Постановление от 10 августа 2022 г. по делу № А84-7219/2020

ДВАДЦАТЬ ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Суворова, д. 21, Севастополь, 299011, тел. 8 (8692) 54-74-95

E-mail: info@21aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А84-7219/2020
г. Севастополь
10 августа 2022 года



Резолютивная часть определения оглашена 09.08. 2022 г.

Постановление в полном объеме изготовлено 10.08. 2022 г.

Двадцать первый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Оликовой Л. Н., судей Калашниковой К. Г., Вахитова Р. С., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда города Севастополя от 23.06.2022 г. по делу № А84-7219/2020 о включении требований в реестр требований кредиторов

по заявлению ФИО3 о включении требований о передаче нежилого помещения в реестр требований участников строительства Жилищно-строительного кооператива «Остряково»

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Жилищно-строительного кооператива «Остряково» ИНН <***>, ОГРН <***>,

при участии в судебном заседании: лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом



УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Севастополя от 01.02.2021 г. (дата объявления резолютивной части 25.01.2021 г.) Жилищно-строительной кооператив «Остряково» признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО2. Публикация сообщения в соответствии со статьей 28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» состоялась в газете «Коммерсантъ» № 21 от 06.02.2021 г. К процедуре банкротства ЖСК «Остряково» применены правила параграфа 7 «Банкротство застройщиков» главы IX «Особенности банкротства отдельных категорий должников - юридических лиц» Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В связи с отказом конкурсного управляющего ЖСК «Остряково» во включении требований ФИО3 в реестр требований кредиторов должника № 19 от 12.05.2021 г., кредитор обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов нежилого помещения № 15, площадью 14 кв. м. по адресу: <...>, как обеспеченного залогом, на основании договора № 151-244/1оф/ц/15 от 15.10.2013 г. о совместном паевом участии в строительстве многоквартирного дома.

Определением Арбитражного суда города Севастополя от 23.06.2022 г., с учетом определения от 05.08.2022 г. об исправлении описки, судом разрешены разногласия между кредитором и конкурсным управляющим. Требования ФИО3 в размере 624 636 руб. включены в четвертую очередь реестра требований кредиторов ЖСК «Остряково» как обеспеченные залогом имущества должника.

Не согласившись с указанным определением, ФИО3 обратился в Двадцать первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить и признать статус залогового имущества в виде нежилого помещения № 15, площадью 14 кв. м., по адресу: <...>//2. Апеллянт считает, что включение в реестр требований кредиторов денежной суммы ограничивает право собственности на нежилое помещение и противоречит нормам законодательства.

Лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

Суд на основании ст. ст. 121, 123, 266 Арбитражного процессуального кодекса РФ считает возможным рассмотрение жалобы по существу в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом.

Изучив материалы дела, оценив представленные доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены либо изменения судебного акта, при этом исходит из следующего.

В соответствии со ст. 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», ч. 1 ст. 223 Арбитражного процессуального кодекса РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Решением Арбитражного суда города Севастополя от 01.02.2021 г. (резолютивная часть решения от 25.01.2021 г.) ЖСК «Остряково» признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО2

В рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) должника применены правила параграфа 7 «Банкротство застройщиков» главы IX Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно пункту 1 статьи 201.4 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства в отношении застройщика, в ходе внешнего управления в деле о банкротстве застройщика требования о передаче жилых помещений, требования о передаче машино-мест и нежилых помещений, в том числе возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом, и (или) денежные требования участников строительства могут быть предъявлены к застройщику только в рамках дела о банкротстве застройщика с соблюдением установленного настоящим параграфом порядка предъявления требований к застройщику.

Пунктом 3 статьи 201.4 Закона о банкротстве предусмотрено, что денежные требования участников строительства и требования участников строительства о передаче жилых помещений, требования о передаче машино-мест и нежилых помещений предъявляются конкурсному управляющему. Конкурсный управляющий рассматривает требования участников строительства и включает их в реестр требований участников строительства, который является частью реестра требований кредиторов, в порядке, предусмотренном указанной статьей. В случае наличия разногласий требование участника строительства подлежит рассмотрению в суде.

В подпункте 3.1 пункта 1 статьи 201.1 Закона о банкротстве дано определение понятия требования о передаче машино-места и нежилого помещения, согласно которому это требование участника строительства - физического лица - о передаче ему на основании возмездного договора в собственность машино-места и (или) нежилого помещения в многоквартирном доме, которые на момент привлечения денежных средств и (или) иного имущества участника строительства не введены в эксплуатацию. При этом для целей настоящего параграфа под нежилым помещением понимается нежилое помещение, площадь которого не превышает семи квадратных метров.

Таким образом, для целей квалификации требования о передаче нежилого помещения, содержащегося в подпункте 3.1 пункта 1 статьи 201.1 Закона о банкротстве, имеет значение площадь нежилого помещения, а также предъявление требования участником долевого строительства - физическим лицом.

Соответственно, требование о передаче в натуральной форме нежилого помещения вправе заявлять только участники строительства - физические лица в отношении нежилых помещений площадью не более семи квадратных метров.

Как следует из заявления ФИО3, площадь нежилого помещения 14 кв. м., что превышает установленное пунктом 3.1. статьи 201.1 Закона о банкротстве ограничение.

Таким образом, по смыслу положений параграфа 7 главы IX Закона о банкротстве кредиторы, вложившие свои средства в приобретение будущих офисных помещений площадью более семи квадратных метров, законодательно лишены возможности потребовать от несостоятельного застройщика неденежного исполнения имущественного характера (передать нежилые помещения в натуре).

Согласно правовой позиции, изложенной в ответе на вопрос N 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2016), утвержденного Верховным Судом Российской Федерации 20.12.2016, по общему правилу с момента признания должника банкротом и открытия в отношении его конкурсного производства требования кредиторов по неденежным обязательствам имущественного характера трансформируются в денежные (абзац седьмой пункт 1 статьи 126 Закона о банкротстве, абзац второй пункта 34 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее - Постановление N 35)). Такие требования подлежат денежной оценке, они рассматриваются по правилам статьи 100 Закона о банкротстве и удовлетворяются в общем порядке, предусмотренном статьями 134, 142 названного закона.

Из материалов дела следует, что между ФИО3 ( пайщик) и ЖСК «Остряково» (застройщик) 15.10.2013 г. заключен договор № 151-244/2/оф/ц/15 о совместном паевом участии в строительстве многоквартирного жилого комплекса по адресу: <...>, с последующей передачей пайщику – ФИО3 доли в виде нежилого помещения под номером 15, на цокольном этаже, площадью 14 кв. м.

В соответствии с п. 2.1.5 договора в срок до конца 4-ого квартала 2014 года застройщик обязуется завершить работы по строительству помещения, отвечающей характеристикам, указанным в п. 1.2 договора.

Согласно пункту 3.1. договора оплата паевых взносов осуществляется в национальной валюте Украины (гривны) по коммерческому курсу ( курсу покупки) долларов США в ОТП Банке в день внесения средств, но не ниже минимального курса 8 грн. за 1 доллар США. Цена 1 кв. метра эквивалентна 600 долларов США остается неизменной до конца исполнения сторонами обязательств.

Общий размер паевого взноса пайщика эквивалентен 8400 долларов США. Оплата осуществляется в валюте гривны по коммерческому курсу доллара США на день оплаты.

Согласно предоставленным в материалы дела квитанциям к приходным кассовым ордерам ФИО3 произвел оплату по договору в размере 8 400 долларов США, эквивалент на рубли на дату открытия конкурсного производства 25.01.2021 г. – 624 636 руб.

Коллегия судей соглашается с выводом суда первой инстанции об обоснованности требований ФИО3 и наличии оснований для включения его требования о передаче нежилого помещения № 15, площадью 14 кв. м., расположенного в цокольном этаже многоквартирного жилого комплекса по адресу: <...>. ФИО4, 244/2, в реестр требований кредиторов должника в состав четвертой очереди как денежного требования.

Доводы апеллянта о том, что включение денежной суммы в реестр требований кредиторов ограничивает право собственности на приобретенное нежилое помещение, отклоняются, поскольку апеллянт по договору приобрел только долю в общей долевой собственности в незавершенном строительстве, а не право собственности на объект недвижимости – нежилое помещение № 15. До осуществления государственной регистрации объекта незавершенного строительства, до ввода в эксплуатацию многоквартирного дома, нежилые помещения не могут выступать самостоятельными объектами гражданских прав и их выделение в объекте незавершенного строительства как такого объекта будет противоречить действующему законодательству.

Что касается обеспечения денежного требования ФИО3 залогом имущества указанного нежилого помещения, суд апелляционной инстанции считает необходимым указать следующее.

Материальные основания возникновения права залога у лиц, заключивших с застройщиком договоры участия в долевом строительстве, регулируются специальными положениями гражданского законодательства, в частности Законом N 214-ФЗ, а не Законом о банкротстве. По смыслу п. 2 ст. 2, ст. 4 Закона N 214-ФЗ положения ст. ст. 12.1 и 13 этого Закона об обеспечении исполнения обязательств застройщика применяются независимо от конкретного вида объекта долевого строительства (жилое или нежилое помещение).

Статьей 13 Закона об участии в долевом строительстве предусмотрены три типовых случая существования залогового обеспечения в пользу лиц, чьи средства были привлечены на строительство (создание) многоквартирного дома посредством заключения договоров участия в долевом строительстве (далее - дольщики):

согласно части 1 названной статьи, на начальном этапе с момента государственной регистрации договора участия в долевом строительстве находящимися в залоге у дольщиков считаются земельный участок, принадлежащий застройщику на праве собственности или право аренды земельного участка, а также строящийся на данном участке многоквартирный дом;

в силу части 2 этой статьи, при прекращении строительства по каким-либо причинам и последовавшей за этим государственной регистрацией права собственности застройщика на незавершенный строительством объект такой объект, являющийся неделимой вещью, также считается находящимся в залоге у дольщиков;

со дня получения застройщиком разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома и до момента передачи дольщику объекта строительства все помещения в построенном здании считаются находящимся в залоге у участников строительства; однако, такой залог не распространяется на помещения в здании, не являющиеся объектами долевого строительства, а также на помещения, уже переданные иным участникам строительства (части 3 и 8 статьи 13 Закона об участии в долевом строительстве).

В деле о банкротстве застройщика, исходя из особенностей правового регулирования отношений по участию в долевом строительстве и положений параграфа 7 главы IX Закона о банкротстве, основанные на зарегистрированных договорах участия в долевом строительстве требования дольщика, включенные в реестр, считаются обеспеченными залогом независимо от того, было им заявлено о необходимости установления залогового статуса при предъявлении денежного требования или нет, если только такой кредитор явно не выразил волю на отказ от залогового обеспечения или суд прямо не указал на отсутствие права залога в судебном акте.

При этом законодатель не делает различий между правовым положением дольщиков исходя из вида приобретаемого ими помещения (жилое или нежилое). Законодательством о несостоятельности предусмотрены определенные правила, в результате использования которых к дольщикам в итоге может перейти право собственности на оплаченные ими жилые помещения (ст. ст. 201.10 и 201.11 Закона о банкротстве).

В отношении нежилых помещений подобные правила не установлены. Лица, вложившие свои средства в приобретение будущих офисных помещений, законодательно лишены возможности потребовать от несостоятельного застройщика неденежного исполнения имущественного характера (передать нежилые помещения в натуре). Они вправе лишь заявить о включении в реестр денежного требования на общих основаниях. Такое требование подлежит включению в четвертую очередь реестра (подп. 4 п. 1 ст. 201.9 Закона о банкротстве). Однако каких-либо законных оснований полагать, что залоговое обеспечение в банкротстве застройщика сохраняется только в отношении жилых помещений, не имеется.

Ни Гражданский кодекс Российской Федерации, ни Закон N 214-ФЗ, ни Закон о банкротстве не предусматривают такого основания прекращения права залога, как возбуждение в отношении залогодателя дела о банкротстве. Залоговый кредитор по денежному требованию, преобразовавшемуся из требования о передаче нежилого офисного помещения, вправе претендовать на распределение вырученных от реализации предмета залога денежных средств по правилам п. 1 ст. 201.14 Закона о банкротстве, то есть на приоритетное получение шестидесяти процентов от стоимости предмета залога.

Это означает, что иные дольщики (при их наличии), обладающие тем же статусом, что и ФИО3, но не настаивавшие на фиксации статуса залогодержателя в судебном акте в рамках дела о банкротстве должника, не утратили право на залоговый приоритет. Напротив, все они в равной мере вправе рассчитывать на распределение денежных средств, вырученных от реализации объекта незавершенного строительства либо нежилых помещений (при условии окончания строительства) по правилам ст. 201.14 Закона о банкротстве. Данная позиция приведена в пункте 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2019)(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.11.2019)

Учитывая изложенное, приведение в резолютивной части оспариваемого судебного акта на конкретное залоговое имущество, не является обязательным, и не является основанием для отмены либо изменения судебного акта.

Таким образом, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой 7 инстанции, в связи с чем данные доводы признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта. Нормы материального права судом первой инстанции при разрешении спора были применены правильно.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Севастополя от 23 июня 2022 г. по делу № А84-7219/2020, с учетом определения от 05.08.2022 г. об исправлении описки, оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО3 оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Центрального округа в порядке, установленном ст. 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий Л. Н. Оликова

Судьи К. Г. Калашникова

Р. С. Вахитов