Постановление от 11 апреля 2024 г. по делу № А50-35186/2017

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-16732/2019(6,7,8,9)-АК

Дело № А50-35186/2017
11 апреля 2024 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 03 апреля 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 11 апреля 2024 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Чепурченко О.Н.,

судей Чухманцева М.А., Шаркевич М.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Охотниковой О.И.,

при участии:

от ФИО17: ФИО1, паспорт, доверенность от 10.10.2023;

от ФИО2: ФИО3, паспорт, доверенность от 03.11.2022;

ФИО4, паспорт; его представителя – ФИО5, паспорт, доверенность от 05.03.2022;

Конкурсного управляющего ФИО6, паспорт,

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО17, ФИО4, конкурсного управляющего ФИО6

на определение Арбитражного суда Пермского края от 09 января 2024 года о результатах рассмотрения вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности,

вынесенное в рамках дела № А50-35186/2017 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Строительная компания «КВ Маркет» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

третьи лица: ФИО7, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Пермскому краю, Приволжский филиал ПАО «Росбанк», АО «Альфа-Банк» филиал «Нижегородский», ИФНС России по Свердловскому району г. Перми, ФИО8, ООО «ПермСтройКомплектация», ООО «Детейлинг Салон», ООО «Научно-производственное объединение Профиль», ООО «Эрисманн», ООО «Жилищно-Сервисная компания», ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, финансовый управляющий имуществом ФИО17 – ФИО16,



установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 24.10.2017 принято к производству заявление ООО «Строительный Холдинг «Сфера» о признании ООО «Строительная компания «КВ Маркет» несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.

Определением от 10.01.2018 заявление ООО «Строительный Холдинг «Сфера» признано обоснованным, в отношении ООО «Строительная компания «КВ Маркет» введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО6, член Ассоциации «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Сообщение о введении процедуры наблюдения размещено в газете «Коммерсант» 20.01.2018.

Решением арбитражного суда от 16.05.2018 ООО «Строительная компания «КВ Маркет» (должник, ООО «СК «КВ Маркет») признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6.

Сведения о признании должника банкротом опубликованы в установленном законом порядке 26.05.2018.

22 января 2019 года в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО6 о привлечении ФИО2, ФИО7, ФИО17 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 25.10.2019 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично; ФИО2 и ФИО7 солидарно привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СК «КВ Маркет» на сумму 6 588 940,43 руб., в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО17 отказано.

Определением от 16.01.2020 Семнадцатый арбитражный апелляционный суд перешел к рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.03.2020 определение суда первой инстанции от 25.10.2019 отменено; заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично, ФИО2, ФИО4 и ФИО17 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СК «КВ Маркет» на сумму 6 588 940,43 руб., в удовлетворении требований в оставшейся части отказано.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 07.07.2020 (№Ф09-3272/20) определение Арбитражного суда Пермского края от 25.10.2019 по делу № А50-35186/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.03.2020 в части привлечения ФИО2, ФИО17, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СК «КВ Маркет» отменены; обособленный спор в указанной части направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Пермского края. В оставшейся части постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.03.2020 по настоящему делу оставлено без изменения.

Определением от 20.07.2020 Арбитражным судом Пермского края заявление конкурсного управляющего о привлечении лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника принято к новому рассмотрению.

Определением суда от 20.01.2023 года назначена судебная экспертиза, производство которой поручено Федеральному бюджетному учреждению «Пермская лаборатория судебной экспертизы».

03 марта 2023 года в арбитражный суд поступило заключение эксперта.

Судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявленного требования неоднократно откладывалось.

Конкурсный управляющий ФИО6 с учетом заявленных в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) уточнений просил взыскать солидарно с ФИО2, ФИО17 и ФИО4 в пользу ООО «СК «КВ Маркет» в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам должника 6 588 940,43 руб. (т. 7, л.д. 9).

Представители ФИО2, ФИО4, ФИО17 против удовлетворения заявленных к ним требований возражали.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 09 января 2024 года суд привлек ФИО2, ФИО17, ФИО4 к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов ООО «СК «КВ Маркет». Взыскал солидарно в пользу ООО «СК «КВ Маркет» в порядке субсидиарной ответственности:

- со ФИО2, ФИО17, ФИО4 – 500 000 руб.;

- с ФИО17, ФИО4 – 6 088 940, 43 руб.

В удовлетворении оставшейся части требований отказал.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО2, ФИО17, ФИО4, конкурсный управляющий ФИО6 обратились с апелляционными жалобами.

ФИО2 в апелляционной жалобе просит отменить определение в части привлечения его к субсидиарной ответственности, в удовлетворении заявленных к нему требований отказать. В обоснование жалобы указывает на то, что согласно сведениям ЕГРЮЛ ФИО2 был единственным участником должника с 04.12.2009 по 01.03.2017 и единоличным исполнительным органом должника (руководителем) с 20.12.2009 по 12.12.2016; с указанного периода времени должник осуществлял реальную деятельность в области выполнения строительных работ, кредиторы за период, предшествующий заключению договора подряда от 19.08.2016 № Б96/отд с ООО «СХ Сфера» (подписанный от имени должника ФИО2), то есть, за период, когда руководство должником осуществлял ФИО2, не были включены в реестр требований кредиторов. Ссылается на то, что 24.08.2016 по договору купли-продажи ФИО2 продал ФИО17 100% доли в уставном капитале должника, данный договор был нотариально удостоверен; после реальной продажи доли в уставном капитале ООО «СК «КВ Маркет» в пользу ФИО17 денежные средства должника не направлялись на погашение обязательств должника, возникших до заключения договора подряда от 19.08.2016 № Б96/отд с ООО «СХ Сфера»; 31.08.2016 регистрирующим органом отказано во внесении изменений в ЕГРЮЛ на основании договора купли-продажи доли от 24.08.2016; поскольку договор подряда № Б96/отд от 19.08.2016 уже был заключен, на должнике лежали обязательства, принимая во внимание то обстоятельство, что регистрация иного руководителя не была завершена по не зависящим от ФИО2 причинам (заявителем в соответствии с законом является новый директор, он формирует пакет документов), с целью не причинять ущерб должнику, не прерывать производственный процесс; ФИО2 совершил от имени должника сделку с векселем, принял от ООО «СХ «Сфера» простой вексель № 31, подписав акт приема-передачи векселя № 31 от 12.09.2016, а также совершил сделку по выдаче ФИО4 нотариальной доверенности на право совершения действий от имени должника. На основании изложенного, учитывая сделанные судом выводы, апеллянт полагает, что нельзя сделать вывод о том, что ФИО2 являлся номинальным руководителем должника; напротив, материалами дела подтверждается, что до момента заключения 24.08.2016 договора купли-продажи 100% доли в уставном капитале должника ФИО2 являлся реальным руководителем должника, а после заключения – перестал им быть, несмотря на формальное свое «присутствие» в выписке в ЕГРЮЛ в качестве генерального директора; материалами дела не подтверждено, что присутствие ФИО2 до окончания формальностей в отчуждении доли и назначении нового руководителя негативно повлияло на финансовое состояние должника, создало препятствия в выполнении обязательств по договору подряда №Б96/отд от 19.08.2016 с ООО «СХ «Сфера»; нет доказательств того, что ООО «СХ «Сфера» и/или ООО «Старт-Строй» после регистрации изменения участника и руководителя должника со ФИО2 на иных лиц, прекратили взаимодействие с должником; собранными доказательствами подтверждается, что с самого начала исполнения обязательств по договору подряда № Б96/отд от 19.08.2016 с ООО «СХ «Сфера» руководством работы осуществляли ФИО17, ФИО4 и ФИО7, после подписания договора подряда ФИО2 не принимал участия в выполнении работ; ФИО17 приобрел долю в уставном капитале ООО «СК «КВ Маркет» именно для выполнения работ по поручению ООО «СХ «Сфера», им привлекались для выполнения работ ФИО7, ФИО4, иные лица вне зависимости от момента государственной регистрации прекращения корпоративного участия ФИО2 в ЕГРЮЛ в отношении ООО «СК «КВ Маркет».

ФИО17 в апелляционной жалобе просил в удовлетворении заявленных требований отказать и принять по делу новый судебный акт. В обоснование апелляционной жалобы приводит обстоятельство того, что арбитражным судом указано, что подписание ФИО17 писем от должника ООО «СК «КВ Маркет» свидетельствует о непосредственном участии ФИО17 в деятельности должника; указанный вывод суда, вопреки позиции Арбитражного суда Уральского округа положен в обоснование о необходимости привлечения ФИО17 к субсидиарной ответственности, что является не правомерным. Ссылается на то, что ФИО17, в период осуществления деятельности должником ни его участником (учредителем) ни его единоличным исполнительным органом (руководителем) не являлся; упоминание ФИО17 как технического директора в неких письмах должника к его контрагентам не имеет юридического значения, поскольку фактически ФИО17 не имел возможности управлять должником, давать утвердительно распорядительные указания другим ответчикам от имени должника; ФИО17 даже не был трудоустроен у должника, не имел дохода от его деятельности. Обращает внимание на вывод суда кассационной инстанции о том, что само по себе подписание кем-либо из ответчиков отдельных документов, связанных с исполнением должником упомянутых выше сделок, не является достаточным для констатации вины в невозможности погашения требований кредиторов и привлечения к субсидиарной ответственности. Также апеллянт отмечает, что представленные аудиозаписи телефонных переговоров со ФИО2 не являются допустимым и надлежащим доказательством, в силу ст. 64 АПК РФ и их достоверность нельзя проверить надлежащим образом; арбитражным судом первой инстанции, не исправлены ошибки, на которые указал суд округа по настоящему делу.

ФИО4 в апелляционной жалобе просил в удовлетворении заявленных требований отказать и принять по делу новый судебный акт. В обоснование апелляционной жалобы указывает на то, что суд кассационной инстанции в постановлении от 07.06.2020 при установлении того, повлекло ли поведение каждого из ответчиков банкротство должника, указывал на необходимость принятия во внимание следующих обстоятельств: наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника; реализация ответчиком соответствующих, полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное – банкротное – состояние; ответчик является инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших о связи с этим негативных последствий (п.п. 3, 16, 21, 23 Постановления № 53); судом в оспариваемом определении не установлен ни факт действий ФИО4, ни факт получения им финансовой или какой-либо иной выгоды, однако, суд учел замечания кассационной инстанции о недоказанности факта действий и отсутствия причастности ФИО4 по отношению к «зеркальной» фирме ООО «СК «КВ Маркет» (ИНН <***>) в получении выгоды в размере денежных средств в сумме 1 500 000 руб. и верно установил факт получения выгоды от указанного перевода супругой ФИО17 – ФИО14, несмотря на то, что письмо с просьбой о перечислении указанной денежной суммы на счет «зеркальной» фирмы было подписано ФИО4 Таким образом, суд проигнорировал замечания кассационной инстанции о необходимости установить факт причастности и получения выгоды ФИО4 от спорных сделок, при этом, сделки оспорены управляющим в самостоятельном порядке не были. Ссылается на то, что суд ошибочно установил, что руководителем ООО «Меридиан», переименованное в дальнейшем ФИО14 в «зеркальное» ООО «СК «КВ Маркет», 13.10.2016 был избран ФИО4; напротив, представителем ФИО4 предоставлена подробная хронологическая информация о том, каким образом и какие были внесены изменения в ЕГРЮЛ в отношении ООО «Меридиан» на протяжении своего периода существования деятельности этой организации; считает, что в противном случае суд кассационной инстанции при имеющихся доказательствах счел бы ФИО4 выгодоприобретателем и/или инициатором указанного перевода и отметил бы необходимость исследования данного обстоятельства в суде первой инстанции, однако вывод о руководстве ФИО4 «зеркальной» ООО «СК «КВ Маркет» не соответствует фактическим обстоятельствам и не подтверждается материалами дела; указанные обстоятельства еще раз свидетельствуют о том, что суд при вынесении оспариваемого определения не в полной мере исследовал фактические обстоятельства дела, проигнорировал доводы ответчика, не дал им должной оценки, формально подошел к принятию решения. Обращает внимание суда на то, что в рассматриваемый период именно ФИО17 являлся фактическим директором предприятия, что подтверждает ФИО2 и ФИО7; в выписке из ЕГРЮЛ ФИО4 никогда не фигурировал в качестве директора должника; самим ФИО2 в отзыве от 28.11.2022 ФИО4 назван наемным рабочим ФИО17; назначение ФИО4 исполняющим обязанности исполнительного директора не породило и не создало для него реальных рычагов управления предприятием, все действия ответчик совершал в соответствии с распоряжениями ФИО17, который действительно имел намерения установления полного контроля над предприятием; единственный документ, который наделял ФИО4 какими-либо полномочиями это доверенность; иного и обратного доводам ФИО4 конкурсным управляющим и другими участниками в материалы дела не представлено и судом не установлено.

Конкурсный управляющий ФИО6 в апелляционной жалобе просит определение отменить в части отказа в удовлетворении требований о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 в полном объеме и удовлетворить заявленные конкурсным управляющим требования, взыскать солидарно со ФИО2, ФИО17 и ФИО4 в пользу ООО «СК «КВ Маркет» в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам должника 6 588 940,43 руб. В обоснование апелляционной жалобы указывает на то, что уменьшая размер субсидиарной ответственности ФИО2 до 500 000 руб. суд первой инстанции исходил из того, что его непосредственное участие в деятельности должника имело место лишь незначительный период времени после заключения им с ФИО18 договора продажи доли в уставном капитале общества от 24.08.2016, а в последующем ФИО2 в деятельности должника непосредственного участия не принимал, что подтверждается материалами дела, какой-либо имущественной выгоды в связи с совершением вышеописанных сделок не получал. Полагает, что такой вывод суда прямо противоречит материалам дела; так, судом установлено, что ФИО2 12.09.2016 принял от имени должника от ООО «СХ «Сфера» простой вексель № 31 вексельной суммой 3 153 600 руб. Кроме того, в материалах дела имеется нотариально удостоверенная доверенность, выданная от имени должника ФИО2 ФИО4 04.10.2016, которая предусматривает перечень полномочий, идентичный полномочиям единоличного исполнительного органа общества; данное обстоятельство дает основания утверждать, что осведомленный об отказе регистрирующего органа в регистрации изменений ЕГРЮЛ на основании договора купли-продажи доли от 24.08.2016 ФИО2, принимая участие в совершении нотариального действия по выдаче доверенности, имел возможность устранить выявленные при такой регистрации сделки продажи доли недостатки и завершить процесс переоформления доли в должнике, однако очевидно, что ФИО2 предпочел остаться учредителем и директором должника, целью такого поведения может быть только одно – оставление контроля общества за собой с дублированием полномочий руководителя ФИО4; сохранение контроля над должником может быть объяснено только желанием непосредственного участия в обществе и получение связанных с этим материальных благ, иное разумное объяснение столь значительного промежутка времени, прошедшего с 31.08.2016 (отказ регистрирующего органа во внесении изменений в ЕГРЮЛ на основании договора купли-продажи доли от 24.08.2016) до состоявшейся продажи по ? доли в должнике ФИО7 и ФИО15 по договорам от 17.02.2017 (зарегистрированы 01.03.2017) отсутствует.

Письменных отзывов на апелляционные жалобы от лиц, участвующих в деле не поступило.

В судебном заседании приняли участие представители ФИО2, ФИО18, ФИО4 и конкурсный управляющий ФИО6; иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в судебное заседание апелляционного суда не обеспечили.

Принимая во внимание доводы апелляционных жалоб, пояснения лиц, участвующих в процессе, а также установление судом необходимости исполнения указаний кассационного суда при отмене ранее принятого судебного акта по результатам рассмотрения настоящего спора и направления его на новое рассмотрение, суд апелляционной инстанции определением от 04.03.2024 отложил судебное разбирательство на более поздний срок для установления дополнительных обстоятельств имеющих существенное значение для рассмотрения настоящего спора; в частности суд предложил лицам, участвующим в споре представить письменные позиции и свое видение по следующим вопросам:

- совершались ли контролирующим лицом существенно убыточные сделки, повлекшее нарушение имущественных прав кредиторов, какое лицо инициировало совершение подобной сделки, получило или могло получить выгоду от ее совершения;

- почему договор подряда от 19.08.2016 № Б96/отд является сделкой, совершенной со злоупотреблением правом;

- как совершение спорных сделок повлияло на финансово-экономическое состояние должника, а равно какие экономические причины обусловили поведение должника в процессе исполнения имевшихся у него контрактов;

- что явилось причиной неисполнения должником обязательств перед ООО «СХ «Сфера» и ООО «Старт-Строй» и имел ли место быть в соответствующий период вывод активов должника (в том числе путем необоснованного перечисления денежных средств в пользу третьих лиц); какова степень вовлечения каждого из ответчиков в процесс вывода активов должника;

- каким образом производились расчеты за подлежащие выполнению должником работы обществом «СХ «Сфера»; в случае осуществление расчетов обществом «СХ «Сфера» путем передачи должнику прав требования в отношении жилых помещений, которые впоследствии реализовывались должником третьим лицам (гражданам), документально обосновать факт получения должником денежных средств от реализации прав требований и последующее их расходование; в случае оплаты посредством передачи векселя – дать разумные пояснения о последующей судьбе векселя (обналичивался ли вексель, был ли передан иному лицу в качестве оплаты).

До начала судебного заседания от ФИО2, конкурсного управляющего ФИО6, ФИО4, ФИО17 поступили письменные пояснения относительно указанных апелляционным судом обстоятельств.

Участвующие в судебном заседании конкурсный управляющий ФИО6 представители ФИО2, ФИО17, а также ФИО4 и его представитель доводы своих апелляционных жалоб поддерживали.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного разбирательства надлежащим образом явку своих представителей в суд не обеспечили, что в силу положений ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) не препятствует рассмотрению спора в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц ООО «Строительная компания «КВ Маркет» (ИНН <***>) зарегистрировано ИФНС по Свердловскому району г. Перми 05.11.1992.

Основным видом деятельности общества является аренда и управление собственным или арендованным нежилым недвижимым имуществом (код по ОКВЭД 68.20.2).

В реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов в совокупном размере 6 205 746, 95 руб.

Из выписки ЕГРЮЛ следует, что руководителем должника в период с 20.12.2009 по 12.12.2016 являлся ФИО2; также он являлся единственным участником должника с 04.12.2009 по 01.03.2017.

В период с 12.12.2016 по дату введения в отношении должника конкурсного производства руководителем должника, а также его участником в период с 01.03.2017 по 17.05.2017 с размером доли 50% в уставном капитале (на основании договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «СК «КВ Маркет» от 17.02.2017) являлся ФИО7

Как указывал конкурсный управляющий, ФИО17 и ФИО4 формально не являлись участниками, либо руководителями должника, однако, во взаимоотношениях с иными лицами, в том числе с кредиторами по делу о банкротстве указывали себя в качестве технического директора и директора ООО «СК «КВ Маркет», непосредственно принимали участие в деятельности должника, осуществляли контроль и руководили деятельностью должника, что дает основания считать их контролирующими должника лицами.

Конкурсный управляющий полагал, что имеются основания для солидарного привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности в связи совершением ими сделок по выводу активов должника, повлекших невозможность удовлетворения требований кредиторов.

Заявленные требования удовлетворены частично, судом установлены основания для привлечения ФИО2, ФИО17, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за невозможность полного погашения требований кредиторов ООО «СК «КВ Маркет»; солидарно в пользу ООО «СК «КВ Маркет» в порядке субсидиарной ответственности взыскано: со ФИО2, ФИО17, ФИО4 – 500 000 руб.; с ФИО17, ФИО4 – 6 088 940, 43 руб.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционных жалоб и представленные суду пояснения, проанализировав нормы материального и процессуального права, выслушав пояснения лиц, участвующих в процессе, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения в силу следующего.

Исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом. Исключением из общего правила является субсидиарная ответственность учредителей, собственников имущества юридического лица или других лиц, имеющих право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом определять его действия, по обязательствам юридического лица, если несостоятельность (банкротство) этого юридического лица вызвана действиями этих лиц (ч. 3 ст. 56 ГК РФ).

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности руководителя и (или) учредителей (участников) должника в случае нарушения ими положений действующего законодательства ранее были предусмотрены нормами ст. 10 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (Закон от 29.07.2017 №266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Применительно к подходу, изложенному в п. 2 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Поскольку действия (бездействие) лиц, положенные в обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности имели место в 2016 году, при рассмотрении заявления применению подлежат соответствующие нормы материального права, действовавшие в этот период времени – ст. 10 Закона о банкротстве.

В п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве предусмотрена возможность привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если их действия (бездействие) привели к ситуации банкротства общества-должника.

В данном случае в предмет доказывания входит установление причинно-следственной связи между действиями (бездействием) контролирующих должника лиц и наступившими последствиями в виде неспособности должника в полной мере удовлетворить требования кредиторов, задолженность перед которыми включена в реестр требований кредиторов должника; для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по названному основанию необходимо доказать наличие его вины (умысла или грубой неосторожности) в наступлении банкротства должника и невозможности погашения требований кредиторов (противоправность действий).

По общему правилу предполагается, что ситуация невозможности исполнения должником имеющихся обязательств обусловлена в первую очередь причинами экономического характера, а не наличием умысла со стороны руководителя должника, действия которого признаются не выходящими за пределы обычного разумного делового риска даже при наличии негативных последствий принятия им управленческих решений, поскольку возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Таким образом, ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Учитывая, что такая ответственность является исключением из правила о защите делового решения менеджеров, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, при оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества), кредитор, не получивший должного от юридического лица (должника) и требующий исполнения от физического лица-руководителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать противоправность действий такого руководителя, а также наличие умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения обязательства в будущем.

В то же время обоснованная выше неправомерность применения к рассматриваемым отношениям, введенной законодателем после совершения вменяемых действий презумпции, не должна исключать возможность доказывания наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности на общих основаниях с принятием во внимание политико-правового обоснования соответствующей презумпции.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2016 (раздел, связанный с практикой применения положений законодательства о банкротстве), при наличии доказательств, свидетельствующих о существовании причинно-следственной связи между действиями контролирующего лица и банкротством подконтрольной организации, контролирующее лицо несет бремя доказывания обоснованности и разумности своих действий и их совершения без цели причинения вреда кредиторам подконтрольной организации.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

При этом, непредставление ответчиком доказательств добросовестности и разумности своих действий в интересах должника должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент (конкурсный управляющий). Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (ст. 9 АПК РФ).

Именно контролирующее должника лицо должно представить доказательства, свидетельствующие о том, что невозможность удовлетворения требований кредиторов обусловлена объективным отсутствием у должника имущества.

Поскольку соответствующая субсидиарная ответственность является гражданско-правовой, она может наступить для субъекта лишь при наличии всей совокупности необходимых для этого условий, а именно противоправного и виновного поведения субъекта, вреда и причинно-следственной связи между таким поведением и наступившим от него вредом (ст.ст. 15, 1064 ГК РФ).

В обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ссылается на совершение контролирующими должника лицами действий, повлекших банкротство должника, а именно безосновательный вывод активов стоимостью порядка 10 млн. полученных должником при осуществлении обязательств по договору подряда № Б96/отд от 19.08.2016, заключенному должником с ООО «Строительный холдинг «Сфера».

Из материалов дела следует, что должник в период с 2013 года до июля 2016 года не осуществлял хозяйственной деятельности.

19 августа 2016 года между ООО «Строительный холдинг «Сфера» (заказчик) и ООО «Строительная компания «КВ Маркет» (подрядчик) был заключен договор подряда № Б96/отд, в соответствии с условиями которого должник обязался выполнить отделочные работы на объекте: «Жилые дома со встроено-пристроенными помещениями общественного назначения в квартале 2933. II очередь. Жилой дом» по адресу: г. Пермь, Орджоникидзевский район, ул. Бушмакина, 96.

Общая стоимость подлежащих выполнению ответчиком работ составляла 47 206 971 руб.

Работы, относящиеся к предмету договора, были выполнены должником частично:

- в период с 01.09.2016 по 30.11.2016 на сумму 3 470 360,20 руб., что подтверждается актом о приемке выполненных работ № 1 от 30.11.2016 и справкой о стоимости выполненных работ и затрат № 1 от 30.11.2016;

- в период с 01.12.2016 по 20.03.2017 на сумму 3 379 111,70 руб., что подтверждается актом о приемке выполненных работ № 2 от 20.03.2017, актом о приемке выполненных работ № 3 от 20.03.2017, актом о приемке выполненных работ № 4 от 20.03.2017 и справкой о стоимости выполненных работ и затрат № 2 от 20.03.2017.

Таким образом, общая стоимость выполненных должником работ составила 6 849 471,90 руб.

Кредитор исполнил свои обязательства по оплате стоимости выполняемых ответчиком работ в размере, превышающем стоимость фактически выполненных работ.

Всего за период действия договора кредитор оплатил должнику в качестве авансов для приобретения материалов и в счет оплаты выполненных работ денежные средства в сумме 12 139 600 руб.

Разница между размером оплаченных кредитором денежных средств и стоимостью выполненных должником работ составила 5 290 128,10 руб. (12 139 600 руб. – 6 849 471,90 руб.).

Решением Арбитражного суда Пермского края от 28.07.2017 по делу А50-12357/2017 удовлетворены требования кредитора к Должнику – с последнего в пользу ООО «Строительный холдинг «Сфера» взыскано 5 290 128,10 руб. долга и 49 451 руб. государственной пошлины.

При вынесении данного решения суд установил, что по договору подряда №Б96/отд от 19.08.2016 ООО «Строительный холдинг «Сфера» (заказчик) оплатило должнику (подрядчик) стоимость выполняемых им работ в размере, превышающем стоимость фактически выполненных работ.

В связи с неоднократными нарушениями должником сроков выполнения работ, ненадлежащего качества их выполнения, заказчиком было принято решение об отказе от исполнения данного договора подряда, соответствующее уведомление было получено директором должника ФИО7

Должник против прекращения договора не возражал, работы на объекте не выполнял, подписал акт сверки взаимных расчетов на сумму 5 290 128,10 руб.

На основании изложенного суд в рамках дела № А50-12357/2017 суд пришел к выводу о том, что в связи с прекращением действия указанного договора подряда у должника отпали основания для удержания денежных средств, превышающих стоимость выполненных работ – 5 290 128,10 руб. в связи с чем, у должника возникло обязательство по возврату данной суммы как неосновательного обогащения.

Данное решение вступило в законную силу и явилось основанием для подачи ООО «Строительный холдинг «Сфера» в арбитражный суд заявления о признании ООО «СК «КВ Маркет» несостоятельным (банкротом), которое было признано обоснованным, а требование кредитора в установленном размере включено в реестр в состав третьей очереди (определение от 10.01.2018).

Из совокупного анализа представленных в дело доказательств апелляционный суд усматривает злоупотребление правом при совершении договора подряда от 19.08.2016 № Б96/отд, которое прослеживается как при его заключении, так и в ходе исполнения.

В частности, судом установлено и участниками спора не опровергнуто, что на дату заключения названного договора единственный участник и директор должника ФИО2 также являлся единственным участником (на данный момент участниками являются ФИО19 с долей 90% и ФИО20 с долей 10%) и единоличным исполнительным органом действующего по сей день ООО «СпецтехникаДемонтажСтроительство-Неруд» (общество «СДС-Неруд»; ИНН <***>).

Финансовые результаты общества «СДС-Неруд», как на момент совершения договора подряда от 19.08.2016 № Б96/отд, так и на сегодняшний день, свидетельствуют о ведении им деятельности.

Вместе с тем, в отношении должника отчетность с 2015 года не представлялась, а ранее представленная отчетность должника свидетельствует об отсутствии ведения им хозяйственной деятельности ввиду отсутствия материальных активов и штата сотрудников, что подтверждается проведенным временным управляющим анализом финансово-хозяйственной деятельности, данными налогового органа и сведениями из открытых источников. К моменту заключения договора подряда от 19.08.2016 № Б96/отд должник был исключен из членов Ассоциации Саморегулируемой организации «Гильдия Пермских Строителей» (абз. 2 стр. 3 решения арбитражного суда от 08.09.2016 по делу № А50-16239/2016).

Таким образом, участвуя в проводимом обществом «СХ «Сфера» конкурсе на проведение отделочных работ, ФИО2, имеющий в управлении два юридических лица, одно из которых работало и продолжало работать, выбрал для заключения многомилионного контракта недействующее по факту общество – должника.

К объяснениям ФИО2 о том, что после заключения договора он намеревался продать долю в должнике, а наличие контракта увеличило бы ее стоимость, суд апелляционной относится критически, учитывая продолжение ФИО2 участия в управлении должником, а причина прогнозируемого отказа ФНС России в смене участника на ФИО17 в связи с заключением договора купли-продажи доли от 24.08.2016 могла быть легко устранена им, в том числе и в момент обращения к нотариусу 04.10.2016 для оформления доверенности ФИО4 (совершено одно нотариальное действие, но не совершено надлежащее, устраняющее причину отказа в регистрации).

Характер исполнения договора подряда от 19.08.2016 № Б96/отд, в условиях отсутствия сведений о заключении трудовых договоров, либо договоров подряда с его фактическими исполнителями (отделочниками) (за исключением общества «Старт-Стой», перед которым должником обязательства по оплате не исполнил, соответствующие требования включены в реестр), а также отсутствия сведений об оплате привлеченным лицам выполняемых для должника работ в качестве заработной платы или вознаграждения, безосновательного выбытия полученных в качестве оплаты от общества «СХ «Сфера» как минимум порядка 10 млн. руб., дает основания полагать, что целью совершения названного договора подряда было бесконтрольное присвоение получаемых от заказчика средств в интересах контролирующих должника лиц, а не надлежащее исполнение договора.

При оценке поведения ответственных лиц при исполнении договора подряда от 19.08.2016 № Б96/отд нельзя не принимать во внимание их попытку скрыть действительно управляющее должником лицо.

В частности, письмом № 13 от 15.09.2016 (после продажи доли ФИО17 по договору от 24.08.2016) ФИО4 уведомляет общество «СХ «Сфера» о возложении полномочий директора на себя и прикладывает собственноручно подписанный приказ № 05 от 05.09.2016 об этом. В адресованном ФИО2 письме № 291 от 03.10.2016 общество «СХ «Сфера» повторно уведомило должника о нелегитимности полномочий ФИО4, требуя представить соответствующие достоверные сведения. Именно после этого (04.10.2016) появляется выданная должником в лице ФИО2 нотариально удостоверенная доверенность на ФИО4 с максимально возможными полномочиями.

Кроме того, как следует из выполненного ООО «Центр экспертизы строительства» в рамках рассмотрения дела № А50-12357/2017 экспертного заключения № 148/14-06/17 от 14.06.2017, указанные в акте фиксации выполненных по договору подряда от 19.08.2016 № Б96/отд объемов работ № 1 от 20.03.2017 и их качество не соответствуют нормативным требованиям в области строительства (работы выполнены некачественно).

При этом, фиксация объемов и стоимости выполненных работ (6 849 947,90 руб.) по договору подряда была произведена без учета их недостатков, которые были устранены заказчиком самостоятельно, что свидетельствует о принятии заказчиком работ по цене превышающих действительную их стоимость.

Указанное является свидетельством того, что исполнение должником обязательств по договору подряда от 19.08.2016 от № Б96/отд происходило в отсутствие намерений соблюдения ответственными лицами его условий, прав привлеченных для его исполнения работников, налогового и трудового законодательства.

Такое поведение не может быть охарактеризовано иначе, как недобросовестное и направленное на причинение вреда.

Анализируя, как совершение сделок повлияло на финансово-экономическое состояние должника, а равно какие экономические причины обусловили поведение должника в процессе исполнения имевшихся у него контрактов, следует отметить, что указанное имеет общий характер и применительно к должникам, чья деятельность и деятельность контролирующих их лиц имеет более прозрачный характер, нежели в случае с обществом «СК «КВ Маркет». В рассматриваемом случае документация должника и информация о нем не была передана ни временному управляющему в ходе наблюдения, ни конкурсному управляющему в ходе конкурсного производства, в связи с чем 03.09.2018 судом по настоящему делу был выдан исполнительный лист для принудительного исполнения такой обязанности, которая до настоящего времени так и не исполнена.

Вместе с тем является очевидным, что при масштабах деятельности должника на период совершения единственной сделки – договора подряда от 19.08.2016 № Б96/отд, бесконтрольное расходование полученных от заказчика денежных средств в размере порядка 10 млн. руб. при полученных по нему 12 139 600 руб. крайне негативно повлияло на его финансово-экономическое состояние. В данном случае под спорными сделками следует понимать как сам договор подряда от 19.08.2016 № Б96/отд, являющийся источником получения должником средств, так и сделки по выводу активов из имущественной сферы должника, свидетельствующие о безвозмездном выбытии:

- векселей общества «СХ «Сфера» № 31 на сумму 3 153 600 руб. и № 32 на сумму 2 329 200 руб. (в общей сумме 5 482 800 руб.);

- денежных средств, полученных от реализации прав требований на квартиры в доме по улице Бушмакина, 96 в г. Перми № 43 в пользу ФИО21 в сумме 1 900 000 руб. и № 224 в пользу ФИО9 в сумме 1 080 000 руб. (в общей сумме 2 980 000 руб.);

- денежных средств в сумме 1 500 000 руб., безосновательно перечисленных обществом «СХ «Сфера» за должника на счет третьего лица.

В частности, как следует из материалов дела способы проведения обществом «СХ «Сфера» расчетов с должником по договору подряда от 19.08.2016 № Б96/отд были различны.

Во-первых, оплата производилась обществом «СХ «Сфера» передачей впоследствии принятыми им от третьих лиц в оплату прав на получение квартир собственными векселями.

Как следует из материалов дела, 12.09.2016 по договору подряда должнику был выдан аванс путем передачи обществом «СХ «Сфера» собственного векселя № 31 на сумму 3 153 600 руб.; акт приема-передачи векселя № 31 от 12.09.2016 был подписан со стороны должника ФИО2

Из передаточной надписи на векселе следует, что вексель был передан ФИО4 обществу «Отделка Пермь». При этом документально обоснованных пояснений относительно обстоятельств передачи указанного векселя ФИО4 не приведено.

Впоследствии вексель № 31 вернулся обществу «СХ «Сфера» 12.12.2016 от ООО «Отделка Пермь» в качестве оплаты по договорам участия в долевом строительстве между этими обществами № Б96/82 от 12.10.2016 на сумму 2 430 900 руб. и № Б96/83 от 12.10.2016 на сумму 722 700 руб.

Из объяснений ФИО7 от 13.08.2020, предоставленных Управлению МВД России по г. Перми (т. 7, л.д. 62-71), следует, что материалы (штукатурку, шпаклевку, инструмент) поставляла компания ООО «Отделка Пермь», в вязи с чем в ее пользу была отписана квартира через вексель (т. 7, л.д. 63-64). Однако, доказательств предоставления должнику от общества «Отделка Пермь» встречного исполнения в связи с передачей векселя № 31 в материалы дела не представлено (ст. 65 АПК РФ).

Судом первой инстанции установлено, что решением арбитражного суда от 28.01.2019 по делу № А50-20483/2018 ООО «Отделка Пермь» было признано несостоятельным (банкротом); в настоящее время общество «Отделка Пермь» прекратило свою деятельность в связи с завершением процедуры банкротства.

Определением от 21.09.2020, вынесенным в рамках дела № А50-20483/2018 судом было отказано в удовлетворении заявления о привлечении бывшего руководителя ООО «Отделка Пермь» к субсидиарной ответственности, при этом судом установлены следующие обстоятельства.

Основным видом деятельности ООО «Отделка Пермь» является торговля оптовая лесоматериалами, строительными материалами и санитарно-техническим оборудованием; бухгалтерский и налоговый учет в ООО «Отделка Пермь» осуществлялся в соответствии с учетной политикой в целях бухгалтерского и налогового учета. Из отраженных в бухгалтерских балансах сведений усматривается, что по состоянию на 31.03.2017 бухгалтерская отчетность должника имела положительный характер; согласно аудиторским заключения ООО «Инвест-аудит» и ООО «Базис-удит», бухгалтерская (финансовая) отчетность ООО «Отделка Пермь» достоверно во всех существенных отношениях отражает финансовое положение ООО «Отделка Пермь» по состоянию на 31.12.2016 и 31.12.2017, результаты его финансово-хозяйственной деятельности и движение денежных средств за 2016, 2017 годы в соответствии с российскими правилами составления бухгалтерской (финансовой) отчетности. Согласно отчету временного управляющего анализ финансовой деятельности ООО «Отделка Пермь» за период с 2015 года по 2017 год отражает колебания финансового результата деятельности организации; в анализируемом периоде ООО «Отделка Пермь» получало по итогам своей деятельности как прибыль, так и убыток, коэффициент текущей ликвидности имел тенденцию к увеличению, что свидетельствуют о наличии ликвидных активов для ведения хозяйственной деятельности в 2015-2017 гг.; требования, включенные в реестр требований кредиторов, являются требованиями по поручительству (акцессорными обязательствами), поэтому должник был вправе их оспаривать, а также рассчитывать на исполнение основного обязательства первоначальным кредитором или другими поручителями.

Арбитражный суд установил, что, несмотря на временные финансовые затруднения, ответчик добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата; действия ответчика не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов; банкротство должника обусловлено исключительно внешними факторами.

Из приведенных выше обстоятельств усматривается, что общество ООО «Отделка Пермь» осуществляло реальную хозяйственную деятельность, что применительно к обстоятельствам настоящего спора позволяет возможным полагать, что передача должником векселя № 31 на сумму 3 153 600 руб. не была безвозмездной.

Вместе с тем, как указывалось ранее, документально данное обстоятельство не подтверждено, сведения о получении встречного предоставления, о размере этого предоставления и расходовании этого предоставления контролирующими должника лицами в интересах должника в материалы дела не представлено (ст. 65 АПК РФ).

Также в качестве предоплаты по договору подряда № Б96/отд от 19.08.2016 обществом «СХ «Сфера» по акту приема-передачи векселя № 32 от 07.10.2016 должнику был передан собственный вексель от 06.10.2016 на сумму 2 329 200 руб.

Из содержания акта приема-передачи векселя ООО «СХ «Сфера» № 32 от 07.10.2016 (т. 1, л.д. 170), следует, что от имени ООО «СК «КВ Маркет» вексель был принят ФИО4

29 ноября 2016 года вексель № 32 был передан ФИО4 в пользу ФИО22. При этом документально обоснованных пояснений относительно обстоятельств передачи указанного векселя ФИО4 также не приведено.

Впоследствии, в этот же день, 29.11.2016, вексель № 32 вернулся обществу «СХ «Сфера» от физического лица ФИО22 в качестве оплаты по договору участия в долевом строительстве № Б96/77 от 22.11.2016, заключенному ею и обществу «СХ «Сфера» в соответствующей вексельной сумме.

Доказательства предоставления должнику от ФИО22 встречного исполнения, в связи с передачей ей векселя № 32, в материалы дела также не содержат; сведения о получении встречного предоставления, о размере этого предоставления и расходовании этого предоставления контролирующими должника лицами в интересах должника в материалы дела не представлены (ст. 65 АПК РФ).

Вторым способом расчетов по договору подряда являлось перечисление обществом «СХ Сфера» денежных средств на счета третьих лиц по указанию должника и на счет самого должника.

Из материалов дела следует, что 09.11.2016 в качестве оплаты по договору подряда обществом «СХ «Сфера» были перечислены 1 500 000 руб. на счет третьего лица – ООО «Тендер», на основании письма должника в лице ФИО4 № 49 от 08.11.2016 с просьбой оплатить в счет взаиморасчетов по договору подряда указанную сумму.

Доказательств наличия между должником и ООО «Тендер» каких-либо правоотношений, во исполнение которых могла бы быть произведена данная оплата по просьбе ФИО4 в материалах дела не имеется.

Решением Арбитражного суда Пермского края по делу № А50-31526/2018 от 11.02.2019 по иску конкурсного управляющего с общества «Тендер» в пользу должника были взысканы 1 500 000 руб. в качестве неосновательного обогащения, однако, фактически денежные средства не были получены должником по причине исключения общества из ЕГРЮЛ 15.05.2020, как недействующего юридического лица.

Кроме того, в материалы настоящего обособленного спора были представлены копии платежных поручений № 86 от 10.11.2016 и № 94 от 11.11.2016, в соответствии с которыми общество «Тендер» перечислило одноименному обществу «СК «КВ Маркет» (ИНН <***>) 748 481,40 руб. с назначением платежа «Возврат излишних уплаченных денежных средств за поставку дверей ООО «СК «КВ Маркет»» и на сумму 101 609,80 руб. с назначением платежа «Возврат по счету № 76 от 10.11.2016 за стекло» соответственно.

Таким образом, со счета ООО «Тендер» в пользу юридического лица, имеющего аналогичное с должником наименование, была перечислена сумма в размере 850 091,20 руб.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ № ЮЭ9965-18-591496 от 19.01.2018, единственным участником и лицом, имеющим право без доверенности действовать от имени этого, отличающегося от должника идентификационным номером налогоплательщика, но совпадающим по наименованию юридического лица, является ФИО14 – супруга ФИО17 (согласно сведениям органа ЗАГС ФИО14 являлась супругой ФИО17 с 29.11.2011 по 29.11.2019 – т. 15 л.д. 82 - 84).

Также из открытых источников в материалы дела представлены сведения, согласно которым ранее называвшееся ООО «Меридиан» (ИНН <***>) было переименовано в полностью совпадающее с наименованием должника ООО «Строительная компания «КВ Маркет» 21.10.2016 (решение единственного участника ФИО14 № 5 от 13.10.2016 – т. 12, л.д. 67), то есть непосредственно перед необоснованным получением им от общества «Тендер» вышеуказанных денежных средств.

В последующем общество, являющееся двойником должника, было вновь переименовано в ООО «Меридиан» (07.05.2018); стопроцентная доля в нем 30.08.2018 продана мастеру должника (подтверждается письмом должника № 1 от 19.08.2016) ФИО23; уже 23.11.2018 в ЕГРЮЛ была внесена запись о недостоверности адреса ООО «Меридиан» (т. 12, л.д. 8), а затем 15.05.2019 в ЕГРЮЛ внесена запись о прекращении деятельности ООО «Меридиан» (т. 12, л.д. 6).

Соответственно, ФИО17 опосредованно незаконно получил причитающиеся должнику денежные средства в общем размере 850 091,20 руб.

ФИО17 в качестве обоснованности такого перечисления в материалы дела представлены договор поставки материалов № 23/ПМ от 12.12.2016 и товарные накладные № 0010 от 20.12.2016, № 001 от 23.01.2017, №003 от 15.03.2017 (т. 1, л.д. 234).

Как обоснованно отмечено судом первой инстанции, представленные ФИО17 документы, не могут достоверно свидетельствовать о предоставлении должнику со стороны общества «СК «КВ Маркет» (ИНН <***>) встречного обеспечения.

При этом суд исходил из того, что ФИО17 неоднократно предлагалось представить документы, раскрывающие обстоятельства осуществления поставки материалов в адрес должника по договору поставки материалов № 23/ПМ от 12.12.2016, вместе с тем, в нарушение ст. 65 АПК РФ, документов, подтверждающих наличие у общества «СК «КВ Маркет» (ИНН <***>) возможности осуществить поставку товара должнику, не представлено (доказательства приобретения материалов, документы, подтверждающие хранение этого товара, доставку должнику, отражение соответствующих финансовых операций в бухгалтерском учете). Анализ выписки по счету общества «СК «КВ Маркет» (ИНН <***>) показывал не только отсутствие каких-либо финансовых операций по приобретению строительных материалов, но и ведения какой-либо реальной хозяйственной деятельности.

Также судом учтено, что поставка строительных материалов не связана с основным видом деятельности ООО «СК «КВ Маркет» (ИНН <***>) – деятельность туристических агентств; платежи в сумме в размере 748 481,40 руб. и 101 609,80 руб. произведены в адрес общества СК «КВ Маркет» (ИНН <***>) за месяц до заключения договора поставки материалов № 23/ПМ от 12.12.2016.

Разумных пояснений изменения наименования общества «Меридиан» на схожее с должником наименование именно в преддверии получения денежных средств должника, ответчиками не дано.

Совокупность указанных обстоятельств позволяет сделать вывод о том, что денежные средства обществом «СК «КВ Маркет» (ИНН <***>) были получены в отсутствие встречного предоставления должнику.

Оставшаяся сумма в размере 649 908,80 руб. была израсходована ООО «Тендер» по своему усмотрению в период с 10 по 14.11.2016.

Характер движения денежных средств по счету общества «Тендер» позволяет полагать, что общество в соответствующий период деятельности осуществляло реальную хозяйственную деятельность, значительная часть операций по счету осуществлялась с назначением платежа «за двери», «дверные материалы» и т.п., при этом в спорный период не усматривается значимых по объему расходных операций, характерных для «обналичивания» денежных средств.

В свою очередь, в акте о приемке выполненных работ (КС-2) № 1 от 30.11.2016 (т. 1, л.д. 155), акте о приемке выполненных работ (КС-2) № 2 от 20.03.2017 (т. 1, л.д. 159) имеется указание на то, что в объем принятых ООО «СХ «Сфера» работ входили работы по монтажу дверей.

Из объяснений ФИО7 от 13.08.2020, предоставленных Управлению МВД России по г. Перми, следует, что ООО «Тендер» осуществляло поставку дверей (т. 7, л.д. 65).

Данные обстоятельства применительно к обстоятельствам настоящего спора позволяет возможным полагать наличие встречного предоставления со стороны ООО «Тендер». Тем не менее, документально данное обстоятельство не подтверждено, сведения о получении встречного предоставления, о размере этого предоставления и расходовании этого предоставления контролирующими должника лицами в интересах должника в материалы дела не представлено (ст. 65 АПК РФ).

Также из материалов дела усматривается, что 12.12.2016, 13.02.2017, 20.02.2017 и 13.03.2017 обществом «СХ «Сфера» произведены авансовые платежи непосредственно на расчетный счет должника на сумму 750 000 руб., 300 000 руб., 100 000 руб. и 100 000 руб. соответственно; 236 000 руб. были перечислены обществом «СХ «Сфера» на счет третьего лица – ООО «ТД «Пермские обои» 13.02.2017 на основании письма должника с просьбой оплатить в счет взаиморасчетов по договору подряда от 10.02.2017.

Часть полученных от заказчика денежных средств в размере 450 000 руб. была перечислена в пользу ООО «Старт-Строй» в качестве частичной оплаты выполненных по договору подряда № Б96/пол от 14.09.2016 работ общей стоимостью 1 278 030 руб.

Оставшаяся часть стоимости выполненных ООО «Старт-Строй» для должника работ была взыскана вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Пермского края от 18.10.2017 по делу № А50-10151/2017, которым с должника пользу ООО «Старт-Строй» было взыскано 828 030 руб. основного долга.

Суд счел действия ООО «СК «КВ Маркет» во взаимоотношениях с ООО «Старт-Строй» совершенными при наличии признака злоупотребления правом, поскольку предъявив работы, выполненные ООО «Старт-Строй» в рамках договора от 14.09.2016, в составе своих работ, получив от заказчика оплату, ответчик фактически неосновательно обогатился за счет ООО «Старт-Строй», требования которого в размере стоимости неоплаченных работ были включены в реестр требований кредиторов должника.

Доказательств расходования иных поступивших на счет должника денежных средств в интересах последнего материалы дела не содержат и привлекаемыми к ответственности лицами в апелляционный суд не представлено.

Третий способ оплаты работ по договору подряда № Б96/отд от 19.08.2016 осуществлялся путем заключения между обществом «СХ «Сфера» и должником договоров участия в долевом строительстве квартир в доме по ул. Бушмакина, 96 в г. Перми и передачи прав последнему по ним.

В частности из материалов дела следует, что 05.12.2016 между обществом «СХ «Сфера» (застройщик) и должником (участник строительства) был заключен договор участия в долевом строительстве № Б96/43 на сумму 2 006 400 руб., согласно которого общество «СХ «Сфера» обязалось построить и передать должнику 2-комнатную квартиру в названном доме № 43 общей площадью 51,2 кв.м., а последний оплатить ее стоимость в размере 2 006 400 руб.

В качестве оплаты цены указанного договора обществом «СХ «Сфера» от должника по акту приема-передачи от 16.12.2016 был принят простой вексель № 1 от 16.12.2016 аналогичного номинала – 2 006 400,00 руб., векселедателем которого являлся должник (т. 1, л.д. 146, 147; т. 4 л.д. 24) , после чего со стороны ООО «СХ «Сфера» была выдана справка об исполнении обязательств от 16.12.2016 (т. 6, л.д. 58).

В дальнейшем данный вексель был возвращен обществом «СХ «Сфера» должнику в качестве оплаты по договору подряда № Б96/отд в части вексельной суммы (акт приема-передачи векселя № 1/1 от 08.02.2017).

Права требования по договору участия в долевом строительстве от 05.12.2016 № Б96/43 были переданы должником по договору уступки права требования (цессии) от 13.12.2016 ФИО21 При этом в договоре цессии отражен факта получения ФИО4 от ФИО21 денежных средств в размере 1 900 000 руб.; также ФИО4 была выдана ФИО21 справка от имени ООО «СК «КВ Маркет» об исполнении обязательств от 22.12.2016 (т. 6, л.д. 56, 57, 59). По завершению строительства дома квартира № 43 была передана обществом «СХ «Сфера» участнику долевого строительства ФИО21 по акту приема-передачи квартиры от 10.10.2017.

Вместе с тем, доказательства вовлечения в имущественную сферу должника денежных средств в сумме 1 900 000 руб. полученных ФИО4 в связи с заключением с ФИО21 договора уступки права требования (цессии) от 13.12.2016 в материалы дела не представлены.

Также 14.12.2016 между обществом «СХ «Сфера» (застройщик) и должником (участник строительства) был заключен договор участия в долевом строительстве № Б96/224 на сумму 1 664 400 руб., согласно которого обществом «СХ «Сфера» обязалось построить и передать должнику 1-комнатную квартиру в названном доме № 224 общей площадью 40,6 кв.м, а последний оплатить ее стоимость в размере 1 664 400 руб.

В качестве оплаты цены указанного договора обществом «СХ «Сфера» от должника по акту приема-передачи от 22.12.2016 принят простой вексель № 2 от 22.12.2016 аналогичного номинала – 1 664 400 руб., векселедателем которого являлся должник (т. 1, л.д. 149, 150; т. 4, л.д. 25) , после чего со стороны ООО «СХ «Сфера» была выдана справка об исполнении обязательств от 22.12.2016 (т. 6, л.д. 66).

В дальнейшем данный вексель был возвращен обществом «СХ «Сфера» должнику в оплату по договору подряда № Б96/отд в части вексельной суммы (акт приема-передачи векселя № 2/1 от 08.02.2017).

Права требования по договору участия в долевом строительстве от 14.12.2016 № Б96/224 были переданы должником по договору уступки права требования (цессии) от 22.12.2016 с ФИО9 по цене 1 080 000 руб. (т. 1, л.д. 193; т. 6, л.д. 65).

15 февраля 2023 года ФИО9 в материалы дела представлены документы, подтверждающие произведение должнику оплаты по договору уступки права требования (цессии) от 22.12.2016, а именно справка об исполнении обязательств в размере 1 080 000 руб., квитанция к приходному-кассовому ордеру от 29.12.2016, подписанные от имени должника подписаны ФИО4

Помимо этого, ФИО9 представлено дополнительное соглашение к договору участия в долевом строительстве от 14.12.2016 № Б96/224, согласно условиям которого фактическая стоимость прав (требований) составляет 1 550 000 руб. В дополнительном соглашении содержится расписка ФИО4 в получении дополнительно к ранее им полученным денежным средствам еще 470 000 руб.

По завершению строительства дома квартира № 224 была передана обществом «СХ «Сфера» участнику долевого строительства ФИО9 по акту приема-передачи квартиры от 10.10.2017.

Доказательств вовлечения в имущественную сферу должника полученных ФИО4 денежных средств в сумме 1 550 000 руб., в связи с заключением договора уступки права требования (цессии) от 22.12.2016 в материалы дела также не представлено (ст. 65 АПК РФ).

При этом, согласно пояснениям конкурсного управляющего, заключенный между обществом «СХ «Сфера» и должником договор участия в долевом строительстве № Б96/21, 126, 161, 276, 282, 284 от 14.12.2016 на общую сумму 13 166 600 руб. не был исполнен сторонами.

В частности, в отношении квартир №№ 126, 161, 276 сторонами достигнуто соглашение о расторжении договора участия в долевом строительстве № Б96/21, 126, 161, 276, 282, 284 от 14.12.2016 в части передачи должнику прав на квартиры с указанными номерами; в отношении квартир №№21, 282, 284 общество «СХ «Сфера» уведомлением № 374 от 23.10.2017 заявлено об отказе от исполнения названного договора, с в связи с чем стороны договора уведомлены Управлением Росреестра по Пермскому краю о погашении записи о его регистрации (уведомление от 20.11.2017 №59/021/222/2017-3476). Впоследствии все, являющиеся предметом договора участия в долевом строительстве № Б96/21, 126, 161, 276, 282, 284 от 14.12.2016 права в отношении квартир №№ 21, 126, 161, 276, 282, 284 были реализованы обществом «СХ «Сфера» третьим лицам по договорам купли-продажи.

Поскольку оплата прав на квартиры по договору участия в долевом строительстве № Б96/21, 126, 161, 276, 282, 284 от 14.12.2016 должником не производилась, наличие правоотношений по нему никогда не учитывалось его сторонами при расчетах по договору подряда № Б96/отд от 19.08.2016.

В отсутствие доказательств того, что полученные должником по договору подряда средства направлялись на обеспечение исполнения должником своих обязательств, следует признать, что в результате действий ответчиков из состава имущественной массы должника были безосновательно и безвозмездно выведены активы должника, что свидетельствует о преследуемой ими противоправно цели причинения вреда кредиторам.

Учитывая приведенные выше обстоятельства, принимая во внимание, что в реестр требований кредиторов должника включены требования лишь общества «СХ «Сфера», общества «Старт-Строй», возникшие из приведенных выше договорных обязательств, и уполномоченного органа, следует признать, что причины банкротства должника возникли в период исполнения обязательств по договору подряда № Б96/отд от 19.08.2016 в результате бесконтрольного (не позволяющем доподлинно установить механизм и конечных получателей) вывода выплаченных обществом «СХ «Сфера» денежных средств, как минимум порядка 10 млн. руб., достаточных для удовлетворения требований всех кредиторов.

Следовательно, вопреки доводам ФИО2, период возникновения неисполненных обязательств перед кредиторами в данном случае не имеет правового значения при рассмотрении настоящего спора.

Такая бесконтрольность не позволяет оценить степень вовлеченности каждого из ответчиков в процесс вывода активов должника, что лишний раз говорит о необходимости их солидарной ответственности.

При этом, наличие у ФИО2, ФИО17, ФИО4 статуса контролирующих должника лиц было установлено ранее, при первом рассмотрения настоящего спора (ст. 69 АПК РФ).

В частности, как отмечено судом первой инстанции, в постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 07.07.2020 № Ф09-3272/20 по делу №А50-35186/2017 установлено, что ответчика (ФИО2, ФИО17, ФИО4) имели возможность оказывать существенное влияние на деятельность должника, что также усматривается из приведенных выше обстоятельств.

Доводы, изложенные в жалобах об отсутствии у подавших их лиц статуса контролировавших деятельность должника лиц не содержат в себе обстоятельств и фактов, которые не были проверены судом и, по существу, сводятся к несогласию их с оценкой суда представленных в дело доказательств и сделанных им выводами, основанными на установленных по делу обстоятельствах.

Являясь контролирующими должника лицами, ответчики должны были действовать в интересах должника добросовестно и разумно. Однако, доказательств, такого, а также совершения ими действий от имени должника в интересах последнего, не нарушая при этом имущественные права кредиторов, в материалы дела не представлено и апелляционному суду не представлено, что в свою очередь влечет вывод о противоправном и виновном их поведении, повлекшее банкротство должника.

Следовательно, оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения ФИО2, ФИО17, ФИО4 кс субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с доведением до банкротства (п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве), у суда апелляционной инстанции не имеется.

Из приведенных ответчиками в апелляционных жалобах доводов усматривается, что, не оспаривая установленную судом совокупность обстоятельств, каждый из ответчиков пытается переложить ответственность на другое лицо, указывая на то, что руководство обществом-должником осуществлялось именно им, при этом ни один из ответчиком не раскрывает все правоотношения имеющиеся при осуществлении должником хозяйственной деятельности, что не позволяет достоверно установить причастность (степень причастности) того или иного ответчика к установленным выше обстоятельствам.

Пункт 4 ст. 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон) в предыдущей редакции, так же как и п. 11 ст. 61.11 данного Закона в новой редакции, устанавливает, что размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица.

С учетом того, что предусмотренное п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время ст. 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим, исходя из чего применению подлежат разъяснения, изложенные в Постановлении № 53.

Исходя из разъяснений, изложенных в абзаце третьем п. 19 названного Постановления, если банкротство наступило в результате действий (бездействия) контролирующего лица, однако помимо названных действий (бездействия) увеличению размера долговых обязательств способствовали и внешние факторы (например, имели место неправомерный вывод активов должника под влиянием контролирующего лица и одновременно порча произведенной должником продукции в результате наводнения), размер субсидиарной ответственности контролирующего лица может быть уменьшен.

Следовательно, при рассмотрении вопроса об установлении размера субсидиарной ответственности требовало сопоставления размера убытков, причиненных неправомерными действиями, совершенными ответственными лицами, с общим размером требований кредиторов, оставшихся непогашенными по окончании процедуры конкурсного производства.

Согласно предоставленным в дело сведениям после проведения всех мероприятия по формированию конкурсной массы непогашенными остались требования к должнику в сумме 6 588 940,43 руб., в том числе: 130 313, 48 руб. – текущие расходы за процедуру наблюдения, 252 880 руб. – текущие расходы за процедуру конкурсного производства, 6 205 746,95 руб. – реестровая задолженность.

При оценке роли каждого из контролирующих должника лиц в последующей невозможности исполнения обществом обязательств перед кредиторами судом первой инстанции установлено следующее.

Как указывалось ранее и подтверждено материалами дела, ФИО2 с 04.12.2009 до 01.03.2017 являлся единственным участником должника, а также единоличным исполнительным его органом (руководителем) с 20.12.2009 по 12.12.2016.

Из материалов дела следует, что 24.08.2016 между ФИО17 (покупатель) и ФИО2 (продавец) заключен договор купли-продажи 100% доли в уставном капитале должника, согласно которому он приобрел стопроцентную долю в должнике, данный договор был нотариально удостоверен; 31.08.2016 регистрирующим органом отказано во внесении изменений в ЕГРЮЛ на основании договора купли-продажи доли от 24.08.2016.

ФИО2 до продажи доли в обществе, в качестве директора от имени должника (подрядчик) заключил с ООО «Строительный холдинг «Сфера» (заказчик) договор подряда № Б96/отд от 19.08.2016 (договор заключен в офисе ООО «Строительный холдинг Сфера» по адресу: <...>).

Кроме того, ФИО2 совершил от имени должника сделку с векселем, принял от ООО «Строительный холдинг «Сфера» простой вексель № 31, подписав акт приема-передачи векселя № 31 от 12.09.2016, а также совершил сделку по выдаче ФИО4 нотариальной доверенности на право совершения действий от имени должника.

ООО «Строительный холдинг «Сфера» при осуществлении переписки по вопросу об исполнении договорных отношений по договору подряда от 19.08.2016 № Б96/отд обращалось к ФИО2 с замечаниями относительно качества работ, считая его руководителем должника, что подтверждается материалами дела № А50-12357/17 (письмо № 292 от 03.10.2016).

ФИО2, в свою очередь, не уведомил кредитора ООО «Строительный холдинг «Сфера» о продаже доли в уставном капитале и утрате им статуса руководителя должника.

В этой же связи судом отмечено, что непосредственное участие в деятельности должника со стороны ФИО2 имело место лишь незначительный период времени после заключения им с ФИО18 договора продажи доли в уставном капитале общества. В последующем, как следует из материалов дела, ФИО2 в деятельности должника непосредственного участия не принимал и какой-либо имущественной выгоды в связи с совершением вышеописанных сделок не получал. Доказательств обратного суду апелляционной инстанции не представлено (ст. 65 АПК РФ).

Так, материалами дела подтверждается, что полученный ФИО2 вексель № 31 был передан должнику и впоследствии ФИО4 был передан обществу «Отделка Пермь». Доказательств причастности ФИО2 к совершению иных сделок, направленных на вывод активов должника и повлекших уменьшение его имущественной массы, материалы дела не содержат. В имеющихся в материалах дела документах не содержится сведений о том, что ФИО2 в дальнейшем каким-либо образом принимал участие и определял направление деятельности общества-должника.

Согласно п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве, в целях настоящего Федерального закона, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в п. 1 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (подпункты 1, 3 п. 2 названной статьи).

Пунктом 6 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 установлено, что руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (п. 3 ст. 53 ГК РФ).

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в ст. 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый ст. 1080 ГК РФ, п. 8 ст. 61.11, абзац второй п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве).

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о номинальном статусе ФИО2 после совершения им сделки по продаже доли в уставном капитале общества. Также судом установлено, что в ходе рассмотрения обоснованности заявленного требования ФИО2 раскрыта вся имеющаяся в его распоряжении информация относительно деятельности должника, касающаяся настоящего спора.

Тем не менее, несмотря на данные обстоятельства, суд первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для полного освобождения ФИО2 от ответственности по обязательствам должника учитывая, что номинальный руководитель не утрачивает статус контролирующего лица, а поведение ФИО2, заключившего договор продажи доли в уставном капитале, но не убедившегося в проведении такой государственной регистрации, повлекло возможность иными лицами совершать действия по причинению вреда имущественным интересам кредиторов и должника.

При этом, принимая во внимание изложенное, а также отсутствие доказательств, свидетельствующих о получении ФИО2 имущественной выгоды от повлекших банкротство должника сделок, суд апелляционной инстанции согласен с выводом суда о наличии оснований для уменьшения размера субсидиарной ответственности до 500 000 руб.

Несмотря на доводы, приведенные конкурсным управляющим должника в апелляционной жалобе, исходя из совокупности установленных по делу обстоятельств, суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника солидарно на всю сумму неисполненных должником перед кредиторами обязательств.

Относительно роли ФИО4 в деятельности должника судом установлено, что в соответствии с приказом № 5 от 05.09.2016, на основании решения единственного участника должника, обязанности директора были возложены на ФИО4

В отношениях с третьими лицами, в частности, с мажоритарным кредитором ООО «Строительный холдинг «Сфера», он представлял интересы должника по доверенностям с полномочиями, равным по объему полномочиям единоличного исполнительного органа должника (доверенности от 04.10.2016, 24.01.2017), выступал от имени должника в качестве осведомленного и владеющего информацией о производственной и финансовой деятельности лица.

ФИО4 совершал от имени должника сделки с векселями:

- 03.10.2016 посредством совершения передаточной надписи, уступил простой вексель № 31 от 12.09.2016 третьему лицу ООО «Отделка Пермь»;

- 07.10.2016 принял от ООО «Строительный холдинг «Сфера» простой вексель № 32 от 06.10.2016, подписав акт приема-передачи № 32 от 07.10.2016 и 29.11.2016 посредством совершения передаточной надписи, уступил простой вексель № 32 от 06.10.2016 третьему лицу ФИО22.

Также ФИО4 участвовал в определении предмета договора подряда № Б96/отд от 19.08.2016 путем согласования и подписания локального сметного расчета на отделочные работы и локального ресурса сметного расчета на устройство полов, участвовал в определении сроков исполнения указанного договора путем подписания графиков производства работ.

Действуя от имени должника по нотариально удостоверенной доверенности, ФИО4 заключил с ООО «Строительный холдинг «Сфера» договоры участия в долевом строительстве № Б96/43 от 05.12.2016, № Б96/224 от 14.12.2016.; в последующем ФИО4 заключил с ФИО21 и ФИО9 договоры уступки права требования по вышеуказанным договорам участия в долевом строительстве (в договоре уступки права требования ФИО4 поименован как исполняющий обязанности директора должника), выдал справки об исполнении цессионариями обязанностей по оплате уступленных им прав требования.

Также ФИО4 от имени должника подписан договор подряда №Б96/пол от 14.09.2016 с ООО «Старт-Строй», при исполнении которого судом установлено злоупотребление ООО «СК «КВ Маркет» правом.

Кроме того ФИО4 подписал письмо исх. 49 от 08.11.2016 в адрес ООО «Строительный холдинг «Сфера» с просьбой перечислить в счет договора подряда № 696/ОТД от 19.08.2016 сумму в размере 1 500 000 по реквизитам ООО «Тендер».

Приведенные обстоятельства подтверждают, что ФИО4 фактически выполнял функции руководителя должника, подписывал финансовые документы по деятельности должника, получал денежные средства по заключаемым им договорам долевого строительства, уступал права требования по векселям, являлся руководителем общества «СК «КВ Маркет» (ИНН <***>; т. 12, л.д. 60, 67), безосновательно получившим активы должника по вышеуказанным перечислениям. При этом доказательств использования денежных средств в интересах должника ФИО4 не представлено, равно как не представлено сведений об обстоятельствах выбытия из состава активов должника векселей.

С учетом изложенного суд первой инстанции обоснованно критически отнесся к доводам ФИО4 о его номинальном статусе в деятельности должника.

Фактически вышеуказанные действия ФИО4 привели к ухудшению финансового состояния должника в виде уменьшения имущества должника, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов.

Следовательно, суд первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для уменьшения размера субсидиарной ответственности ФИО4 доказательств обратного суду апелляционной инстанции не представлено (ст. 65 АПК РФ).

Относительно роли ФИО17 в деятельности должника судом отмечено, что заключение между ФИО17 и ФИО2 24.08.2016 договора купли-продажи 100% доли в уставном капитале должника было обусловлено намерением ФИО17 осуществлять предпринимательскую деятельность, принимать участие и определять направления деятельности общества.

Из материалов дела следует, что ФИО17 вел переговоры о заключении с ООО «Строительный холдинг «Сфера» договоров долевого участия, согласовывал их условия, указывая себя в переписке в качестве технического директора ООО «СК «КВ Маркет», а также определял условия договора подряда, задолженность по которому позднее была включена в реестр, в частности, определял сроки исполнения договора подряда от 19.08.2016 №Б96/отд путем подписания графика производства работ.

В представленной в материалы дела переписке должника с ООО «Строительный холдинг «Сфера» (в письмах от 19.08.2016, 26.08.2016), ФИО17 указывал себя техническим директором.

Непосредственное участие ФИО17 в деятельности должника в отношениях с ООО «Строительный холдинг «Сфера» подтверждается подписанными им от имени технического директора должника письмами в адрес ООО «Строительный холдинг «Сфера» № 1 от 19.08.2016, которыми он уведомлял заказчика о назначении ответственных лиц за ведение отделочных работ в количестве 5 человек, в том числе он сам – технический директор ФИО17 (указан его контактный телефон); письмом №1 от 19.08.2016, в котором круг ответственных за ведение указанных работ лиц расширен до 8 человек, в качестве ответственного лица также указан ФИО4 (коммерческий директор и его контактный телефон).

В письме № 2 от 19.08.2016 на имя генерального директора ООО «Строительный холдинг «Сфера» ФИО17 (технический директор ООО «СК «КВ Маркет») просил предоставить допуск для ведения отделочных работ на объекте «Жилые дома со встроенно-пристроенными помещениями общественного назначения в квартале 2933 II очередь. Жилой дом» по адресу: г. Пермь, Орджоникидзевский район, ул. Бушмакина, 96, лицам в количестве 43 человек с указанием их специальностей, в том числе рабочих, отделочников, плавильщика, машиниста, затирщика, при этом ФИО17 был определен их бригадир ФИО24.

В письме № 3 от 26.08.2016 адресованном ООО «Строительный холдинг «Сфера» ФИО17 (технический директор ООО «СК «КВ Маркет») просил предоставить допуск в выходные дни 27 и 28.08.2016 на объект «Жилые дома со встроенно-пристроенными помещениями общественного назначения в квартале 2933 II очередь. Жилой дом» по адресу: г. Пермь, Орджоникидзевский район, ул. Бушмакина, 96, сотрудникам в количестве 11 человек, указывая их функциональные обязанности применительно к содержанию выполняемых работ.

Как верно отмечено судом первой инстанции, подписание таких писем и передача их ООО «Строительный холдинг «Сфера», учитывая приобретение по договору от 24.08.2016 100% доли в обществе-должнике, подтверждает участие ФИО17 в осуществлении контроля за деятельностью должника, наличие у него информации о том, какие работы и с привлечением каких работников ООО «СК «КВ Маркет» должен был выполнять по договору с ООО «Строительный холдинг «Сфера», а также наличие у него возможности производить согласование конкретных дат проведения работ и количества необходимых для их проведения сотрудников, определяя указанные даты со стороны должника. Все указанные письма имеют разрешительную визу ООО «Строительный холдинг «Сфера» от 29.08.2016.

Из представленных ФИО2 аудиозаписей телефонных переговоров (запись от 02.09.2016) следует, что именно ФИО17 указал ФИО2 на то, что директором он намерен поставить ФИО4

Из объяснений ФИО7 от 13.08.2020, предоставленных Управлению МВД России по г. Перми (т. 7, л.д. 62-71), следует, что ФИО17 осуществлял руководство обществом, вел переговоры по заключению и исполнению сделок, распоряжался финансами и иными активами общества, зачастую в целях получения личной выгоды.

Кроме того, сделки с перечислением денежных средств обществу «Тендер» и последующим перечислением обществу «СК «КВ Маркет» (ИНН <***>) очевидно осуществлены в интересах выгодоприобретателя ФИО17

Приведенное выше подтверждает вывод о том, что фактически ФИО17 не только определял направления деятельности должника, но и принимал активное участие при ее осуществлении, в результате которых произошло ухудшение финансового состояния должника в виде безосновательного уменьшения объема имущества должника, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов.

Учитывая вышеизложенное, оснований для уменьшения размера ответственности ФИО17 у суда первой инстанции также не имелось. Иного апелляционному суду не доказано (ст. 65 АПК РФ).

Поскольку по результатам проведения процедуры конкурсного производства установлен факт невозможности удовлетворения требований кредиторов должника в полном объеме, причиной невозможности погашения требований кредиторов явилось совершение ответчиками совместных действий по выводу активов должника, суд первой инстанции правомерно привлек ФИО2, ФИО17, ФИО4 к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов ООО «СК «КВ Маркет», взыскав в порядке субсидиарной ответственности солидарно в пользу должника со ФИО2, ФИО17, ФИО4 – 500 000 руб., а также с ФИО17, ФИО4 – 6 088 940, 43 руб.

Доводов, которые бы могли повлиять на принятое решение, в апелляционных жалобах, а также представленных апелляционному суду пояснениях не приведено.

Выводы суда первой инстанции основаны на представленных в дело доказательствах, при установлении всех фактических обстоятельств имеющих значение для рассмотрения настоящего спора.

По существу, заявители в апелляционных жалобах выражают несогласие с данной судом первой инстанции оценкой установленных по делу фактических обстоятельств, не опровергая их. Оснований не согласиться с приведенной судом оценкой у суда апелляционной инстанции не имеется.

Обстоятельств влекущих основания для отмены обжалуемого определения, предусмотренных ст. 270 АПК РФ апелляционным судом не установлено. Нарушений судом первой инстанции норм процессуального права, являющихся самостоятельным оснований для отмены судебного акта, апелляционным судом не выявлено.

В удовлетворении апелляционных жалоб следует отказать.

Уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы на обжалуемое определение налоговым законодательством не предусмотрена.

Ошибочно уплаченная ФИО4 при подаче апелляционной жалобы государственная пошлина подлежит возврату из федерального бюджета (ст. 333.40 НК РФ).

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 09 января 2024 года по делу № А50-35186/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Возвратить ФИО4 из федерального бюджета ошибочно уплаченную государственную пошлину в размере 3 000 (три тысячи) рублей по чеку-ордеру ПАО Сбербанк от 22.01.2024.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.



Председательствующий


О.Н. Чепурченко



Судьи


М.А. Чухманцев





М.С. Шаркевич