Постановление от 17 января 2019 г. по делу № А63-577/2015

ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А63-577/2015
17 января 2019 года
г. Ессентуки


Резолютивная часть постановления объявлена 10 января 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 17 января 2019 года.

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Казаковой Г.В.,

судей: Луговой Ю.Б., Сулейманова З.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 16.10.2018 по делу № А63-577/2015 (судья Антошук Л.В.),

по объединенным заявлениям Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Ставропольский государственный аграрный университет», ФНС России о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества финансово-строительная компания «Гарант»,

при участии представителей:

конкурсный управляющий закрытого акционерного общества финансово-строительная компания «Гарант» ФИО3 (лично);

от Федерального государственного бюджетного учреждения высшего образования «Ставропольский государственный аграрный университет» - ФИО4 (по доверенности от 18.01.2018), ФИО5 (по доверенности от 10.04.2018);

от Федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего образования «Северо-Кавказского Федерального университета» ФИО6 (по доверенности от 08.10.2018);

от Федеральной налоговой службы России ФИО7 (по доверенности № 26АА2358825 от 29.08.2018),

в отсутствии представителей иных лиц, участвующих в деле,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Ставропольского края от 30.01.2015 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества финансово-строительная компания «Гарант» (далее – ЗАО ФСК «Гарант», должник) № А63-577/2015.

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 18.04.2016 в отношении ЗАО ФСК «Гарант» введена процедура финансового оздоровления.

Решением от 24.07.2017, резолютивная часть которого объявлена 17.07.2017, суд прекратил процедуру финансового оздоровления, ЗАО ФСК «Гарант» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства.

Сведения об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы арбитражным управляющим в соответствии со статьей 28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в периодическом издании – газете «Коммерсантъ» от 29.07.2017 № 137.

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Ставропольский государственный аграрный университет» (далее – ФГБОУ ВО Ставропольский ГАУ) обратилось с заявлениями о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц: ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО2, общества с ограниченной ответственностью СК «Севкавстрой», общества с ограниченной ответственностью ФСК «Гарант», общества с ограниченной ответственностью «Гарант-М», общества с ограниченной ответственностью СХП «Колхоз Правда», которые определением от 27.02.2018 были объединены в одно производство.

От Федеральной налоговой службы России (далее – ФНС России) поступило заявление о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника общества с ограниченной ответственностью СК «Севкавстрой», общества с ограниченной ответственностью «ГлавИнвестПроект», ФИО8, ФИО9, ФИО12, ФИО2, ФИО13. Определением от 22.05.2018 суд принял к рассмотрению заявление ФНС России, объединив его в одно производство с рассмотрением ранее поданных заявлений ФГБОУ ВО Ставропольский ГАУ.

Определением от 29.05.2018 рассмотрение требования о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 было выделено в отдельное производство.

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 16.10.2018 по делу № А63-577/2015, признано наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неподачу заявления должника в арбитражный суд о признании общества банкротом, за вред причиненный кредиторам в результате совершения сделок в пользу ООО «Еврострой», нарушения ведения бухгалтерского учета и (или) отчетности. Приостановлено рассмотрение заявления о привлечении ФИО2 по указанным основаниям к субсидиарной ответственности до окончательного формирования конкурсной массы должника.

Не согласившись с принятым судебным актом от 16.10.2018 по делу № А63-577/2015, ФИО2 обратился в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить и принять новый судебный акт.

Определением от 03.12.2018 апелляционная жалоба принята к производству суда и назначена к рассмотрению в судебном заседании на 10.01.2019.

В судебном заседании 10.01.2019 представитель конкурсного управляющего закрытого акционерного общества финансово-строительная компания «Гарант» ФИО3 возражал против доводов апелляционной жалобы, просил оставить определение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Представители Федерального государственного бюджетного учреждения высшего образования «Ставропольский государственный аграрный университет» поддержали доводы, изложенные в отзыве, возражали против доводов апелляционной жалобы, просили оставить определение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Представитель Федеральной налоговой службы в судебном заседании возражал против доводов апелляционной жалобы, поддержал доводы, изложенные в отзыве, просил оставить определение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Представитель Федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего образования «Северо-Кавказского Федерального университета» в судебном заседании возражал против доводов апелляционной жалобы, поддержал доводы, изложенные в отзыве, просил оставить определение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Представители иных лиц, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явились, о причинах неявки суду не сообщили.

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Проверив определение Арбитражного суда Ставропольского края от 16.10.2018 по делу № А63-577/2015 в апелляционном порядке в соответствии с нормами главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд пришел к выводу, что определение суда первой инстанции следует оставить без изменения по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ внесены изменения в Закон о банкротстве, в соответствии с переходными положениями которого рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, поданных с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции вышеназванного Федерального закона.

В связи с тем, что заявление о привлечении бывших руководителей и учредителя должника к субсидиарной ответственности, а также привлечение к субсидиарной ответственности лиц, получивших выгоду из незаконного и недобросовестного поведения руководителя должника, подано в суд в декабре 2017, суд первой инстанции пришел к выводу о рассмотрении заявления по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление конкурсных кредиторов о привлечении бывшего руководителя должника ФИО2 к субсидиарной ответственности, исходил из следующих установленных обстоятельств и норм действующего законодательства.

Так, исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом.

Исключением из общего правила является субсидиарная ответственность учредителей, собственников имущества юридического лица или других лиц, имеющих право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом определять его действия, по обязательствам юридического лица, если несостоятельность (банкротство) этого юридического лица вызвана действиями этих лиц (часть 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закон о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, основанием для обращения в суд с заявлением о привлечении контролирующего должника лица ФИО2 к субсидиарной ответственности явилось: совершение сделок, в результате которых причинен существенный вред имущественным правам кредиторов (ст. 61.2 Закона о банкротстве); искажение информации, содержащейся в документах бухгалтерского учета и отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), неисполнение обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (статья 61.12 Закона о банкротстве).

Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО2 в период с 18.07.2014 по 29.06.2015 являлся генеральным директором ЗАО ФСК «Гарант», а в период с 12.03.2015 по 10.06.2015 - единственным акционером ЗАО ФСК «Гарант», следовательно, в силу статьи 61. 10 Закона о банкротстве ФИО2 являлся контролирующим должника лицом.

Суд первой инстанции, проанализировав материалы дела, пришел к выводу, что признакам неплатежеспособности ЗАО ФСК «Гарант» стало отвечать с 01.04.2012, что подтверждается следующими доказательствами.

Так, в ходе мероприятий налогового контроля (акт выездной налоговой проверки № 12-08/70 от 23.01.2014) установлена задолженность должника по обязательным платежам в бюджет (налог на прибыль организаций, НДС) за период 2012, 2013 в общей сумме 57 173 963 руб.

Решениями Арбитражного суда Ставропольского края по делу № А63-2217/2015 от 18.08.2015 и по делу № А63-6188/2014 от 07.07.2014 установлен факт неисполнения должником обязательств с 2011 года.

Обстоятельства, свидетельствующие о неплатежеспособности ЗАО ФСК «Гарант» вызванной недостаточностью денежных средств по состоянию на 01.04.2012, установлены арбитражным управляющим и отражены в финансовом анализе арбитражного управляющего.

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) в пункте 9 разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением в арбитражный суд, в том числе в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве).

В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

В пункте 15 постановления № 53 разъяснено о том, что если обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве не была исполнена несколькими последовательно сменившими друг друга руководителями, первый из них несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве, последующие - со дня истечения увеличенного на один месяц разумного срока, необходимого для выявления ими как новыми руководителями обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

Учитывая, что ФИО2 был принят на должность генерального директора ЗАО ФСК «Гарант» с 18.07.2014, с учетом разумного срока, необходимого для выявления им как новым руководителем обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве, суд первой инстанции пришел к выводу, что обязанность по подаче заявления о несостоятельности (банкротстве) ЗАО ФСК «Гарант» возникла у ФИО2 не позднее 18.08.2014.

При этом судом первой инстанции учтены доводы уполномоченного органа о том, что ФИО2 обладал комплексом необходимых знаний в части осуществления руководства организацией, поскольку в период исполнения обязанностей руководителя ЗАО ФСК «Гарант» ФИО2 являлся и арбитражным управляющим, членом Некоммерческого партнерства «Межрегиональная Северо-Кавказская саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих «Содружество».

Как правильно указал суд первой инстанции, Единой программой подготовки арбитражных управляющих, утвержденной приказом Минэкономразвития от 10.12.2009 № 517, предусмотрено наличие у арбитражного управляющего комплекса знаний, включающими познания в области гражданского, налогового, трудового и уголовного права, гражданского, арбитражного и уголовного процесса, бухгалтерского учета и финансового анализа, оценочной деятельности и менеджмента, правового обеспечения процедур банкротства, законодательства о банкротстве, экономическое обеспечение арбитражного управления и деятельности арбитражных управляющих, для осуществления деятельности в качестве арбитражного управляющего, а также практику деятельности арбитражного управляющего.

Более того, как установлено судом первой инстанции, ФИО2 являлся арбитражным управляющим в деле №А63-8611/2010 о несостоятельности (банкротстве) СПК колхоз «Родина» в период с 07.10.2010 до 21.01.2016, где основными кредиторами, включенными в реестр требований кредиторов, являлись ООО СХП «Колхоз Родина» и КФХ ФИО8.

Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалам дела, что бухгалтерская отчетность должника по состоянию на 01.01.2015 является недостоверной, содержит искаженные данные, что подтверждается также финансовым анализом временного управляющего ЗАО ФСК «Гарант», в котором указано о том, что в нарушение требований действующего законодательства бухгалтерская (финансовая) отчетность ЗАО ФСК «Гарант» за исследуемый период не подтверждена аудиторским заключением, имеет существенные расхождения с бухгалтерским учетом, система внутреннего контроля общества не регламентирована, аудит бухгалтерской отчетности и инвентаризация имущества и финансовых обязательств общества перед составлением годовой бухгалтерской отчетности не проводились.

Материалами дела также подтверждается, что бухгалтерская отчетность должника содержит искаженные данные, отсутствует документация по хозяйственным операциям с контрагентами должника, что затрудняет процедуру банкротства и формирование конкурсной массы.

С учетом установленных обстоятельств суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Доказательств того, что ФИО2 не было известно о финансовом состоянии должника и невозможности должника выполнять финансовые обязательства, в материалы дела не представлено.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что имеются основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за вред, причиненный кредиторам в результате совершения сделок в пользу ООО «Еврострой», повлекших невозможность полного погашения требований кредиторов, предусмотренного статье 61.11 Закона о банкротстве по следующим основаниям.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в ситуации, когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

При доказанности обстоятельств, составляющих опровержимые презумпции доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В пункте 23 Постановления № 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

Для привлечения бывшего руководителя должника к гражданско-правовой ответственности за доведение должника до банкротства не требуется наличие у него прямого умысла именно на это, достаточно доказанности факта совершения им как руководителем должника виновных неправомерных действий от имени должника, которые привели к несостоятельности должника.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 16 Постановления № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что в период с 31.07.2014 по 30.01.2015 должником на расчетные счета ООО «Еврострой» перечислялись денежные средства в общей сумме 110 343 730,00 руб., с указанием назначения платежей по следующим договорам:

- по договору от 01.06.2010 № 01/06/10 платежное поручение от 31.07.2014 на сумму 16 000 000 руб. и платежное поручение от 06.08.2014 на сумму 20 552 688 руб.;

- по договору от 20.01.2011 № 20/01/11-ГЗ платежное поручение от 07.08.2014 на сумму 7 283 474 руб.; платежное поручение от 12.08.2014 на сумму 21 557 000 руб.; платежное поручение от 28.08.2014 на сумму 169 500 руб.; платежное поручение от 28.08.2014 на сумму 13 200 004 руб.; платежное поручение от 28.08.2014 на сумму 3 300 000 руб.; платежное поручение от 22.09.2014 на сумму 2 250 000 руб.; платежное поручение от 22.09.2014 на сумму 1 700 000 руб.; платежное поручение от 22.09.2014 на сумму 1 700 000 руб.; платежное поручение от 16.10.2014 на сумму 2 216 510 руб.;

- по договору от 05.06.2010 № 05/06/10-ГЗ платежное поручение от 28.08.2014 на сумму 13 200 004 руб.;

- по договору от 01.09.2014 №01/09/12-ГЗ платежное поручение от 16.10.2014 на сумму 5 700 000 руб., платежное поручение от 14.11.2014 на сумму 2 000 000 руб.;

- по договору от 15.01.2014 № 15/01/14-ГЗ платежное поручение от 03.12.2014 на сумму 4 500 000 руб.; платежное поручение от 05.12.2014 на сумму 9 212 350 руб.;

- за выполненные работы с/но КС-3, КС-2 платежное поручение от 22.01.2015 на сумму 271 204 руб.; платежное поручение от 30.01.2015 на сумму 431 000 руб.

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 19.07.2018 по делу А63-577/2015 указанные перечисления как сделки признаны недействительными, поскольку была доказана совокупность условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для квалификации сделок, заключенных ООО «Еврострой» с ЗАО ФСК «Гарант», как совершенных в целях причинения имущественного вреда должнику и его кредиторам.

При этом судом первой инстанции приняты во внимание доводы ФНС о том, что факт отсутствия реальных хозяйственных операций между ЗАО ФСК «Гарант» и ООО «Еврострой» установлен вступившим в законную силу постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2017 по делу А63-6069/2015 об отказе в признании недействительным решения ИФНС России по Ленинскому району г. Ставрополя от 26.02.2015 №12-08/70 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Указанным судебным актом установлено, что ООО «Еврострой» не имело реальной возможности для выполнения работ для ЗАО ФСК «Гарант» и не выполняло какие-либо работы в силу отсутствия достаточной материально-технической базы, численности собственного квалифицированного персонала, необходимого для выполнения работ для ЗАО ФСК «Гарант», а также в связи с невозможностью привлечения для выполнения работ сторонних организаций, в связи с тем, что все поступившие на расчетный счет ООО «Еврострой» денежные средства выводились на счета фирм, имеющих признаки однодневок (не имеющих численности, каких-либо активов) с последующим их «обналичиванием» или переводом в ценные бумаги, следовательно, не осуществлявших реальную финансово- хозяйственную деятельность.

Вместе с тем, суд первой инстанции пришел к выводу, что поскольку ФИО2 не участвовал в рассмотрении дела № А63-6069/2015, то выводы суда по указанному делу не имеют для него преюдициального значения (часть 2 статьи 69 АПК РФ).

Однако, исходя из разъяснений, изложенных в пункте 13 «Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства», утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016, о том, что материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается уполномоченный орган, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что установленные налоговым органом и судом обстоятельства являются доказательствами по настоящему обособленному спору о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности.

Доказательств того, что сделки с ООО «Еврострой» являлись возмездными, что общество выполняло какие-либо работы для должника некрасовым С.Ф. не представлено.

Более того, ФИО2 не опроверг показания сотрудников ГУП «УКС СК» ФИО14 и ФИО15, допрошенных налоговым органом в октябре 2014 года, из которых следует, что ЗАО ФСК «Гарант» самостоятельно выполняло работы на объекте «Застройка жилого микрорайона в 526 квартале по ул. Пирогова в г. Ставрополе», не опроверг доказательство, представленное уполномоченным органом - протокол допроса свидетеля ФИО16 - руководителя ООО «Еврострой» в период с 19.03.2013 по 06.05.2014, который сообщил, что он являлся фиктивным руководителем и учредителем ООО «Еврострой», сам никакие документы не подписывал, давал доверенность «Али», который, в свою очередь, имел право подписи банковских документов и снимал деньги с расчетного счета, акты выполненных работ и справки о стоимости работ он не подписывал.

С учетом установленных обстоятельств, подтвержденных надлежащими доказательствами, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что фактически перечисление указанных выше денежных средств в общей сумме 110 343 730,00 руб. представляло собой вывод наиболее ликвидных активов (денежных средств) должника с целью причинить вред имущественным интересам его кредиторов и существенно затруднило деятельность самого должника.

Отклоняя доводы ФИО2 о том, что перечисление денежных средств в адрес ООО «Еврострой» производилось за конкретные работы на реально существующих объектах и были совершены в рамках обычной хозяйственной деятельности общества, судом первой инстанции правомерно указано о том, что указанные доводы опровергаются надлежащими доказательствами, доказательств обратного суду первой инстанции не представлено.

Суд первой инстанции пришел также к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов в соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве по следующим основаниям.

Согласно подпунктам 2 и 4 пунктв 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального Закона «О бухгалтерском учете» от 06.12.2011 № 402-ФЗ (далее - Закон № 402-ФЗ) ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. Руководитель экономического субъекта обязан возложить ведение бухгалтерского учета на главного бухгалтера или иное должностное лицо этого субъекта либо заключить договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета (пункт 3 статьи 1 Закона № 402-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона № 402-ФЗ каждый факт хозяйственной деятельности подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года (пункт 1 статьи 29 Закона № 402-ФЗ).

Из содержания норм Закона о банкротстве следует, что субсидиарная ответственность руководителя должника возникает при неисполнении им или ненадлежащем исполнении обязанности по передаче конкурсному управляющему вышеназванной документации, неисполнении руководителем обязанности по организации хранения бухгалтерской документации, а также ненадлежащее ведение бухгалтерского учета. То есть не передача документации, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему, искажение данных бухгалтерской и иной документации устанавливает самостоятельный юридический состав для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности.

Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что бухгалтерская отчетность должника содержит искаженные данные, отсутствует документация по хозяйственным операциям с контрагентами должника, в результате чего кредиторы обратились с заявлениями о привлечении к субсидиарной ответственности ООО СК «Севкавстрой», ООО ФСК «Гарант», ООО «Гарант-М», ООО СХП «Колхоз Правда», ООО СХП «Колхоз «Родина», ООО «ГлавИнвестПроект», а также с заявлениями об оспаривании сделок должника.

ФИО2 в период исполнения обязанностей генерального директора не принято мер к обеспечению сохранности первичных учетных документов и по проведению обязательного аудита, тогда как в случае проведение аудита, изъятие документов, или их последующее затопление не повлекло бы таких последствий, поскольку имелась бы возможность представления независимого заключения аудитора.

Установленные обстоятельства, как правильно указано судом первой инстанции, свидетельствуют о том, что сведения бухгалтерского учета и отчетности не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, имеют искажения, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Таким образом, судом первой инстанции установлены основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за период с 18.07.2014 по 29.06.2015 в соответствии с требованиями статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Отклоняя доводы ФИО2 о том, что им были приняты меры по подготовке документации, передаче её временному управляющему для проведения аудита, суд первой инстанции правомерно указал о том, что контролирующее должника лицо ФИО2, приступив к исполнению обязанностей руководителя должника, а затем став единоличным участником общества, обязан был принять меры к проведению аудита самостоятельно вне зависимости от мероприятий, проводимых временным управляющим, и фактически был обязан принять меры к проведению аудита незамедлительно после вступления в должность генерального директора.

Довод ФИО2 о том, что он был принят на работу с испытательным сроком, судом первой инстанции отклонен, поскольку судом установлено, что трудовой договор № 41 от 10.07.2014, на который ссылается ФИО2, заключен от имени работодателя - ЗАО ФСК «Гарант» - ФИО2, т.е. фактически договор подписан ФИО2 сам с собой.

Отклоняя доводы ФИО2 о том, что он был принят для выполнения работ по строительству комплекса КРС на территории колхоза «Родина», а по остальным вопросам руководствовался указаниями ФИО8, который принимал окончательные решения, судом первой инстанции правомерно указано о том, что поскольку ФИО2 в период с 18.07.2014 по 29.06.2015 являлся генеральным директором ЗАО ФСК «Гарант», а в период с 12.03.2015 по 10.06.2015 единственным акционером ЗАО ФСК «Гарант», поэтому в силу статьи 61.10 Закона о банкротстве является контролирующим должника лицом.

При этом судом первой правильно указано о том, что, несмотря на то факт, что из представленных суду документов, пояснений, данных разными лицами, усматривается, что созданная и поддерживаемая учредителем ФИО8 система управления ЗАО ФСК «Гарант» была направлена на принятие окончательных решений, касающихся финансовой, хозяйственной деятельности общества, ФИО8, обладая познаниями арбитражного управляющего ФИО2 не мог не знать о последствиях принятия на себя полномочий и ответственности директора и участника должника общества в деятельности общества.

Доводы о том, что часть документов, имеющихся в деле о банкротстве, в том числе договоры, письма, доверенности он не подписывал, судом первой инстанции отклонены, поскольку документально указанные обстоятельства не доказаны, заявления о проведения экспертизы ФИО2 не заявил.

Отклоняя доводы ФИО2 о том, что финансовое положение должника не свидетельствовало о необходимости подачи заявления о банкротстве должника, судом первой инстанции указано, что из материалов дела усматривается, что предпосылки для вывода о наличии признаков объективного банкротства имелись и ФИО2, действуя разумно и добросовестно, должен был принять все меры для защиты как прав кредиторов так и должника, в том числе путем обращения с заявлением о признании должника банкротом, поскольку при наличии достаточных оснований кредиторы могли бы принять во внимание доводы должника о возможности восстановления платежеспособности и рассмотреть как вопрос о введении внешнего управляющего, так и заключении мирового соглашения.

Не представлены суду первой инстанции и доказательства, позволяющие сделать вывод о том, что, несмотря на временные финансовые затруднения, ФИО2 добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложив необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, в связи с чем он может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Учитывая правовую природу субсидиарной ответственности, являющейся дополнительной по отношению к ответственности основного должника, для определения размера ответственности субсидиарных должников необходимо установить, какая часть требований кредиторов может быть погашена за счет имущества должника, в том числе за счет взыскания с бывшего руководителя суммы причиненных им убытков, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что до завершения реализации имущества должника этот вопрос не может быть разрешен с достаточной степенью достоверности, а поэтому о невозможности в настоящее время определения размера субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, следовательно, имеются основания для приостановления производства по настоящему обособленному спору до момента завершения всех мероприятий конкурсного производства, установленных Законом о банкротстве.

При этом судом первой инстанции правомерно указано о том, что случае если восстановленная документация позволит устранить неясности в финансовом положении должника, взыскать дебиторскую задолженность, суд учтет эти обстоятельства при определении размера ответственности ФИО2

В связи с тем, что суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, оснований для отмены обеспечительных мер, принятых в отношении имущества ФИО2 не имеется.

Суд апелляционной инстанции считает, что судом первой инстанции всесторонне и полно исследованы обстоятельства и представленные сторонами доказательства, имеющие существенное значение для разрешения спора, представленным доказательствам судом дана надлежащие оценка, с которой суд апелляционной инстанции согласен.

Суд апелляционной инстанции считает, что судом первой инстанции установлено наличие, в том числе и вину ФИО2 в непринятии мер по обращению в суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом), нарушения ведения бухгалтерского учета и отчетности, причинении вреда кредиторам в результате совершения сделок в пользу ООО «Еврострой», равно как и причинно-следственной связи между действиями руководителя должника и наступившими для общества неблагоприятными последствиями в связи с увеличением задолженности перед кредиторами должника, которая в установленном порядке не погашалась.

Так, по результатам налоговой проверки от 23.01.2014 № 12-08/70 только задолженность по обязательным платежам в бюджет составила в сумме 57 173 963 рублей, которая в период деятельности ФИО2 не была погашена, а на момент обращения в суд с заявлением ООО «Зенит» о признании должника банкротом 30.01.2015 долг составлял перед указанным обществом более 9 000 000 рублей.

Таким образом, несогласие ФИО2 с выводами суда первой инстанции не опровергает фактические обстоятельства дела, установленные судом в отношении его деятельности в период осуществления руководства должником, а также в период, когда являлся единственным участником общества.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что ФИО2, выступающий в данном обособленном споре в качестве лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО ФСК «Гарант», не представил доказательства, с достоверностью подтверждающих отсутствие вины в его действиях как руководителя и учредителя должника, и о том, что не имеется вреда, причиненного его действиями имущественным правам должнику и кредиторам.

С учетом установленных обстоятельств суд апелляционной инстанции считает, что доводы апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Других доказательств в обоснование своих доводов в суд апелляционной инстанции не представлено, поэтому они не могут быть приняты судом апелляционной инстанции на основании вышеизложенного и отклоняются за необоснованностью.

На основании изложенного, исходя из фактических обстоятельств дела, с учетом оценки представленных доказательств арбитражный апелляционный суд приходит к выводу, что судом первой инстанции правильно применены нормы материального и процессуального права, вынесено законное и обоснованное определение, поэтому у арбитражного апелляционного суда отсутствуют основания для отмены или изменения определения Арбитражного суда Ставропольского края от 16.10.2018 по делу № А63-577/2015.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и влекущих безусловную отмену определения суда первой инстанции, при проверке дела в апелляционном порядке не установлено.

Следовательно, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 16.10.2018 по делу № А63-577/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через суд первой инстанции.

ПредседательствующийГ.В. Казакова

СудьиЮ.Б. Луговая

З.М. Сулейманов