Постановление от 6 октября 2025 г. по делу № А07-134/2022

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-3938/2025, 18АП-3936/2025

Дело № А07-134/2022
07 октября 2025 года
г. Челябинск



Резолютивная часть постановления объявлена 23 сентября 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 07 октября 2025 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Лукьяновой М.В., судей: Максимкиной Г.Р.,  Напольской Н.Е., при ведении протокола секретарем судебного заседания Ямалетдиновой К.Р.,   рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Энергетическая сбытовая компания Башкортостана», общества с ограниченной ответственностью «Башкирские распределительные электрические сети» на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 04.03.2025 по делу № А07-134/2022


В судебном заседании приняли участие представители:

Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Башкортостан Городской клинической больницы № 21 города Уфа: ФИО1 (доверенность №39 от 13.01.2025, диплом, паспорт),

общества с ограниченной ответственностью «Энергетическая сбытовая компания Башкортостана»: ФИО2 (доверенность №482 от 18.03.2025, диплом, свидетельство о заключении брака, паспорт),

общества с ограниченной ответственностью «Башкирские распределительные электрические сети»: ФИО3 (доверенность №119-1/07-12 от 01.01.2025, диплом, паспорт).


Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Республики Башкортостан Городской клинической больницы № 21 города Уфа (далее– истец, ГБУЗ ГКБ № 21 г. Уфа, Учреждение) обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Энергетическая сбытовая компания  Башкортостана» (далее– ответчик, ООО «ЭСКБ»,  общество) о взыскании неосновательного обогащения в сумме 2 501 333, 94 руб.

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не  заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора,  привлечено общество «Башкирэнерго» (далее– третье  лицо 1, ООО «Башкирэнерго»).

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 18.01.2023 исковые требования удовлетворены. Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.04.2023 указанное решение оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 25.09.2023  решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 18.01.2023 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.04.2023 отменены.

Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Башкортостан.

Определением суда первой инстанции  от 12.10.2023 дело принято на новое рассмотрение.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечена  Администрация городского округа город Уфа Республики Башкортостан (далее– третье лицо 2, Администрация).

До рассмотрения спора по существу истец неоднократно уточнял исковые требования, согласно уточнению в последней редакции,  поступившей в суд 19.02.2025 через сервис подачи документов «Мой  арбитр», просил взыскать с ответчика неосновательное обогащение в размере  1 490 769,63 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 1 010 564,31 руб.

Уточнение исковых требований принято судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 04.03.2025 исковые требования удовлетворены.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ООО «ЭСКБ»  обратилось с апелляционной жалобой, в которой просил решение отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска.

 В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указывает на неверное применение судом первой инстанции норм материального права.

Так, судом первой инстанции не принято во внимание, что пункт 15 (2) Правил № 861 не действовал в спорный период.

Также судом первой инстанции не учтен пропуск истцом срока исковой давности.

Общество «Башкирэнерго» также обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить, принять новый судебный акт об отказе в иске.

В обоснование доводов жалобы ее податель указывает на пропуск истцом срока исковой давности и ошибочный вывод суда первой инстанции о начале исчисления данного срока.

В рамках настоящего дела истцом заявлено требование о взыскании денежных средств, излишне перечисленных в период с января 2012 по май 2015 года.

Учитывая, что уточнение исковых требований поступило в суд 19.02.2025,  истцом пропущен как общий 3-х летний срок исковой давности, так и предельный десятилетний срок давности.

До начала судебного заседания истец представил отзыв на апелляционную жалобу, в которых просил оставить решение суда первой инстанции без изменения.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между обществом "ЭСКБ" (гарантирующий поставщик) и учреждением (потребитель) заключен договор электроснабжения от 25.12.2015 N 02110001090222, в соответствии с условиями которого гарантирующий поставщик обязался осуществлять продажу (поставку) электрической энергии и мощности в точки поставки электрической энергии, обеспечивать оказание услуг по передаче электрической энергии и мощности до точек поставки путем заключения соответствующего договора с сетевой организацией (обществом "Башкирэнерго"), а потребитель обязался своевременно оплачивать приобретаемую электрическую энергию.

Точки поставки электрической энергии (мощности) потребителя находятся на границе балансовой принадлежности, зафиксированной в акте разграничения балансовой принадлежности электрических сетей (электроустановок) и эксплуатационной ответственности сторон между потребителем и сетевой организацией (приложение N 7 к договору). При этом акты разграничения балансовой принадлежности на сегодняшний день не подписаны.

Свои обязательства по оплате потребленной электрической энергии истец выполнил надлежащим образом, что подтверждается представленными  в материалы дела платежными документами.

Согласно акту разграничения балансовой принадлежности №297-1 от 19.10.2010, который является приложением к договору электроснабжения, энергопринимающие устройства истца подключены непосредственно к объектам электросетевого хозяйства сетевой организации (ООО  «Башкирские распределительные электрические сети») напряжением 6 кВ.

При определении предельных уровней нерегулируемых цен гарантирующий поставщик применяет установленные тарифы (ставки тарифов) на услуги по передаче электрической, энергии, дифференцированные по уровням напряжения, опубликованные в установленном порядке (пункт 101 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 04.05.2012 № 442).

25.08.2021 ГБУЗ РБ ГКБ №21 направило в адрес ООО «ЭСКБ» обращение №3623 с просьбой привести расчетные уровни напряжения по  объекту, расположенному по адресу: <...>. в соответствие с действующим законодательством.

С 01.09.2021 расчетный уровень изменен с НН на соответствующий законодательству СН II.

По мнению истца, за период с 01.10.2018 по 31.08.2021 в отношении Учреждения должен был быть применен средний второй уровень напряжения (СН II).

Мотивируя исковое заявление тем, что за вышеуказанный период при  определении стоимости электрической энергии применялся уровень напряжения, не соответствующий требованиям пункта 15(2) Правил, в связи  с чем, на стороне ответчика образовалось неосновательное обогащение в  сумме 2 501 333, 94 руб., истец направил в адрес ответчика претензию,  которая оставлена последним без удовлетворения, а в последующем  обратился в суд с настоящим исковым заявлением.

В ходе судебного процесса истец  уточнил исковые требования,  требовал взыскать с ответчика неосновательное обогащение за период с 01.01.2012 по 31.05.2015 в размере 1 490 769,63 руб., проценты, рассчитанные в соответствии со ст. 395 ГК РФ за период с 01.01.2012 по 

22.05.2023 в размере 1 010 564,31 руб.          Повторно рассмотрев дело в порядке статей 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 539 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору энергоснабжения энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту (потребителю) через присоединенную сеть энергию, а абонент обязуется оплачивать принятую энергию, а также соблюдать предусмотренный договором режим ее потребления. В силу п. 1 ст. 544 названного Кодекса оплата энергии производится за фактически принятое абонентом количество энергии в соответствии с данными учета энергии, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или соглашением сторон.

Правовые основы функционирования розничных рынков электрической энергии, а также условия взаимодействия субъектов оптового рынка электрической энергии (мощности) и розничных рынков в целях обеспечения устойчивого функционирования электроэнергетики, качественного и надежного снабжения потребителей электрической энергией определены нормами Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 N 442 (далее - Основные положения).

В пункте 78 Основных положений предусмотрено, что расчеты за электрическую энергию (мощность) по договору энергоснабжения (купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности)) осуществляются с учетом того, что стоимость электрической энергии (мощности) по договору энергоснабжения включает стоимость объема покупки электрической энергии (мощности), стоимость услуг по передаче электрической энергии, сбытовую надбавку, а также стоимость иных услуг, оказание которых является неотъемлемой частью процесса поставки электрической энергии потребителям.

Согласно требованиям действующего законодательства нерегулируемая цена представляет собой сумму нерегулируемых и регулируемых составляющих, определенных нормативными актами. Одной из регулируемых составляющих является ставка тарифа на услуги по передаче электрической энергии, утверждаемая регулирующим органом.

Цены на электроэнергию подлежат дифференциации по уровням напряжения и группам потребителей (пункт 3 статьи 23.1, пункт 1 статьи 40 Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике" (далее - Закон об электроэнергетике), пункты 86, 88 Основных положений N 442).

В соответствии с пунктом 81 Основ ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 N 1178 (далее - Основы ценообразования N 1178), размер единых (котловых) тарифов дифференцируется в соответствии с дифференциацией по уровням напряжения, предусмотренной пунктом 81(1) Основ ценообразования.

Согласно пункту 81(1) Основ ценообразования единые (котловые) тарифы дифференцируются по следующим уровням напряжения:

- высокое первое напряжение (ВН1) - объекты электросетевого хозяйства и (или) их части, переданные в аренду организацией по управлению единой национальной (общероссийской) электрической сетью территориальным сетевым организациям с учетом требований пунктов 7 и 8 статьи 8 Закона об электроэнергетике, за исключением таких объектов и (или) их частей, находящихся на территориях Амурской области и Еврейской автономной области;

- высокое напряжение (ВН) - объекты электросетевого хозяйства (110 кВ и выше), за исключением случаев, которые относятся к ВН1;

- среднее первое напряжение (СН1) - объекты электросетевого хозяйства (35 кВ);

- среднее второе напряжение (СН2) - объекты электросетевого хозяйства (20 - 1 кВ);

- низкое напряжение (НН) - объекты электросетевого хозяйства (ниже 1 кВ).

В соответствии с пунктом 2 Правил N 861 объем взаимных обязательств сторон по договору об оказании услуг по передаче электроэнергии измеряется в точке поставки, расположенной на границе балансовой принадлежности энергопринимающих устройств, определенной в акте разграничения балансовой принадлежности объектов электросетевого хозяйства.

Порядок определения уровня напряжения в отношении каждой точки поставки для целей расчета и применения тарифов при различных вариантах присоединения (подключения) энергопринимающих устройств потребителей к объектам электросетевого хозяйства сетевых организаций установлен в пункте 15(2) Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861 (далее - Правила N 861).

При этом по смыслу абзаца 1 пункта 15(2) Правил N 861 уровень напряжения при расчете и применении тарифа на услуги по передаче электрической энергии определяется отдельно в отношении каждой точки поставки.

Из абзаца 3 пункта 15(2) Правил N 861 следует, что, если граница раздела балансовой принадлежности объектов электросетевого хозяйства сетевой организации и энергопринимающих устройств потребителя электроэнергии установлена в трансформаторной подстанции, то принимается уровень напряжения, соответствующий значению питающего (высшего) напряжения указанной трансформаторной подстанции.

В абзаце 5 пункта 15(2) Правил N 861 установлено правило определения уровня напряжения в отношении опосредованно присоединенных потребителей. В этом случае принимается уровень напряжения, на котором к объектам электросетевого хозяйства сетевой организации подключены объекты несетевых организаций (объекты лиц, не оказывающих услуги по передаче электрической энергии, или бесхозяйные объекты электросетевого хозяйства).

Также в соответствии с пунктом 45 Методических указаний по расчету регулируемых тарифов и цен на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке, утвержденных Приказом ФСТ России от 06.08.2004 N 20-э/2 (далее - Методические указания), при расчете тарифа на услуги по передаче электрической энергии за уровень напряжения принимается значение питающего (высшего) напряжения центра питания (подстанции) независимо от уровня напряжения, на котором подключены электрические сети потребителя (покупателя, ЭСО), при условии, что граница раздела балансовой принадлежности электрических сетей рассматриваемой организации и потребителя (покупателя, ЭСО) устанавливается на: выводах проводов из натяжного зажима портальной оттяжки гирлянды изоляторов воздушных линий (ВЛ), контактах присоединения аппаратных зажимов спусков ВЛ, зажимах выводов силовых трансформаторов со стороны вторичной обмотки, присоединении кабельных наконечников КЛ в ячейках распределительного устройства (РУ), выводах линейных коммутационных аппаратов, проходных изоляторах линейных ячеек, линейных разъединителях.

Приведенное в пункте 15(2) Правил N 861 и пункте 45 Методических указаний правовое регулирование имеет экономическую аргументацию и обусловлено недопустимостью получения сетевой организацией технологически необоснованной выгоды. В оплачиваемый потребителями тариф на оказание услуг по передаче электроэнергии включаются расходы сетевой организации на оплату потерь, которые возникают в силу физических процессов в ходе передачи электрической энергии на расстояние. Величина указанных расходов регулируется государством путем установления соответствующих нормативов с учетом дифференциации по уровням напряжения сетей. В силу физических процессов в сетях с высоким напряжением возникает меньше потерь, что влечет установление более низкого их норматива, и, следовательно, более низкого тарифа на услуги по передаче энергии. В сетях с низким напряжением возникает больше потерь, что приводит к учету больших (нежели при высоком напряжении) затрат сетевой организации на покупку нормативных потерь в ее сетях и установлению более высокого тарифа.

Таким образом, уровень напряжения не может определяться соглашением сторон. Эта величина объективно зависит от фактических условий технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителя к сетям сетевой организации, а порядок применения уровня напряжения для определения подлежащего применению тарифа предписывается императивными нормами законодательства.

Данный вывод сформирован также в Обзорах судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015, и N 3 (2016), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.10.2016.

Обращаясь с уточненным исковым заявлением, Учреждение привело следующие доводы.

Согласно акту разграничения балансовой принадлежности №297—1 от 19.10.2010, который является приложением к договору электроснабжения, энергопринимающие устройства истца подключены непосредственно к объектам электросетевого хозяйства  сетевой организации (ООО «Башкирские распределительные электрические сети») напряжением 6 кВ.

25.08.2021  ГБУЗ РБ ГКБ №21 направило в адрес ООО «ЭСКБ» обращение №3623 с  просьбой привести расчетные уровни напряжения по объекту, расположенному по адресу <...>. в соответствие с действующим законодательством. С  01.09.2021  расчетный уровень был изменен с НН на соответствующий законодательству  СНII.

В ходе судебного процесса по настоящему делу были выявлены новые обстоятельства,  ранее не известные истцу, а именно отчуждение Администрацией г.о. город Уфа  имущества в пользу ООО «Башкирские распределительные электрические сети».

Кроме того, ответчик и третье лицо указали, что нарушение прав истца  прекратилось с вышеуказанным отчуждением и в настоящее время расчетным уровнем  напряжения, соответствующим законодательству, является НН.

Таким образом, в ходе судебного процесса истцу стало известно об ином периоде  нарушения его прав, отличном от заявленного в первоначальном исковом заявлении, а  именно: за период с 01.01.2011 по 31.05.15  в отношении истца должен был быть применен  средний второй уровень напряжения (СНII).

За вышеуказанный период при определении стоимости электрической энергии применялся  уровень напряжения, не соответствующий требованиям пункта 15(2) Правил, в связи с чем,  за период с 01.01.2012 на стороне ответчика образовалось неосновательное обогащение  в сумме 1 491 741,95 руб.

Доводы истца, поддержанные судом первой инстанции, являются несостоятельными в силу следующего.

В соответствии с абзацем третьим пункта 15(2) Правил N 861 если граница раздела балансовой принадлежности объектов электросетевого хозяйства сетевой организации и энергопринимающих устройств и (или) иных объектов электроэнергетики потребителя электрической энергии (мощности) установлена на объектах электросетевого хозяйства, на которых происходит преобразование уровней напряжения (трансформация), принимается уровень напряжения, соответствующий значению питающего (высшего) напряжения указанных объектов электросетевого хозяйства.

Со ссылкой на данное положение  Правил № 861 истец указывает, что до изменения границ балансовой принадлежности в связи с переходом права собственности на кабельные линии должен был применяться уровень напряжения СН II, в то время как  ответчиком в платежных документах был указан уровень  напряжения НН.

Оплата электрической энергии по завышенному тарифу привела к возникновению на стороне ответчика неосновательного обогащения.

 Удовлетворяя требования истца, суд первой инстанции не учел следующее.

Порядок определения уровня напряжения в отношении каждой точки поставки для целей расчета и применения тарифов при различных вариантах присоединения (подключения) энергопринимающих устройств потребителей к объектам электросетевого хозяйства сетевых организаций установлен Постановлением Правительства Российской Федерации от 31.07.2014 N 740, согласно пункту 15 (2) которого, если граница раздела балансовой принадлежности объектов электросетевого хозяйства сетевой организации и энергопринимающих устройств потребителя электроэнергии установлена в трансформаторной подстанции, то принимается уровень напряжения, соответствующий значению питающего (высшего) напряжения указанной трансформаторной подстанции. Указанная редакция Правил № 861 вступила в силу с 01.09.2014.

Принимая во внимание положения законодательства о ценообразовании в электроэнергетике о  применении тарифа в соответствии с правилами его формирования, о периоде действия тарифа (один год),  а также тот факт, что новые правила определения уровня напряжения введены в действие в середине периода регулирования, следует прийти к выводу, что со дня введения новых правил в действие они  распространялись на порядок установления тарифа на новый период регулирования, а в расчетах между  сторонами подлежали применению со следующего периода регулирования, то есть с 1 января 2015 г. (обзор  судебной практики Верховного суда Российской Федерации № 3 (2016)).

Таким образом, пункт 15(2) Правил № 861 в редакции Постановления Правительства РФ от 31.07.2014 № 740 не подлежит применению при рассмотрении настоящего спора

В ходе рассмотрения дела ответчиком было заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Отклоняя указанный довод, суд первой инстанции указал, что истец узнал о нарушении своего права в спорный  период в ходе судебного процесса по первоначальным исковым требованиям, основываясь на доводах ответчика и третьего лица об изменении границ  балансовой принадлежности в связи с переходом права собственности на  кабельные линии.

По мнению суда первой инстанции, течение срока исковой давности по рассматриваемым требованиям  началось 20.09.2023, когда на основании постановления Арбитражного  суда Уральского округа № Ф09-4433/23 истцу стало известно о том, что  переход права собственности на кабельные линии повлек изменение границ балансовой принадлежности, что в свою очередь должно было повлечь  изменение тарифа на услуги по передаче электрической энергии (мощности).

Отсутствие факта изменения тарифа при изменении границ балансовой  принадлежности послужило основанием для проверки правильности  исчисления ранее оплаченных счетов за электрическую энергию.       Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции в силу следующего.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Кодекса.

В силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются Кодексом и иными законами.

Как указано в пункте 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, что по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

По обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется срок для исполнения такого требования, исчисление срока исковой давности начинается по окончании срока, предоставляемого для исполнения такого требования.

Обстоятельства, с наступлением которых связывается начало течения срока исковой давности, устанавливаются судами первой и апелляционной инстанций исходя из норм, регулирующих конкретные правоотношения между сторонами, а также из имеющихся в деле доказательств (статья 64, часть 1 статьи 168, часть 1 статьи 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (статья 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" (далее - Постановление N 43), истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске. Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В рамках настоящего спора истец просит взыскать денежные средства, излишне перечисленные им по договору в счет оплаты электрической энергии за период с января 2012 года по май 2015 года.

Исходя из юридической квалификации отношений сторон, связанных с неосновательным обогащением, срок исковой давности по заявленному требованию следует исчислять в отдельности по каждому из платежей, неосновательно произведенных истцом ответчику в счет оплаты электрической энергии по договору (истец должен был узнать о нарушении своих прав в момент фактической уплаты денежных средств).

Таким образом, по общему правилу, непропущенным может считаться срок исковой давности по взысканию неосновательного обогащения, составляющего излишние платежи, произведенные истцом не ранее, чем за три года до обращения с иском.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 24 Постановления N 43 по смыслу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части. Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу. Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Истцом заявлено требование о взыскании неосновательного обогащения, образовавшегося в результате внесения периодических платежей.

В рассматриваемом случае срок исковой давности следует исчислять с момента получения ответчиком каждого из платежей, производимого в счет оплаты электроэнергии, начиная с января 2012 года, которым истец определил начало спорного периода и в котором ответчик, с позиции Учреждения,  неосновательно получил денежные средств в виде переплаты за электроэнергию в связи с применением тарифа на услуги по ее передаче для уровня напряжения НН.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что требования истца вытекают из положений статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, и при исчислении трехгодичного срока исковой давности суд должен принимать во внимание дату фактического осуществления Учреждением платежей в пользу ответчика в счет оплаты за поставленную электрическую энергию по ненадлежащему тарифу для уровня напряжения, то есть ту дату, когда на стороне ООО "ЭСКБ" после получения от потребителя электрической энергии денежных средств в сумме большей, чем положено, образовалось неосновательное обогащение.

Как следует из представленных  истцом в материалы дела расчета  платежных поручений, ежемесячная начисленная стоимость за электроэнергию за расчетные месяцы с января 2012 г. по май 2015 г. оплачена потребителем в период с февраля 2012 г. по июнь 2015 г., расчет за май 2015 г. осуществлен 22.06.2015.

Согласно пункту 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 57 "О некоторых вопросах применения законодательства регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов" по смыслу части 4 статьи 1, части 3 статьи 108 ГПК РФ, части 5 статьи 3, части 6 статьи 114 АПК РФ, части 4 статьи 2, части 4 статьи 93 КАС РФ, статей 128, 129 УПК РФ при решении вопроса об истечении срока подачи обращения в суд (срока исковой давности) следует исходить из того, что обращение подано в суд на дату, указанную в уведомлении о поступлении документов в соответствующую информационную систему.

Учитывая, что уточнение исковых требований поступило в систему подачи документов 10.02.2025, срок исковой давности истцом пропущен.

Вывод суда первой инстанции о том, что срок исковой давности следует исчислять с 20.09.2023, то есть с даты постановления Арбитражного суда Уральского округа № Ф09-4433/23, из которого истцу стало известно о том, что  переход права собственности на кабельные линии повлек изменение границ балансовой принадлежности, что в свою очередь должно было повлечь  изменение тарифа на услуги по передаче электрической энергии (мощности), нельзя признать обоснованным.

Материалы дела содержат договор электроснабжения, в том числе акты разграничения балансовой принадлежности, счета фактуры, ведомости и акты приема-передачи электроэнергии, из которых усматривается применяемый в расчетах расчетный уровень напряжения.

Учитывая длящийся характер отношений по энергоснабжению и отсутствие в указанных документах условия об ином уровне напряжения, Учреждение  не могло не знать о применяемом тарифе на услуги по ее передаче в расчетах стоимости электроэнергии.

Сторона, осуществляющая коммерческую деятельность, при исполнении договора должна проявлять должную осмотрительность и осторожность при расчетах, самостоятельно несет риск наступления неблагоприятных последствий за свои действия.

Кроме того, потребитель в спорный период имел возможность получить данные о расчете нерегулируемой цены любым доступным способом, в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", обращением сетевую организацию и т.п., и проверить обоснованность выставляемых к оплате сумм, в случае несогласия предоставить возражения.

При этом обязанности о направлении потребителю уведомлений об изменениях норм законодательства, о разъяснениях норм права на ответчика ни законом, ни заключенным договором не возлагается.

Довод истца  о том, что потребитель не обладает специальными познаниями в сфере электроснабжения не является доказательством того, что он не знал, не мог знать и не обязан был знать нормы действующего законодательства.

Ссылки истца на изменение фактической схемы присоединения объекта потребителя к электрическим сетям в связи с переходом права собственности в отношении объектов электросетевого хозяйства не принимаются судом апелляционной инстанции, поскольку соответствующая информация является общедоступной.

 Факт того, что стороны заключали договор оказания услуг, предметом которого являлся аудит техдокументации, анализ применения альтернативной ценовой категории, предоставление рекомендации по оптимизации расходов в виде отчета, расчета положительного экономического эффекта не свидетельствует о том, что потребитель не обладает специальными познаниями в сфере электроснабжения.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что наличие у ответчика статуса гарантирующего поставщика и признаков профессионального участника розничного рынка электрической энергии не освобождает стороны от представления ими доказательств в обоснование своих позиций. Данный факт не является основанием для признания в обязательном порядке требований истца обоснованными ввиду наличия у истца обязанности доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Выясняя вопрос о соблюдении истцом десятилетного (пресекательного) срока давности, судебная коллегия приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае такой срок истцом пропущен применительно к требованиям за период с января 2012 г. по январь 2015 г.

В силу статьи 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ.

Срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен, за исключением случаев, установленных Федеральным законом от 03.06.2006 N 35-ФЗ "О противодействии терроризму".

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Статьей 196 ГК РФ в редакции, действовавшей до 01.09.2013, установлен трехлетний общий срок исковой давности. Данный срок по общему правилу исчисляется со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

С 01.09.2013 вступил в силу Закон N 100-ФЗ, которым в статью 196 Гражданского кодекса Российской Федерации внесен п. 2 следующего содержания: "Срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен".

Позднее Федеральным законом от 02.11.2013 N 302-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ" добавлено исключение из этого правила для случаев, установленных Законом о противодействии терроризму. Верховный Суд Российской Федерации отметил, что началом течения такого десятилетнего срока является день нарушения права (п. 8 Постановления Пленума N 43), исключение составляют случаи, предусмотренные пунктом 1 статьи 181 и абзацем 2 пункта 2 статьи 200 ГК РФ.

Применительно к требованию о возврате неосновательного обогащения - это день совершения спорного платежа.

Согласно абзацу 3 пункта 8 Постановления Пленума № 43, если иное прямо не предусмотрено законом, для целей исчисления десятилетнего срока не принимается во внимание день, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. Названный срок применяется судом по заявлению стороны в споре. Вместе с тем истцу не может быть отказано в защите права, если до истечения десятилетнего срока имело место обращение в суд в установленном порядке или обязанным лицом совершены действия, свидетельствующие о признании долга.

Таким образом, Верховный Суд Российской Федерации подчеркнул, что установленный пунктом 2 статьи 196 ГК РФ десятилетний срок исковой давности носит объективный характер и, в отличие от срока, установленного п. 1 этой же статьи, или специальных сроков, определенных Законом о банкротстве (так называемых субъективных сроков), начало его течения не зависит от осведомленности истца (реальной или потенциальной) о нарушенном праве и надлежащем ответчике.

Положения Гражданского кодекса Российской Федерации о сроках исковой давности и правилах их исчисления в редакции Закона № 100 применяются, в том числе, и к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013. Десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196, пунктом 2 статьи 200 ГК (в редакции Закона N 100-ФЗ), начинают течь не ранее 01.09.2013 и применяются до 01.09.2023.

К аналогичным выводам пришел Верховный Суд Российской Федерации в Определении N 305-ЭС24-21469 по делу N А40-25790/2022.

Как следует из обстоятельств настоящего дела, на момент начала спорного периода (01.01.2012) законодательством предусматривался общий трехлетний срок исковой давности (статья 196 ГК РФ), который по состоянию на 01.09.2013 не истек.

Следовательно, по требованию о возврате неосновательного обогащения применим десятилетний срок исковой давности, он должен исчисляться с 01.09.2013 и истек к 01.09.2023.

В рассматриваемом случае, заявление истца об уточнении исковых требований поступило 10.02.2025, то есть за пределами указанного срока.

Таким образом, истцом пропущен как объективный (десятилетний), так и субъективный (трехлетний) срок исковой давности.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 27.02.2020 N 384-О указал, что установление в законе общего срока исковой давности, т.е. срока для защиты интересов лица, право которого нарушено (статья 196 Гражданского кодекса Российской Федерации), начала его течения (статья 200 Гражданского кодекса Российской Федерации) и последствий его пропуска (статья 199 Гражданского кодекса Российской Федерации) обусловлено необходимостью обеспечить стабильность отношений участников гражданского оборота и не может рассматриваться как нарушающее какие-либо конституционные права (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28.03.2017 N 674-О, от 26.11.2018 N 2946-О и др.).

При этом пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации сформулирован таким образом, что наделяет суд необходимыми полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16.07.2015 N 1681-О, от 28.02.2019 N 339-О и др.).

Принимая во внимание изложенное, судебная коллегия приходит к выводу о пропуске истцом срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

С учетом изложенного решение суда первой инстанции подлежит отмене с принятием нового судебного акта об отказе в иске.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 04.03.2025 по делу № А07-134/2022 отменить, апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Энергетическая сбытовая компания Башкортостана», общества с ограниченной ответственностью «Башкирские распределительные электрические сети» удовлетворить.

В удовлетворении иска Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Башкортостан Городской клинической больницы № 21 города Уфа отказать.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Башкортостан Городской клинической больницы № 21 города Уфа а (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Энергетическая сбытовая компания Башкортостана» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) 30 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Башкортостан Городской клинической больницы № 21 города Уфа а (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Башкирские распределительные электрические сети» (ИНН <***>, ОГРН: <***>) 30 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья                                   М.В. Лукьянова


Судьи:                                                                                  Г.Р.Максимкина


Н.Е.Напольская