Постановление от 16 января 2022 г. по делу № А60-31393/2018

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-672/2019(3)-АК

Дело № А60-31393/2018
16 января 2022 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 11 января 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 16 января 2022 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Плаховой Т. Ю.,

судей Мухаметдиновой Г.Н., Чепурченко О.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

финансового управляющего ФИО2, паспорт;

от ответчика ФИО3 – ФИО4, доверенность от 21.06.2021. удостоверение адвоката;

иные лица, участвующие в деле, не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 20 сентября 2021 года

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО2 о признании недействительной сделка, заключенной между ФИО5 и ФИО6, применении последствий недействительности сделки,

вынесенное в рамках дела № А60-31393/2018

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО5,

третье лицо: АО «Управляющая компания «ИНВЕСТСТРОЙ».

установил:

31.05.2018 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление ЗАО «Уралстрой» о признании ФИО5 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.08.2018 указанное заявление признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов сроком до 07.02.2019; финансовым управляющим должника утвержден ФИО2, член Ассоциации арбитражных управляющих саморегулируемая организация «Центральное агентство арбитражных управляющих».

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 06.02.2019 процедура реструктуризации долгов в отношении ФИО5 завершена; ФИО5 признан банкротом, введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, до 31.07.2019; финансовым управляющим должника утвержден ФИО2

14.01.2021 в Арбитражный суд Свердловской области посредством электронной подачи документов «Мой арбитр» поступило заявление финансового управляющегоФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, в котором заявитель просит:

- признать недействительной сделку по уступке ФИО5 ФИО3 прав требования по заключению основного договора купли-продажи и иных прав по предварительному договору от 23.01.2010 № 54-655 и применить последствия недействительности сделки в виде восстановления за ФИО5 права требования к Закрытому паевому инвестиционному фонду недвижимости «Мой город» на заключение основного договора купли- продажи и иных прав на объект недвижимости с кадастровым номером 66:41:0000000:17724 - жилого помещения (квартиры) № 54, расположенного в многоквартирном жилом доме № 5 по ул. Юлиуса Фучика в г. Екатеринбурге;

- обязать АО «УК «ИНВЕСТСТРОЙ», действующее в качестве доверительного управляющего закрытого паевого инвестиционного фонда недвижимости «Мой город», заключить с ФИО5 договор купли- продажи на объект недвижимости с кадастровым номером 66:41:0000000:17724 - жилого помещения (квартиры) № 54, расположенного в многоквартирном жилом доме № 5 по ул. Юлиуса Фучика в г. Екатеринбурге.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.01.2021 данное заявление принято к производству, судебное заседание по его рассмотрению назначено на 24.02.2021; к участию в рассмотрении заявления в качестве заинтересованного лица с правами ответчика привлечен ФИО3

В Арбитражный суд Свердловской области 20.02.2021 от заинтересованного лица поступило ходатайство об отложении рассмотрения дела в связи с невозможностью обеспечить явку ввиду болезни. Отзыв ФИО3 не представлен.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 13.08.2021 удовлетворено ходатайство финансового управляющего о привлечении к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, АО « УК «ИНВЕСТСТРОЙ».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.09.2021 (резолютивная часть от 10.09.2021) в удовлетворении заявления финансового управляющего должника отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, финансовый управляющий ФИО2 обратился с апелляционной жалобой.

Финансовый управляющий в своей жалобе просит определение отменить, принять новый судебный акт, удовлетворив заявление финансового управляющего, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.

В обоснование указывает на не исследование судом финансового состояния должника в период заключения оспариваемой сделки, а также доводы ЗАО «Уралстрой» о несостоятельности бизнеса должника, совершении должником действий при осуществлении в отношении подконтрольных ему ЗАО «Уралстрой» и ООО «Завод «Гарант», с учетом которых имелась возможность привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам названных обществ. В рамках дела о банкротстве ЗАО «Уралстрой» признаны недействительными сделки по выводу ФИО5 активов подконтрольного предприятия, со взысканием с него 42 808 500 руб. Формальное отсутствие кредиторов лично у должника в период заключения спорного договора с учетом осведомленности о неудовлетворительном финансовом состоянии контролируемых им обществ меняет стандарт добросовестного поведения должника, не позволяя выводить по оспариваемой (в данном случае ничтожной) сделке ликвидный актив из своей имущественной массы. По утверждению апеллянта, оспариваемый договор уступки прав совершен при злоупотреблении правом; отчуждение ликвидного объекта недвижимости направлено на недопущение обращения кредиторами взыскания на это имущество путем формальной смены собственника; правомерного мотива совершения сделки не имеется. Полагает подозрительными и нетипичными действия ФИО5 как лица, контролирующего компании, испытывающие финансовые трудности, по перераспределению своих личных ликвидных активов в пользу ФИО3 Обращает внимание на то, что ответчик зарегистрировал спорную квартиру лишь в ходе судебного разбирательства по настоящему обособленному спору, то есть спустя более 8 лет после «якобы» произведенной уступки, причем ввиду противоправной причины – желания скрыть данное имущество от раздела с бывшей супругой; первоначально ответчиком была заявлена иная причина совершения сделки – приобретение квартиры для своей несовершеннолетней дочери с целью ее проживания в ней в будущем, которая не соотносится с действиями ответчика по регистрации квартиры на себя. С учетом данных обстоятельств полагает оспариваемый договор мнимым, также отмечая отсутствие документального подтверждения использования должником спорной квартирой на условиях ее аренды у ответчика, в том числе доказательств оплаты должником ответчику арендных платежей в течение значительного периода.

До начала судебного разбирательства от Должника и ответчика поступили письменные отзывы на апелляционную жалобу финансового управляющего, в которых просят обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

От заявителя по делу о банкротстве – ЗАО «Уралстрой» в лице конкурсного управляющего также поступил отзыв на апелляционную жалобу финансового управляющего, согласно которому обжалуемое определение подлежит отмене.

Участвующий в судебном заседании финансовый управляющий ФИО2 на доводах жалобы настаивает, указывает на ничтожность сделки по уступке должником ответчику прав требования по заключению основного договора купли-продажи и иных прав по предварительному договору от 23.01.2010, оформление квартиры в ходе судебного разбирательства по настоящему спору на ответчика в отсутствии у него прав на это, с учетом чего в качестве последствий недействительности сделки просит зарегистрировать спорный объект за должником.

Представитель ответчика в судебном заседании поддерживает выводы суда, полагает их правильными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в заседание суда представителей не направили.

В силу ч.3 ст.156, ст.266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) неявка лиц, участвующих в деле, не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 266, ч. 5 ст. 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, в ходе осуществления мероприятий процедуры реализации имущества гражданина финансовым управляющим ФИО2 от АО «УК «ИНВЕСТСТРОЙ» была получена (в порядке истребования определением суда от 24.07.2020) информация об уступке 16.12.2013 ФИО5 права требования заключения основного договора купли-продажи и иных прав по предварительному договору № 54-655 от 23.01.2010 ФИО3

Согласно предоставленным в арбитражный суд 21.08.2020 АО «УК «ИНВЕСТСТРОЙ» сведениям, предварительный договор с ФИО5 не сохранился, по состоянию на 21.08.2020 квартира № 54 в многоквартирном жилом доме № 5 по ул. Юлиуса Фуика в г. Екатеринбурге входит в состав имущества Закрытого паевого инвестиционного фонда недвижимости «Мой город» (далее – ЗПИФН «Мой город»), данная квартира принадлежит на праве общей долевой собственности владельцам инвестиционных паев ЗПИФН «Мой город», согласно уведомлению от 16.12.2013, право требования заключения основного договора купли-продажи квартиры было уступлено ФИО3

Финансовый управляющий направил в адрес ФИО3 запрос о представлении предварительного договора и договора уступки права требования по нему. Не получив ответа на запрос, установив, что ФИО5 с семьей проживает в спорной квартире, несет расходы на ее содержание и оплату коммунальных услуг, финансовый управляющий счел предварительный договор мнимой сделкой, усмотрев в ее совершении злоупотребление правом, с целю сокрытия имущества от обращения взыскания на него, обратился в суд с заявлением о признании ее недействительной, ссылаясь на положения ст.ст. 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

20.05.2021, после неоднократного предложения судом и отложения судебного разбирательства по спору, ответчиком через систему Мой Арбитр представлены копии предварительного договора от 23.01.2010, акта приема-передачи к нему от 16.11.2020, договора об уступке права требования от 16.12.2013.

Данный предварительный договор был заключен между АО «УК «ИНВЕСТСТРОЙ», действующим в качестве доверительного управляющего ЗПИФН «Мой город» (продавец), и ФИО5 (покупатель).

В соответствии с п. 1 данного договора стороны приняли на себя обязательство до 31.12.2010 после получения продавцом свидетельства о государственной регистрации права собственности на недвижимое имущество подписать договор купли-продажи жилого помещения № 54, находящегося в жилом доме, расположенном по адресу: <...> - Ю.Фучика - Чайковского, площадью 85,65 кв.м при условии надлежащего исполнения покупателем своих обязательств.

Стоимость квартиры составляет 4 278 646 руб.; в обеспечение исполнения своих обязательств по заключению основного договора покупатель перечисляет продавцу обеспечительный взнос в размере 4 278 646 руб. (п. 4 договора).

Право общей долевой собственности владельцев инвестиционных паев ЗПИФН «Мой город» на данную квартиру зарегистрировано 01.10.2010 (свидетельство 66 АД 565559 – т. 2 л.д. 35).

Пунктом 7 предварительного договора предусмотрена возможность передачи квартиры покупателю во временное пользование до заключения основного договора. При этом сторонами договора согласовано, что передача квартиры будет производиться сторонами по подписываемому акту приема-передачи после внесения покупателем в полном объеме денежных средств в обеспечение исполнения своих обязательств по заключению основного договора.

По акту приема-передачи от 16.11.2010 общество УК «ИНВЕСТСТРОЙ», действующее в качестве доверительного управляющего ЗПИФН «Мой город», передало ФИО5 квартиру № 54, находящуюся по адресу: <...>, общей площадью 81,7 кв.м, во временное пользование до заключения основного договора купли -продажи.

В указанный в предварительном договоре срок – до 31.12.2010 основной договор купли-продажи подписан не был.

Впоследствии права требования по указанному предварительному договору переданы должником ФИО3 по договору об уступке права требования от 16.12.2013.

Согласно п. 2 указанного договора передача прав требования происходит на возмездной основе. Стоимость уступаемого права составляет 6 200 000 руб. Указанная сумма передана ФИО3 должнику при подписании договора (п. 3 договора).

В подтверждение расчетов по договору представлена расписка в получении ФИО5 от ФИО6 6 200 000 руб.

19.07.2021 в ответ на запрос арбитражного суда регистрирующим органом представлены копии документов реестрового дела в отношении спорной квартиры, из которых установлено следующее.

13.04.2021 между АО «УК ИНВЕСТСРОЙ» и ФИО3 заключен договор купли-продажи квартиры № 54-655-1 в отношении <...> по условиям которого стороны оценили квартиру в 4 278 646 руб.

Согласно п. 2.2. договора денежные средства, полученные по предварительному договору 54-655 от 23.01.2010 в размере 4 278 646 руб. засчитываются в оплату по настоящему договору

В силу п. 3.2 договора покупатель приобретает право собственности на квартиру с момента регистрации перехода права собственности на квартиру от продавца к покупателю в Управлении Росреестра по Свердловской области.

Переход права собственности на ФИО3 зарегистрирован 20.04.2021.

Рассмотрев указанный обособленный спор, арбитражный суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для признания сделки по уступке прав требования по заключению основного договора купли-продажи недействительной (ничтожной) сделкой на основании ст. 10 ГК РФ, не усмотрев в действиях сторон злоупотребления правом, у сделки признаков ее мнимости.

Изучив материалы дела в порядке ст. 71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального и процессуального права, обсудив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ, п. 1 ст. 32 Закон о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно п.1 ст. 213.1 Закон о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

В соответствии с п.1 ст. 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Пункт 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ) применяется к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании ст. 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном п.п. 3-5 ст. 213.32 (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ).

Оспариваемая сделка совершена в 2013 году, то есть до 01.10.2015, но должник на момент сделки являлся индивидуальным предпринимателем, в связи с чем, суд пришел к правильному выводу о том, что спорная сделка может быть оспорена как по специальным нормам Закона о банкротстве (ст. 61.2), так и по общим нормам ГК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Учитывая, что сделка по уступке права требования совершена должником за пределами срока подозрительности, установленными положениями ст. 61.2 Закона о банкротстве (определение о принятии заявления о признании должника банкротом от 07.06.2018, спорная сделка заключена - 16.12.2013, то есть в период превышающий три года до принятия заявления судом), следовательно, по специальным основаниям она оспорена быть не может.

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Диспозиция данной нормы содержит следующие характеристики мнимой сделки:отсутствие намерений сторон создать соответствующие сделке правовые последствия, совершение сделки для вида (что не исключает совершение сторонами некоторых фактических действий, создающих видимость исполнения, в том числе, составление необходимых документов), создание у лиц, не участвующих в сделке, представления о сделке как действительной.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения, ее исполнение оформляется документально лишь для вида.

В подтверждение мнимости сделки необходимо установить, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент ее совершения стороны не намеревались создавать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия. Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий. Совершая подобную сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В силу п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей: каждый субъект гражданских прав волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц.

Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу.

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

В соответствии с п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая оспариваемую сделку, ее стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

По делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются: наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий; наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц; наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Поскольку в данном случае сделка должника оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того совершена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, как указано выше, следует установить имелись у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества подразумевается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Из материалов дела следует, что дело о банкротстве ФИО5 возбуждено по заявлению ЗАО «Уралстрой», в пользу которого с должника вступившими в законную силу судебными актами в качестве применения последствий недействительности сделок взыскано 42 808 500 руб.

Судом в рамках дела о банкротстве ЗАО «Уралстрой» (дело № А60-31393/2018) установлено, что ФИО5 являлся контролирующим данное общество лицом. Начиная с 2011 года, данным обществам не исполнялись обязательства по оплате налогов и сборов, в период 2011-2013гг. накопилась задолженность более 11 млн. руб., которая в составе требования уполномоченного органа в общей сумме 17764647 руб. 62 коп. определением Арбитражного суда Свердловской области от 02.08.2016, 18.08.2016 включена в реестр требований кредиторов ЗАО «Уралстрой».

ФИО5, являясь единственным учредителем и директором ЗАО «Уралстрой», с учетом чего презюмируется его осведомленность о неплатежеспособности общества, в период февраль – апрель 2013 года совершил от имени общества ряд сделок по отчуждению по очевидно заниженной цене (большая часть техники отчуждена за 1 руб.) в свою пользу всего имущества (транспортные средства и спецтехника) подконтрольного ему общества, которое сдавалось ФИО5 в аренду и приносило ему соответствующий доход.

Данные сделки оспорены в рамках дела о банкротстве ЗАО «Уралстрой» и признаны недействительными на основании ст. 10 ГК РФ (определения Арбитражного суда Свердловской области от 16.05.2017, от 20.09.2017 по делу № А60-50505/2015).

Кроме того, в период с ноября 2012 года по октябрь 2013 года ФИО5 реализована схема по выведению денежные средств из ЗАО «Уралстрой» в общем размере 33 152 500 руб. (перечисление денежных средств без встречного предоставления на счета фирм-однодневок, с последующим их обналичиванием за вознаграждение и передачей ФИО5). Убытки, возникшие в результате данных умышленны, недобросовестных действий ФИО5, взысканы с него в пользу ЗАО «Уралстрой» определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.03.2018 по делу № А60-50505/2015.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.03.2018 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Уралстрой». Суд пришел к выводу, что именно указанные выше действия ФИО5 привели к невозможности погашения требований кредиторов и явились необходимой причиной банкротства ЗАЛ «Уралстрой».

С учетом умышленного характера действий по выведению активов подконтрольного ему ЗАО «Уралстрой» в условиях неплатежеспособности последнего, ФИО5 не мог не осознавать незаконность этих действий и ответственность за их совершение.

Другое подконтрольное ФИО5 общество – ООО «Завод «Гарант» также находится в процедуре банкротства (дело № А60-13348/17); определением от 16.07.2019 по названному делу также установлено, что банкротство названного общества возникло в результате неправомерного поведения ФИО5, являвшегося с 16.08.2011 по 28.02.2018 его единственным участником и руководителем.

Именно в связи с указанными обстоятельствами ФИО5, несмотря на сдачу объекта строительства (дома № 5 по ул. Юлиуса Фучика в г. Екатеринбурге) в эксплуатацию, регистрацию права общей долевой собственности владельцев инвестиционных паев ЗПИФН «Мой город» на данную квартиру, стоимость которой оплачена должником в полном объеме, фактическое проживание должника с семьей в этой квартире с ноября 2011 года, ФИО5 не заключал основной договор купли-продажи квартиры, не совершал действий по регистрации перехода права собственности на нее. Должник скрывал данное фактически приобретенное им имущество от возможного обращения взыскания на него.

По утверждению должника, в 2011 году им было принято решение о расширении бизнеса, для чего 06.08.2011 приобретена 50% доли участия в уставном капитале ООО «Завод Гарант», при приобретении названной доли должник взял на себя обязательства погасить долги ООО «Завод «Гарант» по займу, предоставленному обществу его директором на тот момент – ФИО7, в размере 12 572 000 руб.; ввиду недостаточности у него свободных денежных средств для погашения этого долга он уступил право требования заключения основного договора купли-продажи спорной квартиры было уступлено им ФИО3, полученными за уступленное право денежными средствами расплатился с ФИО7

В подтверждение заявленных обстоятельств должником представлены договор купли-продажи доли в уставном капитале от 06.08.2011, заключенный между должником и ФИО8, соглашение о перемене лиц в обязательстве от 06.08.2011, расписка ФИО7 о получении 16.09.2011 от ФИО5 240 000 руб. в счет взаиморасчетов по договору займа, дополнительное соглашение от 18.12.2013 к договору займа от 02.08.2011.

Между тем данные документы с достаточной степенью достоверности заявленные должником обстоятельства не подтверждают.

Согласно договору купли-продажи доли в уставном капитале от 06.08.2011, цена доли согласована сторонами равной 5 000 руб., с оплатой доли единовременно до подписания договора наличными денежными средствами. Ссылка на обязательство ФИО5 по уплате денежных средств за ООО «Завод Гарант» в договоре отсутствует.

Наличие заемного обязательства ООО «Завод Гарант» перед его директором и родственником участника общества ФИО7 документально не подтверждено. Соглашение о перемене лиц в обязательстве от 06.08.2011 подписано должником и ФИО7 от лица ООО «Завод Гарант» и от себя лично. Обращает на себя внимание указанная в названом соглашении дата договора займа – 02.08.2011, то есть в период согласования условий отчуждения доли в уставном капитале общества и значительная сумма займа – 12 572 000 руб. Непосредственно договор займа в материалах дела отсутствует, равно как и доказательства предоставления ФИО7 ООО «Завод Гарант» заемных денежных средств. Расписка ФИО7 в получении 240 000 руб. не подтверждает расчеты по договору займа в соответствии с условиями соглашения о перемене лиц. Доказательства передачи ФИО7 должником 6 млн. руб. при заключении названного соглашения последним не представлены, для погашения остатка задолженности (6 572 000 руб.), даже с учетом уплаты 240 000 руб., заявленной цены за уступленное должником ФИО3 (6 200 000 руб.) право не достаточно. При таком положении, а также учитывая составление документов, касающихся заемных правоотношений, взаимосвязанными лицами (в том числе с учетом установления таковых в рамках дела о банкротстве ООО «Завод Гарант»), их достоверность вызывает сомнения.

Кроме того, как указано ранее, ООО «Завод «Гарант» является несостоятельным (банкротом), банкротство названного общества возникло в результате неправомерного поведения ФИО5

Также критически суд апелляционной инстанции относится к договору об уступке права требования от 16.12.2013.

Финансовым управляющим и кредитором ЗАО «УралСтрой» заявлено о мнимости данного договора.

Действительно, ФИО3 документально подтверждено наличие у него финансовой возможности оплатить стоимость уступленного права – 6 200 000 руб.

Вместе с тем, в качестве доказательства оплаты за уступку права представлена расписка в получении денежных средств. При этом доказательства наличия у него денежных средств непосредственно перед заявленной датой их уплаты должнику (к примеру, снятие со счета в банке) ответчиком не представлены.

Сама по себе финансовая состоятельность ответчика бесспорным свидетельством осуществления расчетов между ним и должником не является.

При наличии у ФИО3 свободных денежных средств он имел возможность приобрести иной объект недвижимого имущества.

Должником и ответчиком не раскрыты обстоятельства заключения оспариваемого договора (каким образом ответчику стало известно о намерении должника продать такое право, почему выбрана именно эта квартира и пр.).

Как установлено ранее, потребность должника в получении денежных средств им не доказана, а значит, не доказана и необходимость отчуждения права требования по заключению основного договора купли-продажи, тем более, что именно должник пользуется спорной квартирой с момента ее передачи ему ЗАО «УК «ИНВЕСТСТРОЙ».

Ответчиком было заявлено первоначально, что спорная сделка заключена для проживания в будущем в квартире его дочери, родившейся в январе 2013 года, но в итоге объект недвижимости зарегистрирован ответчиком на себя. Затем им указана иная цель совершения сделки – сокрытие имущества от бывшей супруги, однако, брак был расторгнут еще в январе 2013 года, даже если принять во внимание, что в период с 2015 по 2016 год в суде общей юрисдикции рассматривалось дело о разделе совместно нажитого имущества, причины не совершения ответчиком действий по заключению договора купли-продажи квартиры и регистрации перехода права собственности до апреля 2021 года им не раскрыты, какие-либо разумные пояснения этому обстоятельству не даны. Более того, заявленная ответчиком цель спорной сделки является противоправной.

Какие-либо документальные свидетельства вступления ответчика в права владения спорным объектом недвижимого имущества в материалах дела отсутствуют.

Договор аренды, подписанный между должником и ответчиком, таким доказательством не является. До регистрации права собственности на спорную квартиру у ответчика отсутствовало право распоряжения данным объектом. Кроме того, доказательства оплаты должником арендных платежей отсутствуют. Судом неоднократно предлагалось ответчику такие доказательства представить, но требование суда ответчиком не исполнено со ссылкой на их отсутствие (не составление). Оплата коммунальных услуг осуществлялась должником, его супруга принимала участие в собраниях собственников помещений в многоквартирном жилом доме, где расположена спорная квартира, то есть именно должником совершались действия, свидетельствующие о правомочиях владельца/собственника помещения.

Довод об экономической целесообразности аренды квартиры, стоимость которой меньше получаемого от сдачи в аренду принадлежащих должнику и его супруге квартир, в отсутствие доказательств пользования спорной квартирой именно на условиях аренды с ответчиком отклоняется как несостоятельный.

Сторонами оспариваемого договора не доказано существование договора об уступке права требования в указанную в нем дату его заключения – 16.12.2013.

Ссылка ответчика на уведомление об уступке права требования 16.12.2013 отклоняется. Непосредственно названное уведомление и доказательства его получения АО «УК «ИНВЕСТСТРОЙ» в материалы дела не представлены. На данное уведомление имеется лишь ссылка в ответе АО «УК «ИНВЕСТСТРОЙ» в порядке исполнения определения суда от 24.07.2020 по настоящему делу об истребовании доказательств.

При этом, как следует из пояснений финансового управляющего, АО «УК «ИНВЕСТСТРОЙ», ООО «Региональное ДРСУ» и единственный участник последнего ООО «Атомстройкомплекс-Строительство» входят в один строительный холдинг «Атомстройкомплекс», все они зарегистрированы по одному адресу – <...>.

ФИО3 являлся руководителем к ООО «Региональное ДРСУ», о чем свидетельствуют представленные им в материалы дела документы.

Более того, рассматриваемые доводы управляющего ответчиком не оспорены и не опровергнуты.

Указанные обстоятельства подтверждают взаимосвязанность ответчика и АО «УК «ИНВЕСТСТРОЙ», что не позволяет признать установленным факт направления уведомления об уступке в декабре 2013 года.

Более того, из совокупности иных установленных по спору обстоятельств, поведения его сторон существование оспариваемого договора в декабре 2013 года не усматривается. Напротив, имеются основания полагать, что данный договор был составлен сторонами для обоснования принадлежности спорного объекта не должнику, с целью недопущения включения его в конкурсную массу.

Финансовый управляющий, заявитель по делу о банкротстве указывали на не передачу должником оспариваемого договора, необходимость представления ответчиком его оригинала по мотиву его составления не в указанную в нем дату, а позже. В апелляционной жалобе ее заявитель также ссылается на отсутствие в материалах дела оригинала договора.

Знаю об этих доводах должник и ответчик уклонились от представления оригинала договора, как суду первой инстанции, так и апелляционному суду.

Отсутствие в материалах спора оригинала данного документа не препятствовало участвующим в деле лицам заявить соответствующее ходатайство в порядке ст.ст. 82, 161 АПК РФ, но влекло невозможность его проверки. Поэтому само по себе не заявление о фальсификации спорного договора уступки, о назначении по делу судебной экспертизы на предмет установления давности его подписания, основанием для отклонения доводов об его мнимости не является.

Поведение сторон оспариваемой сделки, заявленные ими обстоятельства и причины ее совершения, создание ими фиктивного документооборота подтверждают наличие между ними отношений фактической аффилированности.

Взаимосвязанность между должником и через ответчика с АО «УК «ИНВЕСТСТРОЙ» объясняет и не предъявление последним требований к должнику о заключении основного договора купли-продажи, о возвращении квартиры ввиду не заключения основного договора.

Таким образом, из материалов дела усматривается мнимый характер договора об уступке права требования от 16.12.2013, волеизъявление его сторон не было направлено на создание соответствующих ей правовых последствий; действительная воля сторон договора была направлена на сокрытие имущества должника, на причинение вреда его кредиторам, реализация которой путем составления и подписания спорного договора осуществлена сторонами со злоупотреблением правом.

В результате спорной сделки оказалось возможным номинальное исключение из имущественной сферы должника ликвидного актива, на которое могло быть обращено взыскание и за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов.

Как должник, так и ответчик не могли не осознавать противоправной цели совершаемой сделки, направленной на вывод ликвидного актива из собственности должника с целью невозможности обращения на него взыскания.

Обстоятельства спора свидетельствуют о существенных пороках сделки, выходящих за пределы оснований подозрительной сделки.

Заключение между взаимосвязанными лицами - АО «УК «ИНВЕСТСТРОЙ» и ФИО3 основного договора купли-продажи. регистрация перехода права собственности на спорный в период рассмотрения настоящего обособленного спора данные выводы не опровергают. Напротив, подтверждают согласованность действий и их направленность на исключение возможности обращения взыскания на спорную квартиру по долгам должника.

При таком положении следует признать договор об уступке права требования от 16.12.2013 недействительным (ничтожным) на основании ст. 10, 168, 170 ГК РФ.

Ответчиком было заявлено о пропуске управляющим срока исковой давности.

Пунктом 2 ст. 199 ГК РФ предусмотрено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанном до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Пунктом 1 ст. 181 ГК РФ установлен специальный срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст.166), который составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В соответствии с п. 2 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год, при этом течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что, исходя из указанной нормы, под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица. Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В любом случае срок исковой давности для финансового управляющего по подаче рассматриваемого заявления не мог начать течь ранее 10.08.2018 - дата введения в отношении ФИО5 первой процедуры банкротства - реструктуризации долгов. Рассматриваемое заявление подано 14.01.2021, то есть в пределах установленного законом срока.

Согласно ч. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

В данном случае, принимая во внимание осуществление должником полной оплаты приобретаемого объекта недвижимости, фактического владения и использования квартиры именно должником, номинальность собственника, на которого зарегистрировано право собственности на квартиру, не приобретшего таковое в силу ничтожности договора об уступке права требования от 16.12.2013, с учетом соблюдения принципа процессуальной экономии, суд апелляционной инстанции полагает возможным применить в качестве последствия недействительности спорной сделки признание за должником права собственности на спорную квартиру.

На основании изложенного обжалованный судебный акт подлежит отмене с принятием нового судебного акта о частичном удовлетворении заявления финансового управляющего, в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела (п. 3 ч. 1 ст. 270 АПК РФ).

Финансовому управляющему была предоставлена отсрочка по уплате госпошлины за рассмотрение заявления.

Государственная пошлина по апелляционной жалобе управляющим оплачена.

В связи с удовлетворением апелляционной жалобы и отменой определения суда первой инстанции на ФИО3 в порядке ст. 110 АПК РФ относятся судебные расходы по госпошлине по заявлению и по апелляционной жалобе.

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 20 сентября 2021 года по делу № А60-31393/2018 отменить.

Признать недействительной сделку по уступке ФИО5 ФИО3 права требования по заключению основного договора купли-продажи и иных прав по предварительному договору от 23.01.2010 № 54-655.

Применить последствия недействительности сделки в виде признания за ФИО5 права собственности на жилое помещение (квартиру) № 54 (кадастровый номер 66:41:0000000:17724), расположенную в многоквартирном жилом доме № 5 по ул. Юлиуса Фучика в г. Екатеринбурге.

Взыскать со ФИО3 в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу заявления в размере 6 000 руб.

Взыскать со ФИО3 в конкурсную массу должника ФИО5 3 000 руб. в счет возмещения расходов по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.


Председательствующий


Т.Ю. Плахова



Судьи


Г.Н. Мухаметдинова



О.Н. Чепурченко