Постановление от 14 октября 2024 г. по делу № А60-35793/2021

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail:17aas.info@arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-12559/2023(3,4)-АК

Дело №А60-35793/2021
14 октября 2024 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 08 октября 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 14 октября 2024 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Л.М. Зарифуллиной,

судей Т.В. Макарова, С.А. Яринского

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Э.Г. Хасаншиной,

при участии в судебном заседании:

в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от должника ФИО1 – ФИО2, паспорт, доверенность от 25.03.2022,

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы должника ФИО1 и заинтересованного лица с правами ответчика ФИО3

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 30 июня 2024 года

о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства и прицепа, заключенного между должником и ФИО3, применении последствий его недействительности,

вынесенное судьей Е.И. Берсеневой

в рамках дела №А60-35793/2021

о признании ФИО1 (ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

заинтересованное лицо с правами ответчика ФИО3,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4,



установил:

в Арбитражный суд Свердловской области 20.07.2021 поступило заявление Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №25 по Свердловской области (далее – уполномоченный орган) о признании ФИО1 (далее – ФИО1, должник) несостоятельным (банкротом), которое после устранения недостатков, послуживших для его оставления без движения, определением суда от 11.03.2022 принято к производству, возбуждено настоящее дело о банкротстве должника.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 25.11.2022 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО5 (далее – ФИО5), член ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления».

Соответствующие сведения опубликованы на сайте ЕФРСБ 28.11.2022 (сообщение №10190235) и в газете «Коммерсантъ» от 03.12.2022 №225(7426).

В арбитражный суд 18.08.2023 поступило заявление финансового управляющего ФИО5 о признании недействительными договоров купли-продажи транспортных средств от 11.09.2020 между ФИО1 (продавец) и ФИО3 (покупатель), применении последствий их недействительности в виде возложения на ФИО3 обязанности возвратить в конкурсную массу ФИО1 транспортных средств: ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР ПРАДО, 1997 г.в., цвет - красный, VIN <***>, гос. номер <***>, прицепа к легковому автомобилю марки КМЗ 828441, 2011 г.в., VIN <***>, цвет синий, гос. номер <***>, которое определением от 22.08.2023 принято к производству суда и назначено к рассмотрению.

Согласно сведениям управления ГИБДД ГУ МВД России по Свердловской области от 01.11.2023 транспортное средство ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР ПРАДО, 1997 г.в. зарегистрировано за ФИО4

Определением суда от 05.12.2023 в соответствии со статьей 51 АПК РФ к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО4.

В арбитражный суд 14.02.2024 финансовым управляющим ФИО5 представлено ходатайство об уточнении заявленных требований, в котором просит признать недействительными договоры купли-продажи автомобиля ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР ПРАДО, 1997 г.в., цвет – красный, VIN <***>, гос.номер <***> от 11.09.2020, прицепа к легковому автомобилю марки КМЗ 828441, 2011 г.в., VIN <***>, цвет синий, гос.номер <***> от 11.09.2020, заключенные между ФИО1 (продавец) и ФИО3 (покупатель); применить последствия недействительности договора купли-продажи автомобиля в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу должника стоимости транспортного средства в размере 1 240 000 рублей; применить последствия недействительности договора купли-продажи прицепа к легковому автомобилю в виде обязания ФИО3 возвратить прицеп в конкурсную массу должника.

Указанные уточнения приняты судом в порядке статьи 49 АПК РФ.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 30 июня 2024 года (резолютивная часть от 17.06.2024) признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР ПРАДО, 1997 г.в., цвет - красный, VIN <***> от 11.09.2020, заключенный между ФИО1 и ФИО3. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в пользу ФИО1 денежных средств в сумме 716 000,00 рублей. Признан недействительным договор купли-продажи прицепа КМЗ 828441, 2011 г.в., VIN <***>, цвет синий, гос. номер <***> от 11.09.2020, заключенный между ФИО1 и ФИО3. Применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО3 возвратить прицеп КМЗ 828441, 2011 г.в., VIN <***>, цвет синий, гос. номер <***> в конкурсную массу должника. С ФИО3 в доход федерального бюджета взыскано 12 000,00 рублей государственной пошлины.

Не согласившись с судебным актом, должник ФИО1 и ответчик ФИО3 подали апелляционные жалобы, в которых просят отменить определение суда от 30.06.2024 и принять новый судебный акт об отказе в признании сделок недействительными.

Должник ФИО1 в обоснование доводов апелляционной жалобы ссылается на незаконность и необоснованность судебного акта, вынесенного с нарушением норм материального права не на основании исследованных в судебном заседании доказательств. Со ссылкой на положения статьи 61.2 Закона о банкротстве апеллянт указывает на то, что убытки с арбитражного управляющего в размере, превышающей 320 млн. рублей были взысканы определением Арбитражного суда Кемеровской области от 28.09.20920 по делу №А27-8569/2016, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2021. Заявление о признании ФИО1 банкротом подано в суда 20.07.2021, т.е. ранее этой даты лица, незаинтересованные к ФИО1 не могли и не должны были знать о его кредиторах. Должник на дату совершения сделки 11.09.2020 не имел кредиторов, не отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, эти признаки не появились в результате совершения оспариваемых сделок. Отсутствие таких признаков само по себе уже исключает состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Вопреки доводам суда, никакие конкретные обязанности для сторон (по представлению доказательств финансовой возможности приобретения транспортного средства) судом не определены. ФИО3 в материалы дела представлен отзыв и справка по форме 2-НДФЛ, в которой отражено место работы – государственная больница и официальный доход за 2024 год в сумме, более 1,6 млн. рублей, даны пояснения по обстоятельствам приобретения автомобиля, предпочитаемом способе хранения накоплений, порядке расчетов за спорный автомобиль. Суд пришел к неверному выводу об отсутствии у ФИО3 финансовой возможности оплатить стоимость транспортного средства по договору. Расчет по договору был произведен наличными средствами при регистрации в ГИБДД. Доказательства представлены суду. Вывод суда о заниженной стоимости сделки носит предположительный характер, не подтвержден относимыми и допустимыми доказательствами, противоречит выводу о безвозмездности сделки. Стороны при заключении договора по своему усмотрению определили цену сделки. Вывод суда о том, что должник 06.08.2018 выставлял транспортное средство на продажу по цене 750 тыс. рублей не подтвержден доказательствами. ФИО1 такое объявление не размещал. Характеристики, указанные в объявлении, не соответствуют характеристикам спорного автомобиля. Апеллянт указывает, что если указанный документ принять как допустимый, он свидетельствует о том, что автомобиль в 2018 году с набором улучшений и в более пригодном состоянии не был продан по цене 750 тыс. рублей. Соответственно, без улучшений, старше на 2 года, в более плохом состоянии, в сентябре 2020 года автомобиль точно не стоил 716 тыс. рублей. Выводы суда об обращении должника в 2020 году к услугам специалистов с целью диагностики неполадок автомобиля и ремонта для улучшения его качеств противоречат содержанию документов. ФИО1 представил документы, подтверждающие диагностику автомобиля, а также пояснения, что одним из мотивов продажи автомобиля послужило его плохое техническое состояние и опасность его дорогостоящего ремонта. Документы, подтверждающие расходы на ремонт либо улучшение состояния автомобиля, в материалах дела отсутствуют. Ценовая справка №03-120224 от 13.02.2024, представленная оценщиком ФИО6, содержит указание на среднерыночную стоимость автомобилей Тойота Прадо в размере 716 000,00 рублей, носит информативный характер. В справе отсутствует ссылка на метод определения цены, использованные источники, сравнение с объектом спора. Должником в материалы дела представлен отчет №5/2020 от 22.04.2020, в котором определена цена автомобиля в 230 000,00 рублей. указанный отчет составлялся бывшими супругами М-выми в целях раздела имущества после развода. В отчете идентифицирован автомобиль, описано его техническое состояние, определена рыночная стоимость. Указанный отчет не может быть опорочен справкой, не соответствующей ФСО. Последующего покупателя ФИО4 суд признал добросовестным, тогда как указанная сделка была совершена по цене ниже, чем 230 тыс. рублей, что косвенно подтверждает реальность цены оспариваемой сделки. Однако, суд данные обстоятельства не стал оценивать. Возможность включения автомобиля в конкурсную массу должника носит предположительный характер. При совершении сделки не существует кредиторов, ни конкурсной массы. При отсутствии сделки с ФИО3 автомобиль был бы продан иному лицу вплоть до июля 2021 из-за плохого состояния и необходимости финансовых средств для участия в следственных мероприятиях в г. Кемерово. Порядок и цели расходования денежных средств ФИО1 раскрыт в ответе на запрос финансового управляющего (на поездки в следственные органы потрачено более 600 тыс. рублей). Финансовым управляющим не представлено доказательств причинения имущественного вреда правам кредиторов, а также осведомленность ответчика о такой цели к моменту совершения сделки, что является основанием для оставления требований без удовлетворения. Выводы суда в данной части не подтверждены материалами дела.

При подаче апелляционной жалобы должником уплачена государственная пошлина в сумме 3 000,00 рублей, в подтверждение чего представлен чек по операции от 22.08.2024 (ПАО Сбербанк), приобщенный к материалам дела.

Заинтересованное лицо ФИО3 в обоснование доводов своей жалобы указал на то, что он ни в какой сговор с должником не вступал, закон не нарушал. К проблемам ФИО1 никакого отношения не имеет. Летом 2020 года увидел на машине соседа (старая тойота прадо) объявление о ее продаже и телефон. Должника лично не знал, видел только на улице. Подошел к нему, поговорил, он предложил купить его машину за 250 тыс. рублей. Решил посоветоваться с автомастерами, т.к. машина была в плохом на вид состоянии (кузов в следах ремонта ржавчины – шпатлевке, салон разобран). После переговоров с продавцом, определились с ценой в 230 000 рублей, вместе приехали в органы ГИБДД, оформили документы. Он отдал ФИО1 230 000 рублей за машину, машину переоформили на его (ФИО3) имя и он на ней уехал по своим делам. Деньги у него были наличными, зарплата позволяет, деньги предпочитает хранить дома. Аналогичные пояснения он предоставлял суду первой инстанции. Справкой о доходах подтвердил свою финансовую состоятельность. Однако, суд необоснованно не принял во внимание его доводы, отклонив их. Апеллянт считает себя добросовестным приобретателем. Указывает на то, что он купил старую машину, помучился с ней около 3 лет и продал дальше следующему покупателю по цене дешевле, чем он купил. Указанные обстоятельства должны были быть приняты судом во внимание. В настоящее время он должен отдать еще раз деньги ФИО1 (в три раза больше!), а должник ему ничего взамен. Решение суда считает несправедливым, не соответствующим закону.

При подаче апелляционной жалобы ответчиком уплачена государственная пошлина в сумме 3 000,00 рублей, в подтверждение чего представлен чек по операции от 22.08.2024 (ПАО Сбербанк), приобщенный к материалам дела.

До начала судебного заседания от лиц, участвующих в деле, отзывов на апелляционные жалобы не поступило.

Представитель должника в судебном заседании поддержал доводы своей жалобы и жалобы ответчика, просил обжалуемое определение отменить, финансовому управляющему в удовлетворении требований о признании сделки недействительной отказать.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание суда апелляционной инстанции представителей не направили, в соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) апелляционные жалобы рассмотрены в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом за должником ФИО1 были зарегистрированы:

- автомобиль ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР ПРАДО 1997 г.в., цвет - красный, VIN <***>, государственный регистрационный знак <***>, в период с 29.01.2015 по 25.09.2020;

- прицеп к легковому автомобилю марки КМЗ 828441, 2011 г.в., VIN <***>, цвет синий, государственный регистрационный знак <***>, в период с 17.04.2012 по 25.09.2020.

В рамках процедуры банкротства должника финансовым управляющим выявлены сделки по отчуждению вышеуказанных транспортных средств, подлежащие оспариванию.

Так, 11.09.2020 между должником ФИО1 (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключены следующие договоры:

- договор купли-продажи транспортного средства, по которому продавец передал в собственность покупателя транспортное средство автомобиль ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР ПРАДО, 1997 г.в., цвет - красный, VIN <***>, гос.номер <***>.

В соответствии с пунктом 3.1 договора стоимость транспортного средства составляет 230 000,00 рублей.

В договоре имеется отметка о получении продавцом денежных средств от покупателя.

Регистрация транспортного средства за новым собственником произведена 25.09.2020.

- договор купли-продажи транспортного средства, по которому продавец передал в собственность покупателя прицеп к легковому автомобилю марки КМЗ 828441, 2011 г.в., VIN <***>, цвет синий, гос.номер <***>.

В соответствии с пунктом 3.1 договора стоимость транспортного средства составляет 5 000,00 рублей.

В договоре имеется отметка о получении продавцом денежных средств от покупателя.

Регистрация транспортного средства за новым собственником произведена 25.09.2020.

В последующем, на основании договора купли-продажи от 25.05.2023 ФИО3 продал автомобиль Тойота Ленд Крузер Прадо ФИО4 по цене 150 тыс. рублей.

Регистрация указанного транспортного средства за ФИО3 прекращена органами ГИБДД 26.05.2023, с указанной даты транспортное средство зарегистрировано за новым собственником ФИО4

Полагая, что оспариваемые сделки совершены 11.09.2020 с целью вывода активов должника во избежание обращения на них взыскания, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о признании данных сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, исходил из доказанности всей совокупности оснований для признания сделок недействительными по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве, и применения последствий их недействительности в виде взыскания рыночной стоимости транспортного средства автомобиля Тойота (автомобиль продан, последующий покупатель признан добросовестным приобретателем) и возврата в конкурсную массу прицепа к транспортному средству, не выбывшего собственности ответчика.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, выслушав представителя должника в судебном заседании (в режиме веб-конференции), проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу о наличии оснований для изменения обжалуемого судебного акта в части применения последствий недействительности сделок, исходя из следующих обстоятельств.

В силу статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 №127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главой I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В силу положений пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В соответствии с абзацем вторым пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

Пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве предусмотрено, что заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 указанного закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Пунктом 3 той же статьи предусмотрено, что под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Федеральном законе «О несостоятельности (банкротстве)» (пункт 1 статьи 61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ №63), под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III. 1 этого Закона, понимаются, в том числе, действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 N154-ФЗ предусмотрено, что абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Поскольку оспариваемые договоры купли-продажи транспортных средств заключены 11.09.2020, т.е. после 01.10.2015, то они могут быть оспорены в рамках дела о банкротстве должника как по специальным основаниям, предусмотренным главой III.1 Законом о банкротстве, так и по общим основаниям гражданского законодательства, предусмотренным статьями 10, 168 ГК РФ.

В данном случае, финансовый управляющий ссылается на совершение сделок при отсутствии равноценного встречного предоставления с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, в связи с чем, в качестве правового основания указаны положения пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую сторону для должника отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Как разъяснено в пунктах 8, 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N63 (ред. от 30.07.2013) «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Принимая во внимание положения пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснения, изложенные в пунктах 8 и 9 постановления N63, для признания сделок недействительными по основаниям пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве единственным достаточным основанием является установление факта неравноценности. Доказывание неплатежеспособности, а также осведомленности ответчика не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 постановления Пленума ВАС РФ № 63).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления Пленума ВАС РФ №63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно пункту 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Из дела следует, что заявление МИФНС Росси №25 по Свердловской области о признании ФИО1 принято к производству суда определением от 20.07.2021, оспариваемые сделки совершены 11.09.2020, т.е. в течение одного года до принятия к производству арбитражного суда заявления о признании должника банкротом, в период подозрительности, предусмотренный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Предъявляя требование об оспаривании сделки, финансовый управляющий ссылался на наличие у должника признаков неплатежеспособности (недостаточности имущества) на момент совершения сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве, под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как следует из материалов дела и установлено судом, на момент совершения оспариваемых сделок (11.09.2020) в отношении должника в Арбитражном суде Кемеровской области рассматривалось заявление ФНС России о взыскании с ФИО1 убытков в общей сумме более 320 млн. рублей (дело №А27-8569/2016 о несостоятельности АО «Шахта «Алексиевская»).

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 28.09.2020 установлено, что общий размер незаконно выплаченной заработной платы лицам, замещавшим должность исполнительного директора, в период с 16.11.2017 года по 31.12.2019 года (2 года и 13 дней) составил 18 146 753,58 рубля. Также судом в рамках дела о банкротстве АО «Шахта Алексиевская» установлен факт необоснованного заключения конкурсным управляющим ФИО1 агентского договора. Кроме того, судебным актом установлено нарушение арбитражным управляющим ФИО1 календарной очередности погашения текущих обязательств по выплате ФНС России и неправомерной выплаты задолженности по текущим платежам второй очереди в сумме 320 016 841,19 рубля.

Более того, на момент совершения спорных сделок ФИО1, осознавая противоправность своих действий, которые привели к убыткам, совершил действия по выходу из состава саморегулируемой организации арбитражных управляющих. Протоколом совета гильдии №47-СГ/2020 от 24 августа 2020 года ФИО1 исключен из состава членов гильдии на основании заявления о добровольном выходе.

Таким образом, как полагает финансовый управляющий, ФИО1, достоверно зная о наличии судебного спора по взысканию с него крупной суммы денежных средств, а также осознавая противоправность своих действий, которые привели к убыткам, совершил действия по выводу своего имущества путем заключения оспариваемых сделок.

Указанные доводы финансового управляющего признаны судом обоснованными, учитывая тот факт, что согласно материалам дела о банкротстве должником в указанный период заключался ряд сделок, оспариваемых в настоящее время управляющим.

Из дела следует, что наличие задолженности в размере, превышающем 320 млн. рублей, явилось основанием для возбуждения по заявлению уполномоченного органа в отношении должника ФИО1 дела о банкротстве и введения в отношении него процедуры банкротства. Требования уполномоченного органа в заявленном размере включены в реестр требований кредиторов должника.

Доказательства, свидетельствующие о том, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись имущество и денежные средства, в размере, достаточном для исполнения денежных обязательств перед кредиторами, в материалы дела не представлены.

Таким образом, суд первой инстанции сделал правильный вывод, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись признаки неплатежеспособности (недостаточности имущества).

По условиям договоров купли-продажи автомобиль Тойота был продан должником ФИО3 по цене 230 000 рублей, прицеп к автомобилю – по цене 5 000,00 рублей.

Согласно сведениям, предоставленным финансовым управляющем, на основании анализа цен на аналогичные транспортные средства, размещенные на сайтах Авито и Авто.ру, стоимость автомобиля Тойота варьируется в пределах 762-910 тыс. рублей, прицепа к автомобилю – в пределах 35-60 тыс. рублей.

Из чего финансовый управляющий пришел к выводу о совершении оспариваемых сделок по заниженной стоимости, т.е. при неравноценном встречном предоставлении.

Возражая против оценки, произведенной финансовым управляющим, должником в материалы дела представлен отчет №5/2020 от 22.04.2020, составленный по его заказу, согласно которому рыночная стоимость транспортного средства автомобиля Тойота определена 230 085,00 рублей. Также должник указал на значительные недостатки транспортного средства, повлиявшие на его стоимость.

Суд первой инстанции, проанализировав и оценив представленные сторонами доказательства, установил, что 06.08.2018 должником автомобиль выставлялся на продажу по цене 750 000,00 руб. (сайт Авто.ру). Из отчета авто.ру следует, что автомобиль не являлся участником дорожно-транспортных происшествий. В объявлении указаны достоинства автомобиля, а именно: 2 бензобака, кожаный салон, WEBASTO, люк, багажник, реечный домкрат, прицепное устройство, дополнительно 6 летних колес на литье.

Возражая против доводов управляющего в указанной части, должник не представил доказательств, опровергающих обстоятельства, влияющие на определение цены спорного имущества.

Доказательств того, транспортное средство принимало участие в дорожно-транспортных происшествиях за период с момента размещения данного объявления и до 11.09.2020, в материалы дела не представлено.

Должником представлены документы, согласно которым он обращался к услугам специалистов летом 2020 года с целью диагностики неполадок автомобиля, а также их ремонта.

При этом, в договорах купли-продажи недостатки транспортного средства, на которые ссылаются как должник, так и ответчик, не отражены. Соответственно, полагать, что указанные недостатки повлияли на определение цены автомобиля, основания отсутствуют.

В отношении прицепа к автомобилю, в материалы дела не представлено доказательств, опровергающих цену, определенную управляющим.

Как указывалось выше, финансовым управляющим в материалы дела представлена ценовая справка исх.03-120224 от 13.02.2024, согласно которой рыночная стоимость автомобиля ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР ПРАДО, 1997 г.в., по состоянию на 11.09.2020 составляла 716 000,00 рублей, а рыночная стоимость прицепа КМЗ 8284 - 35 000,00 рублей.

Учитывая, что должником в материалы дела представлен отчет об оценке, датированный 22.04.2020, принимая во внимание, что должником летом 2020 года предпринимались действия по улучшению состояния автомобиля, общая стоимость которых составила 725 032,00 рублей, суд правомерно сделал вывод о действительной рыночной стоимости автомобиля в размере 716 000,00 рублей, прицепа – в размере 35 000,00 рублей.

Возражая против выводов, сделанных судом первой инстанции, должник в апелляционной жалобе указал на то, что он объявление о продаже автомобиля не публиковал. Диагностика автомобиля производилась с целью установления его технического состояния.

Судебная коллегия, оценив доводы должника, проверив и сопоставив их с письменными доказательствами, в частности с условиями оспариваемого договора, приходит к выводу о несостоятельности доводов апеллянта в силу следующего.

Договоры купли-продажи, заключенные с ответчиком, не содержат сведений о наличии у автомобиля и прицепа дефектов, на которые указывает должник и ответчик. Более того, транспортные средства поставлены на регистрационный учет, допущены к участию в дорожном движении.

Следует также обратить внимание на то обстоятельство, что ни должник, ни ответчик, не соглашаясь с оценкой, произведенной финансовым управляющим, ходатайств о назначении судебной оценочной экспертизы суду первой инстанции не заявляли, иных доказательств, опровергающих стоимость транспортного средства, определенную финансовым управляющим на основании анализа среднерыночной стоимости аналогичных автомобилей, не представили.

Каких-либо доказательств, обосновывающих, что рыночная стоимость прицепа на момент его продажи оставляла 5 000,00 рублей должником не представлено.

В связи с чем, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о совершении оспариваемых сделок при неравноценном встречном предоставлении.

Учитывая, что сделки по отчуждению транспортных средств совершены в течение 1 года до принятия заявления кредитора о признания должника банкротом, судебная коллегия полагает достаточным основанием для признания их недействительными, как совершенных при неравноценном встречном предоставлении.

В данном случае, наличие осведомленности ответчика о совершении сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не требуется.

Суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности факта причинения вреда кредиторам, поскольку ликвидный актив выбыл из конкурсной массы должника, который подлежал реализации в процедуре банкротства должника.

Учитывая, что цена продажи имущества была занижена по сравнению с рыночной, суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.07.2015 N310-ЭС15-7328 закреплена правовая позиция о том, что приобретение имущества по заниженной стоимости и осведомленность приобретателя об этом являются достаточными основаниями, указывающими на недобросовестность приобретателя и основанием для удовлетворения иска об истребовании имущества, независимо от возражений приобретателя о том, что он является добросовестным приобретателем.

Аналогичная правовая позиция изложена Верховным Судом Российской Федерации в определении от 09.10.2017 N308-ЭС15-6280.

Суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что при заключении сделки на условиях явного неравноценного встречного исполнения цель ее совершения была очевидна как для продавца, так и для покупателя, и должник, и ФИО3 не могли не осознавать того, что сделка с такой ценой нарушает права и законные интересы кредиторов, справедливо рассчитывающих на удовлетворение их требований за счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации имущества.

Таким образом, в рассматриваемом случае оспариваемая сделка по заниженной цене, очевидно, свидетельствовала о том, что должник не руководствовался целью получения эквивалентной стоимости отчуждаемого имущества. Это в свою очередь не могло не породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности отчуждения и поэтому ФИО3, проявляя обычную степень осмотрительности, должен был предпринять дополнительные меры, направленные на проверку обстоятельств, при которых должник реализовал ликвидное имущество.

Более того, как пояснил ответчик, он и ФИО1 являлись соседями, что, по мнению суда первой инстанции, не исключается наличие личного дружеского характера взаимоотношений.

Принимая во внимание, что должник на момент совершения сделки предполагал о наступлении его неплатежеспособности, о чем ответчик, исходя из характера и условий договора, должен был предполагать о наличии признаков неплатежеспособности должника, суд пришел к правильному выводу о наличии всей совокупности оснований для признания сделок по продаже транспортного средства и прицепа от 11.09.2020 недействительными по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Оснований переоценивать выводы суда первой инстанции, судебной коллегией не усматривается, поскольку все юридически значимые обстоятельства в данном споре установлены судом верно. В связи с чем, доводы апеллянтов у казанной части подлежат отклонению как необоснованные.

Как указывалось выше, 25.05.2023 ФИО3 продал транспортное средство ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР ПРАДО, 1997 ФИО4

При этом, ФИО4 признан судом добросовестным приобретателем, поскольку каких-либо доказательств, свидетельствующих об обратном в материалы дела не представлено.

Учитывая, что транспортное средство в конечном итоге выбыло в собственность добросовестного приобретателя, финансовым управляющим заявлено о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу должника стоимости транспортного средства в размере 716 000 рублей.

В отношении сделки по продаже прицепа КМЗ 8284 финансовым управляющим заявлено о применении последствий недействительности сделки в виде обязания ФИО3 возвратить прицеп в конкурсную массу должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 25 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в случае признания на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, а также иной сделки должника, направленной на прекращение обязательства (путем зачета встречного однородного требования, предоставления отступного или иным способом), обязательство должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки, а право требования кредитора по этому обязательству к должнику (далее - восстановленное требование) считается существовавшим независимо от совершения этой сделки (абзац первый пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Таким образом, последствием недействительности оспариваемых сделок в соответствии со статьей 167 ГК РФ и статьей 61.6 Закона о банкротстве является восстановление задолженности сторон по указанным в соглашении обязательствам.

Суд отмечает, что применение последствий является полномочием суда, и как бы управляющий не излагал свое видение относительно последствий недействительности сделки, суд самостоятельно определяет такие последствия и применяет их.

Согласно правовой позиции Конституционного суда Российской Федерации, изложенной в определении №2385-О от 28.09.2023 «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО7 на нарушение ее конституционных прав частями 1 и 2 статьи 65 и частью 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», содержащиеся в пункте 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» нормы позволяют противодействовать последствиям совершения сделок в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов и обеспечивают тем самым защиту имущественных интересов названных лиц, а также сохранение конкурсной массы, необходимой для справедливого удовлетворения требований кредиторов.

В пункте 29 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

Заявляя о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу должника стоимости транспортного средства в размере 1 240 000 рублей, финансовый управляющий исходил из того, что в настоящий момент рыночная стоимость автомобиля составляет 1 240 000,00 рублей.

Вместе с тем, суд верно указал, что в порядке применения последствий недействительности сделки могут быть взысканы лишь денежные средства, составляющие рыночную стоимость имущества, определенную на дату совершения такой сделки, поскольку возложение инфляционных потерь на ответчика пор сделке недопустимо.

Учитывая изложенное, приняв во внимание, что транспортное средство в конечном итоге выбыло добросовестному приобретателю, а рыночная стоимость транспортного средства на момент совершения сделки составляла 716 000,00 рублей, суд первой инстанции правомерно взыскал с ФИО3 в пользу должника в порядке применения последствий недействительности сделки денежные средства в сумме 716 000,00 рублей.

В отношении сделки по продаже прицепа, принимая во внимание, что прицеп находится в собственности ответчика, суд в порядке применения последствий недействительности сделки правомерно обязал ФИО3 возвратить прицеп в конкурсную массу должника.

Выводы суда первой инстанции в указанной части соответствуют фактическим обстоятельствам, не противоречат закону. В связи с чем, доводы апеллянтов в этой части подлежат отклонению как несостоятельные и их апелляционные жалобы в указанной части удовлетворению не подлежат.

Вместе с тем, судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции о недоказанности финансовой возможности ответчика приобрести спорное имущество по цене, указанной в договорах.

Материалами дела установлено и подтверждено документально, что ответчик ФИО3 в 2020 году получил доход от своей трудовой деятельности в ГАУЗ СО «ЦГКБ №23» в размере 1 675 280,16 рубля, т.е. его среднемесячный доход составил 139 606,68 рубля.

Цена стоимости приобретенного имущества по двум сделкам составила 235 000,00 рублей.

Договоры купли-продажи содержат сведения о получении должником от покупателя стоимости имущества в полном объеме.

Должником раскрыты обстоятельства расходования денежных средств.

Учитывая изложенное, судебная коллегия приходит к выводу, что ответчик доказал финансовую возможность оплаты стоимости приобретенного им имущества у должника, факт оплаты подтвержден документально.

Выводы суда первой инстанции в указанной части не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Соответственно, в качестве применения последствий недействительности сделки, подлежала применению двусторонняя реституция.

С учетом изложенного, обжалуемое определение подлежит изменению в части на основании пункта 3 части 1 статьи 270 АПК РФ (несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам), дополнив резолютивную часть определения пунктом о восстановлении права требования ФИО3 к должнику ФИО1 в размере 235 000,00 рублей.

В остальной части определение суда подлежит оставлению без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Расходы по уплате государственной пошлины в соответствии со статьей 110 АПК РФ подлежат отнесению на заявителей апелляционных жалоб.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 104, 110, 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 30 июня 2024 года по делу №А60-35793/2021 изменить в части, дополнив резолютивную часть определения пунктом 2.1 следующего содержания:

«Восстановить право требования ФИО3 к должнику ФИО1 в размере 235 000,00 рублей».

В остальной части определение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.


Председательствующий


Л.М. Зарифуллина




Судьи


Т.В. Макаров



С.А. Яринский