Постановление от 12 августа 2019 г. по делу № А82-11919/2017

ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А82-11919/2017
г. Киров
12 августа 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена 08 августа 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 12 августа 2019 года.


Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Сандалова В.Г.,

судей Дьяконовой Т.М., Шаклеиной Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,


при участии в судебном заседании:

представителя финансового управляющего ФИО2 ФИО3, действующего на основании доверенности от 09.01.2019,

ФИО4,

представителя ООО «Форум-А» ФИО5, действующего на основании доверенности от 02.09.2016,


рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Форум-А», финансового управляющего ФИО6 ФИО2

на определение Арбитражного суда Ярославской области от 15.04.2019 по делу № А82-11919/2017, принятое судом в составе судьи Еремычевой И.И.,


по заявлению финансового управляющего ФИО6 ФИО2

к ФИО7, ФИО8

об оспаривании сделки должника и истребовании имущества из чужого незаконного владения,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО6,



установил:

финансовый управляющий ФИО6 (далее – должник) ФИО2 (далее – финансовый управляющий, арбитражный управляющий) обратился в Арбитражный суд Ярославской области с заявлением к ФИО7 (далее – первый ответчик), ФИО8 (далее – второй ответчик) о признании (с учетом уточнения) недействительной сделкой последовательно заключенных договора купли-продажи от 19.08.2015 между ФИО6 и ФИО7 и договора купли-продажи недвижимого имущества от 12.04.2017 между ФИО7 и ФИО8, в качестве последствий недействительности сделки возвратить в конкурсную массу ФИО6:

- жилой дом, назначение: жилое, 2-х этажный, общей площадью 186,6 кв.м, литер А, расположенный по адресу: Ярославская область, Ярославский район, Туношенский сельский округ п.Волга, д.41;

- жилой дом, назначение: жилое, 1 -этажный, общей площадью 55,3 кв.м, литер Б, Б1, расположенный по адресу: Ярославская область, Ярославский район, Туношенский сельский округ п.Волга, д.41;

- земельный участок, общей площадью 1417 кв.м, кадастровый номер 76:17:115201:2053, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для индивидуальной жилой застройки, расположенный по адресу: Ярославская область, Ярославский район, Туношенский сельский округ п.Волга.

При невозможности истребования данного имущества в конкурсную массу должника заявитель просит взыскать с ФИО7 в конкурсную массу ФИО6 стоимость этого имущества в размере 15 000 000 руб.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 15.04.2019 заявление финансового управляющего ФИО2 удовлетворено частично: договор купли-продажи от 19.08.2015, заключенный между ФИО6 и ФИО7, признан недействительной сделкой, применены последствия недействительности сделки: взыскана с ФИО7 в конкурсную массу ФИО6 действительная стоимость имущества в сумме 15 000 000 руб.; в удовлетворении остальной части заявления отказано.

Финансовый управляющий ФИО2 с принятым определением суда не согласен, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции в части отказа в признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества от 12.04.2017, заключенного между ФИО7 и ФИО8, и применении последствий недействительности сделки в виде возврата ФИО8 в конкурсную массу ФИО6 всего полученного имущества, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований в полном объеме.

По мнению заявителя жалобы, сделка между ФИО6 и ФИО7 могла быть совершена в целях воспрепятствования кредиторам ФИО6 обратить взыскание на его имущество. Эта сделка была совершена в период заявления массовых требований кредиторов к должнику, поэтому формальный перевод права собственности на близкого родственника позволял достичь этой цели, не соответствующий интересам кредиторов. Указанные обстоятельства впоследствии были подтверждены самим ФИО6 и ФИО7 Кроме того, из объяснений ФИО7 следует, что она не вступала во владение и пользование жилыми домами и земельным участком, а при последующей сделке с ФИО8 условий сделки не определяла, денежных средств не получала, а ее роль как собственника спорного имущества была номинальной. Данные обстоятельства подтвердил ее отец в письменных объяснениях. Первый оспариваемый договор является ничтожной сделкой в силу статьи 170 ГК РФ, так как материалами дела подтверждается расхождение действительной воли и ее выражения в договоре ФИО6 (отца) и ФИО7 (дочери). Финансовый управляющий не согласен с рассмотрением судом сделки ФИО6 (отца) и ФИО7 (дочери) исключительно как притворной (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). Суд необоснованно уклонился от установления ничтожности сделки ФИО6 (отца) и ФИО7 (дочери) в виде ее мнимости или притворности на основании положений статьи 170 ГК РФ, при наличии установления факта расхождения воли и волеизъявления участников этой сделки. Ничтожность сделки ФИО6 (отца) и ФИО7 (дочери) в виде ее мнимости (или притворности) подразумевает, что эта сделка не влечет юридических последствий и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 ГК РФ), следовательно, по закону право собственности от ФИО6 (отца) к ФИО7 (дочери) не перешло. При таких обстоятельствах сделка с ФИО8 должна подлежать оценке на предмет наличия в ней признаков подозрительной сделки, так как она считается совершенной самим ФИО6 (отцом), пусть и через действия (представительство) ФИО7 (дочери). Сделка с ФИО8 совершена при неравноценном встречном исполнении обязательств со стороны покупателя, а именно: финансовые возможности ФИО8 не позволяли ему оплатить 15 000 000 руб. за приобретенное имущество. ФИО8 не смог подтвердить свои доходы посредством предоставления налоговой отчетности, налоговых деклараций по формам 2-НДФЛ, 3-НДФЛ и т.д., а сумма его предполагаемых доходов является недостаточной для оплаты (наличие не исполненных денежных обязательств на сумму более 11 960 696 руб. и т.д.). Отсутствие возможности оплатить 15 000 000 руб. также подтверждается установлением в договоре отсрочки платежа и фактом составления расписки на 15 000 000 руб. без реальных расчетов только для цели недопущения регистрации ипотеки в силу закона. Сделка с участием ФИО8 формально предусматривала равноценное встречное исполнение, однако, должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения. Также договор с участием ФИО8 содержит признаки подозрительной сделки (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве). Признаки неплатежеспособности у ФИО6 на момент совершения сделки судом установлены еще применительно к первой сделке. По вопросу изменения места жительства должника в материалах дела имеется ответ Следственного управления УМВД России по Ярославской области. Вред имущественным правам кредиторов, который подтверждается выводом имущества из конкурсной массы должника без равноценного встречного исполнения, в результате чего размер конкурсной массы уменьшился. Заключение и исполнение договора с участием ФИО8 осуществлялось на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка: договор заключался без использования каких-либо предварительных мероприятий по поиску покупателя, со стороны продавца не совершались обычные действия по проверке правомочий собственника (не запрашивалась выписка из ЕГРН), обсуждение условий договора происходило без участия ФИО7 (дочери) напрямую с ФИО6 (отцом), договор подписывался и передавался на государственную регистрацию без оплаты со стороны ФИО8, а расписка об оплате 15 000 000 руб. составлялась исключительно для цели недопущения регистрации ипотеки в силу закона и т.д. Представитель ФИО8 в судебном заседании не отрицала, что ФИО6 связан с ФИО8 через общий бизнес партнера обоих -ФИО9. Вне сомнений, что такое поведение при заключении и исполнении сделки свидетельствует о такой степени доверительных отношений, которая не свойственна обычным (независимым) участникам рынка. ФИО8 в опровержение факта аффилированности не привел разумные мотивы, поясняющие возможность оформления сделки на выявленных условиях, не смог объяснить заключение договора без участия ФИО7 (дочери) и почему у него это не вызвало подозрений, а также то, как происходил поиск имущества, его осмотр, проверка полномочий собственника и т.д. Не смог подтвердить факт оплаты 15 000 000 руб. Пункт 3 договора с участием ФИО8 предусматривал отсрочку платежа до 31.12.2017, а в качестве формы оплаты устанавливался безналичный расчет. В судебном разбирательстве было установлено, что, действительно, со стороны ФИО8 в адрес ФИО7 были перечислены денежные средства по приходным кассовым ордерам № 9 от 30.05.2017 на общую сумму 1 980 000 руб. с назначение платежа: пополнение текущего счета ФИО7, однако, эти платежи хотя и связаны со спорным договором по периоду действия отсрочки платежа, но не связаны с ним назначением. Относительно расписки на 15 000 000 руб. в судебном разбирательстве было установлено, что она не подтверждает факт оплаты сумм, которые в ней указаны. Неполучение от ФИО8 наличных денежных средств также подтверждается объяснениями ФИО7, которая указала, что не принимала от ФИО8 по расписке денежных средств. Поэтому ФИО8 через фактическую аффилированность по отношению к ФИО6 должен быть признан заинтересованным лицом по отношению к должнику, в силу чего осведомленность ФИО8 о цели должника причинить вред имущественным правам кредиторов предполагается в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Таким образом, сделка с участием ФИО8 является недействительной по специальным основаниям статьи 61.2 Закона о банкротстве. Наличие доверительных отношений не исключает иной модели взаимоотношений, направленной на причинение вреда имущественным правам кредиторов, так как с учетом указанных ранее обстоятельств может прикрывать иную волю всех ее участников (статья 170 ГК РФ). Вследствие чего она может содержать даже пороки, выходящие за пределы подозрительной сделки. Общая связанность совместными интересами всех участников оспариваемых сделок (ФИО6, ФИО7 и ФИО8) свидетельствует о последовательном заключении сделок между заинтересованными лицами, в результате которых спорное имущество должника выбыло из его собственности без оплаты в ущерб имущественным правам кредиторов должника. Последовательное заключение сделок необязательно должно происходить в непродолжительный период времени, так как сценарий по выводу активов может корректироваться в зависимости от обстановки. Такие сделки не обязательно должны иметь единый субъектный состав. Единой должна быть только цель, направленная на недопущение возможности обращения взыскания на имущество должника, которая, как было указано ранее, предполагается при совершении сделки между заинтересованными (аффилированными) лицами по отношению к должнику. ФИО8 не представил ни одного доказательства, подтверждающего возможность заключения с ним договора без участия ФИО6 (отца). Из этого следует, что выводы суда о самостоятельном характере договора с участием ФИО8 при отсутствии опровержения его заинтересованности (аффилированности) по отношению к ФИО6 не могут соответствовать обстоятельствам дела. Сделка ФИО6 и ФИО7 является ничтожной в силу ее мнимости (или притворности) на основании статьи 170 ГК РФ. Соответственно, сделка с участием ФИО8 должна рассматриваться в деле о банкротстве, как заключенная самим ФИО6 в силу пункта 1 статьи 166 и пункта 1 статьи 167 ГК РФ. Договор с участием ФИО8 содержит в себе все признаки сделок, указанных в статье 61.2 Закона о банкротстве, поэтому недвижимое имущество должно быть возвращено в конкурсную массу.

ООО «Форум-А» с принятым определением суда также несогласно, обратилось во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить и принять новый судебный акт.

Заявитель жалобы указывает, что он не согласен с определением в части отказа в удовлетворении требований об истребовании из чужого незаконного владения ФИО8 имущества в конкурсную массу ФИО6 Договоры купли-продажи между ФИО6 и ФИО7, а впоследствии между ФИО7 и ФИО8, явились взаимосвязанными недействительными сделками, прикрывающими единую сделку по выводу активов должника для предотвращения взыскания со стороны кредиторов. В отзывах ФИО7 указывает, что являлась номинальным владельцем имущества, никакого конкретного интереса для нее данное имущество не представляло, так как она уже значительное время обучалась и проживала за границей и возвращаться в Россию не планировала, при этом денежные средства по договору не передавались. Таким образом, имущество не выбывало из фактического владения ФИО6 и дальнейшее отчуждение от ФИО7 к ФИО8, также происходило под контролем и по договоренностям ФИО6 Ссылку суда на положения статей 971 и 973 ГК РФ и необходимости отражения в тексте сделки (договоре купли-продажи) условий относительно юридических действий, поручаемых доверителем (ФИО6) поверенному (ФИО7), некорректной при том уровне доверительных отношений, который существует между этими лицами (отец и дочь), соответственно, поручение (доверенность) могло быть выдано в устной форме, без документального юридического оформления. Общество обращает внимание на несоответствия, которые, по его мнению, подтверждают недействительность данной сделки: договор содержит отсрочку оплаты до 31.12.2017, при этом в материалы дела представлена расписка от 13.04.2017 на сумму 15 000 000 руб. о полной оплате и выписка с лицевого счета о перечислении 1 980 000 руб. безналичным порядком в июне 2017 года. В своем отзыве ФИО7 указала, что сделка совершалась в ограниченный период времени ее нахождения на территории РФ (3-4 дня), а на момент заключения договора денежных средств у ФИО8 не было, и расчет планировался позднее безналичным способом, расписка была составлена для того, чтобы не возникало обременение. Факт составления расписки для того, чтобы не возникало обременение, подтвердила и представитель ФИО8, при проверке финансовой состоятельности ФИО8 посредством запроса налоговых деклараций было выявлено, что за три года предшествующих сделке налогооблагаемых доходов ФИО8 не имеет, представленные ФИО8 документы также не подтверждают платежеспособность для оплаты 15 000 000 руб. Все действия участников оспариваемых сделок были направлены на создание видимости добросовестного приобретателя с целью вывода активов должника, являются по существу одной сделкой, совершены со злоупотреблением правом (статья 10 ГК РФ) в связи с чем, считает данные сделки недействительными и расценивает их как единую сделку. Суд, отказав рассматривать договор с участием ФИО8 в качестве взаимосвязанной сделки со сделкой ФИО6 и ФИО7, установив неподведомственность спора с участием ФИО8 арбитражному суду, при этом указал, что в удовлетворении заявления отказывает. Между тем, согласно пункту 1 части 1 статьи 150 АПК РФ, если дело не подлежит рассмотрению в арбитражном суде, то арбитражный суд прекращает производство по делу. Таким образом, судом допущено неправильное применение норм процессуального права, что привело к принятию неправильного решения.

Отзывы на апелляционные жалобы не представлены.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 25.06.2019 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 26.06.2019 в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 122 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). На основании указанной нормы лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомлены о рассмотрении апелляционной жалобы.

Судебное разбирательство, назначенное на 10.07.2019, отложено на 08.08.2019.

В соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 37 Регламента арбитражных судов Российской Федерации и в связи с невозможностью (по причине нахождения в отпуске) дальнейшего участия судьи Кормщиковой Н.А. в рассмотрении дела № А82-11919/2017 произведена замена ее на судью Дьяконову Т.М.

В силу части 5 статьи 18 АПК РФ в случае замены судьи, арбитражного заседателя в процессе рассмотрения дела судебное разбирательство должно быть произведено с самого начала.

После замены судьи судебное разбирательство по данному делу произведено с самого начала.

В судебном заседании представители заявителей жалоб поддержали свои доводы и возражения, изложенные в апелляционных жалобах.

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

В соответствии со статьей 156 АПК РФ дело рассматривается в отсутствие представителей указанных лиц по имеющимся материалам.

Законность определения Арбитражного суда Ярославской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 19.08.2015 ФИО6 (продавец) и ФИО7 (покупатель) подписали договор купли-продажи (далее – договор № 1), согласно которому продавец продал, а покупатель купил следующее недвижимое имущество:

- жилой дом, назначение: жилое, 2-х этажный, общей площадью 186,6 кв.м, литер А, расположенный по адресу: Ярославская область, Ярославский район, Туношенский сельский округ п.Волга, д.41;

- жилой дом, назначение: жилое, 1-этажный, общей площадью 55,3 кв.м, литер Б, Б1, расположенный по адресу: Ярославская область, Ярославский район, Туношенский сельский округ п.Волга, д.41;

- земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для индивидуального жилищного строительства, общей площадью 1417 кв.м, расположенный по адресу: Ярославская область, Ярославский район, Туношенский сельский округ п.Волга, кадастровый номер 76:17:115201:2053.

По пункту 3 договора № 1 указанное недвижимое имущество продавец продает покупателю за 15 000 000 руб., которые полностью уплачены на момент подписания настоящего договора.

В соответствии передаточным актом от 19.08.2015 указанное недвижимое имущество передано покупателю.

Договор купли-продажи зарегистрирован в установленном законом порядке.

12.04.2017 ФИО7 (продавец) и ФИО8 (покупатель) подписали договор купли-продажи недвижимого имущества (далее – договор № 2), в соответствии с которым продавец продает, а покупатель принимает следующее недвижимое имущество:

- жилой дом, назначение: жилое, 2-х этажный, общей площадью 186,6 кв.м, литер А, расположенный по адресу: Ярославская область, Ярославский район, Туношенский сельский округ п.Волга, д.41;

- жилой дом, назначение: жилое, 1 -этажный, общей площадью 55,3 кв.м, литер Б, Б1, расположенный по адресу: Ярославская область, Ярославский район, Туношенский сельский округ п.Волга, д.41;

- земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для индивидуального жилищного строительства, общей площадью 1417 кв.м, расположенный по адресу: Ярославская область, Ярославский район, Туношенский сельский округ п.Волга, кадастровый номер 76:17:115201:2053.

По пункту 3 договора № 2 указанное недвижимое имущество продавец продает покупателю за 15 000 000 руб., оплата по договору должна быть произведена путем перечисления денежных средств на расчетный счет продавца либо иным незапрещенным законодательством способом не позднее 31.12.2017.

По акту приема-передачи от 12.04.2017 недвижимое имущество передано покупателю.

Договор купли-продажи зарегистрирован в установленном законом порядке.

Финансовый управляющий, посчитав, что вышеуказанные договоры купли-продажи являются недействительными сделками, обратился в Арбитражный суд Ярославской области с настоящим заявлением.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, и, заслушав представителей заявителей жалоб, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Решением Арбитражного суда Ярославской области от 19.10.2017 (резолютивная часть оглашена 16.10.2017) индивидуальный предприниматель ФИО6 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО2.

По пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям, и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Абзацем 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве определено, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, перечисленных в абзацах 3-5 настоящей статьи.

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу разъяснений пункта 6 Постановления № 63 согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Как разъяснено в пункте 7 Постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Договор купли-продажи № 1 заключен должником 19.08.2015, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Из материалов дела, в частности решений судов общей юрисдикции усматривается, что на момент заключения оспариваемой сделки с ФИО7 (19.08.2015) к ФИО6 в Заволжском, Кировском, Фрунзенском, Красноперекопском, Ленинском районных судах города Ярославля рассматривались иски о взыскании более 150 000 000 руб.

Следовательно, на момент совершения оспариваемой сделки должник прекратил исполнение денежных обязательств, что свидетельствует о наличии признаков неплатежеспособности у указанного лица.

В силу статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником, лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику – юридическому лицу признаются также:

руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве;

лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи;

лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве определено, что заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

ФИО7 является дочерью должника ФИО6, то есть является заинтересованным лицом по отношению к должнику.

С учетом этого, ФИО7, как заинтересованное лицом, должна была знать о неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемой сделки, а также о наличии кредиторов и о цели должника причинить вред имущественным правам кредиторов.

Документального подтверждения оплаты ФИО7 спорного имущества не представлено.

Более того, ФИО6 в отзыве указал, что расчетов между ним и дочерью не производилось.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что отсутствие оплаты привело к уменьшению стоимости имущества должника, причинению вреда имущественным правам кредиторов ФИО6

Таким образом, договор купли-продажи от 19.08.2015 является недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По пунктам 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6. Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возвратить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникших вследствие неосновательного обогащения.

Поскольку проданное должником имущество отчуждено третьему лицу, то есть не находится в собственности покупателя ФИО7, то в данном случае суд первой инстанции правомерно применил последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника действительной стоимости недвижимого имущества на момент его приобретения в размере 15 000 000 руб.

По пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Принимая во внимание указанное, истец по настоящему делу должен доказать, что при заключении договора воля обеих сторон сделки была направлена не на достижение соответствующих ей правовых результатов, а на создание иных правовых последствий, соответствующих сделке, которую стороны действительно имели в виду. При этом намерения одного участника на совершение притворной сделки для применения пункта 2 статьи 170 ГК РФ недостаточно (пункт 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В связи с этим для установления истиной воли сторон имеют значение фактические отношения между сторонами, а также намерения каждой стороны.

Как разъяснено в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.11.2005 № 2521/05, реально исполненный договор не может являться мнимой или притворной сделкой.

В связи с изложенным, основания для признания договора № 1 ничтожной сделкой ввиду ее притворности на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ у суда первой инстанции отсутствовали.

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Иные выводы основаны на неверном толковании норм права.

Заявители жалобы также указывают на то, что обе оспариваемые сделки являются взаимосвязанными.

В то же время действующее законодательство не устанавливает критериев взаимосвязанности сделок, однако, исходя из сложившейся судебной практики совокупность таких признаков, как преследование единой цели при заключении сделок, консолидация всего отчужденного по сделкам имущества в собственности одного лица, совершение сделок одновременно или в течение непродолжительного времени, единый субъектный состав либо взаимозависимость лиц, может служить основанием для квалификации сделок как взаимосвязанных. При этом обязательным признаком взаимосвязанных сделок является преследование при их заключении единой цели.

Для установления взаимосвязанности сделок вышеуказанные признаки носят оценочный характер, и их следует рассматривать в совокупности с другими обстоятельствами конкретного дела.

По пункту 1 статьи 971 и пункту 1 статьи 973 ГК РФ по договору поручения одна сторона (поверенный) обязуется совершить от имени и за счет другой стороны (доверителя) определенные юридические действия. Права и обязанности по сделке, совершенной поверенным, возникают непосредственно у доверителя. Поверенный обязан исполнять данное ему поручение в соответствии с указаниями доверителя. Указания доверителя должны быть правомерными, осуществимыми и конкретными.

Из смысла данных норм следует, что существенным для сторон, заключающих договор поручения, является согласование и отражение в тексте сделки условия относительно юридического действия, которое поручается совершить поверенному.

При этом рассматриваемые условия договоров купли-продажи не отвечают требованиям, установленным законом к доверенности и к договору поручения, а также не являются каким-либо другим видом представительства.

Из содержания данных договоров следует, что стороны оспариваемых сделок заключили их от своего имени, правовые последствия от заключения сделок возникали у сторон договоров.

В спорных договорах отсутствуют ссылки на то, что ФИО7 действовала от имени и за счет другой стороны (ФИО6), а также условие относительно юридического действия, которое поручается совершить поверенному.

Только лишь довод о том, что ФИО8 не подтвердил свою финансовую возможность оплатить спорную сделку, а также то, что оплата по договору № 2 не была произведена покупателем, не свидетельствует о том, что спорные сделки являются взаимосвязанными.

Второй договор совершен по истечении продолжительного времени после подписания первого договора.

Доказательств наличия иных сделок с имуществом ФИО6, совершенных в пользу ФИО8, при посредничестве ФИО7, не представлено.

Иных обстоятельств, однозначно свидетельствующих о том, что оспариваемые сделки являются единой сделкой, также не имеется.

Оспариваемые сделки от 19.08.2015 и от 12.04.2017 правильно не признаны судом первой инстанции взаимосвязанными.

Иные выводы противоречат материалам дела.

Заявитель, при наличии к тому оснований, не лишен возможности предъявления требования об истребовании имущества из чужого незаконного владения на основании статьи 301 ГК РФ с соблюдением правил подведомственности и подсудности спора.

Как разъяснено абзаце 3 пункта 16 Постановления № 63, если право на вещь, отчужденную должником по сделке, после совершения этой сделки было передано другой стороной сделки иному лицу по следующей сделке (например, по договору купли-продажи), то заявление об оспаривании первой сделки предъявляется по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к другой ее стороне. Если первая сделка будет признана недействительной, должник вправе истребовать спорную вещь у ее второго приобретателя только посредством предъявления к нему виндикационного иска вне рамок дела о банкротстве по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В случае подсудности виндикационного иска тому же суду, который рассматривает дело о банкротстве, оспаривающее сделку лицо вправе по правилам статьи 130 АПК РФ соединить в одном заявлении, подаваемом в рамках дела о банкротстве, требования о признании сделки недействительной и о виндикации переданной по ней вещи; также возбужденное вне рамок дела о банкротстве тем же судом дело по иску о виндикации может быть объединено судом с рассмотрением заявления об оспаривании сделки - их объединенное рассмотрение осуществляется в рамках дела о банкротстве.

Ранее указывалось, что отчужденное имущество находится в собственности ФИО8, который не являлся стороной сделки, заключенной с должником.

В силу положений Постановления № 63 предусмотрена возможность рассмотрения виндикационного иска должника к последующему приобретателю имущества в рамках дела о банкротстве при соблюдении условий:

- первая сделка по отчуждению имущества признана недействительной;

- совпадение подсудности иска о виндикации тому суду, который рассматривает дело о банкротстве.

В определениях Верховного Суда Российской Федерации от 27.07.2018 № 306-ЭС18-1542(3) по делу № А57-17332/2012, от 23.03.2018 № 310-ЭС17-21920 по делу № А54-5998/2014, от 26.02.2018 № 306-ЭС17-23374 по делу № А49-160/2016 указано, что при разрешении спора в части последствий недействительности сделки должен быть рассмотрен вопрос о подсудности виндикационного иска арбитражному суду и установления статуса участвующих в деле лиц. В случае отсутствия статуса индивидуального предпринимателя у стороны по делу исключается возможность рассмотрения подобного требования в арбитражном суде в силу его подведомственности суду общей юрисдикции.

Из материалов дела усматривается, что ФИО8 прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя 01.01.2015.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно указал, что правовые возможности для рассмотрения виндикационного иска к ФИО8 в деле о банкротстве должника отсутствуют.

Вместе с тем, суд первой инстанции, признав договор купли-продажи от 19.08.2015 недействительной сделкой, применив последствия недействительности сделки, взыскав с ФИО7 в конкурсную массу ФИО6 действительную стоимость имущества в сумме 15 000 000 руб., в остальной части в удовлетворении заявления отказал.

Однако в силу пункта 1 части 1 статьи 150 АПК РФ арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что дело не подлежит рассмотрению в арбитражном суде.

В то же время, производство по делу в части отказа в удовлетворении виндикационных требований (истребование имущества из чужого незаконного владения) к ФИО8 подлежало прекращению.

Таким образом, определение первой инстанции подлежит изменению по основаниям, указанным в пункте 4 части 1, части 3 статьи 270 АПК РФ.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по апелляционным жалобам относятся на заявителей.

Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 2 статьи 269, пунктом 4 части 1, частью 3 статьи 270, статьями 271-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Ярославской области от 15.04.2019 по делу № А82-11919/2017 изменить в части отказа в удовлетворении виндикационных требований (истребование имущества из чужого незаконного владения) к ФИО8.

Производство по делу в данной части прекратить.

В остальной части оставить определение без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Ярославской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.


Председательствующий

В.Г. Сандалов

Судьи


Т.М. Дьяконова


Е.В. Шаклеина