пристава-исполнителя не имеет правового значения.

Доводы заявителя о наличии у конкурсного управляющего иных возможностей для получения документации должника противоречат закону.

Конкурсный же управляющий справедливо указывает, что руководитель должника

уклонился от передачи следующих имущества и документов: имущества, принадлежащее должнику; документов первичного бухгалтерского учета; договоров, соглашений, контрактов, заключенных со всеми юридическими и физическими лицами не менее чем за три последних года (2016-2019 года), локальных документы, подтверждающих полномочия руководящих органов, приказов и распоряжений директора за период с 2016 года по 28.11.2019, электронную базу бухгалтерского учета 1С с 2016 года по 2019 гг., акты инвентаризации имущества и финансовых обязательств, последние инвентаризационные ведомости, расшифровки расчетов с дебиторами по статье «Расчеты с персоналом по прочим операциям», расшифровки запасов, расшифровки основных средств. расшифровки кредиторской задолженности, отраженной в балансе в размере 524 000 000 рублей, дебиторской задолженности с указанием почтовых адресов контрагентов и даты возникновения, документы, свидетельствующие о выполнении или невыполнении должником денежных обязательств перед контрагентами, бюджетом и внебюджетными фондами, сведения об обременении имущества обязательствами перед третьими лицами (аренда, залог и т.п.), сведения о притязаниях третьих лиц на имущество (активы), судебные споры, решения судов, действия судебных приставов исполнителей, органов налоговой полиции и прочее, сведения о внутренней структуре должника, перечень его структурных подразделений, филиалов и представительств, сведения о выданных доверенностях в форме копии учета выдачи доверенностей, наименование и адреса организаций, в которых должник является учредителем (участником), сведения о доле участия; договора аренды земельного участка № º01/01-2017 от 01.01.2017, договора аренды оборудования № º01/04-2018 от 02.04.2018, договора поставки № º17/08-2016/1 от 11.08.2016 и спецификации к нему, доказательства приобретения сырья и материалов для изготовления продукции, их оплату, товаро-транспортные накладные на транспортировку сырья и материалов, указанные в договорах с ООО «ТПО «ЭЗМК», а также доказательство изготовления продукции, список работников, привлеченных для производства продукции, табели учета рабочего времени, выплаченная заработная плата по договорам с ООО «Торговое промышленное объединение Электростальский завод металлоконструкций», документы, подтверждающие законность передачи оборудования. принадлежащего должнику в адрес ООО «БУМ Спецодежда», ООО «Завод светового оборудования Люкс». Кроме того, ФИО3 не переданы конкурсному управляющему запасы стоимостью 259 000 000 рублей (расшифровка таблица .3.14,3.15,3.16 финансового анализа временного управляющего).

Кроме того, в бухгалтерской (финансовой) отчетности должника по состоянию на 31.12.2017 (последняя сданная отчетность, предшествовавшая дате принятия судом заявления о признании должника банкротом) отражена дебиторская задолженность в размере 160 000 000 рублей, запасы - 259 000 000 рублей, кредиторская задолженность -

524 000 000 рублей. МИФНС № 6 по Московской области по запросу конкурсного управляющего предоставило книги покупок и книги продаж, содержание которых не позволяет установить кредиторов и дебиторов должника, размер их обязательств. Взыскание дебиторской задолженности и пополнение конкурсной массы на основании книг покупок и книг продаж не представляется возможным в отсутствие первичных документов.

Таким образом, конкурсным управляющим доказано существенное негативное влияние отсутствия документации должника на проведение процедуры банкротства и как следствие – на возможность погашения требований кредиторов.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 об отсутствии привлечения таковой к субсидиарной ответственности со ссылкой на положения подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве и одобренные единственным участником сделки (с том числе, в свою же пользу) были предметом оценки суда первой инстанции.

С учетом представленных в материалы дела доказательств, судом первой инстанции установлено, что ФИО1 как единственный участник должника одобрила ряд сделок, совершенных от имени должника его генеральным директором и супругом ФИО10 - ФИО3, в результате совершения которых должник, находясь в глубоком финансовом кризисе, продолжил наращивать кредиторскую задолженность, при этом активы должника были переданы третьим лицам, аффилированным с должником.

Так, в 2016 году фактически весь бизнес должника (производственный процесс) был переведен на ООО «Торговое промышленное объединение Электростальский завод металлоконструкций».

При этом активы должника (земельные участки, линейные объекты и производственные помещения) отчуждены участнику должника ФИО1.

В результате внутригруппового перераспределения ресурсов и создания зеркального бизнеса образовался центр убытков - должник и центр получения прибыли - ООО «Торговое промышленное объединение Электростальский завод металлоконструкций».

Решением № 2 от 25.03.2015 и решением № 2/18 от 30.01.2018 единственный участник должника одобрила сделку по заключению предварительного договора купли-продажи недвижимого имущества, являющуюся крупной сделкой, выгодоприобретателем которого выступает сама ФИО1.

Между должником и ФИО1 заключены следующие сделки: договор купли-продажи № 1 от 06.09.2016, договор купли-продажи № 2 от 06.09.2016, договор купли-продажи № 3 от 06.09.2016, договор купли-продажи недвижимого имущества от 30.01.2018.

Определением от 03.06.2022 Арбитражный суд Московской области по основаниям, указанным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 ГК РФ признал недействительными указанные сделки, применил последствия недействительности сделок в

виде возврата производственного комплекса, состоящего из земельных участков, зданий и сооружений, в конкурсную массу.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 19.04.2023 г. по настоящему делу апелляционный суд не усмотрел порока в вышеуказанных сделках, отменив определение суда первой инстанции, и сделав вывод о возмездности договоров по отчуждению производственного комплекса в пользу ФИО1. Апелляционный суд пришел к выводу, что договоры были возмездными ввиду заключения соглашения о зачете встречных однородных требований б/н от 20.10.2016, в соответствии с условиями которого должнику перешло право требований ООО «АвтоСнабРемонт» (ИНН <***>) по товарным накладным за период с декабря 2011 года по декабрь 2012 года на сумму 45 671 553 рублей.

Вместе с тем, на дату заключения соглашения о зачете требований от 20.10.2016 срок исковой давности по взысканию данной задолженности истек. При этом стоимость уступаемого требования составляла только 5 000 000 рублей, доказательства оплаты приобретенного права ФИО1 не были предоставлены.

ООО «АвтоСнабРемонт» (ИНН <***>) еще 26.09.2016 прекратило деятельность в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», общество не сдавало бухгалтерскую и (или) налоговую отчетность, ФИО11 (руководитель и единственный участник) является массовым руководителем (участником) более 100 других юридических лиц, которые также исключены из ЕГРЮЛ как недействующие.

Кроме того, у конкурсного управляющего должником отсутствуют какие-либо документы, подтверждающие поставку ООО «АвтоСнабРемонт» товарно-материальных ценностей, либо основных средств в период с декабря 2011 по декабрь 2012 года на сумму 45 671 553 рублей.

В суде апелляционной инстанции представитель ФИО1, а также бывший руководитель должника ФИО3 не дали пояснений относительно порядка расчетов за выкупленный у ООО «АвтоСнабРемонт» единственным участником долг, а также относительно экономических мотивов приобретения (скупки ) ФИО1 долгов ООО «Производственная коммерческая фирма «ПРОМСНАБРЕСУРС» для целей проведения зачетов против этих долгов и тем самым изъятия из имущественной массы должника значительного количества активов (в отсутствие которых должник прекратил хозяйственную деятельность).

Судом первой инстанции также установлено, что отчужденное у должника имущество сразу после отчуждения передано должнику арендодателем ФИО1 в аренду по договору аренды № 02/02-2018 от 02.02.2018 (объект аренды – здание административно бытовой корпус и проходная) по цене 165 050 рублей в месяц и по договору аренды № 01/02- 2018 от 02.02.2018 (объект аренды – здание завода) по цене 1 046 682 рублей в месяц.

Таким образом, даже несмотря на вывод апелляционного суда в рамках обособленного спора о возмездном характере сделок должника с его участником, отчуждения всего недвижимого имущества из конкурной массы должника в пользу его единственного участника в преддверии банкротства должника посредством заключения должником и индивидуальным предпринимателем ФИО1 вышеуказанного соглашения о зачете требований от 20.10.2016, выбранная структура владения имуществом путем сдачи его в аренду должнику учредителем по цене более 1 200 000 рублей в месяц не могла реализовываться в интересах должника, лишена экономической целесообразности и была направлена на ежемесячный вывод денежных средств должника в пользу его участника в ущерб должнику и его кредиторам.

В последующем вышеуказанные объекты недвижимости были переданы в аренду субсидиарному ответчику ООО «Торговое промышленное объединение Электростальский завод металлоконструкций» по договору аренды 01/04-2018 от 01.04.2018 по цене аренды, аналогичной цене, указанной в договорах аренды, заключенных между предпринимателем ФИО1 и должником.

То есть, фактически произведен перевода бизнеса в пользу иного юридического лица.

Кроме того, решением № 3/17 от 12.07.2017 единственного участника должника ФИО1 одобрила совершение крупных сделок с ООО «Производственная коммерческая фирма «ПРОМСНАБРЕСУРС» на поставку в его адрес металлопроката с отсрочкой по платежам на общую сумму 100 000 000 рублей.

Решением № 4/17 от 22.09.2017 единственного участника должника ФИО1 одобрила заключение дополнительного соглашения к договору поставки металлопроката № 23 от 16.02.2016 с ООО «СК Квартал». 16.02.2016 между ООО «СК Квартал» и должником заключен договор поставки металлопроката № 23, согласно которому поставщик обязался приобрести и передать в собственность должника, а должник принять и оплатить металлопрокат. ООО «СК Квартал» выполнил свои обязательства по договору на общую сумму 71 918 498,09 рублей, однако должник не исполнил обязательства по оплате полученного товара в полном объеме. 22.09.2017 между ООО «СК Квартал» и должником был заключено дополнительное соглашение № l о реструктуризации долга до 21.09.2018 без начисления пени и штрафа за несвоевременное погашение обязательств и передачи в качестве обеспечения исполнения принятого обязательства принадлежащего должнику оборудования в залог в соответствии с нормами статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 2 Акта приема передачи оборудования от 22.09.2017 сторонами было закреплено, что при неисполнении должником обязательств по погашению заложенности в полном объеме право собственности на переданное оборудование переходит к ООО «СК Квартал» с 22.09.2018.

ООО «СК Квартал» (Цедент), ФИО8 (Цессионарий) и должником 02.10.2017 заключено соглашение об уступке прав требований, согласно условиям которого цессионарию уступлено право требования по договору поставки металлопроката № 23 от 16.02.2016.

Оборудование ООО «СК Квартал» было передано ФИО8 по акту приемки- передачи, где в пункте 2 сторонами закреплено, что при неисполнении должником обязательств по погашению задолженности в полном объеме право собственности на переданное оборудование переходит к ФИО8 с 02.09.2018. Ввиду неисполнения должником обязательств по погашению задолженности право собственности на оборудование перешло к ФИО8 02.09.2018. Впоследствии полученное по недействительной сделке оборудование должника отчуждено в пользу добросовестного приобретателя, в результате чего постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 21 сентября 2022 года по делу № А41-73949/18 применены последствия недействительности ничтожной сделки в виде взыскания с ответчика денежных средств в размере 4 966 696 рублей (действительной стоимости спорного оборудования, определенной на основании отчета об оценке № 85/21от 30.12.2021).

С учетом разъяснений пунктов 16, 17, 23 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» указанные сделки имели существенный характер для должника и повлекли возникновение признаков банкротства ООО «Производственная коммерческая фирма «ПРОМСНАБРЕСУРС», в связи с чем, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО1 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона.

При этом, ссылка ФИО1 на фальсификацию доказательств (решений единственного участника № 2 от 25.03.2015, № 2/18 от 30.01.2018, № 4/17 от 22.09.2017) несостоятельна.

Вне зависимости от указанных управленческих решений, повлекшие прекращение хозяйственной деятельности и последующую несостоятельность (банкротство) ООО «Производственная коммерческая фирма «ПРОМСНАБРЕСУРС» сделки должника заключены с его единственным участником ФИО1, в пользу которой выведено значительное количество активов, то есть, последняя в том числе, соответствует критериям подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве.

Кроме того, как пояснил в судебном заседании конкурсный управляющий, согласно сформированной в обществе-должнике практике, сделки подписывались как руководителем ФИО3, так и его единственным участником ФИО1.

Судебная экспертиза является одним из способов проверки заявления о фальсификации доказательств (второй абзац пункта 3 части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Назначение экспертизы по делу в соответствии со статьей 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является правом, а не обязанностью суда.

По смыслу статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательств суд

вправе принимать любые необходимые и достаточные меры, круг которых не ограничен назначением судебной экспертизы.

В данном случае суд апелляционной инстанции полагает возможным рассмотрение требований по имеющимся в материалам дела иным доказательствам, что не противоречит части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 о недостоверности сведений проведенного конкурсным управляющим финансового анализа имущественного положения должника (со ссылкой на неверный расчет финансовых коэффициентов), судебная коллегия полагает несостоятельными, поскольку ссылка ФИО1 на значительный объем выручки в 2017, 2018, 2019 годах (812 000 000 рублей, 715 000 000 рублей, 314 000 000 рублей соответственно) и возникновение у ООО «Производственная коммерческая фирма «ПРОМСНАБРЕСУРС» признаков несостоятельности (банкротства) после 2018 года противоречит установленным по делу фактическим обстоятельствам.

Кроме того, данный довод заявителя не коррелируется с фактом инициирования процедуры банкротства ООО «Производственная коммерческая фирма «ПРОМСНАБРЕСУРС» его кредитором 13.09.2018, а также с неоспоримым фактом прекращения должником хозяйственной деятельности после изъятия ФИО1 недвижимого имущества.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1, касающиеся наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО7 и ФИО8 не мотивированы, подлежат отклонению.

Доводы апелляционной жалобы ООО «Торговое промышленное объединение Электростальский завод металлоконструкций» об отсутствии оснований для применения у указанному лицу презумпции выгодоприобретателя свидетельствуют о несогласии заявителя с данной судом первой инстанции оценкой доказательств и фактических обстоятельств дела.

Кроме того, согласно разъяснениям пункта 21 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, признанное контролирующим должника исходя из презумпции, закрепленной в подпункте 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность, предусмотренную статьей 61.11 Закона о банкротстве, солидарно с руководителем должника (абзац первый статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В рассматриваемом случае, судом первой инстанции установлено, что бывшими учредителем и руководителем должника создана бизнес-модель, при которой должник стал центром убытков, а зеркальное и дублирующее общество ООО «Торговое промышленное объединение Электростальский завод металлоконструкций» - центром прибыли. Сотрудники должника фактически переведены в ООО «Торговое промышленное

объединение Электростальский завод металлоконструкций», ведущее тот же самый бизнес, по тому же самому адресу, с помощью тех же производственных мощностей. Экономическая целесообразность для должника от совершения вышеуказанных сделок и действий суду не представлено. Ординарный характер сделок и действий не подтвержден. Расчеты с контрагентами за должника велись ООО «Торговое промышленное объединение Электростальский завод металлоконструкций», что подтверждено заявителем жалобы.

При этом, заявитель ошибочно ссылается в жалобе на недоказанность обстоятельства наличия у ООО «Торговое промышленное объединение Электростальский завод металлоконструкций» возможности для оказания существенного влияния на должника, тем самым, отсутствие у такового статуса контролирующего лица, поскольку основанием для удовлетворения требований к указанному ответчику послужил подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве.

Таким образом, фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности.

Доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства, в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Каких-либо новых обстоятельств, которые могли бы повлиять на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, в апелляционной жалобе не приведено.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения оспариваемого определения суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

С учетом изложенного, основания для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Согласно части 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что его невозможно рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференцсвязи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Отложение судебного разбирательства по ходатайству лица, участвующего в деле, является правом, а не обязанностью суда.

В соответствии с пунктом 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. При удовлетворении ходатайства суд истребует соответствующее доказательство от лица, у которого оно находится.

Механизм части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не может быть использован произвольно, поскольку предполагает оказание судом содействия в сборе доказательств, имеющих отношение к предмету спора (обособленного спора).

Заявленные ФИО1 ходатайства об истребовании выписки по расчетным счетам конкурсного управляющего должником ФИО5 в ПАО «Сбербанк» и отложении судебного разбирательства отклонены как направленные на затягивание рассмотрения обособленного спора.

Руководствуясь статьями 223, 266 – 268, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области 03.04.2025 по делу № А41-73949/18 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий О.С. Высоцкая

Судьи Н.Н. Катькина

Н.В. Шальнева