Постановление от 21 июля 2023 г. по делу № А71-18367/2018

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068 e-mail: 17aas.info@arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № 17АП-13917/2019(4)-АК

Дело № А71-18367/2018
21 июля 2023 года
г. Пермь


Резолютивная часть постановления объявлена 19 июля 2023 года. Постановление в полном объеме изготовлено 21 июля 2023 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Гладких Е.О.,

судей Зарифуллиной Л.М., Нилоговой Т.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии: конкурсного управляющего должника – ФИО2

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда)

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего должника – ФИО2 на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 01 июня 2023 года о замене кредитора ФИО3 по требованию, включенному в реестр требований кредиторов должника, на правопреемника – ФИО4 в размере очередности, установленной определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.08.2019, вынесенное в рамках дела № А71-18367/2018 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Транском»,

установил:

определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 27.03.2019 (резолютивная часть определения оглашена 26.03.2019) заявление ФНС России о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Транском» признано



обоснованным, в отношении ООО «Транском» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 08.10.2019 (резолютивная часть) ООО «Транском» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего ООО «Транском» возложено на временного управляющего ФИО2.

Определением суда от 19.11.2019 (резолютивная часть) конкурсным управляющим ООО «Транском» утвержден ФИО2.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 16.08.2019 (резолютивная часть оглашена 14.08.2019) требование ООО «РСК-18» в размере 4 485 180,17 руб. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр.

Определением суда от 03.02.2020 произведена замена кредитора с ООО «РСК-18» на ФИО3

ФИО3 обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением о процессуальном правопреемстве в реестре требований кредитора ООО «Транском» по делу № А71-14643/2018 на основании договора уступки права требования от 07.07.2021, заключенного с ФИО4

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением о процессуальном правопреемстве в реестре требований кредитора ООО «Транском» по делу № А71-14643/2018 на ФИО4

Определением от 20.04.2023 рассмотрение заявлений ФИО3, конкурсного управляющего о замене кредитора в реестре требований кредиторов объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 01 июня 2023 года (резолютивная часть определения объявлена 19 мая 2023 года) произведена замена кредитора ФИО3 по требованию, включенному в реестр требований кредиторов ООО «Транском», на правопреемника - ФИО4 в размере и очередности, установленной определением от 16 августа 2019 года; в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего о понижении очередности удовлетворения требования отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий должника ООО «Транском» - ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в соответствии с которой просит определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 01 июня 2023 года в части отказа в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего о понижении очередности удовлетворения требования ФИО4 отменить; апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2- удовлетворить; учесть требование ФИО4 в размере 4 485 180,17 руб. в реестре требований



кредиторов ООО «Транском» в очереди, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

В обоснование апелляционной жалобы указывает на то, что, поскольку ФИО4, как контролирующее должника лицо, определением Арбитражного суда УР от 07 июня 2022 года привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Транском», то имеются основания для субординации (понижения очередности) заявленного ФИО4 требования о включении в реестр требований кредиторов ООО «Транском» в порядке процессуального правопреемства.

От кредитора ФИО4 поступил отзыв, в котором просит определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 01 июня 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Указал, что действующее законодательство о банкротстве не содержит норм, по которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

От кредитора ФНС России поступил отзыв на апелляционную жалобу, в соответствии с которым просит определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 01 июня 2023 года в части отказа в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего о понижении очередности удовлетворения требования ФИО4 отменить, апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 удовлетворить.

Доводы отзыва аналогичны доводам, изложенным конкурсным управляющим должника в апелляционной жалобе.

В судебном заседании конкурсный управляющий должника - ФИО2 на удовлетворении жалобы настаивал по изложенным в ней доводам. Пояснил, что определением суда от 21.11.2019 по делу № А71-9286/2015 установлено, что ООО «РСК-18» является заинтересованным лицом по отношению к должнику, в связи с чем и его требования не могли быть удовлетворены в размере и очередности, установленной определением от 16 августа 2019 года.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в судебное заседание не направили, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и верно установлено судом первой инстанции, 07.07.2021 между ФИО3 (далее - цедент) и ФИО4 (далее - цессионарий) заключен договор уступки прав (цессии) в соответствии с



условиями которого, цедент передает, а цессионарий принимает право требования цедента к ООО «Транском» в размере 4 485 180,17 руб., перешедших к последнему на основании договора уступи права требования от 29.10.2019, заключенного с ООО «РСК-18».

Стоимость передаваемого цедентом цессионарию права требования составляет 420 000 руб.

Пунктом 3 договора установлено, что право требования считается переданным новому кредитору со дня подписания акта приема-передачи обеими сторонами.

ФИО4 право требования оплатил полностью, что подтверждается распиской от 09.07.2021.

Таким образом, права требования к ООО «Транском», подтвержденные определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 16.08.2019 в сумме 4 485 180,17 руб., принадлежат ФИО4

Суд первой инстанции заявление удовлетворил, посчитав его обоснованным.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзывов на апелляционную жалобу, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно статье 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Процессуальное правопреемство представляет собой переход процессуальных прав и обязанностей от одного лица к другому в связи с произведенным материальным правопреемством, осуществляется при доказанности выбытия стороны из правоотношений и передачи ею соответствующих прав правопреемнику в порядке, предусмотренном законом или договором.

В соответствии со статьей 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) право (требование), принадлежащее кредитору на



основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В силу статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Согласно ч. 1 ст. 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Арбитражный суд, устанавливающий процессуальное правопреемство, проверяет наличие оснований для правопреемства и их соответствие закону. При этом, основанием для процессуального правопреемства является переход субъективных материальных прав и обязанностей от одного лица к другому. Следовательно, процессуальное правопреемство обусловливается правопреемством в материальном праве.

Законодательство о банкротстве не содержит каких-либо особенностей по порядку процессуального правопреемства.

Договор уступки прав требования от 07.07.2021 в рассматриваемом случае подтверждает состоявшееся правопреемство в гражданском правоотношении. Доказательства признания сделки об уступке права (требования) недействительной не представлены. Замена стороны в материальном правоотношении (уступка требования) влечет за собой соответствующее процессуальное правопреемство.

Материалами дела подтверждено, что кредиторскую задолженность, включенную в реестр требований кредиторов ООО «Транском» в сумме 4 485 180,17 руб., ФИО3 уступил ФИО4, поэтому в соответствии со ст. 48 АПК РФ заявление является обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Возражая против заявленных требований, конкурсный управляющий, как в суде первой инстанции, так и в апелляционном суде указывает на аффилированность нового кредитора по отношению к должнику.

Судом первой инстанции указанные доводы были обоснованно отклонены ввиду следующего.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.



Вместе с тем, из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре, обобщившим правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица (Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор)).

Так, в п. 6.2 Обзора раскрыта ситуация, когда очередность удовлетворения требования кредитора, являющегося контролирующим должника лицом, понижается (требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты), если этот кредитор приобрел у независимого кредитора требование к должнику на фоне имущественного кризиса последнего, создав тем самым условия для отсрочки погашения долга, то есть фактически профинансировал должника.

Однако в рамках настоящего спора требование аффилированного лица к должнику возникло после признания должника банкротом. Данное обстоятельство не позволяет рассматривать такое приобретение как способ компенсационного финансирования должника в том смысле, который заложен в п. 6.2 Обзора. Когда должник находится в состоянии имущественного кризиса, приобретение требования у независимого кредитора позволяет отсрочить погашение долга, вводя третьих лиц в заблуждение относительно платежеспособности должника и создавая у них иллюзию его финансового благополучия, что исключает необходимость подачи заявлений о банкротстве. В такой ситуации контролирующее либо аффилированное лицо принимает на себя риск того, что должнику посредством использования компенсационного финансирования в конечном счете удастся преодолеть финансовые трудности и вернуться к нормальной деятельности (п. 3.1 Обзора).

В ситуации, когда скрытый от кредиторов план выхода из кризиса не удалось реализовать, естественным следствием принятия подобного риска является запрет на противопоставление требования о возврате компенсационного финансирования независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности удовлетворения требования аффилированного лица. В отличие от обозначенной ситуации после введения процедуры по делу о банкротстве невозможно скрыть неблагополучное финансовое положение, так как такая процедура является публичной, открытой и гласной. Об осведомленности независимых кредиторов о наличии процедуры банкротства свидетельствует и сам факт включения их требований в реестр. В связи с этим выкуп задолженности у таких кредиторов не может рассматриваться как направленный на предоставление должнику компенсационного финансирования.

Таким образом, пункт 6.2 Обзора не подлежит применению в ситуации, когда аффилированное лицо приобретает требование у независимого кредитора



в процедурах банкротства. Обратный подход приведет к негативным последствиям в виде отказа контролирующих должника и аффилированных с ним лиц от приобретения прав требования к должнику у независимых кредиторов, лишая последних возможности хотя бы частично удовлетворить свои требования таким путем. При этом следует учесть, что само по себе нахождение в реестре требований кредиторов аффилированного с должником лица не влечет для независимых кредиторов негативных последствий и не является противозаконным.

Следовательно, предполагаемая конкурсным управляющим аффилированность заявителя не свидетельствует об отсутствии оснований для включения его требований в реестр.

Оснований для отнесения сделки к числу мнимых (ст. 170 ГК РФ) суд не усмотрел с учетом реального характера достигнутого ими результата, документальной подверженности факта оплаты денежных средств в оплату уступленных прав.

Объем приобретенных новым кредитором прав не превышает размер требований первоначального кредитора, не связанного с должником, действительность и обоснованность которых никем из участвующих в деле лиц не опровергается.

Наличие сомнений в экономической целесообразности приобретения аффилированными кредиторами права требования к должнику, не является достаточным и безусловным основанием для отказа в удовлетворении заявления о замене кредитора.

В данном случае, как указано выше, за приобретенные права требования произведена реальная оплата уступленных прав требований.

Более того, как следует из определения суда от 03.02.2020 о процессуальном правопреемстве, ФИО3 приобрел право требования на торгах, проведенных в соответствии с п. 3 ст. 111 Закона о банкротстве.

Так, как следует из указанного судебного акта, объявление о торгах размещено в газете коммерсант № № 157(6637) от 31.08.2019, объявление № 77033109994, а также на сайте ЕФРСБ - сообщение № 4105602 от 30.08.2019. Торги проведены на ЭТП «Фабрикант» за номером 5084076. Согласно итогового протокола подведения торгов от 28.10.2019, размещенного на сайте ЭТП Фабрикант (https://www.fabrikant.ru/) победителем торгов признан ФИО5. 29 октября 2019 года между ООО «РСК-18» в лице конкурсного управляющего ФИО6 (цедент) и ФИО3 (цессионарий) заключен договор уступки права требования, согласно которому кредитор обязуется передать Новому кредитору, а Новый кредитор обязуется принять и оплатить на условиях настоящего договора права требования ООО «РСК18» в размере и по цене уступаемых прав требования, указанные в приложении № 1 к настоящему договору (п.1 договора). Согласно приложению № 1 новому кредитору передаются права требования к ООО «Транском» на сумму 4 485 180 руб. 17 коп.



Доказательство того, что ФИО3 является лицом, аффилированным с должником или с ФИО4, конкурсным управляющим не представлено, из материалов дела не следует.

Доказательств того, что ФИО3 или ФИО4 действовали исключительно с целью причинить вред кредиторам должника суду не представлено.

В рассматриваемом случае уступка права требования к должнику состоялась после открытия в отношении него процедуры конкурсного производства, то есть в ситуации, когда все участники гражданского оборота фактически проинформированы о неблагополучном финансовом состоянии должника.

Данное обстоятельство не позволяет рассматривать такое приобретение как способ компенсационного финансирования должника в том смысле, который заложен в пункте 6.2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020.

Правовой подход о том, что пункт 6.2 Обзора не подлежит применению в ситуации, когда аффилированное лицо приобретает требование у независимого кредитора в процедурах банкротства изложен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.08.2020 № 305-ЭС20-8593.

Кроме того, суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что субординация - это в любом случае вопрос очередности удовлетворения требований кредитора, при рассмотрении которого судом проверяется наличие либо отсутствие оснований для понижения очередности требований заявителя по отношению к иным независимым (внешним) кредиторам должника. Применительно к данной ситуации соответствующий вопрос был разрешен судом в определении от 16.08.2019, которое носит обязательный характер (статья 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доводы конкурсного управляющего должника со ссылкой на определение суда от 21.11.2019 по делу № А71-9286/2015, что ООО «РСК-18» является заинтересованным лицом по отношению к должнику, в связи с чем и его требования не могли быть удовлетворены в размере и очередности, установленной определением от 16 августа 2019 года, рассмотрены судом апелляционной инстанции и отклонены, поскольку могли и должны были быть решены при проверке законности и обоснованности определения суда от 16.08.2019 по настоящему делу. По каким-то причинам конкурсный управляющий не воспользовался своим правом на пересмотр указанного судебного акта в связи с выводами, сделанными в определении суда от 21.11.2019 по делу № А71-9286/2015. Между тем, указанное не является основанием для пересмотра в настоящем обособленном споре выводов, сделанных при разрешении спора о включении требований ООО «РСК-18» в реестр.



С учетом изложенного, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с выводами суда и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционную жалобу, с учетом приведенных в ней доводов, следует оставить без удовлетворения.

При обжаловании определений, не предусмотренных в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 01 июня 2023 года по делу № А71-18367/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

Председательствующий Е.О. Гладких

Судьи Л.М. Зарифуллина Т.С. Нилогова