Постановление от 14 ноября 2022 г. по делу № А71-6361/2020

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-11667/2022(1)-АК

Дело №А71-6361/2020
14 ноября 2022 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 07 ноября 2022 года.


Постановление в полном объеме изготовлено 14 ноября 2022 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Саликовой Л.В.,

судей Даниловой И.П., Зарифуллиной Л.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от лица, в отношении которого совершена оспариваемая сделка, ФИО2: ФИО3, доверенность от 18.06.2020, паспорт;

от кредитора ФИО4: ФИО5, доверенность от 02.09.2020, паспорт;

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу лица, в отношении которого совершена оспариваемая сделка, ФИО2

на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики

от 03 августа 2022 года

о признании недействительным договор от 24.12.2014, заключенный между ФИО6 и ФИО2, в отношении – доли в праве 22\100 на жилой дом (здание), общей площадь 1043,2 кв.м., кадастровый номер 18:26:010265:50;

о признании недействительным договор от 24.12.2014, заключенный ФИО6 и ФИО2 в отношении жилого помещения кадастровый номер 18:26:010265:1;

о признании недействительным договор от 24.12.2014, заключенный между ФИО6 и ФИО2, в отношении жилого помещения с кадастровым номером 18:26:050918:4956;

о признании недействительным договор от 24.12.2014, заключенный между ФИО6 и ФИО2, в отношении жилого помещения с кадастровым номером 18:26:050662:205;

о признании недействительным договор от 30.12.2014, заключенный между ФИО6 и ФИО2, в отношении жилого помещения с кадастровым номером 18:26:050086:651;

о признании недействительным договор от 30.12.2014, заключенный между ФИО6 и ФИО2, в отношении жилого помещения с кадастровым номером 18:26: 030214:244;

о признании недействительным договор от 30.12.2014, заключенный между ФИО6 и ФИО2, в отношении жилого помещения с кадастровым номером 18:26:050642:231 и применении последствий недействительности сделок,

о взыскании с ФИО2 в пользу ФИО4, возмещение судебных издержек в размере 25 000 руб.,

вынесенное в рамках дела №А71-6361/2020

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО6 (ИНН <***>),

с участием в обособленном споре в качестве заинтересованных лиц: 1) ФИО7, 2) ФИО8, 3) ФИО9, 4) ФИО10, 5) ФИО11, 6) Акционерного общества «Датабанк», 7) Акционерного общества «Ипотечная корпорация Удмуртской Республики», 8) общества с ограниченной ответственностью «КДМ ТрансГрупп», 9) публичного акционерного общества «Сбербанк России», 10) ФИО12, 11) ФИО13, 12) ФИО14, 13) ФИО15, 14) ФИО16, 15) ФИО17

установил:

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 16.06.2020 принято к производству заявление ФИО18 (далее – ФИО18) о признании ФИО6 (далее - ФИО6, должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 13.08.2020 заявление ФИО6 признано обоснованным; в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан – реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО19, член Союза «Саморегулируемая организация «Гильдия арбитражных управляющих».

09.03.2021 финансовый управляющий должника ФИО19 (далее – финансовый управляющий) обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными (ничтожными) семи договоров от 24.12.2014 №№01/183/2014-114, 01/183/2014-01-105, 01/183/2014-106, 01/183/2014-107 и от 30.12.2014 /н, №№01/165/2014-818, 01/165/2014-819, заключенных между должником и ФИО2 (далее - ФИО2, ответчик), и о применении последствий недействительности данных сделок. В качестве правового основания заявленных требований финансовый управляющий ссылается на положения статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 12.07.2021

производство по заявлению финансового управляющего было приостановлено, в связи с назначением оценочной экспертизы, проведение которой поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Гарус» (далее – ООО «Гарус») ФИО20 (далее - ФИО20).

Определениями арбитражного суда от 18.01.2022 и от 11.04.2022к участию в рассмотрении заявления финансового управляющего в качестве заинтересованных лица лиц с правами ответчика привлечены ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, Акционерное общество «Датабанк», Акционерное общество «Ипотечная корпорация Удмуртской Республики», общество с ограниченной ответственностью «КДМ ТрансГрупп», публичное акционерное общество «Сбербанк России», ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 03.08.2022

заявление финансового управляющего ФИО19 было удовлетворено; оспариваемые договоры купли-продажи от 24.12.2014 №№01/183/2014-114, 01/183/2014-01-105, 01/183/2014-106, 01/183/2014-107 и от 30.12.2014 б/н, №№01/165/2014-818, 01/165/2014-819 признаны недействительными сделками. Применены последствия признания сделок недействительными в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника денежных средств в общей сумме 16 525 000 руб. и возврата в собственность ФИО6 нежилого помещения, площадью 50,4 кв.м., расположенное на первом этаже жилого дома по адресу: <...>, кадастровый номер 18:26:050086:681 и жилого помещения, площадью 38,9 кв.м., расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер 18:26:050642:231, с сохранением обременения в виде ипотеки в пользу АО «Датабанк».

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, вынести новый об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование апелляционной жалобы приводит доводы о доказанности того, что в результате совершения оспариваемых сделок должник получил встречное предоставление. Полагает, что представленными в материалы дела доказательствами, в частности, платежными поручениями от 20.10.2016 №1, от 22.10.2016 №177 на сумму 25 500 000 руб. и 4 400 000 руб. подтверждается факт оплаты стоимости спорного имущества. Указывает на отсутствие в материалах дела доказательств наличия иных оснований для указанного перечисления, а также спора между сторонами оспариваемых договоров по поводу их исполнения, отмечая, что ФИО2 никогда не обращался за взысканием перечисленных денежных средств к ФИО4 и/или ФИО6, так как добросовестно полагал, что данные денежные средства являются оплатой по договорам от 24.12.2014 №№01/183/2014-114, 01/183/2014-01-105, 01/183/2014-106, 01/183/2014-107 и от 30.12.2014 /н, №№01/165/2014-818, 01/165/2014-819, а ФИО6 в свою очередь никогда не обращался к ФИО2 с требованием о расторжении данных договоров, в связи с неисполнения последним обязательств по оплате. Кроме того, полагает недоказанной совокупность условий для признания оспариваемых сделок недействительными по основаниям статьи 10, 168 ГК РФ как совершенных с целью вывода активов должника в ущерб интересам его кредиторов, отмечая, что денежные средства, которые должен был получить ФИО6 от реализации объектов недвижимости, были перечислены ФИО2 в пользу единственного кредитора должника ФИО4 (далее – ФИО4), что само по себе опровергает факт наличия злоупотребления правом у сторон сделок, направленного на невозможность получения последним денежных средств за счет данных объектов недвижимости. Помимо этого, даже если допустить, что оспариваемые сделки не были бы совершены, то в рамках исполнительного производства спорные объекты недвижимости были бы реализованы, а денежные средства в схожем размере перечислены единственному на тот момент кредитору ФИО4 Таким образом, вне зависимости от того получил ФИО4 от ФИО2 денежные средства как оплату за отчужденные ФИО6 объекты недвижимости по оспариваемым сделкам или получил бы денежные средства в исполнительном производстве от реализации данного имущества, размер полученных им денежных средств за счет данных объектов был бы примерно идентичен, то есть какой-либо ущерб данными сделками ФИО4 не причинен, и как следствие, отсутствует и злоупотребление правом у сторон. Более того, в результате признания оспариваемых сделок недействительными и применения последствий их недействительности ФИО4 получит денежные средства в два раза больше, чем мог бы получить при отсутствии данных сделок в исполнительном производстве, а именно: вместо 25 млн.руб., 40-50 млн.руб. Также, по мнению апеллянта, оспариваемые сделки являются взаимосвязанными, в связи с чем, их следует рассматривать как единое целое, в том числе в части цены. Указывает на то, что общая стоимость отчужденных по оспариваемым сделкам объектов недвижимости составляет 15 099 000 руб.; согласно представленному в материалы дела заключению эксперта общая рыночная стоимость объектов недвижимости на даты заключения спорных сделок составляет 19 398 000 руб., таким образом, расхождение в стоимости объектов по договору от стоимости объектов, определенной экспертом составляет 22,17%, что в силу разъяснений, изложенных в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.06.2011 № 913/11 по делу №А27-4849/2010, не является существенным.

До начала судебного заседания от кредитора ФИО4 поступил письменный отзыв, согласно которому просит обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, на отмене обжалуемого определения суда настаивал.

Кредитор ФИО4 против позиции апеллянта возражал по мотивам, изложенным в письменном отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в заседание суда представителей не направили. В соответствии со статьями 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) неявка лиц, участвующих в деле, не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 24.12.2014 и 30.12.2014 между ФИО6 (Продавец) и ФИО2 (Покупатель)

было заключено семь договоров купли-продажи, а именно:

- от 24.12.2014 №01/183/2014-114, по условиям которого Продавец продал 22/100 доли в праве собственности на земельный участок, общей площадью 326 кв.м., категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: индивидуальное жилищное строительство и ведение личного подсобного хозяйств, находящегося по адресу: <...> кадастровый номер: 18:26:010265:50 и 22/100 жилого дома, общей площадью 1043,2 кв.м., назначение: жилой дом, инвентарный номер: 94:401:002:000144030, литер А, находящийся по адресу: <...>, кадастровый (или условный) номер 18:26:010265:50, а Покупатель купил указанную 22/100 доли земельного участка и жилого дома.

Согласно пункту 2 указанного договора отчуждаемая 22/100 доли в праве собственности на земельный участок принадлежит Продавцу на основании договора от 09.02.2009 №01/011/2009-342. Отчуждаемая 22/100 доля в праве собственности на жилой дом принадлежит Продавцу на основании определения Октябрьского районного суда г.Ижевска от 31.10.2014 №2-8/11.

В соответствие с пунктом 3 договора от 24.12.2014№01/183/2014-114 цена проданных объектов недвижимости определена по договоренности сторон и составляет 1 100 000 руб., уплачиваемых Покупателем Продавцу в день подписания договора, из которых цена жилого дома составляет 10 000 руб., а цена доли земельного участка составляет 1 090 000 руб.

Покупатель поставлен в известность, что согласно домовой книге в данном жилом доме, находящемся по адресу: <...> правом пользования зарегистрированы: ФИО21 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения), ФИО22 анна Сергеевна (ДД.ММ.ГГГГ года рождения), ФИО6 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) (пункт 11 договора).

Переход права собственности по договору от 24.12.2014 №01/183/2014-114 был зарегистрирован Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Удмуртской Республике (далее – Управление Росреестра по Удмуртской Республике) в установленном порядке 30.12.2014.

- от 24.12.2014 №01/183/2014-01-105, по условиям которого Продавец продал, а Покупатель купил трехкомнатную квартиру, общей полезной площадью 99,9 кв.м., находящуюся по адресу: <...>.

Указанная квартира продана Покупателю за 6 300 000 руб., уплачиваемых Покупателем Продавцу в день подписания договора (пункт 3 договора).

Покупатель поставлен в известность, что согласно копии поквартирной карточки в указанной квартире на момент оформления договора никто не зарегистрирован (пункт 11 договора).

Переход права собственности по договору от 24.12.2014 №01/183/2014-114 был зарегистрирован регистрирующим органом в установленном порядке 29.12.2014.

- 24.12.2014 №01/183/2014-107, по условиям которого Продавец продал, а Покупатель купил двухкомнатную квартиру, общей полезной площадью 43,7 кв.м., находящейся по адресу: <...>, кадастровый (условный) номер: 18:26:050918:4956.

Согласно пункту 3 указанного договора отчуждаемая квартира принадлежит Продавцу на основании договора от 12.05.2014 №01/046/2014-694. Указанная квартира продана Покупателю за 1 700 000 руб., уплачиваемых Покупателем Продавцу в день подписания договора.

Покупатель поставлен в известность, что согласно копии поквартирной карточки в <...> на момент оформления договора никто не зарегистрирован (пункт 11 договора).

Переход права собственности по договору от 24.12.2014 №01/183/2014-114 был зарегистрирован регистрирующим органом в установленном порядке 29.12.2014.

- от 24.12.2014 №01/183/2014-106, по условиям которого Продавец продал, а Покупатель купил трехкомнатную квартиру, общей полезной площадью 58,5 кв.м., находящейся по адресу: <...>, кадастровый (условный) номер: 18-18-18-01/093/2005-015.

Согласно пункту 3 указанного договора отчуждаемая квартира принадлежит Продавцу на основании договора от 11.04.2014 №01/060/2014-158. Управление Росреестра по Удмуртской Республике 28.04.2014 выдано свидетельство о государственной регистрации права серия 18 АБ №880426, о чем в едином в едином государственной реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 28.04.2014 сделана запись регистрации №18-18-01/060/2014-158. Указанная квартира продана Покупателю за 2 300 000 руб., уплачиваемых Покупателем Продавцу в день подписания договора.

Покупатель поставлен в известность, что согласно копии поквартирной карточки в <...> на момент оформления договора зарегистрирована ФИО23 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения), которая обязуется выписаться из указанной квартиры не позднее трех месяцев с момента подписания договора (пункт 11 договора).

Переход права собственности по договору от 24.12.2014 №01/183/2014-106 был зарегистрирован регистрирующим органом в установленном порядке 29.12.2014.

- 30.12.2014, по условиям которого Продавец передает в собственность Покупателя принадлежащее ему на праве собственности недвижимое имущество – нежилое помещение, площадью 43 кв.м., расположенное на первом этаже жилого дома по адресу: <...>, кадастровый номер: 18-18-01/004/2007-820.

Согласно пункту 1.3 договора право собственности Продавца на имущество подтверждается свидетельством на право собственности, выданного Управлением Росреестра по Удмуртской Республике от 23.12.2009 серия 18 АА №961375.

В пункте 1.4. договора от 30.12.2014 стороны согласовали следующие существенные условия в отношении имущества: на момент его заключения имущество находится в залоге у открытого акционерного общества «Быстробанк» (далее – ОАО «Быстробанк») и в долгосрочной аренде у общества с ограниченной ответственностью «Сабрина» (далее – ООО «Сабрина»).

Общая стоимость имущества по договору составляет 699 000 руб. (пункт 3.1. договора).

Переход права собственности по договору от 30.12.2014 был зарегистрирован регистрирующим органом в установленном порядке 04.02.2015.

- от 30.12.2014 №01/165/2014-818, по условиям которого Продавец продал, а Покупатель купил двухкомнатную квартиру, общей полезной площадью 43,0 кв.м., в том числе жилую площадь – 26 кв.м., находящейся по адресу: <...>, кадастровый (условный) номер: 18:26:00:00:33718010:1006023.

Согласно пункту 3 указанного договора отчуждаемая квартира принадлежит Продавцу на основании договора от 09.07.2013 №01/085/2013-684. Указанная квартира продана Покупателю за 1 000 000 руб., уплачиваемых Покупателем Продавцу в день подписания договора.

В пункте 4 договора от 30.12.2014 №01/165/2014-818 указано на то, что на момент его заключения отчуждаемая квартира находится в залоге в ОАО «Быстробанк».

Покупатель поставлен в известность, что согласно копии поквартирной карточки в <...> на момент оформления договора никто не зарегистрирован (пункт 11 договора).

Переход права собственности по договору от 30.12.2014 №01/165/2014-818 был зарегистрирован регистрирующим органом в установленном порядке 14.01.2015.

- от 30.12.2014 №01/165/2014-819, по условиям которого Продавец продал, а Покупатель купил двухкомнатную квартиру, общей полезной площадью 38,9 кв.м., находящейся по адресу: <...>, кадастровый (условный) номер: 18:26:00:00:30760010:1002025.

Указанная квартира продана Покупателю за 2 000 000 руб., уплачиваемых Покупателем Продавцу в день подписания договора (пункт 3 договора).

В пункте 4 договора от 30.12.2014 №01/165/2014-819 указано на то, что на момент его заключения отчуждаемая квартира находится в залоге в ОАО «Быстробанк».

Покупатель поставлен в известность, что согласно копии поквартирной карточки в <...> на момент оформления договора никто не зарегистрирован (пункт 11 договора).

Переход права собственности по договору от 30.12.2014 №01/165/2014-819 был зарегистрирован регистрирующим органом в установленном порядке 14.01.2015.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 16.06.2020 в отношении ФИО6 возбуждено настоящее дело о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 13.08.2020 в отношении должника введена процедура реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО19

Полагая, что указанные выше договоры от 24.12.2014 №№01/183/2014-114, 01/183/2014-01-105, №01/183/2014-106, 01/183/2014-107 и от 30.12.2014 б/н, №№01/165/2014-818, №01/165/2014-819 между ФИО6 и ФИО2 отвечает признакам мнимой сделки и заключены с признаками злоупотребления правами в ущерб интересам должника и его кредиторов, финансовый управляющий ФИО19 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании их недействительными (ничтожными) на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Суд первой инстанции, придя к выводу о том, что имеются все условия для признания оспариваемых сделок недействительными, а также оснований для применения последствий их недействительности, признал заявленные требования обоснованными.

Изучив материалы дела в порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального и процессуального права, обсудив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, суд апелляционной инстанции считает, что определение суда первой инстанции отмене не подлежит, исходя из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Пункт 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ) применяется к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3-5 статьи 213.32 (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ).

Поскольку оспариваемые договоры были заключены 24.12.2014 и 30.12.2014, то есть до 01.10.2015, по своему характеру сделки предпринимательскими не являются, то в данном случае спорные сделки могут быть оспорены только на основании статьи 10 ГК РФ.

Из содержания искового заявления следует, что в качестве оснований для признания оспариваемых сделок недействительными финансовым управляющим были приведены положения статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки (пункт 10 постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)»).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 №25) разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

По делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

В пункте 7 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 №25 указано, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

При этом к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена.

В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25).

К числу ничтожных относятся мнимые сделки, то есть сделки, совершенные лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

В статьи 170 ГК РФ закреплено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна; притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Согласно пункту 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника либо для создания искусственных оснований для получения и удержания денежных средств должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Таким образом, доказыванию подлежат обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять; оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц.

Заявление о признании должника банкротом принято к производству 16.06.2020, оспариваемые финансовым управляющим договоры между ФИО6 и ФИО2 были заключены 24.12.2014 и 30.12.2014, государственная регистрация перехода права собственности по договору от 24.12.2014 №01/183/2014-114 произведена 30.12.2014; по договору от 24.12.2014 №01/183/2014-01-105 - 29.12.2014; по договору от 24.12.2014 №01/183/2014-106 - 29.12.2014; по договор от 30.12.2014 б/н - 04.02.2015; по договору от 30.12.2014 №01/165/2014-818 - 14.01.2015; по договору 30.12.2014 №01/165/2014-819 - 14.01.2015, то есть, за пределами установленного Законом о банкротстве трехлетнего срока до даты возбуждения производства по настоящему делу о банкротстве, в связи с чем, не может быть оспорен по специальным основаниям главы III.1 Закона о банкротстве.

Материалами дела подтверждается, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись неисполненные обязательства, в частности, перед ФИО4 по договорам займа от 30.10.2013, от 02.12.2013, от 03.12.2013, от 05.02.2014, от 28.02.2014, от 11.04.2014, от 08.05.2014, от 16.05.2014, от 04.06.2014, от 01.07.2014, от 11.07.2014, от 04.09.2014 в общей сумме 116 982 714,49 руб., в том числе: 29 900 000 руб. основного долга, 39 597 203,23 руб. процентов за пользование заемными денежными средствами, 47 485 511,26 руб. неустойки, что подтверждается вступившими в законную силу решениями Первомайского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 14.10.2015 по делу 2-2277/2015 и от 13.01.2016 по делу № 2-390/2016.

Доказательства того, что у должника имеется имущество, в результате реализации которого возможно удовлетворение требований кредиторов, в материалах дела отсутствуют.

Учитывая данные обстоятельства, следует признать, что в период совершения оспариваемых сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Кроме того, стороны оспариваемой сделки на момент ее совершения находились между собой в отношениях заинтересованности, поскольку ФИО2 является отцом супруги должника ФИО24 (далее – ФИО24).

Данные обстоятельства ни должником, ни ответчиком не оспорены.

В соответствии с пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

В обоснование недействительности (ничтожности) договоров от 24.12.2014 №№01/183/2014-114, 01/183/2014-01-105, 01/183/2014-106, 01/183/2014-107 и от 30.12.2014 /н, №№01/165/2014-818, 01/165/2014-819, как совершенных со злоупотреблением правом, финансовый управляющий указывал на заключение данных договоров с заинтересованным по отношению к должнику лицом, при наличии на тот момент у должника неисполненных обязательств, о которых ответчик не мог не знать; о направленности сделок на вывод из состава имущества должника ликвидного имущества (22/100 доли в праве собственности на жилой дом (здание) и расположенный под ним земельный участок, 4 жилых помещений (квартир) одного нежилого помещения), подлежащего включению в конкурсную массу, что причинило вред кредиторам должника, в том числе, кредитору ФИО4, выразившийся в уменьшении потенциальной конкурсной массы и в отсутствии реальной возможности получить удовлетворение своих требований к должнику за счет переданного по оспариваемым сделкам имущества.

При рассмотрении настоящего спора судом установлено и материалами дела подтверждено, что в период с 30.10.2013 по 04.09.2014 между ФИО4 (Займодавец) и ФИО6 (Заемщик) было заключено 12-ть договоров займа, а именно:

- от 30.10.2013 на сумму 3 500 000 руб. на срок 30.04.2014 с уплатой процентов за пользование суммой займа в размере 24% годовых;

- от 02.12.2013 на сумму 3 200 000 руб. на срок 02.12.2014 с уплатой процентов за пользование суммой займа в размере 24% годовых;

- от 03.12.2013 на сумму 800 000 руб. на срок 03.12.2014 с уплатой процентов за пользование суммой займа в размере 24% годовых;

- от 05.02.2014 на сумму 5 000 000 руб. на срок 05.02.2015 с уплатой процентов за пользование суммой займа в размере 24% годовых;

- от 28.02.2014 на сумму 2 000 000 руб. на срок 28.02.2015 с уплатой процентов за пользование суммой займа в размере 24% годовых;

- от 11.04.2014 на сумму 1 400 000 руб. на срок 11.04.2015 с уплатой процентов за пользование суммой займа в размере 24% годовых;

- от 08.05.2014 на сумму 1 900 000 руб. на срок 08.05.2015 с уплатой процентов за пользование суммой займа в размере 24% годовых;

- от 16.05.2014 на сумму 1 800 000 руб. на срок 16.05.2015 с уплатой процентов за пользование суммой займа в размере 24% годовых;

- от 04.06.2014 на сумму 1 300 000 руб. на срок 04.06.2015 с уплатой процентов за пользование суммой займа в размере 24% годовых;

- от 01.07.2014 на сумму 4 300 000 руб. на срок 01.07.2015 с уплатой процентов за пользование суммой займа в размере 24% годовых;

- от 11.07.2014 на сумму 2 500 000 руб. на срок 11.07.2015 с уплатой процентов за пользование суммой займа в размере 24% годовых;

- от 04.09.2014 на сумму 2 200 000 руб. на срок 04.09.2014 с уплатой процентов за пользование суммой займа в размере 24% годовых.

В целях обеспечения исполнения обязательств по указанным договорам займа ФИО4 были заключены договоры поручительства с ФИО24, в соответствие с которым Поручитель принимает на себя обязательство отвечать перед Займодавцем солидарно с Заемщиком за исполнение Заемщиком обязательств из договоров займа в том же объеме, как и Заемщик в порядке и на условиях, предусмотренных договорами поручительства.

В связи с неисполнением ФИО6 обязательств по возврату предоставленных займов в установленный срок и уплате процентов за пользование заемными денежными средствами по вышеуказанным договорам, ФИО4 воспользовался правом на требование досрочного возврата сумм займа, направив 05.12.2014 в адрес должника телеграмму, содержащую требование о возврате заемных денежных средств.

Таким образом, обязанность по возврату сумм займа и процентов за пользование заемными денежными средствами по договорам от 30.10.2013, от 02.12.2013, от 03.12.2013, от 28.02.2014, от 11.04.2014, от 08.05.2014, от 16.05.2014, от 04.06.2014, от 01.07.2014, от 11.07.2014, от 04.09.2014 возникла у ФИО6 05.01.2015.

В дальнейшем, в связи с игнорированием требований, изложенных в телеграмме от 05.12.2014, ФИО4 обратился в Первомайский районный суд г.Ижевска с исками о взыскании с должника и его поручителя задолженности по договорам займа от 30.10.2013, от 02.12.2013, от 03.12.2013, от 28.02.2014, от 11.04.2014, от 08.05.2014, от 16.05.2014, от 04.06.2014, от 01.07.2014, от 11.07.2014, от 04.09.2014.

Вступившими в законную силу решениями Первомайского районного суда г.Ижевска Удмуртской Республики от 14.10.2015 по делу №2-2277/2015 и от 14.10.2015 по делу №2-2277/2015 и от 13.01.2016 по делу №2-390/2016 с

ФИО6, ФИО24 солидарно в пользу ФИО4 взыскана

задолженность договорам от 30.10.2013, от 02.12.2013, от 03.12.2013, от 28.02.2014, от 11.04.2014, от 08.05.2014, от 16.05.2014, от 04.06.2014, от 01.07.2014, от 11.07.2014, от 04.09.2014 в общей сумме 116 982 714,49 руб., в том числе: 29 900 000 руб. основного долга, 39 597 203,23 руб. процентов за пользование заемными денежными средствами, 47 485 511,26 руб. неустойки.

После вступления указанных выше решений суд общей юрисдикции в законную силу для принудительного исполнения взыскателю выданы исполнительные листы от 25.02.2016 серия ФС №008929814, от 29.04.2016 серия ФС №011857340, серия ФС №011857344, которые были предъявлены ФИО4 в МРО и ОИП УФССП России по Удмуртской Республики, и на основании которых были возбуждены исполнительные производства №7479/19/18017-ИП и №7482/19/18017-ИП.

При таких обстоятельствах, следует признать, что в данном случае отчуждение спорного недвижимого имущества должника к ФИО2 осуществлено после обращения ФИО4 в Первомайский районный суд г.Ижевска с исками о взыскании с ФИО6 и его поручителя задолженности по договорам займа от 30.10.2013, от 02.12.2013, от 03.12.2013, от 28.02.2014, от 11.04.2014, от 08.05.2014, от 16.05.2014, от 04.06.2014, от 01.07.2014, от 11.07.2014, от 04.09.2014.

Согласно пункту 1 статьи 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии с пунктом 1 статьи 486 ГК РФ покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

Таким образом, договоры купли-продажи являются сделками, обычно предусматривающими равноценное встречное исполнение обязательств его сторонами.

Как было указано выше, по условиям договоров от 24.12.2014 №№01/183/2014-114, 01/183/2014-01-105, 01/183/2014-106, 01/183/2014-107 спорное имущество было отчуждено ФИО2 по цене 1 100 000 руб., 6 300 000 руб., 1 700 000 руб., 2 300 000 руб., по договорам от 30.12.2014 /н, №№01/165/2014-818, 01/165/2014-819 – 699 000 руб., 1 000 000 руб., 2 000 000 руб.

В ходе рассмотрения настоящего спора в суде первой инстанции ответчик пояснил, что, подписанные между ним и должником расписки о получении денежных средств по оспариваемым договорам являлись безденежными и были составлены с целью исключения регистрации в отношении спорных объектов обременения в виде ипотеки в силу закона, при этом, в действительности, оплата спорного имущества была произведена 20.10.2016 и 22.10.2016 путем перечисления ФИО2 в пользу ФИО4 денежных средств на общую сумму в счет возмещения причиненного должником ущерба, что подтверждается платежными поручениями от 20.10.2016 №1, от 22.10.2016 №177 на сумму 25 500 000 руб. и 4 400 000 руб. соответственно с указанием в основании (назначении) «погашение основного долга ФИО6 перед ФИО4 по договорам займа, указанным в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого по УД 67/119 от 23.09.16».

Такой существенный разрыв во времени, составляющий почти два года с учетом назначения платежей при перечислении ответчиком денежных средств подтверждает отсутствие взаимосвязи между оспариваемыми договорами купли-продажи недвижимого имущества и перечислением денежных средств ФИО2 за ФИО6

Согласно пояснениям кредитора ФИО4 следует, что исполнение обязательств ФИО6 перед ФИО4 третьим лицом ФИО2 в размере 29 900 000 руб. учтено кредитором в счет погашения процентов по вышеуказанным договорам займа, требование кредитора включено в реестр кредиторов должника ФИО6 в размере 116 982 714,49 руб., за вычетом погашенных требований третьим лицом ФИО2 (определение от 17.12.2020).

В связи с изложенным, учитывая наличие на момент совершения оспариваемых сделок признаков неплатежеспособности должника, неисполненных обязательств перед кредитором, совершение сделок между заинтересованными лицами, а именно: между должником и отцом его жены (тестем) на безвозмездной основе, апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции, что фактические обстоятельства рассматриваемого спора свидетельствуют о том, что как должник, так и ответчик ФИО2 не могли не осознавать противоправной цели совершаемых сделок, направленных на вывод ликвидных активов (22/100 доли в праве собственности на жилой дом (здание) и расположенный под ним земельный участок, 4 жилых помещений (квартир) одного нежилого помещения) из собственности должника с целью невозможности обращения взыскания на данное имущество.

Таким образом, в данном случае, материалами дела подтверждается, что в результате совершения оспариваемых сделок кредиторам должника был причинен вред, выразившийся в уменьшении потенциальной конкурсной массы и в отсутствии реальной возможности получить удовлетворение своих требований к должнику за счет спорного имущества.

В нарушение статьи 65 АПК РФ каких-либо иных доказательств, на основании которых можно было бы сделать однозначный вывод о получении равноценного встречного предоставления за выбывшие из собственности должника объекты недвижимости, ни в суд первой, ни в суд апелляционной инстанции представлено не было.

На основании изложенного, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о доказанности совокупности условий позволяющих признать оспариваемые договоров от 24.12.2014 №№01/183/2014-114, 01/183/2014-01-105, 01/183/2014-106, 01/183/2014-107 и от 30.12.2014 /н, №№01/165/2014-818, 01/165/2014-819 недействительными (ничтожными) на основании статей 10, 168 ГК РФ как совершенные в условиях злоупотребления правом с целью вывода из собственности ФИО6 активов, за счет которых могли быть удовлетворены требования кредиторов, то есть на причинение вреда кредиторам.

В нарушение статьи 65 АПК РФ иного суду апелляционной инстанции не доказано.

Соответствующие доводы апеллянта о недоказанности совокупности условий для признания оспариваемой сделки недействительной по основаниям статьи 10, 168 ГК РФ как совершенной с целью вывода актива должника в ущерб интересам его кредиторов подлежат отклонению как противоречащие фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательства.

Указания заявителя жалобы на то, что расхождение в стоимости объектов по договору от стоимости объектов, определенной экспертом составляет 22,17%, что в силу разъяснений, изложенных в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.06.2011 № 913/11 по делу №А27-4849/2010, не является существенным не могут быть приняты во внимание в качестве основания для отмены судебного акта, поскольку в данном случае по итогам анализа представленных в материалы дела доказательств и конкретных фактических обстоятельств в их совокупности и взаимосвязи, суд пришел к выводу о доказанности материалами дела совершения оспариваемых сделок на безвозмездной основе, а также того, что в данном случае имели место согласованные действия заинтересованных по отношению друг к другу лиц, которые не отвечают принципам разумности и экономической целесообразности.

Ссылки апеллянта, что в данном случае оспариваемые договоры от 24.12.2014 №№01/183/2014-114, 01/183/2014-01-105, 01/183/2014-106, 01/183/2014-107 и от 30.12.2014 /н, №№01/165/2014-818, 01/165/2014-819 являются взаимосвязанными, в связи с чем, их следует рассматривать как единую сделку, в том числе в части цены, подлежат отклонению, поскольку совпадение дат заключения договоров не может служить безусловным основанием для суждения о единовременности их заключения.

В данном случае спорные договоры не связаны и не обусловлены друг другом.

В силу статьи 431 ГК РФ, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

При этом, в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 №49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено, что толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны

очевидностью не могли иметь в виду, а толкование условий договора осуществляется с учетом его цели.

При толковании спорных договоров нельзя с очевидностью установить, что стороны имели намерение заключить одну сделку, следовательно, довод ответчика о заключении единой сделки несостоятелен.

При этом, из представленного финансовым управляющим в арбитражный суд заявлении следует, что он просил признать недействительными (ничтожными) договоры от 24.12.2014 №№01/183/2014-114, 01/183/2014-01-105, 01/183/2014-106, 01/183/2014-107 и от 30.12.2014 /н, №№01/165/2014-818, 01/165/2014-819 именно как отдельные сделки.

Из материалов дела следует, что в ходе рассмотрения настоящего спора ФИО2 было заявлено о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности на подачу заявления об оспаривании сделок должника.

В отношении оспариваемых сделок подлежат применению положения гражданского законодательства о сроке исковой давности в редакции Федерального закона от 07.05.2013 №100-ФЗ, вступившего в законную силу с 01.09.2013, в частности, норма пункта 1 статьи 181 ГК РФ о том, что срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года; течение срока исковой давности начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения, при этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Необходимо учитывать и правовую позицию, изложенную в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 и постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.11.2011 №17912/09 по делу №А54-5153/2008/С16, согласно которой срок исковой давности должен исчисляться не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового неаффилированного директора (или в нашем случае конкурсного управляющего), получило реальную возможность узнать об обстоятельствах сделки и оспорить ее в установленном порядке.

Учитывая, что реальная возможность обращения с настоящим заявлением появилась только после введения в отношении должника процедуры реализация имущества гражданина, отказ в применении исковой давности по своему смыслу соответствует пункту 2 статьи 10 ГК РФ и выступает в настоящем случае как санкция за злоупотребление правами. Иной подход противоречил бы основным началам гражданского законодательства, установленным статьей 1 ГК РФ, а именно: равенству участников регулируемых Кодексом отношений.

Следовательно, поскольку процедура реализация имущества гражданина в отношении ФИО6 введена решением Арбитражного суда Свердловской области от 13.08.2020 (резолютивная часть решения объявлена 06.08.2020), а с заявлением об оспаривании сделок управляющий обратился в арбитражный суд 09.03.2021, срок исковой давности в отношении требования финансового управляющего о признании сделок недействительными в данном конкретном случае не пропущен.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной, подлежит возврату в конкурсную массу.

В соответствии с частью 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

Установив, что часть спорного имущества, а именно: трехкомнатная квартира, общей полезной площадью 99,9 кв.м., находящаяся по адресу: <...>, кадастровый номер: 18:26:010261:267; двухкомнатная квартира, общей полезной площадью 43,7 кв.м., находящаяся по адресу: <...>, кадастровый номер: 18:26:050918:4956; трехкомнатная квартира, общей полезной площадью 58,5 кв.м., находящаяся по адресу: <...>, кадастровый номер: 18:26:050662:205 и двухкомнатная квартира, общей полезной площадью 43,0 кв.м., в том числе жилую площадь – 26 кв.м., находящаяся по адресу: <...>, кадастровый номер: 18:26:030214:244 была отчуждена в пользы иных лиц, при этом, доказательств того, что такие лица знали или должным были знать о противоправных целях совершения оспариваемых договоров и нахождении данных лиц в отношениях заинтересованными (аффилированности) по отношению к должнику или ФИО2 в материалы дела представлено не было, суд первой инстанции посчитал возможным в данном случае применить последствия признания сделки недействительной в виде взыскания с ФИО2 в пользу должника денежных средств в общей сумме 16 525 000 руб., в том числе: 5 692 000 руб., в связи с признанием недействительным (ничтожным) договора от 24.12.2014 №01/183/2014-01-105; 1 824 000 руб., в связи с признанием недействительным (ничтожным) договора от 24.12.2014 №01/183/2014-107; 2 390 000 руб., в связи с признанием недействительным (ничтожным) договора от 24.12.2014 №01/183/2014-106; 2 122 000 руб., в связи с признанием недействительным (ничтожным) договора от 30.12.2014 №01/165/2014-818; 4 497 000 руб., в связи с признанием недействительным (ничтожным) договора от 24.12.2014 №01/183/2014-114, определив данную сумму, исходя из подготовленного экспертом заключения ООО «Гарус» ФИО20 экспертного заключения.

Относительно применения последствий признания недействительным (ничтожным) договора от 30.12.2014 №01/165/2014-819, то в данном случае, установив, что в настоящее время право собственности на жилое помещение (квартиру), площадью 38,9 кв.м., расположенное по адресу: <...>, кадастровый номер 18:26:050642:231 зарегистрировано за ФИО2, учитывая, что отчуждение указанного недвижимого имущества осуществлено в отсутствие встречного предоставления, суд первой инстанции правомерно применил последствия признания данной сделки недействительной в виде обязания ФИО2 вернуть в конкурсную массу должника спорный объект недвижимости.

Что касается применения последствий признания недействительным (ничтожным) договора от 30.12.2014 б/н, то в данном случае, установив, что недвижимое имущество - нежилое помещение, площадью 43 кв.м., расположенное на первом этаже жилого дома по адресу: <...>, кадастровый номер: 18:26:050086:651

после регистрации в отношении него права собственности ФИО2 был снят с кадастрового учета, вместе с тем, из истребованных судом доказательств усматривается, что снятие с кадастрового учета объекта недвижимости, площадью 43 кв.м. с кадастровым номером 18:26:050086:651 и постановка на кадастровый учет объекта недвижимости, площадью 50,4 кв.м. с кадастровым номером 18:26:050086:681 произведены на основании составленной правообладателем (ФИО2) декларации об объекте недвижимости от 11.08.2015, а также технического плана, согласно которым помещение, площадью 50,4 кв.м. с кадастровым номером: 18:26:050086:681 образовано из исходного с кадастровым номером: 18:26:050086:651 в результате включения в общую площадь тамбура, в связи с чем, общая площадь изменилась и составила 50,4 кв.м.; согласно представленным планам сами помещения, входившие в объект с кадастровым номером: 18:26:050086:651, не изменились, поменялась лишь их нумерация, при этом эксплуатация этих помещений без использования тамбура (единственного входа) ранее не была возможна, придя к выводу о том, что возможность возврата в конкурсную массу спорного объекта недвижимости по адресу: <...>, не утрачена, поскольку объект, которому ранее был присвоен кадастровый номер: 18:26:050086:651, фактически не прекратил существование, изменений не претерпел, правомерно применил последствия признания данной сделки недействительной в виде обязания ФИО2 вернуть в конкурсную массу должника нежилого помещения, площадью 50,4 кв.м., расположенного на первом этаже жилого дома по адресу: <...>, кадастровый номер 18:26:050086:681.

Кроме того, учитывая, что жилое помещение (квартира), площадью 38,9 кв.м., расположенная по адресу: <...>, кадастровый номер 18:26:050642:231 и нежилое помещение, площадью 43 кв.м., расположенное на первом этаже жилого дома по адресу: <...>, кадастровый номер: 18:26:050086:651 в период нахождения в собственности ФИО2 в обеспечение исполнения обязательств третьего лица были переданы в залог АО «Датабанк», суд первой инстанции, руководствуясь положениями пункта 1 статьи 334, абзаца 2 пункта 2 статьи 335 ГК РФ, оценив поведение АО «Датабанк» как залогодержателя, установив, что при заключении кредитного договора и договора ипотеки последний исходил из общедоступных сведений Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним, согласно которым собственником спорных объектов являлся ФИО2; принимая во внимание отсутствие в материалах настоящего обособленного спора достаточных доказательств осведомленности Банка о целях оформления признанных недействительными договоров либо иных обстоятельств, позволявших усомниться в добросовестности залогодержателя, пришел к выводу, что АО «Датабанк» при вступлении с ФИО2 в правоотношения залога действовал добросовестно, вследствие чего отсутствуют основания для отказа в сохранении обременения на спорные объекты недвижимости в виде ипотеки в пользу указанного лица.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку они направлены на переоценку фактических обстоятельств и представленных доказательств, правильно установленных и оцененных судом первой инстанции, опровергаются материалами дела и не отвечают требованиям действующего законодательства.

С учетом изложенного, обжалуемое определение суда отмене, а апелляционная жалоба – удовлетворению, не подлежат, поскольку оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, с учетом обозначенных в жалобе доводов, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 03 августа 2022 года по делу № А71-6361/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.



Председательствующий


Л.В. Саликова



Судьи


И.П. Данилова



Л.М. Зарифуллина