Постановление от 29 сентября 2021 г. по делу № А66-3572/2019

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А66-3572/2019
г. Вологда
29 сентября 2021 года


Резолютивная часть постановления объявлена 22 сентября 2021 года.

В полном объеме постановление изготовлено 29 сентября 2021 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Селецкой С.В., судей Писаревой О.Г. и Шумиловой Л.Ф. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на решение Арбитражного суда Тверской области от 06 мая 2021 года по делу № А66-3572/2019,

у с т а н о в и л:

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Тверской области с исковым заявлением о взыскании с ФИО3 (с учетом уточнений иска) 2 185 699 руб. 94 коп. в порядке субсидиарной ответственности по денежным обязательствам общества с ограниченной ответственностью «МА-НЯНЯ» (адрес: 127055, Москва, Новослободская ул., д. 14/19, стр. 8, пом. II, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество, должник).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены администрация города Кимры Тверской области, общество с ограниченной ответственностью «ВЦ Просвещение», общество с ограниченной ответственностью «Интеллектуальная интеграция», общество с ограниченной ответственностью «НИО», муниципальное унитарное предприятие города Кимры «Водопроводно-канализационное хозяйство».

Решением от 24.02.2020, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.05.2020, в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 13.11.2020 решение суда от 24.02.2020 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.05.2020 отменены, дело направлено в Арбитражный суд Тверской области на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении дела решением суда от 06.05.2021 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Истец с указанным решением не согласился, обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемый судебный акт, удовлетворить заявленные требования.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указал на неправильное применение судом первой инстанции норм материального и процессуального права. Ссылаясь на положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, апеллянт указывает на отсутствие законных оснований для освобождения ответчика от субсидиарной ответственности. Считает доказанной всю совокупность обстоятельств, достаточных для такого привлечения, доказательств разумного поведения в части исполнения ответчиком требования одного кредитора в ущерб интересам другого ответчик в нарушение установленных законом презумпций не обосновал.

ФИО3 в отзыве, возражая против апелляционной жалобы, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Лица, участвующие в рассмотрении дела, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в порядке, установленном пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», представителей в суд не направили, в связи с чем дело рассматривается в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,

определением Арбитражного суда города Москвы от 16.08.2016 в отношении Общества возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) № А40-150519/2016.

Определением от 17.11.2016 суд перешел к рассмотрению дела о банкротстве Общества по правилам параграфа 7 «Банкротство застройщиков» главы IX Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

В связи с передачей дела по подсудности определением Арбитражного суда Тверской области от 09.01.2017 в отношении Общества возбуждено дело № А66-14720/2016 о банкротстве должника. Определением суда от 19.04.2017 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО4.

Определением от 05.05.2017 требование ФИО2 в размере 1 721 761 руб. 15 коп. включено в реестр требований кредиторов должника (далее – реестр).

Решением от 16.11.2017 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО4

Определением от 11.12.2017 конкурсным управляющим утверждена ФИО5.

Определением от 27.12.2017, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 30.03.2018, утверждено мировое соглашение по делу о банкротстве, подписанное со стороны должника конкурсным управляющим ФИО5, со стороны кредиторов –представителем собрания кредиторов ФИО6, действовавшим на основании решения собрания от 08.12.2017. Производство по делу о банкротстве Общества прекращено.

Согласно условиям названного мирового соглашения требования конкурсных кредиторов Общества погашаются не позднее 01.09.2018.

Поскольку мировое соглашение должник в установленный срок не исполнил, задолженность не погасил, ФИО2 обратился в суд с иском о привлечении ФИО3, являющегося единственным участником и руководителем Общества, к субсидиарной ответственности.

В обоснование иска ФИО2 указал на незаконные действия ФИО3, являющегося контролирующим должника лицом, в том числе по заключению муниципального контракта от 03.12.2013 без наличия банковской гарантии, привлечению средств дольщиков в отсутствие собственных активов, заключению договора от 18.07.2017 с индивидуальным предпринимателем ФИО7, направленных на вывод активов должника, повлекших признание должника несостоятельным (банкротом). Кроме того, Общество 07.11.2019 исключено из единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) в связи с наличием в реестре недостоверных сведений. В результате требования кредитора не удовлетворены.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 названного Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 Закона о банкротстве, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона, действовавшей в спорный период) если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Из разъяснений, приведенных в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», применимых в данном деле, следует что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

Если банкротство наступило в результате действий (бездействия) контролирующего лица, однако помимо названных действий (бездействия) увеличению размера долговых обязательств способствовали и внешние факторы (например, имели место неправомерный вывод активов должника под влиянием контролирующего лица и одновременно порча произведенной должником продукции в результате наводнения), размер субсидиарной ответственности контролирующего лица может быть уменьшен по правилам абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно условиям мирового соглашения, заключенного в рамках дела о банкротстве Общества, требования его конкурсных кредиторов следовало погасить не позднее 01.09.2018. Требования ФИО2 не погашены.

Как верно указал суд в обжалуемом судебном акте ФИО2 не обладал правом на обращение в суд с требованием о расторжении мирового соглашения в силу статьи 164 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

При этом бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий органов юридического лица, к которым относится ответчик, возлагается на лицо, требующее привлечения участников к ответственности, то есть на истца.

Из разъяснений, приведенных в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что судам, применяя положения статьи 53.1 ГК РФ об ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

Как усматривается из материалов дела, Общество исключено из ЕГРЮЛ в связи с признанием регистрирующим органом сведений, содержащихся в реестре в отношении Общества, недостоверными.

Согласно пункту 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства.

В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1–3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В силу статьи 419 ГК РФ обязательство прекращается ликвидацией юридического лица (должника или кредитора), кроме случаев, когда законом или иными правовыми актами исполнение обязательства ликвидированного юридического лица возлагается на другое лицо (по требованиям о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, и др.).

Правоспособность юридического лица прекращается в момент внесения в ЕГРЮЛ сведений о его прекращении (пункт 3 статьи 49 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» в действующей редакции (далее – Закон № 129-ФЗ), юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (недействующее юридическое лицо).

При наличии одновременно указанных в пункте 1 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (пункт 2 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 56 ГК РФ учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом или другим законом.

Таким образом, из изложенного выше следует, что само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1–3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения участников общества следует применять по аналогии разъяснения, изложенные в пунктах 2, 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62).

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений.

Как следует из материалов дела, 10.11.2017 в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений в отношении Общества, тогда как публикация в газете «Коммерсантъ» о признании должника несостоятельным (банкротом) и открытии конкурсного производства размещена 25.11.2017 (№ 220). Из сообщений юридических лиц, опубликованных в журнале «Вестник государственной регистрации» усматривается, что решение от 22.07.2019 № 120284 о предстоящем исключении принято налоговым органом.

Таким образом, Общество исключено из ЕГРЮЛ на основании решения регистрирующего органа. Убедительных, достоверных доказательств направления ФИО2 в регистрирующий орган заявлений в порядке, установленном пунктом 4 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ, равно как и нарушения регистрирующим органом положений пунктов 1 и 2 названной статьи Закона, обжалования соответствующих действий регистрирующего органа и признания таковых незаконными в установленном Законом порядке, судам двух инстанций не представлено, материалы дела не содержат.

Судом правомерно учтено отсутствие в материалах дела доказательств, свидетельствующих об осуществлении Обществом финансово-хозяйственной деятельности, наличии у него имущества, за счет которого возможно было удовлетворить требования кредитора.

Доказательств, подтверждающих незаконные, противоправные действия ФИО3 по выводу активов должника, в том числе названные истцом, доведение Общества до банкротства, материалы дела не содержат. В нарушение статьи 65 АПК РФ доказательства, подтверждающие незаконность, недобросовестность, неразумность действий ответчика, повлекших неисполнение обязательств Общества, направленных на уклонение от исполнения обязательств, наличие причинно-следственной связи с прекращением деятельности Общества, вины ответчика, судам двух инстанций не представлено.

При таких обстоятельствах суд пришел к правомерному и обоснованному решению об отказе в удовлетворении иска.

Ссылки апеллянта на Постановление Конституционного Суда Российской федерации от 21.05.2021 № 20-П не могут быть приняты во внимание, поскольку в рассматриваемом деле отличные фактические обстоятельства, а также доказательства, представленные сторонами, оценка которым дана судом в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции констатирует, что аргументы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не проверены и учтены арбитражным судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Иное толкование апеллянтом положений закона, иная оценка обстоятельств дела не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

Других убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, в апелляционной жалобе не содержится.

Судом первой инстанции полно и всесторонне исследованы обстоятельства дела, нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены решения суда апелляционная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

решение Арбитражного суда Тверской области от 06 мая 2021 года по делу № А66-3572/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение двух месяцев со дня принятия.

Председательствующий

С.В. Селецкая

Судьи

О.Г. Писарева

Л.Ф. Шумилова