Постановление от 3 сентября 2024 г. по делу № А13-21448/2019

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-21448/2019
г. Вологда
04 сентября 2024 года


Резолютивная часть постановления объявлена 04 сентября 2024 года.

В полном объеме постановление изготовлено 04 сентября 2024 года.


Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Корюкаевой Т.Г., судей Писаревой О.Г. и        Шумиловой Л.Ф. при ведении протокола секретарем судебного заседания Ерофеевой Т.В.,

при участии от апеллянта ФИО1 представителя ФИО2 по доверенности от 17.03.2021, от должника конкурсного управляющего ФИО3, от конкурсного кредитора публичного акционерного общества  «Россетти Северо-Запад» представителя ФИО4 по доверенности от 01.03.2023 № 14-24, от общества с ограниченной ответственностью «Северная сбытовая компания» представителя ФИО5 по доверенности от 05.08.2024 № 60-24,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 24 июня 2024 года по делу № А13-21448/2019,  



у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Вологодской области (далее – суд) от 18.11.2019 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью (далее – ООО) «РегионАгроТранс»                    (ОГРН <***>, ИНН <***>; 162130, <...>; далее – Общество, должник) на основании заявления конкурсного кредитора ООО «Северная сбытовая компания».

Решением суда от 12.03.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника, в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО3.

Определением суда от 10.01.2024 в отношении Общества прекращена упрощенная процедура банкротства отсутствующего должника и суд перешел к конкурсному производству, осуществляемому по общим правилам главы VII Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Конкурсный управляющий должника ФИО3 14.07.2020 обратилась в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), просила привлечь солидарно к субсидиарной ответственности руководителей и учредителей Общества ФИО1, ФИО6, ООО «СЛС» в совокупном размере требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, в размере 9 818 463 руб. 65 коп.; привлечь ФИО7 к субсидиарной ответственности в солидарном порядке в сумме 8 923 995 руб. 34 коп.

Определением суда от 24.06.2024 требования конкурсного управляющего удовлетворены частично. В удовлетворении заявления о привлечении  ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества отказано. С ФИО1 в пользу Общества взысканы убытки в размере 1 612 774 руб. 40 коп. С ФИО1 и ФИО6 взысканы солидарно убытки в размере 750 000 руб. Признано доказанным наличие оснований для привлечения ООО «СЛС» и ФИО6 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве; производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении ООО «СЛС» и ФИО6 солидарно к субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении остальной части требований отказано. В доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина: с ФИО1 в сумме 29 128 руб., с ФИО1 и ФИО6 солидарно – 18 000 руб.

ФИО1, не согласившись с принятым судебным актом в части взыскания с нее убытков, обратилась в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на указанное определение суда. Ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм процессуального и материального права, несоответствие выводов, изложенных в обжалуемом судебном акте, обстоятельствам дела, просит отменить определение от 24.06.2024 в части взыскания с нее убытков в размере 750 000 руб. и государственной пошлины в размере 18 000 руб., изменить определение от 24.06.2024 в части взыскания убытков в размере 1 612 774 руб.  40 коп., уменьшив их размер до 283 413 руб. 02 коп., а соответствующий размер государственной пошлины – до 8 668 руб.

По мнению апеллянта, судебные акты о признании недействительными перечислений со счета Общества в пользу ФИО1 не образуются преюдиции для настоящего спора, поскольку судами не исследовались обстоятельства возврата денежных средств на счет должника и расходования денежных средств на его нужды. Апеллянт утверждает, что конкурсному управляющему должника была передана кассовая документация Общества, подтверждающая расходование ответчиком денежных средств в интересах должника и остаточный размер задолженности ФИО1 перед Обществом в сумме 283 413 руб. 02 коп.

Считает, что надлежащим ответчиком по требованию о взыскании убытков, вызванных перечислением денежных средств в сумме 750 000 руб. в адрес ООО «СоколЛесСтрой» (далее – Компания), является фактический распорядитель  денежных средств – ФИО6, контролирующее Компанию лицо.

В судебном заседании данная правовая позиция поддержана представителем апеллянта. 

Конкурсный управляющий должника в отзыве и в судебном заседании возражал против доводов апеллянта, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Представители конкурсных кредиторов публичного акционерного общества  «Россетти Северо-Запад» и ООО ««Северная сбытовая компания» в судебном заседании поддержали позицию конкурсного управляющего должника.

Другие лица, участвующие в данном обособленном споре, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Согласно части 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного акта только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В пункте 27 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» разъяснено, что при применении части 5 статьи 268 АПК РФ необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Поскольку фактически доводы апелляционной жалобы сводятся к оспариванию определения суда в части удовлетворения заявления о взыскании с ФИО1 убытков, возражений относительно проверки судебного акта в обжалуемой части не поступило, суд апелляционной инстанции пересматривает судебный акт в пределах доводов апелляционной жалобы.

Заслушав представителей лиц, участвующих в споре, исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции находит жалобу не подлежащей удовлетворению.

Дела о несостоятельности (банкротстве), в силу части 1 статьи 223             АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, Общество зарегистрировано в ЕГРЮЛ 20.12.2013 за основным государственным регистрационным номером <***>.

ФИО1 в период с 20.12.2013 по 08.06.2018 являлась учредителем Общества, с  20.12.2013 по 29.05.2018 – его руководителем.

Таким образом, ФИО1 в силу презумпций, закрепленных в пункте 1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, являлась контролирующим должника лицом.

Конкурсный управляющий ссылался на то, что банкротство должника наступило вследствие неправомерных действий ФИО1, совершенных в период с 01.01.2017 по 30.05.2018, выразившихся, в частности, в снятии денежных средств со счета должника, оплате личных расходов ответчика со счета должника, безвозмездном перечислении денежных средств аффилированному лицу.

Как установлено вступившим в законную силу определением суда от 15.01.2021, ФИО1, являвшаяся руководителем Общества, произвела отчуждение имущества Общества в размере 2 863 038 руб. 40 коп. в отсутствие каких либо материально-правовых оснований: в период с 01.01.2017 по 30.05.2018 сняла наличные денежные средства со счета должника в общем размере 2 773 300 руб., а в период с 01.01.2017 по 30.05.2018 оплачивала со счета должника покупки, используемые для собственных нужд, в общей сумме 89 738 руб. 40 коп. Данные сделки признаны недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Право требования Общества к ФИО1 реализовано на открытых торгах по цене 1 250 264 руб.

Также конкурсный управляющий установил, что 08.11.2017 Обществом на счет аффилированной Компании и в отсутствие оснований перечислены денежные средства в сумме 750 000 руб. с формальным назначением платежа «Оплата за антисептированный пиломатериал, НДС не облагается». Вместе с тем товар не поставлен и денежные средства Обществу не возвращены.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Если неспособность удовлетворить требования кредитора подконтрольного юридического лица спровоцирована реализацией воли контролирующих это юридическое лицо лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности, то участники корпорации и иные контролирующие лица могут быть привлечены к имущественной ответственности перед кредиторами данного юридического лица (пункты 1 – 3 статьи 53.1 ГК РФ, статья 61.10 Закона о банкротстве).

Порядок и основания привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности на предмет установления возможности их негативных последствий в виде несостоятельности (банкротства) организации, разъяснен в пунктах 16 – 20, 22, 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53).

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 № 305-ЭС19-17007(2), особенность требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности заключается в том, что оно по сути опосредует типизированный иск о возмещении причиненного вреда, возникшего у кредиторов в связи с доведением основного должника до банкротства. Выделение названного иска ввиду его специального применения и распространенности позволяет стандартизировать и упростить процесс доказывания (в том числе посредством введения презумпций вины ответчика – пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Особенностью данного иска по сравнению с рядовым иском о возмещении убытков выступает также и порядок определения размера ответственности виновного лица (пункт 11 статьи 61.11 названного Закона), правила об исковой давности и т. д.

При этом конечная цель предъявления соответствующего требования, как и в случае с исками, заявляемыми на основании положений статьи 1064 ГК РФ, заключается в необходимости возместить причиненный вред.

Суд первой инстанции, удовлетворяя требование конкурсного управляющего, обоснованно исходил из того, что указанные сделки не являлись для должника существенно убыточными, существенно повлиявшими на положение должника, влекущими невозможность полного погашения требований кредиторов, значимыми, изменяющими применительно к масштабам деятельности должника структуру его имущества в качественно иное – банкротное – состояние.

Обоснованно указав, что заявителем не доказано наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, пункту 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, суд выявил основания для применения гражданско-правовой ответственности в виде убытков, учтя разъяснения, изложенные в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица».

Доводы ФИО8 об отсутствии оснований для взыскания с нее убытков в размере 2 579 625 руб. 38 коп. по эпизоду расходования денежных средств рассмотрены и правомерно отклонены судом первой инстанции со ссылкой на преюдициальный характер выводов, изложенных в определении суда от 15.01.2021 и постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 23.03.2022.

Вопреки доводам апеллянта, вопрос о расходовании спорных денежных средств на нужды должника был предметом судебного рассмотрения и получил оценку в постановлении окружного суда.

Судом кассационной инстанции отмечено, что в обоснование наличия встречного предоставления по сделкам ФИО1 ссылалась на кассовую документацию (копии авансовых отчетов, товарных чеков), утверждая, что на спорные денежные средства приобретала материалы для оказания Обществом услуг по ремонту и мойке автомобилей.

Вместе с тем, учитывая пояснения конкурсного управляющего об отсутствии у Общества собственных основных средств и сведения об аффилированности сторон, суд пришел к выводу о том, что представленные ФИО1 доказательства не подтверждают использование приобретенных материалов на нужды должника и получение Обществом от этого прибыли.

Установлено, что имел место вывод активов в пользу заинтересованного лица ФИО1 без предоставления какого-либо встречного исполнения (безвозмездно).

Признание преюдициального значения судебного решения применительно к положениям статьи 69 АПК РФ, будучи направленным на обеспечение его стабильности и общеобязательности, исключение конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для правильного разрешения данного дела. Тем самым, преюдициальность служит средством непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П).

Преюдициальность означает не только отсутствие необходимости доказывать установленные ранее обстоятельства, но и запрещает их опровержение. Такое положение существует до тех пор, пока судебный акт, в котором установлены эти факты, не будет отменен в порядке, установленном в законе.

Поскольку новых доводов и доказательств, которые бы подтверждали обоснованность финансовых операций, в рамках настоящего обособленного спора не приведено, а представленные ответчиком документы идентичны тем, в отношении которых судом кассационной инстанции дана соответствующая оценка, суд первой инстанции обоснованно указал на преюдициальность выводов об отсутствии встречного предоставления должнику со стороны ФИО1 и наличие оснований для квалификации ее действий, послуживших причиной утраты должником ликвидного актива (денежных средств), в качестве убытков.

Размер убытков определен судом первой инстанции как разница между суммой утраченного актива  (2 863 038 руб. 40 коп.) и ценой реализации права требования к ней на торгах (1 250 264 руб.).

По эпизоду перечисления денежных средств в сумме 750 000 руб. в адрес Компании суд, обоснованно приняв  во внимание разъяснения, изложенные в пункте 3 постановления № 53, и следующие обстоятельства: Общество и Компания были зарегистрированы по одному адресу, руководителем и участником Компании являлся ФИО6 – родной брат ФИО1, согласно его собственным пояснениям осуществлял деятельность через предприятие должника совместно с ФИО1, с ноября 2017 года осуществлял фактическое руководство Обществом, давал распоряжения ФИО1 по оформлению платежей, заключал и оформлял документы от имени Общества, – пришел к выводу о том, что ФИО6  является контролирующим должника лицом как субъект, осуществлявший фактический контроль над должником (пункт 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в пункте 6 постановления № 53, руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Как правильно отметил суд первой инстанции, вывод об осуществлении ФИО6 контроля за совершением Обществом экономически невыгодных сделок не освобождает от субсидиарной ответственности лицо, которое в соответствующие периоды выполняло функции руководителя должника – ФИО9, поскольку именно она распоряжалась счетом Общества и являлась держателем карты Visa Business.

Поскольку ни один из ответчиков не представил договоры и первичные документы в обоснование произведенного должником платежа на сумму 750 000 руб., Компания обязательства по поставке антисептированного пиломатериала не исполнила, денежные средства Обществу не возвращены, ФИО6 признал, что перечисление денежных средств осуществлено по его распоряжению, а счетом должника распоряжалась ФИО1, суд обоснованно признал доказанным наличие оснований для привлечения к ответственности в виде взыскания убытков в размере 750 000 руб. по данному эпизоду ФИО1 и ее аффилированного лица ФИО6 солидарно.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом при рассмотрении настоящего спора и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда, в связи с этим отклоняются судом апелляционной инстанции.

Иное толкование апеллянтом положений законодательства о банкротстве, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

Поскольку материалы дела исследованы судом первой инстанции полно и всесторонне, выводы суда соответствуют имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права не допущено, оснований для отмены судебного акта не имеется.

В связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы с ФИО1 в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 000 руб. за рассмотрение апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 110, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Вологодской области от 24 июня                2024 года по делу № А13-21448/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб. за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                           Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий

Т.Г. Корюкаева


Судьи

О.Г. Писарева


Л.Ф. Шумилова