Постановление от 22 сентября 2023 г. по делу № А40-129253/2017

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

22.09.2023 года

Дело № А40-129253/2017


Резолютивная часть постановления объявлена 18.09.2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 22.09.2023 года.


Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Савиной О.Н.,

судей: Каменецкого Д.В., Коротковой Е.Н.,

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего АКБ «Легион» (АО) в лице ГК «АСВ» - представитель ФИО1 (доверенность от 17.08.2022)

от ООО «Интер» - представитель ФИО2 (доверенность от 15.06.2022)

до перерыва: от конкурсного управляющего ООО «АСМАТО» - представитель ФИО3 (доверенность от 31.03.2023), после перерыва: не явились

до перерыва: от ФИО4 – представитель ФИО5 (доверенность от 07.09.2022), после перерыва: не явились

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы конкурсногоуправляющего АКБ «Легион» (АО) в лице ГК «АСВ», ООО «СК-20», поданную в порядке ст. 42 АПК РФ,

на определение Арбитражного суда города Москвы от 01.12.2022,на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2023(№09АП-91718/2022),по заявлению конкурсного управляющего АКБ «Легион» (АО) о признаниинедействительным дополнительного соглашения от 25.10.2016 № 3 к договорузалога недвижимого имущества от 29.02.2016 № 07/16-ЗН-ВКЛ-2, заключенногомежду ООО «Интер» и АКБ «Легион» (АО), и применении последствийнедействительности сделки,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АКБ «Легион» (АО),



УСТАНОВИЛ:

Приказом Центрального Банка Российской Федерации от 07.07.2017 у АКБ «Легион» (АО) отозвана лицензия на осуществление банковских операций, в связи с неисполнением Банком федеральных законов, регулирующих банковскую деятельность, а также нормативных актов Банка России, значением всех нормативных достаточности собственных средств (капитала), снижением размера собственных средств ниже минимального значения уставного капитала.

Приказом Центрального Банка Российской Федерации от 07.07.2017 № ОД-1892 с 07.07.2017 назначена временная администрация по управлению кредитной организацией АКБ «Легион» (АО).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 21.09.2017 АКБ «Легион» (АО) (далее – должник; ИНН <***>, ОГРН <***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, функции конкурсного управляющего должника возложены на ГК «АСВ», о чем в газете «Коммерсантъ» от 30.09.2017 №182(6176) опубликовано сообщение.

В Арбитражный суд города Москвы 18.08.2022 поступило заявление конкурсного управляющего должника о признании недействительной сделкой дополнительного соглашения от 25.10.2016 № 3 к договору залога от 29.02.2016 № 07/16-ЗН-ВКЛ-2 недвижимого имущества, заключенного между АКБ «Легион» (АО) и ООО «Интер», и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.12.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2023, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсныйуправляющий АКБ «Легион» (АО) в лице ГК «АСВ» обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции, в связи с нарушением норм материального и процессуального права, несоответствием выводов судов фактическим обстоятельствам дела. Полагает, что Банком доказана необходимая совокупность обстоятельств недействительности спорной сделки; ссылается на то, что дополнительным соглашением к договору залога прекращено действие залога до окончания срока предоставления кредита. Указывает, что срок исковой давности не пропущен, т.к. судами неправильно установлен дата, с которой конкурсному управляющему могло стать известно о наличии спорного дополнительного соглашения.

ООО «СК-20», ссылаясь на положения ст. 42 АПК РФ также обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит суд оставить обжалуемые определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего АКБ «Легион» (АО) в лице ГК «АСВ» без удовлетворения. В обоснование кассационной жалобы указывает, что является арендатором части имущества, переданного ранее в залог банку по договору ипотеки, к которому было заключено спорное дополнительное соглашение, обращение взыскания на имущество ООО «Интер», может привести к нарушению прав кассатора как арендатора.

В соответствии с абзацем 2 ч. 1 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

До судебного заседания по рассмотрению кассационной жалобы в Арбитражный суд Московского округа поступили отзывы кредиторов ФИО4, конкурсного управляющего ООО «АСМАТО», в которых поддержаны доводы кассационной жалобы банка, приобщены к материалам дела в порядке ст. 279 АПК РФ.

До перерыва в судебном заседании 12.09.2023 представители кредиторов ФИО4, конкурсного управляющего ООО «АСМАТО» доводы кассационной жалобы банка поддержали, после перерыва – не явились.

Представитель конкурсного управляющего в заседании суда округа поддержал доводы своей кассационной жалобы, по кассационной жалобе ООО «СК-20» возражал, просил в удовлетворении жалобы отказать.

Представитель ООО «Интер» возражал на доводы кассационной жалобы конкурсного управляющего, просил оставить судебные акты без изменения; вопрос по кассационной жалобе ООО «СК-20» - оставил на усмотрение суда.

Надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы ООО «СК-20», иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание суда кассационной инстанции не направили, что в силу ч. 3 ст. 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы сторон, судебная коллегия пришла к выводу о наличии оснований для прекращения производства по кассационной жалобе ООО «СК- 20», поданной в порядке ст. 42 АПК РФ, в силу следующего.

Так, ООО «СК-20» ссылается на то обстоятельство, что между ним и ООО «Интер» заключен договор аренды, согласно которому часть объектов, срок залога которых определен оспариваемыми судебными актами.

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ и ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), в том числе Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно ч. 1 ст. 4 АПК РФ заинтересованным лицам предоставлено право на обращение в арбитражный суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Статьей 42 АПК РФ предусмотрено, что лица, не участвовавшие в деле, о правах и об обязанностях которых арбитражный суд принял судебный акт, вправе обжаловать этот судебный акт, а также оспорить его в порядке надзора по правилам, установленным настоящим Кодексом. Такие лица пользуются правами и несут обязанности лиц, участвующих в деле.

К иным лицам, согласно части 3 ст. 16 и ст. 42 АПК РФ относятся лица, о правах и об обязанностях которых принят судебный акт.

Таким образом, лица, не участвующие в деле, вправе обжаловать судебный акт в порядке кассационного производства в случае, если данным судебным актом непосредственно затрагиваются их права и обязанности, в т.ч. создаются препятствия для реализации их субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора.

В частности, в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» разъяснено, что, при применении статей 273, 290 АПК РФ судам кассационной инстанции следует принимать во внимание, что право на обжалование судебных актов в порядке кассационного производства имеют как лица, участвующие в деле, так и иные лица в случаях, предусмотренных АПК РФ.

В связи с этим лица, не участвующие в деле, как указанные, так и не указанные в мотивировочной и/или резолютивной части судебного акта, вправе его обжаловать в порядке кассационного производства в случае, если он принят об их правах и обязанностях, т.е. данным судебным актом затрагиваются их права и обязанности, в том числе создаются препятствия для реализации их субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора.

Вместе с тем, наличие у лица, не участвовавшего в деле, какой-либо заинтересованности в исходе дела само по себе не предоставляет ему право обжаловать судебный акт, поскольку по смыслу ст. 42 Кодекса такое право появляется только у лица, о правах и обязанностях которого суд уже принял решение.

Для возникновения права на обжалование судебных актов у лиц, не привлеченных к участию в деле, необходимо чтобы обжалуемые судебные акты не просто затрагивали права и обязанности этих лиц, а были приняты непосредственно об их правах и обязанностях, в том числе создавали препятствия для реализации их субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 22.03.2012 № 558-О-О указано, что критерием при определении законодателем лиц, имеющих право обжаловать судебные акты, является существо допущенных арбитражным судом при вынесении судебного акта нарушений норм процессуального права - принятие решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле (п. 4 ч. 4 ст. 270, п. 4 ч. 4 ст. 288 АПК РФ).

Особенностью Закона о банкротстве является определение круга лиц, участвующих в деле о банкротстве, и лиц, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве, а также определение объема их прав и обязанностей.

В соответствии со ст. 34 Закона о банкротстве к лицам, участвующим в деле о банкротстве, отнесены должник, арбитражный управляющий, конкурсные кредиторы, уполномоченные органы, федеральные органы исполнительной власти.

Лицами, участвующими в арбитражном процессе по делу о банкротстве, признаются в силу ст. 35 Закона о банкротстве иные лица в случаях, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и Законом о банкротстве.

Согласно пп. 4 п. 15 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 непосредственными участниками обособленного спора помимо основных участников дела о банкротстве являются, в частности, при рассмотрении заявления об оспаривании сделки - другая сторона сделки или иное лицо, в отношении которого совершена сделка (п. 4 ст. 61.8 Закона о банкротстве).

Оценив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, суд округа приходит к выводу о наличии оснований для прекращения производства по ней, поскольку обжалуемые судебные акты непосредственно не затрагивают права и не возлагают какие-либо обязанности на ООО «СК-20», не создают препятствия для реализации его субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора, поскольку арендные отношения ООО «СК-20» и ООО «Интер» предметом проверки судов в данном обособленном споре не являлись.

В соответствии с п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 13, в случае когда жалоба подается лицом, не участвовавшим в деле, суду надлежит проверить, содержится ли в жалобе обоснование того, каким образом оспариваемым судебным актом непосредственно затрагиваются права или обязанности заявителя. При отсутствии соответствующего обоснования кассационная жалоба возвращается в силу п. 1 ч. 1 ст. 281 АПК РФ.

Если после принятия кассационной жалобы будет установлено, что заявитель не имеет права на обжалование судебного акта, то применительно к п. 1 ч. 1 ст. 150 АПК РФ производство по жалобе подлежит прекращению.

О прекращении производства по кассационной жалобе арбитражный суд выносит определение (ч. 2 ст. 282 АПК РФ).

В силу ч. 3 ст. 282 АПК РФ, в случае прекращения производства по кассационной жалобе повторное обращение того же лица по тем же основаниям в арбитражный суд с кассационной жалобой не допускается.

При таких обстоятельствах, суд округа приходит к выводу о прекращении производства по кассационной жалобе ООО «СК-20».

Заслушав представителей конкурсного управляющего должника и ООО «Интер», обсудив доводы кассационной жалобы Банка, проверив в порядке статей 286, 287, 288 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам, судебная коллегия кассационной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для отмены определения и постановления судов с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы по следующим мотивам.

Обращаясь в суд с заявлением о признании недействительной сделкой дополнительного соглашения к договору залога, конкурсный управляющий должника указывал, что данная сделка отвечает признакам недействительной сделки по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», ст.ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст. 61.1, п. 1 ст. 189.90 Закона о банкротстве сделка, совершенная кредитной организацией или иным лицом за ее счет, может быть признана арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве кредитной организации, недействительной по заявлению конкурсного управляющего в порядке и по основаниям, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, Гражданским кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами, с учетом особенностей, установленных настоящим параграфом.

К оспариванию таких сделок применяются правила, предусмотренные пунктами 1 - 10 ст. 189.40 Закона о банкротстве. Периоды, в течение которых совершены сделки, которые могут быть признаны недействительными, или возникли обязательства должника, указанные в статьях 61.2, 61.3 и п. 4 ст. 61.6 Закона о банкротстве, исчисляются, начиная с даты назначения Банком России временной администрации.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций и следует из материалов дела, между должником и ООО «Металлоконструкции» 29.02.2016 заключен договор № 07/16-ВКЛ о кредитной линии, согласно п. 1.1. которого кредитор открывает заёмщику (ООО «Металлоконструкции») возобновляемую кредитную линию с общей суммой лимита кредитования в размере 270 000 000 руб. в порядке и на условиях, предусмотренных указанным договором.

Суды также указали, что между АКБ «Легион» (АО) и ООО «Металлоконструкции» 25.10.2016 заключено дополнительное соглашение к договору №07/16-ВКЛ о кредитной линии от 29.02.2016, согласно которому п.1.1 указанного договора о кредитной линии дополнен подпунктом 1.1.1 в следующей редакции: «кредитор предоставляет заемщику кредит в рамках кредитной линии, указанной в п.1.1. договора, на сумму 270 000 000 руб. на срок 276 дней с 29.02.2016 по 01.12.2016».

В обеспечение выполнения заёмщиком своих обязательств по договору о кредитной линии между АКБ «Легион» (АО) и ООО «Интер» заключен договор залога № 07/16-ЗН-ВКЛ-2 недвижимого имущества от 29.02.2016, в пункте 5.5 которого в редакции, действовавшей до 25.10.2016, определено что «настоящий договор вступает в силу со дня подписания и действует до полного исполнения принятых на себя обязательств по кредитному договору».

На основании дополнительного соглашения от 25.10.2016 к договору №07/16-ВКЛ о кредитной линии, определившего 01.12.2016 как срок исполнения обязательства, обеспечиваемого ипотекой, между АКБ «Легион» (АО) и ООО «Интер» заключено дополнительное соглашение от 25.10.2016 № 3 к договору залога №07/16-ЗН-ВКЛ-2 недвижимого имущества от 29.02.2016, указывающее на срок исполнения обязательства, обеспечиваемого ипотекой.

Согласно п.1 указанного оспариваемого соглашения № 3 абзац 1 пп. 1.1. договора залога №07/16-ЗН-ВКЛ-2 недвижимого имущества от 29.02.2016 изложен в следующей редакции: «В силу настоящего договора залогодатель передает залогодержателю в залог имущество, принадлежащее ему на праве собственности, в обеспечение своевременного исполнения обязательств ООО «Металлоконструкции» по возврату кредита, предоставленного Заемщику в рамках кредитной линии и указанного в п.п. 1.2.4 настоящего договора. Кредитная линия открыта заёмщику в соответствии с договором № 07/16-ВКЛ о кредитной линии от 29.02.2016, заключенным в г. Москва, между должником и ООО «Металлоконструкции».

Согласно п. 2 дополнительного соглашения от 25.10.2016 № 3 к договору залога № 07/16-ЗН-ВКЛ-2 недвижимого имущества от 29.02.2016 в указанный договор включен подпункт 1.2.4 пункта 1.2 в следующей редакции: «1.2.4. залогодержатель предоставляет заемщику кредит в рамках кредитной линии, указанной в п.1.2. настоящего договора на сумму 270 000 000 руб. на срок 276 дней с 29.02.2016 по 01.12.2016».

В соответствии с п. 4 дополнительного соглашения от 25.10.2016 № 3 к договору залога от 29.02.2016 № 07/16-3H-ВКЛ-2 недвижимого имущества п. 5.5. указанного договора залога изложен в следующей редакции: «5.5. Настоящий договор вступает в силу со дня подписания и действует до 02.12.2016. Ипотека (залог) недвижимого имущества, перечисленного в п.п. 1.1.1 настоящего договора, возникает с момента государственной регистрации ипотеки (залога) указанного недвижимого имущества в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве и прекращается с 02.12.2016. По соглашению сторон в соответствии с п.п. 10 п.1 ст. 352 ГК РФ стороны установили, что настоящий договор и право залога недвижимого имущества в рамках настоящего договора прекращаются в случае изменения срока исполнения обязательства, обеспеченного залогом и зафиксированного в п.п. 1.2.4. настоящего договора».

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.07.2017 возбуждено производство по настоящему делу о признании АКБ «Легион» (АО) несостоятельным (банкротом).

Конкурсный управляющий банка, ссылаясь на то, что дополнительное соглашение № 3 к договору залога недвижимого имущества от 29.02.2016 № 07/16-ЗН-ВКЛ-2 заключено 25.10.2016 (т.е. в пределах трех лет до принятия судом заявления о банкротстве должника), обратился в суд с заявлением о признании подозрительной сделки недействительной по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В обоснование заявления приводились доводы о том, что: 1) сделка совершена в период неплатежеспособности банка; 2) заключение сделки привело к прекращению обеспечения по кредитному договору, невозможности обращения взыскания на залог, в целях погашения требований кредиторов; 3) в кредитном досье банка указанное дополнительное соглашение отсутствовало, при этом изменения, предусмотренные в спорном соглашении, не были зарегистрированы, в связи с чем конкурсный управляющий не был осведомлен о его наличии; 4) Банк и ООО «Интер» являются заинтересованными лицами; 5) последующие дополнительные соглашения к договору залога от 02.12.2016 № 3, от 19.12.2016 № 4, которыми также изменялись сроки действия договора залога до 02.01.2017 и до 01.07.2017, соответственно, признаны судом недействительными (определения Арбитражного суда города Москвы от 09.06.2022, от 20.19.2019 по настоящему делу).

Отказывая в удовлетворении заявления, суды исходили из того, что: 1) заявителем не доказано наличие признаков неплатежеспособности Банка на момент совершения спорной сделки; 2) дополнительное соглашение, вносящее изменение в основной договор залога, не полежит государственной регистрации; 3) одновременное оспаривание дополнительного соглашения по основаниям п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве и ст.ст. 10, 168 ГК РФ направлено на обход срока исковой давности по требованию, о пропуске которого заявлено ответчиком; 4) судами сделан вывод о пропуске конкурсным управляющим банка годичного срока исковой давности на подачу заявлению по основаниям п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Так, Банк в рамках дела №А40-242740/2017 обратился с заявлением о взыскании с ООО «Металлоконструкции» задолженности по договору о возобновляемой кредитной линии и об обращении взыскания на объекты недвижимого имущества, обремененные залогом, которое определением сдуа от 27.12.2017 принято к производству суда.

ООО «Интер» в рамках дела №А40-190117/2017 обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением, с учетом уточнений требований, о признании договора залога прекращенными в связи с истечением срока его действия, ссылаясь на то, что срок действия изменен сторонами дополнительными соглашениями от 19.12.2016 № 4, от 02.12.2016 № 3.

Между тем, суд округа приходит к выводу о том, что судебные акты приняты при неполном установлении всех фактических обстоятельств по делу, без учета выводов судов, сделанных ранее, при рассмотрении сделок - дополнительных соглашений от 19.12.2016 № 4, от 02.12.2016 № 3 к тому же договору залога недвижимого имущества от 29.02.2016 № 07/16-3H-ВКЛ-2.

Судами установлено, что между АКБ «Легион» (АО) и ООО «Металлоконструкции» 25.10.2016 заключено дополнительное соглашение к договору №07/16-ВКЛ о кредитной линии от 29.02.2016, согласно которому п.1.1 указанного договора о кредитной линии дополнен подпунктом 1.1.1 в следующей редакции: «кредитор предоставляет заемщику кредит в рамках кредитной линии, указанной в п.1.1. договора, на сумму 270 000 000 руб. на срок 276 дней с 29.02.2016 по 01.12.2016».

Таким образом, суды посчитали, что срок, на который предоставлен залог, установленный в оспариваемом соглашении от 25.10.2016 № 3, изменен с учетом внесенных изменений по дате погашения кредита.

Однако, как указывает в кассационной жалобе Банк, срок окончания действия кредитной линии, предполагающей неоднократное предоставление кредитных траншей на сумму 270 000 000 руб., с возможностью их возврата и неоднократной выдачей в пределах суммы, определен - 28 февраля 2018 года.

Указанные обстоятельства также были установлены судами при оспаривании сделок - дополнительных соглашений от 19.12.2016 № 4, от 02.12.2016 № 3 к договору залога недвижимого имущества от 29.02.2016 № 07/16-3H-ВКЛ-2, и в рамках дела № А40-190117/2017, в которых также отмечено, что, в силу п. 1.2. кредитного договора под кредитной линией в настоящем договоре понимается возможность неоднократного получения заемщиком (ООО «Металлоконструкции») денежных средств (кредитов) в рамках кредитной линии в пределах установленного лимита в течение всего срока действия договора об открытии кредитной линии. При этом суммы погашенных кредитов не уменьшают размер лимита кредитования, указанный в п. 1.1 настоящего договора. Исходя из положений п. 1.4. Кредитного договора, срок окончания действия кредитной линии и, соответственно, срок погашения заемщиком (ООО «Металлоконструкции») всей задолженности по предоставленным кредитам, включая проценты по ним, определен - 28 февраля 2018 года.

При этом, Банк указывает, что ответчик предоставлял залог в целом по кредитному соглашению, т.е. погашению обязательств не по конкретному траншу, а всей задолженности в пределах кредитной линии.

Суды сослались на дополнительное соглашение 25.10.2016 к договору №07/16-ВКЛ о кредитной линии от 29.02.2016, которым дополнен пункт 1.1.1, между тем, не учтено, что срок окончания действия кредитной линии установлен пунктом 1.4. договора.

В материалах настоящего обособленного спора представлена копия дополнительного соглашения 25.10.2016 к договору № 07/16-ВКЛ о кредитной линии от 29.02.2016, однако текст кредитного договора отсутствует, соответственно, делая выводы о том, что срок, предусмотренный в дополнительном соглашении от 26.10.20216 № 3 к договору залога, изменен, исходя из условий дополнительного соглашения от 25.10.2016 к договору № 07/16-ВКЛ о кредитной линии от 29.02.2016 (установлен - до 01.12.2016), суды не установили все фактические обстоятельства, исходя из пунктов кредитного договора - срок, объем обеспеченных залогом обязательств (в частности, транши в пределах кредитной линий или отдельный транш на сумму 270 000 000 руб.), что также было предметом исследования и оценки судов, при рассмотрении сделок - дополнительных соглашений от 19.12.2016 № 4, от 02.12.2016 № 3 к договору залога № 07/16-3H-ВКЛ-2 недвижимого имущества от 29.02.2016, в деле №А40-190117/2017 (постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2023 (по заявлению АКБ «Легион» (АО) о пересмотре постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.07.2021) по вновь открывшимся обстоятельствам) оставлено без изменения решение Арбитражного суда города Москвы от 26.02.2021, об отказе в удовлетворении исковых требований по иску ООО «Интер» к АКБ «Легион» (АО) о признании прекращенным, в связи с истечением срока действия, договора залога от 29.02.2016 № 07/16-ЗН-ВКЛ-2).

Суды также пришли к выводу о том, что конкурсным управляющим не доказаны презумпции, установленные п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, а именно, признаки неплатежеспособности Банка на момент совершения сделок.

Согласно п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

Согласно п. 5 Постановления № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; б) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с пунктом 6 Постановления № 63 согласно абзацам второму - пятому п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на лицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

Под неплатежеспособностью должника в соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

В соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества представляет собой превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Согласно п. 7 Постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно доводам конкурсного управляющего, в результате действий заинтересованных друг к другу лиц в период неплатежеспособности должника, заключено дополнительное соглашение, которым прекращено обеспечение по кредитному договору, что причинило вред имущественным интересам кредиторов должника.

Так, Банк ссылался на материалы проверок Банка России, наличие неисполненных обязательств перед иными кредиторами, впоследствии включенных в реестр требований кредиторов должника, которые были оценены и учтены судами, при рассмотрении сделок - дополнительных соглашений от 19.12.2016 № 4, от 02.12.2016 № 3 к договору залога № 07/16-3H-ВКЛ-2 недвижимого имущества от 29.02.2016.

Кроме того, согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710 (4) по делу №А40-177466/2013, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.

На наличие значительных неисполненных обязательств Банка также указали представители кредиторов ФИО4, конкурсного управляющего ООО «АСМАТО» в суде кассационной инстанции (позиции изложены в отзывах).

Кроме того, конкурсным управляющим приводились доводы о наличии фактической аффилированности Банка и ООО «Интер» на момент заключения дополнительного соглашения от 26.10.2016 № 3, а именно: на момент заключения директор ответчика ФИО6 являлся сотрудником банка, а ранее до 20.07.2016 – директором являлась ФИО7 миноритарный акционер банка и супруга ФИО8, т.е. одного из лиц, контролирующих должника, со ссылкой на установленные судебными актами данные обстоятельства.

В соответствии со ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника. Заинтересованными лицами по отношении к должнику также признаются лица, состоящие в родственных отношениях с руководителем должника.

Кроме того, согласно правовой позиции, изложенной, в частности, в Определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 и иных, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии фактической аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Между тем, указанным доводам конкурсного управляющего банка оценка не давалась, мотивы, по которым данные доводы отклонены, также не приведены в судебных актах.

При этом, согласно подходу, изложенному в Определении Верховного суда Российской Федерации от 23.08.2018 №301-ЭС17-7613 (3) следует критически относиться к обстоятельствам, при которых банк, без видимых к тому причин отказывается от залога по обязательству, которое не исполнено.

Таким образом, поведение кредитора, отказывающегося от обеспечения по обязательству (что влечет существенное снижение гарантий возврата долга), должно породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности подобных действий.

Такой участник оборота должен осознавать, что сделка по расторжению соглашения об обеспечении с высокой степенью вероятности может нарушать права и законные интересы кредиторов его контрагента, справедливо рассчитывающих на удовлетворение своих требований за счет пополнения конкурсной массы посредством возврата кредитных средств.

В частности, при рассмотрении сделок - дополнительных соглашений от 19.12.2016 № 4, от 02.12.2016 № 3 к договору залога № 07/16-3H-ВКЛ-2 недвижимого имущества от 29.02.2016, отклоняя доводы о необходимости трактования положений договора о залоге, с учетом внесенных дополнительным соглашением изменений, суды пришли к выводу, что они не могут быть признаны обоснованными, поскольку данные изменения в дополнительных соглашениях влекут причинение вреда кредиторам Банка.

Однако в настоящем обособленном споре, суды пришли к иным выводам.

Конкурсный управляющий банка также ссылался на то, что изменения, внесенные дополнительным соглашением в договор залога, не были зарегистрированы в Едином государственном реестре недвижимости в отношении объекта недвижимости, являющегося предметом залога, в связи с чем банку не было известно о таком дополнительном соглашении (аналогичные обстоятельства установлены при рассмотрении сделок о признании недействительными дополнительных соглашений от 02.12.2016, от 19.12.2016)

Отклоняя довод о необходимости государственной регистрации изменений, вносимых дополнительным соглашением от 26.10.2016 № 3, суды указали, что, применительно к сделкам, заключаемым после 01.07.2014, такие требования не подлежа предъявлению.

Между тем, в данном случае конкурсный управляющий ссылался на необходимость внесения в государственный реестр (регистрации) сведений о том, что дополнительным соглашением от 26.10.2016 № 3 внесены изменения в части установления нового срока договора залога, а не самого дополнительного соглашения.

Согласно ст. 433 ГК РФ договор, подлежащий государственной регистрации, считается для третьих лиц заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом.

Федеральным законом от 21.12.2013 № 367-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации» (пункт 5 статьи 3) установлено, что правила о государственной регистрации ипотеки, содержащиеся в том числе в Законе об ипотеке, не подлежат применению к договорам ипотеки, заключаемым после вступления в силу указанного Федерального закона (т.е. после 01.07.2014).

Новая редакция ст. 339.1 ГК РФ в названном законе устанавливает правила государственной регистрации залога.

В соответствии с пп. 1 п. 1 ст. 339.1 ГК РФ залог подлежит государственной регистрации и возникает с момента такой регистрации в случаях, если в соответствии с законом права, закрепляющие принадлежность имущества определенному лицу, подлежат государственной регистрации (статья 8.1).

Согласно ст. 164 ГК РФ в случаях, если законом предусмотрена государственная регистрация сделок, правовые последствия сделки наступают после ее регистрации (пункт 1); сделка, предусматривающая изменение условий зарегистрированной сделки, подлежит государственной регистрации (пункт 2).

Из анализа указанных норм права следует, что, если дополнительное соглашение заключается к договору ипотеки, подписанному до 01.07.2014 включительно, оно подлежит обязательной государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации, в то время как дополнительное соглашение к договору ипотеки, заключенному после 01.07.2014, государственной регистрации не подлежит и вступает в силу, с момента его подписания сторонами, но при этом на основании такого соглашения должны быть внесены соответствующие изменения в регистрационную запись об ипотеке, в случае если данным соглашением изменяются существенные условия договора ипотеки.

Таким образом, дополнительные соглашения должны представляться на государственную регистрацию в случае необходимости внесения на их основании изменений в регистрационную запись об ипотеке.

Доказательств того, что в Единый государственный реестр недвижимости в отношении объекта недвижимости, являющегося предметом залога по договору залога недвижимого имущества, были внесены изменения о том, что срок действия договора залога установлен (изменен) до 02.12.2016, не представлено.

При этом, как следует из судебных актов по настоящему делу о банкротстве при рассмотрении сделок - дополнительных соглашений от 19.12.2016 № 4, от 02.12.2016 № 3 к договору залога № 07/16-3H-ВКЛ-2 недвижимого имущества от 29.02.2016, суды также исходили из необходимости регистрации изменений, вносимых в договор залога, в т.ч. как в отношении залогодателя ООО «Интер», так и по спорам в отношении залогодателей ООО «Алькор», ООО «РБС» (в частности, постановлениями Арбитражного суда Московского округа от 30.01.2023, от 20.02.2023, от 13.02.2023 данные выводы судов поддержаны).

Таким образом, ссылаясь на отсутствие сведений в материалах регистрационного дела и кредитного досье сведений о заключенном дополнительном соглашении от 26.10.2016, конкурсный управляющий ссылался на отсутствие сведений о данной сделке.

Судами также отказано в удовлетворении заявления по мотиву пропуска конкурсным управляющим банка годичного срока исковой давности на подачу заявления по основаниям п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Исходя из заявленных кассатором доводов и возражений ответчика, суд округа полагает, что вывод судов о пропуске срока исковой давности сделан без полной и всесторонней надлежащей и непосредственной оценки доказательств в силу требований ст.ст. 64, 67, 68, 71 АПК РФ.

В соответствии со ст. 181 ГК РФ в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, срок исковой давности исчисляется со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

В п. 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (п. 2 ст. 181 ГК РФ).

В соответствии со ст. 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий п. 3 ст. 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Таким образом, начало течения срока исковой давности по оспариванию сделки должника законодатель связывает с датой, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки.

Учитывая отсутствие доказательств регистрации в ЕГРП сведений о внесении изменений в договор залога, посредством дополнительного соглашения от 26.10.2016, подлежал установлению момент, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки.

Заявление конкурсного управляющего Банка подано поступило в суд 18.08.2022 (через систему «Мой Арбитр»).

Конкурсный управляющий банка ссылается на то, что о наличии дополнительного соглашения от 25.10.2016 № 3, мог узнать не ранее представления надлежащим образом заверенной копии данного соглашения в рамках иного дела № А40-190118/2017 по исковому заявлению ООО «РБС» о признании залога прекращенным, т.е. не ранее 18.08.2021, в качестве приложения к письменным объяснениям от 18.08.2021 (загружены через систему «Мой Арбитр» 18.08.2021).

В данном случае, суд первой инстанции, устанавливая, что конкурсный управляющий банка мог узнать о наличии спорного соглашения от 25.10.2016 № 3 ранее 18.08.2021, указал следующее.

В определении Арбитражного суда города Москвы от 24.05.2021 по делу №А40-190118/2017 указано, что по ходатайству конкурсного управляющего, участвовавшего в указанном арбитражном деле в качестве ответчика, в рамках упомянутого дела рассматривался вопрос о назначении судебной экспертизы. Для ее проведения были необходимы образцы документов с образцами подписей заместителя председателя правления АКБ «Легион» (АО) ФИО9 и суд потребовал от истца по делу ООО «РБС» представить оригиналы всех дополнительных соглашений к договору залога, а также сам оригинал договора. Так как ООО «Алькор», ООО «Интер» и ООО «РБС» являются собственниками различных частей одного здания, на которые оформлены залоги в пользу АКБ «Легион» (АО), и их интересы в судах представлял одно лицо - ФИО2, последний представил суду, среди прочих документов: дополнительное соглашение № 3 от 25.10.2016 к договору залога № 07/16-ЗН-ВКЛ-1 от 29.02.2016, заключенного между АКБ «Легион» и ООО «Алькор»; дополнительное соглашение № 3 от 25.10.2016 к договору залога № 07/16-ЗН-ВКЛ-2 от 29.02.2016, заключенного между АКБ «Легион» и ООО «Интер»; дополнительное соглашение № 3 от 25.10.2016 к договору залога № 07/16-ЗН-ВКЛ-3 от 29.02.2016, заключенного между АКБ «Легион» и ООО «РБС».

Суд первой инстанции также учел, что в определении Арбитражного суда города Москвы от 28.06.2021 по делу №А40-190118/2017 указано, что судом приобщены к материалам дела представленные представителем истца (ООО «РБС») документы «с образцами подчерка» вышеуказанного ФИО9

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что срок исковой давности истек 28.06.2022, считая, с даты определения суда от 28.06.2021 по делу №А40-190118/2017 (об отложении судебного заседания).

Рассматривая апелляционную жалобы банка по настоящему обособленному спору, определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2023 отложил судебное заседание и предложил ООО «Интер» представить в срок 10.03.2023 доказательства времени получения (ознакомления) конкурсным управляющим АКБ «Легион» (АО) копии дополнительного соглашения от 25.10.2016 № 3 к договору залога.

Между тем, как следует из протокола судебного заседания апелляционной инстанции от 28.03.2023, представитель ООО «Интер» определение суда от 15.02.2023 не исполнил.

В соответствии с ч. 1 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В силу статьи 64 АПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В силу ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно ст. 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Суд округа отмечает, что выводы судов основаны на определении Арбитражного суда города Москвы от 28.06.2021 по делу №А40-190118/2017 и сделаны без исследования материалов указанного дела, в обжалуемом судебном акте первой инстанции не отражены сведения о том, что судом запрашивались материалы дела №А40-190118/2017 или заверенные судом копии из материалов дела, прослушивалась аудиозапись судебных заседания, в т.ч. для установления факта даты приобщения в материалы дела спорной копии дополнительного соглашения (или иных соглашений только в отношении ООО «РБС»), при этом имеются противоречивые позиции заявителя и ответчика, в свою очередь, из текста определения суда от 28.06.2021 также не представляется возможным однозначно установить, какие документы представлены и приобщены к материалам дела. При этом в электронном виде копии дополнительных соглашения поименованы в качестве приложений к пояснениям от 18.08.2021. Из копии протокола судебного заседания от 28.06.2021 по делу №А40-190118/2017 также не представляется возможным однозначно установить, какие документы приобщены судом по ходатайству истца ООО «РБС».

Учитывая изложенное, выводы судов сделаны с нарушением норм процессуального права по оценке доказательств, без непосредственного исследования доказательств, представленных в материалы дела №А40-190118/2017, при том, что из итогового судебного акта по указанному делу дата представления копии дополнительного соглашения не усматривается.

В силу ч. 3 ст. 15 АПК РФ принимаемые арбитражным судом решения, постановления, определения должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

В соответствии с положениями ч. 3 ст. 15, ч. 1 ст. 168, ч. 2 ст. 271, ч. 1 ст. 288 АПК РФ, судебная коллегия суда кассационной инстанции полагает, что определение и постановление судов подлежат отмене, поскольку судами неправильно применены нормы процессуального и материального права, в связи с чем не установлены все фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора.

В силу изложенного, принятые по делу определение и постановление судов не отвечают требованиям законности и достаточной обоснованности, в связи с чем подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Суду необходимо учесть названные выше обстоятельства и устранить допущенные процессуальные нарушения, правильно применить нормы материального и процессуального права и принять законный и обоснованный судебный акт, принимая во внимание задачи судопроизводства в арбитражных судах.

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу ч. 4 ст. 288 АПК РФ, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 42, 150-151, 184-188, 282, 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа



ПОСТАНОВИЛ:

Производство по кассационной жалобе ООО «СК-20» на определение Арбитражного суда города Москвы от 01.12.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2023 по делу № А40-129253/2017 прекратить.

Определение суда в части прекращения по кассационной жалобе ООО «СК-20» может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа в течении месяца со дня вынесения.

Определение Арбитражного суда города Москвы от 01.12.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2023 по делу № А40-129253/2017 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий-судья О.Н. Савина

Судьи: Д.В. Каменецкий

Е.Н. Короткова