Постановление от 19 февраля 2019 г. по делу № А59-3354/2017

145/2019-8254(2)

Пятый арбитражный апелляционный суд ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

тел.: (423) 221-09-01, факс (423) 221-09-98 http://5aas.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А59-3354/2017
г. Владивосток
19 февраля 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена 18 февраля 2019 года. Постановление в полном объеме изготовлено 19 февраля 2019 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Е.Н. Шалагановой, судей А.В. Ветошкевич, К.П. Засорина, при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2,

апелляционное производство № 05АП-9204/2018 на определение от 25.10.2018 судьи С.О. Кучеренко о процессуальном правопреемстве

по делу № А59-3354/2017 Арбитражного суда Сахалинской области по заявлению ФИО2

о признании общества с ограниченной ответственностью «Сахалинская медицинская помощь» (ОГРН <***>, ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

при участии:

от ФИО2 – представитель ФИО3 (доверенность со специальными полномочиями от 30.09.2018 сроком действия на 3 года, паспорт);

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле о банкротстве;

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Сахалинской области от 26.04.2018 (резолютивная часть судебного акта объявлена 19.04.2018) общество с ограниченной ответственностью «Сахалинская медицинская помощь» (далее – ООО «Сахмедпом») признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4. Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсанть» № 77 от 05.05.2018.

В рамках дела о банкротстве ФИО5 обратился в арбитражный суд с заявлением о замене кредитора - Банка ВТБ (публичное акционерное общество) (далее – ПАО «ВТБ», Банк) в реестре требований кредиторов должника на правопреемника ФИО5 с требованием в сумме 4 910 846 рублей 61 копейка, в том числе 3 213 260 рублей 04 копейки основного долга, 487 402 рублей 73 копеек просроченных процентов, 168 105 рублей 22 копейки процентов за просрочку погашения основного долга, 1 000 000 рублей неустойки как обеспеченных залогом имущества должника, а также 42 078 рублей 62 копейки расходов по госпошлине.

Определением суда от 25.10.2018 требования удовлетворены частично: Банк в порядке процессуального правопреемства заменен в реестре требований кредиторов ООО «Сахмедпом» на его правопреемника – ФИО5 с требованием в размере 4 868 767 рублей 99 копеек, из них: 3 213 260 рублей 04 копейки – основной долг, 487 402 рубля 73 копеек –

просроченные проценты, 168 105 рублей 22 копейки – проценты за просроченный основной долг, 1 000 000 рублей – неустойка, как обеспеченные залогом имущества должника. В части установления правопреемства по требованию в сумме 42 078 рублей 62 копейки - расходов по госпошлине отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом в части произведенного процессуального правопреемства, заявитель по делу о банкротстве ФИО2 обжаловал его в апелляционном порядке.

По мнению апеллянта, представленные в обоснование требования ФИО5 договоры уступки являются мнимыми, в связи с чем правовых оснований для установления процессуального правопреемства не имелось. Податель жалобы утверждал, что правопреемник Банка, приобретая бесперспективную к взысканию задолженность, действовал исключительно в интересах ФИО6 (участника ООО «Сахмедпом» с 50 % долей участия в уставном капитале общества) в целях получения последним контроля за процедурой банкротства должника.

Для подтверждения своих доводов ФИО2 ходатайствовал о приобщении к материалам дела приложенных к дополнениям на апелляционную жалобу документов: копий апелляционной жалобы ФИО5 на определение от 07.12.2017, запроса и уведомлений ФИО2 в адрес ФИО5 от 12.11.2018, 07.12.2018, 20.12.2018, 14.01.2019 (с приложением доказательств отправки запроса и его получения адресатом); копий определений суда от 05.12.2018 и от 28.02.2018 по делу № А59-3354/2017, копий определений суда от 02.10.2018 и от 02.11.2018 по делу № А59-1019-10/2018.

В представленном письменном отзыве ФИО5 возражал против доводов жалобы, настаивая на законности обжалуемого судебного акта. Участник спора указал на экономическую обоснованность

приобретения права требования к должнику (в том числе, с учетом возможности нового кредитора взыскивать проценты по неисполненному кредитному обязательству и обеспеченности права требования залогом имущества). К отзыву приложены копии заявления Остапенко А.В. от 30.11.2018 о включении в реестр требований кредиторов должника 3 167 547 рублей 24 копеек процентов и неустойки, определения суда от 06.12.2018 по настоящему делу, постановления Арбитражного суда Дальневосточного округа от 30.10.2018 по делу № А59-5265/2015, определения Арбитражного суда Сахалинской области от 02.11.2018 по делу № А59-1019-10/2018.

В судебном заседании представитель апеллянта поддержала изложенную в жалобе позицию; неявка в заседание суда иных лиц, участвующих в деле о банкротстве, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, не препятствовала коллегии рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Рассмотрев ходатайства участников спора о приобщении к материалам дела дополнительных документов, коллегия, руководствуясь статьями 159, 184, 185, частью 2 статьи 268 АПК РФ, определила их удовлетворить, за исключением требований о приобщении к материалам дела судебных актов, которые по смыслу статьи 64 АПК РФ не являются доказательствами.

Исследовав материалы дела, суд установил, что определением суда от 15.06.2018 по настоящему делу признаны обоснованными и подлежащими включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования ПАО «ВТБ», вытекающие из кредитного договора

№ <***> 01.04.2014 и договора залога № 69300/18/207-143А- 00494 от 01.04.2014, в размере 4 910 846 рублей 61 копейки, из них 4 868 767 рублей 99 копеек (3 213 260 рублей 04 копейки основного долга, 487 402 рублей 73 копеек просроченных процентов, 168 105 рублей 22 копейки

процентов за просроченный основной долг, 1 000 000 рублей неустойки) как обеспеченные залогом имущества, а также 42 078 рублей 62 копейки расходов по госпошлине.

Далее, Банк по договору уступки прав требования № 10 от 09.06.2018 уступил право требования по кредитному договору № <***> от 01.04.2014 и обеспечивающим его исполнение обязательствам (договору залога и поручительства) в пользу ФИО7.

27.07.2018 между ФИО7 (цедент) и ФИО5 (цессионарий) был подписан договор уступки права требования (цессии), согласно которому цедент передал, а цессионарий принял права требования по кредитному договору № <***> от 01.04.2014 и обеспечивающим его исполнение обязательствам в объеме 4 910 846 рублей 61 копейка (в том числе, 3 213 260 рублей 04 копейки - не уплаченная в срок сумма основного долга; 487 402 рубля 73 копейки - не уплаченные в срок проценты за пользование кредитом; 168 105 рублей 22 копейки - проценты, начисленные на просроченную задолженность; 1 000 000 рублей - признанная судом сумма неустойки за несвоевременное погашение кредита).

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, ФИО5 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о замене кредитора, по результатам рассмотрения которого суд первой инстанции пришел к выводу о его обоснованности (за исключением требований в размере 42 078 рублей 62 копеек расходов по госпошлине, о передаче которых не имеется указания в договоре уступки от 27.07.2018).

Проверив в порядке, предусмотренном статьями 266, 268, 272 АПК РФ правильность применения судом норм материального и процессуального права, проанализировав доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе и отзывах на неё, судебная коллегия считает, что определение суда первой инстанции не подлежит отмене или изменению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно статье 48 АПК РФ в случае выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте.

Нормы Закона о банкротстве не исключают замену в порядке процессуального правопреемства конкурсного кредитора, требования которого включены в реестр требований кредиторов должника; перечень же оснований для замены стороны ее правопреемником является открытым

Пунктом 1 статьи 382 ГК РФ установлено, что право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали на момент перехода права (статья 384 ГК РФ).

Из пункта 1 статьи 388 ГК РФ следует, что уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону. Взаимные права и обязанности цедента и цессионария определяются настоящим Кодексом и договором между ними, на основании которого производится уступка. Требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого

производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное (пункты 1 и 2 статьи 389.1 ГК РФ).

Согласно статье 384 ГК РФ к новому кредитору вместе с правом первоначального кредитора переходят и права, обеспечивающие исполнение обязательства. К таким правам относится и право залога, акцессорный характер которого подчеркивается и статьей 355 Кодекса, в соответствии с частью 2 которой уступка залогодержателем своих прав по договору о залоге другому лицу действительна, если тому же лицу уступлены права (требования) к должнику по основному обязательству, обеспеченному залогом (пункт 19 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Руководствуясь вышеприведенными правовыми нормами, проанализировав представленные в обоснование требований договоры цессии, суд первой инстанции правомерно произвел замену первоначального кредитора должника – ПАО «ВТБ» на его правопреемника – ФИО5 с суммой требований в размере 4 868 767 рублей 99 копеек, в качестве требований, обеспеченных залогом имущества должника. При этом у суда не имелось оснований для правопреемства в части требования к должнику в размере 42 078 рублей 62 копеек расходов по госпошлине при отсутствии в договоре от 27.07.2018 указания на уступку данной суммы.

Возражая против указанных выводов суда первой инстанции, апеллянт указал на мнимость договоров цессии. По утверждению подателя жалобы, о их ничтожности (мнимости) договоров свидетельствует факт заинтересованности ФИО7 (первоначального правопреемника Банка) по отношению к ФИО6, являющемуся участником ООО «Сахмедпом» с 50 % долей участия в уставном капитале общества, отсутствие какой-либо экономической целесообразности в приобретении ФИО7, а затем и ФИО5 бесперспективной к

взысканию задолженности, а также отсутствие доказательств финансовой возможности Браташ А.В. оплатить приобретенное требование и подтверждений осуществления расчетов в рамках договоров уступки.

Вместе с тем, положения пункта 1 статьи 170 ГК РФ о мнимости сделки применяются в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения. В обоснование мнимости необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении (Постановление Президиума ВАС РФ от 05.04.2011 № 16002/10 по делу № А73-15601/2009).

Таким образом, установление судом порочности воли каждой из ее сторон является обязательным условием признания сделки мнимой. Если хотя бы у одной из сторон имелась воля на создание правовых последствий от оспариваемой сделки, то мнимый характер сделки исключается. Указанная позиция отражена в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.11.2005 № 2521/05.

Доказательств отсутствия у Банка, ФИО7 и ФИО5 намерения достигнуть цели заключения договоров уступки права требования заявителем жалобы не представлено. Суд отмечает, что приобретая право требования к должнику у ПАО «ВТБ», ФИО7 исполнила принятое в рамках договора уступки прав требования № 10 от 09.06.2018 обязательство по оплате. Одновременно, непредставление сведений о расчетах между ФИО7 и ФИО5 не свидетельствует о ничтожности договора цессии от 27.07.2018. Неисполнение обязательств по оплате по договору уступки не влияет на его действительность, а является основанием для предъявления цедентом к цессионарию соответствующих претензий и требований.

Кроме того, учитывая, что ФИО7, получившая право от Банка и уступившая его ФИО5, выбыла из денежного обязательства,

коллегия отклоняет как не имеющий правового значения довод апеллянта о возможной заинтересованности Браташ А.В. по отношению к участнику должника и отсутствии у нее финансовой возможности для приобретения права требования. Документального подтверждения довода о действиях Остапенко А.В. в интересах Лексина А.А. в целях получения контроля над процедурой банкротства должника Капелюхом В.А. не представлено.

Также суд апелляционной инстанции не принимает ссылку апеллянта на отсутствие экономической целесообразности в приобретении ФИО5 права требования к должнику, при том, что в силу статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Как обоснованно указано судом первой инстанции, замена ПАО «ВТБ» на ФИО5 в реестре требований кредиторов должника не приводит к нарушению интересов должника и кредиторов как по текущим, так и по реестровым платежам, поскольку передача одним кредитором другому реального денежного требования не влияет ни на размер этого требования, ни на объем конкурсной массы. В данном случае процессуальная замена кредитора не нарушает прав и законных интересов иных кредиторов.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы не нашли своего подтверждения и не опровергают выводы суда первой инстанции, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исследованным судом первой инстанции, дана надлежащая правовая оценка по правилам, установленным статьей 71 АПК РФ, выводы суда первой инстанции соответствуют материалам дела и действующему законодательству.

Нарушений норм процессуального и материального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено, оснований для

удовлетворения апелляционной жалобы и отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Вопрос о распределении судебных расходов коллегией не рассматривался, поскольку в соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба по данной категории дел не облагается государственной пошлиной.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 АПК РФ, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Сахалинской области от 25.10.2018 по делу № А59-3354/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Сахалинской области в течение одного месяца.

Председательствующий Е.Н. Шалаганова

Судьи А.В. Ветошкевич

К.П. Засорин