Постановление от 24 января 2020 г. по делу № А27-16708/2019

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск Дело № А27-16708/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 20 января 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 января 2020 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего

ФИО1

судей

ФИО2

ФИО3

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мозгалиной И.Н. без использования средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО4 (№ 07АП-12211/2019(1)) на определение от 01.11.2019 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-16708/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Антер-строй» (650907, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>) по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО4, город Кемерово Кемеровской области об установлении размера требований и включении их в реестр требований кредиторов,

В судебном заседании приняли участие:

от ИП ФИО4: не явился (извещен),

от иных лиц: не явились (извещены)

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Кемеровской области от 16.08.2019 (резолютивная часть объявлена 14.08.2019) в отношении общества с ограниченной ответственностью «Антер-строй», (далее – ООО «Антер-строй», должник), введена процедура, применяемая в деле о банкротстве, – наблюдение, временным управляющим должника утвержден ФИО5.

Указанные сведения размещены в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 19.08.2019, опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 152 от 24.08.2019.

В Арбитражный суд Кемеровской области 13.09.2019 поступило заявление индивидуального предпринимателя ФИО4, (далее – ИП ФИО4, кредитор, заявитель) об установлении размера требований в размере 13 003 472 рубля 52 копейки, из которых 11 428 775 рублей 20 копеек – основной долг, 1 487 118 рублей 32 копейки – проценты за пользование чужими денежными средствами, 87 579 рублей – расходы по уплате государственной пошлины.

Определением от 01.11.2019 Арбитражный су Кемеровской области отказал ИП ФИО4 в удовлетворении заявления о включении требований в размере 13 003 472 рубля 52 копейки в реестр требований кредиторов ООО «Антер-строй».

Не согласившись с принятым судебным актом, ИП ФИО4 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, неполное выяснение обстоятельств имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.

Указав, что требование подтверждено вступившим в законную силу судебным актом. Сам по себе факт аффилированности между должником и кредитором не является основанием для отказа во включении обоснованного требования. Выводы суда о наличии в действия кредитора и должника в части совершения указанной сделки очевидного отклонения от добросовестного поведения является необоснованным.

Конкурсный управляющий ФИО5, в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменений, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, проверив в соответствии со статьёй 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность определения Арбитражного суда Кемеровской области, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Кемеровской области от 05.03.2018 по делу № А27-22830/2017 с ООО «Антер-Строй» в пользу ИП ФИО4 как поручителя, исполнившего обязательства за должника, взыскано 11 428 775 рублей 20 копеек задолженности, 1 487 118 рублей 32 копейки процентов за пользование чужими денежными средствами, а также 87 589 рублей расходов по уплате государственной пошлины.

Полагая, что образовавшаяся задолженность подлежит включению в реестр требований кредиторов должника, ИП ФИО4 обратился в арбитражный суд с данным заявлением.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходил из наличия в действиях сторон признаков злоупотребления правом.

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии со статьёй 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона о банкротстве состав и размер денежных обязательств, возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и заявленных после принятия арбитражным судом такого заявления, определяются на дату введения первой процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

В статье 2 Закона о банкротстве указано, что для целей применения этого закона денежным обязательством является обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации, бюджетным законодательством Российской Федерации основанию.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Исходя из указанных норм права, арбитражному суду необходимо по существу проверить доказательства возникновения задолженности и применения мер ответственности на основе положений норм материального права.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В обоснование заявления ФИО4 ссылается на вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Кемеровской области от 05.03.2018 по делу № А27-22830/2017 с ООО «Антер-Строй» в пользу ИП ФИО4 как поручителя, исполнившего обязательства за должника, взыскано 11 428 775 рублей 20 копеек задолженности, 1 487 118 рублей 32 копейки процентов за пользование чужими денежными средствами, а также 87 589 рублей расходов по уплате государственной пошлины.

Возражая на заявленное требование, конкурсный кредитор и управляющий указали на фактическую аффилированность ИП ФИО4 к должнику: перечисление ООО «Антер-Строй» ФИО4 денежных средств с различным назначением платежей, наличием у должника финансовых взаимоотношений с аффилированными к ФИО4 компаниями, в частности ООО «Уютстрой», где директором и учредителем является ФИО4 Комплекс зданий и сооружений по адресу: Кемеровская обл., г. Кемерово, Заводской район, ул. Спасательная, 59, ранее принадлежал и ФИО4 и ФИО6 (директору должника), что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество, намерением кредитора предоставить должнику помещение, принадлежащее ему на праве собственности, указанием в уставе должника места нахождения <...> (помещения, принадлежащего ФИО4); ФИО4 был представителем ООО «Антер-Строй» по делу № А 27-9854/2017.. У ФИО4 и директора ООО «Антер-Строй» ФИО7 имеется совместный ребенок.

Кроме этого конкурсный управляющий полагает, что ИП ФИО4, взыскав задолженность в судебном порядке, не намеревался её получить, о чем свидетельствует длительное непредъявление исполнительного листа к исполнению. Полагает, что целью просуживания задолженности является установление контроля над процедурой банкротства.

Из пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве следует, что заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Законом о конкуренции входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц (пункт 2 статьи 19 Закона о банкротстве).

Согласно правовой позиции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 N 306-ЭС16- 20056(6), в соответствии с которой доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. При определении аффилированности следует учитывать не только формальную юридическую связь обществ, но экономическую и иную связь обществ, из которой можно сделать вывод о подконтрольности одного общества другому. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Таким образом, установив родственные и юридические связи между сторонами сделок, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о доказанности факта заинтересованности должника и ИП ФИО4 через фактическую аффилированность.

Возражений о наличии аффилированности с должником, ФИО4 не заявлено.

Исходя из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056 (6), при представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Указанное распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности требования, возникшего из договора, и недопущения включения в реестр необоснованных требований (созданных формально и направленных на искусственное формирование задолженности с целью контролируемого банкротства либо имевшихся в действительности, но фактически погашенных (в ситуации объективного отсутствия у арбитражного управляющего документации должника и непредставлении такой документации аффилированным лицом), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Вместе с тем, ни должник, ни кредитор каких-либо разумных экономических мотивов своего поведения, не представили.

В условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора («дружественного» кредитора) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов.

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016)).

Установление наличия внутригрупповых отношений между сторонами и, как следствие, общности хозяйственных интересов участников спорных отношений, о котором заявляет возражающее против требований лицо, позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий, как кредитора, так и должника.

В данном случае достаточно подтвердить существенность сомнений в наличии долга.

Вместе с тем, учитывая размер предъявленных ИП ФИО4 требований - 11 428 775 рублей 20 копеек основного долга, имеющейся размер требований, включенных в реестр (ИП ФИО8 827 103 рубля основного долга), заявленных требований Комитета по управлению государственным имуществом Кемеровской области (818 860 рублей 09 копеек), принятых к рассмотрению в следующей процедуре банкротства, суд усматривает в действиях ИП ФИО4 признаки злоупотребления правом, выразившиеся в намерении установления контроля за процедурой банкротства с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Доводы подателя жалобы о том, что требование подтверждено вступившим в законную силу судебным актом и не подлежит пересмотру, судом апелляционной инстанции признаются несостоятельными.

Положения части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусматривают, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 N 30-П).

Согласно пункту 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.10.1996 N 13 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции" преюдициальное значение имеют факты, установленные решениями судов первой инстанции, а также постановлениями апелляционной и надзорной инстанций, которыми приняты решения по существу споров. Факты, установленные по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении судом другого дела, в котором участвуют те же лица. Если в этом деле участвуют и другие лица, для них эти факты не имеют преюдициального значения и устанавливаются на общих основаниях.

Таким образом, преюдициальность имеет объективные и субъективные пределы. Объективные пределы касаются обстоятельств, установленных вступившим в законную силу судебным актом по ранее рассмотренному делу. Субъективные пределы - это наличие одних и тех же лиц, участвующих в деле, или их правопреемников в первоначальном и последующем процессах. Если в деле участвуют и другие лица, для них факты, установленные в решении суда по другому делу, не имеют преюдициального значения и подлежат доказыванию на общих основаниях.

Учитывая специфику банкротства, при которой процессуальные права и обязанности должника напрямую проецируются на его кредиторов, то отсутствие преюдициального значения определенных обстоятельств для должника предполагает отсутствие его и для кредиторов должника.

С учетом приведённых положений и установленных обстоятельств, поскольку повышенные стандарты доказывания с учетом признаком аффилированности не применялись при рассмотрении спора по делу № А27-22830/2017, следовательно, объективные пределы преюдициальности не позволяют противопоставлять независимым кредиторам должника, обстоятельства установленные судом.

Доводы заявителя жалобы о том, что сам по себе факт аффилированности между должником и кредитором не является основанием для отказа во включении обоснованного требования, судом признается обоснованными, вместе с тем, суд исходи из следующего.

Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность.

Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом (пункт 26 Постановления N 35).

На практике это означает, что суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой, по сравнению с обычным спором.

По общему правилу, основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (стандарт "ясные и убедительные доказательства").

В то же время, если кредитор и должник являются аффилированными лицами (формально-юридически или фактически), то к требованию кредитора должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве, поскольку противостоящий им в правоотношении субъект оборота (независимый кредитор) в связи с этим не просто слаб в сборе доказательств, а практически бессилен.

Тесная экономическая связь позволяет аффилированному кредитору и должнику в такой степени внешне безупречно документально подтвердить мнимое обязательство, что независимые кредиторы в принципе не в состоянии опровергнуть это представлением иных документов. Поэтому суд должен провести настолько требовательную проверку соответствия действительности обстоятельств, положенных в основание притязаний аффилированного кредитора, насколько это возможно для исключения любых разумных сомнений в обоснованности его требования, когда все альтернативные возможности объяснений представленных доказательств являются чрезвычайно маловероятными (стандарт "достоверность за пределами разумных сомнений").

Такая проверка должна быть еще строже, чем при использовании стандарта "ясные и убедительные доказательства", то есть суд для удовлетворения требований не только должен провести анализ, свойственный предыдущему стандарту, убедившись в реальности хозяйственных операций, но и углубиться в правовую природу отношений сторон, изучив их характер, причины возникновения, экономический смысл, поведение сторон в предшествующий период и сопоставить установленное с их доводами.

Степень совпадения обстоятельств, выясненных судом в результате подобного скрупулезного анализа, с обстоятельствами, положенными утверждающим лицом (аффилированным кредитором) в основание притязаний, для вывода об их обоснованности должна быть крайне высока, а само совпадение отчетливо.

Данный подход согласуется с правовой позицией о том, что на стороны подвергаемой сомнению сделки, находящиеся в конфликте интересов, строго говоря, не распространяется презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 ГК РФ, и именно они должны в ходе судебного разбирательства подтвердить наличие разумных экономических мотивов сделки и реальность соответствующих хозяйственных операций, направленных на достижение непротиворечащей закону цели (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923, от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(1), № 306-ЭС16-17647(7), от 25.05.2017 № 306-ЭС16-19749, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 28.04.2017 № 305-ЭС16-19572, от 26.04.2017 № 306-КГ16-13687, № 306-КГ16-13672, № 306-КГ16-13671, № 306-КГ16-13668, № 306-КГ16-13666).

С учетом того, что недобросовестное осуществление гражданских прав нарушает основные начала гражданского законодательства и, в целом, представляет собой посягательство на публичные интересы, а частноправовой покров аффилированности является серьезным препятствием для познания истинных намерений аффилированных лиц, умышленно скрывающих их от остальных участников хозяйственного оборота, такой взыскательный подход к правилам доказывания в рассматриваемом случае является единственно возможным для адекватной компенсации значительного процессуального неравенства спорящих сторон.

Указанное следует из смысла многочисленной судебной практики Верховного Суда Российской Федерации по вопросам рассмотрения требований лиц, позиционирующих себя в качестве кредиторов должника, в реестр требований его кредиторов (определения от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784, от 18.09.2017 № 301-ЭС15-19729(2), от 25.09.2017 № 309-ЭС17-344(2), от 11.10.2017 № 304-ЭС15-193723(3), от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, от 23.07.2018 № 305-ЭС18-3009, от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533, от 08.05.2019 № 305-ЭС18-25788(2) и пр.).

Приведенные убедительные возражения конкурсного управляющего и независимых конкурирующих кредиторов, относительно обоснованности заявленного к включению в реестр требования ставят под сомнение сам факт существования обязательства.

При этом суд отказывает во включении требования в реестр не по самому факту аффилированности кредитора и должника, а при наличии установленных признаков злоупотребления правом.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, об отказе ИП ФИО4 в удовлетворении заявления о включении его требований в реестр требований кредиторов ООО «АнтерСтрой» в полном объеме

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьёй 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 01.11.2019 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-16708/2019 оставить без изменений, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО4 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Председательствующий

ФИО1

Судьи

ФИО2

ФИО3