Постановление от 16 ноября 2023 г. по делу № А32-9562/2021

48/2023-113359(1)


ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-9562/2021
город Ростов-на-Дону
16 ноября 2023 года
15АП-12038/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 09 ноября 2023 года. Полный текст постановления изготовлен 16 ноября 2023 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Деминой Я.А.,

судей Долговой М.Ю., Сурмаляна Г.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, при участии:

от конкурсного управляющего ООО "Алюминий-Альянс" ФИО2: представителя ФИО3 по доверенности от 18.04.2023,

посредством проведения онлайн-заседания в режиме веб-конференции:

от ФИО4: представителя ФИО5 по доверенности от 31.08.2023,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью "Алюминий-Альянс" ФИО2 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 27.06.2023 по делу № А32-9562/2021 по заявлению ФИО6 об установлении размера требований кредитора в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Алюминий-Альянс" (ИНН <***>; ОГРН <***>);

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Алюминий-Альянс" (далее – должник) в Арбитражный суд Краснодарского края обратилась ФИО6 с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 1 162 920,00 рублей.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 27.06.2023 по делу № А32-9562/2021 требования ФИО6 включены в третью очередь реестра требований кредиторов ООО "Алюминий-Альянс" в размере 1 162 920 рублей.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2 в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обжаловал определение от 27.06.2023, просил его отменить, принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что судебный акт вынесен при неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения обособленного спора. Судом первой инстанции не дана оценка тому, что требование заявителя основано на первоначальном требовании заинтересованного лица, который злоупотребил своим правом. Действия Никитина Ю.И. по заключению договора инвестирования и договора цессии и получение от нового кредитора денежных средств являются недобросовестными, совершенными в ущерб интересам остальных кредиторов, которые не подлежат судебной защите.

Представитель конкурсного управляющего ООО "Алюминий-Альянс" ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить.

Представитель ФИО4 просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Апелляционный суд в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявил перерыв в пределах дня судебного заседания до 18 час. 00 мин.

После перерыва судебное заседание продолжено в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 17.01.2022 по делу № А32-9562/2021 заявление общества с ограниченной ответственностью "СтройПоставка" признано обоснованным, в отношении общества с ограниченной ответственностью "Алюминий-Альянс" (ИНН: <***>; ОГРН <***>) введена процедура банкротства - наблюдение. Временным управляющим общества с ограниченной ответственностью "Алюминий-Альянс" утверждена кандидатура ФИО7.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 26.07.2022, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.10.2022, отклонено ходатайство о прекращении производства по делу. ООО "Алюминий-Альянс" признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим ООО "Алюминий-Альянс" утверждена кандидатура ФИО8.

Сведения о введении процедуры конкурсного производства опубликованы в газете "Коммерсантъ" № 147 (7348) от 13.08.2022.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 02.03.2023 решение Арбитражного суда Краснодарского края от 26.07.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.10.2022 по делу N А32-9562/2021 в части утверждения конкурсного управляющего отменены, вопрос об утверждении конкурсного управляющего направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 05.04.2023 конкурсным управляющим ООО "Алюминий-Альянс" утверждена кандидатура Бельмехова Заура Халидовича из числа членов Ассоциации СРО "ЦААУ".

14.10.2022 (нарочно) ФИО6 обратилась в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 1 162 920,00 рублей.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ

"О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Требования кредиторов рассматриваются арбитражным судом по правилам статей 71 или 100 Закона о банкротстве в зависимости от процедуры, введенной в отношении должника.

Пунктом 1 статьи 142 Закона о банкротстве предусмотрено, что установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона.

В силу пункта 1 статьи 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность указанных требований документов. Указанные требования включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", в силу пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным, при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской

Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Следовательно, в деле о банкротстве суд обязан вне зависимости от доводов лиц, участвующих в деле, оценить действительность заявленного требования о включении в реестр и соответствие закону процессуальных и материально-правовых интересов заявителя.

Установление судом, рассматривающим дело о банкротстве, фактов злоупотребления правом, недобросовестного поведения сторон при совершении сделки, положенной в основу требования о включении в реестр требований кредиторов должника, является основанием для отказа во включении такого требования в реестр. Указанные обстоятельства входят в предмет доказывания при рассмотрении обособленного спора о включении требования кредитора в реестр требований кредиторов должника.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 N 14-П и от 19.12.2005 N 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.). С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

В процессе проверки обоснованности требования кредитора необходимо учитывать, что реальной целью заявления требования может быть, например, искусственное создание задолженности для последующего необоснованного включения в реестр требований кредиторов и участия в распределении имущества должника. В таком случае сокрытие действительного смысла сделок находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделки лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

При оценке достоверности факта наличия требования, суду надлежит учитывать среди прочего следующее: обстоятельства и факты, свидетельствующие о заключении и действительности договора; оценка лиц, заключивших договор, анализ документов о финансово-хозяйственной деятельности сторон договора, отражалось ли сделка в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности, установление экономической оправданности совершаемых сделок (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 N 308-ЭС16-7060).

Учитывая, что должник находится в банкротстве, суду необходимо руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть провести более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к удовлетворению заявления о включении требования в реестр является

представление заявителем доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения лиц, заявивших возражение против требования (определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 N 305-ЭС18-413, от 07.06.2018 N 305-ЭС16- 20992 (3)).

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В обоснование заявленных требований, заявитель указал, что 13.02.2014 между ФИО4 (продавец) и обществом с ограниченной ответственностью "Алюминий-Альянс" (покупатель) заключен договор купли-продажи земельного участка и нежилого здания, по условиям которого продавец продает принадлежащие ему на праве собственности земельный участок, общей площадью 4 332 кв.м. с кадастровым номером 23:43:0402001:497, категория земель - земли населенных пунктов - для эксплуатации здания дрожжевого цеха по адресу: Российская Федерация, Краснодарский край, г. Краснодар, Карасунский внутригородской округ, ул. Новороссийская, 102/7, с расположенным на нем нежилым зданием дрожжевого цеха, Лит. М, площадью 2 941,7 кв.м., расположенным по адрес: Российская Федерация, Краснодарский край, г. Краснодар, Карасунский внутригородской округ, ул. Новороссийская, 102, а покупатель приобретает в собственность земельный участок и нежилое здание на условиях, предусмотренных договором (пункт 1.1 договора).

Согласно пункту 1.2 договора земельный участок принадлежит продавцу на праве собственности на основании договора купли-продажи земельного участка № 442 от 07.08.2009, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права серии 23-АЕ № 990697 от 11.09.2009, выданным Управлением Федеральной регистрационный службы по Краснодарскому краю, о чем в ЕГРН сделана регистрационная запись № 23-23-01/542/2009-218.

Нежилое здание принадлежит продавцу на праве собственности на основании договора купли-продажи нежилого здания от 22.06.2006, что подтверждается выпиской из ЕГРН от 08.11.2013, выданной Управлением Федеральной регистрационной службы по Краснодарскому краю, о чем 18.07.2006 в ЕГРН сделана регистрационная запись № 23-23/01/114/200-558.

Пунктом 2.12 договора установлено, что общая стоимость земельного участка составляет 100 000 000,00 рублей, стоимость нежилого здания составляет 30 000 000,00 рублей.

Договор купли-продажи от 13.02.2014 зарегистрирован в Росреестре 18.02.2014.

26.01.2016 между обществом с ограниченной ответственностью "Алюминий- Альянс" (заказчик) в лице директора ФИО4 и ФИО4 (инвестор) заключен договор инвестирования в строительство торгово-офисного центра № 26-01/16.

Согласно пункту 1.1 договора инвестор обязуется осуществлять инвестирование денежных средств в строительство объекта недвижимости - нежилого здания в размере и сроки, которые предусмотрены договором, а заказчик обязуется в предусмотренный договором срок организовать строительство объекта недвижимости и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию объекта недвижимости передать инвестору нежилое помещение в объекте недвижимости, указанные в 1.4. договора.

Сроком ввода объекта недвижимости в эксплуатацию в соответствии с графиком производства работ с учетом норм продолжительности строительства согласно СНиП является 1 кв. 2017 года, т.е. не позднее 2017 года (пункт 1.3 договора).

В соответствии с пунктом 1.4 договора после получения разрешения на ввод объекта недвижимости в эксплуатацию заказчик передает инвестору по акту приема-передачи нежилое помещение в объекте недвижимости площадью 96,91 м2 (восемьдесят три целых три сотых), этаж 8, в осях 1-4 и Д-Г. Указанные нежилые помещения не являются предметом других сделок заказчика с третьими лицами, никому не проданы, не заложены, под арестом не состоят, свободны от притязаний третьих лиц.

Пунктом 4.2 договора установлено, что инвестор оплачивает заказчику сумму в размере 1 162 920,00 рублей в срок до 30.12.2017.

26.01.2016 между ФИО4 (цедент) и ФИО9 (цессионарий) заключен договор уступки прав (цессии), по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает права и обязанности по договору инвестирования в строительство торгово-офисного центра № 26-01/16 от 26.01.2016 в полном объеме.

В соответствии с пунктом 2.4 договора, договор является возмездным. Размер встречного предоставления со стороны цессионария будет определен в размере 1 162 920,00 рублей по переданным площадям договора инвестирования № 26-01/16 от 26.01.2016 - 96,91 м2 (восемьдесят три целых три сотых), этаж 8, в осях 1-4 и Д-Г.

Согласно пункту 4.2 договора, настоящий договор вступает в силу со дня его подписания цедентом и цессионарием и действует до полного исполнения обязательств.

14.11.2016 между ФИО9 (цедент) и ФИО10 заключен договор уступки прав (цессии), по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает права и обязанности по договору инвестирования в строительство торгово-офисного центра № 26-01/16 от 26.01.2016 в объекте, указанном в пункте 1.2 договора.

Объект: "Торгово-офисный центр по ул. Новороссийской, 102/7 в г. Краснодаре", строительство которого ведется на основании разрешения на строительство № RU 23306000-3586-р от 17.09.2014, выданного Департаментом архитектуры и градостроительства администрации муниципального образования г. Краснодара, Приказ № 427 от 04.12.2014 о внесении изменения в разрешение на строительство от 17.10.2014 № RU 23306000-3586-р с кадастровым номером 23:43:0402001:4549, расположенный по адресу: <...> (пункт 1.1 договора).

Согласно пункту 1.3 договора за уступаемые права и обязанности по договору цессионарий выплачивает цеденту сумму в размере 1 620 920,00 рублей.

Пунктом 1.4 договора установлено, что сумма, указанная в пункте 1.3 договора, выплачена цессионарием цеденту в полном объеме после подписания настоящего договора, что подтверждается распиской в получении денежных средств.

В связи с тем, что заказчиком по настоящее время не обеспечено встречное исполнение договорных условий, заявитель обратился с настоящим заявлением в суд.

В пункте 2.1 договора инвестирования от 26.01.2016 стороны предусмотрели, что договор заключен в соответствии с Гражданским Кодексом

Российской Федерации и Федеральным Законом от 25 февраля 1999 г. № 39-ФЗ "Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений". На отношения сторон не распространяются нормы Федерального от 30 декабря 2004 г. Ш 214-ФЗ "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации".

Согласно абзацу первому статьи 2 Федерального закона от 25.02.1999 N 39-ФЗ "Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений" (далее - Закон об инвестиционной деятельности) действие указанного Федерального закона распространяется на отношения, связанные с инвестиционной деятельностью, осуществляемой в форме капитальных вложений.

Положениями статьи 4 Закона об инвестиционной деятельности установлено, что субъектами инвестиционной деятельности, осуществляемой в форме капитальных вложений, являются инвесторы, заказчики, подрядчики, пользователи объектов капитальных вложений и другие лица. Инвесторы осуществляют капитальные вложения с использованием собственных и (или) привлеченных средств, ими могут быть физические и юридические лица, создаваемые на основе договора о совместной деятельности и не имеющие статуса юридического лица объединения юридических лиц, государственные органы, органы местного самоуправления, а также иностранные субъекты предпринимательской деятельности. Заказчики - уполномоченные на то инвесторами физические и юридические лица, которые осуществляют реализацию инвестиционных проектов. При этом они не вмешиваются в предпринимательскую и (или) иную деятельность других субъектов инвестиционной деятельности, если иное не предусмотрено договором между ними.

Отношения между субъектами инвестиционной деятельности осуществляются на основе договора и (или) государственного контракта, заключаемых между ними в соответствии с ГК РФ (пункт 1 статьи 8 Закона об инвестиционной деятельности).

В силу статьи 9 Закона об инвестиционной деятельности финансирование капитальных вложений осуществляется инвесторами за счет собственных и (или) привлеченных средств.

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно статье 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.

Обоснованность требований доказывается на основе принципа состязательности. Кредитор, заявивший требования к должнику, как и лица, возражающие против этих требований, обязаны доказать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований или возражений.

Законодательство гарантирует им право на предоставление доказательств (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

В качестве доказательств внесения инвестиций в размере 1 162 920,00 рублей заявителем в материалы дела представлена бухгалтерская справка 32 от 26.01.2016, подтверждающие проведение между обществом и ФИО4 взаимозачета по погашению долга по договору купли-продажи земельного участка и нежилого здания от 13.02.2014.

При этом судом апелляционной инстанции учитывается, что при рассмотрении заявления управляющего о признании сделок должника по перечислению должником в пользу ФИО4 денежных средств в период с 09.01.2018 по 26.01.2021 в размере 50 515 798,81 рублей и применении последствий недействительности сделки, судом апелляционной инстанции в постановлении от 06.11.2023 указано: "из материалов дела следует, что по договору земельного участка и нежилого здания от 13.02.2014 ответчик продал принадлежащие ему на праве собственности объекты недвижимости должнику по цене 130 000 000 руб. (общая стоимость земельного участка составляет 100 000 000 руб., стоимость нежилого здания составляет 30 000 000 руб.).

Доказательств, свидетельствующих о том, что указанные объекты недвижимости приобретены должником по завышенной стоимости, в материалы дела не представлено.

Более того, конкурсный управляющий должника не оспаривает стоимость объектов недвижимости, приобретенных должником у ответчика (ФИО4).

Заключенный между должником и ответчиком договор купли-продажи земельного участка и нежилого здания от 13.02.2014 не оспорен, в установленном законом порядке недействительным не признан.

Таким образом, в материалы дела представлены доказательства в подтверждение встречного исполнения по спорным перечислениям с назначением платежа "возврат физическому лицу по договору купли-продажи от 13.02.2014", в связи с этим оснований для вывода о безвозмездности совершенной должником сделки у суда апелляционной инстанции не имеется."

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что оплата ФИО4 по договору инвестирования в строительство торгово-офисного центра № 26-01/16 от 26.01.2016 произведена путем зачета встречных требований, который недействительным не признан.

Довод апелляционной жалобы о том, что ФИО4 реализовал обществу земельный участок по завышенной стоимости, опровергается вышеуказанными выводами суда апелляционной инстанции, изложенными в постановлении от 06.11.2023.

Возражая против включения заявленных требований в реестр требований кредиторов, конкурсный управляющий ссылается на мнимость заключенного сторонами договора инвестирования в строительство торгово-офисного центра № 26-01/16 от 26.01.2016, мотивируя свои доводы тем, что он заключен между аффилированными лицами, денежные средства по договору инвестирования № 26-01/16 в размере 1 162 920,00 рублей, минуя должника, шли напрямую контролирующему должника лицу - Никитину Ю.И.

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (п. 26 постановления N 35, п. 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20 декабря 2016 г.)".

Совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости или притворности договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке. Целью такой проверки является недопущение включения в реестр необоснованных требований, что в ситуации недостаточности имущества должника приводило бы к нарушению прав и законных интересов кредиторов, конкурирующих между собой за получение удовлетворения требований, а также должника и его учредителей (участников), законный интерес которых состоит в наиболее полном и справедливом погашении долгов (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 11.07.2017 N 305-ЭС17-2110).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Согласно правовой позиции, отраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056 (6), доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Само по себе наличие аффилированности кредитора и должника не является достаточным доказательством для вывода о злоупотреблении правом, и при отсутствии других обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестных действиях сторон, не является основанием для отказа во включении в реестр подтвержденной задолженности.

Вместе с тем, в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации таких доказательств конкурсным управляющим в материалы дела не представлено, в связи с чем данный довод подлежит отклонению по причине его необоснованности. При этом судебной коллегией также учтено, что вышеуказанный взаимозачет недействительным не признан, по договору купли-продажи земельного участка и нежилого здания от 13.02.2014 должник получил встречное предоставление, обратного материалы дела не содержат.

В письменных пояснениях управляющий также указал, что оплата задолженности по договору купли-продажи земельного участка и нежилого здания от 13.04.2014, произведенная должником в пользу ФИО4 по расчетным счетам должника осуществлена в общем размере 38 065 661,20 рублей, из которых 5 907 000,00 рублей по р/с № <***> в Краснодарском филиале БАНКА СОЮЗ (АО); в сумме 18 780 590 рублей по р/с <***> в ПАО "МТС-Банк" в г. Ростове-на-Дону (период 05.09.2017-29.12.2017) в сумме 18 780 590 рублей, по р/с <***> в ПАО "МТС Банк" в г. Ростове-на-Дону (период 09.01.2018-26.12.2019) в сумме 13 378 071,20 рублей. Также, оплата задолженности по договору купли-продажи земельного участка и нежилого здания от 13.04.2014 осуществлялась путем заключения между ФИО4 и должником договоров инвестирования, права и обязанности по которым переуступались третьим лицам (по договорам уступки, заключенных в день соответствующий заключению договора инвестирования). Оплата по договору уступки в адрес ФИО4 зачитывалась в счет долга ООО "Алюминий- Альянс" перед ФИО4 по договору купли-продажи недвижимости. Оформленная указанным способом оплата осуществлена на сумму 86 554 148,20 рублей. Итого, ФИО4 в счет оплаты по договору осуществил перевод денежных средств вышеуказанными способами в размере 124 619 809,40 рублей. Непогашенный остаток по договору купли-продажи перед ФИО4 5 380 190,60 рублей.

Пунктом 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

В силу пункта 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно статье 384 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

На основании пункта 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону или договору.

Как указано ранее, на основании договора уступки прав (цессии) от 26.01.2016 ФИО4 уступил право требования по договору инвестирования в строительство торгово-офисного центра № 26-01/16 от 26.01.2016 ФИО11, который в свою очередь переуступил право требования ФИО10 на основании договора уступки прав (цессии) от 14.11.2016.

Факт оплаты по договору цессии подтверждается распиской от 14.11.2016, о фальсификации которой лицами, участвующими в деле не заявлено.

При расчетах между физическими лицами в соответствии с положениями статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может подтверждаться распиской в получении исполнения. Гражданский кодекс Российской Федерации особых требований к форме расписки, в частности требования о ее составлении на отдельном листе, не устанавливает.

Запрет на осуществление расчетов между физическими лицами при совершении бытовой сделки наличными денежными средствами законодательством Российской Федерации не установлен.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал на то, что конституционный принцип равенства (статья 19 Конституции Российской Федерации), гарантирующий защиту от всех форм дискриминации при осуществлении прав и свобод, означает, помимо прочего, недопустимость введения таких ограничений в правах лиц, принадлежащих к одной категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях).

При таких обстоятельствах, факт оплаты по договору цессии считается подтвержденным.

Учитывая, что договоры цессии не были признаны недействительными, ФИО10 является процессуальным правопреемником ФИО11 и ей принадлежат права требования по договору инвестирования в строительство торгово-офисного центра № 26-01/16 от 26.01.2016.

Возражая против включения требований ФИО6 в реестр требований кредиторов, заявитель ссылается на положения, изложенные в пунктах 5, 7 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29 января 2020 г.) и на необходимость понижения требований заявителя в реестре требований кредиторов должника.

Как разъяснено в абз. 2 п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 г. N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", первоначальный кредитор не может уступить новому кредитору больше прав, чем имеет сам; вместе с тем на основании закона новый кредитор в силу его особого правового положения может обладать дополнительными правами, которые отсутствовали у первоначального кредитора.

Управляющий указал, что на момент заключения договоров цессии от 26.01.2016 и от 14.11.2016 должник обладал признаками неплатежеспособности, ФИО4 является единственным участником и директором должника, в связи с чем знал о признаках неплатежеспособности должника. Действия ФИО4 по заключению договора инвестирования и договора цессии в тот же день и получения от нового кредитора денежных средств являются недобросовестными, совершенными в ущерб интересам остальных кредиторов, которые не подлежат судебной защите.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для понижения очередности требований ФИО6, при условии, что у нее отсутствовали основания полагать, что земельный участок и нежилое помещение должны были быть внесены ФИО4 в качестве вклада в уставной капитал общества, а не использовано заключение договоров инвестирования и последующая уступка в качестве оплаты по договору купли-продажи от 13.02.2014.

Кроме того, право требования приобретено кредитором у Назаренко Д.И., договор цессии от 26.01.2016 недействительным признан не был.

При указанных обстоятельствах, требования ФИО10 в заявленном размере правомерно включены в реестр требований кредиторов должника.

Иные доводы апелляционной жалобы признаются несостоятельными, поскольку не содержат фактов, которые не были учтены, проверены судом при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта либо опровергали выводы суда.

Несогласие подателя жалобы с произведенной судом оценкой фактических обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении норм материального права и не может быть положено в обоснование отмены обжалуемого судебного акта.

Оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 27.06.2023 по делу № А32-9562/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Я.А. Демина

Судьи М.Ю. Долгова

Г.А. Сурмалян