Постановление от 27 апреля 2018 г. по делу № А76-9766/2017

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-15552/2017
г. Челябинск
27 апреля 2018 года
Дело № А76-9766/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 25 апреля 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 апреля 2018 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бабиной О.Е.,

судей Баканова В.В., Карпусенко С.А.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании по правилам, предусмотренным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, дело № А76-9766/2017 по исковому заявлению Муниципального унитарного предприятия «Управление пассажирских перевозок Миасского городского округа» к ФИО2 о взыскании 183420 руб. 15 коп. убытков, 48 909 руб. 19 коп. упущенной выгоды (судья Мосягина Е.А.).

Муниципальное унитарное предприятие «Управление пассажирских перевозок Миасского городского округа» (далее – МУП «УПП МГО», истец, податель апелляционной жалобы) обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) о взыскании 183 420 руб. 15 коп. затрат на ремонт контрактной сети, 48 909 руб. 19 коп. упущенной выгоды, судебных расходов (л.д. 3-6).

Определением арбитражного суда первой инстанции от 19.04.2017 исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства (л. д. 1-2).

Определением от 19.04.2017 судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФИО3 (далее – ФИО3), федеральное казенное учреждение «Управление федеральных автомобильных дорог «Южный Урал» Федерального дорожного агентства» (далее – ФКУ УПРДОР «Южный Урал»), Управление жилищно-коммунального хозяйства, энергетики и транспорта Администрации Миасского городского округа (далее – Управление, третьи лица; л.д. 1- 2).

Определением от 05.06.2017 суд перешел к рассмотрению настоящего дела по общим правилам искового судопроизводства (л.д. 75 - 76).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 30.10.2017 по делу № А76-9766/2017 в удовлетворении исковых требований МУП «УПП МГО» отказано.

Истцу из федерального бюджета возвращено 3 999 руб. 15 коп. государственной пошлины, уплаченной по платежному поручению от 06.03.2017 № 252 (л.д. 101-103).

МУП «УПП МГО» с вынесенным судебным актом не согласилось, обратилось в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просило решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указало, что, отказывая в исковых требованиях, суд мотивировал свое решение, наличием у ответчика договора субаренды автомобиля, в связи с чем, на основании статьи 648 Гражданского кодекса Российской Федерации ответственность за вред, причиненный третьим лицам транспортным средством, его механизмами устройствами, оборудованием несет арендатор, в соответствии с правилами главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Истец полагает, что данные выводы суда не позволяют полностью исключить ответственность ответчика за ущерб, причиненный имуществу МУП «УПП МГО».

По мнению истца, предоставленный ответчиком договор субаренды транспортного средства № 55-14 от 23.08.2016, имеет признаки мнимой, притворной сделки.

На основании изложенного податель апелляционной жалобы пришел к выводу о том, что при рассмотрении указанного дела арбитражным судом первой инстанции дана неверная оценка представленным по делу доказательствам, сделаны неправильные выводы относительно установленных обстоятельств дела. Истец также отмечает о нарушении судом правил распределения бремени доказывания и допустимости доказательств.

Из материалов дела следует, что для осуществления перевозки крупногабаритного груза «KRASSBOHRER POWERBULLY Т15 «Полярник» (снегоболотоход)» ФИО2 в специальном порядке подал заявление на выдачу разрешения в ФКУ УПРДОР «Южный Урал», которое в свою очередь направило заявку на согласование маршрута транспортного средства исх. № ЧЕЛ0015856-001 от 10.11.2016 в Администрацию г. Миасса, Челябинской области.

По мнению истца, поскольку разрешение и письмо согласование маршрута оформлены на имя ответчика, следовательно, перевозка груза осуществлялась силами ФИО2 и по его заданию.

Кроме того, истец отметил, что суд должен был разъяснить участникам процесса их право на замену ненадлежащего ответчика, а так же порядок привлечения другого лица в качестве ответчика, вместе с тем, суд этого не сделал.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2017 апелляционная жалоба МУП «УПП МГО» принята к производству суда, назначена к рассмотрению в судебном заседании 10.01.2018 в 15 часов 10 минут.

Представитель истца поддержал доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе, просил суд отменить решение Арбитражного суда Челябинской области от 30.10.2017 и принять по делу новый судебный акт.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.01.2018 судебное заседание отложено на 07.02.2018 на 11 часов 40 минут. Указанным определением направлены запросы в адрес Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области и Управления государственной инспекции безопасности дорожного движения Главного Управления министерства внутренних дел России по Челябинской области.

До начала судебного заседания, судом апелляционной инстанции получены: от Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области - письмо (вх. №3766 от 26.01.2018), от Управления государственной инспекции безопасности дорожного движения Главного Управления министерства внутренних дел России по Челябинской области: сопроводительное письмо (вх. №3421 от 24.01.2018), карточка учета транспортного средства. Указанные документы приобщаются к материалам дела, поскольку представлены во исполнения определения суда от 10.01.2018.

Судом установлено, что согласно выписке из ЕГРИП ФИО2 11.12.2017 прекратил свою деятельность в качестве индивидуального предпринимателя.

В адрес суда 29.01.2018 от ФИО3 поступило пояснение к апелляционной жалобе (вх. №4109) с приложенными договором аренды транспортных средств без экипажа №70-16 от 08.11.2016, договором аренды транспортного средства №57-16 от 23.08.2016. Указанные документы приобщены к материалам дела.

Ответчик и третьи лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте слушания дела на интернет-сайте суда, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили. С учетом мнения представителя истца в соответствии со статьями 123, 156, 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие представителей указанных лиц.

Представитель истца поддержал доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе, просил суд отменить решение Арбитражного суда Челябинской области от 30.10.2017 и принять по делу новый судебный акт.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2018 судебное заседание отложено на 06.03.2018 на 14 часов 40 минут.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2017 (резолютивная часть определения от 07.03.2017) судебная коллегия апелляционной инстанции перешла к рассмотрению дела № А76-9766/2017 по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, поскольку судом первой инстанции владелец транспортного средства (собственник), к участию в настоящем деле, не привлечен.

Из пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что надлежащим ответчиком в деле о возмещении ущерба, причиненного автомобилю, является его владелец.

Понятие владельца транспортного средства раскрывается в пункте 1 указанной статьи Гражданского кодекса Российской Федерации. Владельцем источника повышенной опасности является юридическое лицо или гражданин, которые владеют этим объектом на праве собственности, праве хозяйственного ведения или оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Передача транспортного средства собственником во владение другому лицу возможна на основании гражданско-правовых сделок, среди которых закон (пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации) называет, прежде всего, аренду, выдачу доверенности на управление транспортным средством и т.п.

Исходя из смысла статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации передача собственником источника повышенной опасности в законное владение другому лицу одновременно переносит на последнего не только титул владельца, но и бремя ответственности за вред, который может быть причинен транспортным средством.

Как указано выше, между ФИО2 (арендодатель) и ФИО3 (субарендатор) подписан договор субаренды транспортного средства без экипажа от 23.08.2016 № 58-16 (л.д. 22-23).

Разногласия между сторонами в настоящем случае возникли в отношении лица, которое являлось фактическим владельцем источника повышенной опасности. Кроме того, истцом указывалось на мнимость договора субаренды транспортного средства без экипажа от 23.08.2016 № 58-16.

Как усматривается из материалов дела, а именно п.1.2. спорного договора, транспортное средство, передаваемое в субаренду, принадлежит на праве собственности ФИО4 (далее – ФИО4) (л.д. 22).

Вместе с тем, в материалах дела договор аренды транспортного средства - грузовой седельный тягач модель 635800, государственный регистрационный знак <***> ХLRTG85ХC0E19966, идентификационный номер (VIN <***>) отсутствует.

Судом первой инстанции владелец транспортного средства, к участию в настоящем деле не привлечен.

На основании изложенных обстоятельств, носящих объективный характер, суд апелляционной инстанции, установил, что настоящее дело не могло быть рассмотрено арбитражным судом без привлечения к участию в деле ФИО4 - собственника спорного транспортного средства.

Указанным определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2017 дело к рассмотрению в судебном заседании по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции назначено на 04.04.2017 на 14 часов 20 минут.

Лицам, участвующим в деле, было предложено не позднее 28.03.2018 представить в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд: истцу: доказательства направления копии искового заявления и приложений к нему, документов, представленных по рассматриваемой апелляционной жалобе, в адрес ФИО4; ответчику: доказательства направления копии отзыва на иск и приложений к нему, документов, представленных по рассматриваемой апелляционной жалобе в адрес ФИО4, договор аренды, заключенный между ответчиком и ФИО4 в отношении транспортного средства Грузовой седельный тягач, свидетельство о регистрации 74 НХ № 747665; третьим лицам: доказательства направления копии отзыва на иск и приложений к нему, документов, представленных по рассматриваемой апелляционной жалобе в адрес ФИО4; ФИО4: представить письменный отзыв на иск, доказательства направления указанных документов истцу, ответчику, третьим лицам; договор аренды, заключенный между ответчиком и ФИО4 в отношении транспортного средства Грузовой седельный тягач, свидетельство о регистрации 74 НХ № 747665.

В судебное заседание явился представитель истца, представил суду во исполнение определения суда от 07.03.2018 доказательства направления копии искового заявления и приложений к нему, документов, представленных по рассматриваемой апелляционной жалобе, в адрес ФИО4.

Указанные документы, представленные истцом во исполнение определения суда от 07.03.2018, приобщены к материалам дела.

Представители от ответчика - ФИО2 от третьих лиц: ФИО3, ФКУ УПРДОР «Южный Урал», Управления о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, в судебное заседание стороны не явились.

Судом апелляционной инстанции установлено, что третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4 не извещен надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, кроме того, у суда возникла необходимость в выяснении полной информации у отдела адресно-справочной службы УВМ ГУ МВД России по Челябинской области, об актуальном месте жительства ФИО2.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.04.2018 судебное заседание отложено на 25.04.2018 на 16 часов 20 минут.

Лица, участвующие в деле, уведомлены о дате, времени и месте судебного разбирательства посредством почтовых отправлений, размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», представителей в судебное заседание не направили.

Суд апелляционной инстанции, проверив уведомление указанных лиц о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, с учетом положений части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о месте и времени судебного разбирательства.

В соответствии со статьями 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие лиц, участвующих в деле.

Судом в соответствии с определением заместителя председателя Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда произведена замена судьи Махровой Н.В. на судью Карпусенко С.А.

В суд апелляционной инстанции 13.04.2018 (вх. № 16886) в ответ на запрос суда поступила адресная справка от 07.04.2018 Рег/ном № 23262614. Указанный документ приобщается к материалам дела.

До начала судебного заседания от истца поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства, в связи с невозможностью направления лицам, участвующим в деле, копии уточненного размера фактически несения расходов.

Рассмотрев указанное ходатайство, судебная коллегия не установила оснований для его удовлетворения.

Арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине (часть 4 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Указанные нормы статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусматривают право, но не обязанность суда отложить судебное разбирательство в случае заявления лицом, участвующим в деле, такого ходатайства с обоснованием причины неявки в судебное заседание и при условии, что эти причины будут признаны судом уважительными.

Из ходатайства истца об отложении судебного разбирательства следует, что оно обусловлено необходимостью направления уточнения размера фактического несения расходов лицам, участвующим в деле, однако в материалы дела уточнения исковых требований, какого-либо дополнительного расчета не представлено. Следовательно, объективная необходимость отложения судебного разбирательства по заявленным обстоятельствам истцом не подтверждена.

На предыдущем судебном заседании, 04.04.2018, представитель истца присутствовал. В связи с затруднением представителя истца ответить на вопросы суда апелляционной инстанции по представленному в материалы дела расчету исковых требований (л. д. 17), для подготовки ответов на указанные вопросы судебное разбирательство отложено на 25.04.2018 с предложением истцу в срок до 23.04.2018 представить доказательства фактического несения расходов в сумме 183 420 руб. 15 коп., в том числе выполнения спорных аварийных работ, стоимости использованных запасных частей и материалов, обосновать включение в сумму убытков размера НДС; раскрыть и обосновать документально из чего сложилась сумма накладных расходов в сумме 39 440 руб. 20 коп., представить подробный расчет, документальное обоснование недополученной суммы выручки за время простоя троллейбуса № 4 в размере 48 909 руб. 04 коп. и доказательства того, что она могла быть получена, но не получена ввиду обрыва линии; подтвердить дату начала и окончания периода простоя и дату и окончания сроков выполнения аварийных работ. То есть о необходимости предоставления таких сведений и дате следующего судебного заседания истец надлежащим образом уведомлен.

Указанные документы от истца не поступили.

В срок установленный судом апелляционной инстанции (до 23.04.2018) истец о невозможности предоставления таких документов не заявил, о недостаточности времени для подготовки таких доказательств суду не сообщил. После 23.04.2018 таких заявлений от истца в апелляционный суд также не поступало. Уважительность такого процессуального бездействия истцом не аргументирована, не подтверждена.

Поступление в день судебного заседания, 25.04.2018, ходатайства об отложении судебного разбирательства по причине невозможностью направления лицам, участвующим в деле, копии уточненного размера фактически несения расходов, вышеуказанные обстоятельства не изменяет, так как уточненного расчета и дополнительных доказательств в суд апелляционной инстанции не поступало и доказательств их фактического оформления истец суду апелляционной инстанции также не предоставил.

Изложенное процессуальное поведение истца не свидетельствует о наличии объективных основания для предоставления истцу вновь времени для дачи пояснений по исковым требованиям, которые первоначального сформулированы в исковом заявлении, не являются уточненными, новыми, рассматривались судом первой инстанции с 19.04.2017 по 24.10.2017, то есть в течение объективно достаточного времени для того, чтобы истец был готов в полном объеме дать по ним необходимые пояснения и представить доказательства.

Принимая во внимание, указанные в качестве основания для отложения судебного разбирательства обстоятельства, судебная коллегия приходит к выводу об отказе в удовлетворении соответствующего ходатайства.

При этом суд апелляционной инстанции исходит из того, что с учетом продолжительности рассмотрения дела в суде первой и апелляционной инстанциях, истцу предоставлено достаточное количество времени для реализации последним права на защиту, в том числе, предоставления доказательств, подтверждающих его требования.

Как следует из материалов дела, истец на основании Постановления Администрации Миасского городского округа №2299 от 28.04.2016 «О закреплении имущества на праве хозяйственного управления владеет контактной сетью, необходимой для организации работы электротранспорта города.

В обоснование исковых требований МУП «УПП МГО» указало, что 23.11.2016 ответчиком осуществлена перевозка крупногабаритного груза «KRASSBOHRER POWERBULLY Т15 «Полярник» (снегоболотоход)», в процессе которой, водитель осуществил провоз груза без выполнения требований, установленных письмом №1483/3 от 17.11.2016 Управления в части вызова машины сопровождения перевозчиком за 60 минут до начала осуществления маршрута и необходимостью связаться с энергодиспетчером МУП «УПП МГО» (л. д. 15).

Невыполнение этого требования повлекло к обрыву проводов контактной сети МУП «УПП МГО» по маршруту № 4 (п. Строительный), о чем свидетельствует справка о дорожно-транспортном происшествии от 22.11.2016 (л. д. 19).

В материалы дела представлено определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 23.11.2016, в котором указано, что в действиях водителя ФИО3 состав административного правонарушения отсутствует (л.д. 20 - 21).

Согласно смете на аварийно-восстановительный ремонт контактной сети пос. Строительный, прямые затраты на ремонт контактной сети составили 116000 руб. 60 коп., накладные расходы 39 440 руб. 00 коп., НДС – 27 979 руб. 34 коп., общая сумма расходов составляет 183 420 15 коп. Указанные расходы являются для истца реальным ущербом. Также, из-за повреждения контактной сети была приостановлена работа электротранспорта и недополученная сумма выручки за время простоя троллейбуса №4 (184 рейса) составила 48 909 руб. 19 коп. (л.д. 17).

Истец 30.11.2016 направил в адрес ответчика претензию №361 с требованием возместить ущерб в размере 232 329 руб. 19 коп. (л. д. 13-14).

В ответ на претензию, 26.12.2016 ответчик вручил (вх. №297) истцу письмо №1008-юр, в котором сообщил, что в силу заключенного договора субаренды, ФИО3 принял на себя обязательство по надлежащему владению и использованию арендуемого автомобиля, а также обязательство по несению ответственности за ущерб, который может быть причинен третьим лицам в соответствии с действующим законодательством. ФИО2 полагает, что заявленные в претензии требования должны быть заявлены непосредственно к перевозчику, осуществляющему перевозку негабаритного груза (л. д. 16).

Неисполнение ответчиком обязанности по возмещению ущерба, причиненного истцу, послужило основанием для обращения последнего в Арбитражный суд Челябинской области с настоящим иском.

Оценив представленные доказательства в отдельности, относимость, допустимость и их достоверность, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим кодексом.

Гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности (статья 8 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации арбитражные суды осуществляют защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Под убытками согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для применения ответственности в виде взыскания убытков, предусмотренных статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимо наличие состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между действиями причинителя и наступившими у истца неблагоприятными последствиями, доказанность размера убытков.

Из пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что надлежащим ответчиком в деле о возмещении ущерба, причиненного автомобилю, является его владелец.

Понятие владельца транспортного средства раскрывается в пункте 1 указанной статьи Гражданского кодекса Российской Федерации. Владельцем источника повышенной опасности является юридическое лицо или гражданин, которые владеют этим объектом на праве собственности, праве хозяйственного ведения или оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Передача транспортного средства собственником во владение другому лицу возможна на основании гражданско-правовых сделок, среди которых закон (пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации) называет, прежде всего, аренду, выдачу доверенности на управление транспортным средством и т.п.

Исходя из смысла статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации передача собственником источника повышенной опасности в законное владение другому лицу одновременно переносит на последнего не только титул владельца, но и бремя ответственности за вред, который может быть причинен транспортным средством.

При этом в соответствии с положениями статьи 648 Гражданского кодекса Российской Федерации ответственность за вред, причиненный третьим лицам транспортным средством, его механизмами, устройствами, оборудованием, несет арендатор в соответствии с правилами главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, арендатор транспортного средства (без экипажа) по отношению к третьим лицам, по существу обладает статусом владельца транспортного средства, в силу вышеуказанных норм, который несет ответственность за причинение вреда, в том числе и в случае совершения ДТП с арендованным транспортным средством.

Данный вывод также следует из пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина».

В случае аренды транспортного средства с экипажем транспортное средство (источник повышенной опасности) фактически не выходит из-под контроля арендодателя, поскольку управление и техническая эксплуатация осуществляются его работниками (экипажем), в связи с чем, ответственность за причинение вреда арендованным транспортным средством третьим лицам в силу специального указания закона продолжает нести арендодатель.

Таким образом, при определении субъекта ответственности за вред, причиненный жизни или здоровью третьих лиц арендованным транспортным средством (его механизмами, устройствами, оборудованием), переданным во владение и пользование по договору аренды (фрахтования на время) транспортного средства с экипажем, необходимо учитывать, что ответственность за вред несет арендодатель, который вправе в порядке регресса возместить за счет арендатора суммы, выплаченные третьим лицам, если докажет, что вред возник по вине арендатора (статьи 632 и 640 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если же транспортное средство было передано по договору аренды без предоставления услуг по управлению им и его технической эксплуатации, то причиненный вред подлежит возмещению самим арендатором (статьи 642 и 648 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В рассматриваемом случае лица, участвующие в деле, факт владения ответчиком транспортным средством на праве аренды не оспаривали и не оспаривают.

То есть рассматриваемое происшествие (при движении спорного транспортного средства совершен обрыв проводов контактной сети) произошло, когда ФИО2 использовал транспортное средство на законных основаниях, поскольку данное арендованное имущество на момент дорожно-транспортного происшествия не было возвращено арендодателю. Это обстоятельство свидетельствует об отсутствии оснований для предъявления требования истца о взыскании ущерба к собственнику транспортного средства – ФИО4

Владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возлагается обязанность возмещения вреда, по смыслу пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в данном случае является именно арендатор.

Оспаривая обоснованность предъявления исковых требований к нему, ФИО2 отмечает, что между ответчиком (арендодатель) и ФИО3 (субарендатор) заключен договор субаренды транспортного средства без экипажа от 23.08.2016 № 58-16 (л.д. 22-23), и что на момент рассматриваемого ДТП именно ФИО3 являлся законным владельцем транспортного средства.

Судебная коллегия пришла к выводу о критической оценке указанных доводов в связи со следующим.

Согласно п.1.1. договора субаренды, арендодатель предоставляет субарендатору во временное владение и пользование транспортное средство: грузовой седельный тягач модель 635800, государственный регистрационный знак <***> ХLRTG85ХC0E19966, идентификационный номер (VIN <***>), а субарендатор обязуется выплачивать арендодателю арендную плату в размере, порядке и на условиях согласованных сторонами в договоре.

Из п.2.2.3 договора субаренды усматривается обязанность субарендатора нести ответственность за ущерб, который может быть причинен арендуемым транспортным средствам в связи с эксплуатацией транспортного средства субарендатором, а также за вред, причиненный арендуемому транспортному средству третьим лицам.

Договор вступает в силу со дня его подписания и действует до 01.03.2017 (п. 6.1.1. договора).

По изложенным основаниям ответчик настаивает на том, что на момент спорного события 22.11.2016 (обрыв электрической контактной сети) автомобиль находился во владении и пользовании ФИО3, что подтверждается, в том числе, справкой о ДТП, в которой указано, что водителем транспортного средства DAF 635800, государственный регистрационный знак <***> являлся ФИО3 (л.д. 19).

Вместе с тем, указанные выше обстоятельства не могут объективно свидетельствовать об отсутствии оснований для отказа истцу в удовлетворении исковых требований, как заявленных к ненадлежащему ответчику.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 29 Федерального закона от 08.11.2007 № 257-ФЗ «Об автомобильных дорогах и о дорожной деятельности в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в редакции, действующей на дату выдачи истцу специальных разрешений, пользователям автомобильными дорогами запрещается осуществлять перевозки по автомобильным дорогам тяжеловесных грузов без специальных разрешений, выдаваемых в порядке, предусмотренном данным Федеральным законом (далее – Федеральный закон № 257).

Согласно пункту 1 статьи 31 Федерального закона № 257-ФЗ движение по автомобильным дорогам транспортного средства, осуществляющего перевозки опасных, тяжеловесных и (или) крупногабаритных грузов, допускается при наличии специального разрешения, выдаваемого в соответствии с положениями названной статьи.

Выдача специального разрешения на движение по автомобильным дорогам транспортного средства, осуществляющего перевозки тяжеловесных и (или) крупногабаритных грузов является государственной услугой и осуществляется в соответствии с Приказом Минтранса России от 28.03.2013 № 107 «Об утверждении Административного регламента Федерального дорожного агентства предоставления государственной услуги по выдаче специального разрешения на движение по автомобильным дорогам транспортного средства, осуществляющего перевозки тяжеловесных и (или) крупногабаритных грузов, в случае, если маршрут, часть маршрута указанного транспортного средства проходят по автомобильным дорогам федерального значения, участкам таких автомобильных дорог или по территориям двух и более субъектов Российской Федерации или в международном сообщении».

Одним из оснований получения специального разрешения является согласование маршрута движения транспортного средства, по которому проходит такой маршрут (пункт 1 части 6 статьи 31 Федерального закона от 08.11.2007 № 257-ФЗ), а также возмещение владельцем тяжеловесного транспортного средства вреда, который будет причинен таким транспортным средством (пункт 2 части 6 статьи 31 Федерального закона от 08.11.2007 № 257-ФЗ).

Орган, осуществляющий выдачу специального разрешения, согласовывает маршрут тяжеловесного транспортного средства, с владельцами автомобильных дорог, по которым проходит такой маршрут (часть 7 статьи 31 Федерального закона от 08.11.2007 № 257-ФЗ).

Информационное взаимодействие органа, выдающего специальное разрешение, с владельцами автомобильных дорог (за исключением владельцев частных автомобильных дорог), по которым проходит маршрут тяжеловесного транспортного средства, осуществляется в соответствии с требованиями к межведомственному информационному взаимодействию, установленными Федеральным законом от 27.07.2010 № 210-ФЗ «Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг» (часть 8 статьи 31 Федерального закона от 08.11.2007 № 257-ФЗ).

Из материалов дела усматривается и сторонами документально не оспорено, что 10.11.2016 в Администрацию г. Миасс поступила заявка № ЧЕЛ0015856-001 на согласование маршрута транспортного средства, осуществляющего перевозки крупногаборитных и (или) тяжеловесных грузов (л. д. 18). Заявителем и перевозчиком по этой заявке выступал именно ФИО2

Письмом от 17.11.2016 № 1483/3 Управление ЖКХ, энергетики и транспорта Администрации Миасского городского округа согласовало следующий маршрут перевозки крупногабаритного груза, указанного в заявлении № ЧЕЛ0015856-001 от 10.11.2016 для перевозчика ФИО2, а именно:

- Динамовское шоссе, 1 –Динамовское шоссе – Предзаводская площадь – Тургоякское шоссе – объездная дорога Тургоякского шоссе – ул. Б. Хмельницкого – ул. Олимпийская – пр. Макеева на период с 17.11.2016 по 17.02.2017 (л.д. 15).

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что в настоящем случае перевозчиком являлся ФИО2, что прямо поименовано в вышеуказанной заявке в разделе «наименование, адрес и телефон перевозчика груза (ФИО2). Специальное разрешение также выдано именно ФИО2, что ФИО2 при рассмотрении настоящего дела не оспорено и не опровергнуто.

Доказательств того, что указанную перевозку осуществлял самостоятельно ФИО3, что ФИО3 получал специальное разрешение из материалов дела не следует.

Таким образом, оснований для вывода о том, что обрыв линии произошел в процессе перевозки груза перевозчиком ФИО3 из дела не усматривается.

Отсутствие специального разрешения на перевозку крупногабаритного груза в отношении ФИО3 сотрудниками ГИБДД не зафиксировано, то есть ГИБДД нарушений правил перевозок грузов не зафиксировало. Указанное, в том числе, следует и из представленного административного материала, так как согласно справке о ДТП от 22.11.2016 у ФИО3 нарушений Правил Дорожного движения не выявлено.

Таким образом, не из справки от 22.11.2016, не из определения об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 23.11.2016 не следует, что ФИО3 осуществляя перевозку крупногабаритного тяжеловесного груза без специального разрешения. Акта о соответствующем нарушении также не составлено, иное из материалов дела не следует, сторонами не доказано.

Из материалов дела следует, что разрешение на данную перевозку заказано и получено только ФИО2 Заявки от иных перевозчиков не поступали.

Следовательно, оснований для выводов о том, ФИО3 в спорных правоотношениях действовал в собственных интересах, а не во исполнение, полученного от перевозчика ФИО2 специального разрешения на перевозку, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Кроме того, согласно пояснениям ФИО3 (л. д. 131) ФИО2 со всеми водителями заключал аналогичные договоры аренды (субаренды), со слов ФИО2, только для предъявления их сотрудникам ГИБДД. Таких договоров у ФИО3 несколько (л. д. 132-133). Ни по одному договору ФИО3 арендную плату ФИО2 не платил, договоры имеют формальный, фиктивный характер.

Ответчиком обратного не заявлено, не доказано.

В связи с чем, само по себе предоставление ответчиком в материалы дела договора субаренды с ФИО3 и указание ФИО2 на ФИО3, как на субарендатора в ответе на претензию истца (л. д. 16), не является достаточным основанием для признания ответчика ненадлежащим.

При указанных обстоятельствах, доводы ответчика о том, что на момент ДТП он не являлся законным владельцем источника повышенной опасности - являются несостоятельными, опровергаются представленными по делу доказательствами, и при фактических обстоятельствах дела, наличие договора субаренды транспортного средства само по себе не свидетельствует о том, что ФИО3 действовал самостоятельно, как перевозчик, а не водитель.

Таким образом, истец, реализуя право на судебную защиту, обратился с рассматриваемыми требованиями к надлежащему ответчику.

Судебная коллегия принимает во внимание, что согласно выписке из ЕГРИП ФИО2 11.12.2017 прекратил свою деятельность в качестве индивидуального предпринимателя.

При этом суд не усматривает оснований для прекращения производства по делу.

Согласно статье 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражному суду подведомственны дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности.

Арбитражные суды разрешают экономические споры и рассматривают иные дела с участием организаций, являющихся юридическими лицами, граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имеющих статус индивидуального предпринимателя, приобретенный в установленном законом порядке, а в случаях, предусмотренных Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и иными федеральными законами, с участием Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, образований, не имеющих статуса юридического лица, и граждан, не имеющих статуса индивидуального предпринимателя.

В соответствии с абзацем пятым пункта 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 июля 1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» с момента прекращения действия государственной регистрации гражданина в качестве индивидуального предпринимателя дела с участием указанных граждан, в том числе связанные с осуществлявшейся ими ранее предпринимательской деятельностью, подведомственны судам общей юрисдикции, за исключением случаев, когда такие дела были приняты к производству арбитражным судом с соблюдением правил о подведомственности до наступления указанных выше обстоятельств.

Из материалов дела усматривается, что согласно данным из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей по состоянию на 06.03.2017 (л.д. 55) ответчик имел действующий статус индивидуального предпринимателя (ОГРН <***>, ИНН <***>).

Согласно данным из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей по состоянию на 18.04.2018 физическое лицо прекратило деятельность в качестве индивидуального предпринимателя на основании собственного решения 11.12.2017. При этом судебная коллегия обращает внимание на то, что данный документ находится в свободном доступе на сайте Федеральной налоговой службы.

Указанные обстоятельства объективно свидетельствуют о том, что на момент спорных правоотношений и на момент обращения истца с иском в арбитражный суд 17.04.2017 ответчик обладал статусом индивидуального предпринимателя.

То обстоятельство, что указанный статус им утрачен после обращения истца с иском, на момент обращения с апелляционной жалобы и рассмотрения дела судом апелляционной инстанции по правилам суда первой инстанции не влияет на обоснованность рассмотрения настоящего иска по существу, поскольку согласно положениям статьи 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражному суду подведомственны дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности.

Экономические споры и иные дела, отнесенные законом к ведению арбитражных судов, суды общей юрисдикции не рассматривают (часть 3 статьи 22 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу абзаца первого пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18 августа 1992 № 12/12 «О некоторых вопросах подведомственности дел судам и арбитражным судам» гражданские дела подлежат рассмотрению в суде, если хотя бы одной из сторон является гражданин, не имеющий статуса предпринимателя, либо в случае, когда гражданин имеет такой статус, но дело возникло не в связи с осуществлением им предпринимательской деятельности.

Как разъяснено в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01 июля 1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», гражданин, занимающийся предпринимательской деятельностью, но не прошедший государственную регистрацию в качестве индивидуального предпринимателя, не приобретает в связи с занятием этой деятельностью статуса предпринимателя, споры с участием таких лиц, в том числе связанные с осуществлением ими предпринимательской деятельности, подведомственны суду общей юрисдикции.

С момента прекращения действия государственной регистрации гражданина в качестве индивидуального предпринимателя, в частности в связи с истечением срока действия свидетельства о государственной регистрации, аннулированием государственной регистрации и т.п., дела с участием указанных граждан, в том числе и связанные с осуществлявшейся ими ранее предпринимательской деятельностью, подведомственны судам общей юрисдикции, за исключением случаев, когда такие дела были приняты к производству арбитражным судом с соблюдением правил о подведомственности до наступления указанных выше обстоятельств.

Из смысла норм процессуального законодательства с учетом разъяснений высших судебных инстанций следует, что гражданин может быть лицом, участвующим в арбитражном процессе в качестве стороны, исключительно в случаях, если на момент обращения в арбитражный суд он имеет государственную регистрацию в качестве индивидуального предпринимателя либо если участие гражданина без статуса индивидуального предпринимателя в арбитражном процессе предусмотрено федеральным законом (например, статьи 33 и 225.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Иной подход к решению данного вопроса противоречил бы общему принципу разграничения юрисдикционных полномочий судов общей юрисдикции и арбитражных судов, согласно которому в основе данного разграничения должны быть заложены критерии характера спора и его субъектного состава, применяемые в совокупности.

Таким образом, в соответствии с частями 1, 2 статьи 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации настоящий спор подлежал рассмотрению арбитражным судом, так как связан с осуществлением ответчиком предпринимательской деятельности им в спорный период, на момент обращения истца с иском в арбитражный суд.

В соответствии с пунктами 1, 2, 4 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно части 3 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимаемые арбитражным судом решения, постановления, определения должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Арбитражный суд в соответствии с требованиями части 1 статьи 64 и статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на основании имеющихся в деле доказательств устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора.

Требования истца подлежат рассмотрению арбитражным судом исходя из предмета и основания заявленного иска.

Как усматривается из настоящего иска, МУП «УПП МГО» обращается о взыскании убытков, ввиду затрат на ремонт контрактной сети.

Факт повреждения – обрыва – контактной сети и вина в этом перевозчика ФИО2 достоверно подтверждены относимыми и допустимыми доказательствами, представленными в дело, в том числе, справкой о ДТП, объяснениями водителя ФИО3, не оспорено ответчиком.

Также со стороны ответчика не заявлено возражений относительно того, что поврежденная контактна сеть находилась не на регламентированной высоте, что её расположение нарушало действующие стандарты и нормы.

Лицо, требующее возмещения вреда, должно представить доказательства нарушения причинителем вреда принятых им добровольно на себя обязательств или противоправности поведения (незаконности действия или бездействия), наличие и размер убытков, причинно-следственную связь между противоправным поведением и убытками, вину причинителя вреда, принятие потерпевшим мер для предотвращения неблагоприятных последствий или уменьшения вреда.

Главная особенность обязательств по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, состоит в том, что вред подлежит возмещению независимо от того, виновен владелец источника повышенной опасности в причинении вреда или нет (вред возмещается независимо от наличия или отсутствия вины).

В силу статей 15 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом для возникновения деликтных правоотношений необходимо установить: факт наступления вреда, противоправность деяния причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением и наступлением вреда, а также вину причинителя вреда.

Поскольку спорное транспортное средство грузовой седельный тягач модель 635800, государственный регистрационный знак <***> ХLRTG85ХC0E19966, идентификационный номер (VIN <***>) отсутствует, в силу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, является средством повышенной опасности и ответчик, в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил суду доказательств, подтверждающих, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего, суд приходит к выводу, что причиненные таким транспортным средством убытки подлежат возмещению.

Для возникновения обязанности возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, достаточно установить факт причинения вреда соответствующей деятельностью и наличие причинной связи между такой деятельностью и наступившим результатом (вредом). В качестве доказательств этого факта могут быть использованы различные доказательства (письменные, свидетельские показания и т.д.), поскольку арбитражным процессуальным законодательством предусмотрен открытый перечень доказательств (статьи 64, 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Как указывалось выше, в рассматриваемом случае факт повреждения контактной сети при осуществлении перевозки крупногабаритного груза перевозчиком ФИО2, подтверждается материалами дела.

В качестве доказательств размера причиненных истцу убытков, МУП «УПП МГО» представило в материалы дела смету на аварийно-восстановительный ремонт контактной сети пос. Строителей. Согласно указанной смете на аварийно-восстановительный ремонт контактной сети пос. Строительный, прямые затраты на ремонт контактной сети составили 116 000 руб. 60 коп., НДС 27 979 руб. 34 коп., накладные расходы 39 440 руб. 00 коп., общая сумма расходов составляет 183 420 15 коп. Так же, из-за повреждения контактной сети была приостановлена работа электротранспорта и недополученная сумма выручки за время простоя троллейбуса №4 (184 рейса) составила 48 909 руб. 19 коп. (л.д. 17).

Оценив представленные в материалы дела доказательства, судебная коллегия приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований в сумме 116 000 руб. 60 коп. в связи со следующим.

Действительно, с учетом доказанности факта возникновения убытков, их размер подлежит установлению и удовлетворению с достаточной степенью достоверности.

В связи с изложенным, сумма реального ущерба истца в размере 116 000 руб. 60 коп., представляющая собой стоимость подвеса, зажимов, планки распорной, повеса скользящего, подвеса трамвайного потолочного, держателя, изоляторов, контактного провода, провода оцинкованного, щита деревянного и бензина, то есть запасных частей и материалов, необходимых для аварийно-восстановительного ремонта, отвечает требованиям относимости к факту причинения убытков, необходимости и вынужденности несения указанных расходов.

В нарушение ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, истцом не представлено пояснений и документов относительно того, из чего фактически сложились накладные расходы 39 440 руб. 00 коп., 34%, от какого показателя указанный процент рассчитан, за какой период такие расходы сложились, из каких видов расходов эти накладные расходы сформированы, действительно ли они связаны с фактом ДТП, а не обычной хозяйственной деятельностью истца. Расчет указанных накладных расходов в деле также отсутствует.

Судебная коллегия также полагает необоснованным включение в расчет убытков, произведенный истцом, НДС в сумме 27 979 руб. 34 коп., в силу следующего.

Пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации определяет убытки как расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации. Указанные в названной статье принцип полного возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде, который она имела до правонарушения.

Вместе с тем по общему правилу исключается, как неполное возмещение понесенных убытков, так и обогащение потерпевшего за счет причинителя вреда.

В частности, не могут быть включены в состав убытков расходы, хотя и понесенные потерпевшим в результате правонарушения, но компенсируемые ему в полном объеме за счет иных источников. В противном случае создавались бы основания для неоднократного получения потерпевшим одних и тех же сумм возмещения и, соответственно, извлечения им имущественной выгоды, что противоречит целям института возмещения вреда.

При этом бремя доказывания наличия убытков и их состава возлагается на потерпевшего, обращающегося за защитой своего права. Следовательно, именно он должен доказать, что предъявленные ему суммы НДС не были и не могут быть приняты к вычету, то есть представляют собой его некомпенсируемые потери (убытки).

В настоящем случае, выполнение работ по устранению повреждения контактной сети не является операцией, облагаемой налогом на добавленную стоимость в соответствии со статьей 146 Налогового кодекса Российской Федерации.

Истцом в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств того обстоятельства, что заявленная в иске сумма НДС является обоснованной и подтвержденной.

Судебная коллегия также отмечает, что истцу определениями об отложении судебного заседания предлагалось представить доказательства фактического несения расходов в заявленной сумме, в том числе выполнения спорных аварийных работ, стоимости использованных запасных частей и материалов, обоснованность включения в сумму убытков и размере НДС, раскрыть и обосновать документально из чего сложилась сумма накладных расходов, указанное определение истцом не исполнено, уважительность такого процессуального бездействия из материалов дела не следует.

Вместе с тем, истец соответствующие доказательства не представил, чем принял на себя риск наступления неблагоприятных последствий, в виде отказа в удовлетворении требований о взыскании 39 440 руб. 20 коп. накладных расходов, 27 979 руб. 34 коп. НДС.

Доводы истца о наличии оснований для взыскания убытков в виде упущенной выгоды не подтверждены надлежащими доказательствами, представляют собой неаргументированное требование.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 (ред. от 07.02.2017) «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения. Должник не лишен права представить доказательства того, что упущенная выгода не была бы получена кредитором.

Пункт 5 указанного Постановления предусматривает, что по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как указано в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановления от 23.06.2015 № 25), по смыслу статьи 15 названного Кодекса, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Таким образом, убытки представляют собой негативные имущественные последствия, возникающие у лица вследствие нарушения его неимущественного или имущественного права. Поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие вышеперечисленного состава правонарушения, а также размер подлежащих возмещению убытков.

Кроме того, применительно к убыткам в форме упущенной выгоды лицо должно доказать, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве его субъективного представления.

При фактических обстоятельствах настоящего дела, оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что исковые требования заявлены о взыскании упущенной выгоды, неполучение которой обусловлено простоем троллейбуса № 4.

Законодатель указывает, что для взыскания упущенной выгоды истцу необходимо обосновать, какие доходы он реально (достоверно) получил бы, если бы не утратил возможности использовать спорное имущество при обычных условиях гражданского оборота. Под обычными условиями оборота следует понимать типичные для него условия функционирования рынка, на которые не воздействуют непредвиденные обстоятельства либо обстоятельства непреодолимой силы. Иными словами, кредитор должен доказать, что допущенное должником нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду, все остальные необходимые приготовления для ее получения им были сделаны.

Вместе с тем, таких доказательств, применительно к статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлено.

Ссылка заявителя на наличие упущенной выгоды без документарного подтверждения в виде нарядов троллейбусов, ведомостей, расходов средней выручки за аналогичный период, по мнению суда апелляционной инстанции, является необоснованной. Истцом не представлено доказательств того, что из-за обрыва контактной линии не выполнены рейсы и не подтверждено применение количества пассажиров при перегрузке в часы «пик» при определении средней вместимости троллейбуса. Кроме того, не представлено доказательств отсутствия иного автомобильного парка и маршрутов.

Сам период простоя истцом также не заявлен и не доказан, то есть невозможно установить, как факт простоя, так и его продолжительность.

При таких обстоятельствах, следует признать, что размер убытков, а следовательно совокупность условий, являющихся основанием для возложения на ответчика гражданско-правовой ответственности не нашли своего подтверждения, в связи с чем, в указанной части исковые требования не подлежат удовлетворению.

Учитывая вышеизложенное, наличие установленных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для безусловной отмены решения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции полагает необходимым решение суда первой инстанции отменить, исковые требования удовлетворить в части взыскания убытков в виде реального ущерба в размере 116 000 руб. 60 коп.

То обстоятельство, что истцом не представлено доказательств по дополнительному приобретению указанных материалов, запасных частей не является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований в указанной части, так как при расходовании даже собственных, уже имеющихся в наличии материалов, запасных частей, их расходование произведено не в связи с обычными, плановыми заменами, а вынужденно, для устранения аварийного обрыва кабельной линии.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу искового заявления относятся на стороны пропорционально удовлетворенным требованиям в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем, относятся на ответчика в размере 3 817 руб. 87 коп.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ответчика и подлежат взысканию в пользу истца в размере 3 000 руб. 00 коп.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 30.10.2017 по делу № А76-9766/2017 отменить.

Исковые требования Муниципального унитарного предприятия «Управление пассажирских перевозок Миасского городского округа» удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу Муниципального унитарного предприятия «Управление пассажирских перевозок Миасского городского округа» 116 000 руб. 60 коп. убытков, 3 817 руб. 87 коп. судебных расходов по уплате государственной пошлины по исковому заявлению.

В остальной части в удовлетворении исковых требований Муниципальному унитарному предприятию «Управление пассажирских перевозок Миасского городского округа» отказать.

Возвратить Муниципальному унитарному предприятию «Управление пассажирских перевозок Миасского городского округа» из федерального бюджета 3 999 руб. 57 коп. государственной пошлины, уплаченной на основании платежного поручения от 06.03.2017 № 252.

Взыскать с ФИО2 в пользу Муниципального унитарного предприятия «Управление пассажирских перевозок Миасского городского округа» 3 000 руб. 00 коп. судебных расходов по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд

Председательствующий судья О.Е. Бабина

Судьи: В.В. Баканов

С.А. Карпусенко