Постановление от 21 июля 2022 г. по делу № А50-1892/2022

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№ 17АП-7333/2022-ГК
г. Пермь
21 июля 2022года
Дело № А50-1892/2022


Резолютивная часть постановления объявлена 20 июля 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 21 июля 2022 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Лихачевой А.Н.,

судей Власовой О.Г., Яринского С.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1, при участии (посредством использования веб-конференции (онлайн заседание) от истца: ФИО2, паспорт, по доверенности от 31.08.2021;

от ответчика: ФИО3 по доверенности от 25.02.2022, паспорт, диплом; рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика - общества с ограниченной ответственностью «Айс»,

на решение Арбитражного суда Пермского края

от 29 апреля 2022 года

по делу № А50-1892/2022

по иску Компании «Chanel SARL» (Кэ дю Женераль-Гисан 24, 1204 Женева, Швейцария)

к обществу с ограниченной ответственностью «Айс» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

о взыскании убытков,

установил:

Компания «Chanel SARL» (далее - истец) обратилась в арбитражный суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Айс» (далее – ответчики) о взыскании убытков в размере 165 000 руб.

Решением суда от 29.04.2022 исковые требования удовлетворены. С ответчика в пользу истца взысканы убытки в размере 165 000 руб., а также 5 950 руб. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины.

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции, принять новое решение о снижении взыскиваемой суммы.

Заявитель жалобы настаивает на том, что истцом не соблюден досудебный порядок урегулирования спора, ссылаясь на то, что директор ответчика отрицает факт получения претензии.

Кроме того полагает, что имеются основания для снижения суммы взыскиваемых убытков в связи с трудным финансовым положением ООО «АЙС», поскольку правонарушение совершено впервые; торговля товаром, аналогичным контрафактному, не является основным видом деятельности ООО «АЙС»; нарушение не носило грубый характер; фактов продажи контрафактных товаров не установлено; расчет суммы убытков истца ничем не подтвержден; ссылается на отсутствие потерь у правообладателя и дохода у ответчика от реализации товара; относительно не составления контррасчета по иску поясняет, что ООО «АЙС» не является ни производителем, ни поставщиком товара указанной в иске торговой марки, не может знать цену оригинальной продукции, в отзыве на иск была указана цена реализации товара в сумме 900 рублей; указывает на то, что у ответчика отсутствуют потенциальные потребители, готовые приобретать оригинальную продукцию компании-правообладателя по указанной истцом цене.

Представитель истца с доводами жалобы не согласился по мотивам, изложенным в письменном отзыве, просил решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Апелляционная жалоба рассмотрена судом в соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ в отсутствие ответчика, извещенного о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, компания «Chanel SARL» является правообладателем следующих товарных знаков:

CHANEL - зарегистрирован в Международном бюро Всемирной организации интеллектуальной собственности (ВОИС), выдано свидетельство о продлении регистрации товарного знака № 313034А (действует до 10.05.2026) в отношении товаров классов МКТУ 14, 18, 20, 21, 23, 24, 25 (в том числе балетки), 26, 27.

- зарегистрирован в Международном бюро Всемирной организации интеллектуальной собственности (ВОИС), выдано свидетельство о продлении регистрации товарного знака № 517325А (действует до 15.10.2027) в отношении товаров классов МКТУ 18, 23, 24, 25 (в том числе балетки), 26.

Товарные знаки и CHANEL являются общеизвестными товарными знаками и зарегистрированы Федеральной службой по интеллектуальной собственности РФ в реестре общеизвестных в Российской Федерации товарных знаков (номер в Перечне 135 и 136 соответственно, действуют бессрочно) в отношении товаров классов МКТУ 03, 18 и 25.

Обладателем исключительных прав на товарные знакии CHANEL является компания Шанель САРЛ (Chanel SARL), Ке дю Женераль-Гисан 24, 1204 Женева, Швейцария (ранее Бургштрассе 26, СН-8750 Гларус, Швейцария).

Уполномоченным представителем компании «Chanel» на территории Российской Федерации является общество с ограниченной ответственностью «ТКМ».

Сотрудниками полиции 10.02.2020 в ходе проверочных мероприятий в магазине «Детский мир», расположенном по адресу: <...>, выявлен факт хранения и предложения к реализации продукции, маркированной товарными знаками «Chanel».

По данному факту решением Арбитражного суда Пермского края от 03.09.2020 № А50-17052/2020 ООО «АЙС» было привлечено к административной ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 14.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

По смыслу ч. 2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. Преюдициальная связь судебных актов арбитражных судов обусловлена указанным свойством обязательности как элемента законной силы судебного акта, в силу которой в процессе судебного доказывания суд не должен дважды устанавливать один и тот же факт в отношениях между теми же сторонами. Иной подход означает возможность опровержения опосредованного вступившим в законную силу судебным актом вывода суда о фактических обстоятельствах другим судебным актом, что противоречит общеправовому принципу определенности, а также принципам процессуальной экономии и стабильности судебных решений (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 05.02.2007 № 2-П).

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П разъяснено, что признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения, принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела.

Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Указанное решение арбитражного суда по делу № А50-17052/2020 имеет преюдициальное значение при разрешении настоящего спора и обстоятельства о виновности ответчика не подлежат доказыванию вновь по правилам статьи 65 АПК РФ.


Направленная истцом в адрес ответчика претензия от 15.12.2020 № 767 с требованием добровольно возместить правообладателю ущерб в виде компенсации, оставлена последним без ответа и удовлетворения.

Ссылаясь на указанные выше обстоятельства, полагая, что в связи с нарушением нарушение исключительных прав на средства индивидуализации причинены убытки, компания Chanel SARL обратилась в Арбитражный суд Пермского края с настоящим исковым заявлением.

Суд первой инстанции доводы ответчика относительно несоблюдения истцом досудебного порядка урегулирования спора отклонил, согласившись с тем, что претензия получена ответчиком 21.01.2021.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции констатировал наличие у истца исключительных прав на названные выше товарные знаки, а также признал доказанным факт нарушения обществом этих прав; установив, что размер убытков правомерно определен истцом исходя из цены на аналогичную по категории оригинальной продукцией с товарными знаками "Chanel" на момент изъятия умноженная на количество изъятых экземпляров.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, исходя из следующего.

Согласно п. 1 ст. 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со ст. 1229 того же Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в п. 2 данной статьи.

При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации (п. 2 названной статьи).

В силу п. 3 ст. 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Запрет на использование в гражданском обороте обозначения, тождественного или сходного до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком, в отношении однородных товаров и услуг, действует во всех случаях, за исключением предоставления правообладателем соответствующего разрешения любым способом, не запрещенным законом и не противоречащим существу исключительного права на товарный знак.

Истец договоров об отчуждении исключительных прав либо лицензионных договоров о предоставлении права использования товарных знаков с ответчиком не заключал.

В соответствии с п. 1 ст. 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

В соответствии с п. 3 ст. 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных названным Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных этим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Исходя из положений ч. 1 ст. 65 АПК РФ, а также разъяснений, изложенных в пунктах 57, 59 - 62, 154, 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10), в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров (услуг), для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров (услуг), одним из способов, предусмотренных п. 2 ст. 1484 ГК РФ.

При этом по смыслу приведенных положений на ответчика возлагается бремя доказывания выполнения им требований законодательства при использовании средства индивидуализации, исключительные права на которые принадлежат другому лицу. В противном случае ответчик признается нарушителем исключительного права, и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. Истец же должен лишь подтвердить факт принадлежности ему указанного права и факт использования соответствующего средства индивидуализации ответчиком.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор по существу.

В силу подп. 3 п. 1 ст. 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о возмещении убытков к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

При этом приведенная норма не делает какого-либо исключения из порядка определения убытков, установленных общими нормами гражданского законодательства.

В п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума N 25) разъяснено, что по смыслу статьи 15 ГК РФ, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Как полагает истец, в результате незаконного использования чужих товарных знаков ответчик причинил правообладателям убытки в размере 165 000 руб., которые определены исходя из цен на оригинальную продукцию, актуальных на дату установления факта хранения и предложения к реализации контрафактной продукции на основе принципа, что одна единица контрафактной продукции вытесняет с рынка одну единицу оригинальной продукции.

Истец указывает, что в результате нарушения ответчиком исключительных прав на чужие товарные знак часть потребителей товаров правообладателей ушла к нарушителю; репутации правообладателей был причинен ущерб от использования потребителями некачественных контрафактных товаров, введенных в оборот нарушителем, а также правообладатели понесли расходы на восстановительную рекламу; нарушитель получил прибыль от незаконного использования чужих товарных знаков, в то время как потребитель, покупая контрафактные товары, маркированные чужим товарным знаком, приобрел товар под брендом правообладателя.

Относимые, допустимые, достаточные доказательства, опровергающие обозначенную истцом сумму ущерба, ответчиком в материалы дела не представлены (ст. 9, 65,67,68 АПК РФ).

Суд первой инстанции обоснованно отклонил доводы ответчика о несогласии с определением размера упущенной выгоды по причине отсутствия доказательств фактического получения дохода от реализации товара.

Как разъяснено в п. 5 Постановления N 7, по смыслу ст. 15 и 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

В п. 3 постановления N 7 указано, что при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 ГК РФ).

В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения. Должник не лишен права представить доказательства того, что упущенная выгода не была бы получена кредитором.

Согласно абз. 2 п. 14 Постановления N 25, поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

При установлении факта нарушения ответчиком права истца на использование товарных знаков отказ в удовлетворении иска о взыскании убытков по мотиву недоказанности размера упущенной выгоды противоречил бы положениям ГК РФ о защите интеллектуальных прав, а также разъяснениям практики применения законодательства, в частности, п. 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10).

Определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является обязанностью арбитражного суда на основании ч.2 ст. 65, ч. 4 ст. 170 АПК РФ. Суд на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, устанавливает размер упущенной выгоды с разумной степенью достоверности.

Как усматривается из материалов дела, размер упущенной выгоды истца установлен судом на основании представленных истцом доказательств, при этом ответчик, оспаривая заявленный размер упущенной выгоды, контррасчет по иску и соответствующие доказательства, опровергающие расчет истца, и в обоснование своей позиции, не представил, приводя лишь отдельные, не основанные на доказательствах, доводы о несогласии с расчетом истца по различным основаниям (ст.65,9 АПК РФ).

В силу специфики объектов интеллектуальной собственности, обусловленной их нематериальной природой, правообладатели ограничены как в возможности контролировать соблюдение принадлежащих им исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации третьими лицами и выявлять допущенные нарушения, так и в возможности установить точную или, по крайней мере, приблизительную величину понесенных ими убытков (особенно в виде упущенной выгоды), в том числе, если правонарушение совершено в сфере предпринимательской деятельности.

По совокупности изложенных обстоятельств и представленных по иску доказательств суд апелляционной инстанции приходит к выводу о правомерности удовлетворения судом первой инстанции заявленных требований в полном объеме (ст.71 АПК РФ).

Доводы ответчика о несоблюдении истцом досудебного порядок урегулирования спора обоснованно отклонены судом первой инстанции на основании следующего.

Из п.63 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что по смыслу пункта 1 статьи 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам (например, в тексте договора), либо его представителю (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ).

По смыслу пункта 1 статьи 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам, либо его представителю (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ). С учетом положения пункта 2 статьи 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, осуществляющему предпринимательскую деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, или юридическому лицу, направляется по адресу, указанному соответственно в едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей или в едином государственном реестре юридических лиц либо по адресу, указанному самим индивидуальным предпринимателем или юридическим лицом. При этом необходимо учитывать, что гражданин, индивидуальный предприниматель или юридическое лицо несут риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам, перечисленным в абзацах первом и втором настоящего пункта, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу.

Согласно отчету о почтовом отслеживании с идентификационным № 10506654019957 копия досудебной претензии истца ООО «АЙС» получена 21.01.2021.

В силу части 1 статьи 10 ГК РФ «не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом)».

Согласно части 2 статьи 10 ГК РФ «в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом».

В апелляционной жалобе ответчик, возражая по размеру убытков, ссылается на то, что в с. Частые, Пермского края, отсутствуют потенциальные потребители, готовые приобретать оригинальную продукцию компании-правообладателя. Однако данное заявление является голословным и материалами не подтверждается, так как ответчик не может быть осведомлен о финансовом положении населения.

Ответчик указывает на отсутствие подтверждения расчета причиненных убытков, однако в материалах дела имеется документ, которым обоснован размер причиненных ущерб компании-правообладателю.

Согласно представленной справке о причиненном ущербе компании - правообладателю от 10.03.2020, в результате незаконного использования чужого товарного знака ООО «АЙС» причинило правообладателю убытки в размере 165 000 (сто шестьдесят пять тысяч) рублей, исходя из отпускной цены за 1 единицу в размере 85 000 (восемьдесят пять тысяч) рублей за спортивные брюки и за 1 единицу в размере 80 000 (восемьдесят тысяч) рублей за футболку.

Размер убытков определен исходя из цен на оригинальную продукцию, актуальных на дату изъятия контрафактной продукции на основе принципа, что одна единица контрафактной продукции вытесняет с рынка одну единицу оригинальной продукции.

Данный принцип нашел свое подтверждение в п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26. 04.2007 №14 "О практике рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака": «устанавливая размер ущерба правообладателю, следует исходить из розничной стоимости оригинальных (лицензионных) экземпляров произведений или фонограмм на момент совершения преступления, исходя при этом из их количества, включая копии произведений или фонограмм, принадлежащих различным правообладателям».

Исходя из изложенного, совокупность факторов, необходимых для взыскания ущерба подтверждена материалами дела, при этом, как обоснованно указал истец, возражая по доводам жалобы ответчика, ответчик в полной мере осознавал противоправность деяния, тем не менее, продолжал реализовывать контрафактную продукцию продолжительное время.

Как следует из пояснений истца и не опровергнуто ответчиком, истцом при расчете ущерба указана минимальная отпускная цена на оригинальный товар, аналогичный изъятому, контрафактному; в открытом доступе, на официальных сайтах правообладателя указаны цены на различную оригинальную продукцию, которая в сравнении в несколько раз выше, чем была заявлена истцом в требованиях. Следовательно, расчет из стоимости на оригинальную продукцию априори не может быть ниже, чем заявлен в исковых требованиях изначально.

Таким образом, доводы, приведенные в апелляционной жалобе ответчика, не нашли правового и документального обоснования, о незаконности либо необоснованности обжалуемого решения не свидетельствуют, в связи с чем подлежат отклонению.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не находит предусмотренных ст. 270 АПК РФ оснований для отмены судебного акта. Апелляционная жалоба ответчика удовлетворению не подлежит.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы согласно ст. 110 АПК РФ относятся на ответчика.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266-269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Пермского края от 29 апреля 2022 года по делу № А50-1892/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.



Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.



Председательствующий



Судьи


А.Н. Лихачева



О.Г. Власова



С.А. Яринский