Постановление от 31 октября 2025 г. по делу № А78-1087/2025

ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 672007, Чита, ул. Ленина, 145 http://4aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Чита Дело № А78-1087/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 21 октября 2025 года. Постановление в полном объеме изготовлено 01 ноября 2025 года.

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Басаева Д.В.,

судей: Будаевой Е.А., Сидоренко В.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Литвинцевой Е.Ю.,

при участии в судебном заседании представителей Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Забайкальскому краю ФИО1 (доверенность от 06.08.2025), конкурсного управляющего ФИО2 ФИО3 (доверенность от 15.10.2021), ФИО4 (доверенность от 17.06.2025),

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием систем веб- конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн- заседание) апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 на решение Арбитражного суда Забайкальского края от 15 августа 2025 года по делу № А78-1087/2025,

установил:

Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Забайкальскому краю (ОГРН <***>, ИНН <***>, далее - заявитель, административный орган, Управления Росреестра по Забайкальскому краю)

обратилось в Арбитражный суд Забайкальского края с заявлением о привлечении конкурсного управляющего ФИО2 (далее - лицо, привлекаемое к административной ответственности, конкурсный управляющий, ФИО2) к административной ответственности, предусмотренной частью 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ).

Решением Арбитражного суда Забайкальского края от 15 августа 2025 года по делу № А78-1087/2025 заявленное требование удовлетворено. Арбитражного управляющий ФИО2 привлечен к административной ответственности по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ в виде дисквалификации сроком на шесть месяцев.

ФИО2 обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемый судебный акт по мотивам, изложенным в жалобе.

Апеллянт полагает, что административным органом не доказано событие вменяемого правонарушения по эпизоду с необеспечением сохранности имущества должника. Кроме того, суд первой инстанции самостоятельно изменил состав административного правонарушения по указанному эпизоду, дополнив его обстоятельствами, не отраженными в протоколе об административном правонарушении № 3-49-75/23 от 29.11.2024. Фактическое вменение в обязанности ФИО2 проведение мероприятий по консервации объекта незавершенного строительства не входит в обязанности конкурсного управляющего, предусмотренные Законом о банкротстве, следовательно неисполнение предписания № 51/21 от 19.02.2021 не может свидетельствовать о нарушении ФИО2 положений Закона о банкротстве, в том числе и предусматривающих обязанность по обеспечению сохранности имущества. Одновременно апеллянт не оспаривает выводы суда первой инстанции о допущенных существенных нарушениях процедуры привлечения к административной ответственности по двум эпизодам.

Управление в отзыве с доводами апелляционной жалобы не согласилось.

В судебном заседании представитель административного органа выразила несогласие с выводами суда первой инстанции о допущенных существенных нарушениях процедуры привлечения к административной ответственности по двум эпизодам, по которым судом отказано в привлечении к административной ответственности.

Ассоциация арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления», представив отзыв на апелляционную жалобу, заявило ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Ходатайство Ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления» о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, суд апелляционной инстанции, не установив оснований для перехода к рассмотрению жалобы по правилам, установленным Кодексом для рассмотрения дела в суде первой инстанции, протокольным определением оставил без рассмотрения, поскольку в силу части 3 статьи 266 АПК РФ в арбитражном суде апелляционной инстанции не применяются правила о привлечении к участию в деле третьих лиц, а также иные правила, установленные настоящим Кодексом только для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

Информация о времени и месте судебного заседания по апелляционной жалобе размещена на официальном сайте апелляционного суда в сети «Интернет» 24.09.2025. Таким образом, о месте и времени судебного заседания лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом в порядке, предусмотренном главой 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Дело рассматривается в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыва на жалобу, проверив соблюдение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Забайкальского края от 16 июня 2021 года по делу № А78-7422/2020 (т.1 л.д.86-89) ООО «ПГС» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство с применением правил, предусмотренных параграфом 7 Главы IX Закона о банкротстве сроком на один год, конкурсным управляющим утверждена ФИО5.

Определением Арбитражного суда Забайкальского края от 30 декабря 2021 года (резолютивная часть определения объявлена 28 декабря 2021 года) отказано в утверждении конкурсным управляющим ООО «ПГС» арбитражного управляющего ФИО5 Конкурсным управляющим ООО «ПГС» утвержден арбитражный управляющий ФИО2 (т.1 л.д.90-91).

Определением Арбитражного суда Забайкальского края 17 июля 2024 года (т.1 л.д.31-34) ФИО2 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника. Конкурсным управляющим утвержден ФИО6.

На основании заявления ФИО7 (т.1 л.д.21), перенаправленного в адрес Управления от Государственной инспекции Забайкальского края (т.1 л.д.20),

указывающих на ненадлежащее исполнение ФИО2 обязанностей конкурсного управляющего ООО «ПГС», ведущим специалистом-экспертом отдела правового обеспечения, по контролю и надзору в сфере саморегулируемых организаций Управления Росреестра по Забайкальскому краю ФИО1 составлен 29 ноября 2024 года протокол № 3-49-75/23 об административном правонарушении, предусмотренном частью 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ (т.1 л.д.12-19).

В соответствии со статьей 23.1 КоАП РФ управление обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО2 к административной ответственности, предусмотренной частью 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ.

Согласно части 6 статьи 205 АПК РФ при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании устанавливает, имелось ли событие административного правонарушения и имелся ли факт его совершения лицом, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, имелись ли основания для составления протокола об административном правонарушении и полномочия административного органа, составившего протокол, предусмотрена ли законом административная ответственность за совершение данного правонарушения и имеются ли основания для привлечения к административной ответственности лица, в отношении которого составлен протокол, а также определяет меры административной ответственности.

Частью 5 указанной статьи также предусмотрено, что по делам о привлечении к административной ответственности обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для составления протокола об административном правонарушении, не может быть возложена на лицо, привлекаемое к административной ответственности.

Исходя из положений пункта 10 части 2 статьи 28.3 КоАП РФ, пунктов 1, 5.1.9, 5.5 Положения "О Федеральной службе государственной регистрации, кадастра и картографии", утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 01.06.2009 года № 457, пункта 1 Постановления Правительства Российской Федерации от 03.02.2005 года № 52 "О регулирующем органе, осуществляющем контроль за деятельностью саморегулируемых организаций арбитражных управляющих", Перечня должностных лиц Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии, имеющих право составлять протоколы об административных правонарушениях, предусмотренных КоАП РФ, утвержденного приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 25.09.2017 года № 478, протокол об административном правонарушении от 29.11.2024 (т.1 л.д.12-19) составлен должностным

лицом административного органа в пределах предоставленных законом полномочий в отсутствие надлежащим образом извещенного арбитражного управляющего ФИО2, копия протокола направлена почтовой связью 03.02.2025 (т.1 л.д.75).

Частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ установлена административная ответственность за неисполнение арбитражным управляющим, реестродержателем, организатором торгов, оператором электронной площадки либо руководителем временной администрации кредитной или иной финансовой организации обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния.

Повторное совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 3 настоящей статьи, если такое действие не содержит уголовно наказуемого деяния, предусмотрено частью 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ.

Объектом правонарушения является установленный законодательством порядок действий при банкротстве юридических лиц и индивидуальных предпринимателей.

Объективная сторона рассматриваемого правонарушения выражается, в том числе, в повторном неисполнении арбитражным управляющим обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния.

В соответствии со статьей 2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) арбитражным управляющим является гражданин Российской Федерации, являющийся членом одной из саморегулируемых организаций; конкурсный управляющий - арбитражный управляющий, утвержденный арбитражным судом для проведения конкурсного производства и осуществления иных установленных настоящим Федеральным законом полномочий, или государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» (далее - агентство), осуществляющий указанные полномочия в случаях, установленных настоящим Федеральным законом.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур банкротства, арбитражный управляющий, утвержденный арбитражным судом, обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В отношении арбитражного управляющего принцип разумности означает соответствие его действий определенным стандартам, установленным, помимо законодательства о банкротстве, правилами профессиональной деятельности арбитражного управляющего, утверждаемыми постановлениями Правительства Российской Федерации, либо стандартам, выработанным правоприменительной практикой

в процессе реализации законодательства о банкротстве. Добросовестность действий арбитражного управляющего выражается в действиях, не причиняющих вреда кредиторам, должнику.

Таким образом, основной целью деятельности арбитражного управляющего является обеспечение соблюдения законодательства при проведении процедур несостоятельности (банкротства).

Из протокола об административном правонарушении № 3-49-75/23 от 29 ноября 2024 года следует, что конкурсному управляющему вменяется в вину совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ, выразившегося в нарушении им, как конкурсным управляющим ООО «ПГС», требований законодательства о несостоятельности (банкротстве): абзаца шестого пункта 2 статьи 129, пункта 3 статьи 143 Закона о банкротстве.

По первому эпизоду, связанному с нарушением требований абзаца шестого пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве, суд первой инстанции, установив доказанность события и состава вменяемого правонарушения, согласился с выводом административного органа о наличии оснований для привлечения ФИО2 к административной ответственности по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ

По результатам повторного рассмотрения дела судебная коллегия находит такие выводы незаконными и необоснованными в силу следующего.

В силу абзаца шестого пункта 2 статьи 129 Закона конкурсный управляющий обязан принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника.

Как следует из протокола об административном правонарушении от 29.11.2024 административный орган вменяет в вину арбитражному управляющему ФИО2 то, что в период с 15.02.2022 (получение конкурсным управляющим документов по должнику согласно акта) по 17.07.2024 (дата отстранения ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «ПГС») последний не обеспечил сохранность имущества должника, а именно: на момент вынесения определения Арбитражного суда Забайкальского края от 21.07.2024 по делу № А78-7422/2020 ФИО2 не обеспечена сохранность объекта незавершенного строительства, расположенного по адресу: <...>.

При рассмотрении дела в суде первой инстанции административный орган дополнил описание события вменяемого правонарушения, указав, что ФИО2 в указанный период не приняты меры, в результате чего ограждение (забор) строительной площадки объекта частично деформировано, имелся несанкционированный доступ для посторонних лиц на объект незавершенного строительства (строительная площадка).

Суд первой инстанции, приходя к выводу о доказанности того, что арбитражный управляющий в период с 15.02.2022 по 17.07.2024 допустил нарушение требований абзаца шестого пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве, сославшись на нарушение ФИО2 требований статьи 35 Федерального закона от 30.12.2009 года № 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений», пункта 36 Правил по охране труда при строительстве, реконструкции и ремонте, утвержденных приказом Минтруда России от 11.12.2020 № 883н, пункта 6.2.2 Строительных норм и правил СНиП 12-03-2001 «Безопасность труда в строительстве. Часть 1. Общие требования», утвержденных постановлением Госстроя России от 23.07.2001 № 80, установил, что в представленных фотографиях видно, что ворота строительной площадки из-за перекоса рамы ворот плотно не закрываются, имеются деформации в профлисте забора, образовывая щели и проемы, перекрытие проема в заборе проведено не в полном объеме; защитные козырьки имеются не на всех участках прилегающих к забору, тогда как документальных доказательств проведенных работ по восстановлению частично разрушенного забора строительной площадки объекта незавершенного строительства, расположенного по адресу: <...>, в мае 2022 года конкурсным управляющим не представлены, представленные фотографии данный факт не подтверждают; в связи с щелями и проемами в ограждении (заборе) арбитражным управляющим заключен договор подряда с ФИО8 в декабре 2023 года, документальных доказательств, помимо фотографий, проведенных работ лицом, привлекаемым к административной ответственности, не представлено; систематический осмотр целостности ограждений, проводимыми ФИО2 по прилету в г. Чита в период 2023-2024 годов, не освобождает конкурсного управляющего от исполнения обязанности по обеспечению сохранности имущества.

Более того, судом учтено, что, исходя из переданных материалов проверки Государственной инспекцией Забайкальского края административным органом установлено, что ограждение (забор) строительной площадки объекта незавершенного строительства частично деформировано, имелся несанкционированный доступ для посторонних лиц на объект незавершенного строительства на протяжении всего времени осуществлении полномочий конкурсного управляющего застройщика. Предписанием Государственной инспекции Забайкальского края от 19 февраля 2021 года об устранении нарушений при строительстве объекта незавершенного строительства № 51/21 ООО «ПГС» предписано, в том числе пунктом 2 в срок до 17.05.2021 при необходимости прекращения работ или их приостановления более чем на шесть месяцев застройщик или технический заказчик должен обеспечить консервацию объекта незавершенного

строительства с последующим уведомлением Инспекции в 10-ти дневный срок о принятии решения о консервации. Срок исполнения предписания продлевалось по ходатайству конкурсного управляющего ФИО2 до 01.07.2024 (т.2 л.д.52). Однако информации о выполнении предписания об устранении нарушений при строительстве объекта незавершенного строительства № 51/21 от 19 февраля 2021 года в адрес Государственной инспекции Забайкальского края не поступало. Актом по результатам контрольного (надзорного) мероприятия без взаимодействия с контролирующим лицом от 26 августа 2024 года № 99/24, протокол осмотра от 26 августа 2024 года (т.2 л.д.54, 55) установлено, что на объекте незавершенного строительства, расположенного по адресу: <...>, с юго-западной стороны частично отсутствует ограждение, имеется доступ третьих лиц на территорию объекта.

В то же время судом апелляционной инстанции установлено и подтверждено административным органом, что указанный объект передан ППК «Фонд развития территорий», каких-либо претензий в сохранности переданного объекта со стороны фонда к ФИО2 не имеется, в том числе взыскания в судебном порядке убытков с арбитражного управляющего.

На вопрос суда представитель административного органа пояснила, что вопрос фактической сохранности объекта от хищений, разрушений и т.д. административным органом не устанавливался и не выяснялся.

Фактически административный орган, указывая на нарушение ФИО2 требований абзаца шестого пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве, исходит из наличия недостатков в ограждении объекта незавершенного строительства, непроведения его консервации и неисполнения предписания Государственной инспекции Забайкальского края от 19 февраля 2021 года об устранении нарушений при строительстве объекта незавершенного строительства № 51/21.

В то же время, административный орган не оспаривает факты принятия ФИО9 мер по восстановлению ограждения в 2023 году.

В этой связи судом первой инстанции не учтено, что абзац шестой пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве не раскрывает исчерпывающий перечень мер по обеспечению сохранности имущества должника.

Такой обязанности корреспондируют положения пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве, обязывающего арбитражного управляющего действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Вменение же применительно к абзацу шестому пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве нарушений строительных норм и правил относительно ограждения объекта

незавершенного строительства и непроведения работ по его консервации при фактическом отсутствии претензий к сохранности такого объекта рассматриваемого события не образует.

Указанные строительные нормы и правила в отношении ограждения спорного объекта, на которые ссылается суд первой инстанции и административный орган, направлены на предотвращение негативного воздействия на окружающую среду, угрозы для жизни и здоровья граждан, имущества физических или юридических лиц, государственного или муниципального имущества, жизни и здоровья животных и растений на производственных территориях и участках проведения строительного производства, что не было принято во внимание судом первой инстанции и в нарушение требований части 4 статьи 170 АПК РФ доводы ФИО2 судом оставлены без надлежащей оценки.

Претензий к ФИО2 в части того, что на объекте незавершенного строительства не обеспечены прочность, устойчивость и сохранность конструкций, оборудования и материалов, а также безопасность объекта и строительной площадки для населения и окружающей среды (пункт 3 постановления Правительства РФ от 30.09.2011 № 802 «Об утверждении Правил проведения консервации объекта капитального строительства»), за исключением спорного ограждения, материалы дела не содержат.

Ссылка административного органа на то обстоятельство, что выполненные в 2023 году работы по восстановлению ограждения проведены с нарушением строительных норм: не указана высота ограждения, отсутствует защитный козырёк, ограждение имеет дополнительные проемы, позволяющие обеспечить доступ третьим лицам, судом апелляционной инстанции не принимается во внимание. Такие доводы являются неотносимыми к существу рассматриваемого дела.

Следовательно, неисполнение предписания № 51/21 от 19.02.2021 не может свидетельствовать о нарушении ФИО2 положений Закона о банкротстве, предусматривающих обязанность по обеспечению сохранности имущества, тогда как суду первой инстанции надлежало установить сохранен ли объект незавершенного строительства в той мере, которая позволила пополнить конкурсную массу должника на сумму его рыночной стоимости не меньшую, относительно той, которую мог получить за данное имущество должник на дату назначения ФИО2 конкурсным управляющим.

Поскольку административным органом не доказан факт непринятия ФИО2 мер по обеспечению сохранности имущества должника, как и не доказан факт его утраты, повреждения, уничтожения, хищения, постольку судебная коллегия находит несоответствующими обстоятельствам дела выводы суда первой инстанции о

доказанности по рассматриваемому эпизоду события вменяемого правонарушения, что исключает привлечение ФИО2 к административной ответственности в силу пункта 1 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ.

Также суд апелляционной инстанции находит обоснованными доводы апеллянта о том, что суд первой инстанции самостоятельно изменил состав административного правонарушения по указанному эпизоду, дополнив его обстоятельствами, не отраженными в протоколе об административном правонарушении № 3-49-75/23 от 29.11.2024, что недопустимо, поскольку суд первой инстанции не подменяет собой административный орган.

Относительно второго вменяемого эпизода судом первой инстанции установлено следующее.

На основании пункта 3 статьи 143 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан по требованию арбитражного суда представлять арбитражному суду все сведения, касающиеся конкурсного производства, в том числе отчет о своей деятельности.

Административным органом установлено, что конкурсному управляющему определением от 23 октября 2023 года (т.1 л.д.36-37) в рамках дела о банкротстве ООО «ПГС» предлагалось представить к судебному заседанию отчет о результатах проведения конкурсного производства с приложением документов, предусмотренных статьей 147 Закона о банкротстве, и отчет об использовании денежных средств должника.

К судебному заседанию 25.03.2024 конкурсным управляющим был направлен отчёт с арифметическими ошибками, отчеты с актуальными сведениями не представлены: отчет содержал сведения о дебиторской задолженности только ООО «Стройинвест», несоответствием итоговых данных рыночной стоимости имущества должника и т.д.

Также в рамках обособленного спора по жалобе ФИО7 о признании незаконным бездействие конкурсного управляющего ФИО2 и о его отстранении от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника определениями от 14 февраля 2024 года и 06 марта 2024 года по делу № А78-7422/2020 (т.1 л.д.38-41. 42-44)) Арбитражный суд Забайкальского края также неоднократно предлагал конкурсному управляющему провести собрание кредиторов по вопросу выбора иной кандидатуры арбитражного управляющего, либо иной саморегулируемой организации, из числа членов которой может быть утвержден конкурсный управляющий ООО «ПГС», аккредитованный в публично-правовой компании «Фонд развития территорий».

Вместе с тем, собрание кредиторов по вопросу выбора кандидатуры арбитражного управляющего было назначено конкурсным управляющим только на 06.05.2024, что подтверждается сообщением, опубликованным на сайте Единого Федерального реестра

сведений о банкротстве (далее - ЕФРСБ) № 14071119 (т.1 л.д.45).

Административный орган посчитал, что непредставление конкурсным управляющим документов, запрошенных перечисленными определениями арбитражного суда, а также неисполнение судебных актов привело к затягиванию процедуры несостоятельности (банкротства), обособленных споров по делу о банкротстве, а также нарушению законных прав и интересов лиц, участвующих в деле.

Суд первой инстанции согласился с доводами лица, привлекаемого к административной ответственности, в части неправомерного вменения административным органом конкурсному управляющему непроведения собрания кредиторов по вопросу выбора иной кандидатуры арбитражного управляющего, либо иной саморегулируемой организации, из числа членов которой может быть утвержден конкурсный управляющий банкрота-застройщика, поскольку предложение суда, адресованное конкурсному управляющему должника по проведению собрания кредиторов по вопросу выбора иной кандидатуры арбитражного управляющего, либо иной саморегулируемой организации, из числа членов которой может быть утвержден конкурсный управляющий, по существу, направлено на соблюдение гарантии реализации кредиторами права выбора кандидатуры арбитражного управляющего, представляемой к утверждению арбитражным судом.

Однако из положений Закона о банкротстве следует, что установление арбитражным судом конкретной даты представления арбитражным управляющим документов и сведений и представление последних обязанным лицом в указанный срок является необходимым условием осуществления производства по делу о несостоятельности (банкротстве), влекущим беспрепятственное и своевременное осуществление всех необходимых действий в рамках введенных в отношении должника процедур банкротства.

В связи с чем непредставление арбитражным управляющим в установленный срок истребованных арбитражным судом документов и сведений (отчетов) свидетельствует о неисполнении требований Закона о банкротстве и, следовательно, наличии события административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ.

Однако суд первой инстанции признал несоответствующим закону протокол об административном правонарушении от 29 ноября 2024 года в части вменения данного эпизода, связанного с нарушением ФИО2 требований части 3 статьи 143 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, определением от 05.12.2023 в отношении ФИО2 возбуждено дело об административном правонарушении № 3-49-75/23 по

части 3 статьи 14.13 КоАП РФ и проведении административного расследования (т.1 л.д.46-47). Протокол об административном правонарушении от 29.11.2024 № 3-49-75/23 составлен в отсутствие надлежащим образом извещенного арбитражного управляющего, получение уведомления подтверждается уведомление и вернувшимся конвертом (т.1 л.д.67, 68, 69).

В пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004 № 10 разъяснено, что нарушение административным органом при производстве по делу об административном правонарушении процессуальных требований, установленных КоАП РФ, является основанием для отказа в удовлетворении требования административного органа о привлечении к административной ответственности (часть 2 статьи 206 АПК РФ) либо для признания незаконным и отмены оспариваемого постановления административного органа (часть 2 статьи 211 АПК РФ) при условии, если указанные нарушения носят существенный характер и не позволяют или не позволили всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Существенный характер нарушений определяется исходя из последствий, которые данными нарушениями вызваны, и возможности устранения этих последствий при рассмотрении дела

В данном случае необходимо оценивать рассматриваемое обстоятельство с учетом необходимости обеспечения административным органом лицу, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, гарантий, предусмотренных статьей 28.2 КоАП РФ, т.е. установить, что предшествующие составлению протокола мероприятия направлены на соблюдение процессуальных прав лица, привлекаемого к административной ответственности.

Между тем, такие доказательства в материалах дела отсутствуют, а административный орган не обосновал, что предшествующие составлению протокола мероприятия были направлены на соблюдение процессуальных прав лица, привлекаемого к административной ответственности.

В данном случае судом установлено, что по первоначально вменяемому ФИО2 эпизоду, изложенному как в определении о возбуждении дела и проведении административного расследования от 05.12.2023, так и в определении об истребовании сведений от 06.12.2023, административным органом проведены мероприятия, направленные на соблюдение процессуальных прав лица, привлекаемого к административной ответственности.

Так, определением от 06.12.2023 у ФИО2 истребованы объяснения по первому вменяемому эпизоду правонарушения; ФИО2 28.12.2023 представлены

истребуемые пояснения (т.1 л.д.51).

Однако после и до составления 29.11.2024 протокола об административном правонарушении каких-либо мероприятий более не проводилось, что также подтвердила суду представитель административного органа в судебном заседании.

Следовательно, факты нарушения ФИО2 требований части 3 статьи 143 Закона о банкротстве, по мнению суда первой инстанции, нельзя признать выявленными в ходе административного расследования, пусть и проведенного с нарушением сроков. При этом ссылка в уведомлении о вызове на рассмотрении вопроса о составления протокола об административном правонарушении, в том числе по факту нарушения части 3 статьи 143 Закона о банкротства, не порождает соблюдение процессуальных прав лица, привлекаемого к административной ответственности.

В свою очередь, указанное обстоятельство, по мнению суда первой инстанции, повлекло нарушение права знакомиться со всеми материалами дела, давать объяснения, представлять доказательства, заявлять ходатайства и отводы, пользоваться юридической помощью защитника, а также иными процессуальными правами, предоставленными лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении (часть 1 статьи 24.4, часть 1 статьи 25.1 КоАП РФ), которые призваны обеспечить процессуальные гарантии лица, привлекаемого к административной ответственности. Лишая лицо возможности воспользоваться своими процессуальными правами при совершении отдельных процессуальных действий, административный орган нарушает предусмотренные статьей 24.1 КоАП РФ требования о всестороннем, полном и объективном выяснении всех обстоятельств дела.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции признал несоответствующим закону протокол об административном правонарушении от 29.11.2024 в части эпизода, связанных с нарушением ФИО2 требований пункта 3 статьи 143 Закона о банкротстве.

Судебной коллегией такие выводы суда первой инстанции признаются необоснованными, поскольку с учетом надлежащего извещения ответчика о мероприятиях административного расследования, получения документов в рамках такого расследования и выявления факта допущенного нарушения, оно могло быть учтено и зафиксировано в протоколе об административном правонарушении, что не исключает возможности защиты управляющего, как на стадии составления протокола, так и в дальнейшем в суде отстаивания собственных интересов и приведения доводов в обоснование правомерности своего поведения и необоснованности доводов административного органа (постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского

округа от 16.10.2025 по делу № А78-8490/2024).

В связи с чем, в рассматриваемой части выводы суда первой инстанции признаются апелляционным судом неверными и несоответствующими правовому регулированию спорных отношений.

Вместе с тем, по указанному эпизоду судебная коллегия находит основания для признания совершенного правонарушения малозначительным в силу следующего.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 11 марта 1998 года № 8-П указано, что по смыслу статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, исходя из общих принципов права, введение ответственности за административное правонарушение и установление конкретной санкции, ограничивающей конституционное право, должно отвечать требованиям справедливости, быть соразмерным конституционно закрепленным целям и охраняемым законным интересам, а также характеру совершенного деяния.

Аналогичная правовая позиция выражена также в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 5 ноября 2003 года № 348-О, от 5 ноября 2003 года № 349-О и от 5 февраля 2004 года № 68-О.

Принцип соразмерности, выражающий требования справедливости, предполагает установление публично – правовой ответственности лишь за виновное деяние и ее дифференциацию в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания. Указанные принципы привлечения к ответственности в равной мере относятся к физическим и юридическим лицам (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 1999 года № 11-П).

В развитие данной правовой позиции Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 27 мая 2008 года № 8-П указал, что меры, устанавливаемые в уголовном законе в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате преступного деяния, с тем чтобы обеспечивались соразмерность мер уголовного наказания совершенному преступлению, а также баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от преступных посягательств.

Согласно правовой позиции, выраженной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июля 2009 года № 919-О-О, положения главы 4 «Назначение

административного наказания» КоАП РФ предполагают назначение административного наказания с учетом характера совершенного административного правонарушения, личности виновного, имущественного и финансового положения, обстоятельств, смягчающих и отягчающих административную ответственность. Соблюдение конституционных принципов справедливости и соразмерности при назначении административного наказания законодательно обеспечено возможностью назначения одного из нескольких видов административного наказания, установленного санкцией соответствующей нормы закона за совершение административного правонарушения, установлением законодателем широкого диапазона между минимальным и максимальным пределами административного наказания, возможностью освобождения лица, совершившего административное правонарушение, от административной ответственности в силу малозначительности (статья 2.9 КоАП РФ). Таким образом, законодателем обеспечена необходимая дискреция юрисдикционных органов при применении административных наказаний.

В соответствии со статьей 2.9 КоАП РФ при малозначительности совершенного административного правонарушения судья, орган, должностное лицо, уполномоченные решить дело об административном правонарушении, могут освободить лицо, совершившее административное правонарушение, от административной ответственности и ограничиться устным замечанием.

Малозначительным административным правонарушением является действие или бездействие, хотя формально и содержащее признаки состава административного правонарушения, но с учетом характера совершенного правонарушения и роли правонарушителя, размера вреда и тяжести наступивших последствий не представляющее существенного нарушения охраняемых общественных правоотношений (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях»).

В постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» указано, что при квалификации правонарушения в качестве малозначительного судам необходимо исходить из оценки конкретных обстоятельств его совершения. Малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям (пункт 18).

При квалификации административного правонарушения в качестве

малозначительного судам надлежит учитывать, что статья 2.9 КоАП РФ не содержит оговорок о ее неприменении к каким-либо составам правонарушений, предусмотренным КоАП РФ. Возможность или невозможность квалификации деяния в качестве малозначительного не может быть установлена абстрактно, исходя из сформулированной в КоАП РФ конструкции состава административного правонарушения, за совершение которого установлена ответственность. Так, не может быть отказано в квалификации административного правонарушения в качестве малозначительного только на том основании, что в соответствующей статье Особенной КоАП РФ ответственность определена за неисполнение какой-либо обязанности и не ставится в зависимость от наступления каких-либо последствий.

Квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях и производится применительно к обстоятельствам конкретного совершенного лицом деяния. При этом применение судом положений о малозначительности должно быть мотивировано (пункт 18.1).

Исследовав конкретные обстоятельства совершенного правонарушения, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для признания совершенного конкурсным управляющим правонарушения малозначительным. К данному выводу суд пришел, учитывая следующие обстоятельства: допущенное нарушение не привело к нарушению реальных, а не формальных прав и законных интересов кредиторов и должника.

Оценив представленные доказательства, характер и степень общественной опасности правонарушения, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что в рассматриваемом случае при формальном наличии всех признаков состава вмененного правонарушения (по второму эпизоду) оно не содержит какой-либо угрозы охраняемым общественным отношениям (вменяемое ФИО2 правонарушение не повлекло негативные последствия для кредиторов, должника и иных лиц, в том числе причинение имущественного вреда, конкурсное производство в отношении ООО «ПГС» было прекращено в связи с выполнением всех мероприятий конкурсного производства, пополнением конкурсной массы должника, что позволило в полном объеме произвести полное погашение требований всех кредиторов ООО «ПГС»), и считает возможным квалифицировать правонарушение в качестве малозначительного.

Согласно пункту 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004 № 10 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях», установив при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности

малозначительность правонарушения, суд, руководствуясь частью 2 статьи 206 АПК РФ и статьей 2.9 КоАП РФ, принимает решение об отказе в удовлетворении требований административного органа, освобождая от административной ответственности в связи с малозначительностью правонарушения, и ограничивается устным замечанием.

При таких установленных обстоятельствах обжалуемое решение суда первой инстанции подлежит отмене в силу пунктов 2-4 части 1 статьи 270 АПК РФ с принятием по делу нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Суд апелляционной инстанции в данном конкретном случае ограничивается устным замечанием ФИО2

Четвертый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Забайкальского края от 15 августа 2025 года по делу

№ А78-1087/2025 отменить. Принять по делу новый судебный акт. В удовлетворении заявленного требования отказать.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть

обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд

первой инстанции в срок, не превышающий двух месяцев с даты принятия.

Председательствующий Д.В. Басаев

Судьи Е.А. Будаева

В.А. Сидоренко