Постановление от 11 ноября 2022 г. по делу № А60-31083/2020

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-9061/2022(1,2)-АК

Дело № А60-31083/2020
11 ноября 2022 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 26 октября 2022 года.


Постановление в полном объеме изготовлено 11 ноября 2022 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Нилоговой Т.С.,

судей Макарова Т.В., Саликовой Л.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

при участии в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» после перерыва в судебном заседании:

от лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, ФИО2: ФИО3 (доверенность от 02.06.2021, паспорт),

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, заявление конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении ФИО2, ФИО5, ФИО6, а также ФИО7 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

в рамках дела № А60-31083/2020

о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Алмаз» (ИНН <***>, ОГРН <***>),



установил:

25.06.2020 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление ФИО9 (далее – ФИО9) о признании отсутствующего должника общества с ограниченной ответственностью «Алмаз» (далее – общество «Алмаз», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 03.07.2020 указанное заявление принято к производству суда, возбуждено настоящее дело о несостоятельности (банкротстве).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 05.10.2020 (резолютивная часть от 01.10.2020) общество «Алмаз» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО4 (далее – ФИО4), член Ассоциации арбитражных управляющих «Гарантия».

Определением суда от 04.10.2021 упрощенная процедура банкротства в отношении общества «Алмаз» прекращена, суд перешел к процедуре конкурсного производства в отношении должника с применением общих правил.

16.02.2022 от конкурсного управляющего поступило заявление о привлечении ФИО2 (далее – ФИО2), ФИО5 (далее – ФИО5), ФИО6 (далее – ФИО6) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.06.2022 (резолютивная часть от 06.06.2022) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказано.

Не согласившись с вынесенным определением суда, конкурсный управляющий ФИО4 и кредитор общество с ограниченной ответственностью «Гифт» (далее – общество «Гифт») обратились с апелляционными жалобами, в которых просили отменить обжалуемое определение суда.

В обоснование доводов своих апелляционных жалоб конкурсный управляющий и кредитор общество «Гифт» указывают на ошибочность выводов суда относительно пропуска заявителем срока исковой давности, а также на доказанность материалами дела оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. При этом, апеллянты отмечают, что судом не рассматривался вопрос о возможности привлечения ответчиков к ответственности в виде взыскания убытков за неправомерные действия по выводу активов должника.

Рассмотрение апелляционной жалобы 29.08.2022 начато в составе суда председательствующего судьи Нилоговой Т.С., судьей Даниловой И.П., Зарифуллиной Л.М.

В судебном заседании 29.08.2022 объявлен перерыв до 05.09.2022.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.09.2022 на основании статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) произведена замена судьи Даниловой И.П. на судью Саликову Л.В.

До перерыва в судебном заседании от ФИО2 поступили письменные пояснения в порядке статьи 81 АПК РФ с приложением, в том числе копий свидетельства о праве на наследство по закону и заявления ФИО2 об отказе от наследства.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.09.2022 суд перешел к рассмотрению заявления конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении ФИО2, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по правилам, установленным АПК РФ для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, поскольку результат рассмотрения спора о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности может повлиять на права и интересы наследников умершего ФИО10 (далее – ФИО10), который являлся одним из участников должника и его руководителем.

Наследники бывшего руководителя должника и одного из участников должника ФИО10, умершего 30.04.2016, ФИО7 (далее – ФИО7) и ФИО8 (далее – ФИО8) привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования.

В день судебного заседания 20.09.2022 от конкурсного управляющего ФИО4 поступили дополнения к апелляционной жалобе, согласно которым конкурсный управляющий просит привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Алмаз» также ФИО7 и ФИО8

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.09.2022, вынесенным в составе председательствующего судьи Нилоговой Т.С., судей Зарифуллиной Л.М., Саликовой Л.В., судебное разбирательство по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 отложено на 19.10.2022. Ранее привлеченные в качестве третьих лиц ФИО7 и ФИО8 на основании и в порядке статьи 46 АПК РФ привлечены в качестве соответчиков.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.10.2022 произведена замена судьи Зарифуллиной Л.М. на судью Макарова Т.В.

До начала судебного заседания от ФИО2 поступили письменные возражения по доводам конкурсного управляющего с приложением дополнительных доказательств.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, представителей в судебное заседание не направили.

Протокольным определением от 19.10.2022 в судебном заседании объявлен перерыв до 26.10.2022.

После окончания перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда и при участии в судебном заседании в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» представителя ФИО2

Участвующий в судебном заседании представитель ФИО2 против удовлетворения заявления конкурсного управляющего возражал.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения настоящего обособленного спора, представителей в судебное заседание не направили, в силу части 3 статьи 156, статьи 266 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, обращаясь в суд с рассматриваемыми требованиями, конкурсный управляющий указал на следующие обстоятельства.

Согласно сведениям, содержащимся в едином государственном реестре юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), участниками общества «Алмаз» являются:

- ФИО10, впоследствии ФИО2 (с 04.05.2016, согласно записи в ЕГРЮЛ), размер доли в уставном капитале 50%.

- ФИО5, размер доли в уставном капитале 50%.

Руководителем являлся ФИО10 (скончался).

С 19.08.2016 ликвидатором общества назначена ФИО6

Согласно реестру требований кредиторов, требования к должнику возникли в 1 квартале 2016 года, одно из требований основано на решении Арбитражного суда Пензенской области от 19.10.2016 по делу №А49-8230/2016, которым с общества «Алмаз» в пользу общества «Гифт» взыскано 4 005 537 руб. 33 коп.

Из материалов дела № А49-8230/2016 следует, что истец поставил в адрес должника товар на сумму 4 108 098 руб. 80 коп. по товарными накладными от 22.04.2016, срок платежа наступал через 45 календарных дней с момента отгрузки товара со склада поставщика. Таким образом должник обязан был оплатить товар до 06.06.2016.

Общий объем обязательств, включенных в реестр требований кредиторов, составил 57 млн руб.

Согласно бухгалтерской отчетности за 2015 год наблюдается положительное сальдо баланса, чистые активы составляли 15 808 тыс.руб. За 2015 года и последующие годы отчетность уже не сдавалась, либо сдавалась конкурсными управляющими.

Поскольку на дату возникновения признаков неплатежеспособности, руководителем должника являлся ФИО10, а с 19.08.2016 назначен ликвидатор ФИО6, а решение о ликвидации принималось решением участников, в состав которых входили ФИО2 и ФИО5, то по истечении трех месяцев с даты возникновения задолженности и по истечении месяца на подачу заявления, заявление о признании должника банкротом необходимо было направить в Арбитражный суд Свердловской области.

Определением арбитражного суда от 20.04.2018 по делу №А60-40802/2016 (первое дело о банкротстве общества «Алмаз») о признании сделки недействительной и применении последствий ее признания последствия недействительности сделки, с ФИО11 (далее – ФИО11) в пользу должника взыскано 12 400 000 руб.

В ходе данного спора установлено что, ФИО11 являлся супругом участника должника ФИО5, имевшей долю в уставном капитале в размере 50%; доверенность была оформлена на ФИО11, как на поверенного общества «Алмаз». Таким образом, заинтересованное лицо знало, что на момент совершения сделок должник обладал признакам неплатежеспособности, имел задолженность перед кредиторами. Факт того, что ФИО11 владел информацией о финансовом состоянии должника подтверждается, кроме прочего, тем, что ответчик предоставил должнику заем (договор от 10.12.2015), о чем свидетельствуют платежные поручения, совершенные в период с 17.02.2016 по 06.06.2016. В результате совершения оспариваемой сделки правам и интересам кредиторов должника был причинен ущерб в виде уменьшения размера имущества общества «Алмаз» на сумму 12 400 000 руб., что в свою очередь может повлечь убытки кредиторов должника в виде удовлетворения их требований в меньшем объеме. ФИО11 встречного исполнения по сделке не предоставил, соответственно сделка совершена безвозмездно. При таких обстоятельствах, суд полагает сделку по отчуждению в пользу ФИО11 векселя серии ВК 0043509 номиналом 5 000 000 руб. 00 коп., векселя серии ВГ 0043510 номиналом 5 000 000 руб. 00 коп., векселя серии ВГ 0043511 номиналом 2 400 000 руб. 00 коп. недействительным.

По мнению управляющего, участники должника, действуя заодно, обладай полнотой информации о наличии признаков неплатежеспособности, совершили сделку причинившую вред кредиторам.

ФИО10, являясь контролирующим должника лицом (директором), который в силу презумпции информирован о финансовых результатах должника, соответствующую обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом не исполнил, а также не исполнил данную обязанность ликвидатор ФИО6

Указанные лица являются ответственными за подачу соответствующего заявления о банкротстве должника в суд в установленные пунктом 2 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон) сроки. Руководители должника не только не обратились в суд с заявлением о признании должника банкротом, но и не предпринимали меры по предотвращению несостоятельности (банкротства) должника, погашению требований кредиторов.

Руководители должника продолжали убыточную деятельность должника, а впоследствии совершали действия, направленные на сокрытие имущества и на ликвидацию общества, в результате которых возникли новые обязательства. При этом добросовестное исполнение руководителем обязанности по подаче заявления позволило бы должнику погасить требования в большем размере.

При таких обстоятельствах управляющий считает доказанным наличие оснований для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Несмотря на вступившее в законную силу определение суда по №А60-40802/2016 (первое дело о банкротстве общества «Алмаз») управляющему не переданы документы должника. Как указывает, управляющий непередача документов должника существенным образом сказалась на проведении процедуры банкротства должника, в том числе обусловило невозможность анализа содержания сделок, взыскания дебиторской задолженности, оспаривания договоров, отвечающих признакам подозрительности, а значит пополнения конкурсной массы должника.

Согласно определению Арбитражного суда Свердловской области от 29.06.2018 по делу №А60-21107/2016 требования общества «Алмаз» в размере 53 096 518 руб. 84 коп. основного долга признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества общества с ограниченной ответственностью «Владимир и Компания» (ИНН <***>, ОГРН <***>) (далее – общество «Владимир и Компания»), оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника. Требования основаны на том, что в период с 02.12.2015 по 04.05.2016 общество «Алмаз» перечислило на счета различный организаций за общество «Владимир и Компания» денежные средства в сумме 64 238 187 руб. 25 коп. Согласно сведениям из ЕГРЮЛ учредителем общества «Владимир и Компания» является ФИО5 Решением Арбитражного суда Свердловской области от 26.08.2016 общество «Владимир и Компания» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Учредителям и руководителям указанного лица было известно об имущественном положении контрагента и о признаках его неплатежеспособности, а также о наличие неисполненных обязательствах самого общества «Алмаз», однако совершали платежи за третье лицо, причиняя ущерб своим кредиторам. Согласно бухгалтерскому балансу на конец 2015 года у должника числилась дебиторская задолженность в размере 282 162 тыс.руб. Согласно отчету конкурсного управляющего ФИО12, им обнаружены документы, подтверждающие наличие дебиторской задолженности, существенная часть которых являются аффилированными лицами, прекратившими свою деятельность.

Таким образом, в качестве оснований для привлечения ФИО2, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Алмаз» конкурсным управляющим указано на неподачу руководителями должника в арбитражный суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), непередачу документов и совершение сделки, направленной на причинение вреда кредиторам общества.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего суд первой инстанции исходил из того, что конкурсным управляющим не представлено в материалы дела достаточных доказательств, свидетельствующих о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам предприятия, а также на пропуск срока исковой давности по предъявлению настоящего требования.

При рассмотрении заявления конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении ФИО2, ФИО5 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, по правилам, установленным АПК РФ для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, апелляционный суд на основании ходатайства конкурсного управляющего в порядке статьи 46 АПК РФ в качестве соответчиков привлек также наследников умершего 30.04.2016 ФИО10 – ФИО7 и ФИО8

Семнадцатый арбитражный апелляционной суд, исследовав материалы дела, рассмотрев изложенные лицами, участвующими в деле, доводы, пришел к следующим выводам.

Как видно из фактических обстоятельств дела, настоящее дело о банкротстве общества «Алмаз» возбуждено 03.07.2020 на основании заявления кредитора ФИО9 и является уже вторым делом. Основанием для возбуждения дела явилась задолженность в сумме 4 770 275 руб. 88 коп. основного долга и 52 724 руб. 52 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, взысканная с общества «Алмаз» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Первая торговая компания» (далее – общество «Первая торговая компания») решением Арбитражного суда Челябинской области от 25.01.2017 по делу №А76-28922/2016. В дальнейшем, данная задолженность уступлена ФИО9, определением суда от 22.05.2020 по делу №А76-28922/2016 произведена замена истца.

Первое дело №А60-40802/2016 о несостоятельности общества «Алмаз» было возбуждено 30.08.2016 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Виалко групп» (далее – общество «Виалко групп»). Решением от 07.02.2017 (резолютивная часть от 26.01.2017) ликвидируемый должник общество «Алмаз» было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО12. В дальнейшем, определением суда от 17.12.2018 арбитражный управляющий ФИО12 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника и определением суда от 08.05.2019 производство по делу о банкротстве общества «Алмаз» прекращено на основании пункт 9 статьи 45 Закона о банкротстве.

При этом следует отметить, что определением Арбитражного суда Свердловской области от 30.11.2018 по делу №А60-40802/2016 требования общества «Первая торговая компания» в размере 4 770 275 руб. 88 коп. основного долга и 52 724 руб. 52 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами были признаны обоснованными и включены за реестр.

Равным образом, требования общества «Гифт», включенные в реестр требований кредиторов должника определением от 11.03.2021 по настоящему делу, ранее также были включены в реестр требований кредиторов общества «Алмаз» определением суда 23.05.2017 по делу №А60-40802/2016.

Как указано выше, в качестве оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Алмаз» уже в рамках второго дела о банкротстве конкурсным управляющим указано на неподачу руководителями должника в арбитражный суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), непередачу документов должника и совершение сделки, направленной на причинение вреда кредиторам общества.

Поскольку конкурсный управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением в феврале 2022 года, то есть после 01.07.2017, и в основание заявления положены обстоятельства, имевшие место в 2015-2016 годах (совершение сделок и необращение в суд), а также в январе 2017 года (непередача документов), заявление управляющего подлежит рассмотрению в порядке, предусмотренном Законом о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, с применением к существу заявленных требований Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ, действующей в период вменяемых ответчикам нарушений.

В соответствии с ныне действующим пунктом 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 Закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

В соответствии со статьей 10 Закона о банкротстве (в ред. Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ) в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений настоящего Закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения (пункт 1).

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона.

Конкурсный управляющий полагает, что обязанность контролирующих должника лиц подать заявление о банкротстве должника возникла в сентябре 2016 года (три месяца после возникновения обязательства оплатить товар 06.06.2016). Однако уже 25.08.2016 в арбитражный суд поступило заявление общества «Виалко групп» о признании общества «Алмаз» несостоятельным (банкротом) в рамках первого дела о банкротстве №А60-40802/2016.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 08.05.2019 по делу №А60-40802/2016 производство по делу о банкротстве ликвидируемого должника общества «Алмаз» прекращено в связи с отсутствием кандидатуры арбитражного управляющего. Поскольку руководитель должника – арбитражный управляющий ФИО12 освобожден от своих обязанностей 17.12.2018, у должника органы управления отсутствуют, ликвидационная комиссия прекратила свою деятельность в связи с принятием Арбитражным судом Свердловской области решения по делу о банкротстве №А60-40802/2016, деятельность общество с тех пор не осуществляет.

Поскольку субсидиарная ответственность по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве возникает только в случае наличия обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона, т.е. в данном случае после сентября 2016 года, однако 30.08.2016 уже было возбуждено первое дело №А60-40802/2016 о несостоятельности общества «Алмаз».

Доказательства возникновения новых обязательств должника перед кредиторами суду не представлены (статья 65 АПК РФ).

Новая позиция конкурсного управляющего о том, что признаки банкротства должника возникли еще в 1 квартале 2016 года, а именно 01.12.2016; на указанную дату руководителем являлся ФИО10, следовательно, ответственность возникает у его наследников; признаки банкротства возникли в связи с возникшей задолженностью перед обществом «Виалко Групп» в сумме 714 562 руб. 80 коп., взысканной решением Арбитражного суда города Москвы от 20.06.2017 по делу №А40-81113/2016, а также в связи с переводом должником на себя долга в размере 1 040 796 руб. (долг был переведен с общества «Владимир и Компания»), не может быть признана обоснованной.

Во-первых, решением Арбитражного суда города Москвы от 20.06.2017 по делу №А40-81113/2016 взыскана задолженность с общества «Алмаз» в пользу общества «Виалко групп» в общем размере 1 301 074 руб. 71 коп., из которых 714 562 руб. 80 коп. основного долга по договору поставки и 540 796 руб. по соглашению о переводе долга, остальное неустойка и госпошлина.

Во-вторых, выше установлено, что согласно бухгалтерской отчетности за 2015 год у должника было положительное сальдо баланса, чистые активы составляли 15 808 тыс.руб. За 2015 года и последующие годы отчетность уже не сдавалась либо сдавалась конкурсными управляющими.

Согласно открытым данным, размещенным на интернет-сайте https://www.rusprofile.ru/, последняя бухгалтерская отчетность должником представлена за 2018 год (решение арбитражного суда от 05.10.2020 по настоящему делу).

Как указывает в своем дополнении к апелляционной жалобе конкурсный управляющий общий объем закупок за 2015 год составил 298 млн руб., из которых 42% закуплено у общества «Владимир и Компания»; на конец 2015 года у должника числилась дебиторская задолженность в размере 282 162 тыс. руб.

Принимая во внимание, что отдельная задолженность перед кредитором (в размере 1,3 млн руб.) не является самостоятельным признаком объективного банкротства без учета масштаба деятельности должника, а в данном случае по итогам финансового 2015 года у общества «Алмаз» имелись чистые активы в существенном размере, оснований полагать, что по итогам 1 квартала 2016 года у должника возникло объективное банкротство, у суда не имеется.

Иное в нарушение статьи 65 АПК РФ конкурсным управляющим не доказано.

Таким образом, апелляционный суд не усматривает оснований для привлечения кого-либо из ответчиков к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Согласно уточненной позиции конкурсного управляющего, изложенной в письменных дополнениях к апелляционной жалобе, ответчикам ФИО2 и ФИО5, как участникам должника, управляющим вменяется непередача имущества и документов должника.

Указывая на то, что согласно бухгалтерской отчетности за 2015 год и 1 квартал 2016 года общий объем закупок составил 1 493 894 841 руб. 86 коп., данные по потребителям: общий объем продаж составил 863 319 703 руб. 50 коп.; на конец 2015 года у должника числилась дебиторская задолженность в размере 282 162 тыс.руб., конкурсный управляющий полагает, что на остатках должно остаться товара на сумму 720 млн руб., а также прав требований на сумму 282 млн руб.

Также указывает, что товарные остатки не переданы, их сохранность не обеспечена, а их количество достаточно для удовлетворения требований кредиторов, что следует из бухгалтерского баланса налоговой отчетности. Учредители, в лице ФИО2 и ФИО5, обладая сведениями о смерти единоличного исполнительного органа, не приняли мер к созыву собрания учредителей, с повесткой об избрании нового директора, что привело к невозможности продолжения осуществления хозяйственной деятельности, а также совершению действия по сохранности имущества, а следовательно и доведению общества до банкротства. Поскольку после директора ФИО10 обязанности исполнительного органа исполнял ликвидатор, следовательно, по данному основанию надлежит привлекать его, а также учредителей, которыми не предприняты меры по избранию нового директора.

Суд апелляционной инстанции, исследовав данные доводы, приходит к следующим выводам.

По вопросу о непринятии участниками должника мер к избранию нового директора и продолжению деятельности общества.

То обстоятельство, что после смерти лица, на котором держалась вся организация бизнеса, действующие участники общества не увидели возможности продолжения ведения бизнеса, не может быть вменено в вину ответчикам и явиться основанием для привлечения их к субсидиарной ответственности.

Именно в связи со смертью ФИО10 участниками общества ФИО2 и ФИО5 в августе 2016 года было принято решение о ликвидации общества и назначен ликвидатор ФИО6 Следовательно, неутверждение нового директора само по себе не может свидетельствовать о том, что участники общества уклонились от исполнения своих корпоративных обязанностей перед обществом, что привело к невозможности продолжения осуществления хозяйственной деятельности.

Что касается вопроса о необеспечении сохранности товарных остатков и непередачи их конкурсному управляющему.

Участники должника ФИО2 и ФИО5, а также бывший ликвидатор ФИО6 уже не имели какой-либо возможности при открытии 01.10.2020 конкурсного производства решением суда по настоящему делу передать конкурсному управляющему ФИО4 какие-либо товарные остатки.

Полномочия ликвидатора ФИО6 были прекращены еще в январе 2017 года в связи с принятием Арбитражным судом Свердловской области решения по делу о банкротстве №А60-40802/2016.

Участники должника ФИО2 и ФИО5, хотя еще и сохраняют статус участников юридического лица, однако в связи с тем, что ранее на протяжении более полутора лет (с февраля 2017 года по декабрь 2018 года) управление обществом и контроль за имуществом находились в ведении конкурсного управляющего, не имеют объективной возможности передать какие-либо товарные остатки и документы должника конкурсному управляющему ФИО4 в рамках настоящего дела.

Если конкурсный управляющий полагает, что данная обязанность должна была быть исполнена ФИО2 и ФИО5, а также ликвидатором ФИО6 в первом деле о банкротстве общества «Алмаз» (дело №А60-40802/2016), то в этом случае подлежит применению срок исковой давности для привлечения к субсидиарной ответственности, начало течения которого началось с даты открытия конкурсного производства в деле №А60-40802/2016, т.е. с 26.01.2017 (дата резолютивной части решения суда).

То обстоятельство, что ФИО4 утвержден конкурсным управляющим по данному делу о банкротстве решением от 05.10.2020 и процессуальное право на обращение в суд, а также порядок рассмотрения спора подчиняются правилам главы III.2 Закона о банкротстве, не влияет порядок исчисления срока исковой давности для привлечения к субсидиарной ответственности, который подчиняется нормам материального права. Тем более, состав правонарушения управляющий усматривает именно в невыполнении участниками должника и ликвидатором своей обязанности по передаче документов и ценностей в рамках первого дела о банкротстве.

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

По общему правилу, предусмотренному в пункте 1 статьи 200 ГК РФ, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как видно из приведенных конкурсным управляющим обстоятельств, сделки, которые, по его мнению, привели к банкротству общества (перечисление в период с 02.12.2015 по 04.05.2016 обществом «Алмаз» на счета организаций за общество «Владимир и Компания» денежных средств в сумме 64 238 187 руб. 25 коп.), были совершены частично в период руководства деятельностью общества ФИО10, который также являлся одним из его участников.

Как установлено определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.06.2018 по делу №А60-21107/2016 (копия определения приложена конкурсным управляющим к заявлению), денежные средства были перечислены должником за общество «Владимир и Компания» на счета различных организаций – контрагентов в порядке статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Недействительными по основаниям, предусмотренным статье 61.2 Закона о банкротстве, эти операции не признаны, никаких выводов о том, что перечисления были направлены на неправомерный вывод денежных средств в пользу бенефициаров, судом также сделано не было. С учетом того, что общества «Алмаз» и «Владимир и Компания» являются взаимосвязанными обществами (что не отрицается участниками спора), то следует вывод, что платежи были совершены в ходе обычной хозяйственной деятельности группы компаний в результате перераспределения финансовых потоков и свободного перемещения денежных средств внутри группы, что само по себе не является признаком какого-либо злоупотребления. При этом как следует из судебных актов по делу №А60-40802/2016 (определение от 19.06.2018) как минимум на январь 2016 года общество «Владимир и Компания» признаков неплатежеспособности не имело.

Кроме того, следует отметить, что ФИО2 стала участником должника после 04.05.2016, следовательно, он не могла каким-либо образовать влиять на организацию финансового потока в группе компаний.

При этом конкурсный управляющий не раскрывает, какую роль играли иные ответчики и как их действия повлияли на ухудшение финансового положения должника, при том, что ликвидатор ФИО6 вообще не имеет никакого отношения к соответствующим событиям.

Относительно некой сделки с векселями на общую сумму 12 400 000 руб. в отношении ФИО11, признанной недействительной определением суда от 20.04.2018 по делу №А60-40802/2016.

Конкурсный управляющий не указывает, что за сделка была совершена должником, в какой период, какими документами оформлено совершение сделки, кто из ответчиков принимал или мог принимать решение о совершении данной сделки обществом (статья 65 АПК РФ).

При этом содержание определения суда от 20.04.2018 по делу №А60-40802/2016 не позволяет ответить на данные вопросы, что, в свою очередь, делает невозможным квалификацию действий ответчиков в целях применения норм о субсидиарной ответственности или об убытках.

Кроме того, указано выше, сделка признана недействительной и в порядке применения последствий ее недействительности с ФИО11 взысканы денежные средства в сумме 12 400 000 руб. (определение суда от 20.04.2018 по делу №А60-40802/2016), затем требования общества «Алмаз» включены в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО11 (определение суда от 05.05.2021 с учетом постановления апелляционного суда от 24.05.2021 по делу №А60-17470/2019).

При указанных условиях, требования заявителя к ФИО2 (участник должника), ФИО7 и ФИО8 (наследники ФИО10), ФИО5 (второй участник должника), ФИО6 (ликвидатор) являются необоснованными, наличие оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсным управляющим не доказано.

Помимо изложенного, коллегия судей признает заслуживающими внимания следующие пояснения ФИО2

Ответчик ФИО2 состояла в браке в ФИО10 более 45 лет и после его смерти от онкологического заболевания в конце апреля 2016 года она в силу эмоционального потрясения не могла сразу начать вникать в деятельность общества «Алмаз» в качестве участника для решения текущих проблем управления обществом (особенно с учетом того, что к бизнесу мужа ранее не имела отношения, никаких функций в его компаниях никогда не выполняла). При этом из материалов банкротных дел общества «Алмаз» и из открытых данных следует, что со смертью ФИО10, как руководителя должника, деятельность общества не была остановлена и какое-то время продолжалась «по инерции» – сохранялись трудовые отношения с сотрудниками, имелась действующая лицензия на закупку, хранение и поставки алкогольной продукции, совершались операции по счетам, на склады поступал и отчуждался товар и так далее.

Поскольку суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции в связи с непривлечением к участию в деле лиц, на чьи права и обязанности может повлиять судебный акт, то определение Арбитражного суда Свердловской области от 14.06.2022 подлежит отмене на основании части 4 статьи 270 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 14 июня 2022 года по делу №А60-31083/2020 отменить.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказать.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.



Председательствующий


Т.С. Нилогова

Судьи




Т.В. Макаров





Л.В. Саликова