Постановление от 6 августа 2018 г. по делу № А50-23147/2016

/


СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№ 17АП-8522/2018-АК
г. Пермь
06 августа 2018 года
Дело № А50-23147/2016


Резолютивная часть постановления объявлена 30 июля 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 06 августа 2018 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Плаховой Т.Ю.,

судей Мармазовой С.И., Мартемьянова В.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём Филиппенко Р.М.,

при участии:

от заявителя жалобы, арбитражного управляющего Унанян Е.Ю. – Якимова Е.В., доверенность от 09.07.2018, паспорт,

от конкурсного управляющего должника Смирнова А.А. – Калинин А.А., доверенность от 20.12.2017, паспорт,

от заявителя, ПАО «Промсвязьбанк» - Круглов А.Н., доверенность от 19.06.2018, паспорт,

от ФЕС России по Пермскому краю – Мельник А.С., доверенность от 26.02.2018,паспорт (после перерыва),

от иных лиц, участвующих в деле, представителя не явились,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу арбитражного управляющего Унанян Елены Юрьевны

на определение Арбитражного суда Пермского края

от 14 мая 2018 года

о признании непринятия Унанян Еленой Юрьевной и Павловым Максимом Викторовичем своевременных необходимых и достаточных мер по принятию в ведение имущества должника и обеспечению его сохранности, приведшим к утрате части такого имущества, ненадлежащим исполнением обязанностей конкурсного управляющего должника, причинившим ущерб ПАО «Промсвязьбанк» (ИНН 7744000912) как залогодержателю указанного имущества;

взыскании с Павлова Максима Викторовича в пользу ПАО «Промсвязьбанк» (ИНН 7744000912) 206 001 руб. 00 коп. убытков;

требования ПАО «Промсвязьбанк» (ИНН 7744000912) к ПАО СК «Росгосстрах» (ИНН 7707067683) и ООО «Страхования компания «Арсеналъ» (ИНН 7705512995) оставить без рассмотрения,

вынесенное судьей Рудаковым М.С.

в рамках дела № А50-23147/2016

о признании ООО «Литмашпро-М» (ОГРН 1095902006903, ИНН 5902218029) несостоятельным (банкротом),

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: СРО «Союз менеджеров и арбитражных управляющих» (ИНН 7709395841), Ассоциация «Межрегиональная Северо-Кавказская саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих «Содружество» (ИНН 2635064804), Кудрин Анатолий Алексеевич



установил:

04.12.2017 ПАО «Промсвязьбанк» (далее – банк) обратился в рамках дела о банкротстве ООО «Литмашпро-М» (далее – должник) в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о признании ненадлежащего исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Литмашпро-М» Унанян Е.Ю. и Павловым М.В. и о солидарном взыскании убытков в сумме 206 001 руб. с Павлова М.В. и ООО «Страховая компания «Арсеналъ», застраховавшего риск наступления гражданской ответственности Унанян Е.Ю. за причинение ею убытков при исполнении обязанностей арбитражного управляющего в делах о банкротстве.

Определением суда от 22.02.2018 к участию в рассмотрении обособленного спора по заявлению банка были привлечены в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, ПАО СК «Росгосстрах», застраховавшее риск наступления гражданской ответственности Павлова М.В. за причинение им убытков при исполнении обязанностей арбитражного управляющего в делах о банкротстве, а также Кудрин А.А. как последний руководитель должника, полномочия которого были прекращены в связи с признанием должника несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 29.03.2018 ПАО СК «Росгосстрах» по ходатайству банка было привлечено к участию в рассмотрении заявления банка в качестве соответчика в части требовании о взыскании убытков.

Определением Арбитражный суд Пермского края(резолютивная часть определения объявлена 24.04.2014) признано непринятие Унанян Е.Ю. и Павловым М.В. своевременных необходимых и достаточных мер по принятию в ведение имущества ООО «Литмашпро-М» и обеспечению его сохранности, приведшим к утрате части такого имущества – тележки самоходной 320 KN, производство Италия, с заводским номером 1000884, и штабелера самоходного LEMA LM EL 1545, производство Польша, с заводским номером 1000866, ненадлежащим исполнением обязанностей конкурсного управляющего ООО «Литмашпро-М», причинившим ущерб ПАО «Промсвязьбанк» как залогодержателю указанного имущества.

Этим же определением с Павлова М.В. в пользу банка взыскано 206 001 руб. убытков.

Требования банка к ПАО «Росгосстрах» и ООО «Страхования компания «Арсеналъ» оставлены без рассмотрения.

Не согласившись с вынесенным определением, арбитражный управляющий Унанян Е.Ю. обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт, ссылаясь на недоказанность в ее поведении факта неправомерного бездействия.

В обоснование жалобы Унанян Е.Ю. указывает на то, что она, как исполняющая обязанность конкурсного управляющего должника не нарушила срок, установленный ст. 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве); материалы дела свидетельствуют о том, что спорное имущество бывшим директором должника ей не передавалось; актами от 25.05.2017 и от 02.06.2017, свидетельствующими о невозможности доступа в помещения должника, подтвержден факт того, что Унанян Е.Ю. не была допущена в помещения должника для осмотра спорного имущества, несмотря на переданные ключи от кабинетов в литейном цехе; 26.06.2017, после обеспечения доступа в помещения должника, директор должника не явился для передачи спорного имущества.

До начала судебного разбирательства от банка поступил письменный отзыв, согласно которому позицию апеллянта считает необоснованной, обжалуемое определение – законным.

От иных лиц, участвующих в деле, письменные отзывы на апелляционную жалобу не поступили.

Иные лица, участвующие в деле, извещённые надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке ч. 3 ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

В судебном заседании 26.07.2018 представитель арбитражного управляющего Унанян Е.Ю. доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, на отмене обжалуемого определения настаивал.

В ходе пояснений представителем Унанян Е.Ю. заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела документов, приложенных к жалобе (копий актов от 25.05.2017 и от 02.06.2017).

Данное ходатайство рассмотрено в порядке ст. 159 АПК РФ и отклонено на основания ч.2 ст. 268 АПК РФ, поскольку представитель не обосновал и не доказал невозможность представления данных документов в суд первой инстанции. Названные акты, исходя из даты их составления, должны были быть в распоряжении арбитражного управляющего Унанян Е.Ю. в период рассмотрения обособленного спора судом первой инстанции, однако не были представлены. Ссылка арбитражного управляющего на непринятие ею участия в судебных заседаниях 23-24.04.2018 отклоняется, поскольку данное обстоятельство доказательством уважительности непредставления новых доказательств суду первой инстанции не является. Документы могли быть представлены в предыдущих судебных заседаниях либо по почте или посредством системы Мой арбитр.

Представители банка и конкурсного управляющего против удовлетворения апелляционной жалобы возражали.

Представителем апеллянта в ходе пояснений заявлен новый довод об отсутствии в материалах дела акта проверки движимого имущества от 16.06.2017 по адресу: г.Пермь, ул. Липатова, 30.

Представитель Банка, сославшись на ошибочное представление в дело другого акта от той же даты и в отношении также имущества должника, указал на фактическое наличие данного акта и готовность его представления суду, для чего ходатайствовал об объявлении перерыва.

В судебном заседании 26.07.2018 в порядке ст. 163 АПК РФ был объявлен перерыв до 30.07.2018 до 16 час. 15 мин., после чего судебное разбирательство продолжено в прежнем составе суда, при явке представителя Унанян Е.Ю. Якимовой Е.В.. представителя банка Круглова А.Н. и представителя УФНС России по Пермскому краю Мельника А.С.

В судебном заседании после перерыва представителем банка заявлено ходатайство о приобщении к делу дополнительного документа – копии акта проверки движимого имущества от 16.06.2017.

Данное ходатайство рассмотрено апелляционным судом в порядке ст. 159 АПК РФ и на основании ч.2 ст. 268 АПК РФ удовлетворено, дополнительный документ приобщен к материалам дела в качестве возражений на доводы апелляционной жалобы.

Представителем Унанян Е.Ю. заявлено ходатайство о назначении по делу судебно-технической экспертизы по определению давности изготовления вновь представленного акта проверки движимого имущества от 16.06.2017.

В обоснование данного ходатайства апеллянт указывает на необходимость установления причины, препятствующей ПАО «Промсвязьбанк» представить данный акт при рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции, ее уважительности, а также выражает свое несогласие со всеми представленными в материалы дела Банком актами проверки движимого имущества в связи с их составлением без ее участия, считая их ненадлежащими доказательствами.

При этом о фальсификации акта проверки движимого имущества от 16.06.2017 апеллянтом не заявлено, указано лишь на возникновение сомнений в его подлинности и времени изготовления ввиду представления на стадии апелляционного производства.

Представитель Банка возражал против ходатайства, пояснил, что акт проверки движимого имущества по иному адресу, но от той же даты был представлен в материалы дела ошибочно; проверка сохранности залогового имущества проводится в плановом порядке примерно 1 раз в три месяца, в отношении имущества одного залогодателя, находящегося по разным адресам – в один день, оба акта проверки от 16.06.2017 в отношении имущества должника, находящегося по двум адресам, представлены в материалы дела, также в материалы дела представлены два акта от 18.04.2017, подписанные руководителем должника.

В соответствии с ч. 1 ст. 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства, либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

На основании ч. 2 ст. 64, ч. 3 ст. 86 АПК РФ заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

Таким образом, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания.

В судебном заседании ходатайство заявителя о назначении судебной экспертизы рассмотрено и отклонено на основании ст. 82 АПК РФ, поскольку суд апелляционной инстанции полагает, что дело может быть рассмотрено по имеющимся в материалах дела документам.

Кроме того, вопреки формальным требованиям ч. 1 ст. 108 АПК РФ к ходатайству о назначении судебной экспертизы, апеллянтом не представлены доказательства внесения на депозитный счет суда сумм, подлежащих выплате экспертам, с учетом чего суд в силу положений ч. 2 ст. 108 и ч. 1 ст. 156 АПК РФ вправе отклонить ходатайство о назначении экспертизы и рассмотреть дело по имеющимся в нем доказательствам.

Явившийся в судебное заседание после перерыва представитель УФНС России по Пермскому краю против удовлетворения апелляционной жалобы возражал.

Представители Унанян Е.Ю. и Банка поддержали раннее взысканные позиции.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со ст.266, ч.5 ст. 268 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 10.04.2014 Банк как залогодержатель и должник как залогодатель заключили договор о залоге оборудования № Т-7/0401-13-2-35 (далее – договор о залоге), по условиям которого залогодатель предоставил залогодержателю в обеспечение исполнения своих денежных обязательств по кредитному договору об открытии кредитной линии (с установлением лимита выдачи) от 18 ноября 2013 года № 0401-13-2-35. В числе прочего имущества в залог были переданы принадлежавшие должнику тележка самоходная 320 KN, производство Италия, заводской номер 1000884, оценочной стоимостью 104 791 руб. 15 коп. и штабелер самоходный LEMA LM EL 1545, производство Польша, заводской номер 1000866, оценочной стоимостью 152 710 руб. 89 коп. (далее соответственно – тележка и штабелер). Договором о залоге было установлено то, что переданное в залог имущество находится по адресу: г. Пермь, Липатова, 30.

Определением суда от 03.11.2016 было возбуждено производство по делу № А50-23147/2016 о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением суда от 26.12.2016 (резолютивная часть от 20.12.2016) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждена Унанян Е.Ю.

Определение от 30.03.2017 в третью очередь реестра требований должника были включены требования банка в общей сумме 114 542 693 руб. 43 коп., в том числе требования по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника по договору о залоге.

Решением суда от 22.05.2017 (резолютивная часть от 16.05.2017) должник был признан банкротом, в отношении него введена процедура конкурсного производства, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на Унанян Е.Ю.

Определением суда от 03.07.2017 конкурсным управляющим должника утвержден Павлов М.В.

Определением от 29.09.2017 Павлов М.В. освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, таковым утвержден Коуров М.В.

Определением от 30.11.2017 Коуров М.В. освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, конкурсным управляющим должника утвержден Смирнов А.А.

В ходе процедуры банкротства должника банком периодически проверялось наличие и сохранность имущества, переданного в залог по договору о залоге.

При проведении представителями банка и должника 15 марта, 18 апреля 2017 года и 16 июня 2017 года проверок наличия и сохранности имущества, заложенного по договору о залоге, каких-либо недостатков по наличию и сохранности указанного имущества выявлено не было.

Однако в ходе аналогичной проверки, состоявшейся 06.09.2017, представители банка и Унанян Е.Ю., выступавшая в качестве представителя утвержденного конкурсным управляющим должника Павлова М.В., составили акт, свидетельствующий об отсутствии тележки и штабелера.

Полагая то, что утрата тележки и штабелера явилась следствием ненадлежащего исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника Унанян Е.Ю. и Павлова М.В. в части непринятия мер по обеспечению сохранности имущества должника, банк обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

При этом банк ссылался на то, что поскольку установить точную дату утраты тележки и штабелера невозможно, тогда как в период времени, истекший между 16.06.2017, когда указанное имущество еще находилось по адресу: г. Пермь, ул. Липатова, 30, и 06.09.2017, когда было установлено отсутствие указанного имущества, обязанности конкурсного управляющего должника последовательно исполняли Унанян Е.Ю. и Павлов М.В., постольку последние несут солидарную ответственность за утрату указанного имущества. В связи с этим банк, с учетом уточнения, просил признать соответствующее бездействие указанных арбитражных управляющих незаконным и взыскать убытки, причиненные банку утратой переданного в залог имущества, солидарно с Павлова М.В. и страховых организаций, застраховавших риск наступления гражданской ответственности Унанян Е.Ю. и Павлова М.В. за причинение ими убытков при исполнении обязанностей арбитражных управляющих в делах о банкротстве. Размер предъявленных убытков был определен банком исходя из 80 % оценочной стоимости тележки и штабелера, установленной договором о залоге.

Унанян Е.Ю. и Павлов М.В., возражая против предъявленных требований, ссылались на то, что в период утраты тележки и штабелера указанное имущество не было передано им бывшим руководителем должника – Кудриным А.А. по акту приема-передачи имущества, в связи с чем, бремя несения ответственности за утрату соответствующего имущества должника не перешло с бывшего руководителя должника на лиц, исполнявших обязанности конкурсного управляющего должника.

Одновременно Унанян Е.Ю. и Павлов М.В. ссылались на то, что 14.08.2017 Павловым М.В. как конкурсным управляющим должника в суд было подано заявление об истребовании у Кудрина А.А. учредительных документов, материальных ценностей и имущества должника, которое было удовлетворено определением суда от 14.12.2017. Унанян Е.Ю. свои возражения против требований банка также основывала на кратковременном исполнении обязанностей конкурсного управляющего должника – как временный управляющий должника и до утверждения судом избранного собранием кредиторов должника конкурсного управляющего должника, полагая также, что последующее представление ею интересов Павлова М.В. как утвержденного судом конкурсного управляющего должника не может накладывать на нее лично бремени наступления соответствующей ответственности.

При рассмотрении спора суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

Согласно абзацам первому и второму п. 2 ст. 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий в деле о банкротстве обязан принимать меры по защите имущества должника.

В силу п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника – унитарного предприятия (за исключением полномочий общего собрания участников должника, собственника имущества должника принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника).

Руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В соответствии с п. 1 ст. 129 Закона о банкротстве с даты утверждения конкурсного управляющего до даты прекращения производства по делу о банкротстве, или заключения мирового соглашения, или отстранения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника, а также собственника имущества должника – унитарного предприятия в пределах, в порядке и на условиях, которые установлены Законом о банкротстве.

Пунктом 2 той же статьи к обязанностям конкурсного управляющего прямо отнесены принятие в ведение имущество должника, проведение инвентаризацию такого имущества в срок не позднее трех месяцев с даты введения конкурсного производства, если более длительный срок не определен судом, рассматривающим дело о банкротстве, на основании ходатайства конкурсного управляющего в связи со значительным объемом имущества должника; принятие мер, направленных на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; принятие мер по обеспечению сохранности имущества должника.

Наступление последствий признания должника банкротом, в частности прекращение полномочий руководителя должника, возникновение полномочий конкурсного управляющего должника, в том числе полномочий лиц, исполняющих обязанностей последнего, при отложении судом изготовления полного текста решения по делу о банкротстве, обусловлено датой объявления резолютивной части указанного решения.

Аналогичная правовая позиция изложена в п. 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 97 от 25.12.2013 «О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве».

В данном случае, как верно указано судом, резолютивная часть решения о признании должника банкротом была объявлена 16.05.2017 при участии в судебном заседании Унанян Е.Ю., на которую было возложены обязанности конкурсного управляющего должника; одновременно судом было установлено, что вопрос об утверждении конкурсного управляющего должника будет рассмотрен судом в судебном заседании 30.06.2017.

При этом материалами дела подтверждено и Унанян Е.Ю. не опровергнуто, что утрата тележки и штабелера произошла в период между 16.06.2017 и 06.09.2017, то есть через месяц после признания судом должника банкротом, и через 16 дней после того как Кудрин А.А. передал Унанян Е.Ю. по акту печать и документацию должника по соответствующему двухстороннему акту, подписанному в одном из помещений должника, расположенных по адресу: г. Пермь, ул. Липатова, 30.

Из пояснений, данных Унанян Е.Ю. в судебном заседании, проведенном по итогам процедуры наблюдения, следовало, что Унанян Е.Ю. имела возможность удостоверить в фактическом наличии у должника имущества, в том числе переданного в залог по договору о залоге. Из представленных суду банком актов проверки движимого имущества (залогового) следует также то, что как до, так и после признания должника банкротом возможность осмотра имущества должника имелась как у представителей банка, так и арбитражного управляющего.

Судом также учтено, что акт проверки, в ходе которой было выявлено отсутствие тележки и штабелера, был подписан представителями банка и Унанян Е.Ю. как представителем конкурсного управляющего должника – Павлова М.В. за три месяца до принятия судом судебного акта об истребовании у Кудрина А.А. имущества и документации должника.

Таким образом, совокупность изложенных обстоятельств позволила суду правомерно констатировать, что с момента признания должника банкротом (с даты объявления резолютивной части решения суда по делу о банкротстве) лица, исполнявшие обязанности конкурсного управляющего должника, имели возможность доступа на территорию производственной базы должника, равно как и возможность доступа к имуществу должника. Каких-либо доказательств тому, что бывший руководитель должника – Кудрин А.А. чинил лицам, исполнявшим обязанности конкурсного управляющего должника, препятствия к доступу на территорию должника, в материалах дела не имеется.

При этом, как верно указал суд, исходя из положений Закона о банкротстве, следует, что обязанности утрачивающего полномочия руководителя должника передать имущество должника корреспондирует обязанность лица, исполняющего обязанности конкурсного управляющего должника, принять указанное имущество в ведение.

Законом о банкротстве установлен срок для реализации указанной передачи составляющий три дня.

Таким образом, даже при исчислении указанного срока с даты изготовления полного текста решения суда о признании должника банкротом – 22.05.2017 уже 26.05.2017 исполняющий обязанности конкурсного управляющего должника при действительном уклонении бывшего руководителя должника от фактической передачи имущества должника был вправе и обязан принять меры для понуждения к такой передачи, в том числе путем обращения в суд. Между тем, в суд ходатайство об истребовании имущества должника поступило лишь 14.08.2017, то есть почти через три месяца с даты признания должника банкротом.

С учетом изложенного суд пришел к обоснованному выводу о том, что у лиц, исполнявших обязанности конкурсного управляющего должника, не имелось препятствий для реализации своего полномочия по обеспечению сохранности имущества должника с даты признания должника банкротом.

Утрата тележки и штабелера имела места в период с 16.06.2017 до 06.09.2017, то есть в период продолжительностью два с половиной месяца.

Точную дату утраты указанного имущества установить невозможно.

При этом сама по себе фиксация отсутствия указанного имущества именно 06.09.2017 не позволяет с достоверностью утверждать то, что тележка и штабелер не были утрачены ранее, в частности, например, сразу после предшествующей проверки, имевшей место 16.06.2017.

В период с 16.06.2017 до 06.09.2017 обязанности конкурсного управляющего должника последовательно были возложены на Унанян Е.Ю. и Павлова М.В.

Помимо акта приема-передачи документации должника и ключей от кабинетов, расположенных по адресу места нахождения должника, датированного 25.05.2017 (с указанием фактической даты передачи – 30.05.2017) и поданного почти через три месяца с даты признания должника банкротом ходатайства об истребовании имущества должника у его бывшего руководителя доказательств принятия лицами, исполнявшими обязанности конкурсного управляющего должника, иных мер по принятию в ведение имущества должника и по обеспечению его сохранности в материалах дела не имеется.

С учетом изложенного суд правомерно счел, что лицами, исполнявшими обязанности конкурсного управляющего должника до момента выявления отсутствия тележки и штабелера, не было принято необходимых и достаточных мер для обеспечения их сохранности.

Указанное бездействие, наравне с действиями неустановленных в настоящее время лиц по перемещению тележки и штабелера в неизвестное место фактически привело к утрате должником тележки и штабелера, за счет реализации которых могли быть удовлетворены требования банка.

Поскольку материалами дела возможно установить лишь то, что утрата части переданного в залог банку имущества имела место в период между проведенными им проверками сохранности имущества, составивший два с половиной месяца, и поскольку в этот период обязанности по обеспечению сохранности имущества должника были последовательно возложены на Унанян Е.Ю. и Павлова М.В., которые должных мер для исполнения указанной обязанности не приняли, постольку применительно указанные лица солидарно несут бремя наступивших негативных последствий соответствующего бездействия применительно к положениям ст.322 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) (неделимость предмета обязательства).

Таким образом, требования банка о признании незаконным бездействия Унанян Е.Ю. и Павлова М.В., выразившегося в непринятии необходимых и достаточных мер по обеспечению сохранности тележки и штабелера, приведшего к невозможности получения удовлетворения требований банка за счет денежных средств, полученных от их реализации, правомерно признаны судом обоснованными и подлежащими удовлетворению.

В нарушение ст. 65 АПК РФ иного суду апелляционной инстанции не доказано.

Доводы жалобы Унанян Е.Ю. об отсутствии в ее поведении неправомерного бездействия подлежат отклонению как противоречащие фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Ссылка Унанян Е.Ю. на то, что поскольку спорное имущество по акту бывшим руководителем не передавалось, то у нее отсутствует обязанность нести ответственность за его утрату, несостоятельна.

Как установлено ранее, Унанян Е.Ю. исполняла обязанности временного управляющего должника, т.е. фактически владела информацией о наличии у должника имущества, включая спорное.

В анализе финансово-хозяйственной деятельности должника, составленном Унанян Е.Ю., спорное имущество было обозначено, также указано на его залог в пользу Банка.

Требование Банка было включено в реестр требований кредиторов должника, им представлены все подтверждающие требование документы, в том числе о залоге имущества.

Согласно отзыву Унанян Е.Ю. и представленным ею документам руководитель должника начал передавать ей документацию должника, начиная с 03.05.2017, то есть еще до введения в отношении должника конкурсного производства.

29.05.2017 Унанян Е.Ю. вручила руководителю должника уведомление исх. № 140 от 26.05.2017 о введении процедуры конкурсного производства, где указала на обязанность руководителя должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

30.05.2017 в помещении по адресу: г.Пермь, ул. Липатова, 30 руководитель должника передал Унанян Е.Ю. печать должника, а также документы (бухгалтерская, налоговая отчетность, документы по заработной плате, трудовые книжки) и ключи от литейного цеха (исправлено на ключи от «кабинетов» за подписью только Унанян Е.Ю.).

Как следует из материалов дела, пояснений участвующих в деле лиц, и не отрицалось в судебном заседании суда апелляционной инстанции представителем Унанян Е.Ю. спорное имущество должника размещалось в здании литейного цеха, расположенного по адресу: г.Пермь, ул. Липатова, 30. В частности об этом свидетельствуют представленные в материалы дела Банком акты проверки движимого имущества от 15.03.2017, 18.04.2017, 16.06.2017.

На дату передачи документов, печати и ключей по акту - 30.05.2017 предусмотренный ст. 126 Закона о банкротстве срок для передачи документов и материальных ценностей руководителем конкурсному управляющему уже истек.

Разумные объяснения тому, что при принятии ключей непосредственно от Кудрина А.А. Унанян Е.Ю. не осмотрела имевшееся в здании литейного цеха имущество должника, не составила соответствующий акт, арбитражным управляющим не представлены. Доказательства уклонения Кудрина А.А. от передачи хотя бы имущества должника, находившегося по месту передачи ключей и составления соответствующего акта, в момент подписания названного акта также в материалах дела отсутствуют.

При этом, как указано ранее, Унанян Е.Ю. было доподлинно известно о наличии у должника имущества, находящегося в залоге у Банка, в том числе спорного имущества.

Утверждение Унанян Е.Ю. о том, что не знала об имуществе должника, поскольку не могла до 03.07.2017 провести его инвентаризацию, также несостоятельно. Свидетельств тому, что в период после ее утверждения исполняющим обязанности конкурсного управляющего она предпринимала попытки это сделать, в деле не имеется. При этом также принимается во внимание, что она являлась временным управляющим должника, имела доступ к документации должника в отношении имущества (иное не доказано), использовала ее для проведения анализа финансового состояния должника, где прямо указывала на спорное имущества и нахождение его в залоге у банка.

Учитывая, что в установленный ст. 126 Закона о банкротстве срок бывшим руководителем должника спорное имущество ей, как исполняющему обязанности конкурсного управляющего должника передано не было, действуя разумно и добросовестной она должна была принять меры по истребованию этого имущества, однако этого не сделала.

Заявление об истребовании у руководителя должника документации и имущества было подано в арбитражный суд Павловым М.В. лишь 14.08.2017, то есть спустя 1,5 месяца с даты его утверждения конкурсным управляющим должника. Унанян Е.Ю. после утверждения 03.07.2017 конкурсным управляющим должника Павлова М.В. представляла его интересы на основании доверенности.

Указанное и последующее поведение Унанян Е.Ю., которая не предъявляла Кудрину А.А. требования о передаче имущества должника, не истребовала его в судебном порядке, а также поведение Павлова М.В., заявившего об истребовании документации и имущества должника от Кудрина А.А. спустя полтора месяца с даты его утверждения конкурсным управляющим должника, позволяют полагать, что и Кудрин А.А., и Унанян Е.Ю. считали передачу имущества должника состоявшейся.

Действительно, мероприятия по передаче имущества должника не были надлежащим образом оформлены, соответствующий акт приема-передачи не составлен. С учетом именно этих обстоятельств суд первой инстанции удовлетворил заявление об истребовании у Кудрина А.А. документацию и имущество. В ходе рассмотрения заявления Павлова М.В. об истребовании документации и имущества должника Кудрин А.А. указывал на передачу Унанян Е.Ю. всей документации и имущества. Но, как указано ранее, Унанян Е.Ю. имела возможность и должна была при передаче ей Кудриным А.А. документации и ключей осмотреть имущество и надлежащим образом оформить приемку-передачу имущества должника.

Более того, Унанян Е.Ю. бывшим руководителем должника были переданы ключ от цеха, где находилось спорное имущество, соответственно у нее имелась возможность принять меры по обеспечению сохранности данного имущества, чего в данном случае сделано также не было, иного из материалов дела не следует.

Ссылка Унанян Е.Ю. на то, что в мае 2017 года помещения проходной на территорию по адресу: г.Пермь, ул. Липатова, 30, были выкуплены ООО «Альфа-трейд», которое самостоятельно осуществляло пропускную систему на территорию производственного комплекса по указанному адресу и не допустило ее к помещениям, где было расположено имущество должника, признается несостоятельной, поскольку не содержит под собой какого-либо документального подтверждения.

Более того, как указано ранее, 30.05.2017 она находилась в названных помещениях, где осуществила приемку документации, печати и ключей. Доводов об отсутствии доступа к помещениям литейного цеха, где находилось имущество должника, в последующий период апеллянтом не приведено, соответствующие доказательства не представлены.

Такая же возможность и обязанность принять меры, направленные на приемку-передачу имущества должника в установленном порядке, обеспечение его сохранности имелись и у Павлова М.В., однако соответствующие необходимые действия своевременно предприняты не были. Доказательства наличия объективных препятствий для этого в материалах дела отсутствуют.

В результате указанного бездействия арбитражных управляющих Унанян Е.Ю. и Павлова М.В. произошла утрата части имущества должника.

Статьей 60 Закона о банкротстве предусмотрена возможность защиты прав и законных интересов кредиторов путем обжалования действий (бездействий) арбитражного управляющего.

Основанием для удовлетворения жалобы является установление арбитражным судом факта несоответствия действий (бездействий) арбитражного управляющего требованиям законодательства, регламентирующего его деятельность при проведении мероприятий в рамках процедуры, применяемой в деле о банкротстве и нарушении этими действиями (бездействиями) прав и законных интересов заявителя.

Права и обязанности арбитражного управляющего оговорены в ст.ст. 20.3, 129 Закона о банкротстве. При проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (п. 4 ст. 20.3 Закона), то есть задачей конкурсного управляющего является обеспечение правовыми средствами справедливого баланса интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве.

В соответствии с п. 4 ст. 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам, третьим лицам причиненные им убытки при исполнении возложенных на него обязанностей.

Предусмотренная данными нормами ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт несения убытков, противоправность поведения ответчика, причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками, а также их размер.

Согласно разъяснениям, данным в п. 48 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 29 от 15.12.2004 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Ответственность арбитражного управляющего за причинение им убытков носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно лишь при наличии определенных условий, предусмотренных ст. 15 ГК РФ.

В соответствии с п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно абзацу первому п. 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35) с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (п. 4 ст. 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику – юридическому лицу его органами (пункт 3 ст. 53 ГК РФ, ст. 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», ст. 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты. По результатам рассмотрения такого заявления выносится определение, на основании которого может быть выдан исполнительный лист.

Судом первой инстанции из материалов дела установлено, что часть имущества должника, а именно тележка и штабелер были утрачены.

Факт утраты данного имущества подтвержден актом проверки движимого имущества от 06.09.2017, составленным представителем Банка и Унанян Е.Ю.

К доводу Унанян Е.Ю. о том, что она не участвовала в осмотре находящегося в залоге у банка имущества должника, подписала акт, который не содержал сведений об отсутствии спорного имущества, апелляционный суд относится критически. Ранее такой довод арбитражным управляющим не заявлялся, данный акт не оспаривался. В акте в столбце «фактическое количество в ед. измерения» в отношении спорного имущества стоит прочерк, в столбце «примечание» указано – нет в наличии, в отношении позиций имущества, имеющегося в наличии, в соответствующей им строке отражено «1v». При этом в отношении части имущества в столбце о фактическом количестве пробел, в примечании указано – нет доступа. Такое оформление акта, в том числе страницы, где стоит подпись Унанян Е.Ю., исключает возможность дописки. Кроме того, Унанян Е.Ю. о фальсификации документа не заявляла. Не оспаривал данный акт и Павлов М.В.

Последующий конкурсный управляющий Смирнов А.А. в своем отзыве указал, что спорное имущество не обнаружено, в конкурсную массу не поступило.

Вопреки утверждению апеллянта, материалами дела подтверждается, что утрата тележки и штабелера произошла после 16.06.2017, то есть в период после введения в отношении должника конкурсного производства. До указанной даты конкурсный управляющий мог и должен был предпринять необходимые меры по принятию имущества и обеспечению его сохранности, однако этого сделано не было. Меры по обеспечению сохранности имущества не были приняты и в последующий период, вплоть до даты обнаружения утраты части имущества.

Из материалов дела усматривается, что Банк производил осмотр залогового имущества должника, расположенного по двум адресам: г. Пермь, ул. Липатова, 30, и пос. Юго-Камский, ул. Кирова, 1, по итогам которого составлены соответствующие акты.

15.03.2017 акт подписан со стороны залогодателя главным инженером Борисовым, его полномочия, сам акт должником не оспорены, о недействительности акта не заявлено.

18.04.2017 акты подписаны со стороны должника директором Кудриным А.А.

Вопреки позиции апеллянта, ее участие как временного управляющего должника при проведении осмотра залогового имущества обязательным не было, данные действия осуществлялись в рамках хозяйственной деятельности должника, руководителем которого являлся Кудрин А.А., Унанян Е.Ю. руководство должником в указанный период не осуществляла.

16.06.2017 осмотр залогового имущества должника проведен сотрудниками Банка, без участия представителя должника, акты составлены банком в одностороннем порядке.

Как следует из пояснений представителя Банка, проведение проверок было согласовано по телефону; сотрудника Банка пропустили на охраняемую территорию, то есть охрана была предупреждена должником; доступ в помещения, где размещалось залоговое имущество, имелся – ворота в цех были открыты; уполномоченный представитель для осмотра не явился; осмотр проведен сотрудником банка, залоговое имущество сфотографировано, составлен соответствующий акт; проведение проверки в отсутствие представителя залогодателя не противоречит внутреннему регламенту.

Данные обстоятельства арбитражными управляющими не опровергнуты.

Арбитражные управляющие Унанян Е.Ю. и Павлов М.В. не отрицали факт наличия спорного имущества у должника на 16.06.2017, указывали на ответственность за сохранность имущества руководителя должника. Акты проверки от 16.06.2017 не были оспорены ими ни в момент подписания Унанян Е.Ю. как представителем конкурсного управляющего акта проверки движимого имущества от 06.09.2017, ни в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора судом первой инстанции. Данные акты не оспаривались и последующими конкурсными управляющими, которые исходили из их действительности.

При таких обстоятельствах основания полагать, что в актах отражены недействительные сведения, отсутствуют.

Как указано ранее, Унанян Е.Ю. и Павлов М.В. допущено неправомерное бездействие по принятию необходимых и достаточных мер для обеспечения сохранности имущества должника, что создало условия для утраты спорного имущества.

Ссылка Унанян Е.Ю. на непринятие должных мер, обеспечивающих сохранность залогового имущества, Банком как главным интересантом в его сохранении отклоняется. Имущество находилось во владении должника, использовалось им, обязанность по обеспечению его сохранности возложена на должника и его руководство, Банк со своей стороны действовал осмотрительно, проверяя наличие и состояние залогового имущества. Какие именно меры мог и должен был предпринять Банк для обеспечения сохранности залогового имущества, но этого не сделал, апеллянт не назвал.

В отсутствие доказательств обратного суд обоснованно счел правомерным исчисление банком размера убытков от утраты тележки и штабелера, исходя из их оценочной стоимости, установленной договором о залоге, с учетом положений п. 2 ст. 138 Закона о банкротстве, поскольку от реализации указанного имущества банк был вправе получить 80 % поступивших в конкурсную массу денежных средств и признал доказанным предъявленный банком размер убытков в сумме 206 001 руб.

При этом, поскольку банк предъявил требования о возмещении убытков лишь к одному из двух арбитражных управляющих, бездействие которых признано судом приведшим к утрате залогового имущества, суд верно признал их подлежащими удовлетворению лишь в отношении Павлова М.В.

Что касается требований банка к страховым организациям, застраховавшим риск наступления гражданской ответственности Унанян Е.Ю. и Павлова М.В. за причинение ими убытков при исполнении обязанностей арбитражного управляющего, то суд, руководствуясь нормами действующего законодательства, верно указал на отсутствие оснований для рассмотрения их в деле о банкротстве должника, в связи с чем оставил их без рассмотрения.

Данные выводы суда заявителем жалобы по существу не оспорены.

С учетом изложенного апелляционный суд приходит к выводу о том, что дело рассмотрено судом первой инстанции полно и всесторонне, нормы материального и процессуального права не нарушены, выводы суда о применении норм права соответствуют установленным по делу обстоятельствам и имеющимся доказательствам, в связи с чем, правовых оснований для отмены принятого определения и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражный суд Пермского края от 14 мая 2018 года по делу № А50-23147/2016 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.




Председательствующий


Т.Ю. Плахова


Судьи


С.И. Мармазова



В.И. Мартемьянов