Постановление от 17 января 2019 г. по делу № А66-14610/2018

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А66-14610/2018
г. Вологда
17 января 2019 года


Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Докшиной А.Ю., рассмотрев без вызова сторон в порядке упрощенного производства по имеющимся в деле доказательствам апелляционную жалобу арбитражного управляющего ФИО1 на решение Арбитражного суда Тверской области от 17 октября 2018 года по делу № А66-14610/2018 (судья Белов О.В.),

у с т а н о в и л:

Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области (ОГРН <***>, ИНН <***>; место нахождения: 170100, <...>; далее – управление) обратилось в Арбитражный суд Тверской области с заявлением о привлечении арбитражного управляющего ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>; место жительства: 420073, Республика Татарстан, город Казань) к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ).

На основании статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) заявление управления рассмотрено судом в порядке упрощенного производства.

Решением Арбитражного суда Тверской области от 17 октября 2018 года арбитражный управляющий ФИО1 привлечен к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ, в виде предупреждения.

Арбитражный управляющий с судебным актом не согласился и обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать. В обоснование жалобы ссылается на неполное выяснение судом обстоятельств по делу об административном правонарушении, нарушение тем самым порядка привлечения к административной ответственности, а также применение судом первой инстанции закона, не подлежащего применению. Указывает на то, что обращение с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является правом, а не обязанностью арбитражного управляющего. Полагает, что на дату привлечения к ответственности истек срок давности, а примененная судом первой инстанции мера ответственности несоразмерна последствиям совершенного правонарушения и в данном случае административное правонарушение можно признать малозначительным.

Управление в отзыве доводы жалобы отклонило, просило решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Согласно части 1 статьи 272.1 АПК РФ и пункту 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18.04.2017 № 10 «О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве» апелляционные жалобы на решения арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются в суде апелляционной инстанции судьей единолично без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам без проведения судебного заседания, без осуществления протоколирования в письменной форме или с использованием средств аудиозаписи.

Стороны надлежащим образом извещены о принятии апелляционной жалобы к производству в порядке упрощенного производства и ее рассмотрении без вызова сторон.

Исследовав доказательства по делу, изучив доводы жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Тверской области от 15 июля 2009 года принято к производству заявление Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 12 по Тверской области о признании общество с ограниченной ответственностью «Тверской ДСК» (далее – ООО «Тверское ДСК», общество, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Тверской области от 28 декабря 2009 года в отношении общества введена процедура наблюдения.

Решением Арбитражного суда Тверской области от 23 декабря 2010 года по делу № А66-6857/2009 ООО «Тверской ДСК» признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда Тверской области от 27 июня 2013 года конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1

Конкурсное производство неоднократно и последовательно продлевалось.

Определением Арбитражного суда Тверской области от 08 мая 2017 года, резолютивная часть которого объявлена 20.04.2017, конкурсное производство в отношении ООО «Тверское ДСК» завершено.

В связи с поступлением в управление обращения одного из бывших работников должника заявителем проведено административное расследование, в ходе которого управление пришло к выводу о том, что арбитражным управляющим ФИО1 не исполнены обязанности, установленные Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон № 127-ФЗ, Закон о банкротстве), а именно:

- в нарушение пункта 4 статьи 20.3 и пункта 5 статьи 129 Закона о банкротстве не предъявлены требования к третьим лицам, которые в соответствии с федеральным законом несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника;

- в нарушение пункта 2 статьи 143 Закона о банкротстве и подпункта «ж» пункта 5 Общих правил подготовки отчетов (заключений) арбитражного управляющего, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 22.05.2003 № 299 (далее – Общие правила), в разделе «Информация о жалобах на действия (бездействие) арбитражного управляющего» отчета конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства от 09.03.2017 отражены неполные сведения о рассмотренной жалобе от 16.03.2016 гражданина ФИО2 (не указано, что отказано в привлечении к административной ответственности с учетом статьи 2.9 КоАП РФ, то есть по нереабилитирующим основаниям).

В связи с этим управлением в отношении арбитражного управляющего составлен протокол от 22.08.2018 об административном правонарушении, предусмотренном частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ.

Руководствуясь частью 3 статьи 23.1 КоАП РФ, управление обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО1 к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ.

Суд первой инстанции удовлетворил заявленные требования, посчитав, что в деянии ответчика по первому эпизоду усматривается событие административного правонарушения, в связи с этим назначил наказание в виде предупреждения.

Согласно части 6 статьи 205 АПК РФ при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании устанавливает, имелось ли событие административного правонарушения и имелся ли факт его совершения лицом, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, имелись ли основания для составления протокола об административном правонарушении и полномочия административного органа, составившего протокол, предусмотрена ли законом административная ответственность за совершение данного правонарушения и имеются ли основания для привлечения к административной ответственности лица, в отношении которого составлен протокол, а также определяет меры административной ответственности.

Апелляционная инстанция не находит правовых оснований для отмены решения суда ввиду следующего.

Частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ предусмотрено, что неисполнение арбитражным управляющим обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния, влечет предупреждение или наложение административного штрафа на должностных лиц в размере от двадцати пяти тысяч до пятидесяти тысяч рублей.

Объективной стороной названного административного правонарушения является неисполнение арбитражным управляющим обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), то есть в данном случае предусмотренных Законом о банкротстве и входящих в систему законодательства о несостоятельности (банкротстве) нормативных правовых актов.

Обязанности конкурсного управляющего закреплены в пункте 2 статьи 129 Закона № 127-ФЗ.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 названного Закона при проведении процедур банкротства арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Абзацем двенадцатым пункта 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве определено, что арбитражный управляющий обязан осуществлять установленные Законом о банкротстве функции.

Согласно пункту 5 статьи 129 Закона о банкротстве при наличии оснований, установленных федеральным законом, конкурсный управляющий предъявляет требования к третьим лицам, которые в соответствии с федеральным законом несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Такая ответственность предусмотрена, в частности, статьей 10 данного Закона.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 9 Закона № 127-ФЗ руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Закона о банкротстве, в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

Пункт 2 статьи 10 Закона № 127-ФЗ предписывает, что нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае, как установлено управлением по материалам дела о признании должника банкротом, определением Арбитражного суда Тверской области от 28 декабря 2009 года в рамках дела № А66-6875/2009 по заявлению Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 12 по Тверской области суд признал обоснованным задолженность по обязательным платежам в сумме 70 011 672 руб. 82 коп., в том числе во вторую очередь удовлетворения 52 618 308 руб. 41 коп.

Учитывая сумму задолженности, возникшей перед инспекцией, должник отвечал признакам неплатежеспособности.

Поскольку с заявлением о признании общества несостоятельным обратился уполномоченный орган в лице инспекции, а не сам должник, то руководитель общества нарушил требования пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, что являлось основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона № 127-ФЗ.

В соответствии с пунктом 6 статьи 10 Закона № 127-ФЗ заявление о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящим Федеральным законом, рассматривается арбитражным судом в деле о банкротстве должника. Указанное заявление может быть подано в ходе конкурсного производства арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Таким образом, законодатель определил два альтернативных варианта подачи арбитражным управляющим в суд заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности: либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, либо по своей инициативе.

При этом согласно пункту 9 статьи 10 Закона о банкротстве денежные средства, взысканные с лиц, привлеченных к ответственности, включаются в конкурсную массу.

Доводы подателя жалобы о том, что обращение в суд с заявлением о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности является правом, а не обязанностью конкурсного управляющего, отклоняется судом апелляционной инстанции как основанный на неправильном толковании положений частей 1 и 2 статьи 10 Закона о банкротстве, поскольку такая обязанность императивно установлена пунктом 5 статьи 129 Закона № 127-ФЗ и возникает у конкурсного управляющего при наличии к тому оснований, а именно в случае нарушения руководителем должника обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в срок, который установлен статьей 9 настоящего Федерального закона.

Довод ответчика о том, что конкурсным управляющим общества были приняты меры по привлечению бывшего руководителя должника к ответственности в виде взыскания убытков, а предъявление повторных требований к бывшему руководителю является нецелесообразным и не отвечающим требованиям разумности, оценен и также правомерно отклонен судом первой инстанции.

Как указывает податель жалобы, 21.03.2013 он обратился в рамках дела о банкротстве с иском к бывшему руководителю – ФИО3 (г. Москва) о взыскании убытков в размере 40 859 167 руб. 94 коп. задолженности по заработной плате перед уволенными работниками общества.

Определением от 23 мая 2014 года с ФИО3 в пользу ООО «Тверской ДСК» взыскано только 7 925 336 руб. 49 коп. убытков. Постановлением апелляционного суда от 12 сентября 2014 года названное определение оставлено без изменений.

Таким образом, по мнению ответчика, им приняты меры по привлечению к ответственности бывшего руководителя должника в виде взыскания убытков.

Вместе с тем апеллянт, заявляя такой довод, не учитывает тот факт, что согласно абзацу десятому пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Следовательно, обращение с заявлением о взыскании с бывшего руководителя убытков в виде одной лишь задолженности по заработной плате перед уволенными работниками общества не свидетельствует о совершении конкурсным управляющим, по сути, действий по привлечению данного руководителя к субсидиарной ответственности по всем долгам общества, как это прямо установлено вышеназванной правовой нормой.

При этом, учитывая правовую природу субсидиарной ответственности, являющейся дополнительной по отношению к ответственности основного должника, для определения размера ответственности субсидиарных должников необходимо установить, какая часть требований кредиторов может быть погашена исключительно за счет имущества должника, а какая часть – за счет субсидиарного ответчика. До завершения реализации имущества должника этот вопрос не может быть разрешен с достаточной степенью достоверности.

Как верно отмечено судом первой инстанции, в соответствии со статьей 2 Закона № 127-ФЗ конкурсное производство – это процедура, применяемая в деле о банкротстве к должнику, признанному банкротом, в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

Основной целью конкурсного производства является соразмерное удовлетворение требований кредиторов.

Законом о банкротстве определены меры, направленные на формирование конкурсной массы должника, ее реализации и пропорциональное удовлетворение требований кредиторов.

Именно одной из таких мер является привлечение к субсидиарной ответственности руководителя должника и иных контролирующих должника лиц.

При этом должны использоваться все установленные Законом о банкротстве меры, направленные на пополнение конкурсной массы.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

Само по себе отсутствие у бывшего руководителя имущества, за счет которого могло производиться погашение долга перед кредиторами общества, не освобождает конкурсного управляющего от обязанности, возложенной на него положениями статьи 10 и пунктом 5 статьи 129 Закона № 127-ФЗ.

В данном случае управлением по материалам дела № А66-6857/2009 установлено, что конкурсный управляющий ФИО1 не предъявлял требований к третьим лицам, которые в соответствии с федеральным законом несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника, чем нарушил пункт 4 статьи 20.3, пункт 5 статьи 129 и пункт 6 статьи 10 Закона № 127-ФЗ.

Ссылка подателя жалобы на истечение в данном случае срока давности привлечения его к административной ответственности признается апелляционным судом несостоятельной ввиду следующего.

В соответствии со статьей 4.5 КоАП РФ (в редакции Федерального закона от 29.12.2015 № 391-ФЗ, действующей с 29.12.2015) постановление по делу об административном правонарушении за нарушение законодательства Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве), рассматриваемому судьей, не может быть вынесено по истечении трех лет со дня совершения административного правонарушения.

В данном случае доводы жалобы сводятся, по сути, к правильности применения к рассматриваемым правоотношениям редакции статьи 10 Закона о банкротстве, устанавливающей порядок и основания привлечения должностных лиц должника к субсидиарной ответственности по его обязательствам.

При этом в указанную статью Федеральным законом от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 73-ФЗ) и Федеральным законом от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Закон № 134-ФЗ) были внесены соответствующие изменения.

По мнению управления, с чем согласился суд первой инстанции, к рассматриваемым правоотношениям следует применять положения статьи 10 Закона о банкротстве, действующей в редакции на дату признания ООО «Тверское ДСК» несостоятельным (банкротом), то есть в редакции Закона № 73-ФЗ.

При этом срок подачи заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в арбитражный суд статьей 10 Закона № 127-ФЗ в редакции названного Федерального закона не определен, а значит ограничен периодом до завершения срока конкурсного производства в отношении должника-банкрота.

По мнению арбитражного управляющего, к рассматриваемым правоотношениям следует применять положения абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве, действующей в редакции Закона № 134-ФЗ, согласно которому заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

В соответствии со статьей 24 Закона № 134-ФЗ данный Закон вступил в силу со дня его официального опубликования (30.06.2013), за исключением отдельных положений, вступающих в силу в иные сроки.

Как считает ответчик, исходя из положений статьи 24 Закона № 134-ФЗ его статья 18, в которой статья 10 Закона о банкротстве изложена в новой редакции, вступила в силу с 30.06.2013, следовательно заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности могло быть подано конкурсным управляющими или предыдущими арбитражными управляющими не позднее 30.06.2014.

Поскольку на указанную дату редакция статьи 4.5 КоАП РФ предусматривала, что срок давности привлечения к административной ответственности за нарушение законодательства Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве) составлял один год, то, по мнению апеллянта, на дату привлечения судом арбитражного управляющего к ответственности по части 3 статьи 14.13 названного Кодекса данный срок истек.

Между тем арбитражным управляющим не учтено следующее.

В пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» разъяснено, что положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10), независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Исходя из названной нормы права, а также из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее – ГК РФ), положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ подлежат применению в том числе в части положений о субсидиарной ответственности по обязательствам должника, если обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения соответствующих лиц к такой ответственности, возникли после дня вступления в силу данного Закона.

Поскольку обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности, имели место после 23.12.2010, то есть до дня вступления в силу Закона № 134-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ.

Вместе с тем статья 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ, действовавшей на момент рассматриваемых правоотношений, не содержала положений, ограничивающих срок подачи заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, то есть к такому спору в данной части подлежал применению общий срок исковой давности, установленный статьей 196 ГК РФ – 3 года.

С учетом изложенного сокращенный срок исковой давности, установленный абзацем четвертым пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, не подлежит применению к рассматриваемым правоотношениям.

Таким образом, порядок и основания привлечения должностных лиц должника к субсидиарной ответственности по его обязательствам, определенные в статье 10 Закона о банкротстве, подлежат применению в редакции, действовавшей в тот момент, когда имели место обстоятельства, являющиеся основаниями для привлечения соответствующих лиц к ответственности.

В свою очередь, в соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

При этом сама по себе возможность применения к рассматриваемым правоотношениям срока исковой давности, установленного статьей 196 ГК РФ, не освобождает арбитражного управляющего от выполнения обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о привлечении руководителя должника-банкрота к субсидиарной ответственности.

Следовательно, является правильным вывод суда первой инстанции о том, что поскольку в силу положений статьи 10 Закона о банкротстве, в редакции, действующей на дату признания должника несостоятельным (банкротом), срок подачи заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в арбитражный суд не определен, то этот срок применительно к рассматриваемым правоотношениям был ограничен периодом до завершения срока конкурсного производства в отношении должника-банкрота.

Таким образом, заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в процедуре конкурсного производства в отношении общества конкурсному управляющему следовало подать до 08.05.2017 либо вынести на рассмотрение собрания кредиторов вопрос о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности.

Между тем, как установлено управлением по материалам арбитражного дела № А66-6857/2009, конкурсный управляющий ФИО1 в ходе процедуры конкурсного производства не подавал заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности ни по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов общества, ни по собственной инициативе.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии в деянии арбитражного управляющего, выразившемся в не предъявлении требований к третьим лицам, которые в соответствии с федеральным законодательством несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника, нарушения пункта 4 статьи 20.3, пункта 5 статьи 129 и пункта 6 статьи 10 Закона № 127-ФЗ, что подтверждается протоколом об административном правонарушении от 22.08.2018 № 00556918 и имеющимися в деле доказательствами.

Однако суд посчитал, что по второму эпизоду в деянии ответчика отсутствует событие правонарушения.

При этом, как верно отмечено судом в обжалуемом решении, пунктом 2 статьи 143 Закона о банкротстве определен перечень сведений, которые должны содержаться в отчете конкурсного управляющего.

Пунктом 10 Общих правил установлено, что отчеты конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства должны содержать сведения, предусмотренные пунктом 2 статьи 143 Закона о банкротстве.

В соответствии с подпунктом «ж» пункта 5 Общих правил в каждом отчете (заключении) арбитражного управляющего указываются, в частности, информация о жалобах на действия (бездействие) арбитражного управляющего и результатах их рассмотрения.

Управлением установлено, что в разделе «Информация о жалобах на действия (бездействие) арбитражного управляющего» отчета конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства от 09.03.2017 отражены неполные сведения о рассмотренной жалобе от 16.03.2016 гражданина ФИО2 (не указано, что отказано в привлечении к административной ответственности с учетом статьи 2.9 КоАП РФ, то есть по нереабилитирующим основаниям).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в разделе «Информация о жалобах на действия (бездействие) арбитражного управляющего» отчета конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства от 09.03.2017 ответчиком указано, что по жалобе ФИО2 выявлены признаки административного правонарушения, решением арбитражного суда от 26.04.2016 в привлечении к административной ответственности отказано.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что арбитражным управляющим исполнены требования пункта 2 статьи 143 Закона о банкротстве и подпункта «ж» пункта 5 Общих правил, которыми не предусмотрено указание причин отказа в привлечении к административной ответственности.

Следовательно, по данному эпизоду отсутствует событие административного правонарушения.

Данные выводы суда первой инстанции управлением не оспорены.

На основании части 1 статьи 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

В соответствии с частью 1 статьи 2.1 КоАП РФ административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое названным Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

В данном случае по первому эпизоду арбитражным управляющим не приняты все зависящие от него меры для соблюдения требований Закона о банкротстве. Доказательств обратного арбитражным управляющим ни в ходе административного расследования, ни в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции не представлено.

Какие-либо неустранимые сомнения в виновности арбитражного управляющего по первому эпизоду отсутствуют.

Таким образом, в целом в деянии арбитражного управляющего усматривается состав правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ, вина арбитражного управляющего в его совершении доказана.

Протокол об административном правонарушении составлен уполномоченным должностным лицом.

В данном случае следует исходить из положений части 4 статьи 3 АПК РФ, согласно которой судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела, совершения отдельного процессуального действия, в том числе путем подачи соответствующих документов, или исполнения судебного акт.

Как указано ранее в настоящем постановлении, в силу статьи 4.5 КоАП РФ (в редакции Федерального закона от 29.12.2015 № 391-ФЗ, действующей с 29.12.2015) постановление по делу об административном правонарушении за нарушение законодательства Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве), рассматриваемому судьей, не может быть вынесено по истечении трех лет со дня совершения административного правонарушения.

Таким образом, нарушения срока давности и порядка привлечения арбитражного управляющего к административной ответственности судом первой инстанции не допущено.

Статьей 2.9 КоАП РФ установлено, что при малозначительности совершенного административного правонарушения судья, орган, должностное лицо, уполномоченные решить дело об административном правонарушении, могут освободить лицо, совершившее административное правонарушение, от административной ответственности и ограничиться устным замечанием.

Согласно пункту 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» малозначительным административным правонарушением является действие или бездействие, хотя формально и содержащее признаки состава административного правонарушения, но с учетом характера совершенного правонарушения и роли правонарушителя, размера вреда и тяжести наступивших последствий не представляющее существенного нарушения охраняемых общественных отношений.

При квалификации правонарушения в качестве малозначительного судам в силу пункта 18 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004 № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» необходимо исходить из оценки конкретных обстоятельств его совершения. Малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям. Такие обстоятельства как, например, личность и имущественное положение привлекаемого к ответственности лица, добровольное устранение последствий правонарушения, возмещение причиненного ущерба не являются обстоятельствами, свидетельствующими о малозначительности правонарушения. Данные обстоятельства в силу частей 2 и 3 статьи 4.1 КоАП РФ учитываются при назначении административного наказания.

В силу пункта 18.1 указанного Постановления при квалификации административного правонарушения в качестве малозначительного судам надлежит учитывать, что статья 2.9 КоАП РФ не содержит оговорок о ее неприменении к каким-либо составам правонарушений, предусмотренным настоящим Кодексом.

По смыслу статьи 2.9 КоАП РФ оценка малозначительности деяния должна соотноситься с характером и степенью общественной опасности, причинением вреда либо с угрозой причинения вреда личности, обществу или государству.

Возможность или невозможность квалификации деяния в качестве малозначительного не может быть установлена абстрактно, исходя из сформулированной в КоАП РФ конструкции состава административного правонарушения, за совершение которого предусмотрена ответственность. Так, не может быть отказано в квалификации административного правонарушения в качестве малозначительного только на том основании, что в соответствующей статье Особенной части КоАП РФ ответственность определена за неисполнение какой-либо обязанности и не ставится в зависимость от наступления каких-либо последствий.

Квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях и производится с учетом положений пункта 18 Постановления № 10 применительно к обстоятельствам конкретного совершенного лицом деяния.

Наличие (отсутствие) существенной угрозы охраняемым общественным отношениям может быть оценено судом с точки зрения степени вреда (угрозы вреда), причиненного непосредственно установленному публично-правовому порядку деятельности.

В частности, существенная степень угрозы охраняемым общественным отношениям имеет место в случае пренебрежительного отношения лица к установленным правовым требованиям и предписаниям (публичным правовым обязанностям).

Законодателем предоставлено право суду самостоятельно в каждом конкретном случае определять признаки малозначительности правонарушения исходя из общих положений и принципов законодательства об административных правонарушениях, конституционных принципов справедливости и соразмерности наказания, разумного баланса публичного и частного интересов, гуманности закона в правовом государстве.

Таким образом, категория малозначительности относится к числу оценочных, в связи с чем определяется в каждом конкретном случае исходя из обстоятельств совершенного правонарушения.

В силу статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Оценив характер и обстоятельства совершения арбитражным управляющим административного правонарушения, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что допущенное ответчиком правонарушение посягает на установленный нормативными правовыми актами порядок общественных отношений в сфере правового регулирования отношений, связанных с несостоятельностью (банкротством) организаций и граждан – участников имущественного оборота в Российской Федерации.

В рассматриваемом случае в качестве существенной угрозы охраняемым общественным отношениям суд расценивает пренебрежительное отношение арбитражного управляющего к исполнению своих публично-правовых обязанностей в сфере законодательства о банкротстве.

Совершенное правонарушение имеет формальный состав и ответственность за его совершение наступает вне зависимости от наступивших последствий. Рассматриваемое правонарушение посягает на установленный нормативными правовыми актами порядок общественных отношений, складывающихся в сфере банкротства.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявление управления о привлечении арбитражного управляющего к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ.

Апелляционная инстанция считает, что избранная судом первой инстанции мера наказания в виде предупреждения соответствует тяжести совершенного правонарушения и обусловлена достижением целей, предусмотренных частью 3 статьи 3.1 КоАП РФ. Оснований считать наказание несправедливым или несоразмерным совершенному правонарушению у суда апелляционной инстанции не имеется.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции установил, что решение арбитражным судом первой инстанции принято при полном выяснении обстоятельств дела, нарушений норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 269, 271, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

решение Арбитражного суда Тверской области от 17 октября 2018 года по делу № А66-14610/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу арбитражного управляющего ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, по основаниям, предусмотренным частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

СудьяА.Ю. Докшина