Постановление от 15 февраля 2026 г. 17 ААС (Семнадцатый арбитражный апелляционный суд)

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № 17АП-10218/2019(47)-АК

Дело № А60-71015/2018
16 февраля 2026 года
г. Пермь


Резолютивная часть постановления объявлена 02 февраля 2026 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 16 февраля 2026 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Нилоговой Т.С.,

судей Даниловой И.П., Петрова А.А.,


при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Чадовой М.Ф.,

при участии в режиме веб-конференции:

от кредитора ФИО1: ФИО1 (лично, паспорт),


от финансового управляющего ФИО2: ФИО3 (доверенность от 12.10.2025, паспорт),

от кредитора ФИО4: ФИО5 (доверенность от 19.02.2024, паспорт),

в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещенных надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора ФИО1

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 08 сентября 2025 года


о результатах рассмотрения заявления ФИО4 о включении требований в общей сумме 229 666 780 руб. 57 коп. в реестр требований кредиторов должника,

вынесенное в рамках дела № А60-71015/2018


о признании несостоятельным (банкротом) ФИО6


(ИНН <***>),

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.12.2018 принято к производству поступившее в суд 10.12.2018 заявление ФИО6 (далее – ФИО6, должник) о признании его несостоятельным (банкротом), возбуждено настоящее дело о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 11.02.2019 ФИО6 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7, член Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Стратегия».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.01.2022 (резолютивная часть от 21.01.2022) производство по делу о банкротстве ФИО6 прекращено в связи с утверждением мирового соглашения.

16.07.2024 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление ФИО4 (далее – ФИО4) о расторжении мирового соглашения, возобновлении процедуры реализации имущества должника, утверждении финансового управляющего из числа членов некоммерческого партнерства – Союз «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих «Альянс управляющих».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 13.01.2025 в удовлетворении заявления ФИО4 о расторжении мирового соглашения по делу № А60-71015/2018 о признании ФИО6 несостоятельным (банкротом) отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.04.2025 (резолютивная часть от 23.04.2025) определение Арбитражного суда Свердловской области от 13.01.2025 отменено; мировое соглашение, утвержденное определением суда от 28.01.2022, расторгнуто; возобновлено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО6, введена процедура реализации имущества гражданина, исполнение обязанностей финансового управляющего возложено на ФИО8 (далее – ФИО8), члена Ассоциации арбитражных управляющих «Евразия».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.10.2025 ФИО8 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.11.2025 финансовым управляющим имуществом должника ФИО6 утверждена ФИО2 (далее – ФИО2), член Ассоциации арбитражных управляющих «Солидарность».

Ранее, 27.06.2025 в арбитражный суд обратилась ФИО4 с


заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника ФИО6 задолженности в общей сумме 229 666 780 руб. 57 коп., подтвержденной решением Октябрьского районного суда г.Екатеринбурга от 18.10.2024 (резолютивная часть объявлена 04.10.2024) по делу № 2-203/2024)

Заявление рассмотрено в порядке документарного производства без вызова сторон в соответствии с пунктом 2 статьи 60 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 08.09.2025 (резолютивная часть подписана 01.09.2025) заявление удовлетворено частично, в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО6 включены следующие требования ФИО4:

- по договору займа от 27.11.2018 в общей сумме 220 629 361 руб. 17 коп., из которых:

37 248 677 руб. – основной долг,


23 266 064 руб. 08 коп. – проценты за пользование займом за период с 11.02.2021 по 04.10.2024,

61 000 000 руб. – неустойка за период с 11.02.2021 по 04.10.2024,


15 537 217 руб. 15 коп. – членские взносы за период с 11.02.2021 по 04.10.2024,

6 351 201 руб. 96 коп. – проценты за пользование займом за период с 05.10.2024 по 23.04.2025,

74 869 840 руб. 77 коп. – неустойка по договору займа за период с 05.10.2024 по 23.04.2025,

2 356 360 руб. 21 коп. – членские взносы по договору займа за период с 05.10.2024 по 23.04.2025;

- по договору займа от 03.09.2019 в общей сумме 8 134 007 руб. 20 коп., из которых:

2 640 000 руб. – основной долг,


3 138 977 руб. 46 коп. – проценты за пользование займом за период с 10.02.2021 по 04.10.2024,

1 200 000 руб. – неустойка за период с 10.02.2021 по 04.10.2024,


624 389 руб. 74 коп. – проценты за пользование займом за период с 05.10.2024 по 23.04.2025;

530 640 руб. – неустойка по договору займа за период с 05.10.2024 по 23.04.2025;

- расходы по оплате государственной пошлины в сумме 60 000 руб.

В удовлетворении заявления в остальной части отказано.


Не согласившись с вынесенным судебным актом, кредитор ФИО1 обратилась с апелляционной жалобой, согласно которой просит определение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований ФИО4

В апелляционной жалобе заявитель ссылается на нарушения судом норм


материального и процессуального права, неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих существенное значение для разрешения спора. Отмечает, что судом не были рассмотрены доводы о пропуске правопредшественником ФИО4 – кредитным потребительским кооперативом «Развитие» (далее – КПК «Развитие») срока на заявление требований в реестр кредиторов еще в ходе процедуры банкротства до заключения мирового соглашения. При этом, обязательство по договору займа от 27.11.2018, с учетом дополнительного соглашения от 30.09.2019 о продлении срока возврата займа, возникло до возбуждения дела о банкротстве должника; обязательства по договору займа от 03.09.2019 возникли после возбуждения дела о банкротстве, но до утверждения мирового соглашения. В ходе процедуры банкротства до заключения мирового соглашения и прекращения производства по делу правопредшественник требование о включении требований по договору от 27.11.2018 в реестр требований кредиторов не заявлял, следовательно, первоначально установленный срок на заявление требований пропущен и не подлежит восстановлению. Апеллянт полагает, что иной подход означает, что лицо, заявившее свои требования к включению в реестр с пропуском первоначального срока закрытия реестра, будет находиться в худшем положении, чем лицо, которое также имело право требования к должнику в ходе первоначальной процедуры, но не заявило эти требования ко включению в реестр. Такое лицо получает неоправданное преимущество в виде возможности заявить свое требование после расторжения мирового соглашения, быть включенным в реестр кредиторов и конкурировать с кредиторами, заявившими свои требования своевременно в ходе первоначальной процедуры, тогда как лицо, которое при первоначальной процедуре заявило свои требования с пропуском срока, лишено возможности повторно заявить свои требования после расторжения мирового соглашения. Кроме того, поскольку договор займа от 03.09.2019 и дополнительное соглашение от 30.09.2019 заключены после признания должника банкротом и введения в отношении него процедуры реализации имущества, данные сделки не могут являться основанием для включения требований в реестр кредиторов, так как заключены с нарушением положений пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве лично должником, без участия финансового управляющего и являются ничтожными. Также ФИО1 приводит доводы о том, что судом безосновательно не было рассмотрено ее заявление о применении срока исковой давности к требованиям ФИО4, не были применены разъяснения, изложенные в пункте 5 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденные Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020). Полагает, что, несмотря на наличие судебного акта о взыскании с должника задолженности в пользу ФИО4, при рассмотрении вопроса об установлении таких требований в реестре на


ФИО4, как аффилированного кредитора, переходит бремя опровержения существования такого рода отношений внутри группы через обоснование разумных причин того, почему ФИО4 и подконтрольные ей юридические и физические лица безвозмездно исполняли обязательства ФИО6 перед КПК «Развитие». При том, что операции по перечислению полученных ФИО6 от КПК «Развитие» денежных средств однозначно свидетельствуют о том, что предоставленные КПК «Развитие» заемные средства были перераспределены в пользу ФИО4 путем перечисления непосредственно ей или иным лицам по ее обязательствам. Учитывая то, что ФИО4 не была исполнена обязанность по опровержению наличия между членами группы ФИО6 и ФИО4 соглашения о покрытии и о погашении ФИО4 задолженности ФИО6 в счет компенсации за изъятые у него ранее кредитные ресурсы в пользу ФИО4, не раскрыта экономическая целесообразность погашения долга за ФИО6 в ходе процедуры его банкротства без предъявления требования о включении его долга в реестр, суд должен был отказать в удовлетворении заявленных требований. Нарушение судом норм процессуального права, по мнению апеллянта, выразилось в игнорировании положений части 3 статьи 71 Закона о банкротстве, согласно которой суд при наличии возражений, не перешел к общему порядку рассмотрения спора; необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о приостановлении производства по требованию ФИО4 до рассмотрения обособленного спора о признании недействительными сделок должника с ФИО9, ФИО10, ФИО4 и ФИО11, которые в настоящее время назначены к рассмотрению суда после отмены определений о прекращении производства по данным заявлениям, в связи с их пересмотром судом по новым обстоятельствам. Обстоятельства, которые будут являться предметом рассмотрения и исследования в названных обособленных спорах, могут подтвердить, что фактически перечисление денежных средств в пользу физических лиц прикрывало внутригрупповое перераспределение денежных средств в интересах ФИО4, что будет являться основанием для отказа в удовлетворении ее заявления о включении в реестр.

Письменные отзывы на апелляционную жалобу от лиц, участвующих в деле, не поступили.

До начала судебного заседания от финансового управляющего ФИО2 поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства.

В судебном заседании, проведенном в режиме веб-конференции, кредитор ФИО1 доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержала, настаивала на отмене обжалуемого определения; представители кредитора ФИО4 и финансового управляющего ФИО2 против удовлетворения апелляционной жалобы возражали, выводы суда,


изложенные в определении, считают законными и обоснованными.

Ранее заявленное финансовым управляющим ходатайство об отложении судебного разбирательства представителем финансового управляющего ФИО2 снято с рассмотрения суда.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием к рассмотрению жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268, 272 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, обращаясь с заявлением о включении в реестр, ФИО4 указала на наличие задолженности перед ней, право требования которой подтверждено вступившим в законную силу судебным актом, а именно решением Октябрьского районного суда г.Екатеринбурга от 18.10.2024 (резолютивная часть от 04.10.2024, с учетом определения об устранении описки от 18.10.2024) по делу № 2-203/2024, оставленным без изменения апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 19.03.2025 по делу № 33-4007/2025 и кассационным определением Судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 12.08.2025 по делу № 88-10807/2025.

Удовлетворяя заявленные кредитором требования (с учетом перерасчета и корректировки суммы процентов за пользование займом, неустойки, членских взносов в соответствии с абзацем 4 пункта 2 статьи 213.11 Закона о банкротстве), суд первой инстанции исходил из наличия вступивших в законную силу судебных актов, подтверждающих состав и размер требований кредитора, а также из отсутствия доказательств погашения задолженности.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, заслушав лиц, участвующих в судебном разбирательстве, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В силу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве.

При рассмотрении заявлений о включении в реестр требований


кредиторов в силу требований статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве судом проверяется обоснованность заявленных требований, определяется их характер, размер и обязательства, не исполненные должником.

Как указано выше, ранее в ходе процедуры реализации имущества гражданина в рамках настоящего дела о банкротстве было утверждено мировое соглашение в связи с чем прекращено производство по делу о банкротстве; постановлением апелляционного суда от 25.04.2025 мировое соглашение расторгнуто, возобновлено производство по делу, в отношении должника введена процедура реализации.

Статьей 166 Закона о банкротстве установлены последствия расторжения мирового соглашения, согласно пункту 6 которой состав и размер требований кредиторов и уполномоченных органов определяются на дату возобновления производства по делу о банкротстве.

В соответствии с пунктом 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П разъяснено, что признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения, принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Свойством преюдиции обладают обстоятельства, составляющие фактическую основу ранее вынесенного по другому делу и вступившего в законную силу решения, когда эти обстоятельства имеют юридическое значение для разрешения спора, возникшего позднее.

В соответствии с частью 2 статьи 16 АПК РФ и частью 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов, федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, в том числе для судов, рассматривающих дела о банкротстве.

В соответствии с абзацем вторым пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве, если требования кредитора основаны на вступивших в законную силу судебных актах, определивших состав и размер денежного обязательства должника, арбитражный суд разрешает только разногласия, связанные с исполнением данных судебных актов либо с их пересмотром, иные


разногласия не подлежат рассмотрению арбитражным судом.

Данное положение направлено на реализацию принципа обязательности судебного акта, вследствие чего законодатель установил, что требование кредитора, основанное на судебном акте, может быть подвергнуто изменению другим судом только при условии отмены (изменении) судебного акта в порядке пересмотра либо при условии исполнения судебного акта должником.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.11.2015 № 308-ЭС15-9306(2) по делу № А63-3521/2014 отмечено, что по смыслу пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве наличие вступившего в законную силу решения суда исключает возможность рассмотрения разногласий по требованиям о включении в реестр требований кредиторов в части их состава и размера.

Судебная коллегия отметила, что иной подход недопустим, поскольку он допускает существование двух противоречащих друг другу судебных актов, что не соответствует положениям статьи 16 АПК РФ и статьи 13 ГПК РФ.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 304-ЭС15-19372 по делу № А03- 12377/2014.

Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Как разъяснено в определении Конституционного суда Российской Федерации от 06.10.2021 № 2126-О, действующие во всех видах судопроизводства общие правила распределения бремени доказывания предусматривают освобождение от доказывания входящих в предмет доказывания обстоятельств, к числу которых процессуальное законодательство относит обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным решением по ранее рассмотренному делу (статья 69 АПК РФ).

В пункте 3.1 определения Конституционного суда Российской Федерации от 06.10.2021 № 2126-О указано, что в соответствии со статьей 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер (пункт 6); разногласия, возникающие между конкурсными кредиторами, уполномоченными органами и арбитражным управляющим, о составе, о размере и об очередности удовлетворения требований кредиторов по денежным обязательствам или об уплате обязательных платежей рассматриваются арбитражным судом в порядке, предусмотренном названным Законом; разногласия по требованиям кредиторов или уполномоченных органов, подтвержденным вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат


рассмотрению арбитражным судом, а заявления о таких разногласиях подлежат возвращению без рассмотрения, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром (пункт 10).

При этом, правоприменительная практика в отношении приведенных законоположений свидетельствует о том, что наличие вступившего в законную силу решения суда исключает возможность рассмотрения разногласий по требованиям о включении в реестр требований кредиторов в части их состава и размера (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.11.2015 № 308-ЭС15-9306(2) по делу № А63-3521/2014).

В случае если конкурсные кредиторы полагают, что их права и законные интересы нарушены судебным актом, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (в частности, если они считают, что оно является необоснованным по причине недостоверности доказательств либо ничтожности сделки), то, как ранее разъяснял Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в пункте 24 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35, на этом основании они, а также арбитражный управляющий вправе обжаловать в общем установленном процессуальным законодательством порядке указанный судебный акт, при этом в случае пропуска ими срока на его обжалование суд вправе его восстановить с учетом того, когда подавшее жалобу лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав и законных интересов; все конкурсные кредиторы, требования которых заявлены в деле о банкротстве, а также арбитражный управляющий вправе принять участие в рассмотрении жалобы, в том числе представить новые доказательства и заявить новые доводы; повторное обжалование названными лицами по тем же основаниям того же судебного акта не допускается.

В настоящее время указанное правило является нормой права, закрепленной в пункте 12 статьи 16 Закона о банкротстве.

Таким образом, при наличии вступившего в законную силу судебного акта, подтверждающего состав и размер требований кредитора, арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, определяет возможность их предъявления в процессе о несостоятельности и очередность удовлетворения, но не рассматривает спор по существу.

В рассматриваемом случае предъявленная ФИО4 к включению в реестр требований кредиторов должника ФИО6 задолженность установлена вступившим в законную силу судебным актом – решением Октябрьского районного суда г.Екатеринбурга от 18.10.2024 (резолютивная часть от 04.10.2024) по делу № 2-203/2024, оставленным без изменения апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 18.03.2025 № 33-4007/2025 и кассационным определением Судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 12.08.2025 № 88-


10807/2025.

Указанным решением Октябрьского районного суда г.Екатеринбурга от 18.10.2024, с учетом определения об устранении описки от 18.10.2024, частично удовлетворены исковые требования ФИО4 к должнику ФИО6 о взыскании денежных средств, уплаченных ФИО4 в пользу КПК «Развитие», как поручителем по обязательствам должника ФИО6 по договору займа от 27.11.2018, и уплаченных ФИО4 за должника ФИО6 по договору займа от 03.09.2019, как третьим лицом в порядке статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также в связи с заключением между КПК «Развитие» и ФИО4 двух соглашений от 01.04.2022 о переходе прав кредитора.

Указанным судебным актом с ФИО6 в пользу ФИО4 взысканы денежные средства:

- по договору займа от 27.11.2018 в сумме 37 248 677 руб.; проценты за пользование займом за период с 11.02.2021 по 04.10.2024 в сумме 23 266 064 руб. 08 коп. с продолжением их начисления по день фактического исполнения обязательств по ставке 31% годовых от невыплаченной суммы основного долга; неустойка за период с 11.02.2021 по 04.10.2024 в сумме 61 000 000 руб. с продолжением ее начисления по день фактического исполнения обязательств по ставке 1% в день от невыплаченной суммы основного долга; задолженность по членским взносам за период с 11.02.2021 по 04.10.2024 в сумме 15 537 217 руб. 15 коп. с продолжением их начисления в размере 355 000 руб. ежемесячно;

- по договору займа от 03.09.2019 в сумме 2 640 000 руб.; проценты за пользование займом за период с 10.02.2021 по 04.10.2024 в сумме 3 138 977 руб. 46 коп. с продолжением их начисления по день фактического исполнения обязательств по ставке 43% годовых от невыплаченной суммы основного долга; неустойка за период с 10.02.2021 по 04.10.2024 в сумме 1 200 000 руб. с продолжением ее начисления по день фактического исполнения обязательств по ставке 0,1% в день от невыплаченной суммы основного долга.

Этим же решением Октябрьского районного суда г.Екатеринбурга от 18.10.2024 с ФИО6 в пользу ФИО4 взысканы судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме 60 000 руб.

Руководствуясь вышеназванными нормами права, учитывая, что заявленные требования основаны на вступившем в законную силу судебном акте суда общей юрисдикции, а также исходя из того, что доказательств погашения задолженности в материалы дела не представлено, суд первой инстанции правомерно признал обоснованными и подлежащими включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования кредитора ФИО4

Вопреки доводам апелляционной жалобы наличие задолженности, взысканной в судебном порядке, является преюдициально установленным фактом, не требующим доказывания при рассмотрении настоящего спора.


Поскольку размер задолженности документарно не опровергнут, у арбитражного суда первой инстанции не имелось оснований для определения иного размера требований ФИО4, подлежащих включению в реестр требований кредиторов ФИО6

Оценивая обоснованность требований о включении в реестр сумм неустойки, процентов за пользование займом и членских взносов, взысканных решением суда с учетом продолжения их начисления, суд первой инстанции руководствовался следующим.

Согласно расчетам, представленным ФИО4, окончание периода начисления неустойки, процентов, членских взносов определено датой 25.04.2025.

Между тем, в силу абзаца 4 пункта 2 статьи 213.11 Закона о банкротстве с даты вынесения арбитражным судом определения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов прекращается начисление неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций, а также процентов по всем обязательствам гражданина, за исключением текущих платежей.

Таким образом, общим последствием введения процедуры банкротства является установление моратория, то есть запрета на начисление неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций, а также процентов по обязательствам должника. Для кредитора это означает, что он утрачивает право на согласованный в договоре или законодательно предусмотренный возможный прирост к имеющемуся перед ним долгу, опосредующий, как правило, ответственность за неисполнение обязательства (пункт 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019).

Для процедуры банкротства юридических лиц первой процедурой банкротства является наблюдение, для процедуры банкротства граждан – процедура реструктуризации долгов.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в постановлении Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 датой введения соответствующей процедуры в рамках банкротства, является дата объявления такой резолютивной части судебного акта.

Проверив расчеты, принимая во внимание дату оглашения резолютивной части постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда о введении в отношении ФИО6 процедуры реализации имущества (23.04.2025), суд первой инстанции произвел перерасчет процентов за пользование займом, неустойки и членских взносов, определив их в следующем размере:

сумма процентов за пользование займами:


- по договору займа от 27.11.2018 по ставке 31% годовых от невыплаченной суммы основного долга составила 6 351 201 руб. 96 коп.;


- по договору займа от 03.09.2019 по ставке 43% годовых от невыплаченной суммы основного долга составила 624 389 руб. 74 коп.;

сумма неустойки по договорам займа:


- по договору займа от 27.11.2018 по ставке 1% в день от невыплаченной суммы основного долга составила 74 869 840 руб. 77 коп.;

- по договору займа от 03.09.2019 по ставке 0,1% в день от невыплаченной суммы основного долга составила 530 640 руб.;

сумма членских взносов по договору займа от 27.11.2018 составила 2 356 360 руб. 21 коп.

Поскольку размер задолженности документарно не опровергнут, контррасчет не представлен, у арбитражного суда первой инстанции не имелось оснований для определения иного размера требований, подлежащих включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника ФИО6

При этом, судом учтены положения пункта 3 статьи 137 Закона о банкротстве, предполагающие, что требования кредиторов третьей очереди по возмещению убытков в форме упущенной выгоды, взысканию неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций, в том числе за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанности по уплате обязательных платежей, учитываются отдельно в реестре требований кредиторов и подлежат удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

Вопреки доводам апелляционной жалобы наличие задолженности, взысканной в судебном порядке, является преюдициально установленным фактом, не требующим доказывания при рассмотрении настоящего спора.

Как указано выше, по смыслу пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве наличие вступившего в законную силу решения суда исключает возможность рассмотрения разногласий по требованиям о включении в реестр требований кредиторов в части их состава и размера, что в том числе разъяснено в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.11.2015 № 308-ЭС15-9306(2) по делу № А63-3521/2014.

Отклоняя доводы ФИО1 о ничтожности сделок должника, послуживших основанием для включения в реестр рассматриваемых требований, суд объективно отметил, что данные доводы неоднократно ранее заявлялись апеллянтом и получили судебную оценку в ходе рассмотрения иных споров, как судами общей юрисдикции, так и арбитражным судом (в частности, вступившими в законную силу решениями Октябрьского районного суда г.Екатеринбурга по делам № 2-310/2023, № 2-203/2024, оставленными без изменения судами вышестоящих инстанций).

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что оспаривая в рамках дела № 2-310/2023 договоры займа между КПК «Развитие» и ФИО6 от 27.11.2018 и 03.09.2019, договор поручительства с ФИО4 от 27.11.2018, соглашения о переходе прав кредитора между КПК «Развитие» и


ФИО4 от 01.04.2022, истец ФИО1 приводила доводы о ничтожности (статьи 10, 168 ГК РФ), противоправности (статья 169 ГК РФ), мнимости (пункт 1 статьи 170 ГК РФ), притворности (пункт 2 статьи 170 ГК РФ) оспариваемых сделок, в том числе указывала на то, что договор займа от 03.09.2019 был совершен без участия финансового управляющего.

Доводы ФИО1 о наличии соглашения о покрытии и получении ФИО4 возмещения со стороны должника также получили судебную оценку в рамках рассмотрения арбитражным судом вопроса о расторжении мирового соглашения по настоящему делу о банкротстве ФИО6 (постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.04.2025).

Позиция ФИО1 о необходимости субординации требований кредитора ФИО4 также отклонена судом правомерно, поскольку субординация требований при банкротстве физического лица не производится.

Следовательно, ссылка апелляционной жалобы на необходимость применения разъяснений пунктов 4 и 5 Обзора от 29.01.2020 несостоятельна.

Также подлежат отклонению доводы жалобы со ссылкой на результаты рассмотрения требований общества с ограниченной ответственностью «Электростальконструкция» (далее – общество «Электростальконструкция»).

Действительно, определениями Арбитражного суда Свердловской области от 12.06.2019 (постановление апелляционного суда от 30.08.2019, постановление суда округа от 22.11.2019) и от 06.03.2021 (постановление апелляционного суда от 27.05.2021, постановление суда округа от 24.08.2021) по настоящему делу было отказано обществу «Электростальконструкция» во включении в реестр. Между тем, требование указанного общества было основано на утвержденном судом общей юрисдикции мировом соглашении, заключенным с должником до возбуждения настоящего дела о банкротстве и в рамках которого должник признал наличие задолженности. При этом, отказ во включении в реестр был основан на установлении судами факта противоправности действий должника и кредитора, не раскрывших мотивы своего поведения с точки зрения разумности и последовательности.

Между тем, в рассматриваемой ситуации (в рамках правоотношений, вытекающих из договоров займа с КПК «Развитие», договора поручительства, исполнения ФИО4 обязательств должника перед КПК «Развитие») доводы ФИО1 о ничтожности сделок, злоупотреблении правом, необоснованности требований ФИО4, в том числе с учетом признаков аффилированности между должником и ФИО4, перераспределения заемных денежных средств внутри группы лиц и предоставления должником исполнения, были предметом рассмотрения судов общей юрисдикции и арбитражного суда.

Оценивая доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции также отмечает, что если лицу, имеющему право на заявление возражений, после включения требования кредитора в реестр станут известны


обстоятельства, свидетельствующие о необоснованности требования кредитора либо об иной его очередности, такое лицо вправе обратиться в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, с заявлением об исключении требования кредитора из реестра требований кредиторов либо об изменении его очередности в порядке части 8 статьи 71, части 8 статьи 100 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.05.2024 № 107-ФЗ). Такое заявление может быть подано в течение трех месяцев с момента, когда этому лицу стало или должно было стать известно о наличии указанных обстоятельств.

Довод жалобы о пропуске кредитором срока исковой давности и нерассмотрении арбитражным судом первой инстанции соответствующего заявления об исковой давности коллегией судей отклоняется как не влияющий на законность и обоснованность обжалуемого определения.

Как неоднократно указано выше, рассматриваемое требование основано на вступившем законную силу судебном акте; в рамках спора о взыскании задолженности участвовавшей в качестве третьего лица ФИО1 было заявлено о применении срока исковой давности. Октябрьский районный суд г.Екатеринбурга (дело № 2-203/2024), отклоняя доводы о применении исковой давности, установил, что срок исковой давности по рассматриваемым договорам не пропущен, поскольку иск направлен в суд 28.04.2023, до истечения срока исковой давности по обоим д оговорам (страница 14 решения от 18.10.2024).

Таким образом, довод апелляционной жалобы о том, что возражения ФИО1 о применении исковой давности были отклонены судом общей юрисдикции исключительно со ссылкой на ее процессуальный статус третьего лица, подлежит отклонению, как противоречащий содержанию преюдициального судебного акта.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы о нарушении судом норм процессуального права, коллегия судей находит их необоснованными.

Наличие необходимости перехода к общему порядку рассмотрения спора из материалов дела не усматривается, в связи с чем, соответствующий довод кредитора отклоняется как основанный на неверном толковании норм процессуального права.

Согласно пункту 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29.05.2024 № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 17.12.2024 № 40) положениями пункта 2 статьи 60, пункта 2 статьи 71 и пункта 3 статьи 100 Закона о банкротстве установлены процессуальные особенности рассмотрения обособленных споров, производство по которым осуществляется в документарной форме посредством обмена


процессуальными документами без проведения судебного заседания (далее – документарные обособленные споры). В силу указанных норм суд, осуществляя управление процессом, определяет наиболее оптимальный порядок рассмотрения конкретного обособленного спора.

Правила о порядке рассмотрения документарных обособленных споров (пункт 2 статьи 60 Закона о банкротстве) применяются к спорам о включении требований в реестр требований кредиторов (пункт 2 статьи 71, пункт 3 статьи 100 Закона о банкротстве).

Пунктом 13 постановления Пленума ВС РФ от 17.12.2024 № 40 предусмотрено, что по смыслу пункта 2 статьи 60, абзаца 5 пункта 3 статьи 71 и абзаца 5 пункта 3.1 статьи 100 Закона о банкротстве само по себе представление возражений против заявленных требований не является для арбитражного суда основанием для перехода к рассмотрению обособленного спора в общем порядке. Сохранение документарного порядка рассмотрения обособленного спора при наличии поступивших мотивированных возражений не может являться основанием для отмены определения суда, правомерно разрешившего спор по существу.

Разрешая вопросы о переходе к общему порядку и о назначении судебного заседания, арбитражный суд оценивает, как заявленные возражения могут повлиять на решение по обособленному спору, а также насколько вопросы правовой квалификации и вопросы факта, затрагиваемые при рассмотрении обособленного спора, являются существенными и требуют проведения судебного заседания. В частности, суд вправе перейти к общему порядку рассмотрения обособленного спора при необходимости назначить экспертизу, заслушать свидетельские показания, выяснить дополнительные обстоятельства или исследовать дополнительные доказательства и т.д.

При наличии соответствующих оснований арбитражный суд выносит определение о назначении дела к судебному разбирательству в порядке, предусмотренном пунктом 1 статьи 60, пунктом 3 статьи 71 или пунктом 3.1 статьи 100 Закона о банкротстве.

Требования кредиторов по общему правилу рассматриваются судом единолично без проведения судебного заседания и вызова лиц, участвующих в деле о банкротстве (абзац 2 пункта 2 статьи 71 Закона о банкротстве). Суд вправе по своей инициативе назначить судебное заседание для рассмотрения требований кредиторов (абзац 4 пункта 3 статьи 71 Закона о банкротстве), при этом закон не устанавливает случаи, когда суд обязан это сделать.

В соответствии с пунктом 23 постановления Пленума ВС РФ от 17.12.2024 № 40, если при рассмотрении требования и поступивших возражений суд придет к выводу о необходимости перехода к общему порядку рассмотрения, суд выносит определение о назначении судебного заседания по проверке требования кредитора.

Таким образом, назначение судебного заседания по рассмотрению требования кредитора, подлежащего рассмотрению в порядке документарного


производства, является правом, а не обязанностью суда.

Требование кредитора ФИО4 принято к производству определением суда от 04.07.2025, которым участвующим в деле лицам разъяснен порядок рассмотрения спора и то, что ими могут быть заявлены возражения относительно предъявленного требования.

Учитывая вышеприведенные разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, апелляционный суд отмечает, что при рассмотрении заявлений кредиторов о включении требований в реестр суд самостоятельно определяет наиболее оптимальный порядок их рассмотрения, в частности с сохранением документарной формы.

В данном случае, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что материалы дела содержат достаточную совокупность доказательств, необходимую для разрешения настоящего обособленного спора в документарной форме.

Требование ФИО4 правомерно рассмотрено судом в порядке документарного производства в соответствии с абзацем 2 пункта 3 статьи 100 Закона о банкротстве.

Кроме того, как было указано выше, при наличии решения суда, подтверждающего состав и размер требований кредитора, арбитражный суд определяет возможность их предъявления в процессе несостоятельности и очередность удовлетворения, не рассматривая спор по существу (статьи 16, 69 АПК РФ).

Также подлежит отклонению довод о неправомерном отказе суда в приостановлении производства по обособленному спору.

Поддерживая позицию суда первой инстанции об отсутствии оснований для приостановления производства по настоящему спору до вступления в законную силу судебных актов по обособленным спорам о признании недействительными сделок по перечислению ФИО6 денежных средств в пользу ФИО10, ФИО4, ФИО9 и ФИО11, производство по которым в настоящее время возобновлено в связи с отменой ранее принятых судебных актов по новым обстоятельствам, апелляционная коллегия руководствуется следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 143 АПК РФ арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, Верховным Судом Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом

Невозможность рассмотрения одного дела до разрешения другого имеет место тогда, когда обстоятельства, исследуемые в другом деле, либо результат его рассмотрения имеют существенное значение для данного дела, то есть могут повлиять на результат его рассмотрения по существу. Следовательно, критерием для определения невозможности рассмотрения дела при рассмотрении вопроса о приостановлении производства по делу является


наличие существенных для дела обстоятельств, подлежащих установлению при разрешении другого дела в арбитражном суде.

На основании статьи 143 АПК РФ обязанность приостановить производство по делу по пункту 1 части 1 статьи 143 АПК РФ связана с невозможностью рассмотрения арбитражным судом спора до принятия решения по другому делу, то есть с наличием обстоятельств, препятствующих принятию решения по рассматриваемому делу.

По смыслу приведенной нормы рассмотрение дела невозможно, если оно связано с другим делом, находящимся в производстве суда, в том числе если обстоятельства, исследуемые в другом деле, либо результат рассмотрения другого дела имеют значение для данного дела, то есть могут повлиять на результат его рассмотрения по существу.

Данная норма направлена на устранение конкуренции между судебными актами по делам с пересекающимся предметом доказывания (пункт 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции»).

В рассматриваемом случае, принимая во внимание предмет заявленных требований и представленные в материалы спора доказательства, суд первой инстанции обоснованно заключил, что обстоятельства, которые могут быть установлены в рамках споров о признании сделок недействительными, на данный момент не могут иметь правового значения для рассмотрения настоящего спора, поскольку требование кредитора установлено вступившим в законную силу судебным актом о взыскании задолженности.

Приостановление производства по настоящему спору при недоказанности процессуальной необходимости такового не будет способствовать эффективной защите нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов участвующих в деле лиц.

Как уже указано, по смыслу пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве требование кредитора, основанное на судебном акте, может быть подвергнуто изменению другим судом только при условии отмены (изменения) судебного акта в порядке пересмотра либо при условии исполнения судебного акта должником.

Соответственно, лица, участвующие в деле, по итогам вынесения судебных актов по заявлениям об оспаривании сделок должника не лишены возможности обратиться с заявлением о пересмотре судебного акта, определившего состав и размер денежного обязательства должника перед ФИО4, по новым или вновь открывшимся обстоятельствам в случаях наличия к тому оснований.

Таким образом, позиция ФИО1, приведенная в апелляционной жалобе, не является основанием для признания денежного требования необоснованным.

Отклоняя позицию заявителя апелляционной жалобы о пропуске


ФИО4 срока на обращение с требованием о включении в реестр в отношении задолженности по договору займа от 27.11.2018 по мотиву непредъявления ее правопредшественником КПК «Развитие» требований в ходе процедуры банкротства до заключения мирового соглашения, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Действительно, в силу пунктов 1 и 2 статьи 166 Закона о банкротстве при расторжении мирового соглашения процедура банкротства, в ходе которой было заключено мировое соглашение возобновляется, а не вводится повторно. В связи с этим, по общему правилу, предусмотренный пунктом 1 статьи 142 Закона о банкротстве срок для заявления требований не исчисляется вновь с даты расторжения мирового соглашения в отношении требований, которые существовали до заключения мирового соглашения в деле о банкротстве, но не были заявлены для включения в реестр.

Между тем, решением Октябрьского районного суда г.Екатеринбурга от 18.10.2024 (резолютивная часть от 04.10.2024) по делу № 2-203/2024, оставленным без изменения апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 19.03.2025 по делу № 33-4007/2025 и кассационным определением Судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 12.08.2025 по делу № 88-10807/2025, на странице 14 и в резолютивной части судебного акта прямо указано на то, что исковые требования ФИО4 о взыскании денежных средств являются регрессными требованиями, которые ранее ответчиком не предъявлялись.

Учитывая, что регрессные обязательства, по своей природе, являются новыми обязательствами, а решением Октябрьского районного суда г.Екатеринбурга от 18.10.2024 (резолютивная часть от 04.10.2024) по делу № 2-203/2024 установлено, что задолженность по договору займа от 27.11.2018 в полном объеме погашена ФИО4 10.02.2021 (страницы 5-6 решения), по договору займа от 03.09.2019 – погашена 01.02.2021 (страницы 9-10), апелляционный суд полагает, что кредитор ФИО4 в данном случае не имела правовых оснований предъявить свои денежные требования к должнику в период с момента опубликования сведений о введении в отношении ФИО6 процедуры реализации имущества гражданина (решение арбитражного суда от 11.02.2019).

В любом случае, даже если признать требования ФИО4 к должнику субрагационными требованиями, то по смыслу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве пропуск двухмесячного срока на предъявление требований для целей включения их в реестр безусловно не влечет правовых последствий, предусмотренных пунктом 4 статьи 142 Закона, поскольку пропущенный срок может быть восстановлен судом.

Принимая во внимание обстоятельства настоящего дела, особенности взаимоотношений между должником, ФИО1, ФИО4, наличие множества судебных споров, инициированных в том числе


ФИО1, по поводу определения размера активов и обязательств должника, включая споры о разделе имущества супругов ФИО6 и ФИО1, оспаривание предоставленных ФИО1 залогов в обеспечение исполнения обязательств должника, признании недействительными (ничтожными) договоров займа, поручительства и так далее, учитывая, что решение о взыскании задолженности состоялось в период действия мирового соглашения по делу о банкротстве, а требование о включении в реестр заявлено ФИО4 27.06.2025, в двухмесячный срок после опубликования сведений о возобновлении процедуры реализации имущества гражданина, суд апелляционной инстанции считает возможным восстановить ФИО4 срок на предъявление требований в том числе по договору займа от 27.11.2018.

Кроме того, коллегией судей не может не учитываться общее правило о последствиях возобновления дела о банкротстве в случае аннулирования мирового соглашения, согласно которому существовавший до утверждения мирового соглашения и прекращения производства по делу реестр требований кредиторов берется за основу, однако состав и размер требований кредиторов определяется на дату возобновления производства по делу о банкротстве, вследствие чего возможно увеличение требований к должнику.

Таким образом, вопреки доводам апеллянта, судом первой инстанции при рассмотрении спора были установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения.

Доказательства, свидетельствующие о надлежащем исполнении должником обязательств перед ФИО4, а также доказательства отсутствия задолженности, в материалы дела не представлены, как не представлены и доказательства, подтверждающие отмену (изменение) вышеуказанных судебных актов.

При таких обстоятельствах оснований для отмены определения суда и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьи 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной


жалобы в порядке статьи 110 АПК РФ относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 08 сентября 2025 года по делу № А60-71015/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий Т.С. Нилогова

Судьи И.П. Данилова

А.А. Петров