Постановление от 13 мая 2024 г. по делу № А53-2505/2017

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-2505/2017
город Ростов-на-Дону
13 мая 2024 года
15АП-3076/2024


Резолютивная часть постановления объявлена 25 апреля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 13 мая 2024 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Деминой Я.А.,

судей Долговой М.Ю., Сурмаляна Г.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ситдиковой Е.А.,

при участии:

от ФИО1: представителя ФИО2 по доверенности от 28.08.2023,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 19.02.2024 по делу № А53-2505/2017 по заявлению представителя учредителей ФИО3 о взыскании убытков к ФИО1 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Мариинский спиртзавод" (ИНН <***>, ОГРН <***>);

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Мариинский спиртзавод" (далее – должник) в Арбитражный суд Ростовской обратилась ФИО3 с заявлением о взыскании с бывшего главного бухгалтера должника ФИО1 убытков в размере 189 912 874,94 рублей (с учетом уточнений).

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 19.02.2024 по делу № А53-2505/2017 в удовлетворении заявления об истребовании документов ФИО3 отказано. В удовлетворении ходатайства о привлечении к участию в рассмотрении заявления ФИО4 и ФИО5 в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3 отказано. В удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО3 в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обжаловала определение от 19.02.2024, просила его отменить, принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что судебный акт вынесен при неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения обособленного спора. Выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела.

От ФИО3 посредством сервиса подачи документов в электронном виде "Мой Арбитр" поступило дополнение к апелляционной жалобе с приложением копий дополнительных документов, а именно, решения от 17.03.2024 по делу № А32-10710/2022; заявок на выдачу кредитных траншей с реестрами платежей.

Представитель ФИО1 возражал против удовлетворения ходатайства о приобщении копий дополнительных документов, представленных ФИО3 к материалам дела.

Согласно части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 29 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", поскольку суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по не зависящим от него уважительным причинам. К числу уважительных причин, в частности, относится необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании дополнительных доказательств, о назначении экспертизы.

Пленумом ВАС РФ также определено, что принятие дополнительных доказательств судом апелляционной инстанции не может служить основанием для отмены постановления суда апелляционной инстанции; в то же время непринятие судом апелляционной инстанции новых доказательств при наличии к тому оснований, может в силу части 3 статьи 288 Кодекса являться основанием для отмены постановления суда апелляционной инстанции, если это привело или могло привести к вынесению неправильного постановления.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции счел необходимым приобщить дополнительные доказательства, представленные заявителем, как непосредственно связанные с предметом исследования по настоящему спору.

Представитель ФИО1 просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителя ответчика, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Ростовской области от 29.03.2018 в отношении должника введена процедура банкротства – конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6.

Сведения о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы в газете "Коммерсантъ" № 55 от 31.03.2018.

Требования заявителя о взыскании убытков мотивированы тем, что ФИО1, будучи контролирующим должника лицом, осуществлены неправомерные действия по выводу активов должника, а именно:

- ФИО1 осуществила постановку на бухгалтерский учет оборудования без его фактического наличия, причинив должнику убытки в размере 20 000 000,00 рублей;

- ФИО1 подписала акт сверки взаимных расчетов с ООО "Горный цветок", подтвердив несуществующую поставку товаров и причинив убытки на сумму 33 370 750,00 рублей;

- ФИО1 осуществлены перечисления денежных сумм в пользу компаний ООО "Вектор" (ИНН <***>) и ООО "Строймаркет" (ИНН <***>) на общую сумму 156 542 124,96 рублей.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" разъяснено, что с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ "Об акционерных обществах", статья 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве.

В силу статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным главой III.2 Закона о банкротстве.

Требование, предусмотренное пунктом 1 названной статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами.

Из разъяснений пункта 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", следует, что согласно пунктам 1 и 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве со дня введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства помимо иных лиц правом на предъявление от имени должника требования о возмещении убытков, причиненных должнику членами его органов и лицами, определяющими действия должника (далее - директор), по корпоративным основаниям (статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ "Об акционерных обществах", статья 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.) наделяются конкурсные кредиторы, уполномоченный орган, работники должника, в том числе бывшие, их представитель. Соответствующее требование подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве.

Положения главы III.2 Закона о банкротстве о субсидиарной ответственности применяются только в отношении контролирующих должника лиц, то есть лиц, имевших возможность определять действия должника до признания его банкротом (пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Судом установлено, что в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО "Мариинский спиртзавод" конкурсный управляющий должника ФИО6 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении бывших руководителей должника ФИО7, ФИО8 и контролирующих должника лиц ФИО3, ФИО9, ФИО10, ФИО11 и ПАО "Балтийский инвестиционный банк" (банк) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (с учетом уточнений в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 29.12.2020 ФИО7, ФИО3 и ФИО8 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Рассмотрение заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7, ФИО3 и ФИО8 в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Постановлением апелляционной инстанции от 11.08.2021 определение суда от 29.12.2020 отменено в части отказа в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности банка. ФИО7, ФИО3, ФИО8 и ПАО "Балтийский инвестиционный банк" (банк) привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника солидарно. В остальной части, в части приостановления рассмотрения заявления в части определения размера субсидиарной ответственности определение суда от 29.12.2020 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 22.10.2021 постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.08.2021 по делу № А53-2505/2017 отменено. Определение Арбитражного суда Ростовской области от 29.12.2020 – оставлено в силе.

Определением суда первой инстанции от 29.12.2020, оставленным в силе постановлением суда кассационной инстанции от 22.10.2021, установлено, что ФИО9 (ответчик по настоящему обособленному спору) не является лицом, контролирующим должника. Факты злоупотребления правом в действиях ФИО9 судом также не установлены.

В определении суд указал, что не подлежит удовлетворению заявление в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО12, поскольку к рассматриваемому спору относительно определения признаков неплатежеспособности должника (2013 год), как указано ранее, подлежит применению редакция Закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, которой предусмотрена обязанность по подаче в суд заявления о банкротстве была возложена только на руководителя общества, в то время как ФИО12 являлась лишь главным бухгалтером общества и не имела полномочий давать должнику обязательные для исполнения указания. Доводы же о том, что ФИО12 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в связи с непередачей бухгалтерской документации, подлежат отклонению, поскольку факт получения такой документации от руководителя должника косвенно подтверждается определением от 20.10.2017 по настоящему делу об истребовании у бывшего руководителя должника ФИО8 документации должника, которым удовлетворено заявление конкурсного управляющего. При этом требования о передаче бухгалтерской документации конкурсным управляющим не заявлялось. Более того, основания для привлечения главного бухгалтера к субсидиарной ответственности введены в закон о банкротстве с 30.07.2017. Пункт 2 части 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве связывает ответственность главного бухгалтера с моментом вынесения определения о введении в отношении должника процедуры наблюдения (25.07.2017) или моментом признания должника банкротом (29.03.2018), тогда как на момент признания должника банкротом ФИО12 уже не являлась работником должника.

В силу части 2 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и частью 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов, федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, в том числе для судов, рассматривающих дела о банкротстве.

Преюдициальность означает не только отсутствие необходимости доказывать установленные ранее обстоятельства, но и запрещает их опровержение. Такое положение существует до тех пор, пока судебный акт, в котором установлены эти факты, не будет отменен в порядке, установленном в законе.

В соответствии со статьей 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации преюдиция распространяется на установление судом тех или иных обстоятельств, содержащихся в судебном акте, вступившем в законную силу, если последние имеют правовое значение и сами по себе могут рассматриваться как факт, входивший в предмет доказывания по ранее рассмотренному делу. Законодатель, определяя условия преюдиции, устанавливает объективные и субъективные пределы ее применения, при этом не увязывая возможность признания судебного акта преюдициальным с необходимостью полного совпадения лиц, участвующих в деле.

Свойством преюдиции обладают обстоятельства, составляющие фактическую основу ранее вынесенного по другому делу и вступившего в законную силу решения, когда эти обстоятельства имеют юридическое значение для разрешения спора, возникшего позднее.

Таким образом, ФИО9 не подлежит привлечению ни к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, ни взысканию убытков с нее в силу положений главы III.2 Закона о банкротстве, поскольку ответчик не является контролирующим должника лицом.

Из пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской от 24 июня 2008 г. N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" следует, что при определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела.

Поскольку основанием иска являются фактические обстоятельства, то указание истцом конкретной правовой нормы в обоснование иска не является определяющим при решении судьей вопроса о том, каким законом следует руководствоваться при разрешении дела.

Таким образом, суд не связан правовой квалификацией заявленных истцом требований (спорных правоотношений), а должен рассматривать иск исходя из предмета и оснований (фактических обстоятельств), определяя по своей инициативе круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решить, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении.

Из разъяснений пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" также следует, что при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

По мнению заявителя, убытки причинены ответчиком в результате совершения неправомерных действий, а именно:

- ФИО1 осуществила постановку на бухгалтерский учет оборудования без его фактического наличия, причинив должнику убытки в размере 20 000 000,00 рублей;

- ФИО1 подписала акт сверки взаимных расчетов с ООО "Горный цветок", подтвердив несуществующую поставку товаров и причинив убытки на сумму 33 370 750,00 рублей;

- ФИО1 осуществлены перечисления денежных сумм в пользу компаний ООО "Вектор" (ИНН <***>) и ООО "Строймаркет" (ИНН <***>) на общую сумму 156 542 124,96 рублей.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков, их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу положений статей 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В обоснование требований заявитель указывает следующие обстоятельства.

11 ноября 2014 года между ООО "Мариинский спиртзавод" (покупатель) и ООО "Строймаркет" (продавец) заключен договор купли-продажи № 12, в соответствии с которым, продавец обязан передать, а покупатель принять и оплатить оборудование, поименованное в спецификации к договору.

В соответствии с дополнительным соглашением № 1 к договору в течение 50 дней с момента подписания договора покупатель обязан произвести предоплату в размере 20 000 000,00 рублей.

Далее подписан акт приема-передачи оборудования, по условиям которого передача оборудования осуществлена по адресу: 353309, Краснодарский край, Абинский район, ст. ФИО13.

Начиная с 13.11.2014 ФИО14 перечислены со счета должника денежные средства в размере 20 000 000,00 рублей, что подтверждается платежными документами.

По мнению заявителя, бухгалтеру было достоверно известно, что ни приобретение, ни передача оборудования не осуществлялись, однако вопреки этому ответчиком данное имущество было поставлено на баланс, а в целях скрыть вывод денежных средств должника были осуществлены мероприятия по оформлению оборудования в качестве актива должника.

Между тем, как установлено судом первой инстанции, согласно договору купли-продажи оборудования представителями сторон по сделке выступали от лица покупателя генеральный директор должника ФИО7, от лица продавца генеральный директор ФИО15, которые и подписали договор от 11.11.2014, акт приема-передачи от 30.12.2014, согласно которому покупатель не имеет претензий по количеству, качеству и комплектности товара.

В соответствии со статьей 6 Федерального закона № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет в соответствии с настоящим Федеральным законом, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

В силу пунктов 1,3 статьи 7 того же закона ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта, за исключением случаев, если иное установлено бюджетным законодательством Российской Федерации. Руководитель экономического субъекта обязан возложить ведение бухгалтерского учета на главного бухгалтера или иное должностное лицо этого субъекта либо заключить договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, если иное не предусмотрено настоящей частью. Руководитель кредитной организации обязан возложить ведение бухгалтерского учета на главного бухгалтера. Руководитель экономического субъекта, который в соответствии с настоящим Федеральным законом вправе применять упрощенные способы ведения бухгалтерского учета, включая упрощенную бухгалтерскую (финансовую) отчетность, а также руководитель субъекта среднего предпринимательства, за исключением экономических субъектов, указанных в части 5 статьи 6 настоящего Федерального закона, может принять ведение бухгалтерского учета на себя.

Из материалов дела следует, что ответчик осуществлял функции главного бухгалтера должника в период с 2008 по 2017 год, тем самым на него была возложена обязанность по введению бухгалтерского учета общества.

Согласно статье 5 ФЗ № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" объектами бухгалтерского учета экономического субъекта являются: 1) факты хозяйственной жизни; 2) активы; 3) обязательства; 4) источники финансирования его деятельности; 5) доходы; 6) расходы; 7) иные объекты в случае, если это установлено федеральными стандартами.

Согласно пунктам 1, 3 статьи 9 ФЗ № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. Первичный учетный документ должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным - непосредственно после его окончания. Лицо, ответственное за оформление факта хозяйственной жизни, обеспечивает своевременную передачу первичных учетных документов для регистрации содержащихся в них данных в регистрах бухгалтерского учета, а также достоверность этих данных. Лицо, на которое возложено ведение бухгалтерского учета, и лицо, с которым заключен договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, не несут ответственность за соответствие составленных другими лицами первичных учетных документов свершившимся фактам хозяйственной жизни. Требования в письменной форме главного бухгалтера, иного должностного лица, на которое возложено ведение бухгалтерского учета, либо лица, с которым заключен договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, в отношении соблюдения установленного порядка документального оформления фактов хозяйственной жизни, представления документов (сведений), необходимых для ведения бухгалтерского учета, должностному лицу, на которое возложено ведение бухгалтерского учета, либо лицу, с которым заключен договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, обязательны для всех работников экономического субъекта.

Из данных норм следует, что в обязанности бухгалтера входит принятие на баланс общества активов, в соответствии с первичными учетными документами, какими и являются договор купли-продажи оборудования, акт приема-передачи, товарная накладная, которые, в свою очередь, должны быть переданы лицом, ответственным за оформление факта хозяйственной жизни, коим и является ФИО16

Ответчик, как правомерно указано судом первой инстанции, обязан был принять на баланс оборудование, тем самым отразив факт хозяйственной деятельности в бухгалтерском учете должника, а также исполнять обязательства перед контрагентом, что и выразилось в перечислении на счет продавца предоплаты в размере 20 000 000,00 рублей, установленной дополнительным соглашением № 1.

Ответчик, вопреки доводам заявителя, не обязан был удостовериться лично в факте существования предмета договора, его передачи покупателю. Эта обязанность возложены на генерального директора, который и подписал акт приема-передачи, чем засвидетельствовал факт принятия имущества.

Заявителем не доказано и материалами дела не подтверждается, что ответчику было достоверно известно о том, что имущество не приобреталось и не передавалось должнику. Доводы заявителя являются голословными и не подтверждены документально.

Напротив, из представленных выдержек из протокола допроса ФИО8 в рамках уголовного дела № 11701030001001777, на которые ссылается заявитель (том 1 л.д.26), следует, что в должностные обязанности ФИО12 входило ведение бухгалтерского учета, контроль за финансами осуществлял генеральный директор ООО "Мариинский спиртзавод".

Представленные в материалы дела товарные и товарно-транспортные накладные ООО "Вектор", подписанные ФИО17, на которые ссылается апеллянт, к спорным правоотношениям не относятся.

Заявитель также просит взыскать убытки в размере 33 370 750,00 рублей, ссылаясь на то, что определением Арбитражного суда Ростовской области от 21.06.2019 установлено, что в период с 13.04.2016 по 09.06.2016 ООО "Мариинский спиртзавод" произвело 22 перечисления на расчетные счета ООО "Горный цветок" на общую сумму 33 370 750,00 рублей. При этом ФИО1 подписан акт сверки взаимных расчетов с ООО "Горный цветок", которым ответчик подтвердил несуществующую поставку, тем самым нанес убытки.

Суд критически оценил данные доводы ввиду того, что согласно пункту 1 статьи 9 ФЗ № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" первичным документом является документ отражающий факт хозяйственной жизни, то есть факт заключения договора, факт передачи имущества, выполнения работ, оказания услуг, факт оплаты. Акт сверки расчетов не подтверждает поставку товаров, не является первичным документом бухгалтерского учета, а, по сути, представляет собой выписку из документов банковского учета по расчетным взаимоотношениям с контрагентом.

На основании изложенного, судом обоснованно указано, что подписание акта сверки ответчиком не нанесло убытков должнику. Доказательств того, что спорные перечисления производились ФИО1 из личной заинтересованности, материалы дела не содержат.

Таким образом, как обоснованно указано судом первой инстанции, отсутствует причинно-следственная связь между действиями ответчика и заявленными убытками, как и вся совокупность состава правонарушения, предусмотренного статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Заявляя довод о причинении ответчиком убытков в сумме 156 542 124,96 рублей, заявитель ссылается на определение суда от 06.02.2020, в котором указано, что "конкурсным управляющим должника установлено, ФИО7 в период с 13.08.2014 по 29.01.2015 были осуществлены перечисления денежных сумм в пользу компаний ООО "Вектор" (ИНН <***>) и ООО "Строймаркет" (ИНН <***>) на общую сумму 156 542 124,96 рублей" (абзац 1 стр. 10 определения), в то время как заявитель обращается с настоящим заявлением о взыскании убытков к ФИО1

Таким образом, в данной части ФИО3, как правомерно установлено судом первой инстанции, не представлено относимых и допустимых доказательств подтверждающих вину, причинно-следственную связь и наличие убытков, причиненных ответчиком.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что подача настоящего заявления о взыскании убытков фактически направлена на преодоление вступившего в законную силу определения суда об отказе в привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В целом доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, поскольку, не опровергая выводов суда, они сводятся исключительно к несогласию с оценкой установленных обстоятельств по делу, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.

Само по себе несогласие с выводами суда не является основанием для отмены судебного акта.

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене или изменению обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 19.02.2024 по делу № А53-2505/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Я.А. Демина


Судьи М.Ю. Долгова


Г.А. Сурмалян