Постановление от 28 февраля 2024 г. по делу № А32-3173/2019

2269/2024-17480(2)


ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/
ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-3173/2019
город Ростов-на-Дону
28 февраля 2024 года
15АП-17387/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 19 февраля 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 28 февраля 2024 года Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Димитриева М.А., судей Николаева Д.В., Сулименко Н.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии посредством проведения онлайн-заседания в режиме веб- конференции:

от ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 02.08.2022,

от ФИО4: представитель ФИО5 по доверенности от 14.06.2022, от ФИО6: представитель ФИО7 по доверенности от 22.11.2021,

от ФИО8: представитель ФИО9 по доверенности от 04.02.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО8 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 05.10.2023 по делу № А32-3173/2019 об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки по заявлению ФИО8 к ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО4, ФИО6 в рамках дела (несостоятельности) банкротстве ФИО10,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела (несостоятельности) банкротстве ФИО10 (далее – должник) конкурсный кредитор ФИО8 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края о признании недействительными следующие взаимосвязанные сделки должника (согласно уточненной редакции в порядке положений ст. 49 АПК РФ, принятых определением от 31.05.2023):

- договор от 18.10.2014 купли-продажи хоз.блока незавершенного строительством и земельного участка с кадастровым номером 23:33:0203003:51, площадью 702 квадратных метров, расположенного по адресу: Туапсинский район,

<...>, заключенный между ФИО12 и ФИО11;

- договор купли-продажи от 14.10.2016, заключенный между ФИО11 и ФИО13, хоз.блока незавершенного строительством с кадастровым номером 23:33:0203003:424 и земельного участка с кадастровым номером 23:33:0203003:51, площадью 702 квадратных метров, расположенного по адресу: <...>;

- договор купли-продажи земельного участка с объектом незавершенного строительства от 26.10.2017 в отношении объектов: хоз.блока незавершенного строительством с кадастровым номером: 23:33:0203003:424 и земельного участка с кадастровым номером 23:33:0203003:51, площадью 1128+/-24 квадратных метров, расположенного по адресу: <...>, заключенный между ФИО13 и ФИО4;

- соглашение от 08.11.2017 о внесении изменений в договор купли-продажи года, заключенное между ФИО13 и ФИО4, согласно которого договор-купли продажи дополнен объектами, принадлежащими другим лицам;

- договор от 26.12.2015 купли-продажи жилого дома с кадастровым номером 23:33:0203003:538, площадью 108,5 квадратных метров, расположенного по адресу: <...>, заключенный между ФИО10 и ФИО6;

- признать недействительным договор от 19.02.2019 купли-продажи жилого дома с кадастровым номером 23:33:0203003:538, площадью 108,5 квадратных метров, расположенного по адресу: <...>, заключенный между ФИО6 и ФИО4;

- признать недействительным соглашение от 28.02.2019 об изменении условий купли-продажи жилого дома с кадастровым номером 23:33:0203003:538, площадью 108,5 квадратных метров, расположенного по адресу: <...>, заключенное между ФИО6 и ФИО4.

Применить следующие последствия недействительности сделок: Установить, что решение суда является основанием для включения в конкурсную массу ФИО10 недвижимого имущества:

- жилого дома с кадастровым номером 23:33:0203003:538, площадью 108,5 квадратных метров, расположенного по адресу: <...>;

- 9/10 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом с кадастровым номером 23:33:0203003:539 площадью 729,9 квадратных метров, расположенной по адресу: <...>;

земельного участка с кадастровым номером: 23:33:0203003:51, площадью 1128 квадратных метров, расположенного по адресу: <...>.

Определением от 05.10.2023 суд оставил без удовлетворения заявление ФИО8 о признании договора от 26.12.2015, заключенного между ФИО10 и ФИО6, договора от

19.02.2019, заключенного между ФИО6 и ФИО4, а также соглашения от 28.02.2019 к договору от 19.02.2019 недействительными сделками.

В остальной части требования ФИО8 о признании недействительными договоров от 18.10.2014, от 14.10.2016, от 26.10.2017 и соглашения от 08.11.2017 к договору купли-продажи от 26.10.2017, оставил без рассмотрения.

ФИО8 обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просил отменить судебный акт, принять новый.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что судом первой инстанции необоснованно оказано в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания. Судом необоснованно установлено отсутствие оснований считать, что оспоренные договоры от 18.10.2014, 14.10.2016 и 26.10.2010, а также соглашение к договору купли-продажи от 26.10.2017, заключенное 08.11.2017, не относятся к сделкам, совершенными за счет должника. Заявитель жалобы ссылается, что договор купли-продажи от 18.10.2014 совершен за счет имущества должника, поскольку стороны по нему продали несуществующий объект (хозблок), а земельный участок, который также был указан в качестве объекта недвижимости и в силу договоренностей с ФИО12 и положений ст. 552 ГК РФ должен был перейти в собственность ФИО10 Кроме того, передача в собственность ФИО11 земельного участка позволила в дальнейшем по цепочке иным лицам приобрести объекты, находящиеся на данном участке, принадлежащие ФИО10 Суд незаконно не применил подлежащие применению статьи 10, 168, 170 ГК РФ.

В отзывах на апелляционную жалобу ФИО4, ФИО6, ФИО13 просят определение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО2 просит отменить определение суда, апелляционную жалобу – удовлетворить.

В судебном заседании представитель ФИО8 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить.

Представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить.

Представитель ФИО6 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Представитель ФИО4 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, представителей в судебное заседание не направили, о времени судебного заседания извещены надлежащим образом.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 3 статьи 156 АПК РФ, рассмотрел апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзывов, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «Магистраль-Кавказ» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании гражданина ФИО10 несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 28.01.2019 заявление принято к производству.

Определением суда от 06.05.2019 (резолютивная часть от 25.04.2019) заявление признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО14.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.12.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим должника утверждена ФИО15.

В Арбитражный суд Краснодарского края 04.04.2022 обратился ФИО8 с заявлением о признании сделок недействительными и о применении последствий недействительности сделок.

Заявитель указывает, что при анализе хозяйственной деятельности должника им было установлено наличие правоотношений с заинтересованными лицами, касающихся отчуждения имущества должника.

Так, изначально между 18.10.2014 между ФИО12 (продавец) и ФИО11 (покупатель) заключен договор купли-продажи хоз.блока незавершенного строительством и земельного участка с кадастровым номером 23:33:0203003:51, площадью 702 квадратных метров. расположенного по адресу: <...>, в соответствии с условиями которого продавец обязался передать, а покупатель принять и оплатить спорное имущество.

Пунктом 4 договора определена цена названных объектов недвижимого имущества в совокупном размере 7 000 000 руб., из 2 000 000 руб. за хоз.блок, 5 000 000 руб. за земельный участок.

В дальнейшем 14.10.2016 между ФИО11 и ФИО13 заключен договор купли-продажи в отношении спорного имущества, согласно которого хоз.блок незавершенного строительством и земельного участка с кадастровым номером 23:33:0203003:51, площадью 702 квадратных метров. расположенного по адресу: <...> перешел в собственность ФИО13.

Согласно п. 4 договора купли-продажи стоимость земельного участка и хоз.блока составила 922 000 руб. Расчет между сторонами полностью произведён до подписания настоящего договора (п. 5 договора от 14.10.2016).

26.10.2017 между ФИО13 и ФИО4 заключен договор купли-продажи, в соответствии с которым к последнему права требования в отношении спорного имущества.

Согласно п. 2.4 договора стоимость спорного имущества составляет 2 100 000 руб.

Также, 08.11.2017 между ФИО13 и ФИО4 заключено соглашение о внесении изменений в договор купли-продажи от 26.10.2017, поскольку стороны решили отобразить в договоре наличие иных объектов на названном участке, в частности, жилой дом площадью 729,9 кв.м. и жилой дом площадью 108,5 кв.м.

Кроме того, 26.12.2015 между ФИО10 и ФИО6 заключен договор купли-продажи, в соответствии с условиями которого продавец продал, а покупатель купил жилой дом, кадастровый номер № 23:33:0203003:538, по адресу: <...>, расположенный на земельном участке кадастровый номер № 23:33:0203003:51 .

Согласно п. 3 стоимость отчуждаемого жилого дома по соглашению сторон составляет 950 000 руб.

Также между ФИО6 и ФИО4 19.02.2019 заключен договор купли-продажи дома, лощадью 108,5 кв.м., расположенного по адресу: <...>.

Согласно п. 4 стороны согласовали стоимость недвижимого имущества в размере 26 800 000 руб.

28.02.2019 между ФИО6 и ФИО4 заключено дополнительное соглашение, в соответствии с которым стороны внесли изменения в п. 4 договора и установили стоимость имущества - 2 680 000 руб.

Конкурсный кредитор полагает, что сделки по отчуждению имущества представляют собой единую взаимосвязанную сделку и являются недействительными, по основаниям ст. ст. 10, 168, 170 ГК РФ.

По мнению конкурсного кредитора, продажа спорного имущества совершена по заниженной стоимости и контрагенты по последующим договорам не проявили должной осмотрительности приняв в собственность имущества по формальной цене.

Так кредитор указывает, что сведения по счетам должника не отражают факт поступление средств от ФИО13, доказательства передачи средств отсутствуют, в связи с чем, кредитор пришел к выводу о неисполнении со стороны заинтересованного лица обязанностей по оплате средств.

Согласно статье 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом.

Посчитав, что заключение договоров купли-продажи представляет собой отчуждение активов должника в отсутствии оплаты и повлекло за собой уменьшение конкурсной массы должника, конкурсные кредиторы обратились в суд с требованиями о признании договоров купли-продажи взаимосвязанными недействительными сделками по основаниям статьей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего обособленного спора суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской

Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом. Голоса кредитора, в отношении которого или в отношении аффилированных лиц которого совершена сделка, не учитываются при определении кворума и принятии решения собранием (комитетом) кредиторов по вопросу о подаче заявления об оспаривании этой сделки. Если заявление об оспаривании сделки во исполнение решения собрания (комитета) кредиторов не будет подано арбитражным управляющим в течение установленного данным решением срока, такое заявление может быть подано представителем собрания (комитета) кредиторов или иным лицом, уполномоченным решением собрания (комитета) кредиторов.

Согласно пункту 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в пункте 1 настоящей статьи, конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредитров, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 10.05.2016 N 304- ЭС15-17156 приведена следующая позиция.

Положения Закона о банкротстве, предусматривающие право оспаривания сделок должника конкурсными кредиторами, обладающими относительно небольшим размером требований к должнику, направлены на самостоятельную защиту последними своих законных интересов, в том числе в случае недобросовестного поведения конкурсного управляющего, уклоняющегося от совершения таких действий.

При этом установленный Законом десятипроцентный порог служит лишь ограничением для чрезмерного и несогласованного оспаривания сделок по заявлениям миноритарных кредиторов, что может нарушить баланс интересов участвующих в деле о банкротстве лиц, привести к затягиванию процедуры банкротства и увеличению текущих расходов.

В настоящем случае, общий размер требований ФИО8 превышает 10%, что предоставляет им право на подачу настоящего заявления.

Из материалов обособленного спора следует, что договор купли-продажи и договор передачи прав на долю в земельном участке заключены между ФИО10 и ФИО6 - 26.12.2015, в свою очередь заявление о признании должника банкротом принято к производству - 28.01.2019.

Согласно позиции кредитора следует, что взаимосвязанные сделки оспариваются ими ввиду реализации имущества должника по заниженной стоимости и в отсутствии доказательств оплаты.

Кредитор, заявляя о признании недействительной сделок договоров и соглашений о внесении изменений в договоры купли-продажи от 18.10.2014, от 26.12.2015 от 14.10.2016, от 26.10.2017, от 19.02.2019, от 28.02.2019, ссылается на положения статьи 10, 168 и 170 ГК РФ согласно уточненной редакции.

Конкурсный кредитор указывает на отсутствие оплаты со стороны ФИО6 денежной сумму, определенной условиями договора от 26.12.2015 и то, что определенная в договоре от 26.12.2015 сумма - 950 000 руб. является значительно заниженными.

При этом условиями договора предусмотрено, что расчет произведен полностью ранее до подписания настоящего договора (п. 4 договора).

Вопреки доводам заявителя жалобы судом первой инстанции верно отмечено, что указанные кредитором обстоятельства не выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" также содержатся разъяснения о том, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

По смыслу приведенных положений законодательства и разъяснений, квалификация сделки как совершенной со злоупотреблением правом возможна в случае представления лицом, заявившим соответствующие требования, доказательств направленности недобросовестных действий участников гражданских правоотношений с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, причинить вред другому лицу.

Судом первой инстанции установлено, что в данном случае таких доказательств не представлено.

Основания для признания оспариваемой сделки недействительной на основании статей 10, 168 ГК РФ судом первой инстанции не установлены, поскольку признаки злоупотребления правом, выраженные в отклонении их поведения от общепринятого, как со стороны должника, так и со стороны ответчиков кредитором не доказаны. Кроме того, согласно части 5 статьи 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Суд первой инстанции счел, что заявителем не представлены конкретные доказательства, подтверждающие недобросовестность сторон оспариваемой сделки.

Суд первой инстанции при проверке наличия оснований, установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, верно исходил из следующего.

Наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закона о банкротстве) само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)").

В названных разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок и сделок с предпочтением (постановление Президиума ВАС РФ от 17.06.2014 N 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 24.10.2017 N 305-ЭС17-4886, от 17.12.2018 N 309- ЭС18-14765, от 24.10.2017 N 305-ЭС17-4886 (1), от 29.01.2020 N 308-ЭС19-18779 (1,2)).

Для квалификации сделки как ничтожной по статьям 10 и 168 ГК РФ необходимо выявление нарушений, выходящих за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Иной подход приводит к тому, что содержание части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом. Фактически ссылка на заключение сделки по отчуждению имущества должника ответчику при наличии признаков злоупотребления правом позволяет обойти как ограничения на оспаривание сделок, установленные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в части трехлетнего периода подозрительности, так и правила об исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо.

В данном случае спорные договоры заключены, согласно позиции кредитора, в отсутствие встречного предоставления и по заниженной стоимости с целью причинения вреда кредиторам, производство по делу о банкротстве возбуждено определением от 28.01.2019.

Направленность сделки на уменьшение имущества должника в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в ситуации, когда другая сторона сделки знала об указанной цели должника, является основанием для признания сделки недействительной по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Иных обстоятельств судом не установлено. Таким образом, в рассматриваемом случае кредитор, квалифицировав сделку по заключению договора должником с ФИО6 как ничтожную, не обосновали, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделки

выявленные нарушения выходят за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Также, в ходе рассмотрения настоящего спора какие-либо надлежащие доказательства осведомленности ответчика о наличии у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки отсутствуют, как и отсутствуют доказательства, свидетельствующих об аффилированности, либо заинтересованности всех последующих сторон сделки, подтверждающие то обстоятельство, что все договоры являются взаимосвязанной и единой сделкой.

Таким образом, достоверных и допустимых доказательств того, что ФИО6 при заключении договора должен был знать, что у должника имеются признаки неплатежеспособности не имеется, как и не имеется доказательств тому, что ответчик является заинтересованным по отношению к должнику лицом.

В настоящем случае со стороны заявителя не представлены какие-либо доказательства о наличии аффилированности и заинтересованности должника и ФИО6

Доказательств того, что ФИО6 по отношению к должнику является заинтересованным лицом, чтобы предположить, что он действовал в его интересах, в материалах дела не имеется.

Оспариваемый конкурсным кредитором договор от 26.12.2015, последовательно оформленный договором купли-продажи от 19.02.2019 заключен за пределами трехлетнего периода подозрительности для признания сделок недействительными, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве, в связи с чем, не может быть признана недействительной по специальным основаниям. При этом конкурсным кредитором не доказано наличие у сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, и как следствие оснований для применения положений статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного, суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что оспариваемый договор от 26.12.2015, заключенный между ФИО10 и ФИО6, последующий договор 19.02.2019, заключенный между ФИО6 и ФИО4 и соглашение от 28.02.2019 заключенное между ФИО6 и ФИО4 не могут быть признаны недействительными по заявленным основаниям, в связи с чем, в удовлетворении заявления в данной части правомерно отказано.

Доводы апелляционной жалобы ФИО8 о том, что на момент заключения сделок всем сторонам должно было быть достоверно известно о тяжелом материальном положении ФИО10 и о наличии задолженности перед ПАО Банк «Первомайский", уже являлись предметом рассмотрения арбитражного суда первой инстанции, и им была дана оценка как недостоверным.

Согласно п.6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23 декабря 2010г. № 63, при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки

признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Само по себе наличие у должника ФИО10 неисполненных обязательств перед отдельными кредиторами (ФИО16 по сделке от 16 февраля 2016г. и ПАО «Банк «Первомайский» по кредитным договорам от 15 марта 2012г. и от 24 августа 2012г., к тому же, предполагающими ежемесячное отчисление незначительных сумм в течение длительного периода действия кредитного договора), на момент заключения оспариваемых заявителем сделок, безусловно, не свидетельствует о наличии у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.

Доводы ФИО6 и ФИО4 о пропуске трехлетнего срока давности на подачу в рамках дела требований об оспаривании сделки судом первой инстанции рассмотрены и правомерно отклонены, поскольку требования ФИО8 включены согласно определения от 05.08.2019, в свою очередь, требования об оспаривании сделки поданы заявителем 04.04.2022, то есть, в период трехлетнего срока.

В свою очередь в части признания недействительными сделками договоры от 18.10.2014, от 14.10.2016, от 26.10.2017 и соглашение от 08.11.2017 к договору купли-продажи от 26.10.2017 суд первой инстанции правомерно оставил данные требования без рассмотрения руководствуясь следующим.

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 1 и 2 постановления № 63 по правилам главы Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору), совершенные как должником, так и другими лицами за счет должника.

Кредитор не лишен права уступать принадлежащее ему требование к должнику на основании договора цессии.

В настоящем случае оспариваемые договоры купли-продажи и соглашение свидетельствуют о переходе права на имущество от ФИО12 к ФИО11, а в дальнейшем к ФИО13 и ФИО4 и не являются ни сделками должника, ни сделками, совершенными за счет должника.

То есть в казанных сделках, должник стороной сделки не выступал.

Заключение договоров купли-продажи и соглашения не привело к уменьшению конкурсной массы должника, поскольку не являлись собственностью ФИО10

Оспариваемые сделки не отвечает ни одному из критериев, являющихся основание для рассмотрения заявления в рамках дела о банкротстве: должник не являлся стороной оспариваемых сделок, не понес никаких материальных затрат в связи с заключением данных договоров; оспариваемые сделки не повлекли и не могли повлечь оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований.

Поскольку отсутствуют основания для оспаривания сделки, предусмотренные главой Закона о банкротстве, заявление не подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве.

В соответствии с абзацем 9 пункта 17 постановления № 63 заявления о признании сделок должника недействительными по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям,

предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах), предъявляемые другими помимо арбитражного управляющего лицами, подлежат рассмотрению в исковом порядке с соблюдением общих правил о подведомственности и подсудности. При предъявлении в рамках дела о банкротстве заявления об оспаривании сделки по указанным основаниям иным помимо арбитражного управляющего лицом суд оставляет это заявление без рассмотрения применительно к части 4 пункта 1 статьи 148 АПК РФ.

Таким образом, суд счел, что имеются основания для оставления без рассмотрения заявления о признании недействительными сделками Соглашений о выплате доли и договора купли-продажи доли применительно к положениям, установленным пунктом 1 части 1 статьи 148 АПК РФ, а также применительно к пункту 4 части 1 статьи 148 АПК РФ при его совокупном толковании с частью 4.1 статьи 38 АПК РФ.

Указанный правовой подход соответствует сложившейся судебной практике, в том числе сложившейся в рамках настоящего дела (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 04.12.2020 № Ф08-2384/2020 по делу № А252825/2017, постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 28.02.2019 по делу № А32-10029/2016, постановление Арбитражного суда Уральского округа от 21.10.2020 № Ф09-354/19 по делу № А71 -330/2018, постановление Арбитражного суда Уральского округа от 12.09.2019 № Ф09- 5061/16 по делу № А60-56055/2014, постановление Пятнадцатого Арбитражного Апелляционного суда от 13.04.2021 по делу № А32-20367/2018, постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.05.2023 N 15АП-7133/2023 по делу N А32-19680/2016).

Довод апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку в соответствии со статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может отложить судебное заседание, если признает, что оно не может быть рассмотрено данном судебном заседании, в том числе при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного заседания, в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств. Из изложенных правовых норм следует, что суд по своему усмотрению с учетом характера и сложности дела решает вопрос о возможности рассмотрения дела по существу, либо отложении судебного разбирательства, то есть отложение дела является правом суда, а не обязанностью.

Отказ суда первой инстанции в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства не привел к принятию неправильного судебного акта.

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется.

На основании вышеизложенного, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 05.10.2023 по делу № А32-3173/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий М.А. Димитриев

Судьи Д.В. Николаев

Н.В. Сулименко