Постановление от 12 сентября 2019 г. по делу № А29-4518/2016

ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А29-4518/2016
г. Киров
12 сентября 2019 года
(З-2154/2018)

Резолютивная часть постановления объявлена 05 сентября 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 12 сентября 2019 года

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Дьяконовой Т.М.,

судейКормщиковой Н.А., Сандалова В.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:

представителя конкурсного управляющего: ФИО2, действующей на основании доверенности от 29.07.2019 ( до перерыва);

представителя ФИО3 – ФИО4, действующего на основании доверенности от 01.04.2018 (после перерыва),

представителя ФИО5 – ФИО4, действующего на основании доверенности от 26.07.2019 (после перерыва),

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО3 и ФИО6

на определение Арбитражного суда Республики Коми от 30.01.2019 по делу № А29-4518/2016 (З-2154/2018), принятое судом в составе судьи Шершунова А.В.,

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Управляющая Компания «Альфа» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) ФИО7

к ФИО6 (г.Сыктывкар), ФИО3 (г.Москва), ФИО5 (г.Москва), ФИО8 (ФИО9) Зелимхану Ильясовичу (пос.Средний Подкумок г.Пятигорск Ставропольского края),

с участием заинтересованных лиц - финансового управляющего ФИО5 ФИО10 и финансового управляющего ФИО3 ФИО11,

о привлечении к субсидиарной ответственности,

установил:

в рамках дела о несостоятельности общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Альфа» (далее – ООО «УК «Альфа», Компания, должник) конкурсный управляющий должником ФИО7 (далее – конкурсный управляющий) обратился в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении ФИО6, ФИО3, ФИО5, Цакаева (Идигова) Зелимхана Ильясовича (далее – ответчики) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК «Альфа» в размере 1051779197,61 руб. и взыскании с ответчиков солидарно 1051779197,61 руб.

Определением суда от 26.09.2018 к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечены финансовый управляющий ФИО5 ФИО10, финансовый управляющий ФИО3 ФИО11.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 30.01.2019 заявленные требования удовлетворены частично, взыскано в пользу ООО «УК Альфа» (в конкурсную массу):

с ФИО12 - 33728340 руб.,

с ФИО12 и ФИО6 - солидарно 12985810,70 руб.,

с ФИО12, ФИО5 и ФИО3 - солидарно 30067000 руб.,

с ФИО6, ФИО5 и ФИО3 - солидарно 2600000 руб.,

с ФИО6 - 8078340 руб.,

в удовлетворении заявления в остальной части отказано.

ФИО3, ФИО6 с принятым определением суда не согласны, обратились во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобами, в которых просят отменить определение суда от 30.01.2019 и принять по делу новый судебный акт, которым отказать конкурсному управляющему в удовлетворении заявленных требований.

По мнению ФИО3, конкурсным управляющем не доказан факт причинения убытков действиями ФИО3 Соответчики (ФИО3 и ФИО5) влияния на совершение оспоримых сделок должником не оказывали, принятию того или иного решения с участием должника не способствовали. ФИО3 являлась учредителем должника с долей участия 40% в УК предприятия; ФИО5 - не являлся учредителем общества. ФИО6 являлась контролирующим лицом должника и подпадает под положения статьи ст. 61.10 Закона о банкротстве, но в связи с корпоративными конфликтами в Обществе в период с 06.08.2015 по 08.08.2016 фактически управление должником не осуществляла. Отсутствие фактического контроля над хозяйственной деятельностью должника в указанный период исключает возможность привлечения лица к субсидиарной ответственности. ФИО13 подпадает под положения статьи ст. 61.10 Закона о банкротстве, но его ответственность ограничивается периодом с января 2016 года по август 2016 года. Требования конкурсного управляющего в части привлечения к субсидиарной ответственности по ст.61.11 Закона о банкротстве не подлежат удовлетворению. Сделки оспорить не могли, т.к. о них не знали, доступ к помещению ТЦ «Парма» был прекращен по указанию ФИО13 до августа 2016 года, документы по сделкам не передавались. ФИО6 не может нести ответственность за исполнение заключенных договоров ФИО14, ФИО13, оспаривание сделок на основании нарушения очередности не является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности. Сумма реестровой задолженности составляет 21606219,31 руб., что является максимально возможным размером привлечения к субсидиарной ответственности. ФИО13 не может нести ответственность за исполнение заключенных договоров ФИО14 Б-ны не исполняли обязанности единоличного исполнительного органа должника, привлечение к субсидиарной ответственности в рамках ст.61.12 Закона о банкротстве не подлежит удовлетворению. Статья 61.12 Закона о банкротстве не предусматривает солидарной ответственности учредителей и руководителя должника, что исключает удовлетворение требований в заявленных размерах. Конкурсным управляющим не доказан момент возникновения неплатежеспособности. В финанализе указан 4 квартал 2015 года, в момент «директорства» ФИО14 Задолженность перед ООО «Сити Констракшн Менеджмент» является спорной, возникла на основании решения суда в декабре 2016 года, сумма 950000 рублей менее 1% активов должника. По оспоренным сделкам имеется исполнительный лист, таким образом, при удовлетворении требований конкурсного управляющего произойдет «задвоение» задолженности. ФИО13 не передавал документы, ему не передал документы ФИО14; ФИО13 не был привлечен при оспаривании сделок как третье лицо, соответственно, на него не распространяется преюдиция в данном вопросе. Конкурсным управляющим не доказан факт наличия реальной дебиторской задолженности в размере 23447000,0 руб.; информация о размере дебиторской задолженности, содержащаяся в бухгалтерском балансе должника, без подтверждающих документов, не может являться объективной.

В апелляционной жалобе ФИО6 указала, что не признает вину в причинении убытков должнику совершением оспоренных сделок, поскольку в условиях корпоративного конфликта она никаким образом не могла повлиять на исполнение или расторжение оспоренных сделок, не располагала документами, в связи с чем, была лишена возможности изучить уже исполненные документы и поставить их под сомнение, в связи с чем, полагает, что ее вина в причинении убытков должнику, связанных с заключением и исполнением данных сделок, отсутствует, а именно:

- в отношении недействительных договора аренды с правом субаренды от 25.04.2016 между ООО «УК «Альфа» и ООО «ЛигаГрупп», договора от 26.01.2016 между ООО «УК Альфа» и ФИО15, которые были подписаны от ООО «УК «Альфа» ФИО13, исполнялись им;

- изначально денежные средства перечислялись ФИО13 по признанной недействительной Арбитражным судом Республики Коми сделке по перечислению ООО «УК «Альфа» денежных средств в размере 32667000 руб. в пользу ООО «АртСтрой» в счет погашения задолженности по оплате гарантийных обязательств по дополнительному соглашению к договору генерального подряда № 1 -26/03/2016 от 26.03.2013;

- определением Арбитражного суда Республики Коми от 23.06.2017 г. по делу №А29-4518/2016 (3-31660/2017) с ФИО6 в конкурсную массу Должника в рамках указанного обособленного спора уже взысканы денежные средства по признанной недействительной Арбитражным судом Республики Коми сделке по перечислению ООО «УК «Альфа» в пользу ООО «ИФК БизнесГрупп» денежных средств в размере 6000000,0 руб. в счет погашения задолженности по договору займа от 16.05.2013. Взыскание их в рамках настоящего обособленного спора будет означать их повторное взыскание, то есть возникла двойная ответственность за одно и то же действие;

- изначально денежные средства перечислялись ФИО13 по признанному недействительным договору на оказание охранных услуг от 01.06.2016 №01-07/16 между ООО «УК «Альфа» и ООО ЧОП «Факел - Служба охраны».

Конкурсный управляющий ООО «УК «Альфа» ФИО7 в отзыве на апелляционные жалобы с доводами жалоб не согласен, считает определение суда законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, а жалобы – без удовлетворения.

В судебном заседании 15.05.2019 представитель ФИО3 заявил устное ходатайство об отложении судебного заседания с целью заключения мирового соглашения

Рассмотрение апелляционных жалоб в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) было отложено до 11.06.2019.

В соответствии со статьей 18 АПК РФ в составе суда была произведена замена судьи Сандалова В.Г. в связи с нахождением его в отпуске на судью Шаклеину Е.В., рассмотрение дела начато сначала.

От представителя ФИО3 поступило ходатайство об отложении судебного заседания с целью проведения внеочередного собрания кредиторов по согласованию условий мирового соглашения.

ФИО5 в отзыве на жалобы указал на то, что суд неправомерно привлек ФИО5 к ответственности по взысканию убытков. В рассматриваемом случае, ФИО5 не может быть признан лицом контролирующим должника. Суд первой инстанции, верно оценив материалы дела, дал им не верную оценку. Суд не дал оценку позициям ФИО6, ФИО3, ФИО13, согласно которой соответчики (ФИО16 и ФИО16) никакого влияния на совершение оспоримых сделок не оказывали, принятию того или иного решения с участием должника не способствовали. Кроме того, суд первой инстанции уклонился от оценки доводов сторон, о том, что при взыскании убытков произойдет задвоение задолженности. В момент рассмотрения дела, дебиторская задолженность по оспоренным сделкам реализовывалась конкурсным управляющим. На момент вынесения судебного акта, заложенность не была реализована, однако, при реализации задолженности произошло бы двойное возмещение в пользу должника. Судом не рассмотрен вопрос, что убытки, взысканные с контролирующих лиц, уже были оценены и реализовывались на момент рассмотрения спора. В случае отказа от удовлетворения жалоб, получится ситуация, при которой ООО УК «Альфа» получило денежные средства за реализацию дебиторской заложенности, но одновременно с этим, получит возможность повторного взыскания денежных средств с ответчиков. При этом конкурсный управляющий не отказывается от исковых требований и даже не уменьшает сумму задолженности на размер выручки, полученной от продажи дебиторской задолженности.

Рассмотрение дела в порядке статьи 158 АПК РФ отложено до 31.07.2019.

В соответствии со статьей 18 АПК РФ в составе суда была произведена замена судьи Кормщиковой Н.А. в связи с нахождением ее в отпуске на судью Сандалова В.Г.

В материалы дела поступил протокол заседания комитета кредиторов ООО УК «Альфа» от 21.06.2019, согласно которому кредиторами принято решение не заключать мировое соглашение в рамках обособленного спора о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц на условиях оплаты третьим лицом за ответчиков в пользу должника – ООО УК «Альфа» денежных средств в размере 10 млн.руб. и отказом ООО УК «Альфа» от требований в остальной части долга.

Рассмотрение дела в порядке статьи 158 АПК РФ отложено до 29.08.2019.

В соответствии со статьей 18 АПК РФ в составе суда была произведена замена судьи Шаклеиной Е.В. в связи с нахождением ее в отпуске на судью Кормщикову Н.А.

От представителя ФИО3, ФИО5 поступили дополнительные пояснения, в которых заявители указывают, что определение суда по пяти эпизодам, в частности по признанным недействительными сделками между ООО «Артстрой» и ООО «УК «Альфа» на сумму 32667000 руб., между ООО «ИФК Бизнес групп» и ООО «УК «Альфа» на сумму 6000000 руб., между ООО «Лигагрупп» и ООО «УК «Альфа» на сумму 10885811 руб., между Адвокатом Масловым Т.В и ООО «УК «Альфа» на сумму 2100000 руб., между ООО «ЧОП Факел служба охраны» и ООО «УК «Альфа» на сумму 5275020 руб. - подлежит отмене, так как необоснованно взысканы убытки с ответчиков. Вся дебиторская задолженность по оспоренным сделкам была реализована конкурсным управляющим на общую сумму 1639777 руб.

Суду заявлено ходатайство об объявлении перерыва в судебном заседании до 04.09.2019.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего настаивал на возражениях по жалобам, изложенным в отзыве, представил документы по реализации дебиторской задолженности.

В судебном заседании 29.08.2019 в порядке статьи 163 АПК РФ по ходатайству ответчиков объявлен перерыв до 05.09.2019; информация о перерыве размещена на официальном сайте Второго арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

Законность определения Арбитражного суда Республики Коми от 30.01.2019 проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, Арбитражный суд Республики Коми определением от 16.05.2016 принял к производству заявление Банка «Финансовая Корпорация Открытие» о признании должника несостоятельным (банкротом); решением от 11.01.2017 Компания признана несостоятельной (банкротом), в отношении имущества должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО7

Согласно представленным ФНС России сведениям от 24.01.2018 об учредителях, руководителях за весь период деятельности в отношении ООО «УК «Альфа» (т.2 л.д.54-56) с 16.05.2011 по 16.01.2017 руководителем Компании являлась ФИО6 (трудовой договор с ФИО6 как с генеральным директором ООО «УК Альфа» - т.1 л.д.13-18), учредителями ООО «УК «Альфа» являются: с 08.10.2013 ФИО17, с 08.12.2013 ФИО3, с 09.12.2014 - ФИО14 (брат ФИО3).

В соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ в отношении должника ФИО17 обладает долей в уставном капитале должника в размере 20%, ФИО3 и ФИО14 долями в размере по 40% каждый (т.6 л.д.43-54) .

ФИО5, являющийся супругом ФИО3, занимал должность заместителя генерального директора ООО «УК «Альфа» (трудовой договор от 01.07.2015 - т.1 л. 27-30).

В условиях корпоративного конфликта в период с февраля 2016 года по август 2016 года полномочия руководителя ООО «УК «Альфа» осуществлял ФИО12, что подтверждается решением Арбитражного суда Республики Коми от 06.05.2016 по делу № А29-12249/2015, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 10.08.2016

Считая, что указанные выше лица являлись контролирующими должника лицами по смыслу пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, руководитель ООО «УК «Альфа» был обязан обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника не позднее 01.02.2015, из-за недобросовестных действий указанных лиц совершены сделки, причинившие вред имущественным правам кредиторов, не погашены требования кредиторов, общество доведено до банкротства, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО6, ФИО3, ФИО5, ФИО12 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК «Альфа» в размере 1051779197,61 руб. и солидарном взыскании с них 1051779197,61 руб. Основаниями для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий указал статьи 61.11, 61.12, 61.13 Закона о банкротстве.

Рассмотрев заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводам о том, что конкурсным управляющим не доказано, что банкротство должника наступило по вине ответчиков, в связи с чем, руководствуясь пунктом 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), применил общие положения о возмещении убытков и взыскал в пользу ООО «УК Альфа» (в конкурсную массу): с ФИО12 - 33728340 руб., с ФИО12 и ФИО6 - солидарно 12985810,70 руб., с ФИО12, ФИО5 и ФИО3 - солидарно 30067000 руб., с ФИО6, ФИО5 и ФИО3 - солидарно 2600000 руб., с ФИО6 - 8078340 руб.

Из апелляционных жалоб следует, что ФИО3, ФИО6 не согласны с определением суда первой инстанции в части взыскания с них убытков. ФИО5 в отзыве указал на то, что суд неправомерно привлек его к ответственности по взысканию убытков не как контролирующего лица, а как лицо, которое являлось единственным участником и директором ООО «Артстрой».

В соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного акта только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Согласно абзацу 4 пункта 25 Постановления Пленума ВАС РФ от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» при наличии в пояснениях к жалобе либо в возражениях на нее доводов, касающихся обжалования судебного акта в иной части, чем та, которая указана в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции осуществляет проверку судебного акта в пределах, определяемых апелляционной жалобой и доводами, содержащимися в пояснениях и возражениях на жалобу.

Таким образом, суд апелляционной инстанции осуществляет проверку обжалуемого судебного акта в рамках доводов, изложенных как в апелляционной жалобе, так и в отзыве на нее.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб и отзывов на них, заслушав представителей конкурсного управляющего и заявителей, суд апелляционной инстанции установил.

При рассмотрении заявления конкурсного управляющего суд первой инстанции руководствовался нормами главы III.2 Закона о банкротстве, введенными в действие Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ (далее – Закон № 266).

Законом N 266 признана утратившей силу статья 10 Закона о банкротстве "Ответственность должника и иных лиц в деле о банкротстве"; Закон о банкротстве дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве". В новой главе содержатся материально-правовые нормы, регулирующие основания и условия для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, а также процессуальные положения, устанавливающие порядок подачи и правила рассмотрения соответствующих заявлений.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона N 266 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу названного закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона N 266.

Исходя из общих принципов действия норм гражданского и процессуального законодательства во времени, закрепленных в статье 4 Гражданского кодекса Российской Федерации и в части 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, поданные с 01.07.2017, подлежат рассмотрению с учетом процессуальных положений норм главы III.2 Закона о банкротстве. При этом если действия (бездействие) контролирующих должника лиц, положенные в обоснование заявления о привлечении их к субсидиарной ответственности, имели место до 01.07.2017, то к этим отношениям применяются материально-правовые нормы о субсидиарной ответственности, действовавшие до даты вступления в силу Закона N 266.

В рассматриваемом случае заявление о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности подано 12.01.2018, следовательно, к спорным правоотношениям подлежат применению процессуальные нормы главы III.2 Закона о банкротстве. В тоже время, поскольку вменяемые ответчикам действия имели место до 01.07.2017, то к рассматриваемым отношениям должны применяться материально-правовые нормы о субсидиарной ответственности, действовавшие до даты вступления в силу Закона № 266, то есть статья 10 Закона о банкротстве в редакции закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Закон № 134).

В силу пункта 1 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в случае, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Таким образом, статья 10 Закона о банкротстве предусматривала два самостоятельных вида ответственности контролирующих должника лиц: привлечение их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (пункты 2, 4) и взыскание с них убытков, возникших в результате неправомерных действий (пункт 1).

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, также имеет значение вина субъекта ответственности и причинно-следственная связь между действиями (бездействием) контролирующего должника лица и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Суд первой инстанции проанализировал указанные конкурсным управляющим сделки, совершенные контролирующими должника лицам, которые признаны судом недействительными, и пришел к выводу о том, что эти сделки не оказали существенного влияния на финансовое состояние общества и не явились причиной банкротства, в связи с чем суд пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения контролирующих должника лиц по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Данные выводы суда первой инстанции лицами, участвующими в деле не оспариваются, в связи с чем не являются предметом рассмотрения в суде апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции рассматривает доводы заявителей жалобы в части взыскания убытков с контролирующих должника лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

В силу пункта 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

Согласно пункту 4 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон №14-ФЗ), руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.

В силу статьи 44 Закона № 14-ФЗ члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 статьи 53.1 ГК РФ, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ).

В случае совместного причинения убытков юридическому лицу лица, указанные в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, обязаны возместить убытки солидарно (пункт 4 статьи 53.1 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), в случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред, исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

При рассмотрении вопроса об ответственности руководителей должника необходимо иметь в виду, что физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной, так и для деликтной ответственности необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя вреда (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами.

Вместе с тем, по общему правилу предполагается, что ситуация невозможности исполнения должником имеющихся обязательств обусловлена в первую очередь причинами экономического характера, а не наличием умысла со стороны руководителя должника, действия которого признаются не выходящими за пределы обычного разумного делового риска даже при наличии негативных последствий принятия им управленческих решений, поскольку возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Таким образом, ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Согласно пункту 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62) недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействия) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку на заведомо невыгодных для юридического лица условиях.

В соответствии с пунктами 3 и 4 Постановления № 62 неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации, или до принятия решения не предпринял действия, направленные на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах. Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо.

Согласно пункту 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25), абзацу второму пункта 1 Постановления № 62 негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ заявитель должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В рассматриваемом случае наличие убытков конкурсный управляющий должником связывает с неправомерными действиями ответчиков ФИО3, ФИО5, ФИО6, связанными с исполнением должником сделок, признанных в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «УК Альфа» недействительными, а именно:

-определением Арбитражного суда Республики Коми от 14.11.2017 по обособленному спору № А29-4518/2016 (З-77286/2017) признана недействительной сделка по перечислению ООО «УК Альфа» в ООО «ХелиАэроСервис» денежных средств в сумме 31650000 руб. по платежному поручению № 4 от 20.02.2016, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «ХелиАэроСервис» в пользу ООО «УК Альфа» денежных средств в сумме 31650 000 руб. и расходы по уплате государственной пошлины в сумме 6000 руб. (т.1 л.д.58-71);

- определением Арбитражного суда Республики Коми от 12.12.2017 по обособленному спору № А29-4518/2016 (З-70253/2017) признан недействительным договор аренды с правом субаренды от 25.04.2016, заключенный между ООО «УК «Альфа» и ООО «Лига Групп», применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Лига Групп» в пользу ООО «УК «Альфа» неосновательного обогащения в размере 10885810,70 руб. (т.1 л.д.72-87);

- определением Арбитражного суда Республики Коми от 17.10.2017 по обособленному спору № А29-4518/2016 (З-70255/2017) признано недействительным соглашение о правовом обслуживании от 26.01.2016, заключенное между ООО «УК Альфа» и Масловым Тимофеем Владимировичем, акты сдачи-приемки оказанных услуг и платежи, совершенные в пользу Маслова Т.В. на сумму 2100000 руб., применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с Маслова Т.В. в пользу ООО «УК «Альфа» 2100000 руб. полученных денежных средств (т.1 л.д.88-103);

- определением Арбитражного суда Республики Коми от 17.10.2017 по обособленному спору № А29-4518/2016 (З-70251/2017) признана недействительной сделка по увеличению размера заработной платы ФИО6, оформленная дополнительным соглашением от 10.08.2016 к трудовому договору от 06.05.2011, действия по перечислению денежных средств ФИО6 30.12.2016 в размере 706381,50 руб., 09.01.2017 в размере 1000000 руб., применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6 в пользу ООО «УК «Альфа» 2582970,85 руб. (т.1 л.д.104-111);

- определением Арбитражного суда Республики Коми от 23.06.2017 по обособленному спору № А29-4518/2016 (З-31660/2017) признан недействительным платеж на сумму 6000000 руб., совершенный ООО «УК Альфа» в пользу ООО «Инвестиционная Финансовая Компания БизнесГруп», применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Инвестиционная Финансовая Компания БизнесГруп» в пользу ООО «УК Альфа» 6000000 руб. (т.1 л.д.112-117);

- определением Арбитражного суда Республики Коми от 17.07.2017 по обособленному спору № А29-4518/2016 (З-31662/2017) признана недействительной сделка по увеличению размера заработной платы ФИО5, оформленная приказом от 10.08.2016 и дополнительным соглашением от 10.08.2016, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО5 в пользу ООО «УК Альфа»766180 руб. (т.1 л.д.118-122);

- определением Арбитражного суда Республики Коми от 17.07.2017 по обособленному спору № А29-4518/2016 (З-31655/2017) признана недействительной сделка по увеличению размера заработной платы ФИО3, оформленная приказом от 10.08.2016 и дополнительным соглашением от 10.08.2016, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в пользу ООО «УК Альфа» 841302,88 руб. (т.1 л.д.123-127);

- определением Арбитражного суда Республики Коми от 15.05.2017 по обособленному спору № А29-4518/2016 (З-31658/2017) признаны недействительными платежи на сумму 32667000 руб., совершенные ООО «УК Альфа» в пользу ООО «АртСтрой», применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «АртСтрой» в пользу ООО «УК Альфа» 32667000 руб. (т.1 л.д.128-136);

- определением Арбитражного суда Республики Коми от 15.09.2018 по обособленному спору № А29-4518/2016 (З-14759/2018) признана недействительной сделка должника - договор на оказание охранных услуг от 01.06.2016 № 01-07/16, заключенный между ООО «УК «Альфа» и ООО Частная Охранная Организация «Факел - Служба охраны», в части стоимости услуг превышающей 507220 руб. в месяц, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО Частная Охранная Организация «Факел - Служба охраны» в конкурсную массу ООО «УК «Альфа» 5275020 руб., 6000 руб. расходов по уплате государственной пошлины, 5000 руб. - расходов по оплате услуг эксперта.

Кроме того, заочным решением Гурьевского районного суда Калининградской области от 09.10.2017 по делу № 2-1448/2017 с ФИО14 в пользу ООО «УК Альфа» взыскано 12000000 руб. в счет неосновательного обогащения по денежным переводам на карточный счет от 15.01.2016, 22.01.2016, от 08.02.2016 (т.4 л.д.12-13).

В совокупности по всем указанным сделкам причиненный ущерб должнику составил 104768284,43 руб.

Материалами дела подтверждено, что с 16.05.2011 по 16.01.2017 руководителем ООО «УК Альфа» являлась ФИО6 (трудовой договор с ФИО6 как с генеральным директором ООО «УК Альфа» - т.1 л.д.13-18), учредителями ООО «УК «Альфа» являлись: с 08.10.2013 ФИО17 (доля 20%), с 08.12.2013 ФИО3 (доля 40%), с 09.12.2014 - ФИО14 (доля 40%, брат ФИО3, умер 24.01.2018) (т.2 л.д.54-56,149, т.6 л.д.43-54).

Согласно трудовому договору от 31.12.2013 ФИО3 являлась также заместителем генерального директора (т.1 л.д.21-24), а с 01.07.2015 заместителем генерального директора стал ФИО5, являющийся супругом ФИО3 (трудовой договор - т. 1 л. 27-30).

Кроме того, решением Арбитражного суда Республики Коми от 06.05.2016, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 10.08.2016, признаны недействительными решения общего собрания участников ООО «УК «Альфа», оформленные:

- дополнительным протоколом от 06.08.2015 об освобождении ФИО6 от должности генерального директора Общества с 06.08.2015, назначении ФИО14 на должность генерального директора Общества с 06.08.2015, назначении ФИО17 на должность исполнительного директора Общества с 06.08.2015;

- протоколом от 12.01.2016 о назначении на должность генерального директора общества ФИО13 Суд также признал недействительными записи в Едином государственном реестре юридических лиц за № 2151101174409 от 16.11.2015, за № 2161101056301 от 20.01.2016 в отношении ООО «УК «Альфа»; восстановлена в Едином государственном реестре юридических лиц запись за № 2111101036430.

Оценив обстоятельства заключения, исполнения вышеуказанных недействительных сделок, приняв во внимание корпоративный конфликт в обществе, суд первой инстанции в отношении ФИО3, ФИО5 и ФИО6 установил:

- договор аренды от 25.04.2016 между ООО «УК Альфа» и ООО «Лига Групп»

подписан ФИО12 в период осуществления им полномочий руководителя должника (лист 10 определения Арбитражного суда Республики Коми от 12.12.2017 по обособленному спору № А29-4518/2016 (З-70253/2017)) и арендные платежи с апреля 2016 года по август 2016 года производились в период осуществления им полномочий руководителя должника; во исполнение пункта 3.1 договора аренды в период с 04.04.2016 по 24.12.2016 между должником и ответчиком было подписано 24 дополнительных соглашения, которыми устанавливается сумма ежемесячной арендной платы, следовательно, ФИО6, подписав дополнительные соглашения, фактически одобрила заключенный ФИО12 договор аренды и в период осуществления ею полномочий руководителя должника продолжила исполнение данного договора, поэтому убытки в размере 10885810,70 руб. подлежат взысканию солидарно с ФИО13 и ФИО6;

- договор от 26.01.2016 между ООО «УК Альфа» и ФИО15, акты выполненных работ подписаны ФИО13 в период осуществления им полномочий руководителя должника (листы 3-4 определения Арбитражного суда Республики Коми от 17.10.2017 по обособленному спору № А29-4518/2016 (З-70255/2017)), платежи произведены в период с декабря 2016 года по январь 2017 года (лист 7 указанного определения), то есть в период осуществления ФИО6 полномочий руководителя должника, поэтому денежные средства в размере 2100000 руб., перечисленные должником ФИО15 подлежат взысканию солидарно с ФИО13 и ФИО6;

- денежные средства в размере 6000000 руб., перечисленные ООО «УК Альфа» в пользу ООО «Инвестиционная Финансовая Компания БизнесГруп» 09.09.2016 в счет погашения задолженности по договору от 16.05.2013, подлежат взысканию с ФИО6, поскольку платежи произведены в период осуществления ею полномочий руководителя должника, кроме того, ФИО6 являлась руководителем и единственным учредителем ООО «Инвестиционная Финансовая Компания БизнесГруп», то есть произведен ею в свою пользу как бенефициара (лист 5 определения Арбитражного суда Республики Коми от 23.06.2017 по обособленному спору № А29-4518/2016 (З-31660/2017);

- денежные средства в размере 32667000 руб., перечисленные должником в пользу ООО «АртСтрой», подлежат взысканию в следующем порядке:

- с ФИО12, ФИО5 и ФИО3 солидарно в размере 30067000 руб. (платежи от 10.06.2016, от 29.06.2016, от 05.07.2016, от 08.07.2016, от 11.07.2016, от 15.07.2016, от 21.07.2016, от 03.08.2016, от 04.08.2016, от 09.08.2016, от 10.08.2016, от 15.08.2016, от 30.08.2016, от 30.08.2016 на суммы соответственно 3617000 руб., 1100000 руб., 1900000 руб., 2700000 руб., 1700000 руб., 1200000 руб., 1500000 руб., 1500000 руб., 1500000 руб., 2950000 руб., 1950000 руб., 2550000 руб., 2950000 руб., 2950000 руб.), поскольку платежи произведены в период осуществления ФИО12 полномочий руководителя должника и распоряжения им счетом (согласно карточкам Банка с образцами подписей и оттиска печати), ФИО5 на момент перечислений являлся единственным учредителем и руководителем ООО «Арт-Строй» (лист 8 определения Арбитражного суда Республики Коми от 15.05.2017 по обособленному спору № А29-4518/2016 (З-31658/2017)), следовательно, извлек выгоду из данной сделки, и ФИО3 как заинтересованного лица (ФИО5 - супруг ФИО3);

- с ФИО6, ФИО5 и ФИО3 солидарно в размере 2600000 руб. (платежи от 02.12.2016, от 18.12.2016 на суммы соответственно 1300000 руб., 1300000 руб.), поскольку платежи произведены в период осуществления ФИО6 полномочий руководителя должника и распоряжения ею счетом, ФИО5, как указано выше, на момент перечислений являлся единственным учредителем и руководителем ООО «Арт-Строй», и ФИО3 как заинтересованного лица;

- денежные средства в размере 4156680 руб., перечисленные ООО «УК Альфа» в пользу ООО Частная Охранная Организация «Факел - Служба охраны», подлежат взысканию в следующем порядке:

- с ФИО12 в размере 2078340 руб. (платежи от 04.08.2016, от 17.08.2016, от 31.08.2016 на суммы 1200000 руб. каждый), поскольку договор заключен ФИО12 и указанные платежи произведены в период осуществления полномочий руководителя должника (лист 6 определения Арбитражного суда Республики Коми от 15.09.2018 по обособленному спору № А29-4518/2016 (З-14759/2018)), исходя из применения судом недействительности сделки в части стоимости услуг, превышающей 507220 руб. в месяц;

- с ФИО6 в размере 2078340 руб. (платежи от 25.10.2016, от 07.11.2016, от 05.12.2016 на суммы 1200000 руб. каждый), поскольку указанные платежи произведены в период осуществления ФИО6 полномочий руководителя должника (лист 6 определения Арбитражного суда Республики Коми от 15.09.2018 по обособленному спору № А29-4518/2016 (З-14759/2018)), исходя из применения судом недействительности сделки в части стоимости услуг, превышающей 507220 руб. в месяц.

Оспаривая выше изложенные выводы суда первой инстанции ФИО6 указывает на то, что в условиях корпоративного конфликта она никаким образом не могла повлиять на исполнение или расторжение оспоренных сделок - договора аренды с правом субаренды от 25.04.2016 между ООО «УК «Альфа» и ООО «ЛигаГрупп», договора от 26.01.2016 между ООО «УК Альфа» и ФИО15, по перечислению денежных средств в размере в пользу ООО «АртСтрой», ООО «ИФК БизнесГрупп», ООО ЧОП «Факел - Служба охраны», не располагала документами, в связи с чем была лишена возможности изучить уже исполненные документы и поставить их под сомнение, поэтому ее вина в причинении убытков должнику, связанных с заключением и исполнением данных сделок, отсутствует.

Суд апелляционной инстанции не может признать данные доводы заявителя обоснованными, поскольку подписание дополнительных соглашений к договорам, перечисления денежных средств в спорной сумме произошли при исполнении ФИО6 властно-распорядительных функций руководителя должника. ФИО6, подписывая дополнительные соглашения к договорам и давая распоряжение о перечислении денежных средств, обязана была располагать первичными документами, а, следовательно, могла и должна была проанализировать условия договоров и основания для перечисления денежных средств.

Таким образом, материалами дела подтверждено, что ФИО6, являясь лицом, имеющим право давать обязательные для должника указания, в том числе и в финансовой и бухгалтерской деятельности, в период осуществления полномочий руководителя должника совершила ряд действий по распоряжению имуществом должника, которые впоследствии привели к неблагоприятным финансовым последствиям для юридического лица.

ФИО6 доказательства отсутствия своей вины в причинении убытков, добросовестности и разумности своих действий, в материалы дела не представила.

При данных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для взыскания с ФИО6 убытков в оспариваемой сумме.

В соответствии с пунктом 8 Постановления № 62 удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу.

Применение последствий недействительности сделок, признанных недействительными в рамках обособленных споров, не препятствует привлечению руководителя должника к самостоятельной гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков в настоящем обособленном споре, учитывая ненадлежащее исполнение руководителем обязанностей.

Соответственно, доводы жалобы о невозможности взыскания убытков ввиду того, что данные денежные средства уже взысканы с контрагентов в виде последствий недействительности сделок, в связи с чем произойдёт двойное возмещение в пользу должника, не могут быть признаны обоснованными.

В тоже время взыскивая с ФИО3 и ФИО5 в солидарном порядке убытки в размере 32667000 руб., суд первой инстанции указал, что ФИО5 на момент совершения оспоренных сделок по перечислению денежных средств являлся единственным учредителем и руководителем ООО «Арт-Строй» (получателя денежных средств) и супругом ФИО3, то есть заинтересованным лицом, получившим выгоду из данной сделки.

Однако исходя из определения контролирующего должника лица, приведенного в статье 2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, ФИО5 и ФИО3 не обладали статусом контролирующих должника лиц.

По смыслу пункта 3 статьи 53.1 ГК РФ, разъяснений, изложенных в пункте 3 Постановления № 53, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих конечных бенефициаров является наличие у него фактической возможности давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять действия подконтрольных организаций. Осуществление таким бенефициаром фактического контроля возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности.

При этом в соответствии с приведенными в абзаце 4 пункта 3 Постановления № 53 разъяснениями, лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника. Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

В рассматриваемом случае конкурсным управляющим не представлены доказательства, которые бы свидетельствовали о том, что ФИО5 получил личную выгоду из совершенной в отношении юридического лица сделки, имел более широкие полномочия, чем предполагали функции занимаемой им должности заместителя генерального директора должника, а именно, имел возможность распоряжаться денежными средствами, давать указания об их перечислении.

Кроме того, конкурсным управляющим не подтверждено, что ФИО3, обладая долей равной 40% уставного капитала должника, фактически могла влиять на деятельность должника, самостоятельно принимать решения.

В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие, что ФИО3, ФИО5 давались должнику обязательные для исполнения указания или оказывалось влияние на принятие решений руководителем должника, которые могли быть выражены в письмах, распоряжениях, решениях учредителя, обязывающих руководителя должника перечислить денежные средства определенному получателю.

Учитывая изложенное, в условиях недоказанности наличия у ФИО3 и ФИО5 статуса контролирующих должника лиц суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии совокупности всех необходимых условий для привлечения ФИО3 и ФИО5 к ответственности в виде взыскания убытков в размере 32667000,0 руб. (денежные средства, перечисленные должником в пользу ООО «АртСтрой») на основании статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, статьи 53.1. Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, выводы суда первой инстанции о наличии оснований для взыскания убытков солидарно с ФИО3 и ФИО5 не соответствуют обстоятельствам дела, что в силу пункта 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для изменения определения суда в данной части и принятия судебного акта об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в этой части.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче заявлений по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 2), 270 (пункт 3 части 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Коми от 30.01.2019 по делу № А29-4518/2016 (З-2154/2018) в части солидарного взыскания с ФИО3 и ФИО5 убытков в размере 32667000руб. отменить.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего в данной части отказать.

В остальной части определение Арбитражного суда Республики Коми от 30.01.2019 по делу № А29-4518/2016 (З-2154/2018) оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО6 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Коми.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий

Судьи

Т.М. Дьяконова

Н.А. Кормщикова

В.Г. Сандалов