Постановление от 30 мая 2023 г. по делу № А50-31704/2019

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-15025/2020(10,11)-АК

Дело № А50-31704/2019
30 мая 2023 года
г. Пермь


Резолютивная часть постановления объявлена 24 мая 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 30 мая 2023 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Шаркевич М.С.,

судей Мартемьянова В.И., Плаховой Т.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

конкурсный управляющий ФИО2 и его представитель ФИО3, паспорт, доверенность от 26.12.2022,

от уполномоченного органа: ФИО4, удостоверение, доверенность от 19.10.2022,

от ФИО5: ФИО6, паспорт, доверенность от 22.06.2022,

от ФИО7: ФИО8, паспорт, доверенность от 26.04.2023,

лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел апелляционные жалобы ответчиков ФИО7 и ФИО5

на определение Арбитражного суда Пермского края

от 23 марта 2023 года

о результатах рассмотрения заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО7 и ФИО5 к субсидиарной ответственности,

вынесенное в рамках дела № А50-31704/2019

о признании общества с ограниченной ответственностью «ПСВ - Снаб» (ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

установил:

Решением Арбитражного суда Пермского края от 11.06.2020 ООО «ПСВ - Снаб» (далее - должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введено конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Конкурсный управляющий 16.09.2020 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО9, ФИО7, ФИО5, ФИО10

С учетом последних уточнений (уточнение от 16.03.2023 л.д. 74 т. 7), принятых судом в порядке статьи 49 АПК РФ, конкурсным управляющим завялены следующие требования:

- признать текущие расходы в размере 1 163 621,39 руб. обоснованными и подлежащими взысканию солидарно с привлекаемых к субсидиарной ответственности лиц в пользу арбитражного управляющего ФИО2,

- признать наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц ФИО5, ФИО7, ФИО10 и ФИО9 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам, включенным в реестр требований кредиторов должника в общем размере 3 449 189,24 руб., в том числе 1 754 564,22 - долг, 1 498 471,02 руб. - пени, 196 154 руб. – штрафы, и подлежащими выплате ИФНС по Ленинскому району г. Перми за счет лиц привлекаемых к субсидиарной ответственности,

- взыскать с ФИО5 сумму субсидиарной ответственности в общем размере 1 678 134,80 руб., в том числе 1 387 229,45 руб. - в пользу ИФНС по Ленинскому району <...> 905,35 руб. - в пользу арбитражного управляющего ФИО2,

- взыскать с ФИО7 сумму субсидиарной ответственности в общем размере 1 678 134,80 руб., в том 1 387 229,45 руб. - в пользу ИФНС по Ленинскому району <...> 905,35 руб. - в пользу арбитражного управляющего ФИО2,

- взыскать с ФИО10 сумму субсидиарной ответственности в общем размере 872 990,46 руб., в том числе 582 085,11 руб. - в пользу ИФНС по Ленинскому району <...> 905,35 руб. - в пользу арбитражного управляющего ФИО2,

- взыскать с ФИО9 сумму субсидиарной ответственности в общем размере 383 453,08 руб., в том числе 92 645,22 руб. - в пользу ИФНС по Ленинскому району <...> 905,35 руб. - в пользу арбитражного управляющего ФИО2

Определением Арбитражного суда Пермского края от 23.03.2023 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично, ФИО7 и ФИО5 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, с указанных лиц в пользу должника взыскано 4 612 810,63 руб., в остальной части в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Пермского края от 23.03.2023 ФИО7 и ФИО5 обратились с апелляционными жалобами, просят определение в части привлечения их к субсидиарной ответственности отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать.

ФИО7 ссылается на то, что суд первой инстанции в нарушение пункта 1 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) привлек к субсидиарной ответственности ФИО7, который, как установлено самим судом и подтверждено материалами дела, на момент совершения налогового правонарушения никакого отношения к должнику не имел – не являлся руководителем, не являлся участником, не являлся контролирующим лицом. Отмечает, что судом первой инстанции проигнорировано, не учтено, не исследовано, а в судебном акте не отражены мотивы отклонения фактических обстоятельств и доводов ответчиков о том, что с момента приобретения объектов недвижимости и вплоть до возбуждения настоящего дела о банкротстве должник продолжал вести хозяйственную деятельность, формировал прибыль, какие-либо незаконные действия по выводу денежных средств, уменьшению имущества контролирующими лицами и руководителями не осуществлялись, а на момент инициирования процедуры банкротства имел заключенный контракт на поставку ГСМ, в случае исполнения которого мог объективно погасить образовавшуюся задолженность. Обращает внимание на то, что сам суд указывает на возникновение признаков объективного банкротства только к 31.12.2019. Полагает, что при таких обстоятельствах, суду необходимо было установить и исследовать действия контролирующих лиц в трехлетний период, предшествующий этой дате, а именно 31.12.2016 по 31.12.2019. Однако в указанный период объективно никакие незаконные и неправомерные действия контролирующими лицами не совершались. Также отмечает, что в основание субсидиарной ответственности вменены действия, которые имели место в 8- летний период до даты возникновения объективного банкротства и в отношении которых фактически реально причиненный имущественный вред в виде незаконного возмещения НДС был компенсирован в полном объеме. Считает, что в нарушение статьи 61.10 Закона о банкротстве, пункта 4 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 судом допущено привлечение к субсидиарной ответственности в условиях выхода за установленные законодательством сроки подозрительности (т.е. за те действия, которые объективно не могли даже повлечь объективное банкротство). По мнению апеллянта, не установлена причинно-следственная связь и виновные действия, повлекшие невозможность погашения начисленных налогов, которые совершили ФИО7 и ФИО5 Указывает, что в рамках настоящего спора судом не выявлено и не установлено ни одного факта незаконного поведения ФИО7, которое бы повлекло уменьшение конкурсной массы должника, причинение реального вреда конкурсному кредитору, заключение каких-либо незаконных и недействительных сделок и т.д. Кроме того, ссылается на то, что суд первой инстанции вышел за пределы размера имущественных требований, заявленных конкурсным управляющим. Так ,из заявления конкурсного управляющего, с учетом последнего уточнения от 15.03.2023 следует, что в качестве имущественных требований с ФИО7 была заявлена сумма только в размере 1 678 134,8 руб., а суд взыскал 4 612 810,63 руб.

ФИО5 в своей апелляционной жалобе также ссылается на недоказанность противоправности ее действий, вины и причинно-следственной связи. Судом не указано, какие именно действия могли повлечь за собой объективное банкротство должника. Полагает, что само по себе возникновение налоговой задолженности не могло повлечь объективного банкротства, поскольку она была связана с нормальной и законной хозяйственной деятельностью должника. Отмечает, что суд самостоятельно сделал вывод о том, что само по себе возникновение задолженности по налогам не явилось причиной объективного банкротства и неплатежеспособности. Судом не установлено, какие именно действия ФИО5 явились причиной невозможности погашения требований кредиторов. Полагает, что объективная вина ФИО5 как в причинах банкротства должника, так и в невозможности погашения требований единственного кредитора отсутствует. Также считает, что суд вышел за пределы заявленной ко взысканию суммы денежных средств.

До судебного заседания от конкурсного управляющего поступил письменный отзыв на апелляционные жалобы об отказе в их удовлетворении.

От ФИО7 поступили письменные пояснения в порядке статьи 81 АПК РФ.

В судебном заседании представители ФИО7, ФИО5 доводы апелляционных жалоб поддержали; конкурсный управляющий и его представитель, представитель уполномоченного органа возражали против удовлетворения апелляционных жалоб.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили. В соответствии с частью 3 статьи 156, статьей 266 АПК РФ неявка лиц, участвующих в деле, не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Согласно части 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Поскольку лицами, участвующими в деле, не заявлены возражения о пересмотре судебного акта в части, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность определения суда в обжалуемой части.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ лишь в обжалуемой части в пределах доводов апелляционных жалоб.

Как следует из материалов дела, решением суда от 11.06.2020 должник несостоятельным (банкротом), в отношении него введено конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц должник зарегистрирован Инспекцией Федеральной налоговой службы по Дзержинскому району г. Перми 21.12.2007 за основным государственным регистрационным номером 1075903011403.

Основным видом деятельности должника является «Покупка и продажа собственного жилого недвижимого имущества» (код ОКВЭД 68.32.1). Дополнительными видами деятельности являются 40 видов экономической деятельности.

Размер уставного капитала должника составляет 18 000,00 руб.

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц единоличным исполнительным органом должника в различные периоды явились:

- с 13.01.2010 по 12.11.2012 - ФИО11,

- с 13.11.2012 по 26.04.2018 - ФИО7,

- в период с 27.04.2018 до 11.06.2020 (дата введения в отношении должника процедуры конкурсного производства) ФИО9.

Учредителями общества в разные периоды являлись:

- с 11.01.2010 по 26.04.2018 - ФИО11,

- с 03.12.2012 по 10.07.2018 - ФИО7,

- с 06.06.2018 по настоящее время - ФИО9

Согласно отчету конкурсного управляющего и реестру требований кредиторов должника, в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования уполномоченного органа в общем размере 3 449 189,24 руб., в том числе 1 754 564,22 руб. – долг, 1 498 471,02 руб. – пени, 196 154 руб. – штрафы.

Требования ООО «РВС Техснаб» в размере 1 322 140 руб., в том числе 1 180 000 руб. – долг, 142 140 руб. - неустойка, признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

По расчету конкурсного управляющего, размер текущих обязательств составляет 1 163 621,39 руб.

Полагая, что контролирующими должника лицами (ФИО5, ФИО7, а также ФИО10 (в части) и ФИО9 (в части): своевременно не подано заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) (часть 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве); не исполнена обязанность по передаче конкурсному управляющему правоустанавливающих документов на недвижимое имущество, договоров займа и демонтажа механического цеха (подпункты 2 и 4 пункта 2, пункты 4 и 6 статьи 61.11, пункт 3.2. статьи 64 Закона о банкротстве); совершены действия, причинившие существенный вред имущественным правам кредиторов (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве); использована схема незаконного возмещения НДС и фиктивных бухгалтерских документов (подпункты 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве); конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Общий размер субсидиарной ответственности по расчету конкурсного управляющего составляет 4 612 510,63 руб. (3 449 189,24 руб. + 1 163 621,39 руб.) (с учетом уточнения от 16.03.2023, л.д. 74 т. 7).

Исследовав приведенные конкурсным управляющим доводы, согласно которым с 22.01.2019 у ответчиков возникла обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, принимая во внимание анализ финансового состояния должника, пояснения ФИО9, в том числе, о принятии по заключению мирового соглашения, дату обращения уполномоченного органа в суд с заявлением о признании должника банкротом (11.10.2019), отсутствия доказательств возникновения у должника новых обязательств, а также доводы ФИО7 и ФИО5 о том, что они не являлись контролирующими лицами, руководителями или бенефициарами должника на дату – 22.02.2019, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за нарушение обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом в арбитражный суд. Также судом не установлено оснований для привлечения ФИО7 и ФИО9 к субсидиарной ответственности на основании подпунктов 2 и 4 пункта 2, пунктов 4 и 6 статьи 61.11, пункта 3.2. статьи 64 Закона о банкротстве за неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документов. Кроме того, суд пришел к выводу о том, что действия ФИО9, ФИО7 и ФИО5 по сносу объекта капитального строительства (двухэтажное металлическое здание механического цеха (лит. З), площадью 2 539,8 кв.м. с пристроем (лит. З), условный номер № 59-59-04/048/2007-035, располагавшийся по адресу: Пермский край, 16 г. Кизел, <...> (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) существенный вред имущественным правам кредиторов не причинили. Судом установлено наличие оснований для привлечения ФИО7 и ФИО5 к субсидиарной ответственности за совершение действий, приведших к банкротству должника, размер субсидиарной ответственности установлен солидарно в размере 4 612 810,63 руб. Оснований для привлечения ФИО10 и ФИО9 к субсидиарной ответственности не установлено, поскольку постановлением от 13.07.2016 уголовное преследование в отношении ФИО10 прекращено в связи с непричастностью к совершению преступления, а ФИО9 стал руководителем лишь с 06.06.2018.

Поскольку судебный акт обжалуется лишь в части установления наличия оснований для привлечения ФИО7 и ФИО5 к субсидиарной ответственности и ее размера, а также с учетом несогласия конкурсного управляющего с судебным актом в части отказа в удовлетворении требований о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в связи с неисполнением обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), за совершение действий по сносу объекта капитального строительства, а также отказа в удовлетворении требований к ответчикам ФИО10 и ФИО9, в оставшейся части определение суда судом апелляционной инстанции не пересматривается.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, оценив доводы апелляционных жалоб, отзывов, заслушав лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции оснований для отмены определения суда в обжалуемой части не усматривает.

Согласно пункту 1 статьи 223 АПК РФ, статьей 32 Закона о банкротстве, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее по тексту - Федеральный закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили свое действие.

Переходные положения изложены в статье 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Заявление конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника поступило в арбитражный суд 16.09.2020; обстоятельства, с которыми связано привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, имели место как до, так и после вступления в законную силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Так, конкурсный управляющий связывает возникновение оснований для привлечения руководителей к субсидиарной ответственности, в том числе, с действиями по не обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом в феврале 2019 года, по сносу объекта капитального строительства (договор на демонтаж от 03.12.2018) соответственно, настоящий спор, в указанной части, подлежит рассмотрению с применением норм права, предусмотренных в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ. Поскольку действия по искажению информации в бухгалтерской документации имели место до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, к спорным правоотношениям подлежат применению соответствующие нормы материального права, действовавшие в этот период времени, в частности, положения статьи 10 Закона о банкротстве. При этом, с учетом даты поступления заявления конкурсного управляющего должника в арбитражный суд после 30.07.2017, его рассмотрение (в части применения процессуальных норм главы III.2 Закона о банкротстве) производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В соответствии с пунктами 1, 2 и 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд при наличии одного из обстоятельств, указанных в данном пункте, а также в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее, чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств, учредитель должника - в течение десяти календарных дней со дня истечения отведенного руководителю для совершения указанного действия срока.

Как закреплено в пункте 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее по тексту - Постановление № 53) разъяснено, что при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

При этом, в случае, если руководителем должника будет доказано, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах (абзац 2 пункта 9 Постановления № 53).

Доказывание всех изложенных фактов является обязанностью лица, заявившего соответствующее требование к лицу, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности.

Конкурсный управляющий связывает возникновение обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом с датой последнего вступившего в законную силу решения суда, отмененного по вновь открывшимся обстоятельствам (дело № А50-6616/2015), то есть с 22.01.2019. По мнению конкурсного управляющего, ответчики должны были обратиться в суд c заявлением о банкротстве должника не позднее 22.02.2019.

Судом первой инстанции проанализированы общедоступные данные, содержащиеся на сайте www.rusprofile.ru, www.list-org.com, согласно которым в 2018 году должник имел следующую структуру бухгалтерского баланса: стоимость активов - 56 502 тыс. руб., в том числе основные средства – 41 065 тыс. руб. и запасы – 15 437 тыс. руб.; нераспределенная прибыль – 410 тыс. руб. Обязательства должника, отраженные в балансе (кредиторская задолженность), составляли 56 074 тыс. руб.

Также судом первой инстанции проанализированы данные анализа финансового состояния должника, проведенного временным управляющим, согласно которым усматривается следующее:

- доля просроченной кредиторской задолженности в пассивах на конец анализируемого периода от 20% и менее, что позволяет сделать вывод о том, что у предприятия оптимальное наличие просроченной кредиторской задолженности и ее удельный вес в совокупных пассивах. При этом на всем промежутке анализируемого периода наблюдается улучшение показателя, и на 31.12.2019 значение равно 0,00%.

- показатель отношения дебиторской задолженности к совокупным активам на конец анализируемого периода менее 0.4, что позволяет сделать вывод о том, что предприятие ведет эффективную работу с дебиторами, активы предприятия ликвидные. В рассматриваемом периоде данный коэффициент сохранял значение, соответствующее нормальному, и на 31.12.2019 значение равно 0,00;

- рентабельность активов на конец анализируемого периода имеет положительное значение, что позволяет сделать вывод о том, что предприятие использует активы с прибылью. При этом на всем промежутке анализируемого периода наблюдается улучшение показателя, и на 31.12.2019 значение равно 0,00%.

С учетом указанных данных, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что указанная конкурсным управляющим дата объективного банкротства (22.02.2019) не может быть признана достоверно подтверждающей возникновение у должника признака неплатежеспособности, и наступление у руководителей общества обязанности по обращению в суд с соответствующим заявлением о банкротстве. Судом первой инстанции правомерно сделан вывод о том, что наступление объективного банкротства должника стало очевидно к концу 2019 финансового года, то есть – к 31.12.2019.

Учитывая, что 29.10.2019 производство по делу о несостоятельности (банкротства) должника было возбуждено по заявлению уполномоченного органа, вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ответчиков ФИО9, ФИО7 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за нарушение обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) является обоснованным.

Также конкурсный управляющий в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО9, ФИО7 и ФИО5 указывает на действия по сносу объекта капитального строительства (двухэтажное металлическое здание механического цеха (лит. З), площадью 2 539,8 кв.м. с пристроем (лит. З), условный номер № 59-59-04/048/2007-035, располагавшийся по адресу: Пермский край, г. Кизел, <...>, что причинило существенный вред имущественным правам кредиторов (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Как следует из заявления, конкурсным управляющим было выявлено фактическое отсутствие объектов недвижимости:

- двухэтажное кирпичное здание котельной (лит. К), кадастровый номер № 59:06:0000000:1589; расположенное по адресу Пермский край, г. Кизел, <...>, площадью 245,90 кв.м.;

- двухэтажное кирпичное здание сборочного корпуса (лит. Ж), с подвалом (лит. Ж2), с пристроем (лит. Ж1), кадастровый номер № 59:06:0000000:1593, расположенное по адресу Пермский край, г. Кизел, <...>, площадью 1749,70 кв.м.

Как указывает конкурсный управляющий, данные объекты уничтожены физически и не пригодны ни к эксплуатации, ни к реализации. При этом, по его мнению, самостоятельно без постороннего вмешательства данные объекты не могли прийти в такое состояние. Управляющий отмечает, что одноэтажное шлакоблочное здание мастерской (лит. В,В1), кадастровый номер № 59:06:0000000:1590, расположенное по адресу Пермский край, г. Кизел, <...>, площадью 322,40 кв.м., находится в полуразрушенном состоянии (в наличии только стены) и не «разрушилось» как иные объекты.

Конкурсный управляющий указывает на то, что контролирующими должника лицами не обеспечена сохранность объектов (двухэтажное кирпичное здание котельной (лит. К), кадастровый номер № 59:06:0000000:1589 и двухэтажное кирпичное здание сборочного корпуса (лит. Ж), с подвалом (лит. Ж2), с пристроем (лит. Ж1), кадастровый номер № 59:06:0000000:1593), а также совершены действия по демонтажу двухэтажного металлического здания механического цеха (лит. З), кадастровый номер № 59:06:0000000:1592 стоимостью 2 614 350,21 руб. В итоге таких противоправных действий контролирующих должника лиц объекта капитального строительства нет, в связи с чем причинен вред в виде уменьшения имущества должника на сумму 2 614 350,21 рублей.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в том числе в случае, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Закона.

В пункте 23 Постановления № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Суд первой инстанции, признавая требования конкурсного управляющего в данной части необоснованными, принял во внимание то, что приговором Ленинского районного суда г. Перми от 21.12.2017 по делу № 1-170/2017 установлены, в том числе, следующие обстоятельства:

- результаты допроса ФИО12, согласно которым он показал (прим. по состоянию на 2011 год) среди неликвидных объектов недвижимости были следующие: одноэтажное кирпичное здание гаража и подстанции, двухэтажное кирпичное здание сборочного корпуса, двухэтажное кирпичное здание котельной, одноэтажное шлакоблочное здание мастерской. Данное имущество выставлялось на торги, начиная с 2008 года после проведения оценки организацией ООО «Т энд К», оценщик ФИО13.... Объекты недвижимого имущества находились в неудовлетворительном состоянии»;

- результаты допроса ФИО14, согласно которым показала (прим. по состоянию на 07.2012) техническое состояние одноэтажного кирпичного здания гаража и подстанции... физический износ - 41% . Техническое состояние двухэтажного здания сборочного корпуса... физический износ - 66,2%. Техническое состояние одноэтажного шлакоблочного здания мастерской... разрушение перекрытий, обрешетки и стропильной системы... физический износ — 80%. Техническое состояние двухэтажного кирпичного здания котельной...частичное отсутствие перекрытий, разрушение кладки перегородок... физический износ - 45,2%...Согласно СНиП физический износ более 70% позволяет сделать выводы о невозможности восстановления строительных конструкций»;

- результаты допроса сотрудника уполномоченного органа ФИО15, согласно которым данный сотрудник показала (прим. на период камеральной проверки 2013 год) выезжала на место, осматривала недвижимое имущество, механический цех... Здание, требующее ремонта, в таком состоянии, в котором находился объект, использовать его не представляется возможным. Другие здания не осматривала, видела только со стороны. Двухэтажное здание не имело окон. Здание мастерской было в аварийном состоянии, в него нельзя было войти, оно было кривое, косое, в него было опасно заходить, поскольку оно могло упасть».

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции, с учетом фактического состояния имущества, обоснованно не усмотрел причинно-следственной связи между действиями ответчиков и невозможностью погашения требований кредиторов должника, в связи с чем отказал в удовлетворении требований конкурсного управляющего в данной части.

Кроме того, в качестве оснований для привлечения ФИО7 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий ссылается на совершение ими действий по использованию для целей возмещения НДС фиктивных документов, мнимости сделок в цепочке отношений по последовательной передаче недвижимого имущества, в результате приведших к невозможности удовлетворения требований кредиторов и наступившему объективному банкротству должника.

Конкурсный управляющий указывает на искажение документов бухгалтерского учета и отчетности должника, а также создание в 2011-2013гг. цепочки мнимых договоров купли-продажи недвижимого имущества по завышенной цене для неправомерного получения возмещения НДС по ним.

Учитывая, что обстоятельства, указанные конкурсным управляющим в качестве оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, имели место в 2012 году, к сложившимся правоотношениям подлежат применению нормы Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)».

В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве закреплено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если имущественным правам кредиторов причинен вред в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Аналогичные положения содержатся в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в действующей редакции.

Как отмечено в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, учитывая тот факт, что предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в Постановлении № 53, может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

Как уже указывалось выше, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В пункте 23 Постановления № 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка; заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Из материалов дела следует, что дело о банкротстве должника возбуждено 29.10.2019 по заявлению уполномоченного органа.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 30.01.2020 заявление уполномоченного органа признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, в состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника включены требования уполномоченного органа в размере 3 420 709,74 руб.. в том числе 1 754 554,31 руб. – долг, 1 473 001,43 руб. – пени, 193 154 руб. – штраф.

Данные требования возникли на основании следующего.

Должником 23.04.2012 в налоговый орган по месту учета представлена налоговая декларация по НДС за 1 квартал 2012 года, согласно которой сумма НДС, исчисленного к возмещению из бюджета, составила 3 046 143 руб.

По результатам проведения камеральной налоговой проверки представленной налогоплательщиком налоговой декларации налоговым органом составлен акт от 06.08.2012 № 15/17601/78, в котором содержались выводы о необоснованном применении должником налоговых вычетов по НДС в размере 3 472 918 руб. и заявлению этого налога к возмещению в размере 3 046 143руб.

Решением о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 15.05.2013 № 15/16536/78 должнику отказано в возмещении из бюджета НДС за 1 квартал 2012 года в размере 3 472 918 руб. путем уменьшения предъявленного к возмещению из бюджета в завышенных размерах налога за этот налоговый период, начислен НДС в размере 426 775 руб., пени в размере 41 757,87 руб., также должник привлечен к налоговой ответственности, предусмотренной статьей 119 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) в виде штрафа в размере 1 000 руб., и пунктом 1 статьи 122 НК РФ в виде штрафа в размере 85 355 руб. Одновременно налоговым органом вынесено решение от 15.05.2013 № 15/761 об отказе в возмещении полностью суммы налога на добавленную стоимость, заявленной к возмещению, за I квартал 2012 года в размере 3 046 143 руб.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю от 15.07.2013 № 18-18/190 оспариваемые решения инспекции оставлены без изменения, решение от 15.05.2013 № 15/16536/78 утверждено, а в удовлетворении апелляционной жалобы должника отказано.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 12.02.2013 по делу № А50-16133/2013, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанции, требования должника удовлетворены частично, признано недействительным вынесенное налоговым органом решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 15.05.2013 № 15/16536/78 в части доначисления и предъявления к уплате должником НДС за I квартал 2012 года в размере 426 775 руб., начисления и предъявления к уплате пени за неуплату в установленный срок НДС за 1 квартал 2012 года в размере 41 757,87 руб., применения и предъявления к уплате штрафа по пункту 1 статьи 122 НК РФ в размере 85 355 руб., применения и предъявления к уплате штрафа по статье 119 НК РФ в размере, превышающем 100 руб., признано недействительным вынесенное налоговым органом решение об отказе в возмещении суммы налога на добавленную стоимость, заявленной к возмещению от 15.05.2013 № 15/761. На налоговый орган возложена обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов должника.

Также должником 22.10.2012 в налоговый орган по месту учета представлена налоговая декларация по НДС за 3 квартал 2012 года, согласно которой сумма НДС, исчисленного к возмещению из бюджета, составила 1 358 480 руб.

По результатам рассмотрения материалов камеральной налоговой проверки, с учетом материалов полученных в ходе проведения дополнительных мероприятий налогового контроля, в отсутствие представителя должника, налоговым органом вынесено решение от 24.12.2012 № 15/20552 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которому должнику доначислен НДС в размере 526 623 руб., начислены пени за неуплату в установленный срок НДС в размере 20 050 руб. и применены налоговые санкции по пункту 1 статьи 122 НК РФ в размере 105 324 руб. Одновременно, налоговым органом вынесено решение от 24.12.2012 № 15/951 об отказе в возмещении суммы налога на добавленную стоимость, заявленной к возмещению, за 3 квартал 2012 года в размере 1 739 836 руб.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю от 10.03.2015 № 18-18/55 оспариваемые решения налогового органа от 24.12.2012 оставлены без изменения.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 16.07.2015 по делу № А50-6616/2015, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанции, требования должника удовлетворены, оспариваемые ненормативные акты налогового органа от 24.12.2012 признаны недействительными, на налоговый орган возложена обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов должника.

Также должником 21.10.2013 в налоговый орган по месту учета представлена налоговая декларация по НДС за 3 квартал 2013 года, согласно которой сумма НДС, исчисленного к возмещению из бюджета, составила 3 913 267 руб.

По результатам рассмотрения материалов камеральной налоговой проверки, с учетом материалов полученных в ходе проведения дополнительных мероприятий налогового контроля, в отсутствие представителя должника, налоговым органом вынесено решение от 25.02.2015 № 15/21044 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которому должнику доначислен НДС в размере 15 261 руб., начислены пени за неуплату в установленный срок НДС в размере 576 руб., применены налоговые санкции по пункту 1 статьи 122 НК РФ в размере 3 051 руб., отказано в возмещении НДС в размере 3 913 267 руб. Одновременно, налоговым органом вынесено решение от 25.02.2015 № 15/967 об отказе в возмещении суммы налога на добавленную стоимость, заявленной к возмещению, за 3 квартал 2013 года в размере 3 913 267 руб.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю от 15.06.2015 № 18-18/177 оспариваемые решения налогового органа от 25.02.2015 оставлены без изменения.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 12.11.2015 по делу № А50-19191/2015, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, признаны недействительными вынесенное налоговым органом решение от 25.02.2015 № 15/21044 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления НДС в размере 15 261руб., начисления пени за неуплату налога на добавленную стоимость, применения налоговых санкций по пункту 1 статьи 122 НК РФ в размере 3 051 руб., отказа в возмещении НДС в размере 3 898 018 руб., вынесенное налоговым органом решение от 25.02.2015 № 15/967 об отказе в возмещении суммы налога на добавленную стоимость, заявленной к возмещению, в части отказа в возмещении НДС в размере 3 898 018рублей. На налоговый орган возложена обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества должника.

Впоследствии налоговым органом вынесено решение от 22.07.2014 № 2459 о перечислении на расчетный счет должника суммы налога на добавленную стоимость, заявленной к возмещению ООО «ПСВ-Снаб» за 1 квартал 2012 года, денежные средства в размере 3 046 143 руб. перечислены должнику.

В соответствии с приговором Ленинского районного суда г. Перми от 21.12.2017 по делу № 1-170/2017 ФИО7 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных частью 3 статьи 30, частью 4 статьи 159, частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ).

В соответствии с приговором Ленинского районного суда г. Перми от 19.03.2018 по делу № 1-75/18 ФИО5 признана виновной в совершении преступлений, предусмотренных частью 3 статьи 30, частью 4 статьи 159, частью 4 статьи 159 УК РФ.

Согласно приговорам Ленинского районного суда г. Перми от 21.12.2017 по делу № 1-170/2017 и от 19.03.2018 по делу № 1-75/18 в рассматриваемый период ФИО5 являлась фактическим руководителем ООО «ПСВ-Снаб».

Указанными приговорами установлен факт совершения ФИО7 и ФИО5 мер, направленных на реализацию и доведение до конца их совместного преступного умысла, направленного на хищение денежных средств из бюджета путем незаконного возмещения НДС от имени должника за 1 и 3 квартал 2012 года в особо крупном размере.

В силу части 4 статьи 69 АПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

Ссылаясь на установленные приговором Ленинского районного суда г. Перми от 21.12.2017 по делу № 1-170/17 обстоятельства, налоговый орган обратился с заявлением о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам судебных актов по делам № А50-16133/2013, № А50-6616/2015 и № А50-19191/2015.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 25.04.2018 по делу № А50-16133/2013 ранее вынесенное решение от 12.02.2014 по данному делу отменено, за исключением эпизода признания недействительным вынесенного налоговым органом решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 15.05.2013 № 15/16536/78 в части применения и предъявления к уплате штрафа по статье 119 НК РФ в размере, превышающем 100 руб. Решением от 15.08.2018 по данному делу требования должника об оспаривании решений налогового органа оставлены без удовлетворения.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 25.04.2018 по делу № А50-6616/2015 ранее вынесенное решение от 16.07.2015 по данному делу отменено. Решением от 03.09.2018 по данному делу требования должника об оспаривании решений налогового органа оставлены без удовлетворения.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 04.06.2018 по делу № А50-19191/2015 ранее вынесенное решение от 12.11.2015 по данному делу отменено в части признания недействительным вынесенного налоговым органом решения от 25.02.2015 № 15/21044 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления налога на добавленную стоимость в размере 15 261 руб., начисления пени за неуплату налога на добавленную стоимость, применения налоговых санкций по пункту 1 статьи 122 НК РФ в размере 3 051 руб., отказа в возмещении налога на добавленную стоимость в размере 3 898 018 руб., а также признания недействительным вынесенного налоговым органом решения от 25.02.2015 № 15/967 об отказе в возмещении суммы налога на добавленную стоимость, заявленной к возмещению, в части отказа в возмещении налога на добавленную стоимость в размере 3 898 018 руб. Решением от 03.09.2018 по данному делу требования должника об оспаривании решений налогового органа оставлены без удовлетворения.

Задолженность перед бюджетом, образовавшаяся в связи с начислением по результатам камеральных налоговых проверок за проверяемый период (1 квартал 2012 года, 3 квартал 2012 года и 3 квартал 2013 года) и установленная судебными актами по делам № А50-16133/2013, № А50-6616/2015 и № А50-19191/2015, включена в реестр требований кредиторов должника и на дату рассмотрения заявления не погашена.

В действительности ущерб в размере 3 046 143 руб., в виде неправомерно возмещенного НДС, контролирующими должника лицами был возмещен.

Между тем, правомерно начисленная в ходе проведенных камеральных проверок уполномоченным органом задолженность по обязательным платежам должником не уплачена.

Кроме того, в связи с поворотом исполнения определений с должника подлежат взысканию судебные расходы, взысканные с уполномоченного органа: от 20.11.2014 по делу №А50-16133/2013 в размере 299 985 руб., определения от 20.11.2014 по делу №А50-6616/2015 в размере 250 000 руб., определения от 20.11.2014 по делу №А50-19191/2015 в размере 210 000 руб.

Неисполнение должником обязанности по уплате обязательных платежей, первоначально правомерно исчисленных уполномоченным органом в 2012, 2015 годах, послужило основанием для дальнейшего обращения уполномоченного органа в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Таким образом, вопреки доводам апеллянтов, именно действия ответчиков ФИО7 и ФИО5, совершенные в 2012-2013 годах, привели к тому, что требования к должнику были предъявлены уполномоченным органом только в 2019 году, в отсутствие у должника активов, достаточных для удовлетворения соответствующих требований, что и привело к возбуждению в отношении должника дела о несостоятельности (банкротстве), в ходе производства по которому была подтверждена недостаточность конкурсной массы для удовлетворения требований кредиторов.

При этом установление судом того обстоятельства, что объективное банкротство должника наступило 31.12.2019, не опровергает вышеуказанные выводы суда относительно причин его наступления, поскольку именно к 2019 году вступили в законную силу судебные акты по делам № А50-16133/2016, А50-6616/2015, А550-19191/2015, уполномоченным органом предприняты меры по принудительному взысканию задолженности в порядке, установленным НК РФ, следствием безрезультатности которых и явилось его обращение в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Доводы ответчиков о том, что объективное банкротство наступило вследствие отказа основного контрагента должника ООО «СтарТЭК» от продолжения исполнения договора поставки нефтепродуктов судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку, как поясняет апеллянт ФИО7, соответствующий отказ обусловлен обращением уполномоченного органа в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), что указывает на то, что первопричиной объективного банкротства должника явились действия Загуменных Д.В и ФИО5, сущность которых раскрыта выше.

При изложенных обстоятельствах, судом первой инстанции обоснованно установлено наличие оснований для привлечения ФИО7 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

При этом суд первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с вышеизложенными обстоятельствами ФИО10 и ФИО9, поскольку в отношении ФИО10 постановлением от 13.07.2016 уголовное преследование прекращено, в связи с непричастностью к совершению преступления, а ФИО9 стал руководителем должника с 27.04.2018, участником должника - с 06.06.2018, то есть не мог повлиять на принимаемые в 2012-2013 годах решения.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то они отвечают солидарно (абзац 8 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

В абзаце десятом пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. Аналогичные правила закреплены в действующей в настоящее время редакции Закона о банкротстве (абзацы первый и второй пункта 11 статьи 61.11 закона).

Основанием к уменьшению размера субсидиарной ответственности привлекаемых к ней лиц по правилам абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве могут служить, в частности, следующие обстоятельства:

- наличие имевших место помимо действий (бездействия) ответчиков обстоятельств, повлекших неплатежеспособность должника (абзац третий пункта 19 Постановления № 53);

- доказанная ответчиком явная несоразмерность причиненного им вреда объему реестра требований кредиторов;

- проявление ответчиком деятельного раскаяния, например, погашение вреда в причиненном размере, способствование нахождению имущества должника или иных бенефициаров и т.д.

Именно на ответчике лежит процессуальная обязанность доказать явную несоразмерность причиненного им вреда объему реестра требований кредиторов, равно как и иные обстоятельства, которые могут явиться основанием для уменьшения размера субсидиарной ответственности. При этом соответствующие обоснования и аргументы должны быть приведены при рассмотрении спора по существу, поскольку оценка доказательств и установление фактически обстоятельств спора отнесены процессуальным законодательством к компетенции судов первой и апелляционной инстанций.

К настоящему времени расчеты с кредиторами за счет конкурсной массы завершены, производство по делу приостановлено до вступления в законную силу судебного акта, принятого по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Исходя из материалов спора, в соответствии с уточненным расчетом конкурсного управляющего, размер субсидиарной ответственности равен 4 612 810,63 руб. (3 449 189,24 руб. (совокупный размер требований кредиторов, включенных в реестр) + 1 163 621,39 руб. (размер текущих обязательств должника).

Данный расчет лицами, участвующими в деле, не оспорен, судом апелляционной инстанции проверен и признан верным (статьи 65, 71 АПК РФ).

Оснований для уменьшения размера ответственности ФИО7 и ФИО5 судом не установлено.

Таким образом, в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника с ФИО7 и ФИО5 солидарно в пользу должника судом первой инстанции правомерно взыскано 4 612 810,63 руб.

Доводы о том, что суд вышел за пределы заявленной ко взысканию с ответчиков суммы, подлежат отклонению.

Так, с учетом последних уточнений (уточнение от 16.03.2023 л.д. 74 т. 7), принятых судом в порядке статьи 49 АПК РФ, конкурсный управляющий просил признать обоснованными и подлежащими солидарному взысканию с ответчиков текущие расходы в размере (с учетом арифметической ошибки) 1 163 591,39 руб., признать наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц ФИО5, ФИО7, ФИО10 и ФИО9 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 3 449 189,24 руб.

Таким образом, общая сумма, заявленная к солидарному взысканию с ответчиков составляет 4 612 810,63 руб. (1 163 591,39 +3 449 189,24).

При изложенных обстоятельствах, определение суда в обжалуемой части отмене (изменению) не подлежит, в удовлетворении апелляционных жалоб следует отказать.

Доводы заявителей, изложенные в апелляционных жалобах, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционные жалобы не содержат, доводы жалоб выражают несогласие с ними и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционные жалобы не содержат

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьи 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, оснований для отмены судебного акта в обжалуемой части и удовлетворения апелляционных жалоб у суда апелляционной инстанции не имеется.

При обжаловании определений, не предусмотренных в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена, государственная пошлина при подаче апелляционной жалобы заявителем не уплачивалась.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 23 марта 2023 года по делу № А50-31704/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Пермского края.


Председательствующий



Судьи


М.С. Шаркевич



В. И. Мартемьянов



Т.Ю. Плахова