Постановление от 19 августа 2025 г. по делу № А04-3172/2021

Шестой арбитражный апелляционный суд улица Пушкина, дом 45, <...>,

официальный сайт: http://6aas.arbitr.ru e-mail: info@6aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 06АП-2863/2025
20 августа 2025 года
г. Хабаровск
Резолютивная часть постановления объявлена 6 августа 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 20 августа 2025 года. Шестой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Гричановской Е.В.

судей Козловой Т.Д., Самар Л.В. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Егожа А.К.

при участии в заседании посредством системы веб-конференции представителя ООО «ГЭС» ФИО1 по доверенности от 11.11.2024, представителя ФИО2 ФИО3 по доверенности от 13.09.2022, представителя УФНС России по Амурской области ФИО4 по доверенности от 30.01.2025, представителя конкурсного управляющего ООО Вектор» ФИО5 ФИО6 по доверенности от 10.01.2025, рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Городские энергетические сети», ФИО2, ФИО7, ФИО8 на определение Арбитражного суда Амурской области от 03.06.2025 по делу № А04-3172/2021 по иску конкурсного управляющего общества ограниченной ответственностью «Вектор» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО5 к ФИО9 (ИНН <***>), обществу с ограниченной ответственностью «Техтранс Регион» (ОГРН <***>, ИНН <***>), ФИО10, ФИО8 (ИНН <***>), ФИО7 (ИНН <***>), ФИО11 (ИНН <***>), ФИО2 (ИНН <***>), обществу с ограниченной ответственностью «Городские энергетические сети» (ОГРН <***>, ИНН <***>) о привлечении к субсидиарной ответственности (вх. № 43753 от 01.06.2023), третьи лица: ФНС России, ООО «Белогорский расчетно-кассовый центр» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

установил:

ФНС России в лице Управления Федеральной налоговой службы по Амурской области обратилось в Арбитражный суд Амурской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Вектор» несостоятельным (банкротом).

Определением от 20.01.2022 судом в отношении должника введена процедура – наблюдение.

Требования ФНС России в общем размере 35 484 013,88 руб. включены в реестр требований кредиторов должника:

- во вторую очередь реестра требований кредиторов задолженность в размере 23 522 518,26 руб., из которых: 16 231 814,23 рублей – страховые взносы на обязательное пенсионное страхование в Российской Федерации, зачисляемые в Пенсионный Фонд Российской Федерации на выплату страховой пенсии (с 01.01.2017); 157 157,23 руб. – страховые взносы по дополнительному тарифу за застрахованных лиц, занятых на соответствующих видах работ, указанных в п. 2-18 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», зачисляемых в бюджет Пенсионного фонда Российской Федерации на выплату страховой пенсии; 7 133 546,80 руб. – налог на доходы физических лиц с доходов, источником которых является налоговый агент, за исключением доходов, в отношении которых исчисление и уплата налога осуществляется в соответствии со ст. 227,227.1 и 228 Налогового кодекса Российской Федерации;

- в третью очередь реестра требований кредиторов задолженность в размере 11 961 495,62 руб., из которых: 2 445 941,90 руб. – пени по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование в Российской Федерации, зачисляемые в Пенсионный фонд Российской Федерации на выплату страховой пенсии (с 01.01.2017); 2 260 444,42 руб. – страховые взносы на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством (с 01.01.2017); 341 395,89 руб. – пени по страховым взносам на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством (с 01.01.2017); 4 025 968,64 руб. – страховые взносы на обязательное медицинское страхование, зачисляемые в бюджет Федерального фонда обязательного медицинского страхования за расчетные периоды, начиная с 01.01.2017; 604 610,86 руб. – пени по страховым взносам на обязательное медицинское страхование, зачисляемые в бюджет Федерального фонда обязательного медицинского страхования за расчетные периоды, начиная с 01.01.2017; 23 834,97 руб. – пени по страховым взносам по дополнительному тарифу за застрахованных лиц, занятых на соответствующих видах работ, указанных в п. 2-18 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400 – ФЗ «О страховых пенсиях, зачисляемых в бюджет Пенсионного фонда Российской Федерации на выплату страховой пенсии»; 1 464 739,10 руб. – пени по налогу на доходы физических лиц с доходов, источником которых является налоговый агент, за исключением доходов, в отношении которых исчисление и уплата налога осуществляется в соответствии со ст. 227,227.1 и 228 Налогового кодекса Российской Федерации; 303 351,16 руб. – штраф по налогу на доходы физических лиц с доходов, источником которых является налоговый агент, за исключением доходов, в отношении которых исчисление и уплата налога осуществляется в соответствии со ст. 227, 227.1 и 228 Налогового кодекса Российской Федерации; 454 741 руб. – налог, взимаемый с налогоплательщиков, выбравших в качестве объекта налогообложения доходы, уменьшенные на величину расходов; 36 467,68 руб. – пени по налогу, взимаемому с налогоплательщиков, выбравших в качестве объекта налогообложения доходы, уменьшенные на величину расходов.

Решением Арбитражного суда Амурской области от 22.07.2022 ООО «Вектор» признано несостоятельным (банкротом), открыта процедура, применяемая в деле о банкротстве – конкурсное производство. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО12

Единственным кредитором должника является ФНС России.

В рамках дела о банкротстве ООО «Вектор» его конкурсный управляющий ФИО12 01.06.2023 обратился с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц - ФИО9, ООО «Техтранс Регион», ФИО13, ФИО11, ФИО2, ООО «Городские энергетические сети» к субсидиарной ответственности, на основании ст. 61.11, 61.12 Закона о банкротстве, в общем размере 40 790 870,24 руб.

Определением от 19.02.2024 суд освободил ФИО12 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника и утвердил конкурсным управляющим ФИО5

Определением от 02.05.2024 суд назначил судебную экспертизу, поручил ее проведение эксперту ООО «Аудит центр» ФИО14

На разрешение эксперта судом поставлены следующие вопросы:

1. Определить объем денежных средств, поступивших от ООО «Городские энергетические сети» (ОГРН <***>, ИНН <***>) и его агентов на расчетные счета ООО «Вектор» (ИНН <***>, ОГРН <***>) с момента государственной регистрации последнего и до даты возбуждения производства по делу о несостоятельности (банкротства) ООО «Вектор» помесячно;

При ответе на вопрос № 1 эксперту установить: - структуру поступлений по видам обязательств и источникам поступлений; - структуру расходных обязательств по счетам ООО «Вектор» помесячно;

- объем обязательств ООО «Вектор», связанных с оплатой заработной платы по трудовым договорам помесячно;

- был ли достаточным объем поступлений (денежных средств) для погашения задолженности по обязательным платежам помесячно по всему штату работников и по штату работников без учета: ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО11, ФИО11, ФИО19;

- доли в обязательных платежах в составе ежемесячных трат в отношении: ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО11, ФИО11, ФИО19.

- представить суммарный расчет структуры поступлений и трат ежеквартально, ежегодно и за весь исследуемый период.

На основании ст. 49 АПК РФ суд принял уточнение требований конкурсного управляющего ФИО5 о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника солидарно на сумму обязательств в размере 32 590 870,24 руб., в том числе, ФИО10

На основании ст. 46 АПК РФ суд привлек в качестве соответчика ФИО10.

На основании ст. 66 АПК РФ суд истребовал дополнительные доказательства, на основании ст. 56 АПК РФ вызвал в судебное заседание свидетелей.

В связи с назначением судебной экспертизы суд производство по делу приостановил.

Определением от 28.01.2025 производство по делу суд возобновил в связи с окончанием судебной экспертизы.

Определением от 19.03.2025 суд по ходатайству ФНС России в порядке ст. 46 АПК РФ привлек к участию в деле в качестве соответчика ФИО8.

В судебном заседании 16.04.2025 управляющий поддержал требования по заявлению, представил уточнения.

Представители «Городские энергетические сети» требования не признали, заявили ходатайство об истребовании доказательств.

Определением от 22.04.2025 суд отложил судебное заседание на 13.05.2025, ходатайство «Городские энергетические сети» об истребовании доказательств удовлетворил.

Представитель «Городские энергетические сети» заявил ходатайство о приобщении к материалам дела договоров аутсорсинга ООО «Городские энергетические сети» с иными организациями с отсрочкой платежа на 365 дней и 210 дней, в подтверждение эффективного экономического взаимодействия.

Судом в ходатайстве ООО «Городские энергетические сети» о приобщении документов к материалам дела отказано, поскольку указанные доказательства к материалам обособленного спора отношения не имеют (ст. 67 АПК РФ).

В судебном заседании 27.05.2025 представитель управляющего уточнил размер подлежащих взысканию денежных средств, просил взыскать 22 219 012,37 руб. в связи с ростом текущих обязательств по делу должника на текущую дату (судебные расходы).

Судом в порядке ст. 49 АПК РФ утоненные требования приняты к рассмотрению.

В судебном заседании 03.06.2025 представитель управляющего уточнил размер подлежащих взысканию денежных средств – 23 317 702,99 руб. (непогашенные требования по реестру на текущую дату).

Судом в порядке ст. 49 АПК РФ утоненные требования приняты к рассмотрению.

Определением суда от 03.06.2025 признаны доказанными основания для привлечения контролирующих ООО «Вектор» лиц: ФИО8, ФИО9, ООО «Техтранс Регион», ФИО10, ФИО7, ФИО11, ФИО2, ООО «Городские энергетические сети» к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Вектор» по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

В пользу ООО «Вектор» взыскано 23 317 702,99 руб. солидарно в следующих размерах: с ФИО20 - 23 317 702,99 руб., с ООО «Городские энергетические сети» - 23 317 702,99 руб., с ООО «Техтранс Регион» - 18 187 808,33 руб.; с ФИО11 - 18 187 808,33 руб.; ФИО9 - 9 327 081,19 руб., ФИО7 - 7 928 019,01 руб., с ФИО10 - 6 528 956,83 руб., с ФИО8 - 1 165 885,14 руб.

В остальной части (п. 2 ч. 2 ст. 61.11, ст. 61.12 Закона о банкротстве) в требованиях по заявлению отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Городские энергетические сети», ФИО2, ФИО7, ФИО8 обратились в Шестой арбитражный апелляционный суд с жалобами.

ООО «Городские энергетические сети» в жалобе просит определение суда Амурской области от 03.06.2025 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Вектор» о привлечении

контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Вектор».

Доводы жалобы, по сути, повторяют доводы, на которых основана позиция общества при рассмотрении спора в суде первой инстанции. Указано, что деятельность предприятий, оказывающих коммунальные услуги, характеризуется заведомой убыточностью и наличием постоянной дебиторской задолженности за оказанные услуги, то такая ситуация является стандартной управленческой действительностью руководителя такого предприятия; что суд необоснованно отклонил довод ООО «Горэнерго» о необоснованных экономических тарифах, сославшись на их недоказанность материалами дела. При этом, ООО «Горэнерго» в материалы дела представлены конкретные математические расчеты, свидетельствующие об экономической необоснованности тарифов. Данные расчеты ни судом, ни конкурсным управляющим, ни ФНС России не опровергнуты. Правом ходатайствовать о назначении судебной экспертизы, чтобы опровергнуть расчеты ООО «Горэнерго», ни конкурсный управляющий, ни ФНС России не воспользовались. Указывает, что намеренного недофинансирования ООО «Вектор», как указывает суд, не имелось. В силу ч. 4 ст. 69 АПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом. Вступившим в законную силу приговором суда установлено, что ФИО2 не был осведомлен о преступном умысле ФИО9 Данное обстоятельство в силу ч. 4 ст. 69 АПК РФ является преюдициальным и не доказывается вновь. Поскольку ФИО2 не знал о намерениях ФИО9, стал руководителем МУП «Горэнерго», когда МУП «Горэнерго» уже работало с организациями ФИО9, то, вопреки выводам суда, ФИО2 никак не мог являться «фактически отправной точкой в реализации указанной схемы». Возражает, что определение Арбитражного суда Амурской области от 10.07.2023 имеет преюдициальное значение для настоящего спора.

ФИО2 просит определение суда от 03.06.2025 отменить и отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Вектор» о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Указывает, что деятельность как ООО «Вектор», так и ООО «Городские энергетические сети», являлась социальной, поскольку была направлена на поставку тепловой энергии потребителям. Специфика данной деятельности судом не только не учтена, но и необоснованно отвергнута, что не соответствует сформировавшейся судебной практике, в том числе Верховного Суда РФ. Не учтено, что данной деятельности присущи экономически необоснованные тарифы, что в совокупности с постоянным и неизбежным наличием большого размера дебиторской задолженности в конечном итоге приводит к несвоевременным расчетам, в том числе с бюджетом. Соответственно, это является объективным экономическим фактором, который нельзя не учитывать, однако тем не менее, судом он учтен не был. Выводы суда о наличии у ООО «Городские энергетические сети» полного контроля над ООО «Вектор» не подтверждаются какими-либо доказательствами, тогда как напротив - ООО «Городские энергетические сети» представлены доказательства самостоятельности руководства ООО «Вектор» в принятии управленческих решений, которые судом не учтены. В обжалуемом определении не приведено фактических доказательств того, что между ООО «Городские энергетические сети» и ООО «Вектор» существовал сговор, что случившаяся спустя три года после начала сотрудничества неспособность ООО «Вектор» уплатить обязательные платежи была

спрогнозирована и запланирована. Доводы о том, что ООО «Городские энергетические сети» могло взять к себе в штат необходимых работников и пользоваться услугами ООО «Вектор», не подтверждаются материалами дела и противоречат закону. Выводы о том, что задолженность ООО «Вектор» перед бюджетом была неизбежной и запланированной, опровергаются тем простым фактом, что денежных средств, которые ООО «Городские энергетические сети» должно было ООО «Вектор» за оказанные услуги, было достаточно для исполнения ООО «Вектор» всех соответствующих обязательств. Данное обстоятельство установлено заключением судебной экспертизы и не опровергнуто. Как руководитель ООО «ГЭС», ФИО2 получал только заработную плату около 100 000 рублей в месяц и ничего более. Никаких дивидендов как учредитель ФИО2 от ООО «Городские энергетические сети» не получал. Это обстоятельство подтверждается имеющимися в материалах дела справками по форме 2-НДФЛ, а также выписками с расчетного счета ООО «Городские энергетические сети». ФИО9 в свою очередь получал денежные средства от деятельности контролируемых им предприятий в размере, намного превышающем размер заработной платы ФИО2 Что и признано судом. В обоснование выводов о привлечении к субсидиарной ответственности суд помимо прочего ссылается на произведенный расчет между ООО «Городские энергетические сети» и ООО «Вектор» путем передачи дебиторской задолженности. Данный факт трактуется судом в негативном свете. Однако, если разобраться объективно, то никакого криминала в выбранном сторонами способе расчета не имеется. Выводы о том, что дебиторская задолженность не является ликвидным активом, в случае коммунальных организаций являются несостоятельными, поскольку никаким иным образом кроме как оказанием коммунальных услуг и получением за это денежных средств коммунальные организации обычно не зарабатывают, следовательно дебиторская задолженность практически всегда является единственным активом коммунальных организаций.

ФИО7 просит определение суда от 03.06.2025 отменить в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО7 и взыскания денежных средств, отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Вектор» о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Указывает, что должник осуществлял свою деятельность в обычном порядке и сталкивался с определенными трудностями, которые свойственны для организаций, осуществляющих деятельность по снабжению населения города тепловой энергией, что не учтено судом. Основанием для банкротства должника послужили объективные факторы. По мнению заявителя, конкурсный управляющий и ФНС России не привели мотивированных оснований для привлечения ее к субсидиарной ответственности, поскольку ею не подписывались договоры и соглашения, которые бы влекли банкротство должника. ФИО7 суд не предоставил возможность ознакомиться с заявлением конкурсного управляющего об уточнении заявленных требований, не отложил судебное разбирательство, не предоставил возможность представить отзыв, поскольку в ее адрес от конкурсного управляющего никаких ходатайств (заявлений) не поступало.

ФИО8 просит определение суда от 03.06.2025 в части привлечения ее к субсидиарной ответственности и взыскания с нее 1 165 885,14 руб. отменить, не привлекать ее и не взыскивать указанную сумму. Приводит те же доводы о том, что своевременно не была ознакомлена с уточнениями конкурсного управляющего, и суд не должен был принимать решение, не предоставив ей такую возможность. К субсидиарной

ответственности она привлечена незаконно, в отсутствии оснований, тем более за период, когда она не являлась руководителем. За время управления ФИО8 созданные по количеству котельных организации вели коммерческую деятельность, признаками фирм однодневок или признаками объективного банкротства не обладали. После снятия полномочий с ФИО8 руководство данных организаций перешло к ФИО10 от уплаты налогов ФИО8 не уклонялась. Выводы суда, что ФИО8 заключила с ООО «Городские энергетические сети» договор № 1В/ГЭС/2017 от 30.12.2017 с отсрочкой платежа на 210 дней, являются неправомерными, поскольку такое условие договора по отсрочке платежа на 210 дней являлось вынужденной мерой.

Информация о принятии апелляционных жалоб к производству, движении дела, о дате, времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Шестого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет

по адресу: www.6aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным в ст. 121 АПК РФ.

До судебного заседания от ФИО8 и от ФИО2 поступили письменные ходатайства об отложении судебного разбирательства, а также от ООО «Городские энергетические сети» поступило ходатайство о принятии дополнительных доказательств.

От конкурсного управляющего ФИО5 поступили отзывы на апелляционные жалобы, возражения на ходатайства ФИО8 об отложении судебного заседания и на ходатайство ООО «Городские энергетические сети» о приобщении к материалам дела доказательств.

Конкурсный управляющий ФИО5 в отзывах приводит возражения на жалобы, просит в удовлетворении ходатайства ФИО8 об отложении судебного заседания и ходатайства ООО «Городские энергетические сети» о приобщении дополнительных доказательств отказать.

От ООО «Городские энергетические сети» поступили письменные пояснения к апелляционной жалобе, возражения на отзыв конкурсного управляющего и ходатайство о не приобщении этого отзыва к материалам дела.

От ФИО2 поступила краткая позиция по апелляционной жалобе и ходатайство об отложении судебного заседания, от ФНС России поступили отзывы на апелляционные жалобы и возражения на ходатайство ООО «Городские энергетические сети» о приобщении дополнительных доказательств.

В судебном заседании 06.08.2025 представитель ООО «Городские энергетические сети» поддерживал ходатайство о приобщении дополнительных доказательств, дал пояснения суду, одновременно возражая в приобщении отзыва представленного уполномоченным органом, в случае его приобщения просит отложить судебное разбирательство.

Представитель ФИО2 поддержал ходатайство об отложении.

Ходатайство ФИО8 и ФИО2 об отложении судебного заседания на более позднее время мотивировано разницей часовых поясов, поскольку проживают в Москве (ФИО2) и в г. Геленджике (ФИО8).

Представители уполномоченного органа и конкурсного управляющего возражали против удовлетворения ходатайства об отложении судебного заседания.

Конкурсный управляющий отметил, что он и его представитель так же находятся в часовом поясе Москвы, что не мешает подготовке к рассмотрению апелляционных жалоб по существу.

Согласно ч. 3 ст. 158 АПК РФ в случае, если лицо, участвующее в деле, извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными.

В то же время отложение судебного разбирательства в связи с заявлением стороной ходатайства об отложении судебного заседания является правом суда, а не его обязанностью. При рассмотрении соответствующего ходатайства суд, исходя из конкретных обстоятельств дела, самостоятельно решает вопрос об отложении судебного разбирательства.

Согласно ч. 5 ст. 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Вместе с тем, из материалов дела усматривается, что в рассматриваемом случае суд апелляционной инстанции не обязывал стороны явкой, а заявители не указали, что имеются дополнительные доказательства, которые необходимо представить в суд.

В соответствии с протоколами судебных заседаний в суде первой инстанции ФИО8 не принимала участия, представляла письменную позицию, ФИО2 лично участвовал в судебных заседаниях, обеспечивал явку своего представителя, в самой жалобе указал адрес своего местонахождение Амурскую область. Представленная ФИО2 копия паспорта имеет отметку о регистрации в Москве датированную 15.07.2025 (после подачи апелляционной жалобы).

При подаче апелляционных жалоб заявители не просили суд при назначении судебного разбирательства учитывать разницу в часовых поясах, ходатайство об участии в режиме веб-конференции не заявляли.

Кроме того, заявители находятся в одном часовом поясе с конкурсным управляющим, который обеспечил явку своего представителя в судебное заседание, возражал против отложения судебного разбирательства.

Таким образом, апелляционный суд не усматривает оснований для удовлетворения ходатайств об отложении судебного заседания.

ООО «Городские энергетические сети» просило приобщить к материалам дела новые документы, отзыв ООО «ТехтрансРегион» из другого дела, в подтверждение доводов жалобы.

Согласно ч. 1 т. 66 АПК РФ по общему правилу стороны представляют доказательства в суд первой инстанции.

На основании ч. 2 ст. 268 АПК РФ дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными.

Судом установлено, что о рассмотрении настоящего дела общество уведомлено надлежащим образом, представитель ознакомлен с материалами дела, участвовал в судебных заседаниях суда первой инстанции, однако не представил иных доказательств в подтверждение своих возражений.

На основании изложенного, руководствуясь разъяснениями, приведенными в п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном апелляционном суде» апелляционный суд протокольным определением отказал в приобщении дополнительных документов.

Поскольку приложенные к апелляционной жалобе документы представлены в электронном виде посредством системы «Мой Арбитр» дополнительные доказательства не возвращаются заявителю.

В соответствии с ч. 3 ст. 156, ст. 266 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие не явившихся участников спора.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке ст. 266 – 271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции считает, что обжалуемое судебное определение не подлежит отмене.

Из материалов дела следует и установлено судом первой инстанции, что ООО «Вектор» зарегистрировано 15.12.2017 единственным учредителем ФИО13 с адресом регистрации юридического лица – Амурская область, Белогорск город, ФИО21 улица, д. 20, корпус А, кабинет 34.

МУП «Городские энергетические сети» в лице руководителя ФИО2 предоставило указанный адрес должнику в соответствии с гарантийным письмом от 12.12.2017.

Решением единственного учредителя от 12.12.2017 № 1 на должность директора назначена ИП ФИО8. Далее 01.03.2018 ИП ФИО8 сложила с себя полномочия управляющего директора.

Руководителем и участником должника с 50 % доли в уставном капитале с указанной даты стала ФИО10 (решение учредителя № 2 от 01.03.2018).

В соответствии с протоколом собрания учредителей должника от 16.04.2018, ФИО10 и ФИО13 решено внести изменения в наименование видов деятельности должника, в частности перечень видов деятельности должника дополнен производством пара и горячей воды их распределением, очисткой сточных вод и пр.

По заявлению от 07.12.2018 ФИО13 вышла из состава участников общества.

Согласно решению единственного участника общества от 24.12.2018 единственным участником должника стал ФИО11, который сложил полномочия руководителя с ФИО10 и назначил руководителем должника управляющую компанию – ООО «Техтранс регион» в лице его руководителя – ФИО9

Иных сведений материалы регистрационного дела (представлено ФНС России 26.02.2024 № 28-20/0782дсп) в отношении должника не содержат.

Также в материалах дела в отношении должника имеются сведения о составе его участников и органов управления:

- ФИО13 – единственный учредитель должника в период с 15.12.2017 по 01.03.2018, учредитель должника с долей в 50 % с 01.03.2018 и по 07.12.2018;

- ИП ФИО8 – руководитель должника с 15.12.2017 и до 01.03.2018;

- ФИО10 – учредитель должника с долей 50 % в период с 01.03.2018 до 24.12.2018, руководитель должника с 01.03.2018 до 24.12.2018;

- ФИО11 – единственный учредитель должника с 24.12.2018 и до настоящего времени;

- ООО «Техтранс регион» – управляющая компания с 24.12.2018 и до даты признания должника банкротом;

- ФИО9 – единственный учредитель и руководитель ООО «Техтранс регион».

Из заявления конкурсного управляющего следует, что ФИО9 и ФИО11 проявляют признаки массового директора и учредителя. Указанные обстоятельства по делу не оспариваются и не опровергнуты.

Пунктом 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что если в качестве руководителя (единоличного исполнительного органа; далее – руководитель) должника выступает управляющая компания (п. 3 ст. 65.3 ГК РФ), предполагается, пока не доказано иное, что контролирующими должника лицами являются как эта управляющая компания, так и ее руководитель, которые по общему правилу несут ответственность, указанную в ст. 61.11 – 61.13, 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (п. 3 и 4 ст. 53.1 ГК РФ, абзац первый ст. 1080 ГК РФ).

Следовательно, с учетом сроков подозрительности, определенных п.п. 1, 2, 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве и статуса каждого из указанных лиц по отношению к должнику, суд считает, что все названные лица являются контролирующими должника лицами и к ним могут быть предъявлены соответствующие требования.

Конкурсным управляющим заявлены требования к следующим ответчикам:

- ООО «Городские энергетические сети» как к лицу, получившему актив должника в виде смещения собственного налогового бремени в поле ответственности должника;

- ФИО2 – руководителю и единственному учредителю ООО «Городские энергетические сети».

Пунктами 4 и 5 ст. 61.10 Закона о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в п. 1 ст. 53.1 ГК РФ.

С учетом изложенного суд считает, что к указанным лицам также могут быть предъявлены соответствующие требования.

Управляющий и ФНС России указывали, что должник по настоящему делу является составной частью системы ведения бизнеса по производству тепловой энергии в г. Белогорске Амурской области, по сути, является зависимым от ООО «ГЭС» лицом.

Указанная схема ведения бизнеса, по мнению управляющего и ФНС России, основана на получении ООО «ГЭС» необоснованной налоговой выгоды по уплате налогов на доходы физических лиц и страховых взносов, связанных с исполнением трудовых договоров с наемными работниками.

Как указано конкурсным управляющим и ФНС, существо схемы заключалось в применении системы «аутсорсинга», по которой ООО «ГЭС» выполняя производственные задачи на принятом в концессию муниципальном имуществе по производству и транспортировке тепловой энергии, выводило за штат персонал, нанятый для выполнения конкретных производственных задач. При этом должник в настоящем деле выполнял функции лица принимавшего указанных лиц на работу и аккумулирующий на себе налоговое бремя по уплате НДФЛ и страховых взносов, связанных с реализацией трудовых договоров и выплате по ним заработной платы.

В это же время хозяйственные отношения между ООО «ГЭС» и должником строились исключительно на реализации обычного гражданско-правового договора об оказании услуг.

ФИО9 в пояснениях от 09.04.2024 вх. № 30131 на ранее сформулированные управляющим вопросы (25.12.2023 17:17 МСК) укапзано следующее:

Вопрос № 1: «Как вы стали руководителем ООО «Вектор»?

Ответ: «Создание ООО «Вектор», как и остальных шесть предприятий (Веста, Каскад, Линия, Простор. Салют, Теплодом), было заранее запланировано после банкротства предыдущих предприятий (Прибрежное, Теплоцентр и прочих). Мне об этом известно заранее, как и о том, что я буду этими предприятиями в дальнейшем руководить (номинально). Все это было согласовано между нами (ФИО2 и мной) заранее».

Вопрос № 2: «Были ли Вы знакомы с руководителем ООО «Горэнерго» - ФИО2 до того, как вы стали руководителем общества с ограниченной ответственностью «Вектор»? С какого времени знакомы»?

Ответ: С ФИО2 я знаком с января 2013 года. Обстоятельства знакомства - ФИО2 назначил меня директором принадлежавшего ему ООО «Восток топливо». Подробности знакомства не могу точно указать за давностью лет.

Вопрос № 3: «Кто фактически назначил Вас руководителем ООО «Вектор»?

Ответ: «Фактически руководителем ООО «Вектор» меня назначил ФИО2 Все действия по государственной регистрации этого я проводил самостоятельно».

Вопрос № 4: «Вы были самостоятельным директором ООО «Вектор» или номинальным?

Ответ: «Номинальным».

Вопрос № 5: «Кто фактически контролировал и давал обязательные указания Вам по хозяйственной деятельности ООО «Вектор»?

Ответ: Все должностные лица, фактически осуществлявшие управление ООО «Вектор», назначались руководством ООО «Горэнерго». Я участия в назначении указанных лиц и в управлении предприятием не принимал и никаких обязательных для исполнения указаний не давал.

Вопрос № 6: «Какая экономическая выгода была у ООО «Вектор» при заключении договора по техническому обслуживанию и договору уступки (цессии) по передаче Вам дебиторской задолженности населения в счет оплаты по договорам по техническому обслуживанию с ООО «Горэнерго»?

Ответ: «Экономическую выгоду от заключения сделок с ООО «Горэнерго» ООО «Вектор» не приобретало и не планировало приобретать. Выгоду от заключенных сделок приобретало ООО «Горэнерго» в виде переложения бремени уплаты налогов на ООО «Вектор», с последующим банкротством последнего. Суть этого достоверно изложена в заявлении конкурсного управляющего».

Вопрос № 7: «Вы могли отказаться от заключения договоров по техническому обслуживанию и уступкам (цессии) по передаче Вам дебиторской задолженность населения в счет оплаты по договорам по техническому обслуживанию»?

Ответ: «Возможности отказаться от заключения договора я не имел, поскольку, как я указывал выше, являлся номинальным руководителем и не осуществлял управление предприятием. Указаний об отказе от исполнения данных договоров или их расторжении я также не получал.

Вопрос № 8: «Где хранились бухгалтерские и иные документы ООО «Вектор»?

Ответ: «Документы ООО «Вектор» хранились в ООО «Горэнерго».

Вопрос № 9: «Кто осуществлял бухгалтерский учет и отправлял отчетность Общества с ограниченной ответственностью «Вектор» в ФНС России»?

Ответ: «Согласно условий договора оказания услуг между ООО «Горэнерго» и ООО «Вектор», полное бухгалтерское сопровождение и сдачу бухгалтерской и налоговой отчетности осуществляло ООО «Горэнерго» собственными силами. Я в этом процессе участия не принимал.

Вопрос № 10: Направлялась ли Вам отчетность общества с ограниченной ответственностью «Вектор» для проверки и внесения в нее изменений?

Ответ: «Нет, не направлялась».

Вопрос № 11: У кого хранились токины с Вашей ЭЦП от Банка и для подписания налоговой отчетности?

Ответ: «В ООО «Горэнерго».

Вопрос № 12: «Кто, по вашему мнению, получал экономическую выгоду от заключения договоров по техническому обслуживанию с ООО «Горэнерго» и договоров цессии по передаче ООО «Вектор» дебиторской задолженности населения за электроэнергию»?

Ответ: «Экономическую выгоду от заключения сделок с ООО «Горэнерго» ООО «Вектор» не приобретало и не планировало приобретать. Выгоду от заключенных сделок приобретало ООО «Горэнерго» в виде переложения бремени уплаты налогов на ООО «Вектор», с последующим банкротством последнего. Суть достоверно и подробно изложена в заявлении конкурсного управляющего».

Рассмотрев разногласия сторон по указанному вопросу, суд установил следующие фактические обстоятельства, связанные с хозяйственной деятельностью должника и ООО «ГЭС».

По итогам реализованной по делу судебной экспертизы судом установлено, что должник по настоящему делу фактически зависел от ООО «ГЭС» и, соответственно, руководства последнего (ч. 2 ст. 19 Закона о банкротстве).

Так деятельность должника началась с момента его регистрации в декабре 2017 года.

Из анализа движения денежных средств по расчетному счету должника за весь период его функционирования (стр. 4-16 заключения) следует, что фактически единственным источником поступления средств на реализацию производственной деятельности являлось ООО «ГЭС», при этом структура расходов организации (должника) представляла из себя 98% затрат на оплату заработной платы.

Судом сделан вывод о том, что материалами дела подтверждена умышленная, планомерная, системная деятельность группы лиц по формированию схемы недобросовестного ведения бизнеса направленная исключительно на причинение вреда бюджетной системе Российской Федерации, а также работникам должника, связанным с систематическим нарушением их пенсионных прав и прав на социальные гарантии.

Определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 31.08.2020 № 305-ЭС19-24480 по делу № А41-22526/2016 сформулирован правовой подход, согласно которому законодательство о несостоятельности в редакции как Федеральных законов от 28.04.2009 № 73-ФЗ и от 28.06.2013 № 134-ФЗ, так и Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ предусматривало возможность привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности за доведение должника до банкротства (создание ситуации невозможности погашения

требований кредиторов). Несмотря на последовательное внесение законодателем изменений в положения, регулирующие рассматриваемые отношения, правовая природа данного вида ответственности сохранилась.

При привлечении к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – За\кон о банкротстве), подлежат применению общие положения Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.

Применительно к абзацу первому т. 1080 Гражданского кодекса лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных судебная практика учитывает согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. (абзац первый п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53)).

К такой ответственности подлежало привлечению лицо, осуществляющее фактический контроль над должником (независимо от юридического оформления отношений) и использовавшее властные полномочия во вред кредиторам, то есть своими действиями приведшее его к банкротству.

Установление фактического контроля не всегда обусловлено наличием юридических признаков аффилированности (п. 3 постановления № 53). Напротив, конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, в раскрытии своего статуса контролирующего лица не заинтересован и старается завуалировать как таковую возможность оказания влияния на должника. Следовательно, статус контролирующего лица устанавливается, в том числе через выявление согласованных действий между бенефициаром и подконтрольной ему организацией, которые невозможны при иной структурированности отношений.

При ином недопустимом подходе бенефициары должника в связи с подконтрольностью им документооборота организации имели бы возможность в одностороннем порядке определять субъекта субсидиарной ответственности выгодным для них образом и уходить от ответственности.

Определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.04.2025 № 307-ЭС24-22013 по делу № А56-114578/2022 сформулирован следующий правовой подход в вопросах о распределении бремени доказывания по подобного рода делам:

«В силу положений п. 1 ст. 48, п. 1 и 2 ст. 56, п. 1 ст. 87 Гражданского кодекса законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности. Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

Упомянутые принципы установлены законодателем для того, чтобы исключить личную ответственность участников корпорации по обязательствам корпорации, возникшим перед третьими лицами в ее предпринимательской деятельности в связи с рисковым характером указанной деятельности, но не в целях поощрения обмана кредиторов, намеренного уклонения от исполнения обязательств.

Правовая форма юридического лица (корпорации) не должна использоваться его участниками (учредителями) и иными контролирующими лицами для причинения вреда независимым участникам оборота (п. 1 ст. 10, ст. 1064 ГК РФ).

В силу ч. 3 ст. 64.2 Гражданского кодекса (введена Федеральным законом от 05.05.2014 № 99-ФЗ) исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, которые в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочены выступать от его имени (п. 3 ст. 53 и п. 1 . 53.1 ГК РФ), а также лиц, имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица (п. 3 ст. 53.1 ГК РФ).

Исходя из этого участники корпорации и иные контролирующие лица (п. 1 - 3

ст. 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к имущественной ответственности перед кредиторами фактически недействующего юридического лица, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Основанием субсидиарной ответственности контролирующих лиц является доведение должника по основному обязательству до такого имущественного положения, при котором осуществление расчетов с кредиторами в полном объеме стало невозможным, притом, что кредиторы оказались лишены возможности удовлетворения своих требований в рамках процедуры ликвидации юридического лица, исключенного из ЕГРЮЛ как фактически недействующего, либо в процедуре банкротства.

При рассмотрении исков о привлечении к субсидиарной ответственности бремя доказывания должно распределяться судом (ч. 3 ст. 9, ч. 2 ст. 65 АПК РФ) с учетом необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств дела, имея в виду, что кредитор, как правило, не имеет доступа к информации о хозяйственной деятельности должника, а контролирующие должника лица, напротив, обладают таким доступом и фактически могут его ограничить по своему усмотрению.

Кредитор, обратившийся с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц по обязательствам фактически недействующего юридического лица, должен доказать следующие обстоятельства: 1) наличие и размер перед ним задолженности у юридического лица; 2) наличие у должника признаков фактически недействующего юридического лица; 3) контроль над этим должником со стороны физического и (или) иного юридического лица (лиц), привлеченных в качестве ответчиков; 4) отсутствие содействия последних в предоставлении сведений о финансово-хозяйственной деятельности должника в необходимых объемах.

Применяя указанные правила в доказывании обстоятельств по делу, сформулированные ВС РФ, суд установил, что фактически отправной точкой в реализации указанной схемы, по мнению суда, является ФИО2 как единственный учредитель и руководитель ООО «ГЭС».

При этом юридическая структура ООО «ГЭС» по обстоятельствам дела недобросовестно использована в целях смещения налогового бремени в пользу зависимого общества – должника по настоящему делу.

Должник же в таких условиях намеренно не получал достаточно финансирования от ООО «ГЭС» для уплаты налогов и страховых взносов, связанных с исполнением трудовых договоров с наемными работниками, ранее выполнявшими аналогичные функции в МУП «Горэнерго», руководителем которого также являлся ФИО2

Указанные обстоятельства подтверждены главным бухгалтером ООО «ГЭС» - ФИО22 допрошенным в судебном заседании 05.08.2024, которая пояснила, что ООО «ГЭС» при принятии в штат работников по обслуживанию котельных начало бы проявлять признаки банкротства уже через 6 месяцев.

С учетом пояснений ФИО9, а также существа и направленности действий руководителей должника: ООО «Техтранс Регион», ФИО10 (заключила договор цессии от № 0818/В/ЮЛ), ФИО8 (заключила договор № 1В/ГЭС/2017 от 30.12.2017 с отсрочкой платежа на 210 дней) а также принятием учредителями должника ФИО7 и ФИО11 решений о назначении на должности руководителей и совокупного перечня прав и обязанностей участника юридического лица (ст.ст. 8, 9 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»), суд установил, что указанными лицами, изначально ООО «Вектор» создано, и его структура была задействована в реализации недобросовестных планов по фактическому уклонению от уплаты налогов, поскольку единственным кредитором должника по итогам производственной деятельности ООО «ГЭС» в связке с ООО «Вектор» явилась бюджетная система Российской Федерации.

Далее, по мере накопления задолженности по обязательным платежам и однозначного проявления признаков неплатежеспособности в полном отсутствии какого-либо иного реального и ликвидного имущества между должником и ООО «ГЭС» заключено 4 договора цессии: № 0818/В/ЮЛ от 01.08.2018; № 0220/В от 10.02.2020; № 0220/В/1 от 10.02.2020; № 0320/В/ЮЛ от 31.03.2020; по условиям которых, должник взамен дебиторской задолженности самого ООО «ГЭС» перед ним, фактически получал права требования ООО «ГЭС» к потребителям тепловой энергии (большей частью – население), т.е. актив с неопределенной ликвидностью и тяжелым, сложным администрированием.

По итогам указанных сделок ООО «ГЭС» в системе взаимоотношений со своим зависимым обществом погасил свою задолженность по недофинансированию ООО «Вектор» и избавился от проблемного актива, переложив его на должника, тем самым еще больше усугубил финансовое состояние подконтрольного общества.

Следует также отметить, что Арбитражный суд Амурской области в определении от 10.07.2023 по делу А04-3172/2021, вступившем в законную силу, признал ООО «Вектор» подконтрольной ООО «ГЭС», ООО «ГЭС» является контролирующим лицом должника по отношению к ООО «вектор». Вышеуказанное обстоятельство установлено вступившим в законную силу Определением Арбитражного суда Амурской области от 10.07.2023 поделуА04-3172/2021 и не требует повторных доказательств в силу п. 2 ст. 69 АПК РФ.

Таким образом, определением Арбитражного суда Амурскойобластиот10.07.23г. по делу А04-3172/2021 было установлено наличие у ООО «ГЭС» статуса контролирующего должника лица, а также наличие причинно-следственной связи между его действиями и наступившими негативными последствиями для должника, приведшими к его банкротству,

что является основанием для привлечения ООО «ГЭС» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (пп 2 п. 12 ст..11Закона о банкротстве).

Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды».

Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Обоснованность получения налоговой выгоды не может быть поставлена в зависимость от способов привлечения капитала для осуществления экономической деятельности (использование собственных, заемных средств, эмиссия ценных бумаг, увеличение уставного капитала и т.п.) или от эффективности использования капитала.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что совокупность указанных разъяснений ВАС РФ вместе с установленными судом обстоятельствами по делу указывает исключительно на то, что ФИО9, ФИО10, ФИО8, ФИО7, ФИО11, ФИО2, используя конструкцию юридических лиц: ООО «Техтранс Регион», ООО «Вектор», ООО «ГЭС», создали и обеспечивали функционирование должника только с одной единственной целью – получение необоснованной налоговой выгоды, что в закономерном и 100 % случаях ведет к банкротству и неспособности схемы к правильному функционированию изначально.

Ответчиками по делу в нарушение правил ч. 4 ст. 16.16 Закона о банкротстве не продемонстрировано со ссылками на конкретные доказательства и расчеты, каким именно образом лица, участвующие в реализации подобной схемы, с заданными на ее старте экономическим параметрами собирались обеспечивать конституционную обязанность по самостоятельной и полной уплате обязательных платежей в каждый из налоговых периодов на протяжении всего периода функционирования схемы.

Коллегия согласна с выводом суда о том, что ООО «ГЭС» в нарушение правил ст. 61.16 Закона о банкротстве не приводит конкретных доводов со ссылками на конкретные доказательства, позволяющие по итогу сделать обоснованный вывод о добросовестности своего поведения, т.е. пытается необоснованно сместить бремя доказывания опровержения презумпции на заявителя по делу, что недопустимо.

Доводы ответчиков о том, что банкротство возникло по причине того, что ФИО9 самовольно включил в штат работников несогласованных лиц в количестве 7 человек опровергаются выводами реализованной по делу судебной экспертизы, показавшей незначительный экономический эффект от подобного рода действий со стороны ФИО9 судом рассмотрены и правомерно отклонены, поскольку по расчетам эксперта 7 дополнительных человек в штате должника за период его деятельности не смогли бы сгенерировать задолженность по обязательным платежам в сумме, превышающей 40 млн. руб.

Согласно правилам ч. 4 ст. 69 АПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для

арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

Оценивая доводы ООО «ГЭС» о роли ФИО9 в указанном деле со ссылками на приговор в отношении указанного лица пришел к их необоснованности.

Исследовав данный судебный акт, суд установил, что в указанном документе не имеется выводов суда о роли ФИО9 по отношению к обстоятельствам настоящего дела. При этом, по мнению суда, данные факты не являются причиной для процессуальных ограничений по оценке деятельности ФИО9 в настоящем деле.

Обвинительный приговор в отношении ФИО9 от 27.12.2021 (приложен к отзыву ООО «ГЭС» от 02.06.2025 06:25 мкс) может быть использован в качестве оценки мотивов поведения ФИО9 в настоящем деле.

По мнению суда, ФИО9, получив уголовное наказание за преступление экономической направленности, опасаясь дальнейших мер уголовного преследования, раскрыл суть реализованной схемы недобросовестного ведения бизнеса.

Сведений о том, по каким причинам ФИО9 в настоящем деле раскрыл схему ведения бизнеса в настоящем деле, а в иных – нет, в дело не представлено.

Вместе с тем, если отстраниться от достаточно вольных рассуждений ответчиков на тему причастности того или иного лица к сложившейся ситуации, а также попыткам своеобразного толкования Закона, а равно ссылок на то, что деятельность в сфере ЖКХ всегда носит заведомо убыточный характер, а оперировать исключительно реальными доказательствами по делу, подтверждающими реальные действия участников гражданского оборота и преследуемые ими цели, по материалам дела прослеживается однозначной вывод о создании схемы необоснованного получения налоговой выгоды. Иной результат по материалам дела и выполненной судебной экспертизы фактически невозможен.

Таким образом, показания ФИО9 по настоящему делу проверяемы иными доказательствами и являются достоверными, поскольку коррелируют с вектором направленности и итогом экономической деятельности должника.

Косвенно это подтверждается и тем, что согласно отзыву ООО «ГЭС» от 03.06.2023 03:10 МКС (абз. 4 стр. 1), данный ответчик предполагает, что выплаты денежных средств «лишним» работникам со стороны ФИО9 являются выводом средств в пользу самого ФИО9

Таким образом, суд верно сделал вывод, что ООО «ГЭС» в полном объеме владело информацией о состоянии дел у должника с момента создания данного предприятия, между ООО «ГЭС» и ФИО9 имелось негласное соглашение о том, что последний номинально возглавляет подконтрольную организацию, за что имеет право дополнительно получать вознаграждение по фиктивным трудовым договорам с определенными лицами.

Данный вывод постановлен судом на том обстоятельстве, что при выявлении указанного случая впервые (например, после сдачи первой отчетности, приступая к реализации второй отчетности по соответствующим периодам) добросовестный участник сделки, в данном случае – ООО «ГЭС» начал бы выяснять причины расхождений в показателях и отказался бы от продолжения подобного рода недобросовестной деятельности.

Указанное добросовестное поведение со стороны участников схемы не доказано и не продемонстрировано, напротив схема реализовывалась и приносила свои плоды с момента ее создания и до подачи заявления ФНС России о банкротстве должника, что подтверждает

умышленную форму вины всех частников схемы, вовлеченность каждого из них в процесс с заблаговременным распределением ролей.

Оснований не согласиться с указанными выводами суда у коллегии не имеется.

Доводы ООО «Городские энергетические сети» о необоснованных экономических тарифах по производству и передаче тепловой энергии, материалами дела не доказаны, поскольку решений судов принятых в установленном законом порядке по данному вопросу в спорном периоде не имеется. Кроме того, суд учитывает и то, что тарифы в указанному случае определяются в соответствии со специализированным законодательством на основе проверки уполномоченным органом расходов теплоснабжающей организации на генерацию тепловой энергии и ее передачу потребителям. Указанные расходы формирует для защиты сама теплоснабжающая организация, в данном случае – ООО «Городские энергетические сети». При этом система тарифицирования в случае утверждения для потребителей заниженной стоимости единицы энергии предусматривает субсидирование деятельности теплоснабжающей организации за счет средств бюджета определенного уровня.

По мнению суда, ответственность за полное финансирование деятельности зависимого лица при подобного рода организации ведения дел лежит на создавших и эксплуатирующих данную схему лицах.

Добросовестного поведения с учетом выявленной и доказанной уполномоченным органом схемы, созданной и работающей длительное время одними и теми же лицами (22.02.2024 08:49 мкс) в нарушение правил ст. 65 АПК РФ и ч. 4 ст. 61.16 Закона о банкротстве ответчиками по делу в указанном смысле не продемонстрировано.

Ссылки апеллянтов на то, что деятельность по реализации бизнеса в сфере ЖКХ заблаговременно почти всегда имеет склонность к убыточности, суд считает необоснованными, поскольку должник по настоящему делу не занимался тарифицируемым видом деятельности – его задачей было только обслуживание муниципального имущества, принятого в концессию ООО «Городские энергетические сети» за вознаграждение со стороны ООО «Городские энергетические сети» по соответствующему договору с отсрочкой платежа на 210 календарных дней. В этом смысле, по существу планирование деятельности должника в ракурсе возможности получать им прибыль или нет, а также обслуживать в полной мере обязательства по уплате налогов и сборов в полной мере зависела только от управленческих решений со стороны ООО «Городские энергетические сети», которые в известном смысле ничем ограничены не были.

По указанной причине ссылки ООО «Городские энергетические сети» на вид, структуру и проблемы в его собственном бизнесе, по мнению суда, никакого значения не имеют (ст. 67 АПК РФ).

Доводы ООО «Городские энергетические сети» о самостоятельности ООО «Вектор» по отношению к ООО «Городские энергетические сети» в связи с тем, что согласно ответу нотариуса 01.10.2021 № 09752912 состоялась публикация ООО «Вектор» о намерении обратиться в суд с заявлением о банкротстве ООО «Городские энергетические сети», выполненная по заявлению руководителя должника ФИО9, суд счел необоснованными, поскольку сведения о том, кто обращался к нотариусу за публикацией о намерении обратиться в суд с заявлением о банкротстве ООО «Городские энергетические сети» от имени ООО «Вектор» 01.10.2021 в условиях, когда в отношении самого ООО «Вектор» уже было возбуждено дело о банкротстве 05.05.2021, и в отношении ФИО9 возбуждено уголовное дело, сами по себе не могут доказывать факт финансовой и иной хозяйственной самостоятельности должника от своих партнеров по бизнесу.

Кроме того, суд учитывает, что ФИО9 самостоятельно без наличия системы хозяйственных связей с ООО «Городские энергетические сети», а также административного и трудового ресурса последнего не смог бы ни при каких условиях воплотить в жизнь подобного рода замысел и устремления.

Особенно яркое отрицание роли ООО «Городские энергетические сети» и ФИО2 созданной схеме, отмеченное ответчиками в отзыве от 03.06.2025 03:10 МСК, не доказано. Ответчики в указанный доводах делают ссылку на то, что ФИО2 пришел в бизнес на уже налаженную схему взаимоотношений и занимался только производственной деятельностью, указанные факт ФИО2 также лично отмечал в своих выступлениях в судебном заседании.

На прямой вопрос суда о том, кто создал указанную схему ведения бизнеса, ФИО2 ответа не дал.

В этой связи, сам факт прихода ФИО2 на уже отработанную схему недобросовестного ведения бизнеса не снимает ответственности с последнего за действия по поддержанию и продолжению эксплуатации подобного рода хозяйственных связей.

Как верно отмечено судом первой инстанции, довод ООО «Городские энергетические сети» о том, что оно вело бухгалтерскую отчетность только в пределах вида деятельности должника по соглашениям об обслуживании котельных, при этом должник в остальной части был самостоятельным, противоречит материалам дела и установленным по нему обстоятельствам, поскольку должник, как установлено судом создан исключительно для этого вида деятельности и по существу только им и занимался. Иного по делу не доказано.

Таким образом, всестороннее исследование материалов дела, сопоставление доказательств между собой, в отсутствие реальных (относимых и допустимых) доказательств обратного со стороны ответчиков, позволило суду сделать однозначный вывод о доказанности основании для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании п. 1 ч. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве следующих лиц: ФИО9; ФИО10; ФИО8; ФИО7; ФИО11; ФИО2; ООО «Техтранс Регион»; ООО «Городские энергетические сети».

Конкурсным управляющим заявлены требования к ФИО9, по основанию не передачи управляющему документов по деятельности должника.

Пунктом 2 ч. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Вместе с тем, согласно разъяснениям, содержащимся я в п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с

привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» ВС РФ отмечает, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (пп 2 и 4 п. 2 т. 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее:

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Отклоняя указанный довод, суд первой инстанции правомерно указал, что конкурсным управляющим в требовании по указанному пункту не учтено, что ФИО9 определенный период времени отбывал уголовное наказание, связанное с лишением свободы, и не имел реальной возможности передать управляющему документы по деятельности должника.

С учетом изложенного, а также установленной схемы ведения бизнеса со стороны должника и отсутствие у него какого-либо имущества вообще, суд не усмотрел оснований для применения судом нормы п. 2 ч. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Определяя размер ответственности каждого из ответчиков, суд первой инстанции исходил из следующего.

Пунктами 8-10 ст. 61.11 Закона о банкротстве определено, что если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно. Арбитражный суд вправе уменьшить размер или полностью освободить от субсидиарной ответственности лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, если это лицо докажет, что оно при исполнении функций органов управления или учредителя (участника) юридического лица фактически не оказывало определяющего влияния на деятельность юридического лица (осуществляло функции органа управления номинально), и если благодаря предоставленным этим лицом сведениям установлено фактически контролировавшее должника лицо, в том числе отвечающее условиям, указанным в пп. 2 и 3 п. 4 ст. 61.10 настоящего Федерального закона, и (или)

обнаружено скрывавшееся последним имущество должника и (или) контролирующего должника лица. Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Учитывая изложенное, исследовав доводы ФИО8 по ее отзыву (14.04.2025 10:08 мкс), а также материалы регистрационного дела должника, суд, определяя роль каждого из участников спорных правоотношений, пришел к тому, что если взять каждого из участников настоящего обособленного спора и проанализировать в отдельности существо и характер направленности их деятельности в отрыве друг от друга, то получается, что к каждому из них в отдельности никаких претензий предъявить по существу нельзя, так как действия указанных лиц сами по себе не влекут состояние неплатежеспособности должника и невозможности последнего отвечать по своим обязательствам.

Определяя степень вовлеченности и участи в выявленной схеме указанных лиц, суд установил, что на каждом из этапов реализации намерений и целей по получению необоснованной налоговой выгоды, каждый из ответчиков выполнял заранее установленную функцию, реализовывал замысел по достижению противоправной конечной цели (занимался регистрацией предприятия, подписывал договор аутсорсинга с отсрочкой платежа на 210 дней, подписывал договоры цессии (признанные судом недействительными), организовывал выплату заработной платы посредством использования решений Комиссии по трудовым спорам, составлял и отправлял бухгалтерскую отчетность). Иными словами без участия кого-либо из обозначенных ответчиков и без реализации ими своих задач конечный выгодоприобретатель – в данном случае ООО «Городские энергетические сети» не получил бы необоснованных экономических преимуществ.

Пунктом 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53

«О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» предусмотрено, что в силу п. 8 ст. 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого ст. 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.

Если несколько контролирующих должника лиц действовали независимо и действий каждого из них, существенно повлиявших на положение должника, было недостаточно для наступления объективного банкротства, но в совокупности их действия привели к такому

банкротству, данные лица подлежат привлечению к субсидиарной ответственности в долях (п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, п. 1 ст. 1064 ГК РФ).

В этом случае суд распределяет между ними совокупный размер ответственности, исчисляемый по правилам абзацев первого и третьего п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве, определяя долю, приходящуюся на каждое контролирующее лицо, пропорционально размеру причиненного им вреда.

При невозможности определения размера причиненного вреда исходя из конкретных операций, совершенных под влиянием того или иного лица, размер доли, приходящейся на каждое контролирующее лицо, может быть определен пропорционально периодам осуществления ими фактического контроля над должником.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, схема ведения бизнеса в тандеме ООО «Городские энергетические сети» и ООО «Вектор» изначально ориентирована только на получение ООО «Городские энергетические сети» необоснованной налоговой выгоды (иного по делу не доказано, должник ни в один из периодов времени уставных задач по получению прибыли не реализовывал).

Таким образом, действия руководителей и учредителей должника на протяжении всего периода его функционирования в каждый из этапов его деятельности не были достаточными для достижения банкротства, в связи с чем, ответственность данных лиц должна быть определена исходя из периодов участия в уставном капитале должника и нахождения в должности руководителя должника.

Ввиду того, что единственным выгодоприобретателем данной схемы являлось ООО «Городские энергетические сети» с его учредителем и руководителем ФИО2 – указанные лица должны нести ответственность в полном объеме.

Размер ответственности КДЛ суд первой инстанции определил следующим образом.

Общий размер субсидиарной ответственности состоит из непогашенных требований кредиторов по реестру (уточнения управляющего от 31.05.2025 12:40 МСК) и составляет 23 317 702,99 руб. (является солидарной ответственностью для ООО «Городские энергетические сети» и ФИО2).

Период осуществления деятельности ООО «Вектор» определен судом с 15.12.2017 (решение о создании общества) по 22.07.2022 (день признания общества несостоятельным), что равно 1 681 дням.

В целях определения солидарного объема ответственности каждого из ответчиков, суд исходил из пропорции времени нахождения каждого в структуре управления должника и в его уставном капитале, с учетом того, что период нахождения ФИО23 в уставном капитале должника пересекается с нахождением в органах управления ФИО10 и указанные участники дела не последовательно сменяли друг друга. Ответственность ФИО9 суд снизил до 40 % – 9 327 081,19 руб., поскольку он раскрыл существо организованной неправомерной схемы ведения бизнеса.

Ответственность ответчиков является солидарной.

По правилам ст. 61.12 Закона о банкротстве суд ответчиков к ответственности не привлекал. Апелляционные жалобы возражений на указанную часть судебного акта не содержат.

Приведенные в апелляционных жалобах ООО «Городские энергетические сети», ФИО2, ФИО7, ФИО8 доводы рассмотрены судебной коллегией и отклонены, поскольку, по сути, повторяют доводы, приведенные в суде

первой инстанции. Специфика деятельности организации-должника не должна приводить к нарушению прав кредиторов, в том числе налогового органа.

Доводы о недоказанности и отсутствии схемы деятельности, о том, что она была применена и действовала до искового периода, что никакого криминала в выбранном сторонами способе расчета не имеется, о недоказанности создания новых организаций с теми же работниками, также признаются необоснованными, поскольку направлены на иную оценку указанных обстоятельств.

Несогласие апеллянтов с оценкой доказательств, с доводами налогового органа, конкурсного управляющего, с выводами суда, не является основанием считать судебный акт необоснованным.

Иные приведенные в жалобах доводы не являются основанием для освобождения контролирующих должника лиц от ответственности за вменяемые им правонарушения.

Судом первой инстанции исследованы представленные сторонами доказательства, в том числе приговор суда, определение Арбитражного суда Амурской области от 10.07.2023, свидетельские показания, показания участников спора, и иные в совокупности по правилам ст. 71 АПК РФ, и принято, по сути, верное решение.

Оснований для иной оценки доказательств суд апелляционной инстанции не установил (ст. 9, 65, 68, 71 АПК РФ).

Судебный акт является законным и обоснованным, а содержащиеся в нем выводы соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

В связи с чем, основания для отмены или изменения определения суда от 03.06.2025 и удовлетворения апелляционных жалоб отсутствуют.

Руководствуясь частью 3 статьи 223, статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда Амурской области от 03.06.2025 по делу № А04-3172/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Е.В. Гричановская Судьи Т.Д. Козлова Л.В. Самар