Постановление от 21 июня 2022 г. по делу № А41-9762/2019

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-9627/2022

Дело № А41-9762/19
21 июня 2022 года
г. Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 16 июня 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 21 июня 2022 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Мизяк В.П.,

судей Епифанцевой С.Ю., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании:

от ФИО2 – представитель не явился, извещен надлежащим образом;

от ООО «Луч» - представитель не явился, извещен надлежащим образом;

от ФИО3 - представитель не явился, извещен надлежащим образом;

от финансового управляющего ФИО4 - представитель не явился, извещен надлежащим образом;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу Общества с ограниченной ответственностью «Луч» на определение Арбитражного суда Московской области от 06 мая 2022 года по делу № А41-9762/19 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3, по заявлению ФИО2 о включении задолженности в размере 7 990 846 руб. 27 коп. в реестр требований кредиторов должника, а также по заявлению ООО «Луч» о процессуальном правопреемстве,



УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 08.04.2021 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО4.

07.06.2021 года в арбитражный суд поступило заявление ФИО2 о включении задолженности в размере 7 990 846 руб. 27 коп. в реестр требований кредиторов должника.

12.07.2021 года в суд поступило заявление ООО «Луч» о замене в порядке процессуального правопреемства кредитора ФИО2 на ООО «Луч».

Протокольным определением суда от 23.08.2021 производство по указанным заявлениям объединено в одно производство для их совместного рассмотрения.

По результатам рассмотрения настоящего обособленного спора определением Арбитражного суда Московской области от 06 мая 2022 года судом произведена замена ФИО2 на ООО «Луч». Во включении требования ООО «Луч» в реестр требований кредиторов ФИО3 – отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, Общество «Луч» подало апелляционную жалобу, в которой просит его отменить.

Финансовый управляющий ФИО3 - ФИО5 представил отзыв, в котором просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со ст.ст. 223, 266, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Дело рассмотрено в соответствии с нормами ст. 121-123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие представителей ФИО2, ООО «Луч», ФИО3 и финансового управляющего ФИО4, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на сайте http://kad.arbitr.ru.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 32 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Законом о банкротстве.

Согласно части 1 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте.

Исходя из системного анализа положений ст. 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, процессуальное правопреемство возможно в случае, когда в процессе рассмотрения спора произошло правопреемство в материальном гражданском правоотношении, то есть процессуальное правопреемство означает переход процессуальных прав и обязанностей от одного субъекта соответствующего материального правоотношения к другому, что влечет занятие правопреемником процессуального статуса правопредшественника.

Таким образом, суд лишь тогда удовлетворяет заявленное ходатайство о процессуальном правопреемстве и заменяет выбывшую сторону ее правопреемником в арбитражном процессе, когда правопреемство произошло в материальном правоотношении.

Как следует из материалов дела, между ФИО2 (цедент) и ООО «Луч» (цессионарий) 21.06.2021 был заключён договор уступки прав требования, по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме права требования ФИО2 к ФИО3 по взысканию суммы долга по договору займа, оформленному письменной распиской должника от 08.05.2018 года, в размере требований, эквивалентном 100 000 (ста тысячам долларов США) – 7 327 000 рублей по курсу ЦБ РФ, и суммы процентов за пользование деньгами по расписке 663 846,27 рублей (всего сумма требований 7 990 846,27 рублей), а также передает иные права требования к должнику ФИО3, которые могут возникнуть в будущем по расписке от 08.05.2018 года.

Представлено уведомление от 21.06.2021 в адрес должника об уступке прав требования.

В соответствии со статьей 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно статье 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Проанализировав условия договора уступки права требования от 21.06.2021, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о том, что его условия не противоречат законодательству, в установленном законодательством порядке данный договор не оспорен и не признан недействительным.

При указанных обстоятельствах арбитражный апелляционный суд согласен с выводом суда первой инстанции о необходимости осуществления процессуального правопреемства и замены ФИО2 на ООО «Луч» по требованию о включении задолженности 7 990 846 руб. 27 коп.

В отношении обоснованности требований ООО «Лус» арбитражным апелляционным судом установлено следующее.

Обращаясь с настоящим требованием, заявитель указал, что 08 мая 2018 года ФИО3 взял в долг по письменной расписке у ФИО2 денежные средства в размере 100 000 долларов США с обязательством их возврата до 06 июня 2018 г.

Денежные средства не возвращены.

В 2018 году ФИО2 обращался с иском в Домодедовский городской суд Московской области о взыскании долга и процентов.

г
Решением Домодедовского городского суда Московской области от 17.06.2019 г. по гражданскому делу № 2-1382/2019 исковые требования ФИО2 были удовлетворены.

Апелляционным определением Московского областного суда 27.05.2020 г. по делу №33-6981/2020 решение Домодедовского городского суда Московской области отменено, иск ФИО2 к ФИО3 о взыскании денег по договору займа оставлен без рассмотрения по причине того, что исковое заявление подлежит разрешению в рамках дела о банкротстве ФИО3

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности факта передачи денежных средств от заимодавца (ФИО2) заемщику (ФИО3).

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд поддерживает указанный вывод суда первой инстанции.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 32 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются главой X Закона о банкротстве, а в случае отсутствия в ней каких-либо положений - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI указанного Закона (п. 1 ст. 213.1 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона. Пропущенный кредитором по уважительной причине срок закрытия реестра может быть восстановлен арбитражным судом.

В силу пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

Обоснованность требований доказывается на основе принципа состязательности.

Кредитор, заявивший требования к должнику, как и лица, возражающие против этих требований, обязаны доказать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований или возражений. Законодательство гарантирует им право на предоставление доказательств (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В условиях банкротства должника, а значит очевидной недостаточности у последнего денежных средств и иного имущества для расчета по всем долгам, судебным спором об установлении требования конкурсного кредитора затрагивается материальный интерес прочих кредиторов должника, конкурирующих за распределение конкурсной массы в свою пользу.

Как следствие, во избежание необоснованных требований к должнику и нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой, по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле.

Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора. Исследованию подлежит сама возможность по исполнению сделки.

Разъяснения о повышенном стандарте доказывания в делах о банкротстве даны в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 35 от 22.06.2012 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", согласно которому при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью такой проверки является установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку включение таких требований приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также интересов должника.

В круг доказывания по спору об установлении размера требований кредиторов в деле о банкротстве в обязательном порядке входит исследование судом обстоятельств возникновения долга.

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только такие требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При этом суд осуществляет проверку обоснованности требований кредитора вне зависимости от наличия или отсутствия возражений против данных требований иных лиц, участвующих в деле.

В обоснование заявленных требований заявитель ссылается на наличие между ФИО2 и ФИО3 заемных отношений, в подтверждение чего представлена расписка от 08.05.2018 о получении ФИО3 от ФИО2 денежных средств в размере 100 000 долларов США с обязательством их возврата до 06 июня 2018 г. (л.д.7).

В силу п. 1 ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других вещей.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Если иное не предусмотрено законом или договором займа, заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором. При отсутствии в договоре условия о размере процентов их размер определяется существующей в месте жительства заимодавца, а если заимодавцем является юридическое лицо, в месте его нахождения ставкой банковского процента (ставкой рефинансирования) на день уплаты заемщиком суммы долга или его соответствующей части (п. 1 ст. 809 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 810 ГК РФ закреплено, что заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Исходя из положений статей 807, 809 ГК РФ, передача заимодавцем заемщику суммы займа является основным и необходимым условием заключения договора займа, являющегося реальным договором, и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Таким образом, предметом доказывания по настоящему требованию является установление факта предоставления заемщику денежных средств.

Согласно п. 1 ст. 808 ГК РФ договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (п. 2 ст. 808 ГК РФ).

По общему правилу расписка является достаточным доказательством, удостоверяющим передачу определенной денежной суммы (пункт 2 статьи 808 ГК РФ).

В то же время, согласно сложившейся судебной практике при разрешении в деле о банкротстве граждан и юридических лиц требований кредиторов, основанных на расписке о получении денежных средств, применяются повышенные стандарты доказывания существования между должником и кредитором реальных заемных отношений.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце 3 пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства:

- позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства,

- имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником,

- отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Исходя из позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.10.2011 по делу N 6616/2011, при наличии сомнений в реальности договора займа исследованию подлежат доказательства, свидетельствующие об операциях должника с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета должника), в том числе об их расходовании.

Также в предмет доказывания в указанных случаях входит изучение обстоятельств, подтверждающих фактическое наличие у заимодавца денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки; сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику).

Установление указанных обстоятельств обусловлено необходимостью исключения при заключении договора займа недобросовестного поведения сторон данного договора (злоупотребления правом), которое направлено на искусственное увеличение кредиторской задолженности должника-банкрота.

В подтверждение наличия финансовой возможности предоставить должнику денежные средства в размере 100 000 долларов США в дату 08 мая 2018 года ФИО2 в материалы дела представлена расписка от 08.05.2018, свидетельствующая о том, что последний принял от ФИО6 денежные средства в размере 100 000 долларов США со сроком возврата – 08.06.2018.

Суд первой инстанции признал указанную расписку ненадлежащим доказательством финансовой возможности ФИО2 передать денежные средства должнику.

При этом суд исходил из того, что законным платежным средством на территории РФ является рубль (статьи 140 и 317 ГК РФ).

Использование иностранной валюты, а также платежных документов в иностранной валюте при осуществлении расчетов на территории Российской Федерации допускается в случаях, в порядке и на условиях, определенных в Законе о валютном регулировании или в установленном им порядке.

В целях обеспечения единой государственной валютной политики, а также устойчивости валюты РФ и стабильности внутреннего валютного рынка РФ - заем иностранной валюты и валютных ценностей на территории РФ должен соответствовать требованиям Федерального закона «О валютном регулировании и валютном контроле».

Согласно ч. 1 ст. 9 Федерального закона «О валютном регулировании и валютном контроле» валютные операции между резидентами запрещены.

Указанной норме корреспондируют положения письма Минфина РФ от 02.12.2004 «Об операциях, связанных с расчетами и переводами при предоставлении займа в иностранной валюте».

В силу п. 3 ст. 14 Федерального закона «О валютном регулировании и валютном контроле» расчеты при осуществлении валютных операций производятся физическими лицами - резидентами через банковские счета в уполномоченных банках, порядок открытия и ведения которых устанавливается ЦБ РФ, за исключением следующих валютных операций, осуществляемых в соответствии с Федеральным законом «О валютном регулировании и валютном контроле»:

- перевод физическим лицом - резидентом из Российской Федерации и получение в Российской Федерации физическим лицом - резидентом перевода без открытия банковских счетов, осуществляемых в установленном Центральным банком Российской Федерации порядке, который может предусматривать только ограничение суммы перевода, а также почтового перевода.

В соответствии с Указанием ЦБ РФ от 30.03.2004 N 1412-У «Об установлении суммы перевода физическим лицом - резидентом из Российской Федерации без открытия банковских счетов» (зарегистрировано в Минюсте РФ 08.04.2004 N 5730) - Банк России устанавливает, что при осуществлении валютных операций физическое лицо - резидент имеет право перевести из Российской Федерации без открытия банковского счета в уполномоченном банке иностранную валюту или валюту Российской Федерации в сумме, не превышающей в эквиваленте 5000 долларов США, определяемой с использованием официальных курсов иностранных валют к рублю, установленных Банком России на дату поручения уполномоченному банку на осуществление указанного перевода.

Общая сумма переводов физического лица - резидента из Российской Федерации без открытия банковского счета, осуществляемых через уполномоченный банк (филиал уполномоченного банка) в течение одного операционного дня, не должна превышать сумму, установленную настоящим пунктом.

Таким образом, передача денежных средств в иностранной валюте превышающей 5 000 долларов США, может осуществляться исключительно в безналичном порядке через банковские счета в уполномоченных банках.

Согласно выписке по сберегательному счету ФИО6 от 17.12.2020 (л.д. 120-121) последний располагал достаточными средствами для предоставления ФИО2 займа в указанном размере.

Вместе с тем, денежные средства, согласно расписке, передавались в иностранной валюте – долларах США.

Суд первой инстанции предлагал займодавцу представить доказательства конвертации в валюту займа.

Такие сведения и доказательства заявителем в материалы дела не представлены.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что представленные в материалы дела: расписка от 08.05.2018 о получении ФИО2 денежных средств в сумме 100 000 долларов США от ФИО6, а также расписка от 08.05.2018 о получении ФИО3 100 000 долларов США от ФИО2 не могут быть признаны надлежащими доказательствам наличия соответственно у ФИО6 и ФИО2 финансовой возможности, подтверждающие получение должником денежных средств в размере 100 000 долларов США.

Поскольку кредитором не представлено доказательств, достоверно свидетельствующих о том, что им проводились операции по конвертации российского рубля в валюту для предоставления займа, не представлено доказательств, достоверно свидетельствующих о том, что по состоянию на 08.05.2018 он в действительности обладал денежной суммой в размере 100 000 долларов США.

Иных доказательств, подтверждающих наличие финансовой возможности ФИО2 предоставить должнику заем в указанном размере и устраняющих сомнения в действительной возможности данного физического лица осуществить фактическую передачу денежных средств в указанном размере, заявитель не представил.

Оценив в соответствии со ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выписку по сберегательному счету ФИО6 от 17.12.2020 (л.д.120-121), арбитражный апелляционный суд пришел также к выводу о том, что из нее невозможно сделать безусловный вывод о том, что ФИО6 действительно располагал суммой 100 000 долларов США, которую предположительно передал ФИО2 по расписке от 08.05.2018.

Так, из выписки по счету следует, что последняя перед 08 мая 2018 года операция по снятию денежных средств со счета в сумме 5 000 000 рублей была произведена ФИО6 15 февраля 2018 года, то есть за два с половиной месяца до составления расписки.

Учитывая отсутствие доказательств хранения ФИО6 столь значительной суммы вплоть до 08.05.2018 при наличии банковского счета, а также доказательств снятия денежных средств со своего счета непосредственно (накануне) их передачи ФИО2, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу о том, что финансовое положение ФИО6 не позволяло предоставить ФИО2 100 000 долларов США в дату 08.05.2018.

При этом согласно расписке от 08.05.2018 о получении ФИО2 денежных средств в сумме 100 000 долларов США от ФИО6 ФИО2 должен был возвратить указанную сумму ФИО6 до 08.06.2018.

Согласно расписке – обязательству от 05.08.2021 денежные средства были возвращены спустя лишь три года (л.д.77).

Соответственно, не доказано, что финансовое положение ФИО2 позволяло ему передать ФИО3 100 000 долларов США в дату 08.05.2018.

Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства того, каким образом (на какие цели) были потрачены денежные средства, предположительно полученные должником от ФИО2 08 мая 2018 года (погашение кредиторской задолженности, приобретение какого-либо имущества, вложение денежных средств, передача третьим лицам, зачисление на банковский счет и т.п.).

Также ФИО2 не раскрыта экономическая целесообразность и выгода для него от заключения нестандартной сделки (предоставление должнику займа без уплаты процентов), не обоснован способ передачи денежных средств наличными (по расписке), не раскрыты обстоятельства заключения сделки, в частности поиск займодавцем и выбор им заемщика, проверка финансовой состоятельности заемщика при выдаче займа, место и порядок передачи наличных денежных средств в значительном размере.

При указанных обстоятельствах, оценив в совокупности в соответствии со статьей 71 АПК РФ все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для переоценки вывода суда первой инстанции об отказе в признании требований ООО «Луч» обоснованными, поскольку обращение с настоящим заявлением подано не с целью получения реально существующей задолженности, а с целью необоснованного включения в реестр требований кредиторов должника и получение денежных средств за счет конкурсной массы должника наравне с независимыми кредиторами, перед которыми у должника имеются реальные обязательства.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе ООО «Луч», о том, что представленные в материалы дела доказательства достаточны для вывода о реальности заёмных отношений между ФИО2 и ФИО3, отклонены арбитражным апелляционным судом.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее - Постановление N 35), проверка обоснованности требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов. Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 N 305-ЭС18-413, при рассмотрении заявлений о включении рядовых гражданско-правовых кредиторов суд осуществляет более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с общеисковым гражданским процессом, то есть основанием к включению являются ясные и убедительные доказательства наличия и размера задолженности.

Таким образом, при рассмотрении требований о включении в реестр требований кредиторов применяется более строгий (повышенный) стандарт доказывания, в соответствии с которым заявители по таким требованиям должны не только представить ясные и убедительные доказательства наличия и размера задолженности, но и опровергнуть возможные сомнения относительно обоснованности их требований, возникающие как у других лиц, участвующих в деле о банкротстве, так и у суда.

Из содержания приведенных правовых норм и разъяснений, данных в Постановлении Пленума ВАС РФ № 35, следует, что предметом доказывания по настоящему спору является факт реального предоставления ФИО2 денежных средств ФИО3, который включает в себя установление финансовой возможности заимодавца предоставить соответствующую денежную сумму, процесс передачи денежных средств и их получение заемщиком, обоснование цели получения денежных средств, а также цели избрания способа получения денежных средств в значительной сумме (наличными, а не банковским переводом либо в присутствии нотариуса), расходование заемщиком указанных средств.

Таких доказательств в материалы настоящего дела не представлено.

Учитывая изложенное суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требований ООО «Луч».

Довод апелляционной жалобы Общества «Луч», о том, что суд первой инстанции необоснованно отказал в назначении и проведении по настоящему делу судебной экспертизы с целью определения даты составления расписки ФИО3 и определения подлинности его подписи на расписке, также отклонены арбитражным апелляционным судом.

В соответствии с ч. 1 ст.82 АПК РФ экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания.

На основании ч.2 ст. 64, ч. 3 ст. 86 АПК РФ заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

Правовое значение заключения экспертизы определено законом в качестве доказательства, которое не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и в силу ст. 71 АПК РФ подлежит оценке судом наравне с другими представленными доказательствами.

Как разъяснено Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в Постановлении от 09.03.2011 № 13765/10 по делу № А63-17407/2009, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания.

Если необходимость проведения экспертизы отсутствует, суд отказывает в ходатайстве о назначении судебной экспертизы.

В силу п.1 ст. 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Требования к форме договора займа содержатся в ст.808 ГК РФ, согласно п. 2 которой в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

В соответствии с абз. 2 п. 1 ст. 807 ГК РФ договор займа является реальным, поскольку считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Согласно п. 3 ст. 812 ГК РФ, если будет установлено, что деньги или другие вещи в действительности не были получены от заимодавца, договор займа считается незаключенным.

В соответствии с п. 2 ст. 808 ГК РФ в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Таким образом, установление подлинности расписки от 08.05.2018 и установление фактической даты ее составления, в отсутствие доказательств реальной передачи ФИО2 денежных средств ФИО3 не влечет наступления каких-либо обязательств заемщика перед заимодавцем.

Поскольку факт передачи наличных денежных средств в рамках дела о банкротстве с учетом специфики установления требований кредиторов в таком деле не подтверждается материалами дела, то отсутствие достоверных доказательств, подтверждающих передачу денежных средств от заимодавца заемщику по договору займа, свидетельствует о незаключенности данного договора займа в силу абз. 2 п.1 ст.807 ГК РФ и п. 3 ст. 812 ГК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 06 мая 2022 года по делу № А41-9762/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.



Председательствующий



В.П. Мизяк


Судьи



С.Ю. Епифанцева


Н.В. Шальнева