Постановление от 29 мая 2023 г. по делу № А01-2323/2017

2213/2023-51258(2)



ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А01-2323/2017
город Ростов-на-Дону
29 мая 2023 года
15АП-5968/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 23 мая 2023 года. Полный текст постановления изготовлен 29 мая 2023 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Барановой Ю.И. судей Сороки Я.Л., Шапкина П.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, при участии: от истца – представитель не явился, извещен; от ответчика – представитель ФИО2 по доверенности от 17.05.2023, удостоверение; рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3

Александра Александровича на решение Арбитражного суда Республики Адыгея от 10.03.2023 по делу № А01-2323/2017

по иску ФИО3 к ФИО4

о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании задолженности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в Кошехабльский районный суд Республики Адыгея с исковым заявлением к ФИО4 о привлечении последней, как участника общества с ограниченной ответственностью «Югтехстрой» (далее - ООО «Югтехстрой», общество), к субсидиарной ответственности по обязательствам общества и взыскании с нее задолженности по обязательствам ООО «Югтехстрой» в сумме 3 450 000 руб. и 1 160 017,81 руб. в качестве индексации присужденных судом денежных сумм на день исполнения решения суда в соответствии со статьей 208 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Кошехабльского районного суда Республики Адыгея от 19.05.2022, оставленным без изменения апелляционным определением Верховного суда Республики Адыгея от 26.07.2022, дело передано по подсудности в Арбитражный суд Республики Адыгея.


Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 24.08.2022 исковое заявление ФИО3 принято к производству.

Решением Арбитражного суда Республики Адыгея от 10.03.2023 в удовлетворении искового заявления ФИО3 о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности и взыскании 3 450 000 руб. по обязательствам ООО «Югтехстрой» и 1 160 017,81 руб. в качестве индексации присужденных судом денежных сумм на день исполнения решения суда, отказано. С ФИО3 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 39 950 руб.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО3 обжаловал его в порядке, определенном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В апелляционной жалобе заявитель указал на незаконность решения, просил отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование жалобы заявитель указывает на то, что судебное решение Арбитражного суда республики Адыгея от 11.12.2017 по востребованию задолженности с должника ООО «Югтехстрой», учредителем которого является ФИО4 является моментом возникновения задолженности. В связи с тем, что общество 04.12.2020 исключено из ЕГРЮЛ, в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности, что соответственно влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательств, а в связи с не предоставлением ответчиком копии договора займа, следует, что займ мог быть бессрочный, что автоматически делает сроки взыскания долга по займу подлежащими взысканию в рамках статьи 3, пп 3.1 ФЗ 14 «Об обществах с ограниченной ответственностью». Истцом в качестве основания привлечения ответчика к субсидиарной ответственности указано бездействие, выразившееся в наличии непогашенной задолженности перед кредитором истцом, которую, участник должен был погасить за счет собственных средств.

В судебное заседание истец, надлежащим образом уведомленный о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку не обеспечил. В связи с изложенным, апелляционная жалоба рассматривается в порядке, предусмотренном статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Через канцелярию суда поступил отзыв ответчика на апелляционную жалобу. От истца поступило возражения на отзыв на апелляционную жалобу.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, по основаниям, изложенным в письменном отзыве, просил решение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, Согласно положениям статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения


восстановления нарушенных прав, их судебной защиты. Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно статье 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном АПК РФ.

При рассмотрении настоящего спора, судом установлено следующее.

Решением Арбитражного суда Республики Адыгея от 11.12.2017 по делу № А01-2323/2017 по исковому заявлению конкурсного управляющего ООО АПФ «Восток-Сервис» ФИО5 к «Югтехстрой» о взыскании суммы задолженности, с ООО «Югтехстрой» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ООО АПФ «Восток-Сервис» (ИНН <***>, ОГРН <***>) взыскана денежная сумма 3 450 000 руб.

Решение Арбитражного суда Республики Адыгея от 11.12.2017 по делу № А01-2323/2017 вступило в законную силу 11.01.2018.

ООО АПФ «Восток-Сервис» был выдан исполнительный лист от 12.03.2018 ФС № 019586051 для принудительного исполнения судебного акта по настоящему делу.

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 26.06.2018 по делу № А01-2323/2017 заявление конкурсного управляющего ООО АПФ «Восток- Сервис» ФИО5 о выдаче дубликата исполнительного листа по делу № А01-2323/2017 удовлетворено, заявителю выдан дубликат исполнительного листа от 12.03.2018 ФС № 019586051 по делу № А01-2323/2017, а именно исполнительный лист от 31.07.2018 ФС № 019587150 (Дубликат исполнительного листа).

28.08.2018 на основании исполнительного листа от 31.07.2018 ФС № 019587150 (Дубликат исполнительного листа) Межрайонным отделом судебных приставов по особым исполнительным производствам УФССП России по Республике Адыгея было возбуждено исполнительное производство № 11017/18/01013-ИП.

28.09.2018 исполнительное производство № 11017/18/01013-ИП окончено в соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», в связи с тем, что у должника - ООО «Югтехстрой» отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание, исполнительный документ - исполнительный лист от 31.07.2018 ФС № 019587150 (Дубликат исполнительного листа) возвращен взыскателю - ООО АПФ «Восток-Сервис».

20.12.2018 между ООО АПФ «Восток-Сервис» и ФИО3 был заключен договор уступки прав (цессии), согласно которому право на взыскание суммы долга с ООО «Югтехстрой» в размере 3 450 000 руб. в рамках настоящего дела № А01-2323/2017 перешло к ФИО3

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 23.04.2019 по делу № А01-2323/2017 произведена процессуальная замена взыскателя ООО АПФ «Восток-Сервис» на его правопреемника - ФИО3 по правоотношениям, установленным решением Арбитражного суда Республики Адыгея от 11.12.2017 по делу № А01-2323/2017.


04.12.2020 ООО «Югтехстрой» исключено из ЕГРЮЛ в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности, на основании подпункта «б» пункта 5 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (сведения о записи: ГРН записи в ЕГРЮЛ: 2200100072710; дата внесения записи в ЕГРЮЛ: 04.12.2020; наименование регистрирующего органа, которым запись внесена в ЕГРЮЛ: Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 1 по Республике Адыгея).

19.10.2021 ФИО3 в адрес ФИО4 направлялось письмо - досудебное предложение (претензия) по погашению задолженности, которое получено ответчиком 03.11.2021, что подтверждается отчетом об отслеживании отправления с почтовым идентификатором 80111664809192, оставленное без ответа.

08.02.2022 ФИО3 обратился в Кошехабльский районный суд Республики Адыгея с исковым заявлением к ФИО4 о привлечении последней, как участника ООО «Югтехстрой», к субсидиарной ответственности по обязательствам общества и взыскании с нее задолженности по обязательствам ООО «Югтехстрой».

Как указано выше, определением Кошехабльского районного суда Республики Адыгея от 19.05.2022, оставленным без изменения Апелляционным определением Верховного суда Республики Адыгея от 26.07.2022, дело по заявлению ФИО3 к ФИО4 о привлечении последней, как участника ООО «Югтехстрой», к субсидиарной ответственности по обязательствам общества и взыскании с нее задолженности по обязательствам общества передано по подсудности в Арбитражный суд Республики Адыгея.

Обосновывая поданное заявление истцом указано, что общество, имея задолженность перед истцом в сумме 3 450 000 руб., никаких действий по погашению задолженности не произвело, а поскольку общество 04.12.2020 исключено из ЕГРЮЛ, в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности, что соответственно влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательств, истец, полагая, что данная ситуация по непогашению обществом перед ним, как кредитором, задолженности сложилась из - за бездействия и уклонения ФИО4 от исполнения своих обязательств участника общества, ссылаясь на положения пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статей 53.1, 56, 399 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Данные обстоятельства послужили основанием для обращения ФИО3 в суд с настоящими исковыми требованиями.

Исследовав материалы дела повторно, проанализировав доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, проверив в порядке статей 266 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, судебная коллегия считает, что решение суда первой инстанции не подлежит отмене.

При вынесении обжалуемого решения суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.


Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из установленных законом способов защиты гражданских прав является возмещение убытков.

В силу положений статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Одним из признаков юридического лица является самостоятельная имущественная ответственность по своим обязательствам, и по общему правилу участники общества с ограниченной ответственностью не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им долей в уставном капитале общества ((статья 2 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ)).

Вместе с тем, законом установлена субсидиарная ответственность лица, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, членов коллегиальных органов юридического лица, а также лиц, имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания руководителю юридического лица и коллегиальным органам такового по обязательствам этого общества.

Так, согласно пункту 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.


Ответственность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании (пункт 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, также обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В случае совместного причинения убытков юридическому лицу лица, указанные в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, обязаны возместить убытки солидарно (пункт 4 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как установлено пунктом 1 статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации, если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации к субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

В силу статьи 419 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается ликвидацией юридического лица (должника или кредитора), кроме случаев, когда законом или иными правовыми актами исполнение обязательства ликвидированного юридического лица возлагается на другое лицо (по требованиям о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, и др.).

Согласно пунктам 2, 3 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц влечет правовые последствия, предусмотренные настоящим Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам, что не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 настоящего Кодекса.

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285 по делу № А65-27181/2018 указано, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).


Толкуя норму права, закрепленную пунктом 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ, Верховный Суд Российской Федерации в названном определении указал, что само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

Согласно пункту 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» судам, применяя положения статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, также следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

Таким образом, по иску о привлечении к субсидиарной ответственности участника/исполнительного органа общества должны быть установлены и доказаны, что в действиях (бездействии) контролирующих лиц имеется состав недобросовестного или неразумного поведения, повлекших невозможность исполнения денежных обязательств должником - организацией перед кредитором (например, вывод активов, фальсификация или уничтожение документов, уничтожение имущества и т.п.), причинно-следственная связь и причиненные этими действиями (бездействием) убытки.

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения участников общества следует применять по аналогии разъяснения, изложенные в пунктах 2, 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) в отношении действий (бездействия) директора.

Согласно указанным разъяснениям, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;


3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

По общему правилу, бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий членов коллегиальных органов юридического лица, к которым относятся его участники, возлагается на лицо, требующее привлечения участников к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

Вместе с тем, при рассмотрении на основании пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ конкретного дела суду надлежит учитывать и руководствоваться правовыми позициями Конституционного Суда РФ, изложенными в Постановлении от 07.02.2023 № 6-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданина И.И. Покуля», согласно которым по смыслу подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве и пункта 3.1 статьи 3 Закона об ООО, рассматриваемых в системной связи с пунктом 4 статьи 1, статьей 10, пунктом 3 статьи 53 и пунктами 1 - 3 статьи 53.1 ГК Российской Федерации, пунктом 2 статьи 61.11 и пунктом 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если кредитор, обратившийся после прекращения судом производства по делу о банкротстве (до введения первой процедуры банкротства) с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, утверждает, что такое лицо действовало недобросовестно и (или) неразумно, и представил судебные акты, подтверждающие неисполнение обществом обязательств перед ним, а также доказательства фактического прекращения хозяйственной деятельности общества (его исключения из ЕГРЮЛ), то суд должен оценить возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности должника, вероятность фактической реализации этих возможностей и предложить лицам, участвующим в деле, в том числе ответчику, представить дополнительные доказательства, необходимые для выяснения обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела.


В отсутствие у кредитора, действующего добросовестно, доступа к сведениям и документации о хозяйственной деятельности должника и при отказе или уклонении контролирующего лица от дачи пояснений (отзыва) о своих действиях (бездействии) при управлении должником, о причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения обществом хозяйственной деятельности (в том числе при неявке в суд) или при явной неполноте пояснений, при непредставлении доказательств правомерности своего поведения (т.е. при установлении судом недобросовестности поведения контролирующего должника лица в процессе) обязанность доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается судом на лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, поскольку иное, т.е. получение в деле по заявлению кредитора преимущества в виде освобождения от ответственности в результате недобросовестного процессуального поведения контролирующего должника лица, которое в силу своего положения способно оказывать существенное влияние на деятельность общества и обязано при возникновении признаков банкротства действовать с учетом интересов кредиторов, вступало бы в противоречие с принципом справедливости. Если же в ходе дальнейшего рассмотрения дела будет установлена недобросовестность поведения в процессе кредитора, суд уполномочен корректировать решения, касающиеся распределения соответствующих процессуальных обязанностей.

То есть, если суд при привлечении по заявлению кредитора, осуществляющего предпринимательскую деятельность, к субсидиарной ответственности лиц, контролирующих должника - общество с ограниченной ответственностью, производство по делу о банкротстве которого прекращено до введения первой процедуры банкротства в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и которое в дальнейшем исключено из ЕГРЮЛ как недействующее, а на момент его исключения из ЕГРЮЛ соответствующие исковые требования кредитора удовлетворены судом, установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, притом что не установлена также недобросовестность процессуального поведения самого кредитора, то данные нормы применяются исходя из предположения о том, что виновные действия (бездействие) именно этих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, пока на основе фактических обстоятельств дела не доказано иное.

При этом лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в обычных условиях делового оборота и с учетом сопутствующих предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед кредиторами. В то же время надо иметь в виду, что само по себе исключение общества с ограниченной ответственностью из ЕГРЮЛ - учитывая разные обстоятельства, которыми оно может быть обусловлено, возможность судебного обжалования действий регистрирующего органа и восстановления правоспособности юридического лица, а также принципы ограниченной ответственности хозяйственного общества, защиты делового решения и неизменно присущие предпринимательству риски - не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед


кредиторами (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21 мая 2021 года № 20-П), и при решении вопроса о распределении бремени доказывания наличия или отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности в указанных случаях необходимо принимать во внимание как добросовестность лица, контролирующего должника, включая исполнение таким лицом своей обязанности по учету интересов кредитора, в том числе при рассмотрении дела в суде, так и процессуальную добросовестность кредитора, притом что на момент исключения общества из ЕГРЮЛ требование кредитора удовлетворено судом (что не препятствует суду, вынося окончательное решение в споре, учесть и добросовестность кредитора в материально-правовых отношениях, как это отмечено выше).

Вместе с тем, доказательств недобросовестности либо неразумности в действиях участника общества ФИО4, повлекших неисполнение обязательств общества, которые могли бы являться в соответствии с основаниями для привлечения ее к субсидиарной ответственности по обязательствам общества, судом по настоящему делу не установлено.

Из материалов дела следует, что обществом (его участником ФИО4) решение о ликвидации не принималось, ООО «Югтехстрой» исключено из ЕГРЮЛ в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности, по решению уполномоченного органа на основании подпункта «б» пункта 5 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закон № 129-ФЗ).

Суд апелляционной инстанции отмечает, что истцом не представлено доказательств наличия в действиях ФИО4, как участника общества, признаков недобросовестности, либо неразумности по непогашению обществом взысканной судом задолженности, а также наличия связи между её поведением, как участника общества, с неисполнением обществом долговых обязательств перед кредитором.

Наличие у общества непогашенной задолженности, которая была взыскана в соответствии с вступившими в законную силу судебным актом, само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчика, как участника общества, в неуплате указанного долга, а равно свидетельствовать о его недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату этого долга.

В силу пункта 6 статьи 11 Закона № 129-ФЗ в случае, если по результатам проведения проверки достоверности сведений, включенных в единый государственный реестр юридических лиц, установлена недостоверность содержащихся в нем сведений о юридическом лице, предусмотренных подпунктами «в», «д» и (или) «л» пункта 1 статьи 5 настоящего Федерального закона, регистрирующий орган направляет юридическому лицу, недостоверность сведений о котором установлена, а также его учредителям (участникам) и лицу, имеющему право действовать без доверенности от имени указанного юридического лица (в том числе по адресу электронной почты указанного юридического лица при наличии таких сведений в едином государственном реестре юридических лиц), уведомление о необходимости представления в регистрирующий орган достоверных сведений (далее - уведомление о недостоверности).

В течение тридцати дней с момента направления уведомления о недостоверности юридическое лицо обязано сообщить в регистрирующий орган в


порядке, установленном настоящим Федеральным законом, соответствующие сведения или представить документы, свидетельствующие о достоверности сведений, в отношении которых регистрирующим органом направлено уведомление о недостоверности. В случае невыполнения юридическим лицом данной обязанности, а также в случае, если представленные юридическим лицом документы не свидетельствуют о достоверности сведений, в отношении которых регистрирующим органом направлено уведомление о недостоверности, регистрирующий орган вносит в единый государственный реестр юридических лиц запись о недостоверности содержащихся в едином государственном реестре юридических лиц сведений о юридическом лице.

В силу пункта 1 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ, юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

В соответствии с подпунктом «б» пункта 5 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ предусмотренный настоящей статьей порядок исключения юридического лица из ЕГРЮЛ применяется при наличии в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи.

Согласно правовой позиции, изложенной в актах Конституционного Суда РФ (постановления от 06.12.2011 № 26-П и от 18.05.2015 № 10-П, определения от 17.01.2012 № 143-0-0 и от 17.06.2013 № 994-0), правовое регулирование, установленное статьей 21.1 Закона № 129-ФЗ, направлено на обеспечение достоверности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ, в том числе о прекращении деятельности юридического лица, доверия к этим сведениям со стороны третьих лиц, предотвращение недобросовестного использования фактически недействующих юридических лиц и тем самым - на обеспечение стабильности гражданского оборота. Юридическое лицо подлежит исключению из ЕГРЮЛ в порядке статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ только в случае фактического прекращения своей деятельности.

Порядок исключения юридического лица, прекратившего свою деятельность, из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа предусмотрен статьей 21.1 Закона № 129-ФЗ.

В силу статьи 2 Закона № 129-ФЗ и пункта 1 Положения о Федеральной налоговой службе, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 30.09.2004 № 506, налоговая служба является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим государственную регистрацию юридических лиц, физических лиц в качестве индивидуальных предпринимателей и крестьянских (фермерских) хозяйств.

Решение о предстоящем исключении должно быть опубликовано в органах печати, в которых публикуются данные о государственной регистрации юридического лица, в течение трех дней с момента принятия такого решения. Одновременно с решением о предстоящем исключении должны быть опубликованы сведения о порядке и сроках направления заявлений


недействующим юридическим лицом, кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц (далее - заявления), с указанием адреса, по которому могут быть направлены заявления.

Согласно пункту 4 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ заявления должны быть мотивированными и могут быть направлены или представлены в регистрирующий орган способами, указанными в пункте 6 статьи 9 настоящего Федерального закона, в срок не позднее чем три месяца со дня опубликования решения о предстоящем исключении. В таком случае решение об исключении недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не принимается.

Как установлено судом, истец, являясь кредитором общества, будучи лицом, заинтересованным в сохранении у общества - должника статуса юридического лица, исходя из положений пункта 2 статьи 1, статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации имел возможность предпринять меры к предотвращению исключения общества из ЕГРЮЛ, в частности, путем направления в регистрирующий орган в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ, заявления о нарушении своих прав и законных интересов в случае исключения общества из ЕГРЮЛ в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности, и в таком случае решение об исключении общества из ЕГРЮЛ регистрирующим органом не было принято.

Вместе с тем, в отношении опубликованного 19.08.2020 решения регистрирующего органа № 805 от 17.08.2020 о предстоящем исключении ООО «Югтехстрой» из ЕГРЮЛ в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности (сведения о записи: ГРН записи в ЕГРЮЛ: 2200100051479; дата внесения записи в ЕГРЮЛ: 19.08.2020; наименование регистрирующего органа, которым запись внесена в ЕГРЮЛ: Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 1 по Республике Адыгея), истцом, как кредитором, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением общества из ЕГРЮЛ, соответствующее заявление в регистрирующий орган не направлялось и не представлялось, тогда как имеющиеся у юридического лица непогашенные обязательства не препятствуют завершению процедуры исключения недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ, что согласуется с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 29.09.2016 № 1971-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО6 на нарушение ее конституционных прав пунктом 2 статьи 21.1 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

Нарушений регистрирующим органом требований статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ судом не установлено, доказательств оспаривания действий регистрирующего органа в порядке главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сторонами, в том числе и истцом, в материалы дела не представлено, и при этом, исходя из того, что истец не возражал против предстоящего исключения, чем, по мнению суда, также способствовал возникновению убытков, суд приходит к выводу, что имеющее место исключение общества с ограниченной ответственностью из ЕГРЮЛ, учитывая возможности судебного обжалования действий регистрирующего органа и восстановления правоспособности юридического лица, а также принципы ограниченной


ответственности хозяйственного общества, защиты делового решения и неизменно присущие предпринимательству риски, само по себе не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующим общество лицом недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед кредиторами (аналогичная правовая позиция сформулирована в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 мая 2021 года № 20-П).

Истец в качестве основания привлечения ответчика, как участника общества, к субсидиарной ответственности по обязательствам общества ссылается на обстоятельства и сделку, имевшие место в 2015 году, а также на бездействие, выразившееся в наличии непогашенной задолженности перед кредитором - истцом, которую, по мнению истца, с учетом исключения общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, участник общества должен погасить за счет собственных средств на основании пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ, статей 53.1, 56, 399 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пункт 3.1 в статью 3 Закона № 14-ФЗ был введен Федеральным законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Федеральный закон № 488-ФЗ)

Согласно пункту 1 статьи 4 Федерального закона № 488-ФЗ данные изменения вступают в силу по истечении ста восьмидесяти дней после дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых названной статьей установлен иной срок вступления их в силу.

Федеральный закон № 488-ФЗ официально опубликован на интернет-портале правовой информации 29.12.2016, в «Собрании законодательства Российской Федерации» - 02.01.2017, в «Российской газете» - 09.01.2017, в связи с чем, изменения в статью 3 Закона № 14-ФЗ в части ее дополнения пунктом 3.1 вступили в законную силу 28.06.2017.

В силу пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Поскольку пунктом 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ установлены новые основания привлечения лица к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица, ранее не предусмотренные законодательством Российской Федерации, то с учетом требований статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, положения пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ могут быть применены лишь в отношении действия (бездействия), являющегося основанием для привлечения лица к субсидиарной ответственности, которое было совершено после введения данной нормы закона в действие, т.е. после 28.06.2017.

В связи с этим, по отношению к указанным истцом в обоснование иска обстоятельствам и вменяемым истцом в вину ответчику ФИО4 недобросовестным или неразумным действиям (бездействию), указываемым истцом в качестве противоправного поведения, влекущего субсидиарную ответственность участника общества по обязательствам исключенного общества, имевшим место в 2015 году, положения пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ не применимы и применению не подлежат.


Аналогичная позиция выражена и Верховным Судом Российской Федерации, в частности, в определении Верховного Суда РФ от 11.07.2019 № 305- ЭС19-9938 по делу № А40-204199/2018, определении Верховного Суда РФ от 14.06.2019 № 305-ЭС19-8011 по делу № А40-5482/2018.

Наличие непогашенной задолженности общества перед его кредитором, которая была взыскана в соответствии с вступившим в законную силу судебным актом, само по себе также не влечет субсидиарной ответственности участника (руководителя) общества, поскольку само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчика, как участника общества, в неуплате указанного долга, а равно свидетельствовать о его недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату этого долга.

Как указывалось выше, положения пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ могут быть применены лишь в отношении действия (бездействия), являющегося основанием для привлечения лица к субсидиарной ответственности, которое было совершено после введения данной нормы закона в действие, то есть после 28.06.2017.

Из материалов дела следует, что с заявлением о взыскании спорной задолженности в сумме 3 450 000 руб. с ООО «Югтехстрой» конкурсный управляющий ООО АПФ «Восток-Сервис» ФИО5 обратился в суд 29.09.2017 и указанная денежная сумма в размере 3 450 000 руб. была взыскана с ООО «Югтехстрой» в пользу ООО АПФ «Восток-Сервис» решением Арбитражного суда Республики Адыгея от 11.12.2017 по делу № А01-2323/2017, которое вступило в законную силу 11.01.2018.

Вместе с тем, судом установлено, что осуществление ООО «Югтехстрой» расчетов со взыскателем ни в 2017 году (в период подачи и рассмотрения судом искового заявления взыскании денежных средств), ни в 2018 году (в период уже после присуждения судом в пользу истца денежных средств), ни в последовавшие затем периоды, не представлялось возможным, поскольку ООО «Югтехстрой» финансово-хозяйственную деятельность не осуществляло, денежные средства и иное имущество, за счет которых можно было произвести расчеты со взыскателем, отсутствовали.

Так, представленными ответчиком в материалы дела, а именно поданными ООО «Югтехстрой» в налоговый орган сведениями (отчетностью) - едиными (упрощенными) налоговыми декларациями за 2, 3 и 4 кварталы 2017 года, за 1, 2, 3 и 4 кварталы 2018 года, право на которое отчитаться упрощенно у общества возникает лишь при одновременном выполнении следующих условий (пункт 2 статьи 80 Налогового кодекса Российской Федерации): - не было оборотов по банковским счетам и кассе; - нет объекта налогообложения по соответствующим налогам, то есть когда обществом деятельность не осуществляется, подтверждается у ООО «Югтехстрой» в указанный период результаты финансово-хозяйственной деятельности, имущество отсутствовали, а соответственно отсутствовала объективная возможность произвести расчеты со взыскателем.

Отсутствие имущества, за счет которого можно было произвести расчеты со взыскателем, подтверждается и материалами исполнительного производства № 11017/18/01013-ИП в отношении должника - ООО «Югтехстрой», которое было окончено 28.09.2018 в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 46 ФЗ «Об исполнительном производстве», в связи с отсутствием имущества, на которое может быть обращено взыскание, и возвращением исполнительного документа - исполнительного листа от 31.07.2018 ФС № 019587150 (Дубликат исполнительного листа) взыскателю -


ООО АПФ «Восток-Сервис». При этом, в последующем исполнительный лист ко взысканию взыскателем уже не предъявлялся.

Поэтому, с учетом указанных установленных по настоящему делу обстоятельств, суд пришел к правильному выводу, что, вопреки доводам истца, само по себе исключение должника из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица не привело к нарушению его прав взыскателя и причинению ему убытков, поскольку невозможность произвести расчеты со взыскателем была обусловлена объективным отсутствием у должника какого-либо имущества, за счет которого это можно было произвести, а не какими-либо недобросовестными либо неразумными действиями (бездействиями) ФИО4, как участника общества, по непогашению обществом взысканной судом задолженности.

То, что в ЕГРЮЛ не были внесены достоверные сведения об ООО «Югтехстрой», само по себе также не влечет причинения убытков истцу, поскольку это также не находится в причинно-следственной связи с возможностью произведения расчетов со взыскателем, в том числе путем обращения взыскания на имущество общества, учитывая объективное отсутствие у должника какого-либо имущества, за счет которого это можно было произвести.

Таким образом, судом не установлено совершения ФИО4, как участником общества, каких-либо недобросовестных и неразумных действий (бездействий), к которым могли быть применимы положения пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ, являющиеся основанием для ее привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества, после введения данной нормы Закона № 14-ФЗ в действие.

Судом правомерно указано на то, что по настоящему делу отсутствуют и основания для применения норм о субсидиарной ответственности, предусмотренных Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Так, в случае несостоятельности (банкротства) общества по вине его участников или по вине других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на указанных участников или других лиц в случае недостаточности имущества общества может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам (пункт 3 статьи 3 Закона № 14-ФЗ).

Однако, истец, являясь кредитором общества, не воспользовался своим правом на подачу заявления о признании ООО «Югтехстрой» несостоятельным (банкротом), в связи с чем сам лишил себя возможности привлечения участника общества - должника к субсидиарной ответственности, предусмотренной положениями Закона о банкротстве.

По общему правилу требования о привлечении лица к субсидиарной ответственности по основаниям, установленным Законом о банкротстве, подлежат рассмотрению только в деле о банкротстве. Исключения из общего правила предусмотрены статьями 61.19, 61.20 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной


ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, поданное после завершения конкурсного производства, прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, рассматривается арбитражным судом, ранее рассматривавшим дело о банкротстве и прекратившим производство по нему (вернувшим заявление о признании должника банкротом), по правилам искового производства (пункт 5 статьи 61.19 Закона о банкротстве).

Вместе с тем, в отношении ООО «Югтехстрой» дело о банкротстве не возбуждалось, истец не является и никогда не являлся конкурсным кредитором в таком деле о банкротстве, в связи с чем основания для привлечения лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным и Законом о банкротстве (в том числе за неподачу заявления о банкротстве в арбитражный суд) и рассмотрения такого заявления вне рамок дела о банкротстве отсутствуют.

Таким образом, исходя из вышеизложенного, а также положений статей 8, 53.1, 399 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснений, изложенных в пунктах 2 и 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», суд приходит к выводу об отсутствии совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО4, как участника общества, к субсидиарной ответственности, и правовых оснований для удовлетворения настоящего иска.

Как указано выше, отсутствие имущества, за счет которого можно было произвести расчеты со взыскателем, подтверждается и материалами исполнительного производства № 11017/18/01013-ИП в отношении должника - ООО «Югтехстрой», которое было окончено 28.09.2018 в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 46 ФЗ «Об исполнительном производстве», в связи с отсутствием имущества, на которое может быть обращено взыскание, и возвращением исполнительного документа - исполнительного листа от 31.07.2018 ФС № 019587150 (Дубликат исполнительного листа) взыскателю - ООО АПФ «Восток-Сервис». При этом, в последующем исполнительный лист ко взысканию взыскателем уже не предъявлялся.

Поскольку закон связывает индексацию присужденных сумм с возможностью в дальнейшем в процессе исполнительного производства взыскать проиндексированные суммы, при прекращении исполнительного производства индексация денежных средств, взысканных по судебному постановлению, производиться не может (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.01.2012 № 78-В11-36).

Установленный статьей 21 Закона об исполнительном производстве, для предъявления исполнительного документа к исполнению в данном случае истек, оснований для индексации взысканных судом денежных сумм на день исполнения решения суда с общества не имеется.

В поданном заявлении истец просил взыскать именно с ФИО4 проценты по статье 208 ГПК РФ в сумме 1 160 017,81 руб., однако, в удовлетворении заявленного требования правомерно отказано, ввиду отказа в


удовлетворении первоначального требования, а также отсутствием самих оснований для его удовлетворения.

Ответчиком в процессе рассмотрения спора заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности (статья 195 Гражданского кодекс Российской Федерации).

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 названного Кодекса.

В определении Верховного Суда Российской Федерации № 308-ЭС18-5343 от 03.09.2018 разъяснено, что появление у кредитора права на иск закон связывает с реальной или потенциальной осведомленностью этого лица о нарушении своего права и о надлежащем ответчике по иску о защите этого права. С этого момента согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации по общему правилу начинает течь срок исковой давности.

На основании пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения (пункт 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом правомерно установлено, что заявления о пропуске истцом срока исковой давности обоснованно ответчиком тем, что момент неисполнения основным должником обязательства по оплате средств на основании исполнительного листа от 31.07.2018 ФС № 019587150 (Дубликат исполнительного листа) начал течь с даты окончания исполнительного производства № 11017/18/01013-ИП, которое было окончено 28.09.2018 в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 46 ФЗ «Об исполнительном производстве», в связи с отсутствием у должника - ООО «Югтехстрой» имущества, на которое может быть обращено взыскание, и соответственно, трехгодичный срок исковой давности по требованию о привлечении лица к субсидиарной ответственности истек 28.09.2021.

Однако, обращение истца с рассматриваемым иском имеет место в порядке применения пункта 3.1 статьи 3 Закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ и связано с датой исключения ООО «Югтехстрой» из ЕГРЮЛ (04.12.2020), следовательно, срок исковой давности истцом не пропущен (дата обращения в суд с настоящим иском 08.02.2022).

Вместе с тем, с учетом ранее установленного по настоящему делу, суд пришел к правильному выводу, что поскольку какая-либо заведомая явная неразумность, недобросовестность в действиях (бездействии) ФИО4, как участника общества, судом не установлена и правовые основания для ее


привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества отсутствуют, то иск не подлежит удовлетворению.

По вышеизложенным основаниям апелляционная жалоба истца не подлежит удовлетворению.

Судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Адыгея от 10.03.2023 по делу № А01-2323/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета РФ 3 000 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу постановления арбитражного суда.

Председательствующий Ю.И. Баранова

Судьи Я.Л. Сорока

П.В. Шапкин