Постановление от 30 июля 2025 г. по делу № А46-6403/2024

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, <...> Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А46-6403/2024
31 июля 2025 года
город Омск



Резолютивная часть постановления объявлена  17 июля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме  31 июля 2025 года


Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Еникеевой Л.И.,

судей  Веревкина А.В.,  Горобец Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем Мироновой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-3271/2025) общества с ограниченной ответственностью «БИА» на решение Арбитражного суда Омской области от 15.03.2025 по делу № А46-6403/2024 (судья Чекурда Е.А.), принятое по иску общества с ограниченной ответственностью «БИА» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к ФИО1 (г. Омск) о взыскании 10 000 000 руб., при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО2 (г. Омск), ФИО3 (г. Омск), ФИО4, ФИО5 (г. Омск),

при участии в судебном заседании посредством веб-конференции с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» представителя ФИО4 – ФИО6, по доверенности от 05.10.2021 №  55АА2627941,

при участии в судебном заседании  в здании суда представителей:

от общества с ограниченной ответственностью «БИА» – ФИО7 по доверенности от 01.05.2025, ФИО8 по доверенности от 05.07.2022, ФИО9, по доверенности от 05.07.2022,

от ФИО1 – ФИО10 по доверенности от 25.10.2023 № 55АА3068865,

от ФИО2 – ФИО11 по доверенности от 31.01.2024 № 55АА3226199,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «БИА» (далее – ООО «БИА», общество, истец) обратилось в Арбитражный суд Омской области с исковым заявлением к ФИО1 (далее – ФИО1, ответчик) о взыскании 10 000 000 руб. убытков.

            Определением Арбитражного суда Омской области от 26.09.2024 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФИО2 (далее – ФИО2, третье лицо), ФИО3 (далее – ФИО3, третье лицо), ФИО4 (далее – ФИО4, третье лицо), ФИО5 (далее – ФИО5, третье лицо).

            Решением Арбитражного суда Омской области от 15.03.2025 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «БИА» обратилось в Восьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить, принять новый судебный акт, которым исковые требования удовлетворить.

 По мнению истца, совокупность  оснований для взыскания убытков  подтверждена материалами дела: по распоряжению единоличного исполнительного органа - ФИО1, с расчётного счёта общества  в пользу третьих лиц перечислены  денежные средства, доказательства  обоснованности  перечисления  не представлены, при этом ответчик, будучи руководителем общества,  не  потребовал возврата денежных средств. Ссылка ответчика на обстоятельства, установленные  по  делу № А46-3130/2023, не подтверждает обоснованность  платежей ФИО3 и ФИО2 Более того, при   рассмотрении вышеуказанного дела не устанавливались обстоятельства  спорных перечислений,  наличие  правовых оснований  для перечисления, ФИО3 и ФИО2 не принимали участия в рассмотрении дела. Кроме того, истец полагает, что о фактах  перечисления денежных средств  общество в лице вновь избранного исполнительного органа узнало только после получения банковской выписки в июне 2022 года,  поэтому срок исковой давности не истёк. Помимо этого, в представленном ответчиком расчёте задолженности ООО «БИА» перед ФИО12 по состоянию на 29.07.2020 отражены сведения о сохранении размера инвестиций ФИО1, исходя из которых перераспределялись доли в ООО «БИА», что  опровергает довод третьего лица о зачёте, в противном случае доля ФИО1 в ООО «БИА» составляла бы 0%, так как все  вложения ФИО1 считались бы возвращёнными. Сокрытие от ФИО12 данной информации подтверждает позицию истца о том, что ему не было известно о погашении задолженности ФИО4 перед ФИО3 и ФИО2 Протокол от 14.08.2017 является  недостоверным доказательством по делу, поскольку принадлежность подписей лицам, его подписавшим, не устанавливалась, а кроме того, данный документ представлен  суду  не в полном объеме. 

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 18.04.2025 апелляционная жалоба принята к производству, назначена к рассмотрению в судебном заседании на 21.05.2025.

ФИО2 представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просил решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

ФИО4 представил возражения на апелляционную жалобу.

В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 21.05.2025, в соответствии со статьёй 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) объявлен перерыв до 03.06.2025, по ходатайству сторон в связи с намерением урегулировать спор мирным путем. Информация о перерыве в судебном заседании размещена на информационном ресурсе http://kad.arbitr.ru/.

ООО «БИА» заявлено ходатайство о приобщении дополнительных документов по делу: распоряжение Департамента строительства Администрации г. Омска от 28.07.2017 № 154 «О разрешении ввода в эксплуатацию объекта капитального строительства «Наземный многоэтажный гараж по ул. 9-я Ленинская – ул. Котельникова в Ленинском АО г. Омска», расположенного по адресу: улица Котельникова, дом 9, Ленинский административный округ, <...>», разрешение на ввод объекта в эксплуатацию от 28.07.2017, копия надзорного дела ООО «БИА»  № 06-06/140сб/2018.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2025 рассмотрение апелляционной жалобы в судебном заседании отложено на 03.07.2025.

От ООО «БИА» поступили дополнительные пояснения по делу, заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела кассовой книги общества за 2017 год.

В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 03.07.2025, в соответствии со статьёй 163 АПК РФ объявлен перерыв до 17.07.2025.

 От ФИО4 поступили дополнительные пояснения по делу с приложением акта экспертного исследования ФБУ Омская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации от 30.09.2022 № 2271/3-6.

От ООО «БИА» поступили итоговые пояснения по делу.

В  судебном заседании  представителем ООО «БИА»  заявлено ходатайство об истребовании материалов арбитражного дела № А46-3130/2023  для  установления факта наличия  в нем  кассовой книги за 2017 год.

Представители ООО «БИА» поддержали требования, изложенные в апелляционной жалобе.

Представитель ФИО1 просил оставить решение без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Представители третьих лиц просили в удовлетворении жалобы отказать.

Судебное заседание проведено в отсутствие иных третьих лиц, извещённых о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции путём размещения информации на сайте суда, на основании части 5 статьи 156 АПК РФ.

Рассмотрев ходатайство ООО «БИА» об истребовании материалов арбитражного дела № А46-3130/2023, суд апелляционной инстанции считает его не подлежащим удовлетворению.

Частью 4 статьи 66 АПК РФ предусмотрено, что лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения. Из приведенной нормы следует, что истребование доказательства является правом, а не обязанностью суда, а разрешение данного вопроса осуществляется судом исходя из конкретных обстоятельств дела с учетом необходимости и значимости данного доказательства для  рассмотрения дела.

В соответствии с частью 1 статьи 67 АПК РФ арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу.

 Суд полагает,   что  истребуемые истцом документы не направлены на установление юридически значимых обстоятельств для разрешения спора.  Поэтому  не усматривает оснований для удовлетворения заявленного ходатайства об истребовании доказательств.

Руководствуясь абзацем вторым части 2 статьи 268 АПК РФ, а также пунктом 29 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», суд апелляционной инстанции приобщил к материалам дела представленные сторонами дополнительные документы.


Рассмотрев материалы дела, заслушав представителей участвующих в деле лиц, суд апелляционной инстанции установил, что ООО «БИА» зарегистрировано в качестве юридического лица 05.06.2012, о чём в Единый государственный реестр юридических лиц  внесена запись № <***>.

Участниками общества в настоящее время являются:

- ФИО12  -  56% уставного капитала;

- ФИО1  -  44% уставного капитала.

С 17.06.2022  полномочия  единоличного исполнительного органа общества  исполняет  ФИО12

В обоснование исковых требований общество указывает, что ФИО1 в период  исполнения  функций единоличного исполнительного органа общества (директора) (с 17.11.2015 по 08.06.2022) причинила ущерб обществу.

 В частности,  ООО «БИА» в пользу третьих лиц перечислены  денежные средства в общей сумме 10 000 000 руб.,  в том числе:

-  5 000 000 руб. в  пользу  ФИО3

- 5 000 000 руб.  в пользу  ФИО2

Указывая, что правовых оснований для перечисления денежных средств не имеется, ООО «БИА» обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.


 Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены или изменения, исходя из следующего.

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (часть 2 статьи 15 ГК РФ).

В силу пункта 3 статьи 53, пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

На основании пункта 4 статьи 32, пункта 1 статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченнои? ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ) руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества (генеральный директор, президент и другие), избираемым общим собранием участников общества или советом директоров (наблюдательным советом) общества.

В соответствии с положениями абзаца второго пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ, пункта 1 статьи 44 Закона № 14-ФЗ единоличный исполнительный орган общества при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, в том числе единоличный исполнительный орган общества, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причинённые по его вине юридическому лицу (абзац первый пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 2 статьи 44 Закона № 14-ФЗ).

Исходя из разъяснении?, приведе?нных в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда России?скои? Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62), лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличныи? исполнительныи? орган - директор, генеральныи? директор и т.д., временныи? единоличныи? исполнительныи? орган, управляющая организация или управляющии? хозяи?ственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяи?ственного общества, члены правления кооператива и т.п.), обязано деи?ствовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (часть 3 статьи 53 ГК РФ). В случае нарушения этои? обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителеи? (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Согласно пункту 2 Постановления № 62, недобросовестность деи?ствии? (бездеи?ствия) директора считается доказаннои?, в частности, когда директор: 1) деи?ствовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактическои? заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и деи?ствия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 2) скрывал информацию о соверше?ннои? им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такои? сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отче?тность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующеи? сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочии? удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его деи?ствия (бездеи?ствие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее? одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмои?-однодневкои?» и т. п.).

Неразумность деи?ствии? (бездеи?ствия) директора считается доказаннои?, в частности, когда директор: 1) принял решение без уче?та известнои? ему информации, имеющеи? значение в даннои? ситуации; 2) до принятия решения не предпринял деи?ствии?, направленных на получение необходимои? и достаточнои? для его принятия информации, которые обычны для деловои? практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумныи? директор отложил бы принятие решения до получения дополнительнои? информации; 3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтериеи? и т.п.). Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного деи?ствия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностеи? директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего деи?ствия и т.п. (пункт 3 Постановления № 62).

Из разъяснений, изложенных в пункте 5 Постановления № 62, следует, что в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причинённые в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе, не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путём привлечения третьих лиц.

 По смыслу закона с учетом приведённых разъяснений  в силу своего назначения на должность директор получает широкие возможности по управлению деятельностью юридического лица, включая распоряжение его имуществом, не являясь собственником или законным владельцем соответствующих активов. Ввиду расхождения между фактической возможностью управления имуществом и обладанием прав на него деятельность директора ограничивается стандартами (требованиями) добросовестности и разумности поведения.

Требование добросовестности поведения директора означает, что лицо, которому участниками хозяйственного общества доверено руководство его деятельностью, должно осуществлять свои полномочия в интересах дела хозяйственного общества, которым он управляет. Стандарт разумного поведения директора предполагает, что руководитель при управлении текущей деятельностью общества и совершении сделок от имени общества должен действовать профессионально, предпринимая необходимые и отвечающие его квалификации усилия для реализации интересов юридического лица.

При этом законодатель исходит из необходимости защиты директора от ответственности за управленческие решения и сделки, которые разумно рассматривались им как выгодные для хозяйственного общества и отвечающие интересам юридического лица, с учётом обычной деловой практики, рискового характера предпринимательской деятельности и иных обстоятельств (абзац второй пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 3 статьи 44 Закона № 14-ФЗ).

Директор, реализуя свои полномочия по управлению корпорацией, вправе выбирать различные способы для достижения целей, установленных при ее создании, использовать разнообразные механизмы осуществления предпринимательской деятельности. Суды, в свою очередь, не уполномочены на осуществление проверки экономической целесообразности решений, принятых директором.

Таким образом, разумность действий директора при исполнении своих полномочий предполагается, пока иное не будет доказано истцом, который обязан обосновать, что поведение директора с очевидностью не отвечало обычным условиям оборота, представить доказательства грубого непрофессионализма директора, связанного, в том числе с принятием решений и совершением сделок на основании заведомо недостоверной информации или без получения необходимой информации.

Как разъяснено в определении Судебнои? коллегии по гражданским делам Верховного Суда России?скои? Федерации от 06.04.2020 № 56-КГ20-2, необходимыми условиями для наступления ответственности в виде возмещения юридическому лицу причине?нных его руководителем (в том числе бывшим) убытков являются: факт противоправного поведения руководителя, недобросовестность или неразумность его деи?ствии?; наступление негативных последствии? для юридического лица в виде понесе?нных убытков, их размер; наличие причинно-следственнои? связи между противоправным поведением руководителя и убытками юридического лица; вина руководителя в причинении убытков юридическому лицу.

Вместе с тем, на бывшем руководителе должника - лице, осуществляющем распорядительные и иные, предусмотренные законом и учредительными документами функции, - лежит бремя опровержения вины в его действиях (бездействие), следствием которых являются убытки.

В обоснование исковых требований истец ссылается на причинение убытков обществу в размере 10 000 000 руб. в связи с перечислением денежных средств с расчётного счёта ООО «БИА» ФИО3 и  ФИО2 в отсутствие предусмотренных сделкой оснований и встречного предоставления.

Возражая против удовлетворения иска, ответчик указывает, что оспариваемые платежи  совершены  обществом  по договорам поручительства, то есть, существовавших на тот момент обязательственных отношений между обществом и получателями платежей. Так, в 2017 году финансово-хозяйственная деятельность общества, связанная со строительством объектов капитального строительства, осуществлялась за счёт привлечения заёмных средств, займодавцами являлись: ФИО3 и ФИО2, а заёмщиком – ФИО4, способом обеспечения исполнения заёмщиком обязательств перед займодавцами по договорам займа являлось поручительство общества перед займодавцами.

Из отзыва ФИО4 следует, что 14.08.2017 между ФИО3, ФИО2 и ФИО4, для целей дальнейшего финансирования строительства ООО «БИА», заключены договоры займа на сумму 10 000 000 руб. под 42 % годовых.

В обеспечение исполнения обязательств по займу 14.08.2017 между ООО «БИА», ФИО2, ФИО3 заключен договор № 3 об ипотеке недвижимости с кадастровым номером 55:36:090303:11937 и земельный участок с кадастровым номером 55:36:090303:3230.

Договор об ипотеке одобрен общим собранием участников ООО «БИА», что отражено в протоколе  от 14.08.2017.

Впоследствии ООО «БИА» также потребовались денежные средства для дальнейшего строительства, в связи с чем принято решение о реализации первого этажа ИП ФИО13 за 38 000 000 руб.

Протоколом общего собрания участников ООО «БИА» от 19.12.2017 указанная сделка одобрена.

В свою очередь, что заключения сделки  потребовалось  погашение регистрационной записи об ипотеке.

ФИО1 20.12.2017  произведена оплата   основного долга  по займу, поскольку ООО «БИА» являлось поручителем перед последними, запись об ипотеке погашена и  зарегистрирован переход права собственности  на ИП ФИО13 по договору купли-продажи недвижимого имущества от 20.12.2017.

В материалы дела представлен договор об ипотеке недвижимого имущества от 14.08.2017 № 3, заключённый между ФИО2 (залогодержатель-1), ФИО3 (залогодержатель-2), ООО «БИА» (залогодатель).

В соответствии с пунктом 1.4 договора ипотека установлена в обеспечение обязательства по договору № 1 денежного займа с процентами от 14.08.2017, заключённому между ФИО4 и залогодержателем-1, а так же в обеспечение обязательств по договору № 2 денежного займа с процентами от 14.08.2017, заключённому между ФИО4 и залогодержателем-2.

Сумма займа по договору № 1 денежного займа с процентами от 14.08.2017 составляет 5 000 000 руб. 00 коп., размер процентов - 42% годовых.

Сумма займа по договору № 2 денежного займа с процентами от 14.08.2017 составляет 5 000 000 руб. 00 коп, размер процентов - 42% годовых.

Срок уплаты суммы основного долга по обязательствам, обеспеченным ипотекой, - 14.08.2018, проценты на сумму основного долга выплачиваются ежемесячно не позднее 14 числа.

В соответствии с протоколом общего собрания ООО «БИА» об одобрении крупной сделки от 14.08.2017,  в  котором участвовали ФИО14 (доля участия 50%), ФИО5 (доля участия 50%), первым вопросом повести дня являлось одобрение по заключению договора № 3 об ипотеке недвижимого имущества от 14.08.2017 (в обеспечение обязательства по договору № 1 денежного займа с процентами 14.08.2017, заключённому между ФИО4 и ФИО2, договору № 2 денежного займа с процентами от 14.08.2017, заключённому между ФИО4 и ФИО3) с указанием условий обеспечиваемого ипотекой обязательства.

Участниками общества принято решение о поручении директору ООО «БИА» ФИО1 совершить необходимые действия для  заключения сделки и подписанию договора.

Между ФИО2 (кредитор) и ООО «БИА» (поручитель) заключен договор поручительства от 14.08.2017, в соответствии с пунктом 1.1 которого поручитель обязуется отвечать перед кредитором за исполнение ФИО4 по его обязательствам по договору № 1 денежного займа с процентами 14.08.2017, заключённому с кредитором.

Также в материалы дела представлен протокол общего собрания ООО «БИА» об одобрении крупной сделки от 19.12.2017, на котором участвовали ФИО14 (доля участия 50%), ФИО5 (доля участия 50%), согласно которому участниками приняты решения: одобрить сделку по заключению  договора купли-продажи недвижимого имущества от 20.12.2017 между ООО «БИА» и ИП ФИО13, следующего имущества:

- Нежилое помещение, площадь: общая ИЗО, 6 кв.м., этаж № 1, помещение 1П, адрес (местоположение): <...>, Кадастровый номер: 55:36:090303:11980;

- Нежилое помещение, площадь: общая 19,1 кв.м., этаж № 1, помещение 4П, адрес (местоположение): <...>, Кадастровый номер: 55:36:090303:11977;

-1/2 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок, общей площадью 1655+/- 14 кв.м. Категория земель: земли населенных пунктов. Виды разрешенного  использования: крытые физкультурно-оздоровительные сооружения, магазины товаров первой необходимости. Кадастровый номер: 55:36:090303:3230. Адрес (местоположение): <...>.

Сумма сделки - 38 000 000 руб.

Поручить директору ООО «БИА» ФИО1 совершить необходимые действия для совершения сделки  и  и подписанию договора.

Между ООО «БИА» в лице директора ФИО1 (продавец) и ИП ФИО13 (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества от 20.12.2017, в соответствии с пунктом 1.1 которого продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель принять и оплатить вышеуказанное недвижимое имущество.

В пункте 2.1 договора указано, что объекты имеют обременение, а именно: договор об ипотеке недвижимого имущества от 14.08.2017 № 3, в пользу ФИО2 и ФИО3, срок ограничения/ипотеки с 17.08.2017 по 14.08.2018.

Как следует из пунктов 3.1, 3.2 договора общая стоимость продаваемых по настоящему договору объектов недвижимости определена соглашением сторон и составляет 36 900 000 руб. В течение 10 банковских дней с момента подписания настоящего договора покупатель обязан произвести продавцу на расчётный счёт предоплату в размере 13 900 000 руб. 00 коп. Продавец обязан для снятия обременения/ограничения, указанного в пункте 2.1. договора направить денежные средства залогодержателям.

Платёжным поручением от 20.12.2017 № 431 ИП ФИО13 произведена оплата 13 900 000 руб.

Помимо этого, в материалы дела представлен договора займа от 16.02.2016, заключённый между ФИО1 (займодавец) и ООО «БИА» (заёмщик), согласно пункту 1.1 которого, в редакции дополнительного соглашения от 17.02.2016, займодавец передаёт заёмщику беспроцентный заем на сумму 15 000 000 руб.

Из представленного в материалы дела акта экспертного исследования ФБУ Омская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации от 30.09.2022 № 2271/3-6, квитанций, платёжных поручений, ордеров, кассовой книги общества за 2017 года усматривается, что ФИО1  вносила  денежные средства в кассу общества на основании договора займа от 16.02.2016,  которые вносились  на расчётный счёт общества.

В рамках дела № А46-3130/2023 по иску ФИО12 об исключении ФИО1 из состава участников ООО «БИА» судами установлено, что ООО «БИА» вело  деятельность по строительству торгово-спортивного комплекса. Было возведено 3 этажа объекта, первый этаж объекта реализован ИП ФИО13 за 38 000 000 руб.

Согласно пояснениям ФИО15, которая, как следует из её пояснений, сопровождала проект по строительству ООО «БИА» торгово-спортивного комплекса, в 2015 году она была приглашена ФИО1 и ФИО4 для предоставления финансовых консультаций без оформления трудовых отношений в ООО «БИА». Оформление финансовых операций ООО «БИА» осуществлялась через заёмные денежные средства, ввиду отсутствия у общества доходов.

Свидетель пояснила, каким образом осуществлялось управление обществом, в частности при непосредственном участии ФИО12 и ФИО4, и ведении бухгалтерского учёта общества в спорный период сестрой ФИО12 – ФИО16

Так, все управленческие решения в обществе принимались совместно ФИО12, ФИО4, ФИО1 В переговорах и подготовке документов участвовал лично как ФИО12, так и ФИО4, в 2015-2016 году участниками общества были: ФИО5 (супруга ФИО12) и ФИО1 (гражданская супруга ФИО4, в указанный период времени). ФИО1 согласовывала документы, которые связаны со стройкой, контролировала подрядчиков, выезжала на объекты с технадзором.

В начале 2018 года от гр-на ФИО13 обществом были получены денежные средства после продажи первого этажа в строящемся комплексе. С 2015 года строительство осуществлялось за счёт заемных средств, также на счёт ООО «БИА» вносились денежные средства, представленные ФИО1 в размере около 20 000 000 – 25 000 000 руб. В 2016 году на счета ООО «БИА» поступили денежные средства от организаций «Сибмедстрой» - ФИО12, а также от сестры ФИО12 - ИП ФИО16 Необходимость выделения денежных средств на очередной этап строительства определялась собранием, на котором присутствовали свидетель, ФИО12, ФИО4, ФИО1, ФИО1 определяла необходимые платежи для обеспечения строительства комплекса.

Участники пригласили ФИО15 для сверки расчетов вложений и получения денежных средств с 2015 года с самого начала вложения всех средств, включая все займы. По результатам проведения сверки расчётов были учены все займы от ФИО16, ФИО5, заем от «Сибметсрой» и займы, поступившие от компании ФИО4, ФИО1, в целях уравнивания размер уставного капитала был изменён, фактически погасив задолженность ФИО16 Таким образом, пропорция распределения долей была изменена в пользу ФИО12, погасив тем самим, перед ФИО12 задолженность, после принятия решения доля ФИО4 (44 %) составила уже меньше у ФИО12 больше (56 %). В 2020 году после реализации первого этажа ИП Булкину совершены сделки вывода денежных средств, в том числе физическим лицам Флек и ФИО2, денежные средства данных лиц привлекались в ходе сделки для достройки в общей сумме на 10 000 000 руб. под залог строящегося объекта, данная сделка была совершена перед продажей первого этажа ИП ФИО13. ИП ФИО13 при покупке первого этажа строящегося комплекса знал о залоге объекта, одним из условий сделки и перечисления денежных средств было погашение задолженности перед Флеком и ФИО2, в целях снятия залога. После получения денежных средств от ИП ФИО13 и перечисления 10 000 000 руб. задолженности Флеку и ФИО2, залог был снят в добровольном порядке. Остаток денежных средств, полученных от ИП ФИО13, распределён ФИО4 и ФИО12

Свидетель также пояснила, что сделки по перечислению денежных средств директором ФИО1 были как на счета аффилированных компаний, принадлежащим ФИО4, так и счета аффилированных компаний, принадлежащим ФИО12 ООО «Монолитстрой» ежемесячно представляла акты задолженности ООО «БИА». ФИО12 получал наличные денежные средства в кассе ООО «БИА», о получении наличных денежных средств знали и ФИО4, и ФИО1

Внесение денежных средств ФИО15 на расчётный счёт ООО «БИА»  по поручению ФИО1 осуществлялось по доверенности. При этом в общую сумму денежных средств в размере 20 000 000 руб., вносимых ФИО1, также входили денежные средства, представленные Флеком и ФИО2. Заёмщиком по договорам являлся ФИО4, а не ООО «БИА».

Как указал апелляционный суд, ФИО12, ссылаясь на необоснованное расходование ФИО1 денежных средств общества в размере 39 106 461 руб. 70 коп., не представил доказательств, что совершённые операции по перечислению денежных средств не были направлены на реализацию проекта по строительству торгово-спортивного комплекса, поскольку иные средства общества, расходование которых на цели строительства не оспаривается, в полной мере покрыли расходы по строительству объекта.

Как пояснил свидетель ФИО15 в судебном заседании суда первой инстанции и в качестве приложения сам истец представил распечатку скриншота электронного письма от 28.09.2018, 09:40, направленного с электронной почты ФИО15 в адрес ФИО12, согласно которому, ФИО12 поступил расчёт задолженности ООО «БИА» перед ФИО12 с учётом выхода из проекта на 28.09.2018, и получение прибыли ФИО4 от реализации первого этажа, в котором содержится «Отчет примерный по расходу денег ФИО13», что свидетельствует об осведомлённости ФИО12 о расходовании денежных средств, поступивших от продажи первого этажа здания ИП ФИО13

Апелляционным судом установлено, что с сентября 2018 года (то есть более пяти лет) ФИО12 достоверно известно о порядке расходования и распределения денежных средств, полученных от реализации недвижимости, проданной ИП ФИО13, каких-либо действий по оспариванию такого распределения прибыли, как и распределение доли участников, не принимал. ФИО12, ФИО4, ФИО1 пришли к обоюдному соглашению о пропорции распределения уставного капитала общества соразмерно внесенной капитализации, а именно было учтено то, что на долю предприятий, взаимосвязанных с ФИО4, пришлась большая сумма погашения внесённых займов, чем на долю ФИО12, в связи с чем ФИО12 получил удовлетворение своих требований посредством увеличения его доли до 56% уставного капитала.

Общество управлялось непосредственно группой лиц (ФИО12, ФИО4, ФИО1), а выдача и возврат денежных средств по основаниям займа имели своей целью докапитализацию общества, с целью завершения реконструкции объекта и получения прибыли, что в частности объясняет нераскрытые экономические мотивы и отсутствие разумных объяснений по выдаче и возврату заёмных денежных средств участников общества и иных подконтрольных организаций.

Также апелляционным судом отмечено, что ФИО1 хоть и занимала должность единоличного исполнительного органа ООО «БИА», но при этом все решения относительно финансово-хозяйственной деятельности общества принимались совместно, при участии (либо осведомленности) в том числе ФИО12, являющегося мажоритарным участником общества.

ФИО12, так же как и ФИО1, предпринимал действия по финансированию строительства, путём предоставления займа обществу, и в последующем получал возврат денежных средств из кассы общества, о чём свидетельствуют представленные в материалы дела расходные кассовые ордера, он не мог не обладать сведениями о порядке поступления денежных средств на расчётные счёта общества и их последующем распределении.

Исходя из смысла статьи 69 АПК РФ, преюдиция - это установление судом конкретных фактов, которые закрепляются в мотивировочной части судебного акта и не подлежат повторному судебному установлению при последующем разбирательстве иного спора между теми же лицами. Преюдиция распространяется на установление судом тех или иных обстоятельств, содержащихся в судебном акте, вступившем в законную силу, если последние имеют правовое значение и сами по себе могут рассматриваться как факт, входивший в предмет доказывания по ранее рассмотренному делу.

Таким образом, вступившими в законную силу судебными актами по делу № А46-3130/2023 установлены обстоятельства управления обществом группой лиц (ФИО12, ФИО4, ФИО1), а также привлечения заёмных денежных средств в целях финансирования деятельности общества в целях завершения реконструкции объекта и получения прибыли.

При рассмотрении настоящего дела доказательств, опровергающих установленную  по ранее рассмотренном делу структуру и модель управления обществом, источники финансовых средств для осуществления деятельности по строительству объекта, не представлены.  

В связи с чем, суд отклоняет доводы жалобы о том, что  установленные по делу  № А46-3130/2023 обстоятельства не имеют значение для разрешения настоящего спора.

 Общество с ограниченной ответственностью представляет собой объединение капиталов, вложенных его участниками в деятельность общества с расчётом на извлечение прибыли от ведения общего дела (пункт 1 статьи 87 ГК РФ, пункт 1 статьи 2 Закона № 14-ФЗ, определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.10.2024 № 309-ЭС24-18072).

Участие лица в обществе с ограниченной ответственностью согласно абзацам второму и четвертому пункта 1 статьи 8 Закона № 14-ФЗ даёт такому лицу (участнику общества) право участвовать в управлении делами общества в порядке, установленном данным Законом и Уставом общества, право принимать участие в распределении прибыли общества (корпоративные права).

При этом участники общества должны действовать в общих интересах общества, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения их общей цели, состоящей в получении прибыли от совместной деятельности.

В случае нарушения данной обязанности участник общества, фактически имевший возможность определять действия юридического лица (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ) и использовавший эту возможность для получения собственной выгоды, обязан возместить убытки, причиненные хозяйственному обществу (пункт 1 статьи 53.1 ГК РФ) (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.04.2025 № 303-ЭС24-23572).

В соответствии с правовой позицией, сформированной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.04.2025 № 303-ЭС24-23691, руководитель хозяйственного общества вправе ссылаться на одобрение его действий участниками общества, включая фактическое одобрение, как на основание для освобождения от ответственности за убытки, причиненные обществу, в случае предъявления требования после изменения состава участников.

При этом одобрение действий директора может вытекать не только из формального соблюдения процедур, предусмотренных законодательством, но и из фактического поведения участника общества до и после совершения соответствующих сделок (пункт 4 статьи 1, статья 10, пункты 2 и 5 статьи 166 ГК РФ).

В силу пункта 4 статьи 157.1 ГК РФ молчание по общему правилу не признается выражением воли на совершение сделки, если иное не предусмотрено законом, соглашением сторон либо не вытекает из обычаев делового оборота или иных обстоятельств дела.

Однако в ряде случаев совокупность фактических обстоятельств, в том числе длительное осуществление деятельности в определённом порядке, сложившаяся экономическая модель, а также отсутствие возражений со стороны участников общества в отношении совершаемых директором действий, могут свидетельствовать об их  фактическом  одобрении и приводить к невозможности их оспаривания.

Правовое положение директора не может быть поставлено в зависимость от последующего изменения персонального состава участников юридического лица или изменения их отношения к  ранее одобренным действиям,  если действия директора  соответствовали  сложившейся экономической модели ведения деятельности и при наличии оснований полагать, что они соответствуют интересам общества.

Участники общества, голосовавшие за одобрение сделки, которая повлекла для общества убытки, не должны допускать противоречивого поведения при реализации своих полномочий (пункт 3 статьи 1, пункт 5 статьи 166 ГК РФ) и, следовательно, не вправе требовать возмещения руководителем общества убытков, возникших при исполнении одобренной ими сделки в отсутствие доказательств недобросовестности руководителя (например, сокрытие полной информации о сделке, нераскрытие конфликта интересов).

В данном случае   суд исходит из того,  что в ООО «БИА», фактическое руководство которым осуществлялось группой лиц (ФИО12, ФИО4, ФИО1), сложилась определённая эмодель ведения деятельности, в рамках которой ООО «БИА» привлекались заёмные денежные средства в целях строительства комплекса и последующего распределения прибыли, с дальнейшим погашением задолженности перед займодавцами.

Денежные средства в сумме 10 000 000 руб., перечисленные ФИО3 и  ФИО2 20.12.2017, получены ООО «БИА» от исполнения договора купли-продажи недвижимого имущества от 20.12.2017 с ИП ФИО13, заключённого в отношении объектов, являющихся предметом договора об ипотеке недвижимого имущества от 14.08.2017 № 3 в пользу ФИО2 и ФИО3,  который заключен в обеспечение обязательства по договору № 1 денежного займа с процентами от 14.08.2017 между ФИО4 и ФИО2, договору № 2 денежного займа с процентами от 14.08.2017 между ФИО4 и ФИО3, при этом договоры займа обеспечены поручительством ООО «БИА», которое обязалось отвечать за ФИО4

Как указано выше, заключение договора об ипотеке недвижимого имущества от 14.08.2017 № 3 одобрено протоколом общего собрания ООО «БИА» об одобрении крупной сделки от 14.08.2017, заключение договора купли-продажи недвижимого имущества от 20.12.2017 одобрено общим собранием участников  ООО «БИА» об одобрении крупной сделки от 19.12.2017.

Согласно пояснениям ФИО2, перед заключением договоров займа от 14.08.2027 № 1 и № 2, заимодавцами ставился вопрос о предоставлении обеспечения исполнения обязательств, им был предложен в залог объект недвижимости ООО «БИА», помимо этого со стороны ФИО12 предложен свой личный объект недвижимости - жилой дом, общая площадь 484,9 кв.м, предоставлены все документы, включая договор купли-продажи, кадастровый паспорт, технический паспорт, свидетельство о регистрации, однако ФИО2 отказался  принимать  в залог имущество ФИО12

Указанное обстоятельство в совокупности с действиями по одобрению сделок участниками ООО «БИА», отсутствием возражений относительно произведённых платежей на протяжении длительного времени со стороны участников общества (ФИО5, затем ФИО12), может свидетельствовать о том, что ФИО12 , очевидно, был  осведомлен о наличии обязательств ФИО4  перед ФИО2 и ФИО3, и не препятствовал действиям директора.

До смены директора в обществе соответствующее поведение ответчика не признавалось неразумным и недобросовестным, так как фактически было одобрено всеми участниками, что тождественно интересу общества.

Таким образом, действия директора фактически одобрены участниками общества, соответствовали интересам общества, что указывает на отсутствие ответственности ответчика перед обществом.

Доводы истца о том, что протокол общего собрания ООО «БИА» от 14.08.2017 является недопустимым и недостоверным доказательством, подлежат отклонению апелляционным судом.

На основании части 1 статьи 43 Закона № 14-ФЗ решение общего собрания участников общества, принятое с нарушением требований настоящего Федерального закона, иных правовых актов Российской Федерации, устава общества и нарушающее права и законные интересы участника общества, может быть признано судом недействительным по заявлению участника общества, не принимавшего участия в голосовании или голосовавшего против оспариваемого решения.

Между тем, решения, оформленные вышеуказанным протоколом, обществом и его участниками не оспаривались, в судебном порядке недействительными не признавались.

В данном случае представленные в материалы настоящего дела доказательства, в том числе расчёт задолженности ООО «БИА» перед ФИО12 на 29.07.2020, не опровергают установленных в рамках дела № А46-3130/2023 обстоятельств, в том числе  о том,  что ФИО12  должно было быть  известно о порядке расходования и распределения денежных средств, полученных от реализации недвижимости, проданной ИП ФИО13

Кроме того, судебными актами по делу № А46-3130/2023 подтверждается факт наличия корпоративного конфликта в обществе, в том числе конфликта ФИО4 и ФИО12, которые утратили единую цель в продолжении совместной деятельности.  Между тем, в данном случае спорные платежи совершены задолго до этого конфликта.

В то же время, применение норм гражданского законодательства при наличии корпоративного конфликта должно быть основано на необходимости соблюдения разумного баланса экономических интересов отдельных участников спора и общества в целом, механизм взыскания убытков не должен использоваться в качестве средства давления по корпоративным вопросам (по управлению в обществе, избранию руководителя, стратегии развития и т.д.).

 В условиях продолжающегося корпоративного конфликта вопрос о наличии либо отсутствии оснований для возмещения руководителем общества убытков должен исследоваться и получить соответствующую правовую оценку исходя из совокупного анализа не только всех установленных по данному делу обстоятельств, но и с учётом действий и поведения всех сторон корпоративного конфликта в целом, не ограничиваясь формальной констатацией наличия либо отсутствия нарушения конкретной нормы права в отдельном рассматриваемом споре.

Поскольку в рассматриваемом случае в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлено  доказательств, бесспорно подтверждающих, что поведение ФИО1 как генерального директора общества в спорный период выходило за пределы  одобряемого  поведения руководителя юридического лица, обстоятельства, свидетельствующие о недобросовестности или неразумности действий (бездействия) ответчика, не  представлены,   учитывая, что механизм привлечения к ответственности в виде взыскания убытков с генерального директора не может быть использован для разрешения корпоративных споров, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для взыскания убытков, отклоняя доводы апелляционной жалобы истца в полном объеме.  

 По вопросу о пропуске срока исковой давности суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.  

В соответствии со статьёй 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Продолжительность общего срока исковой давности согласно пунктам 1 и 2 статьи 196 ГК РФ составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьёй 200 ГК РФ, однако срок исковой давности не может превышать десяти лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен.

На основании пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, если законом не установлено иное.

Из разъяснений, приведенных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – Постановление № 43) следует, что течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 10 постановления № 62, в случаях, когда требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Отказ в применении срока исковой давности, должен использоваться в крайних случаях, когда судом непосредственно установлено, что в результате недобросовестных действий такого лица стало невозможным либо затруднительным своевременное обращение в суд за защитой своих прав. К таким действиям можно отнести умышленное сокрытие совершенной сделки, предоставление недостоверной информации о дате её совершения и т.д. Неприменение исковой давности возможно в порядке исключения и только в случае особых обстоятельств явного злоупотребления, что нашло отражение в судебной практике (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.11.2011 № 17912/09, от 24.05.2012 № 17802/11, от 24.09.2013 № 10715/12, от 26.02.2013 № 12913/12).

В рассматриваемом случае ФИО1  исполняла  функции единоличного исполнительного органа (директора) общества в период с 17.11.2015 по 08.06.2022.

В ЕГРЮЛ 17.06.2022 внесена запись о том, что лицом, имеющем право без доверенности действовать от имени общества, является ФИО12

Вместе с тем, правовые позиции, приведённые в указанных выше судебных актах высшей судебной инстанции, касаются случаев, когда юридическое лицо было объективно лишено возможности обратиться с иском в защиту нарушенных прав (вследствие нахождения под контролем недобросовестного лица и одновременного отстранения добросовестных участников общества от использования средств корпоративной защиты).

Как следует из материалов дела, ФИО12 участвовал в принятии решений относительно финансово-хозяйственной деятельности общества в течение длительного времени, в том числе, начиная с 2015 года - через свою супругу - ФИО5

При этом, как минимум с сентября 2018 года  участникам общества должно быть  известно о порядке расходования и распределения денежных средств, полученных от реализации недвижимости, проданной ИП ФИО13, в том числе о спорных перечислениях третьим лицам через банк.

Соответственно, в настоящем споре исчисление сроков исковой давности с момента смены руководителя не может быть применено, поскольку исковое заявление фактически предъявлено в интересах второго участника общества - ФИО12

Таким образом, срок исковой давности подлежит исчислению с момента осведомлённости ФИО12 об обстоятельствах совершении и исполнения платежей ответчиком.

С учётом изложенного, на основании представленной совокупности косвенных доказательств, не опровергнутых и не оспоренных истцом, апелляционный суд приходит к выводу о наличии у другой стороны корпоративного конфликта возможности анализировать документацию, проверить обоснованность перечисления денежных средств в пользу физических лиц ещё в 2018 году.

Поскольку исковое заявление предъявлено в Арбитражный суд Омской области 11.04.2024, срок исковой давности истцом пропущен.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции правомерно отказал истцу в удовлетворении требований.

Суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции полно исследовал и установил фактические обстоятельства дела, дал надлежащую оценку представленным доказательствам и правильно применил нормы материального права, не допустив при этом нарушений процессуального закона.

Принятое по делу решение суда первой инстанции подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Расходы по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в порядке статьи 110 АПК РФ относятся на подателя жалобы.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьями 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Омской области от 15.03.2025 по делу № А46-6403/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.


Председательствующий


Л.И. Еникеева

Судьи


А.В. Веревкин

Н.А. Горобец