Постановление от 21 января 2020 г. по делу № А27-20401/2019

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск Дело № А27-20401/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 14 января 2020 года

Полный текст постановления изготовлен 21 января 2020 года

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Бородулиной И.И.

судей Логачева К.Д.,

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО2 с использованием средств аудиозаписи рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Спецсервис» (№07АП-12341/19) на решение Арбитражного суда Кемеровской области от 14.10.2019 по делу № А27-20401/2019 (судья Исаенко Е.В.) по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Спецсервис» (650002, <...>, А, 32, ОГРН <***>, ИНН <***>) к Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Кемерово (650091, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>) о признании недействительным решения от 25.12.2018 №2793.

В судебном заседании приняли участие от Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Кемерово: ФИО3 по доверенности от 19.08.2019 (на 1 год), ФИО4 по доверенности от 31.12.2019 (до 31.12.2020), ФИО5 по доверенности от 17.12.2019 (до 31.12.2020).

У С Т А Н О В И Л:

общество с ограниченной ответственностью «Спецсервис» (далее - заявитель, налогоплательщик, общество, ООО «Спецсервис») обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением к Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Кемерово (далее – Инспекция, налоговый орган) о признании недействительным решения от 25.12.2018 №2793 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Решением от 14.10.2019 Арбитражного суда Кемеровской области в удовлетворении заявленных требований отказано.

В апелляционной жалобе общество, ссылаясь на несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела, просит решение суда первой инстанции отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении требований ООО «Спецсервис».

Указывает, что налоговый орган не исследовал обстоятельства возможности предоставления специализированной техники HITACHI ZX330 государственный номер <***> в адрес ООО «Ретэко» ООО «Спецсервис Кузбасс» как по договорам аренды, так и в рамках других гражданских правоотношений.

Налоговым органом в подтверждение своих выводов не представлено ни одного доказательства, кроме того, что ФИО6 и ФИО7, с которыми у налогоплательщика были заключены договоры гражданско-правового характера, якобы выполнили сборку и монтаж БелАЗа 74306 и сварку грузовой платформы Komatsu HD-785 соответственно.

Суд первой инстанции не оценил довод налогоплательщика о том, в каком месте оказывались соответствующие услуги, а также об отсутствии осуществления налоговым органом анализа трудозатрат, необходимых для оказания всего объёма услуг в адрес заказчиков как силами самого налогоплательщика, так и с привлечением третьих лиц; налоговым органом не проведены допросы свидетелей, которые однозначно бы подтвердили, что весь комплекс работ, оказанных ООО «Ретэко» в адрес налогоплательщика, был выполнен на всех объектах силами самого налогоплательщика.

Полученные налоговым органом при проведении контрольных мероприятий сведения не подтверждают выполнение работ по сборке и монтажу БелАЗов исключительно силами налогоплательщика.

Не установив существа хозяйственных операций, по которым в налоговой декларации ООО «Ретэко» заявлены вычеты по контрагентам ООО «ТЕХНОСТРОЙ», ООО «НЕО-ТОРГ» и ООО «ГЕРИОН», выводы относительно характеристик третьих лиц-контрагентов ООО «Ретэко», а также нарушение ими каких-либо обязательств, в том числе и по уплате налогов, не могут служить основанием для выводов об отсутствии выполнения работ в адрес налогоплательщика контрагентом - ООО «Ретэко».

Судом не оценивались доводы налогоплательщика о том, что налоговым органом не установлена вина налогоплательщика, поскольку выводы о форме вины в описательной части не соответствуют выводам в резолютивной части решения Инспекции.

По мнению подателя жалобы, ни одного доказательства, как прямого, так и косвенного, свидетельствующего о создании должностными лицами налогоплательщика противоправной схемы, направленной исключительно на неисполнение налоговых обязательств и умышленного причинения бюджету Российской Федерации ущерба в виде неуплаты соответствующих налогов, Инспекцией в акте проверки не установлено и не отражено; налоговым органом не установлено умышленных действий налогоплательщика, направленных на намеренное искажение данных налоговой либо бухгалтерской отчётности.

Налоговый орган также не исследовал материальные, нормативные и финансовые показатели сделок в рамках предметов и существа оказанных ООО «Ретэко» в адрес налогоплательщика услуг, не исследовав возможность привлечения контрагентом общества третьих лиц для надлежащего выполнения обязательств по договорам, что полностью соответствует соблюдению условия, предусмотренного подпунктом 2 пункта статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ).

Также налогоплательщик ссылается на процессуальные нарушения, допущенные налоговым органом при проведении проверки.

Инспекция возражает против удовлетворения апелляционной жалобы согласно отзыву.

В судебном заседании представители Инспекции поддержали позицию, изложенную в отзыве на апелляционную жалобу.

Общество, надлежащим образом извещенное о времени и месте рассмотрения дела (суд апелляционной инстанции располагает сведениями о получении адресатом направленной копии судебного акта (часть 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не обеспечили явку своего представителя в судебное заседание суда апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции в порядке части 6 статьи 121, части 3 статьи 156, части 1 статьи 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации счёл возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя общества.

Проверив материалы дела в порядке статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав представителей налогового органа, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции, при этом исходит из следующего.

Как следует из материалов дела, Инспекцией проведена камеральная проверка налоговой декларации заявителя по налогу на добавленную стоимость (далее - НДС) за 4 квартал 2017 года. По результатам проверки вынесено решение от 25.12.2018 №2793 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, которым доначислен НДС в размере 2 244 753 руб., соответствующие суммы пени и штрафа по пункту 1 статьи 122 НК РФ.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Кемеровской области решением от 15.04.2019 №116 решение Инспекции оставлено без изменения.

Полагая нарушенными свои права и законные интересы оспариваемым решением Инспекции, налогоплательщик обратился в суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд первой инстанции пришел к выводу, что действия налогоплательщика направлены на получение необоснованной налоговой выгоды посредством отражения в бухгалтерском и налоговом учете фактически не осуществлявшихся хозяйственных операций, а также путем формирования формального документооборота.

Седьмой арбитражный апелляционный суд соглашается с данными выводами суда по следующим основаниям.

По смыслу части 1 статьи 198, части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для признания ненормативного акта недействительным, решений и действий (бездействий) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, незаконными необходимо наличие в совокупности двух условий: несоответствие ненормативного правового акта, решений, действий (бездействий) закону и нарушение актом, решениями, действиями (бездействиями) прав и законных интересов заявителя.

По смыслу подпункта 1 пункта 1 статьи 32 НК РФ вынесенные решения налогового органа должны быть законными и обоснованными, основываться на нормах действующего законодательства.

Положения налогового законодательства должны применяться с учетом требований пункта 7 статьи 3 НК РФ о толковании всех неустранимых сомнений, противоречий и неясностей актов законодательства о налогах и сборах в пользу налогоплательщиков, а также правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации о необходимости установления, исследования и оценки судами всех имеющих значения для правильного разрешения дела обстоятельств (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 12.07.2006 № 267-0).

Согласно статье 143 НК РФ ООО «Спецсервис» является плательщиком НДС.

На основании пунктов 1 и 2 статьи 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в порядке статьи 166 Кодекса, на установленные настоящей статьей налоговые вычеты.

Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 Налогового кодекса Российской Федерации, за исключением товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170 НК РФ, товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

Согласно пункту 1 статьи 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг).

Вычетам подлежат, если иное не установлено настоящей статьей, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей и при наличии соответствующих первичных документов.

Таким образом, применение вычетов по НДС предусматривает приобретение товара (работ, услуг) для операций, признаваемых объектом обложения по НДС, или для перепродажи; их оприходование (статьи 171, 172 НК РФ) и наличие счета-фактуры, оформленного в соответствии с требованиями статьи 169 Налогового кодекса Российской Федерации.

Законодательство о налогах и сборах Российской Федерации исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, в частности налоговых вычетов при исчислении налога на добавленную стоимость, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

В постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее – Постановление № 53) указано, что под налоговой выгодой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

Из разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в пункте 1 указанного постановления, следует, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды, в том числе получения права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета, является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Требование о достоверности первичных учетных документов содержится в статье 9 Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете» (с 01.01.2013 Федеральный закон от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»), что означает необходимость проверки достоверности сведений, содержащихся в счете-фактуре и иных документах.

Пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» определено, что все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны подтверждаться первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет.

Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе, лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

Статьей 54.1 НК РФ определено, что налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу (сумму налога) при соблюдении следующих условий:

отсутствует искажение сведений о фактах хозяйственной жизни и об объектах налогообложения;

основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;

обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

О том, что указанные условия умышленно не соблюдались налогоплательщиком могут свидетельствовать установленные факты юридической, экономической и иной подконтрольности, в том числе, на основании взаимозависимости спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику, установленные факты осуществления транзитных операций между взаимозависимыми или аффилированными участниками взаимосвязанных хозяйственных операций, в том числе через посредников, с использованием особых форм расчетов и сроков платежей, а также обстоятельства, свидетельствующие о согласованности действий участников хозяйственной деятельности.

В Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2011 № 499-О-О и от 29.09.2011 № 1292-О-О указано, что из взаимосвязанных положений статей 169, 171 и 172 НК РФ следует, что основанием для вычета по налогу на добавленную стоимость является совокупность наступивших обстоятельств: приобретение товара (работ, услуг) для использования в облагаемых операциях, отражение их в учете у налогоплательщика-покупателя и наличие надлежащим образом оформленного счета-фактуры, соответственно, при соблюдении налогоплательщиком предусмотренных налоговым законодательством требований ему не может быть отказано в праве на вычет сумм налога на добавленную стоимость.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 15.02.2005 № 93-О, в силу пункта 2 статьи 169 НК РФ в случае, если выставленный налогоплательщику счет-фактура не содержит четкие и однозначные сведения, предусмотренные в пунктах 5 и 6 той же статьи, в частности, данные о налогоплательщике, его поставщике и приобретенных товарах (выполненных работах, оказанных услугах), такой счет-фактура не может являться основанием для принятия налогоплательщиками к вычету или возмещению сумм НДС, начисленных поставщиками.

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 3 этого же Определения Конституционного Суда Российской Федерации, название статьи 172 НК РФ – «Порядок применения налоговых вычетов», так и буквальный смысл абзаца второго ее пункта 1 позволяют сделать однозначный вывод, что обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике – покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно последний выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиками.

Таким образом, по смыслу действующего законодательства документы, представляемые в государственные органы физическими и юридическими лицами с целью подтверждения соответствующего права, должны содержать достоверную информацию.

Следовательно, при соблюдении указанных требований Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик вправе претендовать на получение налогового вычета при исчислении НДС и указанное право возникает у налогоплательщика только в случае соблюдения установленных законом требований, как в отношении формы, так и содержания представленных налогоплательщиком документов.

Положения вышеназванных статей предполагает возможность применения налоговых вычетов при наличии доказательств реальности осуществления хозяйственных операций.

Возникновение налоговой обязанности является следствием участия налогоплательщика в гражданском обороте. Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 23.12.2009 № 20-П, налоговые обязательства, будучи прямым следствием деятельности в экономической сфере, неразрывно с нею связаны.

Их возникновению, как правило, предшествует вступление лица в гражданские правоотношения, то есть налоговые обязательства базируются на гражданско-правовых отношениях либо тесно с ними связаны.

Участие в гражданских правоотношениях, а именно: вступление в договорные отношения является основанием формирования налоговых обязательств перед государством.

Обязанность по уплате налогов зависит, в том числе, от исполнения гражданско-правовых обязательств. Для налогообложения правовое значение имеет фактическое исполнение сделки.

Как указано в Постановлении № 53, судебная практика разрешения налоговых споров должна исходить из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики.

В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Недобросовестность налогоплательщика определяется как совокупность фактов, опровергающих наличие цели деятельности, с осуществлением которой связано возникновение прав либо надлежащее исполнение обязанностей в сфере налогообложения.

Налоговым органам надлежит выявить недобросовестность налогоплательщика, выразившуюся в отсутствии деловой цели деятельности, направленной на систематическое получение дохода в процессе взаимоотношений между участниками гражданского оборота и установить цель необоснованного приобретения права, связанного с предъявлением требований о возмещении налога на добавленную стоимость, уплаченного при приобретении продукции.

Ссылаясь на недобросовестность налогоплательщика, при рассмотрении налогового спора налоговый орган обязан представить в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

При этом вывод о необоснованности налоговой выгоды должен быть основан на объективной информации, с бесспорностью подтверждающей, что действия налогоплательщика не имели разумной деловой цели, а были направлены исключительно на создание благоприятных налоговых последствий.

Под налоговой выгодой для целей настоящего Постановления понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

Оценка добросовестности налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок. Установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

О недобросовестности налогоплательщиков может свидетельствовать ситуация, когда с помощью инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, создаются схемы незаконного обогащения за счет бюджетных средств, что может привести к нарушению публичных интересов в сфере налогообложения. Заключенные сделки должны не только формально не противоречить законодательству, но и не вступать в противоречие с общими запретами недопустимости недобросовестного осуществления прав налогоплательщиком.

Поскольку в силу статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательская деятельность осуществляется на свой риск, то налогоплательщик, не воспользовавшийся своим правом обеспечить документальное подтверждение достоверности сведений, изложенных в документах, на основании которых он, в свою очередь, претендует на право уменьшения налогооблагаемой базы, несет риск неблагоприятных последствий своего бездействия.

В силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, отраженной в Определениях от 21.04.2011 № 499-О-О и от 16.11.2006 № 467-О, подтверждение права на налоговый вычет не должно ограничиваться установлением только формальных условий применения норм законодательства о налогах и сборах, и в случае сомнений в правомерности применения налогового вычета должны быть установлена, исследована и оценена вся совокупность имеющих значение для правильного разрешения дела обстоятельств (оплата покупателем товаров (работ, услуг), фактические отношения продавца и покупателя, наличие иных, помимо счетов-фактур, документов, подтверждающих уплату налога в составе цены товара (работы, услуги), и т.п.).

Обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией для целей исчисления, в том числе, НДС, лежит на налогоплательщике-покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим налоговые вычеты при исчислении итоговой суммы налогов.

При этом требования к первичным документам касаются не только полноты заполнения всех реквизитов, но и достоверности содержащихся в них сведений.

Согласно пункту 1 Постановления № 53 представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

В силу Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25.07.2001 № 138-О у сделок, заключаемых хозяйствующими субъектами, должна быть вполне конкретная разумная хозяйственная цель. Субъекты предпринимательской деятельности вправе применять в рамках свободы экономической деятельности различные гражданско-правовые средства. Однако, осуществляя свои субъективные права, они должны избирать такой способ реализации своих прав, при котором не затрагиваются интересы никаких иных субъектов, в том числе государства.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо (статья 200 Кодекса).

При этом положения части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не освобождают заявителя от обязанности, предусмотренной частью 1 статьи 65 Кодекса в части предоставления доказательств, подтверждающих наличие обстоятельств, на которых заявитель основывает свои требования и возражения.

В связи с этим при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям статьи 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (пункт 2 Постановления № 53).

Таким образом, документы, представленные налогоплательщиком в обоснование права на применение налоговых вычетов для целей налогообложения, должны содержать полные и достоверные сведения об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает наступление налоговых последствий. То есть включение налогоплательщиком сумм, уплаченных контрагенту, в состав расходов при исчислении налога на прибыль правомерно при наличии документов, отвечающих требованиям достоверности и подтверждающих реальность конкретных хозяйственных операций.

Анализ положений главы 21 НК РФ в их взаимосвязи позволяет признать, что документальное обоснование права на налоговые вычеты сумм налога на добавленную стоимость, уплаченного контрагентам при приобретении товаров (работ, услуг), лежит на налогоплательщике (Постановление Президиума ВАС РФ от 09.03.2011 № 14473/10).

Из представленных для налоговой проверки документов следует, что общество в проверяемом периоде заявлены вычета по НДС в связи с операциями с контрагентом ООО «Ретэко» в рамках заключённых договора аренды спецтехники с экипажем от 01.10.2017 №01/10 и договора на сборку и монтаж карьерной техники «БелАЗ» от 12.08.2017 №05/08.

Налоговым органом установлено отсутствие реальных хозяйственных операций с указанным контрагентом, недостоверность сведений, заявленных в документах от данного контрагента, подконтрольность спорного контрагента налогоплательщику.

Поддерживая выводы налогового органа, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующих установленных материалами дела обстоятельств.

ООО «Ретэко» с 24.08.2015 состоит на учете в ИФНС России по г. Кемерово, по юридическому адресу не находится.

Руководителем и учредителем ООО «Ретэко» является ФИО8 Доходы в ООО «Ретэко» не получал. Согласно свидетельским показаниям супруги ФИО8 - ФИО9 в 2013 году ФИО8 работал водителем маршрутного такси, также имел непостоянный заработок, затем работал на Кемеровском механическом заводе, высшего образования не имеет, директором каких-либо организаций не является (протокол допроса от 18.10.2018).

Также установлено отсутствие у ООО «Ретэко» имущества, транспортных средств, численности; доходы в адрес физических лиц не выплачивало, среднесписочная численность на 01.01.2018 составила 1 человек.

Согласно налоговой декларации по НДС за 4 квартал 2017 года ООО «Ретэко» доля исчисленного НДС по сделкам с ООО «Спецсервис» в книге продаж ООО «Ретэко» за 4 квартал 2017 года составляет 91% из общей суммы налога, предъявленной покупателям за 4 квартал 2017 года. Также предъявляет к вычету НДС по организациям ООО «Технострой», ООО «Нео-Торг», ООО «Герион», имеющие признаки недобросовестных налогоплательщиков (номинальность руководителей, что подтверждается показаниями ФИО10 от 28.04.2017 - руководитель ООО «Технострой», показаниями ФИО11 от 23.05.2017 - руководитель ООО «Нео-Торг», показаниями ФИО12 от 03.05.2017 - руководитель ООО «Герион», отсутствие материальных, трудовых ресурсов, отсутствие движения по расчетному счету), при этом поставщиками по «цепочке» декларации по НДС не представлены, предъявленный к вычету налог не исчислен и в бюджет не уплачен.

Проанализировав движение денежных средств на расчетном счете ООО «Ретэко», установлено отсутствие перечислений в адрес третьих лиц за выполнение работ по сборке карьерной техники, оказание услуг по аренде спецтехники с экипажем в рамках заключенных договоров с ООО «Спецсервис». Поступление на расчетный счет ООО «Ретэко» составило 4 323 768 руб., в том числе от ООО «Спецсервис» 4 054 986 руб. (93,8%). При этом согласно заключенных договоров между ООО «Ретэко» и ООО «Спецсервис» контрагентом выполнены работы, оказаны услуги по аренде спецтехники на сумму 14 715 604 тыс. руб., то есть оплата составила всего 27,6% от стоимости работ, в тоже время согласно бухгалтерскому балансу ООО «Ретэко» за 2017 год дебиторская задолженность отсутствует.

О подконтрольности ООО «Ретэко» налогоплательщику свидетельствует факт перечисления учредителю ООО «Спецсервис» ФИО13 денежных средств в размере 1 410 200 руб. с назначением платежа «возврат беспроцентного займа, договор от 11.02.2016, от 11.02.2015. НДС не облагается». При этом поступлений денежных средств в адрес ООО «Ретэко» от ФИО13 не установлено, сведений о заёмных средствах бухгалтерская отчетность ООО «Ретэко» не содержит.

Проанализировав взаимоотношения сторон по договору аренды спецтехники с экипажем от 01.10.2017 №01/10, судом установлено отсутствие оплаты по данному договору, отсутствие у ООО «Ретэко» в собственности транспортных средств, в том числе экскаватора Hitachi ZX330.

Кроме того, заявителем не представлены истребованные Инспекцией путевые листы, подтверждающие факт оказания услуг, документы по расчету отработанного времени, предоставляемого в аренду экскаватора, а также пояснения по объектам оказания услуг и документы, подтверждающие доставку техники до места выполнения работ, которые предусмотрены договором аренды спецтехники.

Судом установлено, что заказчиком услуг, оказываемых налогоплательщиком на экскаваторе Hitachi ZX330, является ООО «Энергетическая компания Сибмайнинг», место оказания услуг: Кемеровская область, г. Мыски, участок открытых горных работ ООО «Разрез Кийзасский», услуги оказывались налогоплательщиком на экскаваторе Hitachi ZX330 с государственным регистрационным номером <***> что подтверждается документами, представленными ООО «ЭК Сибмайнинг» и налогоплательщиком (договор оказания услуг от 27.11.2015 № 50; путевые листы; реестры отработанных часов экскаватора Hitachi ZX330). Из анализа реестров отработанного времени, представленных ООО ЭК «Сибмайнинг» и ООО «Ретэко», установлено соответствие фамилий исполнителей, отработанных дней и общего количества отработанных часов. Согласно информации, представленной Управлением Гостехнадзора Кемеровской области, экскаватор Hitachi ZX330 с государственным регистрационным номером <***> с 06.03.2014 находится в собственности ООО «Спецсервис Кузбасс», руководителем которого является ФИО14 (руководитель и один из учредителей ООО «Спецсервис»).

То есть, как верно указал суд первой инстанции, услуги оказаны спецтехникой, принадлежащей взаимозависимой по отношению к налогоплательщику организации ООО «Спецсервис Кузбасс».

Из материалов дела следует, что ООО «Ретэко» спорные услуги по аренде спецтехники с экипажем для налогоплательщика не оказывало ввиду отсутствия перечислений лицам, которые согласно путевым листам осуществляли управление экскаватором Hitachi ZX330.

При этом, согласно свидетельским показаниям ФИО15 (протокол допроса от 16.05.2018), ФИО16 (протокол допроса от 04.10.2018), ФИО17 (протокол допроса от 14.10.2018), они выполняли работы от имени ООО «Спецсервис», вознаграждение за их услуги также выплачивало ООО «Спецсервис» наличными денежными средствами, официально в ООО «Спецсервис» не трудоустроены, руководитель ООО «Ретэко» ФИО8, ООО «Ретэко» не известны. Свидетель ФИО17 (протокол допроса от 14.10.2018) пояснил, что в 4 квартале 2017 года работал в смене с ФИО18, ФИО19, ФИО15, все экскаваторщики работали от ООО «Спецсервис».

Также между налогоплательщиком и спорным контрагентом был заключен договор на сборку и монтаж карьерной техники «БелАЗ» от 12.08.2017 №05/08. Однако, акты приемки выполненных работ (оказанных услуг) на каждую единицу спецтехники, документы (информацию), отражающие перечень ремонтируемых транспортных средств и лиц, фактически выполнявших ремонтные работы, а также объекты, на которых выполнялись спорные работы, не представлены.

Материалами дела установлено, что заказчиками работ по сборке, монтажу карьерной техники «БелАЗ», сварке грузовых платформ в 4 квартале 2017 года являлись ООО «Белаз-24», ООО «Сервисная Компания-54», ООО «Белтранслогистик», ООО «Сервис Карьерных Машин», ООО «Энерготехкомплект».

Так, между ООО «Спецсервис» (исполнитель) и ООО «Белаз-24» (заказчик) заключен договор от 05.07.2016 № 07/2016, согласно которому выполнение работ по сборке, монтажу, пуско-наладке карьерной техники «БелАЗ» исполнитель производит собственными силами либо с привлечением третьих лиц. Место выполнения работ: Кемеровская область, разрез «Виноградовский», разрез «Березовский», разрез «Бунгурский-Северный». В рамках исполнения данного договора осуществлена сборка и монтаж 8 единиц карьерной техники «БелАЗ» силами следующих сотрудников от ООО «Спецсервис»: ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, Веко В.В., ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, Горских А.В., ФИО30

ООО «Спецсервис» заключены гражданско-правовые договоры с ФИО31, ФИО26, ФИО28, Веко В.В., ФИО24 на выполнение работ по сборке и монтажу карьерных самосвалов, сварке кузовов. При этом отраженная в договорах гражданско-правового характера с вышеуказанными физическими лицами информация о виде выполняемых работ, периоде их выполнения соответствует свидетельским показаниям физических лиц.

Для выполнения работ по сварке грузовых платформ «Komatsu HD-785» между ООО «Спецсервис» (исполнитель) и ООО «Сервисная Компания-54» (заказчик) заключен договор от 01.11.2017 № 11/2017.

В рамках данного договора осуществлена сборка 14 единиц карьерной техники «БелАЗ». Исполнителями работ значатся: ФИО32, ФИО33, ФИО34, ФИО23, ФИО35, ФИО36, ФИО37, ФИО38, ФИО39, Веко В. В., ФИО40, ФИО41, ФИО42, ФИО43, ФИО44, ФИО29, ФИО45, ФИО6, ФИО25, ФИО83.А.С., ФИО46, ФИО47, ФИО48, ФИО49, ФИО50, ФИО51, ФИО52, ФИО53, ФИО54, ФИО28, ФИО55, ФИО56, ФИО57, ФИО58, ФИО59, ФИО60, ФИО61, ФИО62, ФИО63, ФИО64, ФИО7, ФИО65, ФИО66, ФИО67, ФИО68, ФИО27, ФИО69, ФИО70, ФИО70, ФИО71, ФИО72, ФИО73, ФИО74, ФИО24, ФИО75, ФИО76, ФИО26, ФИО77, ФИО78, ФИО79, ФИО80, ФИО20, ФИО81

При этом установлено, что ФИО44, ФИО56, ФИО54, ФИО25, ФИО48 являются штатными сотрудниками ООО «Спецсервис»; ФИО36, ФИО37, ФИО38, Веко В.В., ФИО42, ФИО6, ФИО82, ФИО28, ФИО58, ФИО60, ФИО7, ФИО68, ФИО72, ФИО73, ФИО24, ФИО26, ФИО77, ФИО47 привлечены ООО «Спецсервис» по договорам гражданско-правового характера.

Согласно показаниям вышеуказанных лиц ими подтверждается факт выполнения работ от ООО «Спецсервис», ООО «Ретэко» и ФИО8 им неизвестны, что подтверждается протоколами допроса свидетелей.

ФИО33, ФИО51 являются сотрудниками ООО «Спецсервис Кузбасс», что подтверждается справками 2-НДФЛ.

ФИО34, ФИО23, ФИО35, ФИО39, ФИО40, ФИО41, ФИО29, ФИО45, ФИО83, ФИО46, ФИО49, ФИО50, ФИО52, ФИО55, ФИО57, ФИО59, ФИО61, ФИО62, ФИО84, ФИО65, ФИО85 ФИО69, ФИО70, ФИО70, ФИО71, ФИО75, ФИО76, ФИО78, ФИО79, ФИО81, ФИО20 привлечены ООО «Спецсервис» неофициально, без заключения договоров. Указанные физические лица в свидетельских показаниях подтверждают факт выполнения заявленных работ от ООО «Спецсервис», руководитель ООО «Ретэко» ФИО8, организация ООО «Ретэко» неизвестны, денежные средства за выполненные работы получены ими от ООО «Спецсервис».

Согласно протоколам допроса ФИО66 (протокол допроса от 13.08.2018), ФИО64 (протокол допроса от 16.08.2018), ФИО86 (протокол допроса от 17.08.2018), ФИО80, ФИО32 (протокол допроса от 20.08.2018), ФИО74 (пояснения ФИО74), ФИО87 (протокол допроса от 23.10.2018), в 4 квартал 2017 года они не осуществляли какие-либо работы для ООО «Спецсервис» и/или ООО «Ретэко».

По договору от 27.10.2017 № 40С-БТЛ-75131-4, заключенному между ООО «Спецсервис» (исполнитель) и ООО «Белтранслогистик» (заказчик), согласовано выполнение работ по сборке, монтажу, пуско-наладке карьерной техники «БелАЗ» собственными силами. Место выполнения работ: РФ, <...> км ю.-з. с. Аршаново, пром. площадка ООО «УК Разрез Майрыхский».

В рамках исполнения данного договора осуществлена сборка 4-х единиц карьерной техники «БелАЗ» силами следующих лиц от ООО «Спецсервис»; ФИО88, ФИО89, ФИО90, ФИО33, ФИО54

При этом ФИО54 являлся штатным сотрудником ООО «Спецсервис», что подтверждается представленным налогоплательщиком трудовым договором от 02.10.2017 №61; ФИО33 получал доходы в организациях ООО «Спецсервис», ООО «Спецсервис Кузбасс» в 2017 году, что подтверждается справками по форме 2-НДФЛ; ФИО90 получал доходы в организации ООО «Белтранслогистик» (заказчик), что подтверждается справками 2-НДФЛ. Вышеуказанные лица доходы от ООО «Ретэко» не получали.

По заключенному между ООО «Спецсервис» (исполнитель) и ООО «Сервис карьерных машин» (заказчик) договору от 18.09.2017 № СКМ/М-18/09-17 осуществлена сборка 1 единицы карьерной техники «БелАЗ» силами следующих лиц от ООО «Спецсервис»: ФИО6, ФИО65, ФИО56

ФИО56 является штатным сотрудником ООО «Спецсервис», что подтверждается трудовым договором от 22.03.2017 №60. Согласно показаниям ФИО6 он выполнял работы по сборке карьерной техники «БелАЗ» от ООО «Спецсервис» на объекте в Магаданской области, заключал договор с ООО «Спецсервис» на оказание услуг, официально трудоустроен не был, взаимодействовал с ФИО14, денежные средства за выполненные работы получал от ООО «Спецсервис» (протокол допроса от 02.03.2018).

Установленные по делу обстоятельства вопреки доводам апеллянта свидетельствуют о формальности документооборота со спорным контрагентом, его подконтрольности заявителю и необеспечении источника в бюджете для применения соответствующих вычетов по НДС.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ООО «Ретэко» участия в выполнении работ не принимало. Применение заявителем налоговых вычетов по НДС не обеспечено соответствующим источником в бюджете при создании формального документооборота с взаимозависимым контрагентом. Наличие у налогоплательщика формально составленных первичных документов по сделкам со спорным контрагентом не означает автоматического подтверждения его права на применение вычетов по НДС, поскольку в данном случае необходимо достоверное подтверждение реальности хозяйственных операций.

Налоговым органом представлены достаточные и достоверные доказательства недобросовестности налогоплательщика и наличия обстоятельств, перечисленных в пунктах 4 - 6 Постановления № 53.

Таким образом, определение размера налоговых обязательств при наличии сомнений в обоснованности налоговой выгоды должно производиться с учетом реального характера сделки и ее действительного экономического смысла, что и было сделано налоговым органом по результатам проведенной проверки.

Соответственно, в отсутствие реальных хозяйственных операций доводы заявителя апелляционной жалобы о проявлении им должной осмотрительности при выборе контрагента и о наличии действительного экономического смысла в заключении спорных договоров, являются несостоятельными.

По результатам рассмотрения жалобы общества суд апелляционной инстанции поддерживает вывод Арбитражного суда Кемеровской области о том, что у суда первой инстанции не имелось оснований считать соблюденными налогоплательщиком установленных статьей 54.1 НК РФ условий уменьшения подлежащего уплате НДС на спорную сумму налогового вычета, и об отсутствии оснований для признания решения налогового органа не соответствующим нормам действующего законодательства, считает, что налоговым органом представлены достаточные и достоверные доказательства недобросовестности налогоплательщика и наличия обстоятельств, позволяющих сделать вывод о получении им необоснованной налоговой выгоды.

Доводы заявителя о процедурных нарушениях при проведении налоговым органом проверки, обоснованы отклонены судом первой инстанции.

Как верно отметил суд первой инстанции, допросы свидетелей проведены Инспекцией непосредственно в рамках проведения проверки, дополнительных мероприятий налогового контроля, а также получены от других налоговых органов в рамках пункта 3 статьи 82 НК РФ. Информация получена по поручениям, направленным как в рамках проведения проверки, так и в соответствии с пунктом 2 статьи 93.1 НК РФ.

Вопреки доводам подателя жалобы, с учетом положений статей 9, 41, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания достоверности сведений, содержащихся в документах, представляемых в налоговый орган в подтверждение своего права на заявленные расходы и применение налоговых вычетов по НДС, лежит на налогоплательщике.

Однако представление заявителем всех необходимых в соответствии с НК РФ документов в обоснование налоговой выгоды с учетом требований статей 171 - 172 НК РФ, статьи 9 Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете», правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении от 20.02.2001 № 3-П и в Определении от 25.07.2001 № 138-О, правовой позиции Пленума ВАС РФ, изложенной в постановлении от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», не может являться безусловным доказательством наличия реальных хозяйственных операций без обеспечения достоверности сведений, содержащихся в указанных документах, в связи с чем доводы заявителя о том, что все операции с контрагентом реальны, фактически осуществлены, данные, указанные в первичных документах, полностью соответствуют содержанию сделок, отклоняются апелляционным судом.

Обстоятельством, имеющим существенное значение для правильного рассмотрения настоящего спора, является не только формальная схожесть действий налогоплательщика с нормами налогового законодательства, регламентирующими порядок применения налоговых вычетов и расходов, но и фактическое исполнение им своих обязанностей по реальной уплате стоимости товара, в том числе НДС, предоставлению достоверных доказательств исполнения этих обязанностей, наличие реальных хозяйственных операций, по которым заявлена налоговая выгода, и отсутствие злоупотребления правом.

Кроме того апелляционным судом учитывается, что право на налоговый вычет по НДС напрямую поставлено в зависимость от правильности и достоверности оформления документов, что соответствует правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 22.10.2008 № 13034/08, согласно которой сам по себе факт поставки товаров, выполнения работ, услуг права на возможность предъявления НДС к вычету не влечет; основанием для реализации права на вычет являются надлежащие первичные документы, соответствующие требованиям законодательства о налогах и сборах, которые у общества отсутствуют.

Согласно Федеральному закону от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» одной из основных задач бухгалтерского учета является формирование полной и достоверной информации о деятельности организации и ее имущественном положении, в связи с чем налогоплательщик не лишен права затребовать от контрагента по договору документы, подтверждающие достоверность сведений, изложенных в представленных документах, в том числе, в счетах-фактурах.

В силу статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательская деятельность осуществляется предприятиями на свой риск, в связи с чем на них возлагается бремя несения возможных неблагоприятных последствий, а также определенной ответственности в ходе ее осуществления. Это в свою очередь означает, что каждое юридическое лицо обязано соблюдать определенного рода осторожность и осмотрительность в делах, особенно при выборе контрагентов по договору.

Налогоплательщик, не обеспечивший документальное подтверждение достоверности сведений, изложенных в документах, на основании которых он, в свою очередь, претендует на право получения налоговых льгот, налоговых вычетов или иного уменьшения налогооблагаемой базы, несет риск неблагоприятных последствий своего бездействия.

Доводы общества о том, что налоговым органом не представлено доказательств, которые опровергали факт выполнения работ ООО «Ретэко», не принимаются апелляционным судом, поскольку вывод о необоснованной налоговой выгоде неправомерности применения налоговых вычетов сделан налоговым органом на основании достаточной совокупности и во взаимосвязи с иными доказательствами по делу, не опровергнутыми налогоплательщиком в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенных норм права, а также правовой позиции, выраженной в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиками налоговой выгоды», Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 12.10.1998 № 24-П, Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 25.07.2001 № 138-О, приходит к выводу о том, что формальное соблюдение налогоплательщиком требований оформления документов само по себе не является достаточным основанием принятия сумм НДС к вычету, и, принимая во внимание пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53, к выводу о том, что судом первой инстанции правомерно установлено представление заявителем документов, в подтверждение правомерности применения налоговых вычетов по НДС, содержащих недостоверные сведения и не подтверждающих реальности хозяйственных операций между заявителем и его контрагентом.

Выводы налогового органа и суда первой инстанции соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам дела, основаны на правильном применении норм права и согласуются с позицией, изложенной в пункте 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017 и в письме Федеральной налоговой службы России от 23.03.2017 N ЕД-5-9/547@ «О выявлении обстоятельств необоснованной налоговой выгоды».

При этом, исходя из положения статей 171, 172 НК РФ, статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении от 20.02.2001 № 3-П и в Определении от 25.07.2001 № 138-О, правовой позиции Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 12.10.2006 № 53, представление документов не может являться безусловным доказательством наличия реальных хозяйственных операций без обеспечения достоверности сведений, содержащихся в указанных документах.

Принимая во внимание, что представленные первичные документы содержат противоречивые сведения, следовательно, не могут иметь юридической силы, при том, что обоснованность заявленных налогоплательщиком налоговых вычетов должна быть им подтверждена соответствующими первичными документами, отвечающими требованиям достоверности, апелляционный суд считает, что сведения, содержащиеся в документах, представленных заявителем на проверку в подтверждение вычетов налога, критерию достоверности не отвечают.

С учетом положений части 2 статьи 9, частей 2 и 3 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, в том числе несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в связи с чем в данном случае несогласие общества с установленными налоговым органом обстоятельствами не свидетельствует о недоказанности таких обстоятельств, при отсутствии доказательств обратного, как и нежелание заявителя добросовестно пользоваться всеми принадлежащими ему процессуальными правами не свидетельствуют об отсутствии нарушений налогового законодательства, достоверно установленных Инспекцией в ходе проведения проверки и доказанных в суде.

В рассматриваемом случае являются правомерными выводы налогового органа о недостоверности представленных заявителем в обоснование права на применение налоговых вычетов по НДС документов, а также об отсутствии реальных хозяйственных операций между заявителем и контрагентом.

При этом арбитражный суд исходит из того, что предусмотренная частью 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность государственного органа по доказыванию соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, не может быть расценена, как полностью освобождающая налогоплательщиков от обязанности доказывания тех обстоятельств, на которые они ссылаются как на основания своих требований и возражений относительно предмета спора (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Следовательно, обязанность доказывания достоверности сведений, содержащихся в документах, представляемых в налоговый орган в подтверждение своего права на применение налоговых вычетов по НДС, лежит на налогоплательщике.

Обстоятельством, имеющим существенное значение для правильного рассмотрения настоящего спора, является не только формальная схожесть действий ООО «Спецсервис» с нормами налогового законодательства, регламентирующими порядок применения налоговых вычетов, но и фактическое исполнение им своих обязанностей по реальной уплате стоимости выполненных работ, в том числе НДС, предоставлению достоверных доказательств исполнения этих обязанностей, наличие реальных хозяйственных операций, по которым заявлена налоговая выгода, и отсутствие злоупотребления правом. В данном случае, недостоверные сведения содержатся в документах контрагента, поэтому данные документы не могут быть приняты в качестве надлежаще оформленных документов.

Кроме того апелляционным судом учитывается, что право на налоговый вычет по НДС напрямую поставлено в зависимость от правильности и достоверности оформления документов, что соответствует правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 22.10.2008 № 13034/08, согласно которой сам по себе факт поставки товаров, выполнения работ, услуг права на возможность предъявления НДС к вычету не влечет; основанием для реализации права на вычет являются надлежащие первичные документы, соответствующие требованиям законодательства о налогах и сборах, которые у общества отсутствуют.

Приведенные в жалобе заявителя доводы противоречат позиции, изложенной в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», в свою очередь, выводы суда первой инстанции соответствуют разъяснениям в данном постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и не противоречат позиции, изложенной в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.03.2010 № 15574/09 и от 20.04.2010 № 18162/09.

Оценивая иные доводы апеллянта суд апелляционной инстанции с учетом вышеизложенных норм права, фактических обстоятельств настоящего дела и содержания оспариваемого решения, приходит к выводу об отсутствии оснований для признания решения Инспекции от 25.12.2018 № 2793 недействительным по указанным в апелляционной жалобе причинам. Доказательств, полученных налоговым органом с нарушением требований Налогового кодекса Российской Федерации и не соответствующих положениям статей 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционным судом не установлено. При рассмотрении настоящего дела апелляционным судом также не установлено нарушений, которые в соответствии с абзацем первым пункта 14 статьи 101 НК РФ могли бы быть расценены как являющиеся основанием для отмены данного решения налогового органа.

В соответствии с частью 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, в удовлетворении требований общества отказано правомерно, выводы суда первой инстанции о законности оспариваемого решения налогового органа и об отсутствии нарушении в данном случае прав и законных интересов заявителя являются обоснованными.

Таким образом, судом первой инстанции при рассмотрении настоящего дела подробным образом дана оценка всем доводам заявителя и доказательствам налогового органа, свидетельствующим о недостоверности сведений в документах и невозможности реального осуществления хозяйственных операций с заявленным контрагентом. Если в решении нет ссылок на определенные документы, это не означает, что суд их не оценивал.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, выводы суда первой инстанции о законности оспариваемого решения и об отсутствии нарушения в данном случае прав и законных интересов заявителя являются обоснованными.

Таким образом, принятое арбитражным судом первой инстанции решение является законным и обоснованным, судом полно и всесторонне исследованы имеющиеся в материалах дела доказательства, им дана правильная оценка, нарушений норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены решения суда первой инстанции, установленных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а равно принятия доводов апелляционной жалобы у суда апелляционной инстанции не имеется.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на подателя апелляционной жалобы.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Кемеровской области от 14.10.2019 по делу № А27-20401/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Спецсервис» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Председательствующий И.И. Бородулина

Судьи: К.Д. Логачев

ФИО1