Постановление от 24 декабря 2021 г. по делу № А60-31147/2020

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-837/2021(3,4)-АК

Дело №А60-31147/2020
24 декабря 2021 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 22 декабря 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 24 декабря 2021 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Л.М. Зарифуллиной,

судей Е.О. Гладких, Т.В. Макарова,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:

в онлайн-режиме посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел:

от ответчика ФИО2 – ФИО3, паспорт, доверенность от 29.07.2021;

от ответчика ФИО4 – ФИО5, паспорт, доверенность от 17.01.2020;

в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд: лица, участвующие в деле, не явились;

иные лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, ФИО4, ФИО2

на решение Арбитражного суда Свердловской области

от 19 ноября 2020 года,

вынесенное судьей М.Е. Яних

по делу №А60-31147/2020

по иску по иску ФИО6

к ФИО2, ФИО4, ФИО7, ФИО8 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Вудмарк»,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «Вудмарк» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

установил:

25.06.2020 ФИО6 (далее – ФИО6, истец) обратился в Арбитражный суд Свердловской области с иском о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 (далее – ФИО2), ФИО4 (далее – ФИО4), ФИО8 (далее - ФИО8), ФИО7 (далее – ФИО7) по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Вудмарк» (далее – ООО «Вудмарк») со ссылкой на положения статей 61.11, 61.12 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002

№127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве), за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве должника в суд и совершение действий, повлекших невозможность погашения требований кредиторов, о взыскании с ФИО2, ФИО4, ФИО8, ФИО7 (далее – ответчики) в пользу истца солидарно в порядке субсидиарной ответственности задолженности в размере 2 703 598,40 рубля (с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса российской Федерации, далее – АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 06.07.2020 исковое заявление ФИО6 о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности принято к производству суда, в порядке статьи 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Вудмарк» (ИНН <***>, ОГРН <***>).

К участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО8 (определение от 25.09.2020).

Ответчиками ФИО2, ФИО4, ФИО7, представлены возражения относительно заявленных требований.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 19 ноября 2020 года (резолютивная часть от 12.11.2020) исковые требования удовлетворены. ФИО2, ФИО4, ФИО7, ФИО8 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Вудмарк» (ИНН <***>, ОГРН <***>). С ФИО2, ФИО4, ФИО7, ФИО8 взыскано солидарно в пользу ФИО6 2 703 598,40 рубля и в возмещение судебных расходов по уплате госпошлины 21 717,99 рубля.

Не согласившись с судебным актом, ответчиками ФИО2, ФИО4 поданы апелляционные жалобы.

ФИО4 в своей апелляционной жалобе просит решение суда от 19.11.2020 отменить, в удовлетворении требований о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности отказать в связи с нарушением норм материального права.

Заявитель жалобы указывает на то, что истцом не доказана совокупность условий для привлечения к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления о признании банкротом (статья 61.12 Закона о банкротстве) и за невозможность полного погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве). ФИО4 являлся участником ООО «Вудмарк» с размером доли участия в уставном капитале общества 33%, данный размер доли не позволял ФИО4 осуществлять полный контроль над деятельностью ООО «Вудмарк», у него отсутствовали полномочия на дачу обязательных для исполнения должником указаний либо иным образом формирования воли и действий ООО «Вудмарк». ФИО4 никогда не руководил обществом и не обладал полной и достоверной информацией о деятельности ООО «Вудмарк», руководство обществом осуществлялось ФИО7, который принимал управленческие решения и хранил у себя всю хозяйственную и бухгалтерскую документацию общества. Полагает, что истцом не доказано и материалами дела не подтверждено, что ФИО4 является контролирующим ООО «Вудмарк» лицом. В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие об осведомленности ФИО4 о неисполненных денежных обязательствах ООО «Вудмарк» перед ФИО6 ФИО4 не принимал участие в собрании участников ООО «Вудмарк» 28.07.2017, на котором было принято решение о добровольной ликвидации общества. Кроме того, считает, что требования ФИО6 возникли после окончания срока предъявления требований к ликвидированному лицу, в связи с чем, не могли быть включены в промежуточный ликвидационный баланс ООО «Вудмарк». Истец не доказал наличие и размер задолженности, которая возникла после даты объективного банкротства. ООО «Вудмарк» исполнило свою обязанность по строительству дома по договору строительного подряда от 26.07.2016, решение суда, на которое ссылается истец, является заочным, ООО «Вудмарк» не было уведомлено о наличии спора; ФИО4 о наличии спора также не знал, не был привлечен к участию в деле. Ведение бухгалтерского учета осуществлялось руководителем ООО «Вудмарк» ФИО7, ФИО4 не было известно о наличии дебиторской задолженности. В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие, что ФИО4 осуществил действия по списанию дебиторской задолженности ООО «Вудмарк». ФИО4 никогда не участвовал в собрании участников ООО «Вудмарк», на котором был утвержден промежуточный ликвидационный баланс, протокол об утверждении промежуточного ликвидационного баланса не подписывал. По мнению апеллянта, при списании дебиторской задолженности объективное банкротство ООО «Вудмарк» не наступило. Законодательством не предусмотрено, что обязательства прекращаются при внесении кредитором в бухгалтерский баланс записи о списании дебиторской задолженности.

ФИО2 в своей апелляционной жалобе просит решение суда от

19.11.2020 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права.

Заявитель жалобы указывает на то, что ФИО2 не совершал и не мог совершать каких-либо действий, которые могли бы привести к невозможности исполнения ООО «Вудмарк» требований ФИО6, вытекающих из заочного решения Октябрьского районного суда города Екатеринбурга от 10.09.2019 по делу №2-1127/2019, так как на момент обращения истца с требованиями к обществу об оплате долга ФИО2 уже не являлся единоличным исполнительным органом ООО «Вудмарк». Также

ссылается на то, что участники общества не передали ФИО2 документы, в связи с чем, он не имел возможности исполнять обязанности ликвидатора. ФИО2 было подано заявление об освобождении его от занимаемой должности с 01.04.2019, однако, соответствующие сведения не были внесены в ЕГРЮЛ. Участники ООО «Вудмарк» не исполнили обязанность по внесению соответствующих сведений в ЕГРЮЛ и не назначили нового ликвидатора общества, данные обстоятельства были установлены вступившим в законную силу судебным актом по делу №А60-63866/2019 и имеют преюдициальное значение для рассмотрения настоящего дела. По мнению апеллянта, ответчик ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности ретроспективно, то есть за те возможные действия, которые были осуществлены еще до возникновения основного денежного долга истца, установленного судебным актом.

При подаче апелляционной жалобы ФИО2 уплачена государственная пошлина по чеку-ордеру (операция №4961) от 16.12.2020, приобщенному к материалам дела.

До начала судебного заседания от ФИО6 поступил отзыв на апелляционные жалобы, в котором просит обжалуемое решение оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. Полагает, что решение Арбитражного суда Свердловской области от 31.07.2020 по делу №А60-63866/2019, на которое ссылается ФИО2 в апелляционной жалобе, не имеет преюдициального значения для настоящего дела, так как ФИО6 не был привлечен к участию в деле №А60-63866/2019. Заявление ФИО2 о непредоставлении ему участниками ООО «Вудмарк» документов, является необоснованным, поскольку ФИО2 не указывает перечень документов, запрашиваемых у участников общества, не прикладывает доказательств, исходя из которых возможно было бы установить, что ФИО2 действительно запрашивал у участников общества документы. С заявлением в налоговый орган о внесении сведений в ЕГРЮЛ об обществе после утверждения ФИО2 ликвидатором обращался сам ФИО2 Промежуточный ликвидационный баланс в налоговый орган в установленном порядке сдавал также ликвидатор ФИО2 Сообщение в «Вестник государственной регистрации» о ликвидации ООО «Вудмарк» подавал также ликвидатор ФИО2 В распоряжении ФИО2 были все необходимые документы, в том числе для принятия решения об обращении в суд с заявление о признании ООО «Вудмарк» несостоятельным (банкротом).

К материалам дела приобщен оригинал чека-ордера (операция №4996) от 10.03.2021 об уплате ФИО4 государственной пошлины в размере 3 000,00 рублей за подачу апелляционной жалобы.

Судебное заседание 10.03.2021 в онлайн-режиме посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» не состоялось по техническим причинам, в связи с чем, рассмотрение дела отложено на 08.04.2021.

Определением суда от 07.04.2021 в соответствии со статьей 18 АПК РФ произведена замена судьи Даниловой И.П. на судью Нилогову Т.С., рассмотрение дела начато сначала.

Ответчиком ФИО4 представлены пояснения в порядке статьи 81 АПК РФ, в которых указывает, что требование истца не могло сформировать основание и размер субсидиарной ответственности за несвоевременную подачу заявления о банкротстве, поскольку Ковалевский является единственным кредитором должника, требования которого возникли из одного фактического основания – заключения и ненадлежащего исполнения договора подряда. Указанное требование не образовывает признаки неплатежеспособности должника. Неподача заявления о банкротстве должника не повлекло возникновение новой кредиторской задолженности. Требования кредитора по указанным основаниям не влекут обязанности по определению размера субсидиарной ответственности в размере требований, предъявленных кредитором. Требование о взыскании неустойки не может быть признано самостоятельным, поскольку является дополнительным (акцессорным) обязательством. ФИО4 не контролировал деятельность должника, был фактически отстранен от доступа к документации, в связи с чем обращался в правоохранительные органы. Также не имел отношения к активам должника. Заявитель не сформулировал, а суд не установил, какие действия совершил ФИО4, которые являются основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности. ФИО4 ликвидационный баланс не составлял, не принимал, никаких сделок не совершал. Просит отказать в привлечении его к субсидиарной ответственности.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.04.2021, принятым в составе судей: председательствующего Л.М. Зарифуллиной, судей Т.В. Макарова, Т.С. Нилоговой, решение Арбитражного суда Свердловской области от 19.11.2020 отменено. ФИО6 в удовлетворении исковых требований к ФИО2, ФИО4, ФИО7, ФИО8 о привлечении к субсидиарной ответственности и возмещении судебных расходов отказано. Взыскано с ФИО6 в пользу ФИО2, ФИО4 в возмещение расходов по уплате государственной пошлины по апелляционным жалобам по 3 000,00 рублей в пользу каждого.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 10.08.2021 постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.04.2021 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд.

Определением от 20.08.2021 рассмотрение апелляционных жалоб назначено на 07.10.2021.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.10.2021 в порядке статьи 18 АПК РФ произведена замена судьи Т.С. Нилоговой на судью И.П. Данилову, рассмотрение дела начато с начала.

До начала судебного заседания от ответчика ФИО2 поступили дополнительные пояснения, в которых ответчик ссылается на то, что ликвидатор ФИО2 не знал о предъявленных убытках в размере 1 781 120,00 рублей. На дату составления промежуточного ликвидационного баланса 28.11.2017 отсутствовали неисполненные ООО «Вудмарк» обязательства перед кредиторами, в т.ч. перед кредитором ФИО6, подлежащие отражению в промежуточном ликвидационном балансе. На 27.03.2019 с учетом поданного 26.03.2019 ФИО2 заявления об освобождении его от занимаемой должности в связи с не передачей документов общества, ликвидатор прекратил свои полномочия, что установлено решением Арбитражного суда Свердловской области от 31.07.2020 по делу №А60-63866/2019, вступившим в законную силу. Требование о включении размера задолженности, установленной вступившим в законную силу судебным актом от 10.09.2019, было направлено в адрес ООО «Вудмарк» в октябре 2019 года, т.е. после прекращения ФИО2 своих полномочий в качестве ликвидатора общества и в т.ч. после сдачи промежуточного ликвидационного баланса в налоговый орган. Соответственно, основания и полномочия для обращения в суд с соответствующим заявлением о банкротстве общества у ликвидатора отсутствовали. Требование ФИО6 к ООО «Вудмарк» не могло сформировать основание и размер субсидиарной ответственности за несвоевременную подачу заявления о банкротстве. Установленная решением суда задолженность перед ФИО6, на основании судебного акта, вступившего в законную силу 25.10.2019, не является безусловным и достаточным основанием для принятия такого решения. Неисполнение ликвидатором и участниками общества указанной обязанности не привело к нарушению прав и законных интересов кредиторов должника, не повлекло наращивания кредиторской задолженности, поскольку иные кредиторы, помимо ФИО6 не заявились и их наличие судом не установлено. Новых обязательств у общества в связи с необращением ликвидатором общества и непринятием учредителями общества решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве, в т.ч. перед кредитором ФИО6 не возникло. Виновные поступки со стороны ФИО2 отсутствуют, как и основания для привлечения его к ответственности.

К отзыву ФИО2 приложены дополнительные документы (копии): претензия ФИО6 от 05.10.2018, опись и квитанция об отправке, отчет об отслеживании отправления, что расценено судом апелляционной инстанции в качестве ходатайства о приобщении дополнительных документов.

От ответчика ФИО4 поступило ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств (копии): требования о предоставлении информации от 25.04.2018 с доказательствами отправки обществу «Вудмарк», жалобы участника ООО «Вудмарк» в Уральское ГУ ЦБ РФ от 19.11.2018, письма Управления службы по защите прав потребителей и обеспечению доступности финансовых услуг в Уральском федеральном округе о предоставлении информации от 26.11.2018, письма ИФНС по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга о предоставлении сведений из ЕГРЮЛ, определения Центрального Банка РФ №72627/1040-1 от 07.02.2019.

Представителем ответчика ФИО4 заявлено ходатайство об истребовании из инспекции Федеральной налоговой службы по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга копии регистрационного дела в отношении ООО «Вудмарк».

Ходатайства ответчиков ФИО4, ФИО2 о приобщении дополнительных документов рассмотрены судом апелляционной инстанции в порядке статьи 159 АПК РФ, с учетом мнения лиц, участвующих в процессе, удовлетворены, представленные документы с учетом положений части 2 статьи 268 АПК РФ приобщены к материалам обособленного спора.

Ходатайство представителя ответчика ФИО4 об истребовании дополнительных доказательств из инспекции Федеральной налоговой службы по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга рассмотрено арбитражным апелляционным судом в порядке статьи 159 АПК РФ, с учетом мнения лиц, участвующих в процессе, предмета рассматриваемого спора и имеющихся в материалах дела доказательств, удовлетворено на основании статьи 66 и части 2 статьи 268 АПК РФ.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.10.2021 судебное заседание по рассмотрению апелляционных жалоб лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, ФИО4 и ФИО2 отложено в порядке статьи 158 АПК РФ (в составе председательствующего судьи Л.М. Зарифуллиной, судей И.П. Даниловой, Т.В. Макарова) на 08.11.2021. Из ИФНС по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга истребована копия регистрационного дела в отношении общества с ограниченной ответственностью «Вудмарк» (ИНН <***>, ОГРН <***>). Лицам, участвующим в деле, предложено представить дополнительные пояснения с учетом позиции, изложенной в постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 10.08.2021 по настоящему делу.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2021 в порядке статьи 18 АПК РФ произведена замена судьи И.П. Даниловой на судью Т.С. Нилогову, рассмотрение дела начато с начала.

01.11.2021 ИФНС России по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга представлена копия регистрационного дела в отношении ООО «Вудмарк» (ИНН <***>, ОГРН <***>), которая приобщена к материалам дела.

Ответчиком ФИО2 представлены пояснения в порядке статьи 81 АПК РФ, в которых поддерживает доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Дополнительно указав, что активы должника с начала 2017 года существенно уменьшились, из-за возросшей конкуренции наблюдалось заметное падение рентабельности, что привело к снижению выручки. Новые договоры с клиентами не заключались. Общество выполняло работы по действующим договорам, объекты были сданы (использованы материалы и запасы общества). Заказчиками была произведена оплата, с кредиторами расчеты за стройматериалы также были произведены. На основании чего, учредителями было принято решение о добровольной ликвидации ввиду отсутствия деятельности, о чем свидетельствует решение ИФНС по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга. Бывшим руководителем общества ФИО7 не была исполнена обязанность по передаче документов ликвидатору, что стало причиной подачи заявления о снятии ФИО2 с должности ликвидатора и последующего обращения в суд с соответствующим заявлением. У ликвидатора отсутствуют полномочия для утверждения промежуточного баланса, который лишь подписывается им. 01.11.2017 налоговым органом отказано в государственной регистрации промежуточного баланса, представленного 25.10.2017 в связи с тем, что обществом «Стройхаб» было подано исковое заявление. В последующем спор урегулирован, производство по делу прекращено. 28.11.2017 сдан промежуточный ликвидационный баланс, налоговым органом 05.12.2017 внесена запись в ЕГРЮЛ о составлении ликвидационного баланса общества. Неисполненные обязательства перед кредиторами, в т.ч. перед ФИО6, подлежащие отражению в промежуточном ликвидационном балансе, на указанную дату у общества отсутствовали. В последующем ликвидатором принимались меры по сдаче ликвидационного баланса, утвержденного учредителями, однако, налоговый орган принимал решения об отказе в государственной регистрации, в т.ч. в связи с запретом судебного пристава-исполнителя на совершение регистрирующим органом определенных регистрационных действий (решения от 11.01.2018 и 09.06.2018). представленное истцом заключение специалиста не подтверждает списание дебиторской задолженности. Данное заключение составлено на основании бухгалтерских балансов за 2015-2016гг., промежуточного ликвидационного баланса на 28.11.2017 без учета первичных документов, подтверждающих погашение дебиторской и кредиторской задолженности. При этом, ФИО2 не обладал указанными документами в связи с их непередачей ФИО7 соответственно, основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности отсутствуют. К пояснениям приложены решения налогового органа, определение суда от 22.11.2017 по делу №А60-44342/2017 (копии), что расценено судом в качестве ходатайства о приобщении дополнительных документов.

ФИО4 представлены письменные пояснения, в которых поддерживает доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Дополнительно указав, что ФИО4 не являлся единственным участником общества «Вудмарк», никогда им не руководил, не обладал полной и достоверной информацией о его хозяйственной деятельности. Руководство обществом осуществлялось ФИО7, именно генеральный директор принимал управленческие решения и хранил у себя всю хозяйственную и бухгалтерскую документацию общества, на что ссылается в своих пояснениях и ФИО2 С момента назначения ФИО2 ликвидатором общества и до подачи им заявления о снятии его с должности (16 месяцев), ликвидатор не обращался с требованием о передаче ему документов. Все это время документы находились у предыдущего руководителя общества ФИО7 Полагает, что следует предложить ФИО7 представить пояснения относительно наличия и состава дебиторской задолженности с представлением документального подтверждения, а также пояснения относительно списания дебиторской задолженности с приложением соответствующих документов.

Истцом ФИО6 представлены отзыв на апелляционные жалобы с учетом позиции, изложенной в постановлении суда кассационной инстанции, в которой просит оставить апелляционные жалобы без удовлетворения, решение суда – без изменения. Указывает на то, что доводы жалоб об отсутствии сведений о кредиторской задолженности перед ним на дату составления промежуточного ликвидационного баланса не соответствуют действительности. Требования кредитора основаны на возмещении ему ущерба, причиненного ему в результате выявления недостатков выполненных обществом работ в период гарантийного срока. Указанные недостатки носили скрытый характер и не могли быть выявлены в момент приемки выполненных работ. Полагает, что действия по ликвидации общества были приняты исключительно с целью уклонения от исполнения обязательств перед ФИО6 обращает внимание на то обстоятельство, что ликвидация общества до настоящего времени не завершена. Согласно сведениям, содержащимся в бухгалтерской отчетности, у общества имела дебиторская задолженность за 2015 год в размере 11,229 млн. рублей, за 2016 год – 18,867 млн. рублей. Тогда как в промежуточном ликвидационном балансе от 28.11.2017 – дебиторская задолженность составляет 0,0 рублей. дебиторская задолженность, срок исковой давности по которой не истек, покрыла бы требования ФИО6 в полном объеме. Считает, что ликвидатор общества и его участники, совершая сделку по списанию дебиторской задолженности, действовали вопреки возложенным на них обязанностям, а равно действовали незаконно, т.к. для совершения указанной сделки у них не имелись правовые основания по причине того, что инвентаризация не проводилась, письменное обоснование списания дебиторской задолженности отсутствует, приказ о списании дебиторской задолженности ликвидатором не издавался. В результате совершения указанной сделки у общества была утрачена возможность полного погашения требований истца. Указанными действиями общество фактически доведено до банкротства, поскольку общество стало отвечать признаку неплатежеспособности и недостаточности имущества. Кроме того, в ЕГРЮЛ была внесена недостоверная запись о месте нахождения общества, в результате чего почтовую корреспонденцию общество не получает и направить обществу свои требования не представляется возможным, что является следствием уклонения от принятых обществом на себя обязательств по договору подряда. Доводы апеллянтов о том, что они не обладали документами общества, являются надуманными и опровергаются материалами настоящего дела.

Представленные ФИО2 документы приобщены судом к материалам дела на основании части 2 статьи 268 АПК РФ.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2021 судебное заседание по рассмотрению апелляционных жалоб лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, ФИО4 и ФИО2 отложено в порядке статьи 158 АПК РФ на 25.11.2021. Ответчикам ФИО7 и ФИО8 предложено представить письменные пояснения относительно деятельности общества с ограниченной ответственностью «Вудмарк», его активов, в том числе по распоряжению дебиторской задолженностью (списание, взыскание дебиторской задолженности, распоряжение им и т.п.) с приложением документального подтверждения указанного обстоятельства и пояснения относительно передачи (непередачи) документов общества его ликвидатору, а также о причинах невозможности погашения требований кредитора ФИО6.

До начала судебного заседания от ФИО6 поступили дополнения к отзыву, в которых указывает на необоснованность доводов ФИО2 об отсутствии у него документов общества. При этом, действия ликвидатора не носили формальный характер, поскольку он занимался ликвидацией общества. Указывает на то, что поскольку участники общества принимали решение о добровольной ликвидации общества, то обладали всеми его документами, необходимыми для принятия таких решений. В связи с чем, доводы ФИО4 о непредставлении ему запрашиваемых документов правового значения не имеет.

ФИО4 представлены письменные пояснения, в которых указывает на то, что он не подписывал решение об утверждении промежуточного ликвидационного баланса от 28.11.2017, что подтверждается его заявлением о возбуждении уголовного дела и заключением специалиста, из которого следует, что подпись в решении от имени ФИО4 совершена другим лицом. Из хронологии событий видно, что ФИО4 не имел намерения причинять вред ФИО6, действовал в условиях корпоративного конфликта с целью выяснить действительное состояние дел в обществе. Фактически контролировал деятельность общества ФИО7, что следует из его отзыва на заявление о банкротстве. В настоящее время в отношении него Железнодорожным районным судом г. Екатеринбурга рассматривается уголовное дело по факту совершения мошенничества. Позиция заявителя является необоснованной, поскольку он стремится переложить ответственность на то лицо, которое не совершало действий по причинению ему вреда. Все иные доводы истца (по списанию дебиторской задолженности) не имеют непосредственного отношения к ФИО4 Полагает, что основания для привлечения его к субсидиарной ответственности отсутствуют.

К письменным пояснениям ФИО4 приложены дополнительные документы (копии): заключение специалиста №078/2021 от 17.11.2021 с приложениями и информация с сайта Железнодорожного райсуда г. Екатеринбурга о движении уголовного дела №1-303/2021 в отношении ФИО7, что расценено судом апелляционной инстанции в качестве ходатайства о приобщении дополнительных документов.

Ходатайство ФИО4 о приобщении дополнительных документов рассмотрено судом апелляционной инстанции в порядке статьи 159 АПК РФ, с учетом мнения лиц, участвующих в процессе, удовлетворено, представленные документы с учетом положений части 2 статьи 268 АПК РФ приобщены к материалам обособленного спора.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.11.2021 судебное заседание по рассмотрению апелляционных жалоб лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, ФИО4 и ФИО2 отложено в порядке статьи 158 АПК РФ на 22.12.2021. Ответчикам ФИО7 и ФИО8 (повторно) предложено представить письменные пояснения относительно деятельности общества с ограниченной ответственностью «Вудмарк», его активов, в том числе по распоряжению дебиторской задолженностью (списание, взыскание дебиторской задолженности, распоряжение им и т.п.) с приложением документального подтверждения указанного обстоятельства и пояснения относительно передачи (непередачи) документов общества его ликвидатору, а также о причинах невозможности погашения требований кредитора ФИО6.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.12.2021 в порядке статьи 18 АПК РФ произведена замена судьи Т.С. Нилоговой на судью Е.О. Гладких, дело подлежит рассмотрению в составе председательствующего Л.М. Зарифуллиной, судей Е.О. Гладких и Т.В. Макарова, рассмотрение дела начато с начала.

До начала судебного заседания ФИО4 представлены письменные пояснения, в которых обращает внимание на то, что многочисленными доказательствами подтверждается его невовлеченность в управление делами общества и несовершение им действий, которые причинили вред истцу. Повторно обращает внимание на то, что он не обладает документами общества. Именно единоличный исполнительный орган обеспечивает организацию и хранение документов организации. Вместе с тем, до настоящего времени ФИО7 (по требованию суда апелляционной инстанции) не представлены пояснения относительно деятельности должника, места нахождения должника и относительно наличия, списания дебиторской задолженности. На основании изложенного просит отказать истцу в удовлетворении требований, заявленных к ФИО4, судебный акт в указанной части отменить.

В судебном заседании представители ответчиков ФИО4 и ФИО2 поддержали доводы апелляционной жалобы, просили обжалуемый судебный акт отменить, в удовлетворении заявленных к ним требований отказать. Просят проверить судебный акт только в обжалуемой части, а не в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, в порядке статей 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в обжалуемой части в пределах доводов ответчиков ФИО4 и ФИО2, изложенных в апелляционной жалобе с учетом представленных дополнений, в порядке, предусмотренном статьей 266 и частью 5 статьи 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, ООО «Вудмарк» было зарегистрировано в качестве юридического лица при его создании, о чем в ЕГРЮЛ 24.02.2014 ИФНС России по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга сделана запись регистрации за ОГРН <***>, присвоен ИНН <***>. Юридический адрес общества: 620100, <...>.

Основным видом деятельности общества являлось производство прочих деревянных строительных конструкций и столярных изделий, дополнительным – строительство жилых и нежилых зданий.

Уставной капитал общества составляет 30 000,00 рублей. Согласно записи в ЕГРЮЛ учредителями общества с даты его создания являлись ФИО8 (номинальная стоимость доли – 9 900,00 рублей, размер доли – 33%); ФИО7 (номинальная стоимость доли – 10 200,00 рублей, размер доли – 34%); ФИО4 (номинальная стоимость доли – 9 900,00 рублей, размер доли – 33%).

В настоящее время ФИО4 не является участником общества.

ООО «Вудмарк» принадлежит 33% доли в уставном капитале номинальной стоимостью 9 900,00 рублей, о чем в ЕГРЮЛ внесена запись 23.04.2021.

Единоличным исполнительным органом должника (генеральным директором) являлся ФИО7.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ 07.08.2017 в отношении ООО «Вудмарк» внесена запись за ГРН 6176658278670 о принятии юридическим лицом решения о ликвидации и назначении ФИО2 с 07.08.2017 ликвидатором общества.

В настоящее время ликвидация общества не окончена, не прекращена.

25 октября 2017 года в ИФНС по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга представлен промежуточный ликвидационный баланс общества «Вудмарк».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.08.2017 было принято к производству заявление ООО «Стройхаб» о взыскании с ООО «Вудмарк» 500 000,00 рублей, возбуждено дело №А60-44342/2017, производство по которому прекращено определением от 22.11.2017 в связи с отказом истца от иска.

Решением налогового органа №64665А от 01.11.2017 отказано в государственной регистрации по внесению в ЕГРЛ сведений о составлении промежуточного ликвидационного баланса юридического лица в связи с наличием вышеуказанного судебного спора.

В материалы дела представлен протокол №3 от 28.11.2017 внеочередного собрания участников ООО «Вудмарк», согласно которому участниками общества ФИО7, ФИО4 и ФИО8 утвержден промежуточный ликвидационный баланс ООО «Вудмарк».

05.12.2017 налоговым органом принято решение №72997А о государственной регистрации внесения в ЕГРЮЛ сведений о составлении промежуточного ликвидационного баланса юридического лица ООО «Вудмарк».

26.03.2019 ФИО2 подано заявление об освобождении его от занимаемой должности с 01.04.2019 в связи с непередачей документов общества.

15.11.2019 ФИО4 в адрес общества направлено заявление от 12.11.2019 о выходе из состава участников общества.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 31.07.2020 по делу №А60-63866/2019, вступившим в законную силу, признан состоявшимся выход ФИО4 из состава участников общества с ограниченной ответственностью «Вудмарк». ООО «Вудмарк» обязано внести изменения в ЕГРЮЛ в части исключения ФИО4 из числа участников общества. Учредители ООО «Вудмарк» ФИО7, ФИО8 обязаны в течение 1 месяца со дня вступления решения в законную силу внести изменения в ЕГРЮЛ в разделе «Сведения о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица», исключив информацию о том, что ФИО2 является ликвидатором общества.

Из материалов дела следует, что 26 июля 2016 года между ФИО6 (заказчик) и ООО «Вудмарк» (подрядчик) был заключен договор строительного подряда №314С, по условиям которого заказчик поручает, а подрядчик обязуется произвести работы по строительству дома из профилированного бруса своими силами или с привлечением третьих лиц в соответствии с проектной документацией. Исчерпывающий перечень работ, выполняемых подрядчиком на основании настоящего договора, а также перечень и стоимость материалов перечислены в сметах, являющихся приложением к договору (пункт 1.1).

Пунктом 1.2 договора предусмотрено, что подрядчик обязуется выполнить по заданию заказчика работы, указанные в пункте 1.1, и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его. Подрядчик обязан выполнить работы с надлежащим качеством в соответствии с установленными нормами и проектной документации (пункт 3.1.1) Сдача результата выполненных работ осуществляется путем подписания между сторонами акта сдачи-приемки выполненных работ (раздел 5 договора).

Во исполнение указанного договора строительного подряда общество «Вудмарк» осуществило по заданию ФИО6 работы по проектированию и строительству индивидуального жилого дома, расположенного по адресу: <...> участок 17. По результатам выполненных работ 20.02.2017 и 17.03.2017 между сторонами были подписаны акты сдачи-приемки выполненных работ №№2,3 и 4, соответственно.

Стоимость работ составила 1 586 911,00 рублей, стоимость профилированного бруса, оплаченная истцом в пользу ответчика, составила 1 097 920,00 рублей. Оплата по договору была произведена в полном объеме.

Пунктом 6.7 договора предусмотрено, что срок гарантии на выполненные работы составляет 24 месяца с даты подписания сторонами акта о сдаче-приемке выполненных работ при условии своевременного проведения технического обслуживания у подрядчика в период гарантийного срока и соблюдения правил эксплуатации, указанных в приложении №2 к настоящему договору.

Согласно п. 3.4 Правил эксплуатации, являющихся неотъемлемой частью договора строительного подряда, ФИО6 в срок не позднее трех месяцев должен осуществить работы по защите лакокрасочным покрытием внешних поверхностей бруса, защите торцов и перерубов в следующем порядке: обработка грунтовкой, затем обработка герметиком, после высыхания герметика нанесение лакокрасочного покрытия.

В случае самостоятельного проведения технического обслуживания строения либо его проведения третьими лицами гарантийный срок составляет 1 месяц с даты подписания сторонами акта о сдаче-приемке выполненных работ. Согласно пунктам 3.3.18, 3.3.19 договора строительного подряда заказчик обязан своевременно осуществлять техническое обслуживание объекта, а также соблюдать правила эксплуатации объекта. При этом, по условиям п.6.9 договора заказчик проинформирован о том, что домокомплект в силу естественных физических процессов высыхания дерева дает осадку. В зависимости от погодных условий при выстаивании домокомплекта после сборки и высыхания дерева, осадка дома может происходить неравномерно для каждой из стен и сторон дома, а также в ненагруженных естественным весом участках фронтонов.

В силу раздела 8 вышеуказанных правил не являются гарантийными случаи несоблюдения правил эксплуатации объекта, непроведение либо несвоевременное проведение технического обслуживания у подрядчика, самостоятельное проведение технического обслуживания либо его проведение третьими лицами.

В период действия гарантийного срока ФИО6 были обнаружены недостатки выполненных работ в виде продувания наружных стен в местах прорубов, места продувания кровли, места горизонтального расхождения (зависания) бруса внешних стен в виду неправильной усадки, что привело к нарушению внутренней отделки. В связи с чем, 05.09.2018 ФИО6 обратился с претензией к подрядчику. По результатам ее рассмотрения подрядчиком были проведены работы, направленные на устранение выявленных недостатков, что сторонами не оспаривается. Вместе с тем, по утверждению заказчика, ранее выявленные недостатки устранены не были и проявились вновь.

Для установления причин возникновения выявленных недостатков ФИО6 обратился к независимому эксперту. Согласно экспертному заключению ООО АНСЭ «Экспертиза» №1/76и-18 от 26.11.2018 жилой дом, расположенный по адресу: Свердловская область, Белоярский район, дачный поселок Александрия, ул.№2, уч.№17, не соответствует требованиям нормативно-технической документации. На вертикальных сопряжениях наружных и внутренних стен жилого дома, а также на горизонтальных стыках венцов и в примыкании пола к наружным стенам, выявлены участки с критическими сверхнормативными перепадами температур. Действительный объем использования строительного материала – профилированного бруса, при строительстве дома составляет 58,3 куб.м.

12.12.2018 ФИО6 направил в адрес ООО «Вудмарк» претензию, в которой заявил об отказе от договора подряда и потребовал оплату убытков в размере 1 781 120,00 рублей, указав, что в случае оставления требования без удовлетворения, он обратится с иском в суд о взыскании с общества расходов по оплате государственной пошлины и услуг представителя, возмещении убытков, взыскании штрафа за неудовлетворение требований в добровольном порядке и иной неустойки.

17.12.2018 указанная претензия вручена обществу, оставлена без ответа.

Указанное обстоятельство явилось основанием для обращения ФИО6 в Октябрьский районный суд г. Екатеринбурга с иском к ООО «Вудмарк» о взыскании убытков в размере 2 684 831,00 рублей, в т.ч. 1 586 911, 00 рублей стоимости работ по договору подряда, 1 097 920,00 рублей стоимости профильного бруса, 1 586 911,00 рублей неустойки, 40 000,00 рублей расходов по оплате услуг эксперта, 2 000,00 рублей расходов на оплату услуг нотариуса, а также штрафа в размере 156 871,00 рублей.

В рамках данного гражданского дела была назначена судебная строительно-техническая экспертиза.

Заключением судебного эксперта ИП ФИО9 №02э-19 от 12.07.2019 по результатам проведенного обследования установлено несоответствие выполненных ООО «Вудмарк» работ по строительству жилого дома, расположенного по адресу: Свердловская область, Белоярский район, дачный поселок Александрия, ул.№2, уч.№17, требованиям нормативно-техническим правилам и проектной документации, в частности зафиксировано отклонение от вертикали, прогибы стен более 3мм на 1м, обнаружена инфильтрация холодного воздуха через ограждающие конструкции стен и в угловых соединения. При обследовании деревянных конструкций вышеуказанного жилого дома выявлены дефекты выполненных работ, что обусловлено нарушением строительных норм и правил технологии производств, в частности, прогибы и отклонения несущих стен, образование зазоров между венцами, сдвиг бруса обусловлены неправильной установкой нагелей, недостаточным количеством металлических шпилек (ошибки проектирования); инфильтрация холодного воздуха через наружные стены и угловые соединения наружных стен связаны с отсутствием джута в угловых соединениях наружных стен, образование зазоров между венцами связано с неправильной установки нагелей и недостаточного количества шпилек. По последней причине, а также (либо) в связи с наличием горизонтальной трещины в брусе до его монтажа произошел и скол нижней части бруса стены в осях 6/Д-Б; кручение стоек из бруса обусловлено короблением бруса при естественной сушке. При этом, экспертом установлено, что вышеуказанные дефекты (кроме скола нижней части бруса и кручение стоек) относятся к строительным с классификацией дефекта - критический (существенный), устранимый, строительный. Два других вышеуказанных дефекта относятся к значительным, устранимым, строительным. Стоимость работ по устранению выявленных дефектов при строительстве жилого дома составляет 1 363 598,40 рубля.

Заочным решением Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 10.09.2019 по делу №2-1127/2019, вступившим в законную силу 25.10.2019, исковое заявление ФИО6 к ООО «Вудмарк» удовлетворено частично. С ООО «Вудмарк» в пользу ФИО6 взысканы убытки в сумме 1 363 598,40 рубля, 500 000,00 неустойки, 800 000,00 рублей штрафа, 40 000,00 рублей расходов по оплате услуг представителя, итого 2 703 598,40 рубля. В остальной части иска отказано. С ООО «Вудмарк» в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в сумме 17 517,99 рубля.

Октябрьским районным судом г. Екатеринбурга 05.12.2019 выдан исполнительный лист серии ФС №028610333, на основании которого Октябрьским РОСП г. Перми возбуждено исполнительное производство №110575/20/66005-ИП от 25.06.2020 о взыскании с ООО «Вудмарк» в пользу ФИО6 2 703 598,40 рубля, которое согласно сведениям, размещенным на сайте УФССП России по Свердловской области, в настоящее время находится на исполнении, не окончено и не прекращено.

Наличие указанной задолженности явилось основанием для обращения ФИО6 27.12.2019 в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании ООО «Вудмарк» несостоятельным (банкротом).

Определением от 16.01.2020 заявление ФИО6 принято к производству Арбитражного суда Свердловской области, возбуждено дело о банкротстве ООО «Вудмарк» №А60-73089/2019 и назначено к рассмотрению.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 03 июня 2020 года (резолютивная часть от 29.05.2020) производство по делу №А60-73089/2019 по заявлению ФИО6 о признании общества с ограниченной ответственностью «Вудмарк» (ИНН <***>, ОГРН <***>) несостоятельным (банкротом) прекращено на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве в связи в отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых с деле о банкротстве, в т.ч. на выплату вознаграждения арбитражному управляющему и отсутствием согласия кредитора на финансирование процедуры банкротства.

Невозможность получения удовлетворения заявленных требований за счет общества «Вудмарк» явилась основанием для обращения ФИО6 в Арбитражный суд Свердловской области с настоящим заявлением о привлечении ФИО2, ФИО4, ФИО8, ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Вудмарк» и взыскании солидарно с ответчиков в его пользу 2 703 598,40 рубля по основаниям, установленным статьями 61.11, 61.12 Закона о банкротстве, за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника и совершение действий, в результате совершения которых стало невозможным полное погашение требований кредиторов.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности ответчиков по заявленным основаниям, исходил из доказанности причинно-следственной связи между противоправными действиями ответчиков по неподаче заявления о признании общества несостоятельным (банкротом), совершение действий по незаконному списанию дебиторской задолженности и по неотражению в ликвидационном балансе сведений о наличии перед кредитором задолженности, что привело к банкротству должника и невозможности погашения требований кредитора, определив размер ответственности в заявленном истцом размере.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционных жалоб и отзыва на них, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, части 2.1 статьи 298 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для отмены судебного акта в части привлечения ФИО4 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Вудмарк» в силу следующих обстоятельств.

Абзацем восьмым статьи 2 Закона о банкротстве установлено, что конкурсные кредиторы - кредиторы по денежным обязательствам (за исключением уполномоченных органов, граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, имеет обязательства по выплате компенсации сверх возмещения вреда, предусмотренной Градостроительным кодексом Российской Федерации (компенсации сверх возмещения вреда, причиненного в результате разрушения, повреждения объекта капитального строительства, нарушения требований безопасности при строительстве объекта капитального строительства, требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения), вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, а также учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N53), по смыслу пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона. В этом случае иные лица не наделяются полномочиями по обращению в суд вне рамок дела о банкротстве с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности.

В силу пункта 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.

В соответствии с пунктом 4 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

В данном случае дело о банкротстве общества «Вудмарк» прекращено 03.06.2020, в связи с чем, кредитор ФИО6 наделен правом предъявления требования о привлечении контролирующих должника лиц в соответствии с положениями, установленными статьями 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве, вне рамок дела о банкротстве в исковом порядке.

Неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно (пункт 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Пунктом 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве предусмотрено, что размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом). Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Исходя из требований пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, его учредителя, которые, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

При исследовании в совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (пункт 9 постановления от 21.12.2017 №53).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53, ликвидатор, члены ликвидационной комиссии могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве, если обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве не исполнена ими в десятидневный срок, предусмотренный пунктом 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

По общему правилу, члены ликвидационной комиссии несут субсидиарную ответственность солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 13 вышеуказанного постановления №53, при неисполнении руководителем должника, ликвидационной комиссией в установленный срок обязанности по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве решение об обращении в суд с таким заявлением должно быть принято органом управления, к компетенции которого отнесено разрешение вопроса о ликвидации должника (пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве).

По смыслу пункта 3.1 статьи 9, статьи 61.10, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве лицо, не являющееся руководителем должника, ликвидатором, членом ликвидационной комиссии, может быть привлечено к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве при наличии совокупности следующих условий:

это лицо являлось контролирующим, в том числе исходя из не опровергнутых им презумпций о контроле мажоритарного участника корпорации (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), о контроле выгодоприобретателя по незаконной сделке (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве) и т.д.;

оно не могло не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о невыполнении ими данной обязанности;

данное лицо обладало полномочиями по созыву собрания коллегиального органа должника, к компетенции которого отнесено принятие корпоративного решения о ликвидации, или обладало полномочиями по самостоятельному принятию соответствующего решения;

оно не совершило надлежащим образом действия, направленные на созыв собрания коллегиального органа управления для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве или на принятие такого решения.

Соответствующее приведенным условиям контролирующее лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности по обязательствам, возникшим после истечения совокупности предельных сроков, отведенных на созыв, подготовку и проведение заседания коллегиального органа, принятие решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве, разумных сроков на подготовку и подачу соответствующего заявления. При этом названная совокупность сроков начинает течь через 10 дней со дня, когда привлекаемое лицо узнало или должно было узнать о неисполнении руководителем, ликвидационной комиссией должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве (абзац первый пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 4 статьи 62 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) с момента назначения ликвидационной комиссии к ней переходят полномочия по управлению делами юридического лица. Ликвидационная комиссия от имени ликвидируемого юридического лица выступает в суде. Ликвидационная комиссия обязана действовать добросовестно и разумно в интересах ликвидируемого юридического лица, а также его кредиторов.

Если ликвидационной комиссией установлена недостаточность имущества юридического лица для удовлетворения всех требований кредиторов, дальнейшая ликвидация юридического лица может осуществляться только в порядке, установленном законодательством о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с абзацем 36 статьи 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Согласно абзацу 37 статьи 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В силу пункта 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

С учетом того, что ФИО2 являлся ликвидатором общества, ФИО8, ФИО4 и ФИО7 – участниками общества, а ФИО7 и руководителем общества до назначения ликвидатора, то указанные лица относятся к категории контролирующих должника лиц.

Вместе с тем, данное обстоятельство, не являются достаточным основанием для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности.

Как следует из материалов дела, требования о возмещении убытков, предъявленные ФИО6 к обществу «Вудмарк», возникли в связи с выявлением недостатков работ, выполненных по договору строительного подряда, заключенному между ними 26.07.2016, результаты которых были приняты без замечаний 20.02.2017 и 17.03.2017.

С 07 августа 2017 года общество «Вудмарк» находится в стадии ликвидации, ликвидатором общества был назначен ФИО2 Учредителями общества на дату принятия решения о ликвидации общества являлись ФИО4, ФИО8 и ФИО7 (ранее также являвшийся руководителем общества).

Как указывалось выше, в период гарантийного срока были выявлены недостатки выполненных работ, оказанных услуг, 26.11.2018 подготовлено экспертное заключение, в котором отражены недостатки выполненных работ и поставленных стройматериалов, стоимость их устранения составила 2 684 831,00 рублей.

Согласно бухгалтерской (финансовой) отчетности на 28.11.2017 активы должника состоят из основных средств, денежных средств и запасов и составляют 1 735 тыс. рублей, пассивы состоят из уставного капитала и нераспределённой прибыли (убытков) – 1 735 тыс. рублей.

Соответственно, на дату выявления недостатков выполненных работ и предоставленных услуг по договору строительного подряда, в общества «Вудмарк» отсутствовали активы, достаточные для осуществления должником своей деятельности, при том, что никаких требований кредиторов к ним предъявлено не было.

Как следует из материалов гражданского дела, размер убытков, причиненных некачественным выполнением работ (предоставлением услуг) был установлен судебным актом от 10.09.2019, вступившим в законную силу 25.10.2019, составил 2 703 598,40 рубля, в т.ч. 1 363 598,40 рубля убытков, 1 340 000,00 рублей штрафа, неустойки и судебных расходов.

По мнению истца 17.03.2019 (спустя три месяца) общество стало отвечать признакам неплатежеспособности, так как требования ФИО6 удовлетворены не были, в том числе частично.

27.03.2019 (спустя 10 дней) истек срок для обращения ликвидатором ФИО2 в арбитражный суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом).

На указанную дату, с учетом поданного 26.03.2019 ФИО2 заявления об освобождении его от занимаемой должности с 01.04.2019 в связи с непередачей документов общества, ликвидатор прекратил свои полномочия, что установлено решением Арбитражного суда Свердловской области от 31.07.2020 по делу №А60-63866/2019, вступившим в законную силу.

Таким образом, на дату составления промежуточного ликвидационного баланса 28.11.2017, отсутствовали неисполненные обществом «Вудмарк» обязательства перед кредиторами, в т.ч. перед кредитором ФИО6, подлежащие отражению в промежуточном ликвидационном балансе.

Требование о включении размера задолженности, установленной вступившим в законную силу судебным актом, было направлено в адрес общества «Вудмарк» в октябре 2019 года, т.е. после прекращения ФИО2 своих полномочий в качестве ликвидатора общества и в т.ч. после сдачи промежуточного ликвидационного баланса в налоговый орган.

Соответственно, основания и полномочия для обращения в суд с соответствующим заявлением о банкротстве общества у ликвидатора отсутствовали.

В данном конкретном случае неполное выяснение обстоятельств дела, привело к ошибочному выводу суда о наличии у ликвидатора обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества.

Помимо этого, по мнению истца, учредителями (участниками) общества не была исполнена обязанность по созыву и принятию решения об обращении в суд с заявлением о признании должника банкротом.

В соответствии с подпунктом 6 пункта 2 статьи 33 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее по тексту - Закон об обществах) к компетенции общего собрания участников общества относятся назначение ликвидационной комиссии и утверждение ликвидационных балансов.

В силу статьи 34 Закона об обществах очередное общее собрание участников общества проводится в сроки, определенные уставом общества, но не реже чем один раз в год. Очередное общее собрание участников общества созывается исполнительным органом общества.

Уставом общества должен быть определен срок проведения очередного общего собрания участников общества, на котором утверждаются годовые результаты деятельности общества. Указанное общее собрание участников общества должно проводиться не ранее чем через два месяца и не позднее чем через четыре месяца после окончания финансового года.

Судом первой инстанции сделан вывод о том, что 27.03.2019 является датой, с которой участники общества, проявив требуемую от них заботливость и должную осмотрительность к выполнению своих прав и обязанностей, и одновременно действуя добросовестно, обладая сведениями по итогам года об обстоятельствах нахождении ООО «Вудмарк» в таком состоянии, при котором на стороне ликвидатора возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества, и о невыполнении им данной обязанности.

По мнению истца, 07.04.2019 (спустя 10 дней) является началом исчисления срока на подачу заявления о признании общества несостоятельным (банкротством) для участников общества.

В соответствии с пунктами 1, 2 и 3 статьи 35 Закона об обществах внеочередное общее собрание участников общества проводится в случаях, определенных уставом общества, а также в любых иных случаях, если проведения такого общего собрания требуют интересы общества и его участников.

Внеочередное общее собрание участников общества созывается исполнительным органом общества по его инициативе, по требованию совета директоров (наблюдательного совета) общества, ревизионной комиссии (ревизора) общества, аудитора, а также участников общества, обладающих в совокупности не менее чем одной десятой от общего числа голосов участников общества.

В случае принятия решения о проведении внеочередного общего собрания участников общества указанное общее собрание должно быть проведено не позднее сорока пяти дней со дня получения требования о его проведении.

ФИО6 считает, что совокупность предельных сроков, отведенных на созыв, подготовку и проведение внеочередного общего собрания участников общества, принятие решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве, разумных сроков на подготовку и подачу соответствующего заявления составляет не более 60 дней. 07.06.2019 (спустя 60 дней) истечение в совокупности предельных сроков, отведенных на созыв, подготовку и проведение заседания коллегиального органа, принятие решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве, разумных сроков на подготовку и подачу соответствующего заявления. С указанными доводами согласился суд первой инстанции и сделал вывод о наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц (участников общества) к субсидиарной ответственности по указанным основаниям.

Выводы суда первой инстанции являются ошибочными, поскольку судом не учтено, что на указанную дату у общества отсутствовали неисполненные обязательства перед кредиторами, при наличии которых возникла бы обязанность по принятию участниками общества решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве.

Установленная решением суда задолженность перед ФИО6, на основании судебного акта уступившего в законную силу 25.10.2019, не является безусловным и достаточным основанием для принятия такого решения.

Вместе с тем, неисполнение ликвидатором и участниками общества указанной обязанности не привело к нарушению прав и законных интересов кредиторов должника, не повлекло наращивания кредиторской задолженности, поскольку иные кредиторы, помимо ФИО6 не заявились и их наличие судом не установлено.

В связи с чем, суд апелляционной инстанции считает необходимым указать на то, что новых обязательств у общества, в связи с необращением ликвидатором общества и непринятием учредителями общества решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве, в т.ч. перед кредитором ФИО6 не возникло.

Выводы суда первой инстанции о возникновении новых обязательств перед кредитором ФИО6 на основании вступившего в законную силу судебного акта в размере 840 000,00 рублей (штрафа и судебных расходов), являются ошибочными, поскольку являются санкциями, которые не учитываются для целей введения в отношении должника процедуры банкротства, а также не являются новыми обязательствами, поскольку вытекают из ненадлежащего исполнения договора строительного подряда, заключенного в 2016 году.

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ №2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Действительно, материалами дела установлено, что у общества «Вудмарк» отсутствовали активы, достаточные для продолжения деятельности и возможности исполнения обязательств перед кредиторами (при их наличии).

При этом, наличие кредиторской задолженности в определенный момент само по себе не подтверждает наличия у руководителя обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве (пункт 9 постановления от 21.12.2017 №53).

В материалы дела представлен ответ налогового органа об отсутствии у общества открытых расчетных счетов. Доказательств того, что действия по ликвидации общества были предприняты с целью уклонения от исполнения обязательств перед кредиторами, в материалы дела не представлено и судом апелляционной инстанции не установлено.

Таким образом, указанные действия не могли привести к нарушению прав и законных интересов должника и его кредиторов, поскольку какая-либо кредиторская задолженность в период 2016-2017 годов у общества «Вудмарк» отсутствовала.

В данном случае предполагать о возможности возникновения кредиторской задолженности в рамках заключенного с истцом договора строительного подряда, результаты выполнения которых были приняты истцом без замечаний в марте 2017 года, отсутствовали.

Однако, неисполнение обязательства по обращению в суд с заявлением о банкротстве, не повлекло возникновение у общества новых обязательств. Увеличение (наращивание) кредиторской задолженности не произошло, что исключает возможность привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, установленным пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Соответственно, выводы суда первой инстанции сделаны при неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, являются ошибочными.

Вторым основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, по мнению истца, является совершение ими действий, которые повлекли невозможность полного погашения требований кредиторов.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, по своей сути является ответственностью данного лица по собственному обязательству - обязательству из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате неправомерных действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска, которые явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов (обесцениванию их обязательственных прав). Правовым основанием иска о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности выступают, помимо прочего, правила о деликте, в том числе закрепленные в статьей 1064 ГК РФ. Соответствующий подход сформулирован в пунктах 2, 6, 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. N53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ N53).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 20 постановления Пленума ВС РФ №53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Абзацем 1 пункта 2 и подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закон о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Положения подпункта 1 пункта 2 настоящей статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если:

1) заявление о признании сделки недействительной не подавалось;

2) заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен;

3) судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества (пункт 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; 3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов; 4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены; 5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N53 разъяснено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

Если банкротство наступило в результате действий (бездействия) контролирующего лица, однако помимо названных действий (бездействия) увеличению размера долговых обязательств способствовали и внешние факторы (например, имели место неправомерный вывод активов должника под влиянием контролирующего лица и одновременно порча произведенной должником продукции в результате наводнения), размер субсидиарной ответственности контролирующего лица может быть уменьшен по правилам абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве (п. 19 постановления Пленума N 53).

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: - стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений. Следовательно, на лицах, привлекаемых к субсидиарной ответственности, лежит бремя опровержения наличия вины и причинно-следственной связи.

Указание лица, требующего привлечения к субсидиарной ответственности, на конкретные обстоятельства, свидетельствующие, по мнению заявителя, о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, могут быть опровергнуты соответствующими доказательствами и обоснованиями со стороны ответчиков, привлекаемых к субсидиарной ответственности. Непредставление ответчиками доказательств добросовестности и разумности своих действий в интересах должника должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно указывает процессуальный оппонент (кредитор).

При этом отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если кредитор с помощью косвенных доказательств убедительно обосновал утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно раскрыть свои доказательства и представить пояснения.

Из сведений, отраженных в бухгалтерском балансе, следует, что в 2015 году размер дебиторской задолженности общества «Вудмарк» на конец года составлял 11 229 000,00 рублей (строка баланса 12303); в 2016 году – 18 867 000,00 рублей (строка баланса 12303), по состоянию на 28.11.2017 – 0,00 рублей.

По мнению истца, контролирующие должника лица, совершая сделку по списанию задолженности (утверждая промежуточный ликвидационный баланс), действовали вопреки возложенным на них обязанностям (пункты 1,2 статьи 63 ГК РФ), незаконно, в отсутствие правовых оснований по причине того, что инвентаризация не производилась, письменное обоснование списания дебиторской задолженности отсутствует, приказ о списании дебиторской задолженности не издавался.

Истец полагает, что основания считать истекшим срок исковой давности для взыскания дебиторской задолженности отсутствуют. Доказательств исключения дебиторов из ЕГРЮЛ либо о прекращении ими деятельности не представлено. Документы, свидетельствующие об утрате возможности реального исполнения обязательств, в материалы дела не представлено. В связи с чем, считает, что ответчиками совершены действия по списанию ликвидного имущества в виде дебиторской задолженности, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Кроме того, истец указывает на то, что фактически действиями ликвидатора общества ФИО2 и участников ФИО4, ФИО8, ФИО7 должник был доведен до объективного банкротства, так как в результате совершения указанной сделки оно стало отвечать признаку неплатежеспособности и недостаточности имущества, утратило возможность полного погашения требований кредиторов. Фактически, ликвидация общества без объективных на то причин и последующая совершенная сделка по списанию дебиторской задолженности без правовых оснований свидетельствует о преследовании указанными лицами единственной цели по уклонению от выполнения принятых обществом на себя обязательств. Кроме того, в ЕГРЮЛ была внесена недостоверная запись о местонахождении общества.

Проанализировав доводы истца, суд первой инстанции сделал вывод о том, что указанными действиями контролирующие должника лица причинили существенный вред имущественным правам кредиторов, в результате совершения указанной сделки была утрачена возможность полного погашения требований ФИО6, так как денежных средств и (или) иного имущества, за счет которого общество могло бы погасить в полном объеме требования кредиторов не имелось, а также в результате совершения указанной сделки ООО «Вудмарк» стало отвечать признаку неплатежеспособности и недостаточности имущества, что явилось основанием для привлечения ответчиков к солидарной субсидиарной ответственности в размере 2 703 598,40 рубля и взыскания судебных расходов в полном объеме.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

При этом пункты 1, 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации возлагают бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий исполнительного органа на истца.

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения участников общества следует применять по аналогии разъяснения, изложенные в пунктах 2, 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) в отношении действий (бездействия) директора.

Согласно указанным разъяснениям, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Как следует из материалов дела, действительно, на дату составления промежуточного ликвидационного баланса на ноябрь 2017 года, у должника отсутствует отраженная в бухгалтерском балансе дебиторская задолженность.

Представленным истцом бухгалтерским заключением специалиста №8-ЭС от 1.11.2020 сделан предположительный вывод о списании дебиторской задолженности без соблюдения установленного порядка.

В силу пунктов 1, 2 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации ликвидационная комиссия принимает меры по выявлению кредиторов и получению дебиторской задолженности, а также уведомляет в письменной форме кредиторов о ликвидации юридического лица.

Ликвидационная комиссия составляет промежуточный ликвидационный баланс, который содержит сведения о составе имущества ликвидируемого юридического лица, перечне требований, предъявленных кредиторами, результатах их рассмотрения, а также о перечне требований, удовлетворенных вступившим в законную силу решением суда, независимо от того, были ли такие требования приняты ликвидационной комиссией. Промежуточный ликвидационный баланс утверждается учредителями (участниками) юридического лица или органом, принявшими решение о ликвидации юридического лица. В случаях, установленных законом, промежуточный ликвидационный баланс утверждается по согласованию с уполномоченным государственным органом.

ФИО2 и ФИО4 представлены пояснения с указанием на то, что документами должника они не обладали. При этом, как установлено вступившим в законную силу судебным актом от 31.07.2019 по делу №А60-63866/2019, ФИО2 не были переданы документы общества, что явилось основанием для прекращения его деятельности в качестве ликвидатора.

Доказательств того, что участник общества ФИО4 обладал документами общества и был наделен правом принятия управленческих решений в отношении общества, в материалы дела не представлено.

Возражая против заявленных требований, ФИО4 указал на то, что решение об утверждении промежуточного ликвидационного баланса от 28.11.2017 им не подписывалось.

В подтверждение чего ФИО4 представлены:

- заявление от 11.03.2019, поданное в ГУ МВД России по Свердловской области, о проведении проверки относительно внесения записи об его участии в собрании участников общества «Вудмарк»;

- заключение специалиста ООО «Межрегиональный многопрофильный центр экспертиз» ФИО10 №078/2021от 17.11.2021, согласно которому подпись от имени ФИО4, изображение которой представлено в строке «Секретарь собрания ____/ФИО4/» в электрографической копии протокола №3 внеочередного общего собрания участников ООО «Вудмарк» от 28.11.2017, выполнена не ФИО4, а другим лицом. Подпись от имени ФИО4, изображение которой представлено в строке «Участники ООО «Вудмарк» ____/ФИО4/» в электрографической копии протокола №3 внеочередного общего собрания участников ООО «Вудмарк» от 28.11.2017, выполнена не ФИО4, а другим лицом.

Доказательства, опровергающие указанные обстоятельства, суду апелляционной инстанции не представлены.

С учетом представленных документов, проанализированных в их совокупности, суд апелляционной инстанции считает, что участником ФИО4 опровергнуты доводы истца о противоправном поведении, повлекшим нарушение прав кредитора.

В соответствии с пунктом 4 статьи 32, статьями 40 и 50 Федерального закона от 08.02.1998 N14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон №14-ФЗ) и положениями Федерального закона от 06.12.2011 N402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон №402-ФЗ) именно директор, как единоличный исполнительный орган общества, руководит текущей деятельностью общества, обеспечивает ведение и сохранность установленных законом документов, касающихся деятельности общества.

Как следует из материалов регистрационного дела в отношении ООО «Вудмарк» ФИО7, являясь одним из участников общества, являлся его единоличным исполнительным органом (директором) в период с 24.02.2014 по 07.08.2017, т.е. до даты назначения ФИО2 ликвидатором общества.

Согласно пункту 4 статьи 29 Закона №402-ФЗ при смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации. Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется организацией самостоятельно.

С учетом вышеуказанных положений закона, судом апелляционной инстанции было предложено ответчикам представить пояснения относительно передачи документов по финансово-хозяйственной деятельности общества «Вудмарк» от бывшего руководителя должника ФИО7 ликвидатору общества ФИО2

Во исполнение определения судебной коллегии, ФИО2 представлены суду пояснения относительно того, что первичные документы, в т.ч. по наличию/отсутствию дебиторской задолженности, по основаниям ее возникновения и списания, бывшим руководителем общества ФИО7 ему не передавались.

В связи с чем, ФИО2 в отсутствии первичных документов не имел возможности проанализировать дебиторскую задолженность должника, принять меры к ее взысканию, а также проанализировать финансово-экономическую деятельность должника, что явилось основанием для обращения с заявлением об освобождении его от исполнения обязанностей ликвидатора общества, которое было удовлетворено указанным выше судебным актом.

Между тем, (на неоднократные требования суда апелляционной инстанции) ответчиками ФИО7 и ФИО8 не представлены суду апелляционной инстанции письменные пояснения относительно деятельности общества с ограниченной ответственностью «Вудмарк», его активов, в том числе по распоряжению дебиторской задолженностью (списание, взыскание дебиторской задолженности, распоряжение им и т.п.), передачи документов от руководителя общества его ликвидатору, с приложением документального подтверждения указанного обстоятельства и пояснения относительно передачи (непередачи) документов общества его ликвидатору, а также о причинах невозможности погашения требований кредитора ФИО6.

При указанных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с доводами ФИО2 о том, что в отсутствии первичной документации он не мог проанализировать деятельность общества, в т.ч. в части списания (утраты возможности взыскания) дебиторской задолженности.

ФИО2 доказано, что невозможность удовлетворения требований кредиторов за счет имевшейся дебиторской задолженности, не связана с ненадлежащим исполнением им обязанностей ликвидатора общества, поскольку первичная документация относительно финансово-хозяйственной деятельности у него отсутствовала по причине ее непередачи бывшим руководителем общества.

Ссылка истца на то, что в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности юридического адреса места общества, как обстоятельство, препятствующее получению обществом корреспонденции, направленной в его адрес, не является обстоятельством, повлекшим банкротство должника и, как следствие, невозможность полного удовлетворения требований кредиторов.

Вместе с тем, доказательства, с достоверностью подтверждающие, что указанная дебиторская задолженность была взыскана либо списана, в материалы дела ФИО7 и участником ФИО8 не представлены.

Как указывалось выше, по состоянию на 28.11.2017 размер дебиторской задолженности общества по состоянию составил 0 (Ноль) рублей 00 копеек.

В ГК РФ установлены следующие основания для признания дебиторской задолженности безнадежной: истечение срока исковой давности (ст. 196 ГК РФ); прекращение обязательства в соответствии с гражданским законодательством вследствие невозможности его исполнения (ст. 416 ГК РФ); прекращение обязательства в соответствии с гражданским законодательством на основании акта государственного органа (ст. 417 ГК РФ); прекращение обязательства смертью гражданина (ст. 418 ГК РФ); прекращение обязательства в соответствии с гражданским законодательством вследствие ликвидации организации (ст. 419 ГК РФ).

Общий срок исковой давности устанавливается три года (ст. 196 ГК РФ). По общему правилу течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

Списание дебиторской задолженности по истечении срока исковой давности может быть произведено, если этот срок не прерывался и не приостанавливался. В соответствии со статьей 203 ГК РФ течение срока исковой давности прерывается предъявлением иска в установленном порядке, а также совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок.

В соответствии с частями 1 и 3 статьи 11 Федерального закона от 06.12.2011г. №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» активы и обязательства подлежат инвентаризации. Случаи, сроки и порядок проведения инвентаризации, а также перечень объектов, подлежащих инвентаризации, определяются экономическим субъектом, за исключением обязательного проведения инвентаризации. Обязательное проведение инвентаризации устанавливается законодательством Российской Федерации, федеральными и отраслевыми стандартами.

В соответствии с пунктами 27, 77 Приказа Минфина России от 29.07.1998 N34н «Об утверждении Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации» при списании дебиторской задолженности проведение инвентаризации обязательно.

Дебиторская задолженность, по которой срок исковой давности истек, другие долги, нереальные для взыскания, списываются по каждому обязательству на основании данных проведенной инвентаризации, письменного обоснования и приказа (распоряжения) руководителя организации и относятся соответственно на счет средств резерва сомнительных долгов либо на финансовые результаты у коммерческой организации, если в период, предшествующий отчетному, суммы этих долгов не резервировались в порядке, предусмотренном пунктом 70 настоящего Положения, или на увеличение расходов у некоммерческой организации.

Списание долга в убыток вследствие неплатежеспособности должника не является аннулированием задолженности. Эта задолженность должна отражаться за бухгалтерским балансом в течение пяти лет с момента списания для наблюдения за возможностью ее взыскания в случае изменения имущественного положения должника.

Вместе с тем, как указывалось выше, доказательства списания дебиторской задолженности либо ее взыскания, в материалы дела ФИО7 и ФИО8 не представлены.

Действия бывшего руководителя должника и его участника ФИО8 по непредставлению документов, обосновывающих выбытие из обладания общества дебиторской задолженности в размере более 18 млн. рублей (единственного актива) является незаконной, направлено не причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов должника, в частности кредитора ФИО6

В результате совершения указанных действий у общества была утрачена возможность полного погашения требований ФИО6, так как денежных средств и (или) иного имущества, за счет которого общество могло бы погасить в полном объеме требования ФИО6 не осталось.

Фактически, действиями указанных лиц общество было доведено до объективного банкротства, так как в результате совершения указанный действий оно стало отвечать признаку неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Соответственно, доводы истца о том, что наличие дебиторской задолженности и принятие мер по ее взысканию позволило бы погасить имеющуюся у общества перед ним задолженность, установленную вступившим в законную силу судебным актом, являются обоснованными.

Невозможность удовлетворения требований кредитора была связана с неправомерными действиями именно бывшего руководителя должника ФИО7 и его участника ФИО8, которыми не представлены сведения относительно судьбы дебиторской задолженности, за счет которой могли быть удовлетворены требования единственного кредитора.

Указанные противоправные действия ФИО7 и участника ФИО8 состоят в прямой причинно-следственной связи с наступившими для истца негативными последствиями – невозможностью удовлетворения последним своих требований по возмещению вреда, причиненного ненадлежащим исполнением обществом обязательств по договору подряда.

В связи с чем, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения ФИО7 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Вудмарк» и не находит оснований их переоценивать.

При этом, суд апелляционной инстанции не находит оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ликвидатора ФИО2 и участника общества ФИО4 в силу следующих обстоятельств.

Из системного толкования норм права, банкротством признается неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов.

Из материалов дела не следует, что ФИО4 принимал решение о ликвидации общества в связи с недостаточностью активов должника для удовлетворения требований кредиторов.

Как не представлено и доказательств, подтверждающих обладание ликвидатором ФИО2 первичными бухгалтерскими документами общества с целью взыскания дебиторской задолженности (при ее наличии).

Институт привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности носит экстраординарный характер и подлежит использованию только при наличии явного и недобросовестного поведения, связанного с преследованием противоправных целей, отличных от стандартов поведения иных руководителей предприятий, поэтому его упрощенное использование в качестве способа пополнения конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов безусловно будет нарушать права лиц, осуществляющих коммерческую деятельность, в этой связи столь широкое толкование оснований для возможности его использования, как на том настаивает истец, недопустимо.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что не доказана совокупность обстоятельств, свидетельствующих о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ликвидатора ФИО2 и участника ФИО4 (объективный и субъективный (вина) факторы).

При таком положении суд первой инстанции пришел к ошибочному выводу о наличии оснований и возможности привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по заявленным истцом основаниям.

С учетом изложенного, решение Арбитражного суда Свердловской области в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО4 по обязательствам общества «Вудмарк» подлежит отмене в связи с неполным выяснением обстоятельств, имеющих значение для дела (пункт 1 части 1 статьи 270 АПК РФ).

Суд апелляционной инстанции принимает в указанной части новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления истца о привлечении ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности.

Учитывая, что судебный акт ФИО7 и ФИО8 не обжалован, доводы истца о наличии в их действиях противоправного поведения, повлекших невозможность удовлетворения требований кредитора, не опровергнуты, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены решения суда в части привлечения ФИО7 и ФИО8 к субсидиарной ответственности.

Поскольку истцу отказано в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО2, то основания для возмещения истцу судебных расходов указанными лицами также отсутствуют.

При подаче апелляционной жалобы на решение арбитражного суда подлежит уплате государственная пошлина в порядке и размере, определенном подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Апеллянтами при подаче апелляционных жалоб уплачена государственная пошлина в размере 3 000,00 рублей каждым.

С учетом того, что их апелляционные жалобы удовлетворены, государственная пошлина подлежит взысканию с истца в пользу данных лиц.

Руководствуясь статьями 104, 110, 176, 258, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 19 ноября 2020 года по делу №А60-31147/2020 отменить в части привлечения ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности, изложив резолютивную часть решения в следующей редакции:

«1. Исковые требования ФИО6 удовлетворить частично.

2. Привлечь ФИО7 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Вудмарк» (ИНН <***>, ОГРН <***>).

3. Взыскать солидарно с ФИО7 и ФИО8 в пользу ФИО6 2 703 598,40 рубля.

4. Взыскать солидарно с ФИО7 и ФИО8 в пользу ФИО6 в возмещение судебных расходов по уплате госпошлины 21 717,99 рубля.

5. В удовлетворении заявления ФИО6 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО4 по обязательствам ООО «Вудмарк» и возмещении судебных расходов отказать».

Взыскать с ФИО6 в пользу ФИО2 и ФИО4 в возмещение расходов по уплате государственной пошлины по апелляционным жалобам по 3 000,00 рублей в пользу каждого.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.


Председательствующий


Л.М. Зарифуллина



Судьи


Е.О. Гладких



Т.В. Макаров