Постановление от 20 сентября 2017 г. по делу № А65-12643/2016

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11 «А», тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу


20 сентября 2017 года Дело А65-12643/2016

г. Самара


Резолютивная часть постановления объявлена 13 сентября 2017 года

Постановление в полном объеме изготовлено 20 сентября 2017 года


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Корнилова А.Б.,

судей Кувшинова В.Е., Бажана П.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием:

от ООО «Оскар Авто» – ФИО2, доверенность от 09.06.2017г.,

от ФИО3 – не явился, извещен,

от страхового акционерного общества «ЭРГО» – не явился, извещен,

от общества с ограниченной ответственностью «АвтоТехТранс» – не явился, извещен,

от публичного акционерного общества страховая компания «Росгосстрах» – не явился, извещен,

от общества с ограниченной ответственностью «Татнефтьавиасервис» – не явился, извещен,

от ФИО4 – не явился, извещен,

от ФИО5 – не явился, извещен,

от ФИО6 – не явился, извещен,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Оскар Авто» на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.07.2017 по делу №А65-12643/2016 (судья Бадретдинова А.Р.)

по заявлению ФИО3,

о взыскании 27 013 рублей 50 копеек страхового возмещения, 3 000 рублей убытков за проведение экспертизы,

к страховому акционерному обществу «ЭРГО»,

о взыскании 768 898 рублей 84 копеек страхового возмещения, 3 000 рублей убытков за проведение экспертизы,

к ООО «Оскар Авто»,

о взыскании 909 000 рублей ущерба,

к обществу с ограниченной ответственностью «АвтоТехТранс», г. Альметьевск,

о взыскании 33 055 рублей 16 копеек ущерба,

с привлечением в качестве третьих лиц - публичного акционерного общества страховая компания «Росгосстрах», общества с ограниченной ответственностью «Татнефтьавиасервис», ФИО4, ФИО5, ФИО6,

о взыскании с указанных лиц 50 000 рублей расходов на оплату услуг представителя,



УСТАНОВИЛ:

Предприниматель ФИО3, Зеленодольский район обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к страховому акционерному обществу «ВСК», Москва (далее – ответчик 1) и страховому акционерному обществу «ЭРГО», г. Санкт – Петербург (далее – ответчик 2), о взыскании 1 118 846 рублей страхового возмещения с каждого, 6 000 рублей расходов на оценку, 50 000 рублей расходов на оплату услуг представителя.

Определением суда первой инстанции от 08.06.2016г. к участию в рассмотрении дела в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации привлечены в качестве третьих лиц публичное акционерное общество страховая компания «Росгосстрах», Московская область (далее – третье лицо 1), общество с ограниченной ответственностью «Татнефтьавиасервис», Лаишевский район (далее – третье лицо 2), ОсОО «Оскар Авто», Республика Киргизия, г. Бишкек.

Определением суда первой инстанции от 10.08.2016г. привлечено в качестве соответчика ОсОО «Оскар Авто», Республика Киргизия, г. Бишкек (далее – ответчик 3) с требованием о взыскании с него 318 846 рублей ущерба. Одновременно принято уменьшение размера страхового возмещения с ответчиков 1 и 2 до 800 000 рублей с каждого.

Определением суда первой инстанции от 07.09.2016г. привлечено в качестве соответчика общество с ограниченной ответственностью «АвтоТехТранс», г. Альметьевск (далее – ответчик 4) с требованием о взыскании с него 318 846 рублей ущерба.

Определением суда первой инстанции от 20.10.2016 привлечены в качестве третьих лиц ФИО4, Тукаевский район, ФИО5, Республика Киргизия, г. Бишкек, ФИО6, г. Набережные Челны. Одновременно принято уменьшение размера исковых требований к ответчику 1 до 427 013 рублей 50 копеек.

Определением суда первой инстанции от 22.11.2016 принято уменьшение размера исковых требований к ответчику 1 до 277 453 рублей 50 копеек и к ответчику 2 до 650 440 рублей и увеличение размера исковых требований к ответчикам 3 и 4 – по 340 787 рублей 50 копеек с каждого.

В заседании суда первой инстанции, состоявшимся 15.12.2016-20.12.2016, принято уточнение иска в части взыскания расходов на оценку в размере 6 000 рублей, которым истец просил взыскать с каждого из ответчиков 1 и 2 по 3 000 рублей убытков, понесенных для определения размера ущерба, что отражено в протоколе судебного заседания и зафиксировано средствами аудиозаписи.

Определением суда первой инстанции от 28.03.2017 принято уменьшение размера исковых требований к ответчику 1 до 27 013 рублей 50 копеек и к ответчику 4 до 33 055 рублей 16 копеек и увеличение размера исковых требований к ответчику 2 до 768 898 рублей 84 копеек и к ответчику 3 до 909 000 рублей.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 03 июля 2017 года иск удовлетворен частично.

Суд первой инстанции взыскал со страхового акционерного общества «ЭРГО», г. Санкт – Петербург в пользу предпринимателя ФИО3 400 000 рублей страхового возмещения, 3 000 рублей расходов на оценку, 9.705 рублей 46 копеек расходов на оплату услуг представителя, 7 034 рублей 07 копеек расходов по уплате государственной пошлины, 10.118 рублей 73 копеек расходов по оплате экспертизы.

В остальной части иска к указанному лицу было отказано.

Суд также взыскал со страхового акционерного общества «ВСК», г. Москва в пользу предпринимателя ФИО3 3 000 рублей расходов на оценку, 72 рублей 25 копеек расходов на оплату услуг представителя, 52 рублей 37 копеек расходов по уплате государственной пошлины, 75 рублей 33 копеек расходов по оплате экспертизы.

В остальной части иска к указанному лицу было отказано.

Кроме того, суд первой инстанции взыскал с ОсОО «Оскар Авто», Республика Киргизия, г. Бишкек в пользу предпринимателя ФИО3 909.000 рублей ущерба, 21.891 рублей 47 копеек расходов на оплату услуг представителя, 15.865 рублей 93 копеек расходов по уплате государственной пошлины, 22.823 рублей 63 копеек расходов по оплате экспертизы.

В иске к обществу с ограниченной ответственностью «АвтоТехТранс», г. Альметьевск суд первой инстанции отказал.

Также суд первой инстанции указал в решении на возврат предпринимателю ФИО3 3 778 рублей 33 копейки государственной пошлины из федерального бюджета и на перечисление согласно выставленному индивидуальным предпринимателем ФИО7 счету № 43760/03 - 4 от 17.03.2017 денежных средств в размере 35 000 рублей, перечисленных по платежному поручению от 23.01.2017 № 16 за проведение экспертизы с депозитного счета Арбитражного суда Республики Татарстан на соответствующий счет индивидуального предпринимателя ФИО7.

Суд первой инстанции возвратил с депозитного счета Арбитражного суда Республики Татарстан предпринимателю ФИО3 денежные средства в размере 27 000 (двадцать семь тысяч) рублей, перечисленных квитанцией от 20.10.2016 и платежным поручением № 16 от 23.01.2017 за экспертизу.

Денежные средства в размере 27 000 (двадцать семь тысяч) рублей суд решил перечислить по реквизитам, указанным в платежном поручении № 16 от 23.01.2017 согласно заявлению истца.

В апелляционной жалобе ОсОО «Оскар Авто» просит суд апелляционной инстанции решение суда первой инстанции отменить в части взыскания с этой организации 909.000 рублей ущерба, 21.891 рублей 47 копеек расходов на оплату услуг представителя, 15.865 рублей 93 копеек расходов по уплате государственной пошлины, 22.823 рублей 63 копеек расходов по оплате экспертизы и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований.

В судебном заседании представитель подателя жалобы доводы, в ней изложенные поддержал, ходатайствовал о приобщении к материалам дела копий трех решений Октябрьского районного суда города Бишкека, копий трех заявлений ФИО5, которые направлялись им в Октябрьский районный суд г.Бишкека и заявления ФИО5 по настоящему делу, в котором он поддерживает жалобу ОсОО «Оскар Авто». Ходатайство о приобщении указанных документов было удовлетворено.

Ранее, в материалы настоящего дела, поступило ходатайство ОсОО «Оскар Авто» о приостановлении производства по делу до вступления в законную силу решений Октябрьского районного суда г.Бишкека, о признании недействительными договоров аренды транспортных средств и трудового договора ОсООО «Оскар Авто» с ФИО5 В связи с представлением в материалы дела копий решений Октябрьского районного суда г.Бишкека, представитель заявителя жалобы просил не рассматривать указанное ходатайство.

Представители истца и других, привлеченных к делу лиц, участия в заседании не принимали, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Проверив законность и обоснованность принятого по делу судебного акта в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав доводы апелляционной жалобы и материалы дела, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, 27 ноября 2015 года, на 1128 км автодороги М7 Волга произошло столкновение четырех транспортных средств:

автомобиля MAN, государственный регистрационный знак В 680 SAW, с прицепом, государственный регистрационный знак 178 SN, под управлением водителя ФИО5,

автомобиля Скания, государственный регистрационный знак <***> с прицепом, государственный регистрационный знак <***> под управлением водителя ФИО4,

автомобиля MAN, государственный регистрационный знак <***> с прицепом, государственный регистрационный знак <***> под управлением водителя ФИО8,

автомобиля РЕНО, государственный регистрационный знак <***> под управлением водителя ФИО6

Данное обстоятельство подтверждается справкой о дорожно-транспортном происшествии от 27.11.2015г.

В результате произошедшего события, транспортному средству истца MAN, государственный регистрационный знак <***> с прицепом, государственный регистрационный знак АТ 128016 (паспорта транспортных средств 77 ТХ 515776 и 39 ТН 069949), причинены повреждения.

Постановлением органов ГИБДД от 16.12.2015 ФИО4 признан виновным в совершении административного правонарушения, назначено наказание в виде административного штрафа в размере 1 500 рублей.

В дальнейшем решением районного суда от 01.02.2016 названное постановление, принятое органами ГИБДД, отменено, производство по делу об административных правонарушениях прекращено, поскольку судом признано, что водитель действовал в состоянии крайней необходимости.

Постановлением об административном правонарушении от 07.12.2015 ФИО6 признан нарушившим пункты 9.1, 9.10 Правил дорожного движения, назначен административный штраф в размере 1 500 рублей.

Постановлением от 28.11.2015 в отношении ФИО5 по факту гибели водителя ФИО8, управлявшего транспортным средством MAN, государственный регистрационный знак <***> с прицепом, государственный регистрационный знак АТ 128016, возбуждено уголовное дело.

Приговором от 16.03.2016 по делу № 1-11/2016 ФИО5 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, назначено наказание с применением статьи 64 Уголовного кодекса Российской Федерации в виде штрафа в размере 150 000 рублей. Назначено дополнительное наказание в виде лишения права управления транспортным средством на один год.

Гражданская ответственность ФИО5 на момент совершения дорожно-транспортного происшествия застрахована ответчиком 2 (полис ЕЕЕ № 0352366574, при этом из справки о дорожно-транспортном происшествии усматривается, что владельцем также был застрахован прицеп по полису ЕЕЕ № 0352366524, однако договор страхования заключен после произошедшего события - 14.12.2015г.).

Гражданская ответственность ФИО4 на момент совершения дорожно-транспортного происшествия застрахована ответчиком 1 (полис ССС № 0330980261).

Гражданская ответственность ФИО6 на момент совершения дорожно-транспортного происшествия застрахована третьим лицом 1 (полис ЕЕЕ № 0339238815).

Гражданская ответственность ФИО8 на момент совершения дорожно-транспортного происшествия застрахована третьим лицом 1 (полис ЕЕЕ № 0339276519).

В связи с произошедшим событием истцом подано ответчикам 1 и 2 заявление о выплате страхового возмещения, однако страховое возмещение не было выплачено, в этой связи истец обратился к независимому оценщику для определения размера ущерба, причиненного транспортному средству.

Согласно отчету от 03.02.2016 № 113-Р/01.16 размер ущерба тягачу составляет 1 321 080 рублей, согласно отчету от 03.02.2016 № 114-Р/01.16 размер ущерба прицепу составляет 916 612 рублей.

В целях получения страхового возмещения, истец посредством почтовой связи 25.02.2016 направил в адрес ответчиков 1 и 2 заявления о выплате страхового возмещения с приложением отчетов об оценке. Указанные заявления были получены страховыми компаниями соответственно 05.03.2016г. и 29.02.2016г.

Однако страховое возмещение не было выплачено, что явилось основанием для подачи настоящего иска в арбитражный суд.

При принятии обжалуемого решения, суд первой инстанции правомерно сослался на следующие доводы и обстоятельства, которые он посчитал установленными.

Согласно статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают вследствие причинения вреда другому лицу.

Порядок и условия возмещения причиненного вреда установлены в главе 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

При этом одним из способов возмещения вреда является компенсация убытков (статья 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации), под которыми понимаются расходы, уже понесенные (или необходимые в будущем) лицом, чье право нарушено, для восстановления этого права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб) (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо и гражданин, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (в том числе, использование транспортных средств), обязано возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы либо умысла потерпевшего.

В то же время в соответствии со статьей 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Нормы Гражданского кодекса Российской Федерации и Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» направлены на регулирование правоотношений в одной и той же сфере. Поэтому предъявление требования вследствие причинения вреда возможно как к причинившему вред лицу, так и к страховщику его ответственности требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

При этом в статье 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено следующее.

Юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

При причинении вреда имуществу владельцев источников повышенной опасности в результате их взаимодействия вред возмещается на общих основаниях, то есть по принципу ответственности за вину.

Для возникновения обязанности возместить вред необходимо как установление факта причинения вреда воздействием источника повышенной опасности, причинной связи между таким воздействием и наступившим результатом, так и установление вины.

Из материалов административного дела следует, что ФИО5, управляя транспортным средством (автопоездом), нарушил пункты 1.4, 1.5, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации (не выбрал безопасную скорость движения, обеспечивающую водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, и не учел дорожные и метеорологические условия). Вследствие этого, водитель не справился с управлением, выехал на полосу встречного движения и совершил столкновение с двигающим по своей полосе транспортным средством (автопоездом), под управлением водителя ФИО8

До момента столкновения указанных двух транспортных средств по полосе движения, по которой двигалось транспортное средство под управлением водителя ФИО8, также двигалось транспортное средство (автопоезд) под управлением водителя ФИО4

Из пояснений водителя ФИО4 следует, что впереди едущее транспортное средство под управлением водителя ФИО8 внезапно стало поворачивать вправо.

После совершения лицом указанного маневра ФИО4 стало видно, что навстречу ему по его полосе движется транспортное средство под управлением водителя ФИО5

При этом передняя часть данного транспортного средства (тягач) была направлена в сторону водителя ФИО4, а прицеп был расположен практически поперек проезжей части дороги.

В целях избежание столкновения водитель ФИО4 применил торможение, после чего он увидел, как на его полосе движения столкнулись два автопоезда под управлением водителей ФИО5 и ФИО8

После столкновения двух указанных транспортных средств водитель ФИО4 для предотвращения столкновения транспортного средства, которым он управлял, с транспортным средством потерпевшего, повернул налево.

Однако из-за дорожных условий транспортное средство под его управлением не смогло полностью остановиться, в результате чего произошло столкновение передней правой частью транспортного средства под управлением ФИО4 с левой задней частью прицепа транспортного средства под управлением водителя ФИО8

Одновременно по полосе движения транспортного средства под управлением водителя ФИО5 двигалось транспортное средство под управлением водителя ФИО6

Из объяснений водителя ФИО6 следует, что он двигался за транспортным средством под управлением водителя ФИО5 на расстоянии около 25 метров.

В последующем впереди едущее транспортное средство стало выезжать на встречную полосу движения, при этом прицеп указанного транспортного средства встал поперек проезжей части дороги.

В целях избежание столкновения с транспортным средством под управлением водителя ФИО5 водитель ФИО6 применил торможение, в момент совершения указанного маневра произошло столкновение транспортных средств под управлением водителей ФИО5 и ФИО8

Однако из-за дорожных условий транспортное средство под управлением водителя ФИО6 не смогло полностью остановиться, в результате чего произошло столкновение правой передней частью данного транспортного средства с левым боковым колесом прицепа транспортного средства под управлением водителя ФИО5

От полученных в результате столкновения с транспортным средством под управлением водителя ФИО5 телесных повреждений, водитель ФИО8 скончался на месте происшествия, а транспортное средство, управляемое погибшим, получило повреждения.

Для определения условий наступления страхового случая, в результате произошедшего дорожно-транспортного происшествия, следует руководствоваться разъяснениями Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенными в постановлениях от 18.03.2008 № 13884/07, от 13.03.2012 № 14151/11.

В данных постановлениях выражена правовая позиция о том, что наступление страхового случая связано с непосредственным ударным взаимодействием транспортных средств, а не с механизмом дорожно-транспортного происшествия.

Соответственно, объем ответственности (размер страховой выплаты) по каждому договору страхования определяется на основании оценки повреждений транспортных средств с учетом степени их взаимодействия в дорожно-транспортном происшествии и находится в пределах страховых сумм, предусмотренных статьей 7 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» в отношении объекта причинения вреда.

Руководствуясь высказанной правовой позицией, исходя из материалов дела, материалов административного дела, объяснений участников дорожно-транспортного происшествия, фотографий с места происшествия, схемы происшествия, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что ущерб транспортному средству, принадлежащему истцу, причинен в результате непосредственного ударного взаимодействия с транспортными средствами, находившимися под управлением водителей ФИО5 и ФИО4

От столкновения транспортного средства под управлением водителя ФИО6 с транспортным средством под управлением водителя ФИО5 ущерб транспортному средству, принадлежащему истцу не причинен, исходя из следующего обстоятельств.

Из материалов административного дела и обстоятельств дорожно-транспортного происшествия следует, что столкновение транспортного средства под управлением водителя ФИО6 с транспортным средством под управлением водителя ФИО5 произошло уже после непосредственного столкновения транспортных средств под управлением водителей ФИО5 и ФИО8

Таким образом, непосредственного контакта транспортного средства под управлением водителя ФИО6 с транспортным средством потерпевшего не было.

При этом арбитражным судом учтено, что столкновение транспортного средства под управлением водителя ФИО6 с транспортным средством под управлением водителя ФИО5 произошло, когда последнее транспортное средство после столкновения с транспортным средством под управлением водителя ФИО8 стояло неподвижно.

Из материалов административного дела видно, что столкновение произошло между двумя различными типами транспортных средств (грузовой автомобиль MAN с прицепом (автопоезд) под управлением водителя ФИО5 и автомобиль-фургон Renault master под управлением водителя ФИО6), масса первого транспортного средства в несколько раз превышает массу второго транспортного средства.

Из фотографий дорожно-транспортного происшествия (лист дела 46 том 1) и объяснений ФИО6 следует, что транспортное средство под управлением последнего лица столкнулось с левым боковым колесом прицепа транспортного средства под управлением водителя ФИО5

Исходя из совокупности приведенных обстоятельств, сила ударного воздействия транспортного средства под управлением водителя ФИО6 не могла повторно причинить повреждения транспортному средству истца путем воздействия на транспортное средство под управлением водителя ФИО5

Таким образом, ущерб транспортному средству истца причинен только в результате ударных воздействий транспортных средств, находившихся под управлением водителей ФИО5 и ФИО4

Соответственно, обязанность по выплате страхового возмещения в связи с наступившим страховым случаем наступила у страховых компаний, застраховавших на момент дорожно-транспортного происшествия гражданскую ответственность указанных владельцев (у ФИО5 - ответчик 2, у ФИО4 - ответчик 1).

Третье лицо ФИО4 в отзыве указал, что ответчик 1 не является ответственным по настоящему иску, поскольку решением районного суда постановление органов ГИБДД о привлечении его к административной ответственности отменено, производство по данному делу прекращено, поскольку суд пришел к выводу о том, что водитель действовал в состоянии крайней необходимости.

Рассмотрев указанные доводы, суд первой инстанции правомерно отклонил их по следующим основаниям.

Действующее гражданское законодательство по иному определяет состояние крайней необходимости и его последствия, в отличие от публично-правовой сферы. Прекращение производства по делу об административном правонарушении в связи с тем, что лицо действовало в состоянии крайней необходимости, не освобождает от возмещения причиненных потерпевшему его действиями убытков в гражданско-правовой сфере.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Вред, причиненный в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, угрожающей самому причинителю вреда или другим лицам, если эта опасность при данных обстоятельствах не могла быть устранена иными средствами, должен быть возмещен лицом, причинившим вред.

Состояние крайней необходимости не является безусловным основанием для освобождения причинителя вреда от возмещения вреда (соответствующая правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.07.2016 № 18-КГ16-69).

Таким образом, решение суда общей юрисдикции о прекращении производства по делу об административном правонарушении не имеет основополагающего значения для судебного рассмотрения гражданско-правового иска о возмещении вреда, так как в спорных деликтных отношениях действует презумпция вины лица, причинившего вред.

При этом в абзаце втором статьи 1067 Гражданского кодекса Российской Федерации содержаться следующие положения. Учитывая обстоятельства, при которых был причинен такой вред, суд может возложить обязанность его возмещения на третье лицо, в интересах которого действовал причинивший вред, либо освободить от возмещения вреда полностью или частично как это третье лицо, так и причинившего вред.

Однако данная норма права не может быть применена в рамках настоящего дела, поскольку подлежит применению судом в случае предъявления исковых требований непосредственно к ФИО4

Одновременно исковые требования предъявлены истцом и к причинителям вреда (о возмещении ущерба сверх лимита страхового возмещения), то есть к лицам, в чьих владениях находились транспортные средства на момент произошедшего дорожно-транспортного происшествия.

В соответствии со статьей 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо, которое владеет источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

При этом владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц.

Соответствующие положения содержатся в статье 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из справки о дорожно-транспортном происшествии от 27.11.2015 следует, что транспортное средство, которым управлял водитель ФИО5, принадлежит ФИО9 (тягач) и ФИО5 (прицеп), а транспортное средство, которым управлял водитель ФИО4, принадлежит третьему лицу 2.

Вместе с тем указанные транспортные средства на момент дорожно-транспортного происшествия находились во владении других лиц в связи с заключением договоров аренды транспортных средств.

Так, транспортное средство, находившееся под управлением водителя ФИО5, было передано ФИО9 ответчику 3 по договору аренды от 05.05.2015 № 76 (тягач) сроком на один год, а прицеп был передан ФИО5 тому же арендатору по договору аренды от 29.07.2015 № 147 на аналогичный срок.

Транспортное средство, находившееся под управлением водителя ФИО4, было передано третьим лицом 2 в аренду ответчику 4 по договору аренды транспортного средства без экипажа от 09.01.2014 № АР 0900/14.

Владельцы указанных транспортных средств (ответчики 3 и 4) документы, подтверждающие последующую передачу владения транспортных средств (автопоездов) иным лицам на момент совершения дорожно-транспортного происшествия, не представили, равно как и доказательства прекращения договорных отношений с арендодателями и возврата транспортных средств собственникам на указанную дату.

Также не имеется в материалах дела документов, свидетельствующих о выбытии из обладания ответчиков 3 и 4 транспортных средств в результате противоправных действий третьих лиц.

При этом доводы ответчика 3 о том, что по иску должен отвечать ФИО5, поскольку собственником тягача была выдана ФИО5 доверенность на право пользование и распоряжение тягачом, а собственником прицепа является ФИО5, транспортные средства во владение и пользование ответчику 3 не передавались, судом первой инстанции правомерно отклонены по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что на момент дорожно-транспортного происшествия законным владельцем транспортного средства MAN, государственный регистрационный знак В 680 SAW, с прицепом, государственный регистрационный знак 178 SN, на основании упомянутых договоров аренды являлся ответчик 3.

Между ответчиком 3 и ФИО5 был заключен трудовой договор от 29.07.2015 на срок с 29.07.2015 по 29.07.2016, по условиям которого ФИО5 принят ответчиком 3 на должность водителя – экспедитора по перевозке грузов (квалификация международная).

На момент совершения дорожно-транспортного происшествия за управлением обозначенного транспортного средства находился ФИО5

Соответственно, ФИО5 как работник ответчика 3 был допущен к управлению арендованным транспортным средством.

Из содержания доверенности от 05.05.2015 № ЧН № 3688184 не следует, что она выдана ФИО5 на право управлением транспортным средством.

Указанная доверенность не может быть противопоставлена заключенному с ответчиком 3 договору аренды транспортного средства, поскольку право владения и пользования объектом аренды в силу заключенного договора аренды перешло к ответчику 3.

На основании заключенного договора аренды ответчик 3 выдал ФИО5 доверенность от 27.10.2015 № 611 на представление интересов ответчика 3 в таможенных и других органов, подписание договоров, в том числе договора страхования, осуществление платежей, а также управление транспортным средством, принадлежащим ответчику 3 (лист дела 52 том 1).

Таким образом, исходя из имеющихся в материалах дела документов, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что доверенности на ФИО5, выданные после заключения договоров аренды транспортных средств, составлены в целях обеспечения выполнения ФИО5 трудовых функций по международной перевозке грузов.

Также не может быть принята ссылка ответчика 3 на отсутствие в договорах аренды условия о том, что за причиненный транспортным средством вред несет ответственность арендатор, поскольку в силу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации ответственным за вред, причиненный транспортным средством, является законный владелец.

Ходатайство ответчика 3 об исключении его из числа соответчиков и привлечении ФИО5 в качестве соответчика, судом первой инстанции правомерно отклонено, оснований, предусмотренных частями 5 и 6 статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется.

Также правомерно отклонены ходатайства ответчика 3 и третьего лица 2 о замене ненадлежащего соответчика, данное право может быть реализовано по ходатайству либо согласию истца, однако истцом заявлены возражения против удовлетворения указанного ходатайства, ходатайства о замене ненадлежащего ответчика не соответствуют положениям статьи 47 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах, страховые компании отвечают по иску в пределах лимита ответственности, а в части, превышающей лимит страховщика, отвечает лицо, в чьем законном владении находилось транспортное средство.

Что касается лимита ответственности страховщиков, застраховавших гражданскую ответственность владельцев автопоезда, то в законодательство об обязательном страховании гражданской ответственности в этой части внесены изменения.

В отношении владельцев грузовых транспортных средств с прицепом обязанность по страхованию гражданской ответственности с 01.09.2014 исполняется посредством заключения договора обязательного страхования, предусматривающего возможность управления транспортным средством с прицепом к нему, информация о чем вносится в страховой полис обязательного страхования. Соответствующие положения содержатся в пункте 7 статьи 4 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

В абзаце втором пункта 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2015 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» даны следующие разъяснения.

С 01.10.2014 вред, возникший в результате дорожно-транспортного происшествия при совместной эксплуатации тягача и прицепа в составе автопоезда считается причиненным посредством одного транспортного средства (тягача), в связи с чем предельная страховая выплата не может превышать страховую сумму по одному договору страхования, в том числе и в случае, если собственниками тягача и прицепа являются разные лица.

Дорожно-транспортное происшествие произошло 27.11.2015г.

В соответствии со статьей 7 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400 000 рублей.

Таким образом, лимит ответственности страховщика составляет 400 000 рублей, сверх лимита, ущерб возмещается причинителями вреда.

Между тем вред транспортному средству истца причинен в результате столкновения двух транспортных средств, находившихся под управлением водителей ФИО5 и ФИО4

Соответственно, имело место наступление двух страховых случаев.

Из материалов дела следует и страховыми компаниями не оспорено, что гражданская ответственность водителей была ими застрахована, обязанность по внесению страховой премии владельцами была исполнена, таким образом, при наступлении страхового случая у каждого из страховщиков возникает обязанность по выплате потерпевшему страхового возмещения.

Однако размер страховой выплаты по каждому страховому случаю находится в пределах страховой суммы, предусмотренный статьей 7 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» с учетом степени вины страхователя в причинении повреждений имуществу истца.

В этой связи доводы ответчиков 1 и 2 о лимите ответственности в размере 400 000 рублей на обе страховые организации, судом первой инстанции правомерно отклонены как противоречащие требованиям закона.

В статье 12 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» предусмотрено следующее.

Потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной названным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховой выплате или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.

Заявление о страховой выплате в связи с причинением вреда имуществу потерпевшего направляется страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность лица, причинившего вред, а в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 14.1 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность потерпевшего, направляется заявление о прямом возмещении убытков.

Условия для обращения в порядке пункта 1 статьи 14.1 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» не имеются (столкновение более двух транспортных средств со смертельным исходом).

Соответственно, заявление о страховой выплате в связи с причинением вреда имуществу потерпевшего направляется страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность лица, причинившего вред.

В силу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Возмещение причиненных убытков, о котором просит истец в рассматриваемом деле, является одним из способов возмещения вреда (статья 1082, пункт 2 статьи 15 названного кодекса).

В связи с тем, что в материалы дела были представлены два отчета о размере ущерба (истцом и ответчиком 1), истцом заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы, которое определением суда первой инстанции от 20.10.2016 было удовлетворено.

При этом при назначении судебной экспертизы и формулировании вопросов перед экспертом арбитражным судом учтено, что обоими отчетами установлено, что имела место полная гибель транспортного средства в составе автопоезда.

Определением арбитражного суда от 15.12.2016 назначена дополнительная судебная экспертиза.

В связи с допущенными экспертом при проведении первоначальной экспертизы нарушениями, заключение от 26.10.2016 № С–498/16 и дополнительное заключение от 16.12.2016 № С–498/16 признаны арбитражным судом ненадлежащими доказательствами, которые не могут быть положены в основу принятия судебного акта по настоящему делу. Указанные обстоятельства явились основанием для назначения повторной судебной экспертизы (определение арбитражного суда от 26.01.2017).

Согласно заключению эксперта от 17.03.2017 № 43760/03 рыночная стоимость транспортного средства (тягач) на день наступления страхового случая составляет 1.309.000 рублей, стоимость годных остатков на день наступления страхового случая составляет 0 рублей; рыночная стоимость транспортного средства (прицеп) на день наступления страхового случая составляет 817 000 рублей, стоимость годных остатков на день наступления страхового случая составляет 127 942 рублей 20 копеек.

При этом стоимость годных остатков прицепа потерпевшего после вторичного столкновения с транспортным средством скания (государственный регистрационный знак <***>) с полуприцепом (государственный регистрационный знак <***>), находившегося под управлением водителя ФИО4, составила 15 046 рублей.

Экспертом определен объем повреждений транспортному средству потерпевшего в результате столкновения с транспортным средством Скания (государственный регистрационный знак <***>) с полуприцепом (государственный регистрационный знак <***>), находившегося под управлением водителя ФИО4

В результате указанного столкновения были причинены повреждения прицепу потерпевшего (брус противоподкатный задний, задние фонари, панели задних фонарей, кронштейны противоподкатного бруса, рамы, двери задняя левая, проемы задних дверей).

При этом повреждения на тягаче потерпевшего в результате столкновения с транспортным средством скания (государственный регистрационный знак <***>) с полуприцепом (государственный регистрационный знак <***>), находившегося под управлением водителя ФИО4, не образованы по причине отсутствия следового контакта транспортных средств.

Стоимость восстановительного ремонта полуприцепа потерпевшего по повреждениям, образованным в результате столкновения с транспортным средством скания (государственный регистрационный знак <***>) с полуприцепом (государственный регистрационный знак <***>), находившегося под управлением водителя ФИО4, составила с учетом износа 675 814 рублей и без учета износа 1 280 723 рублей.

Все мотивы, по которым эксперт пришел к таким выводам, детально изложены в исследовательской части заключений эксперта.

В соответствии с положениями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что выводы эксперта являются обоснованными и подтвержденными документально, а экспертное заключение с точки зрения полноты и обоснованности - соответствует требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом в заключении отражены содержание и результаты исследований с указанием примененных методов и нормативных актов, оценка результатов исследований, выводы по поставленному вопросу и его обоснование.

Отчет эксперта сторонами и третьими лицами не оспорен.

Порядок расчета страхового возмещения при полной гибели транспортного средства содержится в подпункте «а» пункта 18 статьи 12 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

В соответствии с названной нормы права размер подлежащих возмещению страховщиком убытков при причинении вреда имуществу потерпевшего определяется в случае полной гибели имущества потерпевшего - в размере действительной стоимости имущества на день наступления страхового случая за вычетом стоимости годных остатков.

Под полной гибелью понимаются случаи, при которых ремонт поврежденного имущества невозможен либо стоимость ремонта поврежденного имущества равна стоимости имущества на дату наступления страхового случая или превышает указанную стоимость.

При этом в пункте 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2015 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснено следующее.

В соответствии с подпунктом «а» пункта 18 и пунктом 19 статьи 12 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» размер подлежащих возмещению страховщиком убытков в случае полной гибели имущества потерпевшего определяется его действительной стоимостью на день наступления страхового случая за вычетом стоимости годных остатков с учетом их износа.

Представленными отчетами истца и ответчика 1 установлена полная гибель транспортного средства в составе автопоезда.

Таким образом, расчет страховой выплаты должен осуществлять согласно подпункту «а» пункта 18 статьи 12 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Аналогичные правила содержатся в пункте 4.15 Положения о правилах обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденной Банком России 19.09.2014 № 431-П.

Таким образом, размер ущерба истца после первичного столкновения с транспортным средством с прицепом под управлением водителя ФИО5 в отношении тягача потерпевшего составляет 1 309 000 рублей (1 309 000 - 0) и в отношении полуприцепа потерпевшего составляет 689 057 рублей 80 копеек (817 000 – 127 942,20).

Всего – 1 998 057 рублей 80 копеек.

Ответчик 1 после подачи иска в арбитражный суд выплатил страховое возмещение истцу на общую сумму 372 986 рублей 50 копеек (200 000 рублей за тягач и 172 986 рублей 50 копеек за прицеп) согласно своему отчету в размере 50 % в связи с тем, что невозможно установить степень вины в причинении повреждений транспортному средству истца.

В пункте 22 статьи 12 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» содержатся следующие положения.

Если все участники дорожно-транспортного происшествия признаны ответственными за причиненный вред, страховщики осуществляют страховые выплаты в счет возмещения вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, с учетом установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых ими застрахована.

Страховщики осуществляют страховую выплату в счет возмещения вреда, причиненного потерпевшему несколькими лицами, соразмерно установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых ими застрахована. При этом потерпевший вправе предъявить требование о страховом возмещении причиненного ему вреда любому из страховщиков, застраховавших гражданскую ответственность лиц, причинивших вред.

Для определения степени вины в причинении повреждений транспортному средству истца от столкновения с транспортным средством под управлением водителя ФИО4 перед экспертом был поставлен следующий вопрос.

Определить объем повреждений транспортного средства тягача и полуприцепа потерпевшего, образованных в результате удара транспортного средства Скания (тягач (государственный регистрационный знак <***>), с прицепом (государственный регистрационный знак <***>)), и транспортного средства MAN TGA 18.480 (государственный регистрационный знак <***>) с полуприцепом KOGEL (государственный регистрационный знак <***>), и их стоимость.

При постановке вопроса судом первой инстанции учтено, что имело место лобовое столкновение транспортных средств под управлением водителей ФИО5 и ФИО8, транспортное средство под управлением водителя ФИО4 столкнулось с транспортным средством потерпевшего по касательной.

Из заключения эксперта следует, что от столкновения транспортного средства под управлением водителя ФИО4 причинены повреждения только полуприцепу потерпевшего (задняя часть полуприцепа (повреждения перечислены)), повреждения тягачу потерпевшего от столкновения с указанным транспортным средством не образованы по причине отсутствия следового контакта транспортных средств.

Таким образом, от столкновения транспортного средства под управлением водителя ФИО5 повреждения получили тягач и передняя часть полуприцепа истца, а от удара транспортного средства под управлением водителя ФИО4 повреждения получили только задняя часть полуприцепа истца.

Из заключения эксперта следует, что стоимость годных остатков полуприцепа истца после вторичного столкновения с транспортным средством под управлением водителя ФИО4 составляет 15 046 рублей.

Следовательно, размер ущерба транспортному средству истца (полуприцепу) от столкновения с транспортным средством под управлением водителя ФИО4 составляет 112 896 рублей 20 копеек (127 942,20 (стоимость годных остатков, которую можно было бы реализовать, если не было бы вторичного удара) – 15 046 (стоимость годных остатков после вторичного удара)).

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что требования истца к ответчикам подлежат удовлетворению в следующем размере.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика 1 страхового возмещения в размере 27 013 рублей 50 копеек (400 000 – 372 986,50 (частичная выплата)).

Однако требование истца к ответчику 1 правомерно в размере 112 896 рублей 20 копеек (в пределах лимита ответственности).

Ответчиком 1 после подачи иска в арбитражный суд выплачено страховое возмещение в размере 372 986 рублей 50 копеек.

Следовательно, оснований для удовлетворения иска к ответчику 1 не имеются, поскольку обязательство по выплате страхового возмещения исполнено указанным лицом в полном объеме.

Основания для удовлетворения иска к ответчику 4 (чья гражданская ответственность застрахована ответчиком 1) не имеются, поскольку сумма ущерба находится в пределах лимита ответственности ответчика 1.

Истец просит взыскать с ответчика 2 страховую выплату в размере 768 898 рублей 84 копеек.

Однако требования к ответчику 2 подлежат удовлетворению в размере 400 000 рублей (лимит ответственности страховщика), в остальной части данного требования арбитражный суд отказывает, поскольку истцом заявлена сумма сверх лимита ответственности страховщика.

Истец вправе требовать возмещения ущерба от ответчика 3 сверх лимита ответственности страховщика в размере 1 598 057 рублей 80 копеек (1 998 057,80 – 400 000).

Однако истец просит взыскать с ответчика 3 ущерб в размере 909 000 рублей, что является его правом, арбитражный суд не вправе выходит за пределы заявленных исковых требований. В этой связи требование истца к ответчику 3 признается обоснованным в размере 909 000 рублей.

Истец просит взыскать с ответчиков 1 и 2 расходы на оценку в размере 3 000 рублей с каждого, всего 6 000 рублей.

В подтверждение несения указанных расходов истцом представлены квитанции к приходным кассовым ордерам от 03.02.2016 № 113-р/01.16 и от 114-р/01.16, отчеты.

В соответствии с пунктом 14 статьи 12 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» стоимость независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки), на основании которой осуществляется страховая выплата, включается в состав убытков, подлежащих возмещению страховщиком по договору обязательного страхования.

При этом расходы на проведение экспертизы не являются страховым возмещением, поскольку они должны быть понесены при осуществлении страховщиком обычной хозяйственной деятельности. Неисполнение страховщиком обязанности по проведению экспертизы поврежденного транспортного средства и выплате страхового возмещения создает препятствия для реализации потерпевшим его прав и приводит к необходимости несения им расходов на проведение такой экспертизы.

Следовательно, стоимость независимой экспертизы (оценки), на основании которой должна быть произведена страховая выплата, включается в состав убытков, подлежащих возмещению страховщиком, а не в состав страховой выплаты.

По смыслу Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» именно на страховщика закон возлагает организовать независимую техническую экспертизу поврежденного транспортного средства, и лишь в случае неисполнения указанной обязанности ответчиком (бездействия страховщика), потерпевший вправе самостоятельно обратиться за технической экспертизой или экспертизой (оценкой). Именно в последнем случае результаты такой оценки принимаются страховщиком для определения размера страховой выплаты (пункт 13 статьи 12 указанного закона).

Из материалов дела следует, что истец обратился к ответчикам 1 и 2 с заявлением о выплате страхового возмещения от 31.12.2015, направленным 18.01.2016, что подтверждается доставочными листами.

Однако страховое возмещение не было выплачено, меры по организации осмотра транспортного средства истца страховщиками не были приняты, что явилось причиной для обращения истца к независимому оценщику (привлечен оценщик 25.01.2016, осмотр транспортного средства состоялся 25.01.2016, отчеты составлены оценщиком 03.02.2016).

Истец повторно обратился к страховщикам о выплате страхового возмещения (заявление от 19.02.2016, направленное вместе с отчетами посредством почтовой связи 25.02.2016).

Выплата страхового возмещения не была осуществлена.

В дальнейшем истец обращался к ответчикам с претензиями о выплате страхового возмещения от 30.03.2016, направленными посредством почтовой связи 30.03.2016.

Однако после указанных обращений, не дождавшись выплаты страхового возмещения либо мотивированного отказа в ее выплате, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

При этом арбитражный суд учитывает, что проведение истцом осмотра и оценки не препятствует страховой компании после получения заявления в соответствии с требованиями законодательства принять меры к самостоятельному осмотру и (или) выдаче направления на оценку, не принимая оценку и акт осмотра истца.

Между тем ответчики 1 и 2 после получения заявления о страховой выплате никаких мер для такой выплаты не принял, соответственно, истец вправе был провести оценку по собственной инициативе, при этом принципиального значения не имеет когда была проведена оценка до подачи заявления или после отсутствия соответствующих действий ответчика. Истец в рассматриваемом случае только лишь воспользовался ранее проведенной оценкой, что не меняет ее существа.

Проведенная по делу судебная экспертиза подтвердила достоверность оценки, проведенной по инициативе истца (изначально истец просил возместить ущерб на общую сумму 2 237 692 рублей, результаты судебной экспертизы показали размер ущерба в размере 2 110 954 рублей), что свидетельствует об обоснованности изначально заявленных требований истца. Расходы на оценку разумны и соответствуют средней стоимости подобных услуг.

Аналогичная правовая позиция выражена в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 23.05.2017 № Ф06-20108/17 по делу № А12-47567/2016.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции признал требование истца о взыскании с ответчика 1 расходов на оценку в размере 3 000 рублей и с ответчика 2 расходов на оценку в размере 3 000 рублей обоснованным и подлежащим удовлетворению.

При этом выплата ответчиком 1 истцу денежных средств в размере 372 986 рублей 50 копеек не может быть учтена арбитражным судом в счет оплаты расходов на оценку. Поскольку из пояснений ответчика 1 и материалов дела следует, что данная сумма была перечислена ответчиком 1 истцу именно как страховое возмещение в связи с наступившим страховым случаем. Указанная денежная сумма выплачена ответчиком 1 на основании собственных отчетов согласно собственному расчету.

Доводы ответчиков 1 и 2 о наличии оснований для оставления искового заявления без рассмотрения арбитражным судом отклоняются по следующим основаниям.

Согласно части 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент подачи иска в арбитражный суд), если для определенной категории споров федеральным законом установлен претензионный или иной досудебный порядок урегулирования либо он предусмотрен договором, спор передается на разрешение арбитражного суда после соблюдения такого порядка.

В данном случае срок и порядок досудебного урегулирования спора установлены абзацем вторым пункта 1 статьи 16.1 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2015 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Постановление № 2) абзацем четвертым пункта 21 статьи 12, абзацем вторым пункта 1 статьи 16.1 и пунктом 3 статьи 19 Закона об ОСАГО с 1 сентября 2014 года предусмотрен обязательный досудебный порядок урегулирования спора.

Положения об обязательном досудебном порядке урегулирования спора, предусмотренные абзацем вторым пункта 1 статьи 16.1 Закона об ОСАГО, подлежат применению, если страховой случай имел место после 1 сентября 2014 года.

Истцом заявлены исковые требования в отношении страхового случая, который произошел 27.11.2015, следовательно, истцом должен быть соблюден обязательный досудебный порядок урегулирования спора, предусмотренный абзацем вторым пункта 1 статьи 16.1 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

При этом согласно пункту 50 постановления № 2 потерпевший вправе обратиться в суд с иском к страховой организации о выплате страхового возмещения после получения ответа страховой организации на претензию или по истечении срока, установленного пунктом 1 статьи 16.1 Закона об ОСАГО для рассмотрения страховщиком досудебной претензии, за исключением случаев продления срока, предусмотренного пунктом 11 статьи 12 Закона об ОСАГО.

Из материалов дела усматривается, что истцом направлены ответчикам претензия от 30.03.2016г., что подтверждается почтовыми квитанциями от 30.03.2016г.

В направленной в адрес ответчиков претензии от 30.03.2016г. содержалось требование о выплате страхового возмещения в связи с наступившим страховым случаем.

Потерпевший вправе обратиться в суд с иском к страховой организации о выплате страхового возмещения после получения ответа страховой организации на претензию или по истечении пятидневного срока, установленного пунктом 1 статьи 16.1 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» для рассмотрения страховщиком досудебной претензии, за исключением случаев продления срока, предусмотренного пунктом 11 статьи 12 Закона об ОСАГО (пункт 50).

Истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском 25.05.2016г., то есть по истечении срока, установленного пунктом 1 статьи 16.1 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» для рассмотрения страховщиком досудебной претензии.

Из приведенных положений закона и разъяснений высшей судебной инстанции следует, что исполнение обязанностей, связанных с организацией осмотра и (или) независимой технической экспертизы поврежденного имущества, представлением потерпевшим этого имущества для осмотра и (или) экспертизы, а также отдельных документов к заявлению о выплате страхового возмещения, не относится к досудебному порядку разрешения споров.

Непредставление потерпевшим поврежденного имущества для осмотра и (или) экспертизы, отдельных документов к заявлению о выплате страхового возмещения, влечет не оставление иска без рассмотрения, а иные правовые последствия, применяемые судом при рассмотрении спора по существу.

Аналогичная правовая позиция изложена в Определении судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 21.06.2016 N 37-КГ16-3.

Таким образом, выводы ответчиков о несоблюдении истцом обязательного досудебного порядка урегулирования спора опровергаются материалами дела.

От других ответчиков возражения относительно несоблюдения досудебного порядка урегулирования спора не были заявлены.

При этом судом первой инстанции учтена продолжительность рассмотрения настоящего спора, наличие активных возражений со стороны ответчиков на исковые требований, в этой связи невозможность урегулирования спора мирным путем.

Истец просил возместить расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 рублей.

В соответствии со статьей 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Состав судебных издержек определен в статье 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В соответствии с названной правовой нормой к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В силу части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерацией судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

В пункте 3 информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.12.2007 № 121 «Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах» даны следующие разъяснения. Лицо, требующее возмещения расходов на оплату услуг представителя, доказывает их размер и факт выплаты, другая сторона вправе доказывать их чрезмерность.

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 20 Информационного письма от 13.08.2004 № 82, при определении разумных пределов расходов на оплату услуг представителя могут приниматься во внимание, в частности: нормы расходов на служебные командировки, установленные правовыми актами; стоимость экономных транспортных услуг; время, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист; сложившаяся в регионе стоимость оплаты услуг адвокатов; имеющиеся сведения статистических органов о ценах на рынке юридических услуг; продолжительность рассмотрения и сложность дела.

Конституционный Суд Российской Федерацией в определении от 21.12.2004 № 454-О высказал следующую правовую позицию. Реализация права по уменьшению суммы расходов судом возможна лишь в том случае, если он признает эти расходы чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела. Определяя размер суммы в возмещение соответствующих расходов, суд не вправе уменьшать их произвольно, тем более, если другая сторона не представляет доказательств чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

В качестве доказательств, подтверждающих расходы истца на оплату услуг представителя, в материалы дела представлены договор на оказание юридических услуг от 11.01.2016 и акт приема-передачи на сумму 50 000 рублей.

Разумность предела судебных издержек на возмещение расходов на оплату услуг представителя, требование о которой прямо закреплено в статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, является оценочной категорией.

Исходя из положений Конституции Российской Федерации, предусматривающих право каждого защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статья 45), и гарантирующих каждому право на получение квалифицированной юридической помощи (статья 48), каждое лицо свободно в выборе судебного представителя, любое ограничение в его выборе будет вступать в противоречие с Конституцией Российской Федерации.

Данное положение подтверждается постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 16.07.2004 № 15-П «По делу о проверке конституционности части 5 статьи 59 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами Государственного Собрания - Курултая Республики Башкортостан, Губернатора Ярославской области, Арбитражного суда Красноярского края, жалобами ряда организаций и граждан».

В данном постановлении изложена позиция о том, что реализации права на судебную защиту наряду с другими правовыми средствами служит институт судебного представительства, обеспечивающий заинтересованному лицу получение квалифицированной юридической помощи, а в случаях невозможности непосредственного (личного) участия в судопроизводстве - доступ к правосудию.

Согласно правоприменительной практике Европейского суда по правам человека, заявитель имеет право на компенсацию судебных расходов и издержек, если докажет, что они были понесены в действительности и по необходимости и являются разумными по количеству. Европейский суд исходит из того, что если дело велось через представителя, то предполагается, что у стороны в связи с этим возникли определенные расходы, и указанные расходы должны компенсироваться за счет проигравшей стороны в разумных пределах.

При этом чрезмерность расходов должна доказывать противная сторона.

В отсутствие доказательств чрезмерности понесенных расходов суд вправе по собственной инициативе возместить расходы в разумных, по его мнению, пределах лишь в том случае, если заявленные требования превышают разумные пределы.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2004 № 454-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью «Траст» на нарушение конституционных прав и свобод частью 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации», обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (части 3) Конституции Российской Федерации.

В целях обеспечения баланса публичных и частных интересов суд вправе уменьшить размер взыскиваемых судебных расходов, если заявленные требования явно превышают разумные пределы. При этом обеспечение баланса публичных и частных интересов предполагает, среди прочего, возмещение расходов не абстрактного характера, а за фактически оказанные юридические услуги в соразмерном объеме.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции пришел к правильному выводу о разумности расходов в размере 42 000 рублей, до указанной суммы снижаются данные расходы (за составление процессуальных документов и участие в судебных заседаниях).

При определении разумности расходов арбитражным судом учтены объем выполненной представителем работы, сложность дела, характер и категория спора, продолжительность рассмотрения дела. Также арбитражным судом принято во внимание условия пункта 2 договора на оказание юридических услуг от 11.01.2016 (оказание услуг на досудебной стадии и услуг по участию в судебных заседаниях на всех стадиях судебного процесса).

Возможность принятия расписки в качестве надлежащего доказательства факта оплаты услуг представителя подтверждается постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 17.09.2015 по делу № А65-11173/2014.

Данные расходы подлежат взысканию с ответчиков с учетом положений абзаца второго части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 2 статьи 109 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации денежные суммы, причитающиеся экспертам, выплачиваются с депозитного счета арбитражного суда.

Согласно выставленному счету от 17.03.2017 № 43760/03 - 4 стоимость судебной экспертизы составила 35.000 рублей.

Поскольку судебная экспертиза проведена, экспертом свои обязанности в связи с производством экспертизы выполнены, заключение приобщено к материалам дела, денежные суммы, причитающиеся эксперту в размере 35.000 рублей, согласно части 1 статьи 109 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерно выплачены эксперту.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что вознаграждение эксперту общества с ограниченной ответственностью «Центральное бюро экспертизы по РТ» ФИО10 выплате не подлежит, поскольку проведенная данным экспертом экспертиза признана судом первой инстанции ненадлежащей, подготовленной с нарушением установленных нормативными актами требований.

Понесенные истцом расходы по оплате судебной экспертизы распределены, исходя из результатов экспертизы истца и судебной экспертизы, с учетом требований части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При этом указанные издержки истца распределены между всеми ответчиками, поскольку размер подлежащего возмещению ущерба между указанными лицами был определен по результатам проведенной судебной экспертизы (статья 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Излишне уплаченные истцом денежные средства за проведение экспертизы возвращены ему с депозитного счета Арбитражного суда Республики Татарстан по реквизитам, указанным в платежном поручении согласно заявлению истца.

В основу апелляционной жалобы ОсОО «Оскар Авто» положен довод о том, что это общество не может отвечать за ущерб, причиненный транспортному средству истца, поскольку транспортное средство, которым управлял водитель ФИО5, принадлежит ФИО9 (тягач) и самому же ФИО5 (прицеп).

Как было указано выше, удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции сослался на то, что и тягач и прицеп на момент дорожно-транспортного происшествия находились во владении ОсОО «Оскар Авто» в связи с заключением договоров аренды транспортных средств.

Транспортное средство, находившееся под управлением водителя ФИО5, было передано ФИО9 ОсОО «Оскар Авто» по договору аренды от 05.05.2015 № 76 (тягач) сроком на один год, а прицеп был передан ФИО5 тому же арендатору по договору аренды от 29.07.2015 № 147 на аналогичный срок.

Однако, ОсОО «Оскар Авто» документов, подтверждающих последующую передачу владения транспортным средством (автопоездом) иным лицам на момент совершения дорожно-транспортного происшествия, не представило, равно как и доказательства прекращения договорных отношений с арендодателями и возврата транспортных средств собственникам на указанную дату.

Доводы заявителя жалобы о том, что по иску должен отвечать ФИО5, поскольку собственником тягача была выдана ФИО5 доверенность на право пользование и распоряжение тягачом, а собственником прицепа является ФИО5, транспортные средства во владение и пользование ОсОО «Оскар Авто» не передавались, не подтвержден материалами дела и правомерно отклонен судом первой инстанции.

Из материалов дела следует, что на момент дорожно-транспортного происшествия законным владельцем транспортного средства MAN, государственный регистрационный знак В 680 SAW, с прицепом, государственный регистрационный знак 178 SN, на основании упомянутых договоров аренды являлось ОсОО «Оскар Авто».

Кроме того, между ОсОО «Оскар Авто» и ФИО5 был заключен трудовой договор от 29.07.2015 на срок с 29.07.2015 по 29.07.2016, по условиям которого ФИО5 принят заявителем жалобы на должность водителя – экспедитора по перевозке грузов (квалификация международная).

На момент совершения дорожно-транспортного происшествия, управление транспортным средством осуществлялось ФИО5

Соответственно, ФИО5 как работник ответчика был допущен к управлению арендованным транспортным средством.

Оценивая представленные заявителем жалобы копии трех решений Октябрьского районного суда г.Бишкека, суд апелляционной инстанции исходит из следующих доводов.

Вышеуказанными решениями признаны недействительными договоры аренды транспортных средств тягача и прицепа, заключенные между ОсОО «Оскар Авто» ФИО5 (тягач) и ФИО9 (прицеп), третьим решением признан недействительным также и трудовой договор, заключенный между ОсОО «Оскар Авто» и ФИО5

Однако, решения приняты в заочном порядке, при отсутствии какого-либо спора между сторонами, о чем, в том числе, свидетельствуют приобщенные к материалам дела (по ходатайству представителя ОсОО «Оскар Авто») заявления ФИО5 сделанные им в рамках рассмотрения дел Октябрьским судом г.Бишкека. Содержание представленных решений свидетельствует о том, что суд во всех трех случаях, ограничился констатаций доводов приведенных истцом и признанием иска со стороны ответчиков. При таких обстоятельствах, по мнению суда апелляционной инстанции, нельзя считать обоснованными доводы заявителя жалобы, что судебными актами иностранного суда установлены какие-то обстоятельства, которые не подлежат доказыванию в рамках настоящего дела.

Кроме того, суд апелляционной инстанции оценивает тот факт, что указанные документы приобщены к материалам дела по ходатайству представителя заявителя жалобы, непосредственно в заседании суда апелляционной инстанции. При таких обстоятельствах, возможность проверки подлинности решений, посредством обращения непосредственно в принявший их суд, отсутствует.

Кроме того, наличие договорных отношений между ФИО5 и заявителем жалобы подтверждается иными установленными по делу обстоятельствами.

ФИО5 ОсОО «Оскар Авто» выдана доверенность от 05.05.2015 № ЧН № 3688184 на право управления транспортным средством.

Также, на основании заключенного договора аренды ОсОО «Оскар Авто» выдало ФИО5 доверенность от 27.10.2015 № 611 на представление своих интересов в таможенных и других органов, подписание договоров, в том числе договора страхования, осуществление платежей, а также управление транспортным средством, принадлежащим ответчику 3 (лист дела 52 том 1).

Таким образом, исходя из имеющихся в материалах дела документов, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что доверенности на ФИО5, выданные после заключения договоров аренды транспортных средств, подтверждают выполнение ФИО5 трудовых функций по международной перевозке грузов в интересах заявителя жалобы.

Положенные в основу апелляционной жалобы другие доводы являлись предметом исследования арбитражным судом при рассмотрении спора по существу и им дана надлежащая оценка.

Таким образом, выводы арбитражного суда первой инстанции соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм права.

Сведений, опровергающих выводы суда, в апелляционной жалобе не содержится.

Нарушений процессуального закона, влекущих безусловную отмену обжалуемого судебного акта, не установлено. Оснований для отмены решения суда не имеется.

Расходы по уплате госпошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации относятся на подателя апелляционной жалобы – ОсОО «Оскар Авто».

Руководствуясь ст.ст. 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 03 июля 2017 года по делу №А65-12643/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через суд первой инстанции.




Председательствующий А.Б. Корнилов


Судьи В.Е. Кувшинов


П.В. Бажан