Постановление от 24 марта 2022 г. по делу № А31-10184/2015

ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А31-10184/2015
г. Киров
24 марта 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 21 марта 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 24 марта 2022 года.


Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Хорошевой Е.Н.,

судейКормщиковой Н.А., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2,


при участии в судебном заседании:

представителя ООО «Глазовский комбикормовый завод» – ФИО3, по доверенности от 13.01.2022,

представителя ФИО4 – ФИО5, по доверенности от 07.10.2021,


рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Глазовский комбикормовый завод»

на определение Арбитражного суда Костромской области от 22.12.2021 по делу № А31-10184/2015

по заявлению ФИО6

к ФИО7 (адрес регистрации: <...>)

о признании несостоятельным (банкротом),

установил:

Решением Арбитражного суда Костромской области от 08.12.2016 ФИО7 (далее также – должник, ФИО7) признан несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 17.07.2020 финансовым управляющим утвержден ФИО8 (далее – финансовый управляющий), член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Меркурий».

В Арбитражный суд Костромской области от финансового управляющего поступило ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина, отчет о результатах своей деятельности с приложением соответствующих доказательств, ходатайство о перечислении денежных средств с депозита суда в счет оплаты вознаграждения арбитражного управляющего.

Конкурсный кредитор – акционерное общество «Россельхозбанк» направили в суд первой инстанции ходатайства о неприменении правил об освобождении должника от исполнения обязательств.

Определением Арбитражного суда Костромской области от 22.12.2021 завершена процедура реализации имущества должника ФИО7 о признании несостоятельным (банкротом); прекращены полномочия финансового управляющего ФИО8; судом определено освободить гражданина ФИО7 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе, требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина.

Общество с ограниченной ответственностью «Глазовский комбикормовый завод» (далее – ООО «Глазовский комбикормовый завод», Общество, кредитор) с принятым определением суда не согласно, обратилось во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение в части освобождения должника от исполнения обязательств, просит принять новый судебный акт.

По мнению заявителя жалобы, должник в предбанкротный период и после подачи заявления на банкротство осуществлял действия по созданию искусственной кредиторской задолженности и действия, направленные на вывод имущества, принадлежащего должнику. Как указывает апеллянт, имеются вступившие в законную силу судебные акты о признании (об отказе в признании) сделок недействительными, об отказе во включении в реестр требований кредиторов, подтверждающие недобросовестное поведение должника. Апеллянт отмечает, что именно ФИО6 обратился с заявлением о признании ФИО7 несостоятельным (банкротом). При этом на момент проведения первого собрания кредиторов у ФИО6 имелся контроль реестра требований кредиторов. Указанное выше говорит также и о том, что должник ФИО7 и заявитель по делу о банкротстве ФИО6 являются взаимосвязанными, заинтересованными лицами. На это, в частности, указывает факт признания иска ФИО6 ФИО7 при рассмотрении Свердловским районным судом г. Костромы дела № 2-5129/2015 по установлению факта наличия задолженности ФИО7 перед ФИО6 Заявитель жалобы указывает, что когда ФИО6 определением суда от 03.03.2017 был исключен из реестра кредиторов, с заявлением о включении в реестр обратилось ООО «Вектор», действия которого, а также ФИО7 определением от 18.12.2017 были признаны недобросовестными, со злоупотреблением права. ФИО7, потеряв контроль над реестром требований кредиторов через ФИО6, попытался завести в реестр требований кредиторов нового кредитора – ООО «Вектор». Апеллянт ссылается на наличие признаков заинтересованности в действиях ООО «Мясодар». Основной целью создания и деятельности ООО «Мясодар» являлся вывод на него имущества ФИО7 Обстоятельства, изложенные в материалах уголовного дела, на которое ссылается финансовый управляющий, никем не оспаривались. По мнению апеллянта, имеет место быть согласованный вывод имущества ФИО7 на заинтересованных (либо связанных) с ним лиц, а также действия, направленные на увеличение кредиторской задолженности путем включения в реестр кредиторов по мнимым сделкам. При этом судом установлено злоупотребление правом как со стороны ФИО7, так и иных участников порочных сделок.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 08.02.2022 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 09.02.2022.

ФИО7 в отзыве на апелляционную жалобу указывает, что договор купли-продажи оборудования от 23.09.2013 заключался между должником и покупателем в процессе обычной хозяйственной деятельности индивидуального предпринимателя и не мог повлечь нарушение прав кредиторов. Вопреки мнению апеллянта должник не мог совершать какие-либо целенаправленные действия с целью вывода имущества и последующего банкротства, поскольку заявление о банкротстве должника было подано 29.10.2015 не ФИО7, а одним из его кредиторов. В отношении договоров купли-продажи с гражданином ФИО9 должник ссылается на отказ суда в признании указанной сделки недействительной, заключенные сделки являлись равноценными. Должник подтверждает, что действительно заключал договор аренды с ООО «Вектор» от 20.06.2014 и договор займа от 10.02.2015 с ФИО6 Вместе с тем при включении в реестр требований кредиторов указанные лица не смогли доказать наличие прав требования к должнику. Должник указывает, что был заинтересован в оспаривании договора купли-продажи № 1 от 01.11.2013 с ООО «Мясодар» и предпринимал все зависящие от него меры. При этом ни финансовый управляющий в деле о банкротстве, ни кто-либо из кредиторов в рамках дела о банкротстве не оспаривали заключенный между должником и ООО «Мясодар» договор, а также соглашения о взаимном выполнении обязательств. Как отмечает должник, вступление в дело в установленные сроки позволило бы Обществу обжаловать указанные им в апелляционной жалобе сделки ООО «Мясодар» и ФИО7 Также ООО «Глазовский комбикормовый завод» не направляло возражения на представленный финансовым управляющим отчет о завершении процедуры реализации имущества гражданина, фактически согласившись с тем, что все необходимые мероприятия финансовым управляющим по делу были проведены, включая оспаривание сделок. О добросовестном поведении должника свидетельствуют и фактические основания банкротства. В отношении должника на протяжении 2013-2015 гг. проводились различные проверки прокуратурой, МВД, ФСБ. Никаких противоправных действий со стороны должника установлено не было. В связи с чем, как отмечает должник, ссылка апеллянта на материалы уголовных дел является необоснованной и неправомерной. По результатам проведения процедуры реализации имущества гражданина арбитражным управляющим был составлен финансовый отчет 29.12.2021, в котором признаки преднамеренного банкротства не выявлены, признаки фиктивного банкротства не выявлены. За неправомерные действия при банкротстве должник не привлекался (соответствующие решения судов отсутствуют). Все необходимые сведения, необходимые для ведения процедуры банкротства должника были незамедлительно переданы финансовому управляющему, включая принадлежащее должнику имущество. Должник считает оспариваемое определение законным и обоснованным, наличие обстоятельств, препятствующих применению правил об освобождении должника от обязательств, не доказано.

В судебном заседании представители кредитора и должника поддержали доводы жалобы и отзыва на нее.

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассматривается в отсутствие неявившихся лиц.

Как усматривается из текста апелляционной жалобы, ООО «Глазовский комбикормовый завод» просит отменить обжалуемое определение в части освобождения ФИО7 от дальнейшего исполнения обязательств.

В силу части 5 статьи 268 АПК РФ, с учетом разъяснений, данных в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений. При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Возражений против проверки судебного акта в обжалуемой части к началу рассмотрения апелляционной жалобы не поступало.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции осуществляет проверку судебного акта только в обжалуемой части.

Законность определения Арбитражного суда Костромской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ в пределах, определяемых доводами апелляционной жалобы, с учетом возражений на неё.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве; отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве (пункт 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве).

Пунктом 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Суд первой инстанции установил, что финансовым управляющим выполнены все мероприятия, необходимые для завершения процедуры банкротства в отношении ФИО7, и исполнена установленная в пункте 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве обязанность по представлению в арбитражный суд отчета о результатах реализации имущества гражданина и иных документов, необходимых для завершения реализации имущества гражданина.

Учитывая отсутствие возможности восстановления платежеспособности должника, отсутствие имущества и средств для расчетов с кредиторами, суд первой инстанции посчитал возможным на основании статьи 213.28 Закона о банкротстве завершить процедуру реализации имущества в отношении гражданина.

В указанной части лица, участвующие в деле, не обжаловали судебный акт, вместе с тем кредитор не согласен с освобождением должника от дальнейшего исполнения обязательств перед Обществом.

В силу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина. Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 названной статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве гласит, что освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

- вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

- гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

- доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Как разъяснено в пунктах 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

Таким образом, законодатель предусмотрел механизм освобождения гражданина, признанного банкротом, от обязательств, одним из элементов которого является добросовестность поведения гражданина, в целях недопущения злоупотребления в применении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств как результата банкротства.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Исходя из содержания указанной нормы права, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер. С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о злоупотреблении правом со стороны контрагента, выразившемся в заключении спорной сделки.

Общество в обоснование требования о неприменения к должнику правил об освобождении от обязательств указывает на согласованный вывод имущества ФИО7 на заинтересованных (либо связанных) с ним лиц, а также действия, направленные на увеличение кредиторской задолженности путем включения в реестр кредиторов по мнимым сделкам.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Апеллянт ссылается на определение Арбитражного суда Костромской области от 31.07.2019 по делу № А31-10184/2015, согласно которому признан недействительным договор купли-продажи от 23.09.2013, заключенный между ФИО7 и ФИО10, на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем из вышеназванного определения не усматривается установление судом факта злоупотребления правом со стороны должника. В настоящем споре кредитором также не представлено доказательств осуществления ФИО7 недобросовестных действий при заключении рассматриваемой сделки.

Согласно определению суда от 31.07.2019 ФИО10 по договору от 23.09.2013 должник передал в собственность оборудование стоимостью 100 000 руб. В результате признания сделки недействительной спорное имущество было возвращено в конкурсную массу, однако в последующем утилизировано по решению собрания кредиторов от 31.10.2020 (сообщение ЕФРСБ № 5679869), которое не оспорено в установленном законом порядке. Собранием кредиторов установлена нерентабельность переданного оборудования, его физический износ, а также отсутствие экономической ценности.

По общему правилу в случае признания сделки недействительной по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, применяются последствия недействительности сделки в соответствии со статьей 61.6 Закона о банкротстве. Так, согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве всё, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Следовательно, в любом случае спорное имущество при его наличии подлежало бы возвращению в конкурсную массу. При этом бесспорных доказательств ликвидности рассматриваемого имущества на момент ведения процедуры банкротства без передачи его должником иным лицам или заключения сделки с иным, незаинтересованным лицом, не представлено.

Таким образом, злоупотребление правом со стороны должника при заключении вышеназванной сделки апеллянтом в соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ не доказано.

Заявитель жалобы также ссылается на определение Арбитражного суда Костромской области от 16.11.2018 по делу № А31-10184/2015, согласно которому отказано в признании недействительным договора купли-продажи трактора №4/11/2015 от 12.11.2015, договора купли-продажи транспортного средства № 5/11/2015 от 12.11.2015, договора купли-продажи трактора № 2/11/2015 от 12.11.2015, договора купли-продажи имущества № 1/11/2015 от 12.11.2015 договора купли-продажи транспортного средства № 3/11/2015 от 12.11.2015 и применении последствий недействительности сделок.

По мнению апеллянта, суд в вышеуказанном обособленном споре не исследовал обстоятельства оплаты и использования денежных средств.

Как следует из определения суда от 16.11.2018, правовым обоснованием заявленного требования финансовым управляющим явился пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При этом судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Определением суда от 16.11.2018 отказано в признании сделок недействительными ввиду недоказанности неравноценного встречного предоставления. Причинение вреда имущественным правам кредиторов должника оспариваемыми сделками судом не установлено, равно как и злоупотребления правом их сторонами.

С учетом изложенного соответствующие доводы апелляционной жалобы признаются судебной коллегией несостоятельными, поскольку, по сути, направлены на пересмотр вступивших в законную силу определений суда. Вместе с тем анализ документов, уже оцененных арбитражным судом при рассмотрении другого дела, является нарушением требований статьи 69 АПК РФ (постановление Президиума ВАС РФ от 25.03.2008 № 12664/07 по делу № А29-2753/06-1э).

Доказательств отмены или изменений определений суда по настоящему делу, положенных в основу апелляционной жалобы, не представлено.

Основания не принимать во внимание вступившие в законную силу судебные акты по настоящему делу, по результатам которых судом не установлено злоупотребление правом со стороны должника, у судебной коллегии отсутствуют.

Необходимо также учитывать, что нельзя оспаривать сделку, причиняющую вред кредиторам, на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, если она не выходит за рамки понятия подозрительной сделки (данная позиция отражена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069).

Между тем кредитором не указаны основания для признания сделок недействительными, выходящие за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Заявитель жалобы полагает, что должник имел намерение контролировать процедуру банкротства через ООО «Вектор» и гражданина ФИО6

Определением Арбитражного суда Костромской области от 06.05.2016 по делу № А31-10184/2015 в отношении должника – гражданина ФИО7 введена процедура реструктуризации долгов. Финансовым управляющим утвержден ФИО11. Требования ФИО6 в размере 43117146 руб. 30 коп. включены в реестр требований кредиторов ФИО7 третьей очереди.

05.10.2016 общество с ограниченной ответственностью Торговая компания «РОСТ» обратилось в арбитражный суд с заявлением о пересмотре судебного акта по новым обстоятельствам в связи с отменой судебного акта суда общей юрисдикции.

Решением Арбитражного суда Костромской области от 02.02.2017 определение Арбитражного суда Костромской области от 06.05.2016 по делу № А31-10184/2015 в части включении требования ФИО6 в размере 43117146 руб. 30 коп. в реестр требований кредиторов ФИО7 отменено по новым обстоятельствам.

Определением Арбитражного суда Костромской области от 03.03.2017 в удовлетворении требований ФИО6 о включении в реестр требований кредиторов отказано.

Определением Арбитражного суда Костромской области от 18.12.2017 ООО «Вектор» отказано во включении в реестр требований кредиторов должника.

Надлежащих доказательств того, что должник с ФИО6 или ООО «Вектор» являются заинтересованными (аффилированными) лицами, не представлено. Наличие сговора указанных лиц на ведение контролируемой процедуры банкротства не доказано, из материалов дела не усматривается. Доводы апеллянта в данной части основаны на предположениях. При этом доказательств причинения вреда третьим лицам в результате временного нахождения ФИО6 в реестре требований кредиторов должника, учитывая, что ФИО6 в настоящий момент не является кредитором должника, равно как и ООО «Вектор», также не представлено, следовательно, злоупотребление должником правом не усматривается.

Определением Арбитражного суда Костромской области от 01.03.2017 по делу № А31-10184/2015 отказано в признании недействительным договора купли-продажи № 1 от 01.11.2013, договора купли-продажи № 2 от 02.12.2013 с ООО «Мясодар». Суд пришел к выводу о недоказанности причинения вреда имущественным правам кредиторов должника данными сделками, злоупотребление правом со стороны должника также не установлено.

При этом судом первой инстанции установлено, что ФИО12 обратился в Арбитражный суд Костромской области с иском к ООО «Мясодар», ФИО7 о признании недействительными договоров № 1 от 01.11.2013 и № 2 от 02.12.2013, применении последствий недействительности сделок. Решением Арбитражного суда Костромской области от 26.03.2015 по делу № А31-12294/2014 в удовлетворении заявленных требований было отказано, в приведенном судебном акте указано на совершение сделки на рыночных условиях.

Согласно определению от 01.03.2017 ФИО7 обращался в Шарьинский районный суд с иском о расторжении вышеназванных договоров, однако решением Шарьинского районного суда Костромской области от 18.06.2015 по делу № 2-42/2015 в удовлетворении исковых требований ФИО7 отказано; в приведенном судебном акте указано, что оплата произведена (статья 69 АПК РФ).

С учетом изложенного, к доводу апеллянта о том, что должник осуществлял действия по выводу своего имущества на заинтересованных (либо связанных) с ним лиц, судебная коллегия относится критически.

Судебная коллегия отмечает, что ООО «Глазовский комбикормовый завод» не направляло возражения на представленный финансовым управляющим отчет о завершении процедуры реализации имущества гражданина, фактически согласившись с тем, что все необходимые мероприятия финансовым управляющим по делу были проведены, включая оспаривание сделок. ООО «Глазовский комбикормовый завод» также не направляло в суд первой инстанции ходатайство о неприменении к должнику правил об освобождении от обязательств.

Как отмечает должник, на протяжении 2010-2013 гг. он исправно исполнял кредитные обязательства. Однако в 2013 году, в результате неурожая зерновых в 2012 году, произошел резкий подъем цен на корма для животных (более чем в два раза). В целях сохранения производства ФИО7 публично через СМИ обращался к Губернатору Костромской области с просьбой оказать содействие предприятию по аналогии с другими регионами, разработать региональные программы поддержки, предоставить субсидии, помочь с поставщиками кормов, с реструктуризацией задолженности перед кредиторами, что подтверждается приобщенной на основании абзаца 2 части 2 статьи 268 АПК РФ в материалы дела выпиской из газеты «Костромской край» (выпуск 27.03.2013). Вместе с тем помощь, в том числе, субсидии не были предоставлены. Ввиду отсутствия финансовой возможности продолжать деятельность по выращиванию и реализации свиней (подорожание комбикорма в два раза, частичный падеж поголовья), начались просрочки по кредитным обязательствам, обязательствам перед поставщиками кормов, другим обязательствам, что в конечном счете привело к их обращению в арбитражный суд Костромской области с заявлением о банкротстве должника. При этом в целях обеспечения исполнения обязательств заемщиком было предоставлено в залог имущество – поголовье свиней, земельные участки, оборудование, здания свиноводческого комплекса, другие сооружения (водонапорные башни, сетевое оборудование), в том числе, и единственное жилье.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу, что банкротство должника было обусловлено объективными причинами, следовательно, отсутствуют основания полагать, что должник вступил в кредитные отношения, заведомо не имея цели погасить кредит, то есть действовал со злоупотреблением правом.

Последующее ухудшение финансового положения заемщика влечет за собой увеличение риска невозврата им полученных денежных средств. Однако это обычный предпринимательский риск, который несет всегда коммерческая организация, осуществляющая систематическую направленную на получение прибыли деятельность.

Исходя из правовой позиции, сформулированной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.06.2017 по делу № 304-ЭС17-76, А03-23386/2015, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего, предоставление кредитору заведомо ложных сведений при получении кредита и т.д.)

Апеллянт, настаивая на не освобождении должника от исполнения обязательств перед Обществом, недобросовестность действий должника документально не подтвердил.

В данном случае результаты проведенной финансовым управляющим проверки финансового состояния должника свидетельствует об отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства.

Сокрытие или уничтожение принадлежащего ФИО7 имущества, равно как сообщение должником недостоверных сведений финансовому управляющему или кредитору материалами дела не подтверждено и судом не установлено.

Должник указывает, что в отношении должника на протяжении 2013-2015 годов проводились различные проверки прокуратурой, МВД, ФСБ. Никаких противоправных действий со стороны должника установлено не было. Соответственно, ссылки заявителя жалобы на материалы уголовных дел является необоснованной и неправомерной.

Доказательства того, что должник действовал незаконно, привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, сокрыл (передал не в полном объеме) сведения финансовому управляющему или суду, представил недостоверные сведения, материалы дела не содержат.

Злостное уклонение от погашения задолженности выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности. Злостное уклонение следует отграничивать от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 № 310-ЭС20-6956).

Доказательств того, что должник заведомо имел намерения не исполнять обязательства и злостно уклонялся от погашения долга не представлено.

Оснований считать, что в рамках процедуры банкротства должник не раскрыл сведения о своем имущественном положении, об обязательствах и иных документах, имеющих существенное значение для проведения процедуры банкротства, суд апелляционной инстанции не имеет.

С учетом изложенного доводы о наличии злоупотребления правом со стороны должника и отсутствии оснований для применения в отношении ФИО7 положений статьи 213.28 Закона о банкротстве, подлежат отклонению как несостоятельные. Апеллянтом не доказано наличие оснований, указанных в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, для неприменения к должнику правил об освобождении его от обязательств.

Из материалов дела усматривается необъективная оценка должником собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств, в свою очередь указанная неразумность основанием для неприменения к нему правила пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве не является.

При таких обстоятельствах оснований для отмены определения суда первой инстанции не имеется, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче апелляционной жалобы по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается.

Уплаченная заявителем жалобы государственная пошлина по апелляционной жалобе подлежит возврату из федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Костромской области от 22.12.2021 по делу № А31-10184/2015 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Глазовский комбикормовый завод» – без удовлетворения.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Глазовский комбикормовый завод» из средств федерального бюджета 3000 рублей, уплаченные в счет госпошлины за рассмотрение апелляционной жалобы по платежному поручению от 20.01.2022 № 426.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Костромской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.


Председательствующий


Судьи



Е.Н. Хорошева


ФИО13


ФИО1