Постановление от 26 мая 2024 г. по делу № А71-4222/2020

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-7392/2022(7,9)-АК

Дело № А71-4222/2020
27 мая 2024 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 23 мая 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 27 мая 2024 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Саликовой Л.В.,

судей                               Гладких Е.О., Даниловой И.П., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Шмидт К.А.,

при участии (в зале суда):

ответчик – ФИО1, паспорт;

в судебное заседание посредством веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от конкурсного управляющего ФИО2: ФИО3, паспорт;

от кредитора ООО «Дом купца Шарлова»: ФИО4, паспорт, доверенность от 30.10.2023;

иные лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, в том числе публично;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы кредитора общества с ограниченной ответственностью «Дом купца Шарлова», конкурсного управляющего  ФИО2

на определение  Арбитражного суда Удмуртской Республики

от 19 февраля 2024 года

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Доступное жилье» о признании недействительной сделки по передаче недвижимого имущества – нежилое помещение, общей площадью 86,7 кв. м, расположенное на первом этаже МКД, по адресу: <...> от должника к ФИО5 и от ФИО5 к ФИО6,

вынесенное в рамках дела № А71-4222/2020 о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Доступное жилье» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

 третье лицо: ФИО7, 



установил:

В Арбитражный суд Удмуртской Республики 23.04.2020 поступило заявление ООО КА «Актив Групп» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Доступное жилье» (далее также – должник), основанием чему послужило наличие задолженности в размере 3 822 726 руб. 82 коп.

Определением суда от 29.04.2020 заявление ООО КА «Актив Групп» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Доступное жилье» принято к производству.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 01.03.2021 (резолютивная часть определения объявлена 25.02.2021) в отношении ООО «Доступное жилье» введена процедура наблюдения.  Определением суда от 10.06.2021 (резолютивная часть определения объявлена 08.06.2021) временным управляющим утвержден ФИО8

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.03.2020 ООО «Доступное жилье» признано несостоятельным банкротом, в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

20.03.2023 от конкурсного управляющего ФИО2 в Арбитражный суд Удмуртской Республики поступило заявление о признании недействительной сделку по передаче недвижимого имущества – нежилого помещения с кадастровым номером 18:26:010614:2289, общей площадью 86,7 кв. м, расположенного на первом этаже МКД, по адресу: <...>, от должника к ФИО5, от ФИО5 к ФИО6, применении последствий недействительности сделки в виде возврата объекта недвижимости в конкурсную массу; кроме того, заявитель ходатайствует об отсрочке уплаты государственной пошлины до вынесения решения по делу.

Определением суда от 24.03.2023 заявление принято к производству; заявителю предоставлена отсрочка по оплате государственной пошлины в размере 6 000 руб. до рассмотрения заявления по существу, но не более чем на 12 месяцев с момента вынесения настоящего определения.

Определениями суда судебное заседание неоднократно откладывалось.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, протокольным определением суда от 05.02.2023 привлечена ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.02.2024 (резолютивная часть оглашена 09.02.2024) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Доступное жилье» о признании недействительной сделки по передаче недвижимого имущества – нежилое помещение с кадастровым номером 18:26:010614:2289, общей площадью 86,7 кв. м, расположенное на первом этаже МКД, по адресу: <...> от Должника к ФИО5 и от ФИО5 к ФИО6, отказано. Взыскана с ООО «Доступное жилье» в доход федерального бюджета 6000 руб. государственная пошлина.

Не согласившись с указанным судебным актом, кредитор общество с ограниченной ответственностью «Дом купца Шарлова» (далее – ООО «Дом купца Шарлова», кредитор), конкурсный управляющий ФИО2 (далее – ФИО2, конкурсный управляющий) обратились в арбитражный суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт, которым заявленные требования удовлетворить.

Кредитор в апелляционной жалобе указывает на то, что 25.09.2008 ФИО7 (продавец), являющейся супругой ФИО6, о чем свидетельствует нотариальное согласие на продажу объекта от 25.09.2008, заключен договор с ФИО5 (покупатель), согласно которого, продавец продал, а покупатель купил нежилое помещение, расположенное по адресу: <...>; стоимость объекта определена сторонами в размере 3 000 000 руб. Сторонами подписан акт приема-передачи нежилого помещения 25.09.2008. Распиской от 25.09.2008 ФИО7 получила от ФИО5 денежные средства в размере 3 000 000 руб. в счет оплаты по договору от 25.09.2008, обязательства исполнены покупателем в полном объеме до государственной регистрации договора. Однако при регистрации прав на недвижимое имущество расписка 25.09.2008 на сумму 3 000 000 руб. в счет оплаты по договору от 25.09.2008 не сдавалась, материалы регистрационного дела не содержат. Расписка была предоставлена в материалы дела ответчиком в судебном заседании 05.02.2024. Государственная регистрация сделки произведена 17.10.2008. После регистрации ООО «Ижевский ипотечный центр» (с 09.12.2008 ООО «Доступное жилье») в качестве юридического лица 24.07.2003, ФИО5 с 28.11.2003 являлась участником общества. Протоколом общего собрания участников ООО «Ижевский ипотечный центр» от 26.11.2008 №4 единогласно принято решение об увеличении уставного капитала, ФИО5 вносит свой вклад в сумме 9 995 000 руб. офисным помещением 4 (отчет от 27.11.2008 №09/11/015 об определении рыночной и ликвидационной стоимости офисного помещения, расположенного по адресу: <...>, подготовленный ООО «Интербизнесцентр», заказчик ФИО5, свидетельствует о рыночной стоимости объекта 10 000 000 руб., ликвидационной – 8 700 000 руб.). С учетом представленной в материалы дела ответчицей ФИО5 расписки от 18.09.2008 денежные средства на приобретение и ремонт нежилого помещения, расположенного по адресу: <...> получены ФИО5 и ФИО9 от ФИО10 (матери супруга ответчика) в сумме 3 750 000 руб., т.е. на ремонт были потрачены денежные средства в сумме 750 000 руб., не более, так как согласно ответа УФНС России по Удмуртской Республике от 24.10.2023 № 30-24/042936, у ФИО5 отсутствовали финансовые возможности в 2008 году, как приобрести помещение у ФИО7, так и сделать в нем ремонт.  Отмечает, что рыночная стоимость спорного имущества за два месяца увеличилась в 3,34 раза с 3 000 000 руб., (стоимость на 25.09.2008) до 10 000 000 руб., (стоимость на 27.11.2008), что судом оставлено без внимания. Однако, впоследствии (в течение шести лет (до мая 2014 г.), рыночная стоимость спорного помещения составила 8 050 000 руб., что установлено судом с учетом пояснений ответчика. 01.12.2008 по акту приема-передачи имущества в уставный капитал ООО «Ижевский ипотечный центр» директор ФИО11 принял от участника ФИО5 офисное помещение. Согласно свидетельству о регистрации права, 28.11.2011 зарегистрирован переход права на основании акта приема-передачи имущества в уставный капитал ООО «Доступное жилье» от 01.12.2008 от ФИО5 ООО «Доступное жилье». Указывает, что с заявлением от 23.01.2011, поступившим в общество 23.01.2012, участник ФИО5 уведомила ООО «Доступное жилье» о выходе из состава участников общества и передаче, принадлежащей ей доли в уставном капитале в размере 40% обществу в соответствии. Протоколом внеочередного общего собрания участников ООО «Доступное жилье» от 24.01.2012 №11 единогласно принято решение внести в состав участников общества в связи с выходом ФИО5 из числа участников ООО «Доступное жилье». 01.02.2012 в ЕГРЮЛ внесена запись об исключении ФИО5 из числа участников общества. Заявлением от 21.08.2013, направленным в адрес общества посредством Почты России 26.08.2013, ФИО5 указала на необходимость расчета и выплаты ей действительной стоимости доли в уставном капитале ООО «Доступное жилье», т.е. по состоянию на 31.12.2011. Протоколом внеочередного общего собрания участников ООО «Доступное жилье» от 02.06.2014 №16 единогласно принято решение выплаты доли ФИО5 недвижимым имуществом – нежилым помещением, его рыночная стоимость 8 050 000 руб. сопоставима по цене с размером действительной стоимости доли ФИО5 в размере 8 462 400 руб. Согласно свидетельства о регистрации права, 21.07.2014 зарегистрирован переход права на основании акта приема-передачи имущества от 09.06.2014 от ООО «Доступное жилье» ФИО5 При этом Общество обязано выплатить участнику общества действительную стоимость его доли или части доли в уставном капитале общества либо выдать ему в натуре имущество такой же стоимости в течение трех месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности, если иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли не предусмотрен уставом общества. Указывает, что ФИО5 обращается в Общество 21.08.2013, т.е. спустя 1,5 года после внесения записи в ЕГРЮЛ об исключении её из участников общества (01.02.2012), а переход права собственности от ООО «Доступное жилье» к ФИО5 - 21.07.2014, т.е. спустя 3,5 года после намерения выйти из состава участников (дата заявления от 23.01.2011). Однако столь длительные временные разрывы в выплате действительной стоимости доли обусловлены, как пояснил ответчик и установил суд, отсутствием возможности переоформления спорного объекта в отсутствие согласия супруга (в связи с его болезнью). Считает, что действующее законодательство не содержит требований к наличию согласия супруга при получении имущества в собственности в качестве выплаты действительной стоимости. Также доказательства болезни супруга в материалы дела не представлены. В соответствии со сведениями УФНС России по Удмуртской Республике  в отношении ФИО6 отсутствуют справки о доходах по форме 2- НДФЛ и налоговые декларации по форме 3-НДФЛ с 2012 по 2015 г.г. Как следует из приговора Октябрьского районного суда от 01.03.2017 по уголовному делу № 1-88/2016 (абз. 1 на стр. 74): «Версия про крупные суммы денег, хранимые дома у родителей ФИО11, заработанные на протяжении всей трудовой жизни последних, ничем не подтверждена». С учетом изложенного денежные средства не передавались по расписке от 04.09.2014 ФИО6 ФИО5 Указывает, что судом установлено, что довод о наличии аффилированности сторон, вхождение ФИО5 в одну группу лиц с учредителями и руководителями ООО «Доступное жилье», участие в схеме по выводу имущества должника, оспорен ФИО5 При этом, по мнению заявителя жалобы, такой вывод сделан на основании пояснений ответчиков, в отсутствие каких-либо доказательств. Согласно данным ЕГРЮЛ в ООО «НАСА-РЕСУРС» (ИНН <***>) генеральным директором до 13.07.2015 года был ФИО12, а с 13.07.2015 - ФИО13, общество прекратило свою деятельность - 21.08.2018. ФИО12 с 22.10.2014 по 21.07.2015 являлся генеральным директором ООО «Доступное жилье», а с 22.07.2015 по 01.03.2018 генеральным директором ООО «Доступное жилье» была ФИО13. Следовательно, ФИО7, ФИО11, ФИО6, ФИО5, ФИО14, ФИО13, ООО «НАСА-РЕСУРС» являются аффилированными лицами, входящими в одну группу лиц, контролирующих деятельность должника ООО «Доступное жилье». Также не согласен с выводами суда первой инстанции об отсутствии вреда кредиторам должника на момент совершения сделки, со ссылкой на совершение сделки после отправки претензии 18.02.2015 за №02/705. Нарушение исполнения обязательств возникает не с момента направления претензии, а с момента неисполнения договорных обязательств. Как установлено судом первой инстанции из решения Арбитражного суда г. Москвы от 12.10.2016 по делу №А40-136612/2016-26-1206 следует – в период предоставляемой отсрочки платежа в 90 календарных дней с даты подписания реестра, то есть с 06.06.2013 по 7 03.09.2013, ответчик не оплатил переданную закладную в пользу КБ «Русский ипотечный банк», т.е. в согласованные сроки обязательство по оплате не исполнено. Факт направления банком претензии от 18.02.2015 за №02/705 подтверждает лишь исполнение обязательного претензионного порядка и не является момент возникновения нарушения. Иная ранняя задолженность возникла перед ОАО Банк «Пурпе», установленная решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 04.08.2015 по делу №А71- 3107/2015, на основании указанного решения взыскана задолженность, возникшая на основании договоров участия в долевом строительстве от 25.12.2013, от 10.06.2014, от 25.06.2014, от 08.07.2014, при этом, учитывая бухгалтерский баланс ООО «Доступное жилье», равный в 2014 г. 95 590 т.р., в 2015 г. – 98 497 т.р., в 2016 г. – 100 742 т.р., взысканная судебными актами расценена судом как не значительная. Из анализа сделок должника следует, что менее чем через 2 месяца от даты получения имущества ответчица продает спорное имущество ФИО6 - мужу ФИО7, отцу ФИО11, свёкру ФИО15, у которой есть сестра ФИО16, которые участвовали в собрании участников ООО «Доступное жилье» от 02.06.2014. Таким образом, по мнению заявителя жалобы, имущество фактически не выбыло из владения общества, а формально перешло в собственность лица, заинтересованного с должником. При этом юридический адрес ООО «Доступное жилье» не изменялся и остался по адресу: <...>. По состоянию на 02.06.2014 уже существовала задолженность перед КБ «Русский ипотечный банк» и в данном случае не важен ее размер, так как сначала должны быть погашены требования кредитора, а затем произведена выплата действительной стоимости доли его участнику. Считает, что последовательная передача прав собственности от ФИО7 к ФИО5, от ФИО5 к ООО «Доступное жилье», от ООО «Доступное жилье» к ФИО5, от ФИО5 к ФИО6 на объекты недвижимости указывает как раз об отсутствии намерения фактически осуществлять права собственности в отношении объектов недвижимости. При этом данный объект недвижимости всегда находился во владении ООО «Доступное жилье», которое несло бремя содержания имущества в соответствии со ст. 210 ГК РФ. Должник после отчуждения имущества продолжал им владеть и его использовать, что подтверждается тем, что договор на поставку электрической энергии на ФИО5, ФИО6 не перезаключался; коммунальные платежи оплачивал должник вплоть до 08.12.2015. Таким образом, спорное недвижимое имущество всегда находилось во владении должника ООО «Доступное жилье», несмотря на наличие формального переоформления имущества на аффилированных с должником лиц.

Конкурсный управляющий ФИО2 указывает на то, при регистрации прав на недвижимое имущество расписка 25.09.2008 на сумму 3 000 000 руб. в счет оплаты по договору от 25.09.2008 не сдавалась, материалы регистрационного дела не содержат. Расписка была предоставлена в материалы дела ответчиком в судебном заседании 05.02.2024. При этом суд не дает оценку тому, что рыночная стоимость спорного имущества за два месяца увеличилась в 3,34 раза с 3 000 000 руб., (стоимость на 25.09.2008) до 10 000 000 руб., (стоимость на 27.11.2008), что не соответствует действительности и приведенным аналитическим данным на сайте https://chelyabingk.cian.ru/stati-za-20-let-2hile-podorozlialo-v-10-raz- no-nakopit-na-nego-udastsla-bvstree-321977, а средства вложенные в ремонт составляют всего лишь не более 750 000 руб. Более того, суд согласился с доводом ответчицы, что в течение шести лет (до мая 2014 г.) помещение активно эксплуатировалось (отсутствовал ремонт), имел место естественный износ, изменилась рыночная стоимость коммерческой недвижимости, изменились тенденции рынка, по этой причине рыночная стоимость спорного помещения через 6 лет значительно изменилась и составила 8 050 000 руб., что подтверждается отчетом об оценке рыночной стоимости помещения от 31.05.2014 №001107 (заказчиком отчета выступало ООО «Доступное жилье», стоимость фигурировала при передаче помещения ФИО5 на основании протокола от 02.06.2014 №16). Цена сделки от 04.09.2014 между ФИО5 и ФИО6 составляла 8 050 000 руб. и полностью соответствовала стоимости помещения на момент его получения ФИО5 на основании протокола от 02.06.2014 №16. Данные противоречивые факты о рыночной стоимости имущества, ставят под сомнение законность принятого судебного акта. Общество обязано выплатить участнику общества действительную стоимость его доли или части доли в уставном капитале общества либо выдать ему в натуре имущество такой же стоимости в течение трех месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности, если иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли не предусмотрен уставом общества. Однако ответчица ФИО5 обращается в Общество 21.08.2013, т.е. спустя 1,5 года после внесения записи в ЕГРЮЛ об исключении её из участников общества (01.02.2012), а переход права собственности от ООО «Доступное жилье» к ФИО5 - 21.07.2014, т.е. спустя 3,5 года после намерения выйти из состава участников (дата заявления от 23.01.2011). На листе 11 абз. 5 определения указано, что у ФИО5 отсутствовала возможность переоформления спорного объекта на себя, так как отсутствовала возможность получения согласия супруга, в связи с его болезнью, данные документы конкурсному управляющему не представлены, в связи с чем отсутствовала возможность представить свои возражения в этой части, но действующим законодательством не предусмотрено, что для сделок с недвижимостью требуется обязательное согласие супруга, кроме отчуждения имущество приобретенного в браке. Таким образом, по мнению заявителя жалобы, это не может являться уважительной причиной столь длительного переоформления спорного объекта в собственность ФИО5  Считает, что материалы дела не содержат доказательства платежеспособности ответчиком ФИО6, так согласно ответу УФНС России по Удмуртской Республике от 29.08.2023 № 30-19/30045 в отношении ФИО6 отсутствуют справки о доходах по форме 2- НДФЛ и налоговые декларации по форме 3-НДФЛ с 2012 по 2015 г.г.

Кроме того, в абз. 1 на стр. 74 приговора Октябрьского районного суда от 01.03.2017 по уголовному делу № 1-88/2016 указано: «Версия про крупные суммы денег, хранимые дома у родителей ФИО11, заработанные на протяжении всей трудовой жизни последних, ничем не подтверждена». Наличие нотариально удостоверенного договора от 07.08.2014, согласно которого супруга ФИО6 — ФИО7 продала ООО «НАСАРЕСУРС» долю в уставном капитале ООО «Доступное жилье» номинальной стоимостью 11 000 000 руб. и получила денежные средства до подписания договора ничем не подтверждены. Таким образом, считает, что денежные средства не передавались по расписке от 04.09.2014 ФИО6 ФИО5 Согласно данным ЕГРЮЛ в ООО «НАСА-РЕСУРС» (ИНН <***>) генеральным директором до 13.07.2015 года был ФИО12, а с 13.07.2015 - ФИО13, общество прекратило свою деятельность - 21.08.2018. ФИО12 с 22.10.2014 по 21.07.2015 являлся генеральным директором ООО «Доступное жилье», а с 22.07.2015 по 01.03.2018 генеральным директором ООО «Доступное жилье» была ФИО13. Следовательно, ФИО7, ФИО11, ФИО6, ФИО5, ФИО14, ФИО13, ООО «НАСА-РЕСУРС» являются аффилированными лицами, входящими в одну группу лиц, контролирующих деятельность должника ООО «Доступное жилье». Учитывая предъявление в деле о банкротстве повышенного стандарта доказывания, суд при принятии решения не может руководствовался предположениями, а при аффилированности сторон сделки суд должен применять еще более высокие стандарты доказывания. По мнению заявителя жалобы, в абз. 2 на листе 13 определения суд делает ошибочный вывод, о том, что задолженность перед КБ «Русский ипотечный банк» возникла в момент направления претензии от 18.02.2015 за № 02/705, а не с даты просрочки платежа с 06.06.2013. Считает, что данный вывод суда не соответствует нормам п. 2 ст. 3 Закона о банкротстве. Судом не дана оценка, следующему: согласно протокола № 16 внеочередного общего собрания участников ООО «Доступное жилье» от 02.06.2014, в собрании принимали участие заинтересованные лица, а именно, ФИО7, ФИО15, ФИО16, ФИО11, ФИО5 На данном собрании принято решение по передаче в собственность ФИО5 спорного недвижимого имущества в счет выплаты действительной стоимости доли. ФИО7. ФИО15, ФИО16, ФИО11, являются родственниками. Из анализа сделок должника следует, что менее чем через 2 месяца от даты получения имущества ответчица продает спорное имущество ФИО6 - мужу ФИО7, отцу ФИО11, свёкру ФИО15, у которой есть сестра ФИО16, которые участвовали в собрании участников ООО «Доступное жилье» от 02.06.2014. Таким образом, имущество фактически не выбыло из владения общества, а формально перешло в собственность лица, заинтересованного с должником. При этом юридический адрес ООО «Доступное жилье» не изменялся и остался по адресу: <...>. По состоянию на 02.06.2014 уже существовала задолженность перед КБ «Русский ипотечный банк» и в данном случае не важен ее размер, так как сначала должны быть погашены требования кредитора, а затем произведена выплата действительной стоимости доли его участнику. Таким образом, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю. Последовательная передача прав собственности от ФИО7 к ФИО5, от ФИО5 к ООО «Доступное жилье», от ООО «Доступное жилье» к ФИО5, от ФИО5 к ФИО6 на объекты недвижимости указывает как раз об отсутствии намерения фактически осуществлять права собственности в отношении объектов недвижимости. При этом данный объект недвижимости всегда находился во владении ООО «Доступное жилье», которое несло бремя содержания имущества в соответствии со ст. 210 ГК РФ. Должник после отчуждения имущества продолжал им владеть и его использовать, что подтверждается тем, что договор на поставку электрической энергии на ФИО5, ФИО6 не перезаключался; коммунальные платежи оплачивал Должник вплоть до 08.12.2015. Таким образом, по мнению заявителя жалобы, спорное недвижимое имущество всегда находилось во владении должника ООО «Доступное жилье», несмотря на наличие формального переоформления имущества на аффилированных с должником лиц. После совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.Из вышеизложенного можно сделать вывод, что при совершении оспариваемых сделок сторонами допущено злоупотребление правом.

До судебного заседания в материалы дела от ФИО6 и ФИО5 поступили отзывы, в которых просят определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

Представитель кредитора ООО «Дом купца Шарлова» доводы своей апелляционной жалобы поддерживает в полном объёме, просит апелляционную жалобу удовлетворить.     

Представитель конкурсного управляющего доводы своей апелляционной жалобы поддерживает в полном объёме, просит апелляционную жалобу удовлетворить. Настаивал на том, что спорная сделка  является мнимой, стороны не имели намерения ее исполнять.

Ответчик ФИО5 возражает против удовлетворения апелляционных жалоб, просит апелляционные жалобы оставить без удовлетворения, определение без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей для участия в заседании суда апелляционной инстанции не направили, что на основании части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, протоколом внеочередного общего собрания участников ООО «Доступное жилье» от 02.06.2014 №16 единогласно принято решение выплаты доли ФИО5 недвижимым имуществом – нежилым помещением, расположенным по адресу: <...>, в соответствии с отчетом о рыночной стоимости указанного объекта недвижимости от 31.05.2014 №00107, выполненным ООО «Экспертно-оценочная компания «Регион», его рыночная стоимость 8 050 000 руб. сопоставима по цене с размером действительной стоимости доли ФИО5 в размере 8 462 400 руб.

Согласно свидетельства о регистрации права, 21.07.2014 зарегистрирован переход права на основании акта приема-передачи имущества от 09.06.2014 от ООО «Доступное жилье» ФИО5

04.09.2014 ФИО5 (продавец) заключен договор купли-продажи нежилого помещения с ФИО6 (покупатель), согласно которого, продавец обязуется передать в собственность покупателю объект недвижимости – нежилое помещение, расположенное по адресу: <...>, кадастровый номер 18:26:010614:2289; стоимость объекта определена сторонами в размере 8 050 000 руб., уплачиваемая покупателем единовременно в день подписания договора.

Сторонами подписан акт приема-передачи нежилого помещения 04.09.2014.

Распиской от 04.09.2014 ФИО5 получила от ФИО6 денежные средства в размере 8 050 000 руб. в счет оплаты по договору от 04.09.2014, расчет произведен покупателем в полном объеме в день заключения договора.

Ссылаясь на то, что названные сделки совершены должником безвозмездно, по заниженной цене, конкурсный управляющий, на основании положений пункта 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве, статей  10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обратился в суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что оспариваемая сделка заключена за пределами трехлетнего периода подозрительности, определенного в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Также судом первой инстанции не усмотрел пороков сделки, выходящих за пределы специальных оснований оспариваемой сделки, в связи с чем счел не подлежащими применению и положения статей 10 и 168, 170 ГК РФ оснований для признания оспариваемой сделки недействительной не установил.

Изучив материалы дела в порядке статьи  71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального и процессуального права, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения судом норм материального права, соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены (изменения) вынесенного судом первой инстанции судебного акта исходя из следующего.

В соответствии со статьей  223 АПК РФ, пунктом  1 статьи  32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ с особенностями, установленными этим Федеральным законом.

Согласно пункту  3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (пункт  1 статьи  61.8 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным данным Законом.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (пункт 1 статьи  61.8 Закона о банкротстве).

Согласно статье  61.9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

На основании пункта 3 статьи  129 названного Закона конкурсный управляющий вправе предъявлять иски о признании недействительными сделок, совершенных должником.

В силу пункта 1 статьи  61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В пункте 17 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»  содержатся разъяснения, в которых указано, что в деле о банкротстве подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным указанным законом (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 №305-ЭС18-22069 изложена правовая позиция, согласно которой во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред). Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Как следует из материалов дела и правильно установлено судом первой инстанции, оспариваемая сделка совершен более чем за три года до возбуждения дела о банкротстве.

В связи с этим суд первой инстанции, разрешая заявленный спор, правильно исходил из того, что поскольку оспариваемая сделка, совершенна за пределами трехлетнего срока, не может быть оспорена по специальным основаниям, предусмотренным в главе III.1 Закона о банкротстве.

Таким образом, поскольку оспариваемые сделки по передаче нежилого помещения совершены 02.06.2014 и 04.09.2014, а настоящее дело о банкротстве возбуждено 29.04.2020, то есть за пределами трехгодичного периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, что делает невозможным проверку действительности данной сделки применительно к обозначенному специальному основанию, предусмотренному Законом о банкротстве, заявление управляющего о признании спорной сделки недействительной (ничтожной) на основании статей 10, 168 ГК РФ подлежит удовлетворению только при доказанности материалами дела наличия у нее пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительной сделки.

Как следует из материалов дела, протоколом внеочередного общего собрания участников ООО «Доступное жилье» от 02.06.2014 №16 единогласно принято решение выплаты доли ФИО5 недвижимым имуществом – нежилым помещением, расположенным по адресу: <...>, в соответствии с отчетом о рыночной стоимости указанного объекта недвижимости от 31.05.2014 №00107, выполненным ООО «Экспертно-оценочная компания «Регион», его рыночная стоимость 8 050 000 руб. сопоставима по цене с размером действительной стоимости доли ФИО5 в размере 8 462 400 руб.

Согласно свидетельства о регистрации права, 21.07.2014 зарегистрирован переход права на основании акта приема-передачи имущества от 09.06.2014 от ООО «Доступное жилье» ФИО5

04.09.2014 ФИО5 (продавец) заключен договор купли-продажи нежилого помещения с ФИО6 (покупатель), согласно которого, продавец обязуется передать в собственность покупателю объект недвижимости – нежилое помещение, расположенное по адресу: <...>, кадастровый номер 18:26:010614:2289; стоимость объекта определена сторонами в размере 8 050 000 руб., уплачиваемая покупателем единовременно в день подписания договора.

Сторонами подписан акт приема-передачи нежилого помещения 04.09.2014.

Распиской от 04.09.2014 ФИО5 получила от ФИО6 денежные средства в размере 8 050 000 руб. в счет оплаты по договору от 04.09.2014, расчет произведен покупателем в полном объеме в день заключения договора.

При этом, судом первой инстанции исследованы обстоятельства появления в собственности должника спорного нежилого помещения и его дальнейшего выбытия.

Так, согласно истребованного регистрационного дела в отношении спорного объекта, 11.11.2002 ФИО17 (продавец) заключен договор с ФИО11 от имени ФИО7 (покупатель), согласно которого, продавец продал, а покупатель купил для ФИО7 нежилое помещение, расположенное по адресу: <...> (кв. 4), кадастровый (условный) номер 18:26:00:00:30354010:1001004; стоимость объекта определена сторонами в размере 800 000 руб.

 Сторонами подписан акт приема-передачи нежилого помещения 11.11.2002.

Государственная регистрация сделки произведена 05.12.2002.

 На дату заключения договора должник не существовал как юридическое лицо, согласно сведений ЕГРЮЛ, общество зарегистрировано 24.07.2003.

25.09.2008 ФИО7 (продавец), являющейся супругой ФИО6, о чем свидетельствует нотариальное согласие на продажу объекта от 25.09.2008, заключен договор с ФИО5 (покупатель), согласно которого, продавец продал, а покупатель купил нежилое помещение, расположенное по адресу: <...>, кадастровый (условный) номер 18:26:00:00:30354010:1001004; стоимость объекта определена сторонами в размере 3 000 000 руб.

Сторонами подписан акт приема-передачи нежилого помещения 25.09.2008.

Распиской от 25.09.2008 ФИО7 получила от ФИО5 денежные средства в размере 3 000 000 руб. в счет оплаты по договору от 25.09.2008, обязательства исполнены покупателем в полном объеме до государственной регистрации договора.

Государственная регистрация сделки произведена 17.10.2008.

Денежные средства на приобретение и ремонт нежилого помещения, расположенного по адресу: <...> получены ФИО5 и ФИО9 от ФИО10 (матери супруга ответчика) в сумме 3 750 000 руб., о чем свидетельствует расписка от 18.09.2008.

Судом первой инстанции указано, что после регистрации ООО «Ижевский ипотечный центр» (с 09.12.2008 ООО «Доступное жилье») в качестве юридического лица 24.07.2003, ФИО5 с 28.11.2003 являлась участником общества.

Протоколом общего собрания участников ООО «Ижевский ипотечный центр» от 26.11.2008 №4 единогласно принято решение об увеличении уставного капитала, ФИО5 вносит свой вклад в сумме 9 995 000 руб. офисным помещением (отчет от 27.11.2008 №09/11/015 об определении рыночной и ликвидационной стоимости офисного помещения, расположенного по адресу: <...>, подготовленный ООО «Интербизнесцентр», заказчик ФИО5, свидетельствует о рыночной стоимости объекта 10 000 000 руб., ликвидационной – 8 700 000 руб.).

01.12.2008 по акту приема-передачи имущества в уставный капитал ООО «Ижевский ипотечный центр» директор ФИО11 принял от участника ФИО5 офисное помещение.

Согласно бухгалтерской справки, по состоянию на 01.01.2009 на бухгалтерском счете 08.4 «Вложения во внеоборотные активы» числится нежилое помещение по адресу: <...> (кв. 4), стоимостью 9995 тыс. руб., которое было передано ООО «Доступное жилье» в качестве вклада в уставный капитал ФИО5, имущество поставлено на баланс общества 03.12.2008.

Согласно свидетельства о регистрации права, 28.11.2011 зарегистрирован переход права на основании акта приема-передачи имущества в уставный капитал ООО «Доступное жилье» (старое название ООО «Ижевский ипотечный центр») от 01.12.2008 от ФИО5 ООО «Доступное жилье».

Заявлением от 23.01.2012, поступившим в общество 23.01.2012, участник ФИО5 уведомила ООО «Доступное жилье» о выходе из состава участников общества и передаче принадлежащей ей доли в уставном капитале в размере 40% обществу в соответствии со ст. 26 ФЗ №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Протоколом внеочередного общего собрания участников ООО «Доступное жилье» от 24.01.2012 №11 единогласно принято решение внести в состав участников общества в связи с выходом ФИО5 из числа участников ООО «Доступное жилье».

01.02.2012 в ЕГРЮЛ внесена запись об исключении ФИО5 из числа участников общества.

Заявлением от 21.08.2013, направленным в адрес общества посредством Почты России 26.08.2013, ФИО5 указала на необходимость расчета и выплаты ей действительной стоимости доли в уставном капитале ООО «Доступное жилье» в соответствии с п. 6.1 ст. 23, ст. 26 ФЗ №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», т.е. по состоянию на 31.12.2011.

Как отмечалось ранее, протоколом внеочередного общего собрания участников ООО «Доступное жилье» от 02.06.2014 №16 единогласно принято решение выплаты доли ФИО5 недвижимым имуществом – нежилым помещением, расположенным по адресу: <...>, в соответствии с отчетом о рыночной стоимости указанного объекта недвижимости от 31.05.2014 №00107, выполненным ООО «Экспертно-оценочная компания «Регион», его рыночная стоимость 8 050 000 руб. сопоставима по цене с размером действительной стоимости доли ФИО5 в размере 8 462 400 руб.

На собрании участников принимала участие ФИО5 в статусе приглашенной, поскольку, как поясняет ответчик, применительно к действующему на тот период требованию закона, выплата действительной стоимости участнику общества имуществом могла быть произведена только с согласия участника.

Согласно свидетельства о регистрации права, 21.07.2014 зарегистрирован переход права на основании акта приема-передачи имущества от 09.06.2014 от ООО «Доступное жилье» ФИО5

04.09.2014 ФИО5 (продавец) заключен договор купли-продажи нежилого помещения с ФИО6 (покупатель), согласно которого, продавец обязуется передать в собственность покупателю объект недвижимости – нежилое помещение, расположенное по адресу: <...>, кадастровый номер 18:26:010614:2289; стоимость объекта определена сторонами в размере 8 050 000 руб., уплачиваемая покупателем единовременно в день подписания договора.

Сторонами подписан акт приема-передачи нежилого помещения от 04.09.2014.

Распиской от 04.09.2014 ФИО5 получила от ФИО6 денежные средства в размере 8 050 000 руб. в счет оплаты по договору от 04.09.2014, расчет произведен покупателем в полном объеме в день заключения договора.

 Выпиской из ЕГРН от 20.10.2023 №КУВИ-001/2023-237946682 подтверждается владение на праве собственности спорным нежилым помещением ФИО6 (основание государственной регистрации договор купли-продажи нежилого помещения от 04.09.2014).

Конкурсным управляющим ООО «Доступное жилье» заявлено о наличии аффилированности сторон сделки, в подтверждение указывает, что из приговора Октябрьского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 01.03.2017 по уголовному делу №1-88/2016 следует вхождение ФИО5 в одну группу лиц с учредителями и руководителями ООО «Доступное жилье», участие в схеме по выводу имущества должника.

Действительно, как установлено судом первой инстанции, в период с 28.11.2003 по 01.02.2012 ФИО5 являлась участником ООО «Доступное жилье», с 28.05.2012 по 17.08.2014 участником общества также являлась ФИО7, приходящаяся супругой ФИО6

При этом, оспариваемые конкурсным управляющим сделки по передаче должником имущества 09.06.2014 и его последующее отчуждение ФИО5 04.09.2014 совершены после выхода ФИО5 из состава участников ООО «Доступное жилье», приобретение ФИО6 спорного нежилого помещения – после выхода ФИО7 из состава участников общества, что прямо не свидетельствует о наличии прямой аффилированности сторон сделки, возможность оказания влияния на деятельность должника.

Указанный выше довод о наличии аффилированности сторон, вхождение ФИО5 в одну группу лиц с учредителями и руководителями ООО «Доступное жилье», участие в схеме по выводу имущества должника, оспорен ФИО5 на основании следующего.

 Обвинительный приговор от 01.03.2017 по уголовному делу №1- 88/2016 вынесен в отношении ФИО11 и связан с его деятельностью в другом юридическом лице – ИКПКГ «Доступное жилье»; ФИО5, ФИО7 и ФИО6 не являлись лицами, в отношении которых рассматривался вопрос о привлечении к уголовной ответственности, в рамках уголовного дела не давалась оценка их действиям, в том числе в ООО «Доступное жилье». Пояснения в суде представителя потерпевшего ФИО18, содержащие недостоверные и заведомо противоречивые сведения, не нашли отражения в выводах суда, сам ФИО18 никаких показаний относительно ФИО5, её участия в ООО «Доступное жилье» не давал, приговор таких сведений не содержит.

Напротив, в рамках дела №А71-544/2015 по иску ФИО5 к ИКПКГ «Доступное жилье» представителем ответчика – ФИО18 было представлено заявление о признании иска от 03.03.2015 в котором он указал на то, что ФИО5 действительно не участвовала в учреждении ИКПКГ «Доступное жилье», в собраниях об учреждении, не подписывала учредительные документы.

Приговором от 01.03.2017 по уголовному делу №1-88/2016 также установлено, что при оформлении учредительных документов ИКПКГ «Доступное жилье», когда в число его учредителей были включены лица, не осведомленные об этом, в том числе свидетели ФИО5, ФИО19, ФИО20, ФИО21, пояснившие в судебном заседании, дополняя друг друга, что подписи в Уставе ИКПКГ «Доступное жилье» каждому из них не принадлежат, о протоколе собрания №1 о создании кооператива им ничего не известно, вместе с тем, были лично или опосредовано знакомы с ФИО22. О том, что каждый из них является учредителем ИКПКГ «Доступное жилье» свидетели узнали от ФИО18 При этом, ФИО5 обратилась в Октябрьский районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики о признании недействительной и аннулировании записи в ЕГРЮЛ, согласно которой она являлась учредителем ИКПКГ «Доступное жилье». В ходе разговора с ФИО11 узнала, что именно он внес ее данные и расписался от ее имени в учредительных документах, что свидетельствует о том, что ФИО11 совершал свои действия без ведома и согласия ФИО5, вопреки её интересам и воле.

 Решением Октябрьского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 30.11.2015 по делу №2-4962/15 требование ФИО5 о признании её не приобретшей статуса учредителя ИКПКГ «Доступное жилье» удовлетворено.

Указанное решение вопреки доводам конкурсного управляющего опровергает наличие признаков группы лиц между ФИО5 и Я-выми, о наличии у них совместных согласованных действий и единой цели, направленных на руководство должником и другими организациями.

Кроме того, решением Октябрьского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 28.04.2017 по делу №2а-3798/17, а также определением от 28.04.2017 по этому же делу подтверждается отказ Банка России от исковых требований к ФИО5 о возложении обязанности по ликвидации ИКПКГ «Доступное жилье», выявлению его кредиторов и дебиторской задолженности.

Истребованные в рамках дела о банкротстве ООО «Доступное жилье» сведения из органов ЗАГС и ФНС не свидетельствуют о наличии родственных или семейных связей между ФИО5 и ФИО7, ФИО6, ФИО11, учредителями должника ФИО15, ФИО16, общность экономических интересов не установлена.

Таким образом, конкурсным управляющим не представлены доказательства вхождения ФИО5 в одну группу лиц, связанных с должником.

Довод конкурсного управляющего о том, что после внесения в уставный капитал общества спорного объекта (протокол от 26.11.2008 №4) вплоть до 28.11.2011 (регистрация перехода права от ФИО5 к ООО «Доступное жилье»), а также после исключения ФИО5 из числа участников общества 01.02.2012 (дата внесения соответствующих сведений в ЕГРЮЛ) до 21.07.2014 (регистрация перехода права от ООО «Доступное жилье» к ФИО5) ответчиком не предпринимались какие-либо действия в первом случае – по перерегистрации объекта, во втором – по получению стоимости участия в обществе после выхода из него, судом первой инстанции рассмотрен и признан необоснованным, поскольку как пояснялось ответчиком с документальным подтверждением, представленным на обозрение суда в судебном заседании, в период первой оспариваемой сделки у супруга ФИО5 было выявлено серьезное заболевание, которое требовало незамедлительного высокотехнологичного лечения за рубежом, ответчик сопровождала супруга на операцию в Израиль (отсутствовала возможность получения согласие супруга), вместе с тем, согласно бухгалтерской справки, по состоянию на 01.01.2009 на бухгалтерском счете 08.4 «Вложения во внеоборотные активы» числилось нежилое помещение по адресу: <...> (кв. 4), имущество поставлено на баланс общества 03.12.2008; в период второй оспариваемой сделки, аналогичное заболевание выявлено у сына ФИО5, операция также проводилась в Израиле, ответчиком оформлялись медицинские документы, велись переговоры с зарубежными клиниками, в связи с чем, ответчик не располагала временем для осуществления регистрационных мероприятий в отношении нежилого помещения, при этом, ФИО5 была направлена претензия Должнику на выплату доли в уставном капитале Общества, велись устные переговоры.

Также конкурсным управляющим не доказана неравноценность установленной оспариваемым договором цены за спорное  имущество.

Оспариваемые сделки совершены по цене, соответствующей рыночной, что подтверждается представленным отчетом от 27.11.2008 №09/11/015 об определении рыночной и ликвидационной стоимости спорного нежилого помещения, подготовленный ООО «Интербизнесцентр»; отчетом от 31.05.2014 №00107 о рыночной стоимости указанного объекта, выполненным ООО «Экспертно-оценочная компания «Регион».

Довод конкурсного управляющего о заключении сделок по заниженной цене не соответствуют представленным материалам дела доказательствам, в связи с чем, отклонен судом первой инстанции, так согласно представленного отчета об оценке, стоимость помещения на момент передачи 01.12.2008 составляла 10 000 000 руб., конкурсным управляющим не оспорена, доказательств того, что на момент передачи оно имело другую стоимость не представлено.

Судом первой инстанции учтены пояснения  ответчика о том, что в течение шести лет (до мая 2014 г.) помещение активно эксплуатировалось (отсутствовал ремонт), имел место естественный износ, изменилась рыночная стоимость коммерческой недвижимости, изменились тенденции рынка, по этой причине рыночная стоимость спорного помещения через 6 лет значительно изменилась и составила 8 050 000 руб., что подтверждается отчетом об оценке рыночной стоимости помещения от 31.05.2014 №001107 (заказчиком отчета выступало ООО «Доступное жилье», стоимость фигурировала при передаче помещения ФИО5 на основании протокола от 02.06.2014 №16). Цена сделки от 04.09.2014 между ФИО5 и ФИО6 составляла 8 050 000 руб. и полностью соответствовала стоимости помещения на момент его получения ФИО5 на основании протокола от 02.06.2014 №16.

Как указывалось выше, сделки со спорным помещением, помимо его передаче должником 09.06.2014 и его последующее отчуждение ФИО5 04.09.2014, конкурсным управляющим не оспариваются, в связи с чем, обстоятельства по установлению наличия финансовой возможности приобретения ФИО5 нежилого помещения у ФИО7 по договору от 25.09.2008 не имеют правового значения в настоящем обособленном споре, при этом, ФИО6 документально подтверждена возможность передачи денежных средств ФИО5 во исполнение договора купли-продажи нежилого помещения от 04.09.2014, в обоснование представлен нотариально удостоверенный договор от 07.08.2014, согласно которого супруга ФИО6 – ФИО7 продала ООО «НАСАРЕСУРС» долю в уставном капитале ООО «Доступное жилье» номинальной стоимостью 11 000 000 руб., уплаченные до подписания договора; представленные выписки из ЕГРН от 20.10.2023 №КУВИ-001/2023- 237946682 и №КУВИ-001/2023-2379131133, ответы из ГИБДД от 26.10.2023 №3/235215667230 и №3/235215668305 свидетельствуют об отсутствии сделок по приобретению недвижимого имущества и автотранспортных средств после совершенной сделки от 07.08.2014 с ООО «НАСА-РЕСУРС» и до заключения договора 04.09.2014.

Таким образом,  ФИО6 документально подтверждена возможность передачи денежных средств ФИО5 во исполнение договора купли-продажи нежилого помещения от 04.09.2014.

Факт неудовлетворительного финансового состояния должника на момент совершения сделок материалами дела также не подтвержден.

Довод конкурсного управляющего и ссылка на решение Арбитражного суда г. Москвы от 12.10.2016 по делу №А40-136612/2016-26-1206 в подтверждение наличия обязательств перед кредиторами, а именно КБ «Русский ипотечный банк» в размере 1 260 096 руб., судом рассмотрен и признан необоснованным, поскольку в абз. 10 стр. 2 судебного акта установлено – в период представляемой отсрочки платежа в 90 календарных дней с даты подписания реестра, то есть с 06.06.2013 по 03.09.2013, ответчик не оплатил переданную закладную, при этом, в абз. 12 стр. 2 указано, что банком претензия была направлена от 18.02.2015 за №02/705.

Иная ранняя задолженность возникла перед ОАО «Банк Пурпе», установленная решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 04.08.2015 по делу №А71- 3107/2015, на основании указанного решения взыскана задолженность, возникшая на основании договоров участия в долевом строительстве от 25.12.2013, от 10.06.2014, от 25.06.2014, от 08.07.2014, при этом, учитывая бухгалтерский баланс ООО «Доступное жилье», равный в 2014 г. 95 590 т.р., в 2015 г. – 98 497 т.р., в 2016 г. – 100 742 т.р., взысканная судебными актами задолженность не являлась значительной, превышающей активы должника, что также свидетельствует об отсутствии причинения ущерба спорной сделкой, учитывая то обстоятельство, что ФИО5 получая от должника спорный объект недвижимости в соответствии протоколом внеочередного общего собрания участников ООО «Доступное жилье» от 02.06.2014 №16, которым единогласно принято решение выплаты доли ФИО5 недвижимым имуществом – нежилым помещением, расположенным по адресу: <...>, фактически вернула себе помещение, принадлежащее ей ранее на праве собственности, до внесения в уставный капитал общества в соответствии протоколом общего собрания участников ООО «Ижевский ипотечный центр» от 26.11.2008 №4, которым единогласно принято решение об увеличении уставного капитала.

Наличие кредиторской задолженности перед отдельными кредиторами само по себе не свидетельствует о неплатежеспособности должника, отождествлять неплатежеспособность с неоплатой долга отдельным кредиторам недопустимо (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 N 18245/12 по делу N А47-4285/11, определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2016 N 307-ЭС15-20344 по делу N А21-5611/11).

Как установлено судом первой инстанции, на момент совершения сделок совокупный размер его обязательств (требования кредиторов, обязательные платежи) был меньше реальной стоимости его активов - чистые активы ООО «Доступное жилье» по итогам 2014 года составили 22 243 000 руб. и имели устойчивую тенденцию к росту.

С учетом вышеизложенного суд первой инстанции обоснованно заключил, что на момент заключения спорной сделки должник имел стабильное финансовое положение, положительную структуру баланса, а также отсутствие признаков неплатежеспособности.

Из положений части 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что доказательства - это сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности, а риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий несут лица, участвующие в деле.

В силу статей 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Вместе с тем, конкурсным управляющим не представлено каких-либо относимых и допустимых доказательств того, что спорная сделка совершена во вред имущественным интересам должника и его кредиторам, в период подозрительности, а также, что стороны сделки имели целью заключения вышеназванного договора причинения вреда имущественным интересам кредиторов.

Как указано судом первой инстанции, ответчик преследовал цель получения от ООО «Доступное жилье» действительной стоимости доли, причитающейся ей после выхода из состава участников общества, именно должник выступал инициатором передачи имущества в счет выплаты стоимости доли, поскольку не имел возможности выплатить стоимость доли в размере 8 462 400 руб., ответчик неоднократно обращался к обществу с просьбой рассчитать и выплатить действительную стоимость доли, что подтверждается проколом внеочередного общего собрания участников ООО «Доступное жилье» от 02.06.2014 №16; скорая продажа имущества ФИО6 была обусловлена тем, согласно отзыва, что ответчик не был заинтересован в дальнейшем владении имуществом, в организации его безубыточного функционирования, в наличии рисков его содержания, а также несения организационных, коммунальных и налоговых платежей, в связи с чем, с момента принятия имущества 02.06.2014 активно искала потенциальных покупателей на это помещение.

Довод конкурсного управляющего о мнимости сделок со ссылкой на то, что в период нахождения помещения в собственности ФИО5 счета за потребленную электроэнергию были оплачены должником, отклонен судом первой инстанции, указав, что несмотря на отсутствие в материалах дела договора на оказание коммунальных услуг, ФИО5 пояснялось, что получение спорного помещения вместо денежных средств было вынужденной мерой, ответчик изначально планировал продать указанное помещение и искал лиц, заинтересованных в его покупке, в связи с этим договор на поставку электрической энергии на ФИО5 не перезаключался; кроме того, после отчуждения спорного помещения ФИО6, последним договор также не заключался, согласно его пояснений, в связи со сдачей в аренду за оплату в виде стоимости коммунальных услуг (договор аренды не сохранился), представленный запрос в ТСЖ «Наговицына-2» и ответ от 02.02.2024 исх. №7/02-2024 свидетельствует о том, что информация о лицах, оплачивающих коммунальные платежи по спорному нежилому помещению в период 2008-2014 г.г. отсутствует ввиду сроков давности.

В соответствии с пунктом  1 статьи  170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Таким образом, доказыванию подлежат обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять; оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц.

Согласно пункту 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у её сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника либо для создания искусственных оснований для получения и удержания денежных средств или имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Вместе с тем, как правильно установил суд первой инстанции, в ходе рассмотрения настоящего спора мнимый характер сделки не подтвержден.

Доказательств, позволяющих прийти к выводу о наличии сговора либо совершения иных совместных действий должника, ФИО6 и ФИО5 в обход закона с противоправной целью и заведомо недобросовестно,  в ущерб интересам кредиторов и должника, отсутствуют.

Следует отметить, что сама природа возникновения правоотношений, связанных с оспариваемыми сделками, объект этих сделок (одно и то же имущество), длительный период между сделками (6 лет), в течение которого было несколько судебных споров, возникших по причине неправомерных действий ФИО11 в отношении ФИО5 (это исключает наличие аффилированности и согласованности действий) – все это составляет объем фактических обстоятельств, опровергающих доводы конкурсного управляющего о заранее спланированной схеме по выводу ликвидного имущества должника, аффилированности ФИО5 с семьей Я-вых, а также цели совершения оспариваемых сделок - причинение имущественного вреда кредиторам.

Доводы конкурсного управляющего и кредитора, направленные на анализ обстоятельств совершения сделки от 25.09.2008г., не являющейся предметом настоящего спора - о признании недействительными сделок от 09.06.2014г. и от 04.09.2014г., о том, что в рамках регистрационного дела на объект недвижимости нет расписки от 25.09.2008г. между ФИО7 и ФИО5. судом отклоняется, поскольку на момент приобретения ФИО5 спорного помещения в сентябре 2008 года регистрация права собственности на объекты недвижимости производилась на основании статей 16-18 Федерального закона от 21.07.1997 №122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», которые не предусматривали предоставление на регистрацию расписок о получении денежных средств от покупателя, а также истребование регистрирующим органом от заявителей дополнительных документов, не предусмотренных законом.

Конкурсным управляющим не оспариваются сделки по увеличению уставного капитала должника на основании Протокола №4 от 26.11.2008г., в том числе – за счет вклада ФИО5, которая внесла свой дополнительный вклад спорным нежилым помещением по адресу: <...> по акту-приема передачи имущества от 01.12.2008г. Реальность поступления этого помещения в собственность ООО «Доступное жилье» подтверждена имеющимися в деле документами, а также бухгалтерской отчетностью должника за период с 2008 по 2014 годы. Участниками дела не оспаривается ни размер вклада, который ФИО5 внесла спорным имуществом, ни размер сформированного уставного капитала.

 При этом правомочность выплаты ФИО5 действительной стоимости доли конкурсным управляющим также не оспаривается.

Обстоятельства расходования ФИО5 денежных средств, полученных 18.09.2008г. от свекрови - ФИО10 для приобретения и ремонта спорного помещения также не являлись предметом настоящего обособленного спора. Стоимость и обстоятельства финансирования ФИО5 ремонта в приобретенном у ФИО7 спорном помещении, также не были предметом рассмотрения обособленного спора по делу № А71- 4222/2020.

Кроме того, участниками спора при рассмотрении настоящего дела в суде первой инстанции не ставился вопрос и не заявлялся довод о стоимости ремонта приобретенного помещения, сроках его проведения и источниках финансирования, довод о влиянии стоимости произведенного ремонта на стоимость помещения при его внесении в ООО «Доступное жилье» ни конкурсным управляющим, ни конкурсным кредитором не был заявлен.

Вместе с тем, из буквального толкования текста расписки не следует, что денежные средства, переданные на приобретение и ремонт спорного помещения должны были покрыть полную стоимость предстоящего ремонта, это также не являлось предметом спора по делу.

С учетом изложенного несостоятельным является довод заявителя жалобы о том, что судом оставлено без внимания изменение стоимости помещения за период с 25.09.2008 по 27.11.2008 по сделкам, которые не оспариваются и были совершены практически за 6 лет до оспариваемых сделок.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Как разъяснено в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Согласно пункту 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» с целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключение спорной сделки.

В пунктах 1 и 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию.

Проанализировав, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства и доводы лиц, участвующих в деле, с учетом конкретных обстоятельств настоящего спора, принимая во внимание, что приведенные арбитражным управляющим в обоснование ничтожности сделок по передачи недвижимого имущества по основаниям статей 10 и 168 ГК РФ обстоятельства полностью охватываются диспозицией нормы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и каких-либо иных обстоятельств, которые выходили бы за пределы дефектов подозрительных сделок, конкурсным управляющим не заявлено, арбитражный суд первой инстанции правомерно пришел к выводам о недоказанности материалами дела наличия в данном случае всей совокупности необходимых и достаточных условий для признания оспариваемой сделки ничтожной по основаниям статей 10 и 168 ГК РФ.

С учетом  обстоятельств, установленных судом  первой инстанции,  не усматривается  оснований  для признания сделки  недействительной по статье 10 ГК РФ.

Доказательств того, что ФИО5, должник и  ФИО6   действовали в едином интересе с целью вывода ликвидного имущества должника,  апеллянтами  не представлено.

В силу изложенного суд первой инстанции обоснованно не усмотрел  оснований для удовлетворения заявления о признании сделки недействительной со злоупотреблением права.

Кредитором и конкурсным управляющим не учтено, что  сделка совершена  за пределами  подозрительности, установленной пунктом 2 статьи 61.2  Закона о  банкротстве.

Суд апелляционной инстанции при этом исходит из того, что с учетом правового основания оспаривания по статье 10 и 168 Гражданского Кодекса Российской Федерации, именно на заявителе лежит обязанность по представлению доказательств очевидной ничтожности оспариваемых платежей.

Судебное вмешательство в таком случае обусловлено достижением цели пресечения неблагоприятных последствий заведомо недобросовестного поведения участников сделки, восстановления прав кредиторов даже за пределами периодов оспаривания установленных главой 3.1 Закона о банкротстве.

Однако в рассматриваемом случае такого рода доказательства судом не представлены.

Таким образом, следует признать, что обстоятельства спора получили верную оценку суда первой инстанции, нарушений норм материального и процессуального права при рассмотрении заявленных требований судом первой инстанции не допущено.

Поскольку нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено, определение суда первой инстанции следует оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

В силу положений статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы подлежат отнесению на заявителей жалобы.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 19 февраля  2024 года по делу № А71-4222/2020   оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Доступное жилье» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме  3 000 (три тысячи) рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.



Председательствующий


Л.В. Саликова


Судьи


Е.О. Гладких



И.П. Данилова