Постановление от 15 января 2026 г. 17 ААС (Семнадцатый арбитражный апелляционный суд)

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-3924/2025(2)-АК

Дело № А60-2481/2024
16 января 2026 года
г. Пермь


Резолютивная часть постановления объявлена 13 января 2026 года. Постановление в полном объеме изготовлено 16 января 2026 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Даниловой И.П.

судей Макарова Т.В., Нилоговой Т.С., при ведении протокола судебного заседания секретарем Чадовой М.Ф.,

при участии в судебном заседании в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

ФИО1, паспорт;

от конкурсного управляющего ФИО2: ФИО3, паспорт, доверенность от 01.09.2025;

иные лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 16 октября 2025 года

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2 о признании недействительной сделки по перечислению должником в пользу ФИО1 денежных средств в сумме 2 740 700 руб., применении последствия недействительности сделки,

вынесенное в рамках дела № А60-2481/2024

о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Тэян-Девелопмент» (ИНН <***>),

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 31.01.2024 было принято к производству поданное в суд 24.01.2024 заявление общества с ограниченной ответственностью «АудитЭнергоПроект» о признании общества с ограниченной ответственностью «Тэян-Девелопмент» несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 06.05.2024 к участию в деле в качестве третьего лица привлечен ФИО4 (статья 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением суда от 07.08. 2024 (резолютивная часть от 06.08.2024) произведена замена кредитора общества с ограниченной ответственностью «АудитЭнергоПроект» на ФИО4.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 25 сентября 2024 года общество с ограниченной ответственностью «Тэян-Девелопмент» (далее – общество «Тэян-Девелопмент», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства сроком на 6 месяцев по упрощенной процедуре отсутствующего должника, конкурсным управляющим утверждена ФИО2.

Конкурсный управляющий 07.10.2024 года обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными перечислений должником в пользу ФИО1 в период с 19.05.2020 по 20.01.2021 денежных средств в сумме 2 740 700 руб. и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 2 740 700 руб.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.10.2025 года (резолютивная часть оглашена 02.10.2025) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника ФИО2 о признании недействительными перечислений в пользу ФИО1 денежных средств в размере 2 740 700 руб. и применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в пользу общества «Тэян-Девелопмент» денежных средств в размере 2 740 700 руб., отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить, заявленные требования удовлетворить.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий указывает, что единственным руководителем и участником общества «Тэян-Девелопмент» являлась ФИО1 В период с 19.05.2020 по 09.12.2020 с расчетного счета должника № <***>, открытого в АО «Альфа-Банк», ФИО1 на ее личный счет были перечислены денежные средства в общем 2 766 200 руб., из них возвращено 25 500 руб., остаток составляет 2 740 700 руб. Полагает, что материалами дела установлено, что все поступившие денежные средства от кредиторов были выведены с общества тремя лицами: ФИО1, ФИО5, ФИО6 ФИО1


К.И. продолжала получать под отчет все новые и новые суммы, в отсутствии авансовых отчетов на предыдущие. Представленные ФИО1 доказательства не свидетельствуют об относимости купленного товара к деятельности должника. Кроме того, платежи в адрес ответчика сделаны на общую сумму 2 740 700 руб., чеки предоставлены на сумму 689 735 руб. 12 коп., из них чеки о покупке ГСМ не обоснованы, так как за должником транспортные средства не зарегистрированы; чеки о покупке мебели в ИКЕА и оборудования (перфоратор, пила и т.д.) (стр. 98,99 чеков), как и остальные представленные ФИО1 чеки не свидетельствуют об относимости купленного товара к деятельности общества «Тэян-Девелопмент». Сумма полученного платежа в определенную дату не подтверждается покупкой ТМЦ в эту же дату, в связи с вышеизложенным можно сделать вывод, что представленные ФИО1 документы, обосновывающие перечисление ей денежных средств, не подтверждают их относимость к хозяйственной деятельности должника. Учитывая, что ФИО1 была руководителем и единственным участником должника, ей известны последствия причинения вреда кредиторам в связи с перечислением обществу денежных средств и их невозвратом в 2020 году.

До судебного заседания в материалы дела от ФИО1 поступил отзыв, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Представитель конкурсного управляющего ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддерживает, просит определение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

ФИО1 с доводами апелляционной жалобы не согласна по основаниям, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу. Считает определение суда законным и обоснованным. Просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, письменные отзывы на апелляционную жалобу не представили, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, в период с 19.05.2020 по 20.01.2021 с расчетного счета № <***>, открытого в АО «Альфа-Банк» ФИО1 были перечислены денежные средства в общем 2 766 200 руб., из них возвращено 25 500 руб., остаток 2 740 700 руб.

Полагая, что перечисления денежных средств ФИО1 с расчетного счета должника № <***> открытого в АО «Альфа-


Банк» в период с 19.05.2020 по 09.12.2020 в размере 2 740 700 руб. являются недействительными, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением. Заявление обосновано тем, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника уже имелись неисполненные в срок обязательства перед третьими лицами, требования которых включены в реестр требований кредиторов должника (требования ФИО4, общества «Биофарм»); оспариваемые перечисления денежных средств были совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. В качестве правовых оснований конкурсный управляющий ФИО2 указывает пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что материалами дела не подтверждается совокупность признаков, необходимых для признания сделки недействительной по заявленным основаниям.

Исследовав представленные в дело доказательства в их совокупности в порядке статьи 71 АПК РФ, оценив доводы жалобы, отзыва, заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, суд апелляционной инстанции полагает выводы суда первой инстанции правомерными в силу следующего.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в самом Законе о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в


частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) разъяснено, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана судом недействительной, если такая сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с


выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из перечисленных в данном пункте условий.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что, в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве, под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума № 63, если подозрительная сделка совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи, не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Как следует из материалов дела и установлено судами, оспариваемые сделки – перечисления денежных средств на общую сумму 2 740 700 руб. совершены в период с 19.05.2020 по 20.01.2021, а заявление о признании общества «Тэян-Девелопмент» банкротом принято к производству арбитражного суда 31.01.2024, из чего следует, что спорные перечисления совершены за пределами трехгодичного периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 названного Кодекса не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).


Согласно пункта 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

При этом злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению


(противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, закрепленные в данной норме положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации исходя из общеправового принципа «специальный закон отстраняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

В связи с изложенным квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10, 168 названного выше Кодекса возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по тем же основаниям, что и в статье 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Баланс интересов должника, контрагента по сделке, кредиторов, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. При этом сам по себе факт заключения сделки до начала течения периода подозрительности, исключающий возможность ее оспаривания по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве, не является достаточным основанием для квалификации возникших отношений как ничтожных.

Положения статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации могут быть применены только к сделкам, совершенным с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

В соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Злоупотребление правом по своей сути есть неразумное и


недобросовестное действие, имеющее своей целью, причинить вред другим лицам.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу презумпции разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений бремя доказывания этих обстоятельств лежит на утверждающей стороне.

На основании пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Из материалов дела следует, что единственным руководителем и участником общества «Тэян-Девелопмент» являлась ФИО1, следовательно, ответчик в соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве является заинтересованными лицом по отношению к должнику.

Вместе с тем, сама по себе аффилированность не свидетельствует о выводе активов и требуется установление реального вреда конкурсной массе.

Судом первой инстанции установлено, что по состоянию на 05.10.2024 в реестр требований кредиторов включены следующие требования кредиторов:

1. Требование ФИО4 в размере 2 698 043,80 руб., основание возникновения задолженности, заключенный договор займа № 26/08-2020/3 от 2 26.08.2020, согласно которому ООО «АЭП» предоставил должнику заем в сумме 1 000 000 руб., дополнительным соглашением № 1 от 23.09.2020 сумма займа была увеличена до 1 000 000 руб., дополнительным соглашением № 2 от 05.10.2020 сумма займа была увеличена до 1 700 000 руб., дополнительным соглашением № 3 от 19.10.2020 сумма займа была увеличена до 2 000 000 руб. Денежные средства в общей сумме 1 900 000 руб. перечислены платежными поручениями № 2016 от 27.08.2020, № 2272 от 23.09.2020, № 2379 от 06.10.2020, № 2501 от 19.10.2020.

2. Требование ООО «Биофарм» в размер 12 355 360,60 руб. Основание возникновения задолженности – неотработанный аванс по договору № 08П-2020/КР от 12.05.2020, перечисленный должнику платежными поручениями № 176 от 19.05.2020 на сумму 977131,52 руб., № 178 от 03.06.2020 на сумму 296867,80 руб., № 182 от 09.06.2020 на сумму 71 103,75 руб., № 184 от 11.06.2020 на сумму 897 230,11 руб., № 190 от 19.06.2020 на сумму 800000,00 руб., № 193 от 26.06.2020 на сумму 1 500 000,00 руб., № 199 от 10.07.2020 на


сумму 517 231,07 руб., № 209 от 20.07.2020 на сумму 600 000 руб., № 212 от 28.07.2020 на сумму 1250000,00 руб., № 220 от 11.08.2020 на сумму 650 000,00 руб., № 230 от 01.09.2020 на сумму 15 00000,00 руб., № 244 от 28.09.2020 на сумму 500 000.00 руб., № 251 от 20.10.2020 на сумму 450 000,00 руб.

Таким образом, признаки неплатежеспособности должника возникли после 19.05.2020.

В рамках настоящего дела ФИО1 указывала, что все поступившие денежные средства от кредиторов перечислялись на счета ФИО1, ФИО5, ФИО6 Отношения с обществом «Тэян-Девелопмент» формировались исключительно в связи с трудовой деятельностью, контроль расходов осуществлялся под руководством ФИО6, бухгалтерия регулярно отражала все операции, перечисления осуществлялись на основании реальных хозяйственных нужд, а кредиторская задолженность носила временный характер и была обусловлена необходимостью начать работы на объектах до получения авансирования по договору капитального ремонта.

В материалы дела представлены доказательства завершения работ, приемки объектов, а также документы, подтверждающие движение денежных средств в счет исполнения обязательств.

По бухгалтерскому балансу на 2020 год у общества наблюдалась положительная динамика, а задолженность носила преходящий характер в силу временных обстоятельств, не свидетельствующих о банкротстве.

Довод ФИО1 о том, что перечисления средств осуществлялись в счет реальных и подтверждённых обязательств подтверждается материалами дела. В материалы дела ФИО1 предоставила выписки и подсчёты по движению денежных средств по личным и корпоративным картам и счетам.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО1 указывает, что срок выполнения работ был нарушен, в условиях действия договоров полагала, что работы хоть и с нарушением, но будут окончены (как и объект на ул. Военная, 20 в ноябре 2020 года), т.к. она лично из подотчетных сумм направляла часть средств на осуществление ремонтных работ этих объектов (в Пермском крае). Тем не менее, что касается ее личных подотчетных сумм, они были направлены исключительно целевому назначению на осуществление кап. ремонта на согласованных сторонами объектах.

ФИО1 также указала, что часть средств переводилась подрядчикам по указанию руководителя ФИО6

С учетом изложенного, не предоставлено доказательств наличия у ФИО1 противоправной цели или личной выгоды — действия по переводу средств осуществлялись по содержанию и смыслу авансовых отчётов согласно штатному порядку учетной политики.

Также, судом первой инстанции принято во внимание, что технические нарушения порядка оформления отчетных документов не свидетельствуют о


недобросовестности или наличии умысла на уклонение от исполнения обязательств по возврату средств обществу.

При выявленных нарушениях документооборота доводы конкурсного управляющего, что спорные сделки совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, не подкреплены надлежащими доказательствами целенаправленного искаженного движения активов и реального ущерба кредиторам.

Таким образом, фактические обстоятельства дела свидетельствуют об отсутствии преследуемой ФИО1 цели причинить вред кредиторам и о том, что перечисленные суммы были подотчётными расходами, подтверждёнными установленными бухгалтерией общества «Тэян- Девелопмент» документами и платежными поручениями.

Доводы конкурсного управляющего о неподтверждённости хозяйственной необходимости расходов и отсутствии доказательств поступления приобретенных товаров или выполнения работ в интересах ООО «Тэян-Девелопмент» опровергаются представленными ФИО1 выписками, пояснениями и письменными показаниями подрядчиков.

В частности по картам ПАО «Сбербанк» ФИО1 пояснила следующее: «ФИО7 выполнял работы на объекте, находящемся по адресу <...>. постоянно был с ней на связи, отчитывался по ходу выполнения работ и на данный момент с ним поддерживается связь. ФИО7 предоставил свидетельские показания для суда.

Остальные, указанные в подсчетах люди, по словам ФИО6, работали на объектах в Пермском крае. ФИО1 их никогда не видела, переводила им деньги по указу ФИО6 и контактов для связи с ними не имеет. Наличные деньги забирал сам ФИО6 или давал команду передать их Татьяне Ивановне (фамилия ФИО1 не известна), отвечающей за корпоративную связь.

Контактные данные с Татьяной Ивановной у ФИО1 имеются, но Татьяна Ивановна отказалась предоставить свидетельские показания и закрывающие документы на полученные ею денежные средства».

ФИО1, пояснила, что с 2015 года она работала в организациях, фактическим руководителем которых являлся ФИО6 (ООО «Соцэнерго», ООО УК «Веста», ООО «Соцсервис»). Впоследствии по его предложению и поручению она стала формальным директором и учредителем ряда организаций, в том числе общества «ТэянДевелопмент». Фактическое руководство деятельностью должника осуществлял именно ФИО6: он распоряжался расчетными счетами; принимал управленческие решения; определял порядок использования денежных средств.

ФИО1 действовала исключительно по его указаниям. Данный факт подтверждается перепиской (WhatsApp, электронная почта) и отчетами бухгалтеру.


Руководствуясь вышеназванными норами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что оспариваемые сделки (перечисления денежных средств на общую сумму 2 740 700 руб.) совершены между должником и ФИО1 в период с 19.05.2020 по 09.12.2021, то есть за пределами трехгодичного периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, что делает невозможной проверку действительности данной сделки по указанному специальному основанию, а также, установив, что в материалы дела конкурсным управляющим не представлено доказательств наличия у оспариваемых перечислений денежных средств пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительной сделки и предусмотренных статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а приведенные конкурсным управляющим и установленные судами обстоятельства совершения оспариваемых платежей (наличие у должника признаков неплатежеспособности в момент их совершения и причинение вреда кредиторам) не выходят за рамки признаков подозрительной сделки, предусмотренных диспозицией пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а иного лицами, участвующими в деле не доказано, суд первой инстанции верно пришел к выводу о недоказанности материалами дела наличия в рассматриваемом случае оснований для признания платежей недействительными по основаниям статьи 10 и статьи 168 ГК РФ.

При том, заинтересованное лицо ФИО1 раскрыла обстоятельства совершения спорных платежей, представила имеющие у нее документы.

Так судом первой инстанции вынесено определение от 27.11.2025 года о признании исполненным определения Арбитражного суда Свердловской области от 03.02.2025 и прекращении исполнения исполнительного листа серии ФС № 051040137 от 05.03.2025 года, выданного Арбитражным судом Свердловской области по делу № А60- 2481/2024 о обязании ФИО1 передать конкурсному управляющему документы.

Таким образом, отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела наличия в данном случае всей необходимой и достаточной совокупности оснований для признания спорных сделок недействительными, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом первой инстанции правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы апелляционной жалобы отклоняются, так как не свидетельствуют


о нарушении судами норм права, были заявлены в суде первой инстанции и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств.

Апелляционная коллегия полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемое определение подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ государственная пошлина по апелляционной жалобе должна быть отнесена на конкурсную массу должника.

Поскольку определением суда от 13.11.2025 при принятии апелляционной жалобы к производству удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего о предоставлении отсрочки уплаты государственной пошлины до окончания апелляционного производства, государственная пошлина по апелляционной жалобе в размере 30000 руб. подлежит взысканию с общества «Тэян-Девелопмент» в доход федерального бюджета на основании пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110,176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 16 октября 2025 года по делу № А60-2481/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Взыскать из конкурсной массы общества с ограниченной ответственностью «Тэян-Девелопмент» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 30 000 (тридцать тысяч) рублей за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий И.П. Данилова

Судьи Т.В. Макаров

Т.С. Нилогова