Постановление от 2 ноября 2020 г. 17 ААС (Семнадцатый арбитражный апелляционный суд)

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-11198/2020(1)-АК

Дело № А60-37392/2016
03 ноября 2020 года
г. Пермь


Резолютивная часть постановления объявлена 27 октября 2020 года.

Постановление в полном объёме изготовлено 03 ноября 2020 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Мармазовой С.И.,

судей Лихачевой А.Н., Макарова Т.В.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарём судебного заседания Балдиной А.С.,

при участии:

от лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, Сумина Владимира Николаевича: Сумин В.Н. (паспорт), Моргун Е.А. (паспорт, доверенность от 26.10.2020),

от иных лиц, участвующих в деле: не явились

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу

лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, ФИО1

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 24 августа 2020 года

об удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО3 (ФИО3) о привлечении бывшего руководителя должника ФИО1 к субсидиарной ответственности,

вынесенное судьёй ФИО4

в рамках дела № А60-37392/2016

о признании общества с ограниченной ответственностью «Домостроительный комбинат Заречный» (ООО «ДСК «Заречный», ОГРН 1116639000081, ИНН6639021799) несостоятельным (банкротом),

установил:

04.08.2016 акционерное общество «Каменск-Уральское автотранспортное предприятие №14» (АО «Каменск-Уральское автотранспортное предприятие №14») обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании ликвидируемого должника – ООО «ДСК «Заречный» (далее – должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.08.2016 заявление АО «Каменск-Уральское автотранспортное предприятие №14» о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству суда.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 03.10.2016 в отношении ликвидируемого должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждён ФИО5 (ФИО5).

17.07.2017 конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, в котором просил привлечь ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, взыскать с ФИО1 в порядке субсидиарной ответственности 39 613 998 руб. 64 коп., из которых 39 477 310 руб. 49 коп. – совокупный размер требований кредиторов должника, 136 688 руб. 15 коп. – совокупный размер задолженности по текущим платежам (с учётом уточнений, принятых судом в порядке ст. 49 АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 27.02.2019 конкурсным управляющим должника утверждён ФИО3

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.08.2020 заявление конкурсного управляющего должника о привлечении бывшего руководителя должника ФИО1 к субсидиарной ответственности удовлетворено, ФИО1 привлечён к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, взыскано с ФИО1 в пользу должника в порядке субсидиарной ответственности 39 477 311 руб. 03 коп.

Лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, ФИО1, не согласившись с вынесенным определением, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований. В обоснование апелляционной жалобы указывает, что судом не были применены положения п.п. 2 п. 4 ст. 61.10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве), согласно которым именно ФИО6 (ФИО6) и ФИО7 (ФИО7) являлись контролирующими должника лицами, как участники, обладавшие в совокупности более чем 50% уставного капитала и имевшие право избирать (назначать) руководителя должника, данные учредители фактически контролировали обе стороны сделки и имели в совокупности 70% уставного капитала в ООО «Лизинг»; будучи директором должника, ФИО1 неоднократно заявлял ФИО6 и ФИО7 проблемы с теплоносителем, температуру которого не может обеспечить арендодатель в их лице в разные периоды времени, однако решения о продлении аренды продолжали ими приниматься; суд первой инстанции необоснованно признал ФИО1 единственным контролирующим должника лицом, не мотивировав отклонение доводов о реальных контролирующих лицах должника; судом ошибочно была определена дата 01.01.2014, как дата исчисления месячного срока на обращение в арбитражный суд с заявлением в порядке, предусмотренном ст. 9 Закона о банкротстве; при определении даты исчисления месячного срока для обращения в суд с заявлением о признании банкротом (01.01.2014), суд проигнорировал доводы о том, что ФИО1 был подан встречный иск к арендодателю; на протяжении судебного разбирательства принимались все усилия для улучшения финансового положения должника, работа по выпуску продукции продолжалась, однако кризис 2014 года, затронувший рынок недвижимости привёл к снижению количества заказов на продукцию; представленная в материалы дела в подтверждение доводов о ведении нормальной, разумной хозяйственной деятельности независимая бухгалтерская экспертиза по делу №А60-15793/2014 необоснованно оставлена судом без внимания; действия ФИО1 не выходили за рамки обычного делового оборота, так как переговоры по условиям договора аренды, работа с текущими платежами, деятельность в условиях нестабильного рынка, судебное разбирательство являются обычными рисками предпринимательской деятельности; временные трудности могли быть преодолены как в результате продолжения производственной деятельности, так и в результате успешного обжалования задолженности перед арендодателем в Арбитражном суде Свердловской области и в результате удовлетворения встречного иска к арендодателю ОАО «Белоярская АЭС-2» на общую сумму 72 007 646 руб. 81 коп., ФИО1 имел все основания полагать, что иск будет удовлетворён полностью или частично, что приводило к положительному изменению финансовой ситуации должника и можно отнести к обычному предпринимательскому риску; действия ФИО1 не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов должника.

В судебном заседании лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, ФИО1 и его представитель доводы апелляционной жалобы поддерживают, просят определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, извещённые надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке ч. 3 ст. 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, согласно сведеньям из Единого государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ), должник зарегистрирован в качестве юридического лица 27.01.2011 Инспекцией Федеральной налоговой службы по Верх-Исетскому району города Екатеринбурга (л.д. 30-33).

С момента создания должника 27.01.2011 до 03.10.2016 (дата введения в отношении должника конкурсного производства) ФИО1 являлся директором должника.

04.08.2016 АО «Каменск-Уральское автотранспортное предприятие №14» обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании ликвидируемого должника несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.08.2016 заявление АО «Каменск-Уральское автотранспортное предприятие №14» о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству суда.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 03.10.2016 в отношении ликвидируемого должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждён ФИО5

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 27.02.2019 конкурсным управляющим должника утверждён ФИО3

Ссылаясь на то, что действиями директора должника ФИО1, выраженными в нецелесообразном заключении договоров аренды, недвижимого имущества и оборудования, причинён вред имущественным правам кредиторов, заключение договоров аренды привело к увеличению имущественных требований к должнику, исполнение заключенных договоров являлось экономически нецелесообразным, росла кредиторская задолженность, ухудшалось финансовое состояние должника, действия контролирующего должника лица привели к увеличению размера требований к должнику при отсутствии реальной возможности удовлетворения этих требований, невозможности осуществления нормальной экономической деятельности предприятия, к неспособности должника удовлетворить требования всех кредиторов на момент ликвидации, конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, взыскания с ФИО1 в порядке субсидиарной ответственности 39 613 998 руб. 64 коп., из которых 39 477 310 руб. 49 коп. совокупный размер требований кредиторов должника, 136 688 руб. 15 коп. совокупный размер задолженности по текущим платежам.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что руководством были выявлены проблемы производства по результатам 2013 года, приняты попытки их урегулирования, а также изменения условий предоставления имущества в аренду в 2014 году, однако, в отсутствие результатов, при наличии задолженности, погашение которой не произведено в течение свыше трёх месяцев, в последующем взысканной в судебном порядке, при невозможности погашения задолженности за счёт имущества общества, руководителем общества продолжалась вестись убыточная деятельность, что не соответствует стандарту разумного ведения хозяйственной деятельности, учитывая, что арендные платежи по договору за период с 01.04.2013 по 31.12.2013 в размере 19 081 197 руб. 38 коп. не были погашены длительное время, по состоянию на 01.01.2014 руководитель, действующий добросовестно и разумно, должен был прийти к выводу о невозможности исполнения обязательств за счёт активов должника, с указанной даты начинает течение месячный срок на обращение в арбитражный суд с заявлением в порядке ст. 9 Закона о банкротстве, однако, по состоянию на 01.02.2014 названная обязанность ФИО1 исполнена не была; в отношении ФИО1 судом установлена необходимая совокупность обстоятельств, позволяющая констатировать нарушение требований Закона о банкротстве по сроку подачи в суд заявления о признании должника банкротом, основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве отсутствуют.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд усматривает основания для изменения обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

В соответствии с п. 3 ст. 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», положения обновленного законодательства о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу обновленного закона. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления такого закона в силу, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу обновленного закона, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. Предусмотренные обновленным законом процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после вступления его в силу независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Из материалов дела следует, что заявление конкурсного управляющего должника о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника поступило в арбитражный суд 17.07.2017, обстоятельства, с которыми связано привлечение контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, имели место до вступления в законную силу Закона № 266-ФЗ.

Следовательно, ввиду периода времени, к которому относятся обстоятельства, с которыми конкурсный управляющий должника связывает ответственность контролирующего должника лица, настоящий спор должен быть разрешён с применением п.п. 2,4 ст. 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ (в части применения норм материального права).

Согласно п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с учредительными документами должника на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; в иных предусмотренных настоящим Федеральным законом случаях.

В силу п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии с п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Из содержания приведённых норм права следует необходимость определения точной даты возникновения у руководителя должника соответствующей обязанности.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53) обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

В соответствии с п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в ст. 61.2 и 61.3 данного Закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (названное положение закона применяется в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника).

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Согласно п. 16 постановления Пленум ВС РФ от 21.12.2017 №53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Кроме того, ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на это лицо обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями; вину правонарушителя. При недоказанности любого из этих элементов в удовлетворении заявления должно быть отказано.

В соответствии с п. 3 ст. 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

В силу ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно ч. 2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий должника указывает на то, что действиями директора должника ФИО1, выраженными в нецелесообразном заключении договоров аренды, недвижимого имущества и оборудования, причинён вред имущественным правам кредиторов, заключение договоров аренды привело к увеличению имущественных требований к должнику, исполнение заключенных договоров являлось экономически нецелесообразным, росла кредиторская задолженность, ухудшалось финансовое состояние должника, действия контролирующего должника лица привели к увеличению размера требований к должнику при отсутствии реальной возможности удовлетворения этих требований, невозможности осуществления нормальной экономической деятельности предприятия, к неспособности должника удовлетворить требования всех кредиторов на момент ликвидации; с 20.08.2013 должник отвечал признакам неплатёжеспособности, датой в которую контролирующее должника лицо обязано было обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом следует считать 20.09.2013.

По сведеньям из ЕГРЮЛ должник зарегистрирован в качестве юридического лица 27.01.2011, с момента создания должника до 03.10.2016 (дата введения в отношении должника конкурсного производства) ФИО1 являлся директором должника.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно абзацам тридцать третьему и тридцать четвертому ст. 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

В соответствии с п. 2 ст. 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, и исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующая обязанность не исполнена им в течение трех месяцев даты, когда они должны были быть исполнены.

Из материалов дела следует, что 10.04.2013 между акционерным обществом «Белоярская АЭС-2» (АО «БАЭС-2», арендодатель) и должником (арендатор) заключён договор аренды №13/16, в соответствии с условиями которого арендатору передано: нежилое здание «Цех сборного железобетона со складом готовой продукции», расположенное на северо-восточной окраине г. Заречного, в 100 метрах северо-восточнее лесоцеха БЗСК; технологическое оборудование в соответствии с перечнем (приложение к договору аренды) (л.д. 42-44).

Право собственности на все вышеуказанное имущество принадлежит АО «БАЭС-2», что подтверждается свидетельствами о государственной регистрации права (в отношении зданий) и данными бухгалтерского учёта (в отношении остального имущества).

Указанное имущество было передано арендатору по соответствующему акту приёма-передачи от 10.04.2013, подписанному сторонами.

Срок действия договора, согласно п. 4.1. договора, определён с 01.04.2013 до 31.12.2013.

Арендная плата за пользование арендованным имуществом в соответствии с п. 3.1. договора состоит из двух частей:

- Фиксированный платёж (ежемесячная арендная плата) составил 1 372 623 руб. 30 коп.

- Переменный платёж - эквивалент стоимости потреблённых арендатором коммунальных услуг в расчётном периоде (горячее и холодное водоснабжение, отопление, водоотведение).

Согласно п. 3.2. договора арендная плата уплачивается ежемесячно, внесение арендной платы производится не позднее 20 числа месяца следующего за отчётным.

Дополнительным соглашением №1 от 01.06.2013 к договору аренды от 10.04.2013 №13/16 стороны изменили содержание п. 3.1. договора в части увеличения перечня арендуемого имущества на 1 наименование и увеличения размера фиксированного арендного платежа до 1 388 447 руб. (л.д. 50).

17.04.2014 АО «БАЭС-2» обратилась в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением к должнику о взыскании 30 915 291 руб. 95 коп., в том числе задолженность по арендным платежам по договору аренды имущества от 10.04.2013 № 13/16 за период с 01.04.2013 по 31.12.2013 в размере 21 185 117 руб. 46 коп.; пени, начисленные за период с 20.05.2013 по 31.12.2013, в сумме 935 859 руб. 94 коп.; плата за фактическое пользование имуществом за период с 01.01.2014 по 21.04.2014, в сумме 8 049 191 руб. 98 коп.; проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные за период с 01.01.2014 по 21.04.2014, 745 122 руб. 57 коп.; обязании должника прекратить использование имущества, являвшегося предметом договора аренды имущества от 10.04.2013 № 13/16 (согласно приложению № 1 к договору) и возвратить указанное имущество АО «БАЭС-2» по акту приёма-передачи.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.06.2015 по делу №А60-15793/2014 взыскано с должника в пользу АО «БАЭС-2» 28 921 372 руб. 99 коп., на должника возложена обязанность прекратить использование имущества, являвшегося предметом договора аренды имущества от 10.04.2013 № 13/16 (согласно приложению № 1 к договору) и возвратить указанное имущество АО «БАЭС-2» по акту приёма-передачи, взыскано с должника в пользу АО «БАЭС-2» 167 606 руб. 86 коп. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины, 100 000 руб. в возмещение расходов на оплату экспертизы, в удовлетворении встречных исковых требований должника к АО «БАЭС-2» отказано.

Фактически имущество возвращено должником арендодателю 01.09.2014.

Согласно пояснениям ФИО1, с 2010 года Концерном «Росэнергоатом» было принято решение о строительстве 50 тысяч квадратных метров жилья в г. Заречный для работников пускаемого в эксплуатацию 4-го блока БАЭС, для чего было открыто финансирование по приобретению технологической линии по производству ЖБИ. Исполнителем по разработке проектной документации, вводу линии в эксплуатацию и собственником являлся ОАО «БАЭС-2». В 2011 году линия была введена в эксплуатацию. В январе 2011 года ОАО «БАЭС-2» инициировало создание должника – арендатора имущества, а ФИО1 предложено возглавить предприятие. За период с января 2011 года по декабрь 2013 года должник с ОАО «БАЭС-2» проводили мероприятия, связанные с выводом производства на проектную мощность. Так, арендная плата за счёт приобретения в этот период кранов, выкатанных телег, ввода склада готовой продукции выросла со 1200 тыс. руб./мес. До 1480 тыс. руб./мес. В свою очередь, должник инвестировал в инфраструктуру производства около 20 млн. руб., что не могло не отразиться на способности предприятия выполнять свои обязательства по аренде, все инвестиции согласовывались с арендодателем. Параллельно велась работа по комплектации кадрами, при списочном составе до 80 человек через кадровую систему предприятия прошло около 500 человек. В процессе деятельности предприятия выявился факт несоответствия качества теплоносителя параметрам, заложенным в проектной документации. В 2012 году ОАО «БАЭС-2» были приняты попытки газофицировать объект. ФИО1 пытался силами своей лаборатории за счёт применения различных химических добавок ускорителей схватывания бетона уменьшить время набора прочности бетонной смеси, но на проектную мощность выйти не удалось. Иначе говоря, параметр, определивший выбор технологии «безопалубочного формования» в 2010 году (должника ещё не было и в проекте), в том числе как преимущество над конкурентами стал причиной, по которой производительность линии снижалась до 50-60% от проектной. В 2013 году ФИО1 стало понятно, что дальнейшее развитие производства на условиях аренды, предлагаемых АО «БАЭС-2», абсолютно бесперспективно. В январе 2014 было предложено изменение условий по договору аренды, где стороны не пришли к согласию. При этом на 01.01.2014 размер задолженности должника составлял 19 млн. руб.

Установив, что руководителем должника были выявлены проблемы производства по результатам 2013 года, приняты попытки их урегулирования, а также изменения условий предоставления имущества в аренду в 2014 году, однако, в отсутствие результатов, при наличии задолженности, погашение которой не произведено в течение свыше трёх месяцев, в последующем взысканной в судебном порядке, при невозможности погашения задолженности за счёт имущества общества, руководителем должника продолжалась вестись убыточная деятельность, суд первой инстанции обоснованно указал, что такое поведение руководителя не соответствует стандарту разумного ведения хозяйственной деятельности.

Учитывая, что арендные платежи по договору аренды от 10.04.2013 №13/16, образовавшиеся за период с 01.04.2013 по 31.12.2013 в размере 19 081 197 руб. 38 руб. не были погашены длительное время, в связи с чем, по состоянию на 01.01.2014 руководитель должника, действующий добросовестно и разумно, должен был прийти к выводу о невозможности исполнения обязательств за счёт активов должника, суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что датой возникновения обязанности по подаче руководителем заявления в арбитражный суд о признании должника банкротом является 01.02.2014.

Вместе с тем, в решении Арбитражного суда Свердловской области от 17.06.2015 по делу №А60-15793/2014 судом установлено, что 27.12.2013 арендодателем в адрес арендатора (должника) было направлено письмо с приложением проекта дополнительного соглашения к договору аренды, предусматривающего продление срока действия договора на срок до 31.03.2014 и увеличения размера фиксированного арендного платежа.

Письмом от 09.01.2014 должник сообщил о невозможности подписания дополнительного соглашения к договору на предложенных условиях.

Арендодатель, полагая договор аренды прекращённым 31.12.2013, обратился к должнику с письмом от 22.01.2014, содержащим требование в срок до 01.02.2014 прекратить использование спорного имущества.

Таким образом, в период с 01.01.2014 по 01.02.2014 между арендодателем и должником велась переписка о подписании дополнительного соглашения к договору аренды, предусматривающего продление срока действия договора.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд апелляционной инстанции считает, что с момента заявленного арендодателем требования о прекращении использования спорного имущества 01.02.2014 бывший руководитель должен был объективно определить наличие одного из условий, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, следовательно, датой возникновения обязанности по подаче руководителем заявления в арбитражный суд о признании должника банкротом является 01.03.2014.

С заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в арбитражный суд 04.08.2016 обратилось АО «Каменск-Уральское автотранспортное предприятие №14».

Поскольку ФИО1, как руководитель должника, обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) не исполнил, суд первой инстанции пришёл к верному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве.

Принимая во внимание, что заключение договоров аренды было направлено на ведение хозяйственной деятельности должника, совершение данных сделок не явилось причиной банкротства должника, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности на основании п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что судом не были применены положения п.п. 2 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, согласно которым именно ФИО6 и ФИО7 являлись контролирующими должника лицами, как участники, обладавшие в совокупности более чем 50% уставного капитала и имевшие право избирать (назначать) руководителя должника, данные учредители фактически контролировали обе стороны сделки и имели в совокупности 70% уставного капитала в ООО «Лизинг», суд первой инстанции необоснованно признал ФИО1 единственным контролирующим должника лицом, не мотивировав отклонение доводов о реальных контролирующих лицах должника, отклоняются.

По смыслу положений ст. 61.14 Закона о банкротстве право определения предмета, основания и субъектного состава обособленного спора по вопросу привлечения к субсидиарной ответственности принадлежит конкурсному управляющему должника.

В рассматриваемом случае конкурсным управляющим должника заявлены требования о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1

В силу п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд о признании его банкротом.

С учётом заявленных оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника у суда первой инстанции отсутствовали основания для установления обстоятельств в отношении иных контролирующих должника лиц.

Ссылка заявителя апелляционной жалобы на то, что суд проигнорировал доводы о том, что ФИО1 был подан встречный иск к арендодателю, на протяжении судебного разбирательства принимались все усилия для улучшения финансового положения должника, работа по выпуску продукции продолжалась, однако кризис 2014 года, затронувший рынок недвижимости привёл к снижению количества заказов на продукцию, представленная в материалы дела в подтверждение доводов о ведении нормальной, разумной хозяйственной деятельности независимая бухгалтерская экспертиза по делу №А60-15793/2014 от 21.05.2015 оставлена судом без внимания, действия ФИО1 не выходили за рамки обычного делового оборота, так как переговоры по условиям договора аренды, работа с текущими платежами, деятельность в условиях нестабильного рынка, судебное разбирательство являются обычными рисками предпринимательской деятельности, временные трудности могли быть преодолены как в результате продолжения производственной деятельности, так и в результате успешного обжалования задолженности перед арендодателем в Арбитражном суде Свердловской области и в результате удовлетворения встречного иска к арендодателю ОАО «Белоярская АЭС-2» на общую сумму 72 007 646 руб. 81 коп., ФИО1 имел все основания полагать, что иск будет удовлетворён полностью или частично, что приводило к положительному изменению финансовой ситуации должника и можно отнести к обычному предпринимательскому риску, действия ФИО1 не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов должника, отклоняются.

Согласно ч.2 ст.65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Как следует из пояснений ФИО1, 2013 году ему стало понятно, что дальнейшее развитие производства на условиях аренды, предлагаемых АО «БАЭС-2», абсолютно бесперспективно; в январе 2014 было предложено изменение условий по договору аренды, где стороны не пришли к согласию; на 01.01.2014 размер задолженности должника составлял 19 млн. руб.

Судом первой инстанции принято во внимание, что в рамках дел о взыскании арендных платежей, должник не оспаривал факт аренды имущества и наличия задолженности, а только её размер в части переменной как плата за электроэнергию. Независимая бухгалтерская экспертиза, на которую ссылается заинтересованное лицо, по делу №А60-15793/2014 не была принята в качестве надлежащего доказательства. Также судом указано, что руководителем должника были выявлены проблемы производства по результатам 2013 года, приняты попытки их урегулирования, а также изменения условий предоставления имущества в аренду в 2014 году, однако в отсутствие результатов, при наличии задолженности, погашение которой не произведено в течение свыше трех месяцев, в последующем взысканной в судебном порядке, при невозможности погашения задолженности за счёт имущества должника, руководителем должника продолжалась вестись убыточная деятельность, что не соответствует стандарту разумного ведения хозяйственной деятельности.

При этом вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.06.2015 по делу №А60-15793/2014 в удовлетворении встречных исковых требований должника к АО «БАЭС-2» было отказано.

Таким образом, выводы суда первой инстанции соответствуют установленным обстоятельствам и основаны на оценке доказательств, представленных в материалы дела в их совокупности.

Согласно реестру требований кредиторов, реестру текущих платежей и расчётам конкурсного управляющего задолженность, включённая в реестр требований кредиторов, образовалась в 2014-2016 годы и составляет в сумме 39 477 311 руб. 03 коп., в том числе: 39 477 310 руб. 49 коп. совокупный размер требований кредиторов должника, 136 688 руб. 15 коп. совокупный размер задолженности по текущим платежам.

Доказательства погашения требований кредиторов за счёт имущества должника, источников формирования конкурсной массы и перспектив выявления имущества должника, в материалах дела отсутствуют.

Установив наличие оснований для привлечения бывшего руководителя должника ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что с ФИО1 подлежит взысканию в пользу должника задолженность в размере 39 477 311 руб. 03 коп.

Вместе с тем, по мнению суда апелляционной инстанции, судом первой инстанции не учтено следующее.

Как отмечалось ранее, руководитель, не исполнивший в отсутствие с его стороны разумных и экономически и стратегически обоснованных объяснений в установленный п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве срок при наличии одного или нескольких условий, указанных в п. 1 ст. 9 названного Закона, обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании возглавляемой им организации состоятельной (банкротом), подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по основанию, установленному п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, указанное основание субсидиарной ответственности имеет существенно отличающую его от иных оснований, закреплённых в п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве, специфику, которая выражается в том, что размер ответственности упомянутого руководителя ограничен объёмом обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, установленного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве (абз. 1 п. 14 постановления Пленум ВС РФ от 21.12.2017 №53).

В связи с этим, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве, в числе обстоятельств, связанных с возникновением одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 указанного Закона, моментом возникновения данного условия, фактом неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия, входит также объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

По смыслу статей 9, 10 Закона о банкротстве лицо, заявляющее требование о привлечении к субсидиарной ответственности, по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, должно четко указать случай, с которым Закон связывает возникновение соответствующей обязанности, и дату возникновения соответствующей обязанности по подаче в суд заявления.

Установление случая, с которым Закон о банкротстве связывает возникновение соответствующей обязанности, имеет существенное значение для целей определения точной даты момента возникновения соответствующей обязанности, с которой Закон о банкротстве связывает наступление субсидиарной ответственности, а также определения её размера.

В рассматриваемом случае судом первой инстанции не были соотнесены момент возникновения обязательств перед каждым кредитором с датой неисполнения руководителем должника установленной п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве обязанности, ограничившись общим размером реестровой и текущей задолженности, что является ошибочным.

В соответствии с решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.06.2015 по делу №А60-15793/2014 с должника в пользу АО «БАЭС-2» взыскано 28 921 372 руб. 99 коп. При этом взыскана задолженность по арендным платежам за период с 01.04.2013 по 31.12.2013 в размере 19 081 197 руб. 38 коп.

Следовательно, указанное обязательство возникло до даты неисполнения руководителем должника установленной п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве обязанности и не может учитываться при определении размера субсидиарной ответственности.

Проанализировав судебные акты о взыскании с должника в пользу кредиторов задолженности, а также о включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов должника судом апелляционной инстанции установлено, что после даты неисполнения руководителем должника установленной п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве обязанности, а именно после 01.03.2014 у должника возникли следующие обязательства: перед АО «БАЭС-2» в размере 7 333 340 руб. 86 коп., перед АО «Каменск-Уральское автотранспортное предприятие №14 в размере 406 544 руб. 20 коп., перед уполномоченным органом в размере 699 313 руб. 61 коп., перед ООО «Банком-Трейд» в размере 125 316 руб. Всего в общем размере 8 564 514 руб. 67 коп.

Таким образом, принимая во внимание, что размер ответственности бывшего руководителя должника ограничен объёмом обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, установленного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции пришёл к выводу о том, что размер субсидиарной ответственности ФИО1 по обязательствам должника составляет 8 564 514 руб. 67 коп., в связи с чем, с ФИО1 в пользу должника в порядке субсидиарной ответственности подлежат взысканию денежные средства в указанном размере, в удовлетворении требований в остальной части следует отказать.

Иные обстоятельства, приведённые в апелляционной жалобе, не имеют правового значения, так как основанием для удовлетворения апелляционной жалобы не являются.

С учётом вышеуказанного, определение арбитражного суда первой инстанции подлежит изменению на основании п.п.1,4 ч.1 ст. 270 АПК РФ.

При подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в подп. 12 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина не уплачивается.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 266, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 24 августа 2020 года по делу № А60-37392/2016 изменить, изложив резолютивную часть определения в следующей редакции:

Заявление конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении бывшего руководителя должника ФИО1 к субсидиарной ответственности удовлетворить частично.

Привлечь ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Домостроительный комбинат «Заречный».

Взыскать с ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Домостроительный комбинат «Заречный» в порядке субсидиарной ответственности денежные средства в размере 8 564 514 рублей 67 копеек.

В удовлетворении требований в остальной части отказать.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

С.И. Мармазова

Судьи

А.Н. Лихачева

Т.В. Макаров