Постановление от 29 августа 2023 г. по делу № А62-5776/2022

48/2023-77989(1)


ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09 e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула Дело № А62-5776/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 29.08.2023 Постановление изготовлено в полном объеме 29.08.2023

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Капустиной Л.А., судей Филиной И.Л. и Дайнеко М.М., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии от истца – индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 316774600096481) – ФИО3 (доверенность от 22.09.2022), от ответчика – индивидуального предпринимателя ФИО4 (ОГРНИП 320673300032487) – ФИО5 (доверенность от 01.06.2023), в отсутствие третьих лиц – общества с ограниченной ответственностью «Олимп» (ОГРН <***>, ИНН <***>), ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, рассмотрев в открытом судебном заседании, проводимом с использованием видеоконференцсвязи при содействии Арбитражного суда Смоленской области, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение Арбитражного суда Смоленской области от 08.06.2023 по делу № А62-5776/2022 (судья Либерова Л.В.),

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО2 обратилась в Сафоновский районный суд Смоленской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО4 об обязании ответчика освободить незаконно занятое нежилое помещение, общей площадью 117,3 кв. м, расположенное по адресу: <...>; взыскании убытков в виде реального ущерба в размере 472 174 рублей 80 копеек; взыскании упущенной выгоды в размере 98 794 рублей 67 копеек; взыскании расходов для определения размера убытков в

сумме 15 000 рублей и почтовых расходов в сумме 1489 рублей 64 копейки; взыскании морального вреда в размере 500 000 рублей.

Определением Сафоновского районного суда Смоленской области от 28.06.2022 гражданское дело передано по подсудности в Арбитражный суд Смоленской области.

Определением Арбитражного суда Смоленской области от 20.07.2022 дело принято к производству.

До рассмотрения спора по существу истец, в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, неоднократно уточнял исковые требования, в окончательном виде сформулировав их как требования взыскания убытков в виде реального ущерба в размере 472 174 рублей 80 копеек, убытков в виде упущенной выгоды в размере 57 125 рублей и убытков, понесенных на получение заключения о размере убытков, в сумме 15 000 рублей. От требования возложения на ответчика обязанности освободить нежилое помещение общей площадью 117,3 кв. метров, расположенное по адресу: <...>, и взыскании морального вреда в размере 500 000 рублей заявлен отказ. Судом уточнение и частичный отказ приняты.

Определениями суда от 20.07.2022, от 24.08.2022, от 21.11.2022, принятыми на основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Олимп», ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12.

Решением суда от 08.06.2023 (с учетом определения об исправлении опечатки от 08.06.2023) в удовлетворении исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе ИП ФИО2 просит решение отменить, исковые требования удовлетворить. Оспаривая судебный акт, заявитель ссылается на то, что приобретенное им помещение с кадастровым номером 67:17:0010346:927 имеет площадь 113,7 кв. м и постановлено на кадастровый учет 20.12.2021; ранее оно входило в состав нежилого помещения с кадастровым номером 67:17:0010346:360, на которое 02.06.2021 в ЕГРН зарегистрировано право собственности участников ООО «Олимп». Сообщает, что после государственной регистрации права собственности истца, при осмотре помещения в целях подписания акта приема-передачи обнаружено нахождение в нем ответчика, в связи с чем истцом в адрес продавцов было направлено письмо от 10.01.2022 об отказе от подписания передаточного акта к договору купли-продажи нежилого помещения из-за

выявленного незаконного нахождения в нежилом помещении ИП ФИО4, ее имущества и оборудования. Сообщает о ничтожности договора аренды от 01.12.2021, на который указывает ответчик, ввиду отсутствия у арендодателя (ООО «Олимп») прав на объект на дату заключения сделки. Отмечает, что предмет аренды в договоре не индивидуализирован должным образом (не указано точное расположение помещения, не указаны уникальные характеристики), что свидетельствует о незаключенности договора аренды от 01.01.2021 и невозможности перехода прав арендодателя к истцу. Полагает неправомерным отождествление судом нежилого помещения, приобретенного истцом (площадь 117,3 кв.м), и помещения, указанного в договоре аренды (площадь 117 кв.м). Считает неверным понимание судом письма истца от 10.01.2022, отмечая, что в нем не признавалась уплата арендной платы, а указывалось на готовность возвратить денежные средства при условии их возможного перечисления ответчиком. Утверждает, что никаких денежных средств от ответчика не поступало. Указывает на отчет об определении рыночной стоимости работ и материалов № 020222/45-10, согласно которому общий размере ущерба составил 472 174 рублей 8 копеек. Заявляет о необоснованном отказе суда первой инстанции в удовлетворении ходатайства о назначении по делу строительной-технической экспертизы, поскольку согласно составленному акту осмотра от 02.02.2023 (после освобождения ответчиком помещения) объект требует восстановительного ремонта.

В отзыве ответчик просит решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Считает, что является ненадлежащим ответчиком по делу, поскольку по условиям договора купли-продажи от 23.12.2021, на основании которого к истцу перешло право собственности на спорное имущество, следует, что он удовлетворен состоянием помещения, ознакомлен с ним путем внешнего и внутреннего осмотра. Сообщает, что использовал помещение на основании договора аренды от 01.01.2021, заключенного с ООО «Олимп», сроком действия по 30.11.2021, а затем – на основании договора от 01.12.2021, сроком действия по 31.10.2022; 05.12.2021 арендатором внесен платеж за декабрь 2021 в размере 60 000 рублей, в то время как сообщение учредителей ООО «Олимп» о планируемой смене собственника и необходимости освобождения помещения до 17.02.2022 получено 17.12.2021; 05.01.2022 ответчиком уплачена арендная плата за январь 2022 года и на момент этой уплаты уведомления о переходе права собственности к истцу ИП ФИО4 не поступало. Утверждает, что факт уплаты арендной платы за январь 2022 признан истцом в уведомлении от 11.01.2022. Считает, что даже при возможной ничтожности договора аренды от 01.12.2021, является действующим, как возобновленный на неопределенный срок, ранее заключенный договор

от 01.01.2021. В связи с этим ссылается на правомерно использование помещения и его возврат в состоянии нормального износа. Считает, что представленный истцом отчет об оценке стоимости восстановительного ремонта не может быть признан надлежащим доказательством, так как перечень указанных в нем наименований работ невозможно соотнести с виновными действиями ответчика. Возражает против заявленного ходатайства о назначении судебной экспертизы, отмечая, что самим истцом выполняются ремонтные работы в помещении, что не позволить провести объективное исследование.

В судебном заседании представители сторон поддержали позиции, изложенные в апелляционной жалобе и отзыве на нее.

Третьи лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в том числе путем размещения информации о движении дела в сети Интернет, в суд представителей не направили. С учетом мнений представителей сторон судебное заседание проводилось в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела и доводы жалобы, выслушав представителей истца и ответчика, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что жалоба не подлежит удовлетворению.

Как видно из материалов дела, на основании договора купли-продажи от 23.12.2021, заключенного между ФИО6 и ФИО7 (продавцы) и ИП ФИО2 (покупатель), продавцы обязуются передать в собственность покупателя принадлежащее им на праве долевой собственности нежилое помещение по адресу: <...>, площадью 117, 3 кв.м, кадастровый номер 67:17:0010346:927.

Государственная регистрация перехода права к истцу осуществлена 24.12.2021, запись регистрации № 67:17:0010346:927-67/218/2021-5.

Согласно пункту 19 продавцы заверили покупателя, что до заключения договора нежилое помещение никому не продано, не подарено, не заложено, в споре, под арестом и запрещением, ограничением не состоит, арендой не обременено. Покупатель удовлетворен качественным состояние нежилого помещения, с которым ознакомлен путем внешнего и внутреннего осмотра, произведенного перед подписанием договора. Продавцам не известны какие-либо недостатки помещения, о которых они обязаны сообщить покупателю (пункт 20).

В пункте 23 договора стороны пришли к соглашению, что в соответствии со статьей 431.2 Гражданского кодекса Российской Федерации: сторона, которая при заключении договора либо до или после его заключения дала другой стороне

недостоверные заверения об обстоятельствах, имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения (в том числе относящихся к предмету договора, полномочиям на его заключение, соответствию договора применимому к нему праву, наличию необходимых лицензий и разрешений, своему финансовому состоянию либо относящихся к третьему лицу), обязана возместить другой стороне по ее требованию убытки, причиненные недостоверностью таких заверений.

В пункте 33 договора стороны пришли к соглашению в соответствии со статьей 556 Гражданского кодекса российской Федерации о том, что при передаче нежилого помещения в обязательном порядке составляют передаточный акт.

Ссылаясь на то, что после государственной регистрации перехода права собственности истцом установлено, что помещение незаконно занято ответчиком и после освобождения указанного помещения ответчик причинил ущерб, который влечет необходимость проведения восстановительного ремонта, ИП ФИО2 обратилась в арбитражный суд с настоящим иском.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25) разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).

При разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 13 постановления № 25)

В пункте 14 постановления Пленума № 25 разъяснено, что по смыслу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

При рассмотрении дел о возмещении убытков следует иметь в виду, что положение пункта 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые стороной для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления, не означает, что в состав подлежащих возмещению убытков могут входить только расходы на осуществление таких мер и приготовлений.

Обосновывая требования, истец ссылается на то, что действиями ответчика причинен ущерб нежилому помещению по адресу: <...>, кадастровый номер 67:17:0010346:927, приобретенному по договору купли-продажи от 23.12.2021, заключенному с ФИО6 и ФИО7

При этом истец указывает, что до заключения договора купли-продажи помещение использовалось ответчиком под магазин на основании договора аренды с ООО «Олимп» и находилось в надлежащем состоянии. После направления ответчику уведомления о необходимости освободить помещение и его фактического освобождения им 01.02.2022, 02.02.2022 в присутствии представителя истца, ФИО7 и ФИО6 (собственников нежилого помещения до 23.12.2021) составлен акт осмотра, которым зафиксировано ненадлежащее состояние объекта, обнаружены оставленные личные вещи арендатора или его сотрудников, строительный мусор, предметы мебели, вследствие чего помещение признано непригодным для использования.

Применительно к статье 622 Гражданского кодекса Российской Федерации, при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

Между тем допустимых доказательств того, что на момент получения ответчиком помещения в аренду оно находилось в ином состоянии, чем на момент его освобождения, не представлено. Акта приема-передачи или иных документов, подтверждающих состояние помещения на дату передачи его ответчику, в материалах дела не имеется. Наличие строительного мусора, вещей и предметов мебели, зафиксированное в акте осмотра от 02.02.2022, не относится к состоянию помещения. Кроме того, сам акт осмотра является односторонним, время фиксации изображений на приложенных к нему фотографиях достоверно установить невозможно, в то время как составленным в ходе рассмотрения дела актом обследования от 08.08.2022 (т. 3, л.д. 27) подтверждается, что в спорном помещении ведутся ремонтные работы.

Фиксации состояния помещения на момент его передачи ответчику и на момент его освобождения с участием нотариуса, либо в порядке принятия предварительных обеспечительных мер, либо с участием органов власти или правоохранительных структур (с детальным описанием состояния стен, полов, потолков, площади и т.д.) не осуществлялось.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не принимает в качестве достаточных доказательств односторонние документы истца и приходит к выводу об отсутствии причинно-следственной связи между действиями ответчика и причиненным помещению ущербом.

В связи с этим оснований для назначения строительно-технической экспертизы не имеется.

Довод истца о ничтожности договора аренды от 01.12.2021, заключенного между ответчиком и ООО «Олимп», со ссылкой на отсутствие у арендодателя прав в отношении спорного имущества на дату заключения этого договора, не влияет на существо принятого решения и спора.

Как установлено судом, ООО «Олимп» являлось собственником нежилого помещения с кадастровым номером 67:17:0010346:360, общей площадью 367,3 кв. метров, расположенного по адресу: 215500, <...> (из которого впоследствии было образовано нежилое помещение площадью 117,3 кв.м, кадастровый номер 67:17:0010346:927, принадлежащее в настоящее время истцу).

Собранием участников ООО «Олиммп» (протокол от 29.04.2021 № 1/2021) принято решение о распределении принадлежащего ООО «Олимп» нежилого помещения с кадастровым номером 67:17:0010346:360, площадью 367,3 кв. метров, номера на поэтажном плане 1-6, 10, 12, 14-35, расположенного по адресу: 215500, <...>, между всеми участниками ООО «Олимп» (ФИО6, ФИО7, ФИО11, ФИО9, ФИО10, ФИО13 и ФИО8) пропорционально доли каждого в уставном капитале общества и ликвидации общества.

02.06.2021 нежилое помещение с кадастровым номером 67:17:0010346:360, в состав которого входило арендованное ответчиком нежилое помещение площадью 117 кв. метров, перешло от ООО «Олимп» в собственность участников общества ФИО6, ФИО7, ФИО11, ФИО9, ФИО10, ФИО13 и ФИО8

Впоследствии из помещения с кадастровым номером 67:17:0010346:360 образовано нежилое помещение с кадастровым номером 67:17:0010346:927, которое поставлено на кадастровый учет 20.12.2021 (выписка из ЕГРН от 24.12.2021) и права на него 21.12.2021 зарегистрированы за ФИО6 и ФИО7 (записи регистрации № 67:17:0010346:927-67/061/2021-1 и 67:17:0010346:927-67/061/2021-2).

На момент образования помещения с кадастровым номером 67:17:0010346:927 (из помещения с кадастровым номером 67:17:0010346:360) и регистрации права на него за ФИО6 и ФИО7, оно продолжало находиться в пользовании ответчика на основании ранее заключенного договора аренды с ООО «Олимп» от 01.12.2021.

Впоследствии помещение с кадастровым номером 67:17:0010346:927 приобретено истцом.

Согласно пункту 1 статьи 617 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности (хозяйственного ведения, оперативного управления,

пожизненного наследуемого владения) на сданное в аренду имущество к другому лицу не является основанием для изменения или расторжения договора аренды.

В пункте 23 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2002 № 66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой» указано, что при перемене собственника арендованного имущества независимо от того, ставился ли вопрос о переоформлении договора аренды, прежний собственник утрачивает, а новый приобретает право на получение доходов от сдачи имущества в аренду.

Согласно пункту 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 17.11.2011 № 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды» судам следует иметь в виду, что положения статьи 608 ГК РФ не означают, что в ходе рассмотрения споров, связанных с нарушением арендатором своих обязательств по договору аренды, арендодатель обязан доказать наличие у него права собственности на имущество, переданное в аренду. Доводы арендатора, пользовавшегося соответствующим имуществом и не оплатившего пользование объектом аренды, о том, что право собственности на арендованное имущество принадлежит не арендодателю, а иным лицам и поэтому договор аренды является недействительной сделкой, не принимаются судом во внимание.

При рассмотрении споров по искам собственника, имущество которого было сдано в аренду неуправомоченным лицом, о взыскании стоимости пользования этим имуществом за период его нахождения в незаконном владении судам необходимо учитывать, что они подлежат разрешению в соответствии с положениями статьи 303 ГК РФ, которые являются специальными для регулирования отношений, связанных с извлечением доходов от незаконного владения имуществом, и в силу статьи 1103 ГК РФ имеют приоритет перед общими правилами о возврате неосновательного обогащения (статья 1102, пункт 2 статьи 1105 ГК РФ). Указанная норма о расчетах при возврате имущества из чужого незаконного владения подлежит применению как в случае истребования имущества в судебном порядке, так и в случае добровольного возврата имущества во внесудебном порядке невладеющему собственнику лицом, в незаконном владении которого фактически находилась вещь.

В связи с изложенным собственник вещи, которая была сдана в аренду неуправомоченным лицом, при возврате ее из незаконного владения вправе на основании статьи 303 ГК РФ предъявить иск к лицу, которое заключило договор аренды, не обладая правом собственности на эту вещь и не будучи управомоченным законом или собственником сдавать ее в аренду, и получало платежи за пользование ею от арендатора,

о взыскании всех доходов, которые это лицо извлекло или должно было извлечь, при условии, что оно при заключении договора аренды действовало недобросовестно, то есть знало или должно было знать об отсутствии правомочий на сдачу вещи в аренду. От добросовестного арендодателя собственник вправе потребовать возврата или возмещения всех доходов, которые тот извлек или должен был извлечь со времени, когда он узнал или должен был узнать о неправомерности сдачи имущества в аренду.

Такое же требование может быть предъявлено собственником к арендатору, который, заключая договор аренды, знал об отсутствии у другой стороны правомочий на сдачу вещи в аренду. В случае если и неуправомоченный арендодатель, и арендатор являлись недобросовестными, они отвечают по указанному требованию перед собственником солидарно (пункт 1 статьи 322 ГК РФ).

В данном случае на момент заключения договора аренды истец собственником имущества не являлся, доказательств того, что арендатор знал об отсутствии правомочий у ООО «Олимп» на передачу помещения в аренду на 01.12.2021 (при том, что на дату заключения предыдущего договора аренды от 01.01.2021 ООО «Олимп» являлось таким собственником) не представлено, в связи с чем соответствующие требования к ответчику не подлежат удовлетворению.

Применительно к пункту 3 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации договор аренды между ответчиком и ООО «Олимп» не мог создавать для истца каких-либо прав и обязанностей как для лица, не участвующего и не имевшего возможность участвовать в нем в качестве стороны (в связи с переходом к истцу права собственности позднее заключения договора аренды между ООО «Олимп» и ответчиком).

Как следует из уведомления о прекращении договора аренды от 17.12.2021 (т. 3,

л. д. 38), бывшие участники ООО «Олимп», к которым перешло право собственности на нежилое помещение, были осведомлены о наличии договора аренды и переходе к ним всех прав арендодателя; с 20.12.2021 обязанности арендодателя по договору аренды от 01.01.2021 перешли к их правопреемникам - ФИО6 и ФИО7, а с 24.12.2022 – к ИП ФИО2. как новому арендодателю (в связи с приобретением спорного помещения).

В связи с не уведомлением ответчика о смене собственника, им 05.01.2022 внесен арендный платеж за январь 2022, который признан истцом в письме от 10.01.2022.

Ссылка истца на незаключенность договора аренды от 01.01.2021 по причине того, что предмет аренды в договоре не индивидуализирован должным образом (не указано точное расположение помещения, оно не отображено на схеме и т.п.), в связи с чем

невозможно говорить о переходе прав арендодателя к истцу после того, как он стал собственником, отклоняется применительно к пункту 15 постановления Пленума № 73, согласно которому, если арендуемая вещь в договоре аренды не индивидуализирована должным образом, однако договор фактически исполнялся сторонами (например, вещь была передана арендатору и при этом спор о ненадлежащем исполнении обязанности арендодателя по передаче объекта аренды между сторонами отсутствовал), стороны не вправе оспаривать этот договор по основанию, связанному с ненадлежащим описанием объекта аренды, в том числе ссылаться на его незаключенность или недействительность.

В материалах дела не имеется документов, свидетельствующих о том, что у сторон договора аренды имелись какие-либо разногласия относительно индивидуализации переданного в пользование имущества, наличия иного аналогичного имущества и непонимания, в связи с этим, какой именно объект является предметом договора. В процессе исполнения договора у сторон какая-либо неопределенность относительно предмета пользования также не возникла.

Довод истца о неверном отождествлении судом нежилого помещения, приобретенного истцом (площадь 117,3 кв.м), и помещения, указанного в договоре аренды (площадь 117 кв.м), противоречит его же позиции о причинении действиями ответчика ущерба имуществу, приобретенному ИП ФИО2 в собственность.

Утверждение заявителя о неверном понимании судом письма истца от 10.01.2022 (как о подтверждении получения от ответчика в оплату аренды за январь 2022 денежных средств в сумме 60 000 рублей), отклоняется как не соответствующее содержанию этого документа (т. 3, л. д. 36), из которого следует, что ИП ФИО2 сообщает, что арендная плата в размере 60 000 рублей будет рассчитана на оплату коммунальных услуг, а разница возвращена на подписании акта приема-передачи в 10 час 00 мин 11.01.2022.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 25) разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из изложенного, разумным и ожидаемым поведением со стороны

покупателя, который располагал сведениями о наличии арендных отношений по состоянию на день приобретения объекта, так как осуществлял его осмотр и направлял уведомление об освобождении помещения в адрес ответчика, а также имел информацию об оплате арендной платы за январь 2022 в ООО «Олимп», является надлежащая фиксация состояния имущества как на момент его осмотра перед заключением договора купли-продажи, так и на момент принятия по акту от своих контрагентов (продавцов) (нотариальное оформление описания всех позиций помещения; обращение в правоохранительные органы с соответствующими заявлениями; обращение в суд с ходатайством о принятии предварительных обеспечительных мер и т.п.).

Ссылка заявителя на отчет об определении рыночной стоимости работ и материалов № 020222/45-10, согласно которому их общая сумма составила 472 174 рублей 8 копеек, не влияет на принятый судебный акт, поскольку перечень указанных в нем наименований невозможно соотнести с виновными действиями ответчика. Кроме

того, невозможно установить необходимость проведения именно этих строительных работ, которые заказывались в целях осуществления хозяйственной деятельности самого истца. Невозможно сопоставить указанные работы с фактическим состоянием переданного истцу помещения, так как акт передачи указанного спорного помещения между продавцами и покупателем не составлялся.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание недоказанность факта причинения вреда имуществу действиями ответчика, отсутствие причинно-следственной связи между этими действиями и возникшим ущербом, отказ суда во взыскании убытков в виде реального ущерба (стоимости восстановительного ремонта) является правильным.

Отказывая в удовлетворении требования о взыскании упущенной выгоды (в виде неполученной арендной платы за январь 2022 года в связи с нахождением в помещении ответчика), суд обоснованно исходил из следующего.

Для определения рыночной стоимости месячной арендной платы за период с 24.12.2021 по 02.02.2022, за исключением НДС, эксплуатационных расходов и коммунальных услуг, в отношении нежилого помещения, расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер 67:17:0010346:927 (в целях соотнесения с заявленным требованием о взыскании упущенной выгоды за период нахождения помещения у ответчика), определением суда первой инстанции от 14.03.2023 назначена судебная оценочная экспертиза, проведение которой поручено ООО «Агентство оценки Ковалевой и Компании» (эксперт ФИО14).

Согласно экспертному заключению № 09-Э-23 СМК АОК 04 от 24.04.2023, рыночная стоимость месячной арендной платы за период с 24.12.2021 по 02.02.2022, за исключением НДС, эксплуатационных расходов и коммунальных услуг, за нежилое помещение, расположенное по адресу: <...>, кадастровый номер 67:17:0010346:927, составляет 57 125 рублей.

Оценив экспертное заключение по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд правомерно принял его в качестве надлежащего доказательства, ввиду соответствия требованиям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и Федеральному закону от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее – Закон № 73-ФЗ).

С учетом уплаты ответчиком арендной платы за январь в размере 60 000 рублей, признания данного обстоятельства истцом в письме от 10.01.2022 (т.3, л. д. 36) (оценка указанному письму дана выше), превышения уплаченной суммы над рыночной

стоимостью аренды аналогичного периода, суд обоснованно отказал во взыскании упущенной выгоды.

Иные доводы заявителя выражают несогласие с оценкой фактических обстоятельств спора. Рассмотрев дело повторно, апелляционная инстанция оснований для такой переоценки не нашла.

Таким образом, оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции по приведенным в апелляционной жалобе доводам не имеется.

Нарушений процессуальных норм, влекущих безусловную отмену судебного акта (часть 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлено.

В связи с отказом в удовлетворении ходатайства о назначении строительно-технической экспертизы, истцу разъясняется, что при условии зачисления денежных средств в оплату экспертизы на депозитный счет Двадцатого арбитражного апелляционного суда (в судебном заседании представлен чек по операции от 28.08.2023 на сумму 25 000 рублей, выданный ПАО «Сбербанк»), их возврат может быть осуществлен после подачи соответствующего письменного заявления суду с указанием банковских реквизитов, на которые должны быть возвращены денежные средства (приказ Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации от 05.11.2015 № 345).

В соответствии со статьей 110, частью 3 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина по апелляционной жалобе подлежит отнесению на заявителя.

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Смоленской области от 08.06.2023 по делу № А62-5776/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской

Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Л.А. Капустина Судьи И.Л. Филина

М.М. Дайнеко