Постановление от 17 декабря 2019 г. по делу № А40-66572/2017

Д Е В Я Т Ы Й А Р Б И Т РА Ж Н Ы Й А П Е Л Л Я Ц И О Н Н Ы Й

С У Д

127994, Москва, ГСП -4, проезд Соломенной Сторожки, 12


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 09АП-70010/2019

Дело № А40-66572/17
г. Москва
17 декабря 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена 10 декабря 2019 г.

Полный текст постановления изготовлен 17 декабря 2019 г.


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи А.А. Комарова,

судей С.А. Назаровой, Д.Г. Вигдорчика,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Л.И. Кикабидзе,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 08.10.2019 по делу № А40-66572/17 об отказе во включении требования ФИО1 в размере 638 416 660 рублей в реестр требований кредиторов по делу о признании несостоятельным (банкротом) ООО ИПК «Атлас»

при участии в судебном заседании:

от ООО ИПК «Атлас»-ФИО2 по дов.от 12.07.2019,

от ФИО1-ФИО3 по дов.от 22.04.2019,

Иные лица не явились, извещены.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации



У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.06.2017г. принято к производству заявление ИП ФИО4 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ПОДИУМ МАРКЕТ» (ОГРН <***>, ИНН <***>; 119121, <...>), возбуждено производство по делу № А40-66572/2017-66-84.

29.05.2017г. (согласно штампа канцелярии) в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ИП ФИО5 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ПОДИУМ МАРКЕТ» (ОГРН <***>, ИНН <***>; 119121, <...>). Указанному заявлению присвоен порядковый регистрационный номер № А40-66572/2017-66-84.

21.06.2017г. (согласно штампа канцелярии) в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ООО «Эприл» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ПОДИУМ МАРКЕТ» (ОГРН <***>, ИНН <***>; 119121, <...>). Указанному заявлению присвоен порядковый регистрационный номер № А40- 66572/2017-66-84.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 05.06.2016г. заявление ИП ФИО5 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ПОДИУМ МАРКЕТ» принято к производству как заявление о вступление в дело № А40-69209/2017-66-84 по заявлению ИП ФИО4 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ПОДИУМ МАРКЕТ», рассмотрение данного заявление отложено до рассмотрения заявления ИП ФИО4 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ПОДИУМ МАРКЕТ» по делу по делу № А40-66572/2017-66-84.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 08.09.2017г. по делу № А40-66572/2017-66-84 заявление ИП ФИО4 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ПОДИУМ МАРКЕТ» оставлено без рассмотрения.

Определением суда от 01.11.2017г. (дата объявления резолютивной части) произведена замена в порядке процессуального правопреемства заявителя по делу ИП ФИО5 на правопреемника Общество с ограниченной ответственностью «Тропарево», прекращено производство по заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Тропарево» о признании несостоятельным (банкротом) Общество с ограниченной ответственностью «ПОДИУМ МАРКЕТ» (ОГРН <***>, ИНН <***>; 119121, <...>).

Определением суда от 03.11.2017г. судебное заседание по рассмотрению заявления ООО «Эприл» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ПОДИУМ МАРКЕТ» (ОГРН <***>, ИНН <***>; 119121, <...>) и рассмотрению вопроса о введении в отношении должника процедуры наблюдения назначено на 06.12.2017г. на 09-45 в зале 11021 (11 этаж) Арбитражного суда города Москвы по адресу: 115191, <...>.

Определением суда от 13.12.2017г. произведена замена в порядке процессуального правопреемства заявителя по делу Общество с ограниченной ответственностью «ЭПРИЛ» на правопреемника ФИО6, требования ФИО6 к должнику Обществу с ограниченной ответственностью Инвестиционно-производственная компания «Атлас» признаны обоснованными, в отношении должника Общества с ограниченной ответственностью Инвестиционно-производственная компания «Атлас» (ОГРН <***>, ИНН <***>, <...>) введена процедура наблюдения, временным управляющим Общества с ограниченной ответственностью Инвестиционно-производственная компания «Атлас» утверждена ФИО7 (ИНН <***>, адрес для направления корреспонденции: 115419, г. Москва, а/я 36), являющаяся членом Союза арбитражных управляющих «Авангард» (адрес: 105062, <...>).

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения и утверждении временного управляющего опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 243 от 28.12.2017г.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 09.06.2018г. должник ООО Инвестиционно-производственная компания «Атлас» признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО8 (ИНН <***>, адрес для направления корреспонденции: 107078, г. Москва, а/я 140, регистрационный номер в государственном реестре арбитражных управляющих 10870), являющийся членом Союза арбитражных управляющих «Авангард» (адрес:105062, <...>).

Сообщение об открытии конкурсного производства в отношении должника опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 108 от 23.06.2018г.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ФИО1 о включении суммы задолженности в размере 638 416 660,00 рублей в реестр требований кредиторов ООО Инвестиционнопроизводственная компания «Атлас».

Определением Арбитражного суда города Москвы от 08.10.2019 суд отказал во включении требования в реестр требований кредиторов.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, принять по делу новый судебный акт.

От конкурсного управляющего должника ФИО8 поступил отзыв на апелляционную жалобу.

Рассмотрев апелляционную жалобу в порядке статей 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив представленные доказательства, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда города Москвы на основании следующего.

Судом первой инстанции было установлено, что согласно заявлению, ООО Инвестиционно-производственная компания «Атлас» имеет неисполненные денежные обязательства перед ФИО1, возникшие при следующих обстоятельствах.

01.09.2015 г. Должник выдал простой вексель на сумму 10 300 000 долларов США ФИО9 сроком платежа по предъявлению не ранее 10.08.2017 года.

ФИО9 индоссировал вексель ФИО10.

20.07.2018 года между ФИО10 и ФИО1 заключен договор цессии, в соответствии с которым право на требование по векселю перешло к заявителю. Между сторонами был заключен акт приема-передачи векселя.

Таким образом, размер требований ФИО1 к ООО ИПК «АТЛАС» составляет 638 416 660 рублей.

Вместе с тем, из материалов дела усматривается, что вексель выдавался в отсутствие реальной экономической целесообразности, в обеспечение обязательства третьего лица; в основе вексельного долга не лежат какие-либо реальные хозяйственные операции; между сторонами не существовало какого-либо обязательства, которое могло послужить основанием для выдачи векселя, а сам вексель направлен на искусственное образование кредиторской задолженности для влияния на процедуру банкротства.

Сумма, указанная в векселе, должна была поступить на валютный счет должника, либо на рублевый счет в эквивалентном размере. Поступления не было, соответственно вексель является безденежным, что также подтверждается отсутствием упоминаний о нем в бухгалтерской документации Должника.

Кроме того, в бухгалтерской отчетности Должника отсутствуют сведения о каких-либо обязательствах ООО ИПК «Атлас» перед первым векселедержателем ФИО9, что свидетельствует о направленности векселя на искусственное формирование задолженности.

Написанная в векселе «залоговая оговорка» лишает представленную ФИО1 бумагу юридической силы простого векселя. Также, и конкурсный управляющий полагает, что указанная оговорка является обуславливающим вексель обстоятельством, что недопустимо. Любой залог является средством обеспечения основного обстоятельства и носит акцессорный характер, однако вексель по своей правовой природе акцессорным быть не может.

Представленный в материалы дела вексель имеет существенный дефект формы, выраженный в двойном указании сроков: первый указан в графе срок платежа, второй в залоговой оговорке.

Соответственно, ст. 9 Положения о простом и переводном векселе к простому векселю не применяется.

Также, рассматриваемая «залоговая» оговорка вовсе не слагает с векселедателя ответственности за платеж. Такое указание в простом векселе невозможно даже в силу правовой природы простого векселя.

Акцепт и платеж разделяются только в переводном векселе, поскольку плательщик (акцептант) и векселедатель по нему могут не совпадать.

По простому векселю, векселедатель напротив, обязан так же, как и акцептант, по переводному векселю (ст. 78 Положения), соответственно, в простом векселе плательщик (акцептант) и векселедатель во всяком случае совпадают в одном лице. По простому векселю векселедатель всегда отвечает только за платеж, акцепт простого векселя не требуется.

Таким образом, сложение с векселедателя ответственности за платеж лишило бы простой вексель всякого смысла, поскольку никто иной кроме векселедателя за платеж по простому векселю не отвечает.

Также, представленный ФИО1 вексель не свидетельствует о правомочности кредитора в силу отсутствия непрерывного ряда индоссаментов.

Как следует из удостоверительной надписи, нотариус не свидетельствовал правомочность индоссанта, а удостоверил лишь тождество указанного на индоссаменте лица и лица, этот индоссамент подписавшего.

Личность индоссанта была удостоверена нотариусом следующим образом:«-гном ФИО9, родившемся в Санкт-Петербурге (Россия) 13 января 1970 года и проживающим по адресу: Санкт-Петербург,ул. 5-ая Советская, д.8, кв. 1».

В самом векселе векселедержатель указан иначе:«непосредственно ФИО9 (паспорт 45 15 026165, выдан Отделом УФМС России по гор. Москве по району Тропарево-Никулино 11.02.2015 г., код подразделения 770-072, зарегистрированный по адресу: 193036, РФ, <...>)».

Таким образом, совпадающими данными являются только имя и фамилия; место проживания не совпадает, иные идентификационные данные сопоставить невозможно.

Итальянский нотариус свидетельствовал лишь подлинность подписи индоссанта, но не удостоверил его полномочий индоссировать вексель. Кроме того, не указан в удостоверительной надписи и документ, на основании которого была проверена личность гражданина ФИО9.

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции отказал во включении требования в реестр требований кредиторов должника.

Суд апелляционной инстанции признает верными выводы суда первой инстанции, а доводы апелляционной жалобы необоснованными по следующим основаниям.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель указал, что им были представлены все необходимые доказательства в подтверждение заявленных требований, тогда как судом первой инстанции неверно были оценены представленные доказательства.

Указанный довод подлежит отклонению ввиду следующего.

Судом первой инстанции было верно установлено, что вексель является безденежным. ФИО1 не представил каких-либо объяснений реальной экономической цели выдачи векселя, доказательств лежащих в основе векселя хозяйственных отношений, не опроверг доводы о фиктивности долга.

Суд первой инстанции правомерно отказал ФИО1, поскольку в материалы дела не было представлено ни одного доказательства реальности вексельного долга.

Согласно Постановлению Президиума ВАС РФ от 15.02.2011 N 13603/10, абстрактное вексельное обязательство не может быть включено в реестр требований кредиторов несостоятельного должника, если не доказана реальность вексельного долга.

Судебная практика возлагает на заявителя по делу о банкротстве обязанность раскрыть обстоятельства выдачи векселя и доказать факт существования долга (Постановления АС МО от 04.09.2018 N Ф05-3607/2018 по делу NA40-153871/2017, от 26.07.2018 N Ф05-3607/2018 по делу N А40-153871/2017, от 26.07.2018 N Ф05-3607/2018 по делу N А40-153871/2017 и др.).

Долг перед ФИО9 не фигурирует в бухгалтерской отчетности ООО ИПК «Атлас», не отражался при получении Должником кредита в банке, релевантная сумма на счета Должника ни от компании Food Development, ни от ФИО9 не поступала. Указанное позволило суду сделать справедливый вывод о том, что представленный ФИО1 вексель преследует единственную цель - сформировать искусственную задолженность должника-банкрота.

Ссылки ФИО1 на два судебных акта ошибочны. Постановление Президиума ВАС РФ от 21.06.2011 N 16623/10 не затрагивает специфики банкротной процедуры, а в Определении СКЭС ВС РФ от 02.09.2019 N 306-ЭС19-11667 поводом для отмены стало неисследование предоставленных заявителем банковских выписок, которые могли подтвердить получение займа по векселю; напротив, ФИО1 не представил ни одного доказательства реальности долга.

Ссылки на «экономические связи» ООО ИПК «Атлас» и Food Development несостоятельны:

- Коммерческие связи сами по себе не могут объяснить принятие юридическим лицом на себя несуществующего долга в размере более полумиллиарда рублей.

- компания Food Development имеет задолженность перед ООО ИПК «Атлас» по Контракту № 01/11 от 07.07.2011 г. в связи с недопоставкой товара на общую сумму 681 977,77 USD, исковое заявление находится на рассмотрении (дело № А40-216186/2019).

- компания Food Development не является ни векселедержателем, ни одним из индоссантов по спорному векселю, а потому отношения с ней в принципе не могут обуславливать принятие ООО ИПК «Атлас» на себя вексельного долга.

Также суд первой инстанции верно указал на то, что вексель недействителен. Он не имеет силы простого векселя ввиду установленных судом пороков формы, позиция заявителя об обратном ошибочна.

Вексель, являясь ничем не обусловленным обязательством, должен соответствовать установленной законом форме, в противном случае он теряет силу абстрактного обязательства и может иметь лишь доказательственное значение. Суд верно установил пороки формы векселя.

В векселе написана недопустимая «залоговая» оговорка, которая, как верно указал суд, обуславливает платеж по векселю, лишая его обязательного признака абстрактности, а вместе и ним и силы простого векселя.

Как неоднократно разъяснял Высший Арбитражный Суд РФ, вексельное обязательство - это всегда денежное обязательство, исполнение которого не может быть сопровождено каким-либо условием (Постановление Президиума ВАС РФ от 30.05.2000 N 8937/99; Постановление Президиума ВАС РФ от 21.03.2000 N 7430/99 по делу N А50-3038/99-Г16; Постановление Президиума ВАС РФ от 21.03.2000 N 7431/99 и др.).

Включение в вексель ссылок на основания его выдачи влечет его недействительность лишь в том случае, если они обусловливают предложение (обязательство) уплатить вексельную сумму (п. 3 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.07.1997 N 18 "Обзор практики разрешения споров, связанных с использованием векселя в хозяйственном обороте'").

Вексель содержит двойное указание сроков платежа. Первый срок указан в графе «срок платежа» следующим образом: «не ранее 10.08.2017 г.», второй - в залоговой оговорке, и установлен: «на срок до дня освобождения от залога недвижимости».

Как было разъяснено в пункте 5 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.07.1997 N 18 «Обзор практики разрешения споров, связанных с использованием векселя в хозяйственном обороте», включение в текст векселя условия о том, что срок платежа устанавливается указанием на вероятное событие, является нарушением требований к форме векселя и влечет его недействительность. Положение исключает возможность указания сроков по векселю способами, иными, чем установлено статьей 33 Положения. Следовательно, такой документ не может быть признан имеющим силу векселя ввиду дефекта формы.

Видно, что пороки формы векселя сосредоточены во включенной в текст векселя «залоговой» оговорке. Возражения же ФИО1 сводятся к необоснованным ссылкам на её ненаписанность:

- ссылка на статью 9 Положения о простом и переводном векселе правомерно отклонена судом, поскольку указанная норма к простому векселю не применяется (ст. 77).

- ссылка на пункт 33 Постановления Пленума ВС РФ N 33, Пленума ВАС РФ N 14 от 04.12.2000 также нерелевантна, поскольку разъяснение касается ненаписанности «условия об обеспечении исполнения по векселю залогом», тогда как в настоящем деле в залог передан сам вексель, что недопустимо. Обеспечение векселя залогом оговоркой в его тексте влечет ненаписанность оговорки, а передача оговоркой векселя в залог - недействительность векселя.

В деле нет доказательств непрерывного ряда индоссаментов. ФИО1 ошибочно толкует положения конвенции об отмене легализации иностранных документов, полагая, что подписание индоссамента в присутствии нотариуса не требует проверки.

Вопреки доводам ФИО1, обоснованное сомнение суда в уполномоченности предъявителя векселя возникло вследствие различий в реквизитах первого векселедержателя и индоссанта по векселю, о чем прямо указано в определении суда. Совпадает только имя и фамилия; место проживания не совпадает, иные идентификационные данные сопоставить невозможно.

Нотариус не может подменять суд при установлении непрерывного ряда индоссаментов и предопределять вывод о правомочности подписанта по индоссаменту.

ФИО1 был не лишен возможности предоставить суду объяснения касательно различий реквизитов подписантов, доказать тождество первого векселедержателя и лица, указанного в качестве индоссанта, чего, вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ, не сделал.

В соответствии с п. 1 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражным процессуальным законодательством установлены критерии оценки доказательств в качестве подтверждающих факт наличия тех или иных обстоятельств. Доказательства, на основании которых лицо, участвующее в деле, обосновывает свои требования и возражения, должны быть допустимыми, относимыми и достаточными.

В частности, как указано в п. 2 ст. 71 АПК РФ доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Признак допустимости доказательств предусмотрен положениями ст. 68 АПК РФ.

Так, в соответствии с указанной нормой обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Достаточность доказательств можно определить как наличие необходимого количества сведений, достоверно подтверждающих те или иные обстоятельства спора.

Отсутствие хотя бы одного из указанных признаков является основанием не признавать требования лица, участвующего в деле, обоснованными (доказанными).

Согласно п. 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Обоснованность требований доказывается на основе принципа состязательности.

Кредитор, заявивший требования к должнику, как и лица, возражающие против этих требований, обязаны доказать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований или возражений. Законодательство гарантирует им право на предоставление доказательств (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее - АПК РФ).

В условиях банкротства должника, а значит очевидной недостаточности у последнего денежных средств и иного имущества для расчета по всем долгам, судебным спором об установлении требования конкурсного кредитора затрагивается материальный интерес прочих кредиторов должника, конкурирующих за распределение конкурсной массы в свою пользу. Кроме того, в сохранении имущества банкрота за собой заинтересованы его бенефициары, что повышает вероятность различных злоупотреблений, направленных на создание видимости не существовавших реально правоотношений.

Как следствие, во избежание необоснованных требований к должнику и нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой, по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора. Исследованию подлежит сама возможность по исполнению сделки.

Разъяснения о повышенном стандарте доказывания в делах о банкротстве даны в пункте 26 постановления N 35, из которого следует, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Требование, основанное на факте передачи денежных средств, должно подтверждаться не только распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру (что свойственно обычному спору), но и доказательствами, подтверждающими финансовые возможности кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, а также сведениями о дальнейшем движении денежных средств.

Примеры судебных дел, в которых раскрывается понятие повышенного стандарта доказывания применительно к различным правоотношениям, из которых возник долг, имеются в периодических и тематических обзорах судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации (пункт 15 Обзора N 1 (2017) от 16.02.2017; пункт 20 Обзора N 5 (2017) от 27.12.2017, пункт 17 Обзора N 2 (2018) от 04.07.2018, пункт 13 Обзора от 20.12.2016), а также в судебных актах Верховного Суда Российской Федерации по конкретным делам (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации N 305-ЭС16-20992(3), N 305-ЭС16-10852, N 305-ЭС16-10308, N 305-ЭС16-2411, N 309-ЭС17-344, N 305-ЭС17-14948, N 308-ЭС18-2197).

Судебная коллегия последовательно отмечает, что в условиях конкуренции кредиторов должника-банкрота возможны ситуации, когда спор по задолженности между отдельным кредитором (как правило, связанным с должником), носит формальный характер и направлен на сохранение имущества должника за его бенефициарами: за собственниками бизнеса (через аффилированных лиц - если должник юридическое лицо) или за самим должником (через родственные связи - если должник физическое лицо). Подобные споры характеризуются предоставлением минимально необходимого и в то же время внешне безупречного набора доказательств о наличии задолженности у должника, обычно достаточного для разрешения подобного спора; пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга; признанием обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с совпадением интересов должника и такого кредитора их процессуальная активность не направлена на установление истины.

Конкурирующий кредитор и арбитражный управляющий как лица, не участвовавшие в сделке, положенной в основу требований о включении в реестр, объективно лишены возможности представить в суд исчерпывающий объем доказательств, порочащих эту сделку. В то же время они могут заявить убедительные доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в действительности или заключенности сделки.

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям.

Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие кредиторы. Предоставление дополнительного обоснования не составляет для них какой-либо сложности.

Предъявление к конкурирующим кредиторам повышенного стандарта доказывания привело бы к неравенству кредиторов. Для уравнивания кредиторов в правах арбитражный суд должен оказывать содействие в реализации их прав, создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела. Процессуальная активность конкурирующих кредиторов при содействии арбитражных судов (пункт 3 статьи 9, пункты 2, 4 статьи 66 АПК РФ) позволяет эффективно пресекать злоупотребления (формирование фиктивной задолженности) и не допускать недобросовестных лиц к распределению конкурсной массы.

Изложенная правовая позиция закреплена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.07.2018г. №305-ЭС18-3009.

При указанных обстоятельствах, принимая во внимание отсутствие необходимого количества сведений, достоверно подтверждающих наличие задолженности, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о необоснованности заявленных требований, поскольку они документально не подтверждены.

На основании изложенного коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции в полном объёме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; выводы суда, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, им дана надлежащая правовая оценка; судом правильно применены нормы материального и процессуального права.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 102, 110, 269 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 08.10.2019 по делу № А40-66572/17 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья: А.А.Комаров

Судьи: С.А.Назарова


Д.Г.Вигдорчик