Постановление от 22 октября 2025 г. по делу № А56-16849/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

23 октября 2025 года

Дело №

А56-16849/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Корабухиной Л.И., судей Журавлевой О.Р., Родина Ю.А.,

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Сэтл Строй» ФИО1 (доверенность от 20.05.2024), от общества с ограниченной ответственностью «Институт Территориального развития» ФИО2 (доверенность от 20.01.2025), от общества с ограниченной ответственностью «Стройтрансиндустрия» ФИО3 (доверенность от 13.03.2025), ФИО4 (доверенность от 27.03.2023),

рассмотрев 22.10.2025 в открытом судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Сэтл Строй» и общества с ограниченной ответственностью «Стройтрансиндустрия» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.01.2025 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.06.2025 по делу № А56-16849/2021,

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью «Сэтл Строй» (адрес: 196066, Санкт-Петербург, пр. Московский, д. 212, лит. А; далее – Обшество) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Стройтрансиндустрия» (ОГРН <***>, адрес: 197372, Санкт-Петербург, пр. Авиаконструкторов, дом 5 корпус 2 литер А, чп 63-Н офис № 33; далее – Компания) о взыскании 3 142 981 руб. 96 коп. неустойки за нарушение сроков выполнения работ по договору от 01.07.2019 № К9-КТ1 (далее – договор 1), 6 441 129 руб. 48 коп. неустойки за нарушение сроков выполнения работ по договору от 09.04.2019 № ТФ17-04/19-К2 (далее – договор 2) и 12 857 796 руб. 60 коп. убытков.

Компанией заявлен встречный иск о взыскании с Общества 3 603 985 руб. 46 коп. неосновательного обогащения и 369 098 руб. 55 коп. неустойки за просрочку оплаты работ по договору 1 за период с 16.07.2021 по 13.06.2024, 5 432 277 руб. 88 коп. неосновательного обогащения и 543 277 руб. 79 коп. неустойки за просрочку оплаты по договору 2 за период с 19.04.2021 по 13.06.2024.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «СК Потенциал» (далее - ООО «СК Потенциал»), общество с ограниченной ответственностью «Геоизол» (далее - ООО «Геоизол»), общество с ограниченной ответственностью «Институт Территориального развития» (далее - ООО «ИТР»), общество с ограниченной ответственностью «Сэтл Сити» (далее - ООО «Сэтл Сити»), общество с ограниченной ответственностью «Вертикаль» (далее - ООО «Вертикаль»).

Решением суда от 28.01.2025, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 11.06.2025 в удовлетворении первоначального и встречного исков отказано.

В кассационной жалобе Общество, ссылаясь нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, просит отменить принятые судебные акты в части отказа в первоначальном иске и удовлетворить его в полном объеме.

По мнению подателя жалобы, материалами дела подтверждено нарушение Компанией сроков выполнения работ по договору 1, что повлекло правомерное начисление подрядчику договорной неустойки за период с 23.09.2019 по 31.01.2020 в сумме 6 746 967 руб. 42 коп., из которых 3 603 985 руб. 46 коп. удержано заказчиком на основании уведомления от 10.12.2021 в счет оплаты работ, выполненных по данному договору, а оставшаяся часть неустойки предъявлена к взысканию в настоящем деле, а также по договору 2 – в связи с нарушением подрядчиком сроков выполнения работ за период с 01.09.2019 по 31.01.2020, повлекшее начисление неустойки в сумме 11 873 407 руб., часть из которой в сумме 6 441 129 руб. 48 коп. после удержания другой части неустойки в счет оплаты работ на основании уведомления от 10.02.2021 № 2754, также правомерно предъявлена к взысканию с ответчика. Общество не согласно с выводами судов о том, что оснований для начисления неустойки не имелось, так как работы по договорам, которые выполнены подрядчиком с надлежащим качеством в срок, указанный в актах передачи фронта работ смежным подрядчикам, приостанавливались самим истцом и по его же инициативе Компании поручались дополнительные работы, необходимость выполнения которых возникла в процессе выполнения работ. Общество полагает, что эти обстоятельства не могли являться основанием для продления сроков выполнения работ подрядчиком, так как спорные работы в порядке статьи 716 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) сторонами не приостанавливались, а также считает, что суды не указали правовые основания для отказа в удовлетворении части требований о взыскании неустойки, в том числе не учли судебные акты по делу № А56-8729/2021. Кроме того, указывая на противоречивость выводов эксперта по результатам проведенной по делу судебной экспертизы, Общество полагает, что суды, отказывая истцу во взыскании убытков, необоснованно не назначили по его ходатайству дополнительную экспертизу.

Компания в своей кассационной жалобе, ссылаясь на неполное исследование судами материалов дела и условий договоров в части возникновения у подрядчика права требовать от заказчика выплаты гарантийных удержаний, считает, что суды неправильно применили нормы материального права, отказав подрядчику в удовлетворении встречного иска по мотиву пропуска срока исковой давности, не учитывая при этом вступившие в законную силу судебные акты по делам № А56-13180/2021 и № А56-5031/2021, которыми подтверждено выполнение подрядчиком в рамках договоров дополнительных работ с их предъявлением к приемке Обществу 30.11.2020. По мнению Компании, с учетом установленных договорами сроков, отводимых на приемку работ Генеральным подрядчиком/подрядчиком, и шестимесячного срока для выплат им гарантийных удержаний лишь после окончательной сдачи работ по договорам, срок исковой давности истцом по встречному иску не пропущен. В этой связи податель жалобы просит отменить состоявшиеся по делу судебные акты в части отказа ему в удовлетворении встречного иска и удовлетворить его исковые требования в полном объеме.

В отзыве на кассационную жалобу Компании и дополнении к нему Общество, полагая приведенные в ней доводы несостоятельными, просит оставить без изменения принятые по делу судебные акты в части отказа во встречном иске. Общество, указывает, что расчеты по дополнительно выполненным Компанией работам полностью произведены с подрядчиком на основании ранее принятых судебных актов, а по гарантийным удержаниям в отношении работ, сданных подрядчиком в 2019 году по актам о приемке выполненных работ формы КС-2, срок исковой давности пропущен, поскольку Компания обратилась во встречным иском в суд лишь 02.07.2024.

В судебном заседании 24.09.2025 представители Общества и Компании поддержали доводы своих кассационных жалоб и возражали против удовлетворения кассационной жалобы другой стороны.

Определением суда округа от 24.09.2025 рассмотрение кассационных жалоб откладывалось на 22.10.2025 в 11 час.00 мин., после чего продолжено в прежнем судебном составе.

В судебном заседании 22.10.2025 представители истца и ответчика настаивали на своих правовых позициях, изложенных ранее. Представитель ООО «ИТР» доводов относительно предмета спора не приводил.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте слушания кассационных жалоб сторон, своих представителей в судебное заседание не направили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалоб в их отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов и установлено судами, между Обществом (генеральный подрядчик) и Компанией (подрядчик) заключен договор 1, по условиям которого генеральный подрядчик поручил, а подрядчик принял на себя обязанность в установленный договором срок выполнить полный комплекс работ по разработке котлована на объекте строительства «Многоквартирный жилой дом со встроенными помещениями и встроенно-пристроенным подземными гаражами», Жилой дом секции 1, 6, 7, 8, 10 и автостоянка 2, расположенном по адресу: Санкт-Петербург, Комендантский пр., уч. 1 (юго-западнее пересечения с р. Каменка), кад. Ж78:34:0004281:11950 (далее - объект-1), а генеральный подрядчик обязался создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную договором цену.

Цена договора согласована сторонами в сумме 51 503 568 руб. 12 коп. (пункт 4.1).

Работы подлежали выполнению в период с 15.07.2019 по 22.09.2019 (пункт 2.1).

Пунктом 12.2.1 договора 1 предусматривалась ответственность подрядчика за нарушение любого из предусмотренных договором сроков: начального, промежуточных, конечного срока выполнения работ по договору, начального, конечного сроков выполнения отдельных видов и объемов работ, указанных в календарном графике производства работ, в виде уплаты генеральному подрядчику неустойки (пени) в размере 0,1% от стоимости договора (дополнительного соглашения к нему), за каждый день просрочки до даты полного исполнения соответствующих работ подрядчиком.

Поскольку обусловленные данным договором работы были сданы подрядчиком 31.01.2020, то есть с нарушением установленного срока на 131 день (с 23.09.2019 по 31.01.2020), Общество начислило Компании неустойку в сумме 6 746 967 руб. 42 коп.

При этом Общество исходило из того, что на протяжении всего периода исполнения договора подрядчик не уведомлял генерального подрядчика о каких-либо препятствиях к своевременному выполнению работ и не приостанавливал их в порядке статьи 716 ГК РФ.

В претензии от 09.11.2020 № 13918 генеральный подрядчик потребовал уплаты подрядчиком начисленной неустойки, а на основании уведомления от 10.02.2021 № 2752 произвел одностороннее удержание части начисленной неустойки в сумме 3 603 985 руб. 46 коп. из суммы, подлежащей оплате Компании за выполненные работы, что предусматривалось пунктом 12.4 договора 1.

Размер невыплаченной подрядчиком неустойки за нарушение сроков выполнения работ по договору 1 составил 3 142 981 руб. 96 коп.

По заключенному между Обществом (подрядчик) и Компанией (субподрядчик) договору 2 последний обязался в установленный договором срок выполнить комплекс работ по разработке котлована корпусов 1-3, подземных автостоянок на объекте-2 строительства «Жилые дома со встроенными коммерческими помещениями и подземными автостоянками», совмещенный объект начального образования с ДОО, гостиницы и наземная автостоянка, расположенном по адресу: Санкт-Петербург, Торфяная дор., д. 17, кад. № 78:34:0413503:22 (далее - объект-2).

Согласованная цена работ по данному договору составила 77 603 969 руб. 68 коп. (пункт 4.1).

Работы субподрядчик обязался выполнить в период с 09.04.2019 по 31.08.2019 (пункт 2.1).

С учетом того, что работы по договору сданы Компанией 31.01.2020 с просрочкой Общество, основываясь на пункте 12.2.1 данного договора, аналогичного по содержанию такому же пункту договора 1, начислило субподрядчику неустойку за 153 дня просрочки в сумме 11 873 407 руб. 36 коп. за период с 01.09.2019 по 31.01.2020, также указывая на то, что по договору 2 работы не приостанавливались.

Поскольку уведомлением от 10.02.2021 № 2754 субподрядчик, руководствуясь пунктом 12.4 договора 2 произвел одностороннее удержание части начисленной неустойки в размере 5 432 277 руб. 88 коп. из суммы, подлежащей оплате за работы, выполненные по договору 2, размер неуплаченной субподрядчиком неустойки составил 6 441 129 руб. 48 коп.

Кроме того, как указывалось истцом, до начала выполнения ответчиком земляных работ по договору 2 на объекте-2 иным субподрядчиком - ООО «Геоизол» произведены работы по устройству свайного фундамента.

На начальном этапе бурения этим субподрядчиком скважин диаметром 520 мм, последние находились в проектном положении, что подтверждалось соответствующими актами освидетельствования скрытых работ.

В связи с тем, что впоследствии в ходе выполнения работ произошло изменение положения свай и их отклонение на сверхнормативные значения, о чем свидетельствовала исполнительная схема планового положения свай после срубки в осях А-СС/1-40 (промежуточная) от 03.10.2019 г., шифр 0007_18.07Р-3-КЖ1, выполненная ООО УМ «Геоизол», Общество обратилось в независимую экспертную организацию - общество с ограниченной ответственностью «ГлавЭнергоСтройКонтроль» (далее – ООО «ГлавЭнергоСтройКонтроль») с целью установления причин изменения положения свай и их отклонения на сверхнормативные значения.

Поскольку согласно заключению экспертной организации от 16.01.2020 шифр 148711/19 дефекты свайного фундамента и шпунтового ограждения образовались вследствие не только отступления ООО «Геоизол» от проектной документации при выполнении работ, но и при переустройстве Компанией шпунтового ограждения в осях 1/А-СС при откопке котлована, несмотря на то, что ущерб, причиненный Компанией, который связан с неправильным выбором размера захватки при откопке, признан экспертами несоизмеримо малым по сравнению со стоимостью ущерба, причиненного ООО «Геоизол», Общество, основываясь на том, что общая стоимость устранения недостатков определена экспертами в сумме 25 468 093 руб. 20 коп., включая НДС (20%), потребовало от Компании в претензии 09.11.2020 № 13916 возмещения 50% этого ущерба в размере 12 734 046 руб. 60 коп. и возмещения своих расходов на проведение экспертизы в сумме 247 500 руб.

В обоснование требований, предъявленных к субподрядчику по договору 2, Общество ссылалось на пункт 12.2.6 данного договора, в силу которого Компания возмещает убытки подрядчика (сверх неустойки) в том числе убытки, возникшие у истца и (или) третьих лиц в связи с нарушением со стороны ответчика либо привлеченных им субподрядных организаций условий данного договора и требований законодательства РФ, повлекших причинение вреда истцу и (или) третьим лицам.

Неисполнение Компанией требований Общества об уплате пеней и возмещении убытков по обоим договорам послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с первоначальным иском.

Возражая против требований Общества и указывая на незаконное удержание истцом сумм, подлежащих оплате ответчику по договорам, Компания предъявила встречный иск о взыскании с подрядчика 3 603 985 руб. 46 коп. неосновательного обогащения и 369 098 руб. 55 коп. неустойки за просрочку оплаты по договору 1 за период с 16.07.2021 по 13.06.2024; 5 432 277 руб. 88 коп. неосновательного обогащения и 543 277 руб. 79 коп. неустойки за просрочку оплаты по договору 2 за период с 19.04.2021 по 13.06.2024.

Исследовав по правилам статьи 71 АПК РФ собранные по делу доказательства, в том числе заключение проведенной по делу судебной экспертизы от 31.01.2024 № 254/16, суды не усмотрели оснований для удовлетворения первоначального иска. Во встречном иске Компании было отказано по мотиву пропуска срока исковой давности, о применении которой заявило Общество в суде первой инстанции.

Суд округа, изучив материалы дела, доводы кассационных жалоб, проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, соответствие их выводов фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 740 ГК РФ по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.

По общим правилам, предусмотренным пунктом 1 статьи 708 ГК РФ, в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

В данном случае пунктом 12.2.1 договоров стороны установили ответственность Компании за нарушение сроков выполнения работ в виде уплаты Обществу неустойки (пени) в размере 0,1% от стоимости договора (дополнительного соглашения к нему), за каждый день просрочки до даты полного исполнения соответствующих работ подрядчиком.

Между тем в силу пункта 1 статьи 718 ГК РФ при неисполнении заказчиком обязанности в случаях, в объеме и в порядке, предусмотренных договором подряда, оказывать подрядчику содействие в выполнении работы, подрядчик вправе требовать возмещения причиненных убытков, включая дополнительные издержки, вызванные простоем, либо перенесения сроков исполнения работы, либо увеличения указанной в договоре цены работы.

Кроме того, согласно разъяснениям, приведенным в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», если иное не установлено законом, в случае, когда должник не может исполнить своего обязательства до того, как кредитор совершит действия, предусмотренные законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающие из обычаев или существа обязательства, применению подлежат положения статей 405, 406 ГК РФ.

По правилам пункта 3 статьи 405 ГК РФ должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 406 ГК РФ кредитор, считается просрочившим, если он не совершил действий, предусмотренных договором, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства.

Как установлено судами, по условиям договора 1 работы подлежали выполнению Компанией до 22.09.2019, однако сданы Обществу 31.01.2020, в связи с чем истец начислил подрядчику неустойку за период с 23.09.2019 по 31.01.2020 в сумме 6 746 967 руб. 42 коп.

Вместе с тем из материалов дела следовало, что с 15.08.2019 до 06.11.2019 работы, обусловленные договором, приостанавливались по инициативе самого генерального подрядчика, на которого возлагалась обязанность оказание подрядчику содействия в выполнении работ. Эти работы выполнены ответчиком 11.12.2019 и предъявлены их к приемке истцу.

Кроме того, Общество 06.09.2019 поручило подрядчику выполнение дополнительных работ, не указанных в техническом задании, которые выполнялись ответчиком до 30.11.2020, их стоимость согласовывалась сторонами с января по июль 2020 года, работы приняты генеральным подрядчиком по одностороннему акту Компании.

Указанные обстоятельства установлены вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.12.2021 по делу № А56-13180/2021, в котором участвовали те же лица и в силу части 2 статьи 69 АПК РФ не подлежали доказыванию вновь при рассмотрении настоящего дела.

С учетом данных обстоятельств Компания исходя из положений пункта 5 статьи 743 ГК РФ не вправе была отказаться от выполнения дополнительных работ, поскольку они входили в сферу профессиональной деятельности подрядчика и не несла обязанности, предусмотренной пунктом 1 статьи 716 ГК РФ, по приостановлению работ по собственной инициативе, поскольку они были приостановлены самим генеральным подрядчиком.

Поскольку задержка в выполнении работ была связано исключительно с действиями генерального подрядчика, повлекшими выполнение работ подрядчиком за пределами установленного в договоре срока, суды обоснованно признали, что оснований для начисления неустойки, в том числе предъявленной к взысканию в настоящем деле у Общества не имелось.

Исследовав собранные по делу доказательства в их совокупности и взаимной связи при проверке доводов истца о правомерном начислении ответчику неустойки по пункту 12.2.2 договора 2 за период с 01.09.2019 по 31.01.2020 в сумме 11 873 407 руб. 36 коп., суды установили следующее.

По данному договору работы подлежали выполнению субподрядчиком до 31.08.2019.

При этом выполняя встречные обязанности по данному договору Общество согласно пункту 7.1.1 договора 2 обязано было передать субподрядчику до начала производства работ по акту-допуску строительную площадку.

Согласно пункту 8.1.3 данного договора только при исполнении подрядчиком этой обязанности субподрядчик должен был приступить к выполнению работ не позднее 2 рабочих дней с даты подписания акта-допуска и выполнить их в полном объеме качественно и в сроки, предусмотренные договором.

Поскольку передача отдельных фронтов работ договором 2 не предусматривалась, суды приняли во внимание, что истец в нарушение условий договора передавал ответчику фронт работ не единовременно, а в три этапа по трем отдельным корпусам, что Обществом не оспаривалось и не опровергалось.

При этом передача фронта работ по актам-допускам завершено истцом лишь 01.10.2019, то есть за пределами обусловленного договором срока выполнения работ.

Как установлено судами, последний акт о приемке выполненных работ, являющихся предметом договора, подписан сторонами 30.12.2019, что в силу пункта 1 статьи 718 ГК РФ свидетельствует о выполнении субподрядчиком работ в обусловленный договором срок.

Кроме того, по инициативе истца Компании поручалось выполнение дополнительных работ по договору 2, не указанных в техническом задании, которые завершены последним 30.11.2020 и приняты Обществом по одностороннему акту сдачи-приемки, что установлено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.08.2021 по делу № А56-15031/2021, в котором участвовали те же лица, и также не требовало доказывания в настоящем деле в силу части 2 статьи 69 АПК РФ.

Совокупность приведенных обстоятельств позволила судам прийти к обоснованному выводу, что по договору 2 правовые основания для начисления неустойки у подрядчика, допустившего просрочку, также отсутствовали.

Исходя из изложенного, суды правомерно отказали Обществу во взыскании с ответчика по первоначальному иску 3 142 981 руб. 96 коп. неустойки за нарушение сроков выполнения работ по договору 1 и 6 441 129 руб. 48 коп. неустойки за нарушение сроков выполнения работ по договору 2, предъявленных им к взысканию в судебном порядке.

Ссылка Общества в доводах жалобы на судебные акты по делу № А56-8729/2021, в рамках которого рассматривался спор между Обществом и обществом с ограниченной ответственностью «Конфидент» по договору подряда от 30.11.2018 № УШД_2018/СС, не может быть признана обоснованной, поскольку не имеет отношения к обстоятельствам настоящего дела.

Отказывая Обществу в удовлетворении первоначального иска в части взыскания с Компании ущерба в размере 12 734 046 руб. 60 коп. и расходов на проведение досудебной экспертизы в сумме 247 500 руб., суды обоснованно руководствовались следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 данного Кодекса (пункт 2 статьи 393).

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как разъяснено в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В данном случае Общество обосновывало свое требование о взыскании с Компании убытков нарушением ответчиком технологической последовательности выполнения земляных работ по договору и производством этих работ в отсутствие ППР что привело к отклонению свай, установленных ООО «Геоизол» при устройстве свайного фундамента, на сверхнормативные значения.

Как указывалось Обществом, до начала выполнения ответчиком земляных работ по договору 2 на объекте-2 субподрядчиком ООО «Геоизол» произведены работы по устройству свайного фундамента. На начальном этапе производства работ, а именно бурения скважин, производимого ООО «Геоизол», сваи находились в проектном положении, что подтверждалось представленными истцом актами освидетельствования скрытых работ на бурение скважин диаметром 520 мм, составленными в апреле 2019 года.

Однако впоследствии произошло изменение положения свай и их отклонение на сверхнормативные значения, о чем свидетельствует исполнительная схема планового положения свай после срубки в осях А-СС/1-40 (промежуточная) от 03.10.2019 г., шифр 0007_18.07Р-3-КЖ1, выполненная ООО УМ «Геоизол».

Ссылаясь на нарушение Компанией своих обязательств при производстве работ и наличие причинно-следственной связи между этим нарушением и причиненным Обществу ущербом, истец руководствовался заключением ООО «ГлавЭнергоСтройКонтроль» от 16.01.2020 шифр 148711/19, согласно которому дефекты свайного фундамента и шпунтового ограждения образовались не только вследствие отступления ООО «Геоизол» от проектной документации при выполнении работ, но и в связи с неправильным выбором Компанией размера захватки при откопке котлована при переустройстве шпунтового ограждения в осях 1/А-СС, а также заключением специалистов от 29.07.2021 № 189907/21, в котором помимо прочего установлено, что отклонение от проектного положения свай и грунтового массива, вызвано нарушениями технологической последовательности выполнения работ, указанной в проекте (ООО «Вертикаль»), а также несоблюдением требований нормативной документации при выполнении земляных работ.

Поскольку Компания настаивала на том, что работы по разработке котлована выполнялись ею в соответствии с проектом ООО «Институт Территориального развития» шифр 000-18.07Р-КМ, который был официально передан подрядчиком, определением суда от 24.09.2023 по делу была назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту ООО «Проектно-экспертное бюро Аргумент» ФИО5.

В своем заключении от 31.01.2024 № 254/16 эксперт отразил допущенные самим Обществом нарушения порядка организации работ (обязанности технического заказчика) на объекте, а именно: неосуществление строительного контроля в части допущения производства работ в отсутствие ППР (если таковое имело место) и допущение выполнения работ по устройству (откопки котлована) до набора проектной прочности устройства буронабивных железобетонных свай.

Из заключения эксперта, в частности, следовало, что до 06.05.2019 работы на объекте-2 выполнялись ответчиком в соответствии с проектной документацией, разработанной ООО «Институт Территориального развития» и на основании переданной истцом рабочей документации этой же организации; первоначальный ППР, разработанный ответчиком, соответствовал условиям проекта; во всех документах по приемке работ, освидетельствования скрытых работ и т.п. имеются ссылки на проектную документацию ООО «Институт Территориального развития»; организация, осуществляющая функции авторского надзора, не имела сведений о внесении изменений в проект.

При этом, по мнению эксперта, наиболее существенное влияние на отклонение от проектного положения свай оказало изменение марки шпунта при устройстве шпунтового ограждения (отступление от проекта), и ненадлежащие проектные решения, в части выбора параметров шпунтового ограждения котлована, а также, но в меньшей степени, отсутствие распорок (отступление от проектных решений при устройстве шпунтового ограждения).

Поскольку заключение экспертизы от 31.01.2024 № 254/16 соответствовало требованиям статей 82, 83 и 86 АПК РФ, в нем нашли отражение все предусмотренные частью 2 статьи 86 АПК РФ сведения, эксперт был надлежащим образом предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения; при проведении экспертизы эксперт руководствовался соответствующими нормативными документами, справочной и методической литературой, его профессиональная подготовка и квалификация не вызывала сомнений, поскольку подтверждалась приложенными к заключению документами об образовании, а ответы эксперта на поставленные судом вопросы являлись понятными и непротиворечивыми, суды обоснованно признали его надлежащим доказательством по делу.

Учитывая, что в силу статьи 87 АПК РФ назначение судом дополнительной экспертизы производится лишь при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела, однако истцом в нарушение статьи 65 АПК РФ достоверность и полнота сведений, отраженных в заключении от 31.01.2024 № 254/16, опровергнута не была, суды обоснованно не усмотрели оснований для удовлетворения ходатайства Общества о назначении по делу дополнительной экспертизы.

По результатам оценки собранных по делу доказательств, в том числе заключений досудебной и судебной экспертиз, в их совокупности и взаимной связи, суды пришли к выводу, что именно бездействие заказчика производства работ, а также организации, выполняющей функции технического надзора, выразившиеся в невнесении изменений в договор подряда, заключенный с ответчиком, в части внесения изменения в рабочую документацию, привело к негативным последствиям в виде отклонения шпунтового ограждения и свай от проектного положения.

Суды обоснованно заключили, что у ответчика не возникло обязанности по изменению порядка производства работ, связанного с внесением изменений в проектную документацию, так как ни заказчик выполнения работ, ни организация, осуществляющая функции технического надзора, ни организация, осуществляющая функции авторского надзора, не уведомили ответчика о внесении указанных изменений, а поэтому негативные последствия, связанные с нарушением проектных решений, должны быть компенсированы лицом, допустившим такие последствия своими действиями или бездействием.

Поскольку в рассматриваемом случае истец не представил доказательств, подтверждающих наличие всей совокупности условий, необходимых для взыскания с ответчика убытков, суды правомерно отказали Обществу в удовлетворении требования о взыскании с Компании таких убытков в сумме 12 857 796 руб. 60 коп. и расходов на проведение экспертизы.

Доводы кассационной жалобы Общества не свидетельствуют о нарушении судами норм материального и процессуального права при разрешении первоначального иска, не содержат фактов, которые не проверены и не учтены ими при рассмотрении дела и имели бы значение для вынесения судебных актов по существу, влияли на их обоснованность и законность, либо опровергали выводы судов.

Направленность доводов кассационной жалобы на оценку доказательств и установление иных фактических обстоятельств не может быть признана допустимой на стадии кассационного обжалования судебных актов в силу статьи 286, части 2 статьи 287 АПК РФ и пункта 32 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», поскольку исследование доказательственной стороны спора к компетенции суда округа не относится.

Учитывая, что в части первоначального иска Общества дело рассмотрено судами полно и всесторонне, с соблюдением норм материального и процессуального права, суд округа не усматривает оснований для отмены принятых по делу судебных актов в части отказа Обществу в удовлетворении первоначального иска.

Вместе с тем при отказе Компании в удовлетворении встречного иска о взыскании с Общества 3 603 985 руб. 46 коп. неосновательного обогащения и 369 098 руб. 55 коп. неустойки за просрочку оплаты по договору 1 и 5 432 277 руб. 88 коп. неосновательного обогащения и 543 277 руб. 79 коп. неустойки за просрочку оплаты по договору 2 по мотиву пропуска срока исковой давности судами не учтено следующее.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного Кодекса (пункт 1 статьи 196 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее - Постановление № 43), исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица. Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В данном случае судами установлено, что Компанией при предъявлении встречного иска заявлено требование о взыскании с Общества сумм гарантийного удержания по договорам 1 и 2.

Однако, принимая во внимание, что по условиям обоих договоров срок выплаты таких удержаний составлял 6 месяцев с момента подписания актов выполненных работ, а последние акты подписаны сторонами 31.01.2020, суды пришли к выводу, что Компанией, обратившейся в арбитражный суд с иском лишь 21.06.2024, срок исковой давности, истекший в июле 2023 года, пропущен.

Поскольку в силу пункта 1 статьи 207 ГК РФ с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство и т.п.), в том числе возникшим после истечения срока исковой давности по главному требованию, суды посчитали пропущенным и срок исковой давности в отношении требований Компании о взыскании неустойки за просрочку оплаты.

Данные обстоятельства в соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ послужили основанием для отказа Компании во встречном иске.

Между тем судами не принято во внимание, что согласно разъяснениям, приведенным в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», при толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

В рассматриваемом случае аналогичными условиями пункта 5.1.1 договоров 1 и 2 предусматривалось, что оплату 7% от стоимости работ, указанных в утвержденной Обществом форме КС-3 (далее – сумма резервирования) генеральный подрядчик/подрядчик должен произвести в срок, предусмотренный пунктом 5.1.2 договоров.

Согласно пункту 5.1.2 договоров окончательный расчет по договорам (включая выплату сумм резервирования) производится генеральным подрядчиком/подрядчиком по истечении 6 (шести) календарных месяцев с даты подписания акта сдачи приемки выполненных работ по договорам подряда (Приложение № 6), предусмотренного пунктом 6.3.6 договоров, при условии предоставления полного комплекта исполнительной документации.

В силу пункта 6.3.6 договоров акт сдачи-приемки выполненных работ по договорам подряда (Приложение № 6), который является актом, подтверждающим окончательную приемку выполненных работ по договорам, подписывается сторонами после выполнения подрядчиком своих обязательств, предусмотренных пунктами 6.3.1 – 6.3.2 договоров, в которых оговорено, что о готовности результата работ к сдаче подрядчик/субподрядчик письменно уведомляет генерального подрядчика/подрядчика и заказчика не позднее чем за 15 (пятнадцать) дней до начала приемки в порядке, предусмотренном пунктом 6.1.2 договоров, а генеральный подрядчик/подрядчик обязан приступить к приемке результатов работ не позднее чем через 15 (пятнадцать) дней после получения соответствующего уведомления подрядчика/субподрядчика о выполнении всего объема работ по договорам при условии подписания сторонами форм КС-2 и КС-3 на весь объем работ, предусмотренных договоров.

При этом согласно пункту 6.2.1 договоров промежуточное предъявление подрядчиком/субподрядчиком работ по договорам путем предъявления форм КС-2 и КС-3 не являлось окончательной приемкой работ по договорам, поскольку проводилось исключительно в целях промежуточного финансирования работ и являлось формой контроля генерального подрядчика/подрядчика за соблюдением сроков выполнения работ, в связи с чем у судов не имелось правовых оснований считать, что срок исковой давности по требованию о выплате сумм резервирования должен исчисляться для Компании с даты подписания последнего из промежуточных актов формы КС-2 по предусмотренным договорам работам, завершившимся исполнением 31.01.2020.

Более того, как установлено судами в данном деле и в делах № А56-13180/2021 и № А56-15031/2021, в которых участвовали те же лица, Компанией по поручению Общества выполнялись в рамках договоров 1 и 2 дополнительные работы, которые предъявлены Компанией к приемке генеральным подрядчиком/подрядчиком 30.11.2020 по односторонним актам формы КС-2.

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 753 ГК РФ, заказчик, получивший сообщение подрядчика о готовности к сдаче результата выполненных по договору строительного подряда работ либо, если это предусмотрено договором, выполненного этапа работ, обязан немедленно приступить к его приемке.

Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными (пункт 4 статьи 753).

Таким образом, заказчик несет риск неисполнения действий по приемке результата работ с момента получения сообщения подрядчика о готовности к сдаче работ, каковым следует считать и направленные подрядчиком акты о приемке выполненных работ по форме КС-2, подтверждающие завершение последним исполнения договоров в целом.

Исходя из условий пункта 6.2.1.3 договоров Общество обязано было осуществить их приемку не позднее чем через 15 (пятнадцать) дней после получения односторонних актов формы КС-2 и подписать их, а поскольку предъявление дополнительных работ к сдаче свидетельствовало об окончании работ по договору в целом – в соответствии с пунктом 6.3.2 договоров – приступить в пятнадцатидневный срок после подписания сторонами форм КС-2 и КС-3 к приемке работ с оформлением акта сдачи-приемки выполненных работ (Приложение № 6), который в силу пункта 6.3.6 договоров и являлся актом, подтверждающим окончательную приемку выполненных работ по обоим договорам и влекущим обязанность Общества возвратить Компании суммы резервирования.

Между тем в связи с необоснованным отказом Общества от подписания представленных Компанией 30.11.2020 односторонних актов по форме КС-2, акт окончательной приемки работ по форме Приложения № 6 к договорам не был составлен и подписан Обществом в срок до 30.12.2020 исходя из совокупности сроков, установленных пунктами 6.2.1.3 и 6.3.2 договоров после предъявления к сдаче дополнительных работ и завершения в связи с этим всех работ по договорам.

Вступившим 18.04.2022 в законную силу решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.12.2021 по делу № А56-13180/2021, а также вступившим 29.12.2021 в законную силу решением того же суда по делу № А56-15031/2021 подтверждены факты выполнения и предъявления Компанией к сдаче 30.11.2020 дополнительных работ в рамках договоров 1 и 2, так и обязанность Общества принять и оплатить данные работы, предъявленные по односторонним актам формы КС-2.

Таким образом, в связи с установленной пунктом 5.1.2 договоров обязанностью генерального подрядчика/подрядчика произвести окончательный расчет по договорам (включая выплату сумм резервирования) по истечении 6 (шести) календарных месяцев с даты подписания акта сдачи приемки выполненных работ по договорам подряда (Приложение № 6), предусмотренного пунктом 6.3.6 договоров, Общество обязано было выплатить Компании сумму резервирования при завершении работ по договорам в целом в срок до 30.06.2021.

Как видно из материалов дела Компания обратилась в арбитражный суд со встречным иском о взыскании с Общества сумм резервирования 21.06.2024, что следует из протокольного определения суда первой инстанции от указанной даты (том 9 л.д. 17) о принятии встречного иска, то есть в пределах трехлетнего срока исковой давности, установленного статьей 196 ГК РФ.

В связи с ошибочным исчислением с 31.01.2020 начала течения срока исковой давности по встречным требованиям Компании суды не исследовали и не подвергли правовой оценке его доводы по существу заявленных требований о взыскании с Общества сумм резервирования, в том числе необоснованно удержанных в счет уплаты неправомерно начисленных неустоек по договорам 1 и 2 за просрочку выполнения работ.

Поскольку в силу статьи 286 и части 2 статьи 287 АПК РФ исследование и проверки этих доводов и обосновывающих их доказательств к компетенции суда округа не относится, принятые по делу судебные акты в части отказа Компании в удовлетворении встречного иска на основании части 1 статьи 288 и пункта 3 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежат отмене с направлением дела в данной части на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела в отмененной части суду надлежит учесть изложенное, полно и всесторонне исследовать представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения сторон по существу заявленных требований Компании, дать им правовую оценку, после чего, установив значимые для дела фактические обстоятельства и правильно применив к ним нормы материального права, с соблюдением норм процессуального права принять законное и обоснованное решение.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьей 286, пунктами 1 и 3 части 1 статьи 287, статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

постановил:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.01.2025 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.06.2025 по делу № А56-16849/2021 отменить в части отказа обществу с ограниченной ответственностью «Стройтрансиндустрия» в удовлетворении встречного иска.

В отмененной части дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

В остальной части принятые по делу судебные акты оставить без изменения.

Председательствующий

Л.И. Корабухина

Судьи

О.Р. Журавлева

Ю.А. Родин