Постановление от 5 декабря 2019 г. 17 ААС (Семнадцатый арбитражный апелляционный суд)

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№17АП-19357/2017-ГК
г. Пермь
06 декабря 2019 года
Дело № А50-6392/2017


Резолютивная часть постановления объявлена 22 октября 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 06 декабря 2019 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Плаховой Т.Ю.,

судей Романова В.А., Чепурченко О.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ходыревой Н.В.,

при участии:

конкурсного управляющего должника ФИО1 (паспорт),

от ответчика, ФИО2 - ФИО3, доверенность от 25.09.2018, паспорт,

от уполномоченного органа – ФИО4, доверенность от 20.12.2018, удостоверение,

от кредитора, ООО «ОргСтрой» - Финанс» - ФИО5, доверенность от 11.01.2019, паспорт (после перерыва),

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции

заявление конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6, ФИО2, ФИО7, ФИО8 и ФИО9

в рамках дела № А50-6392/2017

о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ПрикамьеСтройКомплект» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО10, ООО «Атом-Энерго», ООО «Союзэнергосервис»,

установил:

26.06.2018 в рамках дела о банкротстве ООО «ПрикамьеСтройКомплект» (далее – должник, ООО «ПСК») конкурсный управляющий должника ФИО1 обратился в Арбитражный суд Пермского края с заявлением (с учетом принятого уточнения) о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 45 282 145,91 рублей следующих лиц: ФИО6 (далее – ФИО6), ФИО2 (далее – ФИО2), ФИО7 (далее – ФИО7), ФИО8 (далее – ФИО8), ФИО9 (далее – ФИО9), ФИО11 (далее – ФИО11) на основании п.1 и п.п.1,2 п.2 ст. 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – Закон о банкротстве).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 05.04.2019 (резолютивная часть от 01.04.2019) признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО6 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по долгам должника.

Этим же определением приостановлено производство по заявлению о привлечении ФИО6 и ФИО2 к субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами ООО «ПСК».

Производство по рассмотрению заявления о привлечении к ответственности ФИО12 прекращено.

В удовлетворении остальной части требований отказано.

Ответчик ФИО2, не согласившись с вынесенным определением в части наличия оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт в соответствующей части отменить, ссылаясь на недоказанность соответствующих оснований.

Конкурсный управляющий должника, не согласившись с вынесенным определением в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7, ФИО9, ФИО8, также обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт в соответствующей части отменить, ссылаясь на доказанность соответствующих оснований.

Определениями суда апелляционной инстанции от 11.06.2019 и от 10.07.2019 рассмотрение апелляционных жалоб откладывалось на 10.07.2019 и на 29.07.2019 в связи с необходимостью выяснения дополнительных обстоятельств и представления дополнительных доказательств.

Определением от 29.07.2019 апелляционный суд перешел к рассмотрению настоящего обособленного спора по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, рассмотрение обособленного спора назначено на 09.09.2019 с 14 час. 45 мин. Этим же определением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО10, ООО «Атом-Энерго» и ООО «Союзэнергосервис».

Определениями апелляционного суда от 09.09.2019 и от 02.10.2019 судебное разбирательство откладывалось на 02.10.2019 и на 22.10.2019 соответственно.

Определением от 22.10.2019 произведена замена судьи Мухаметдиновой Г.Н. на судью Романова В.А. После замены судьи рассмотрение дела начато сначала в составе председательствующего судьи Плаховой Т.Ю., судей Романова В.А., Чепурченко О.Н.

До начала судебного разбирательства от конкурсного управляющего поступили дополнительные пояснения.

От ответчика, ФИО2 поступили возражения на заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности. Также поступило заявление о поддержании предъявленного в суд 09.07.2019 ходатайства о назначении экспертизы по делу.

От ответчика, ФИО6 поступили возражения на заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, а также заявление, в котором он поддержал ходатайство ФИО2 о назначении экспертизы.

В судебном заседании 22.10.2019, проведенном с перерывом до 15-15 час. того же дня, представитель ответчика ФИО2 поддержал ранее заявленное ходатайство о назначении экспертизы, а также представил заявление об уточнении ходатайства о назначении экспертизы, в котором уточнил перечень вопросов, которые, по его мнению, следует поставить на разрешение эксперту.

Конкурсный управляющий, представитель уполномоченного органа, а также явившийся после перерыва представитель кредитора (ООО «ОргСтрой-Финас») возражали против удовлетворения ходатайства ФИО2 о назначении экспертизы.

Ходатайство ответчика ФИО2 о назначении по делу судебной экспертизы рассмотрено судом апелляционной инстанции в порядке ст. 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) и отклонено в связи со следующим.

Согласно ч. 2 ст. 82 АПК РФ круг и содержание вопросов, по которым проводится экспертиза, определяются судом. Определяя круг и содержание вопросов, по которым необходимо провести экспертизу, суд исходит из того, что вопросы права и правовых последствий оценки доказательств не могут быть поставлены перед экспертом, что разъяснено в п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе».

Рассмотрев круг вопросов, заявленных ответчиком к постановке перед экспертом, апелляционный суд пришел к выводу, что данные вопросы фактически относятся к вопросам права, а не специальных познаний.

Поскольку предложенные ответчиком для разрешения экспертом вопросы не требуют специальных познаний и не могут быть поставлены перед экспертом в силу приведенных выше норм права и разъяснений вышестоящего суда, основания для удовлетворения ходатайства истца о назначении экспертизы отсутствуют.

Кроме того, апелляционный суд признает обоснованными доводы конкурсного управляющего должника о невозможности проведения истребуемой ответчиком экспертизы, поскольку какая-либо первичная документация относительно деятельности должника в деле отсутствует по причине ее не передачи бывшим руководителем конкурному управляющему.

Принимая во внимание наличие в деле анализа финансово-хозяйственной деятельности должника, а также заключения о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства должника, которые никем из лиц, участвующих в деле, не оспорены, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в данном конкретном случае необходимость проведения экспертизы отсутствует, поскольку с учетом заявленных требований и возражений сторон рассмотрение настоящего спора возможно без назначения экспертизы по представленным сторонами в материалы дела документам.

Конкурсный управляющий заявленные требования поддержал с учетом письменных пояснений, представленных 24.07.2019.

Представитель ответчика ФИО2 по мотивам, изложенным в ранее представленных пояснениях, просил в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказать.

Представитель кредитора (ООО «ОргаСтрой-Финанс») поддержал доводы, изложенные в ранее представленном отзыве от 03.07.2019.

Представитель уполномоченного органа по мотивам, изложенным ранее в письменном отзыве, поддержал позицию конкурсного управляющего.

Все лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом. В силу ст.ст.156, 266 АПК РФ неявка лиц не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, ООО «ПСК» зарегистрировано 07.09.2010 ИФНС России по Индустриальному району г.Перми, общество внесено в ЕГРЮЛ с присвоением ОГРН <***>.

Основным видом деятельности общества является торговля оптовая прочими машинами, оборудованием и принадлежностями; среди дополнительных видов деятельности – строительство жилых и нежилых зданий.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 19.05.2017 по результатам рассмотрения заявления ООО «Альтернатива» в отношении ООО «ПСК» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1

Решением Арбитражного суда Пермского края от 14.11.2017 ООО «ПСК» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, определением суда от 22.05.2018 конкурсным управляющим утвержден ФИО1

В рамках названного дела о банкротстве конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО6, ФИО2, ФИО7, ФИО8, ФИО9

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указывал на невозможность погашения требований кредиторов вследствие не передачи ФИО6 документов и имущества должника, в связи с чем, имеются основания для привлечения данного ответчика к субсидиарной ответственности по п.п. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Помимо этого конкурсный управляющий указывал на наличие оснований для привлечения бывшего руководителя и учредителя должника ФИО6, учредителя должника ФИО2, а также ФИО7, ФИО9 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по п. 1 ст. 61.11 и подп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

В обоснование привлечения ФИО7, ФИО9 и ФИО8 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ссылался на то, что с расчетного счета должника в адрес ООО «Атом-Энерго» безвозмездно перечислялись денежные средства, впоследствии часть денежных средств перечислялась в адрес ответчиков – ФИО2, ФИО7 и его супруги ФИО9, что свидетельствует об аффилированности ООО «ПСК» и ООО «Атом-Энерго», а также о направленности намерений руководителей и участников данных организаций на вывод денежных средств с ООО «ПСК» в адрес ООО «Атом-Энерго».

После перехода апелляционным судом к рассмотрению спора по правилам, установленным для рассмотрения дела судом первой инстанции, конкурсным управляющим должника представлены уточнения к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника, к числу которых отнесены ФИО6 (бывший руководитель и участник общества с долей 66%), ФИО2 (участник должника с долей 34%), а также ФИО7 и ФИО9

Конкурсный управляющий поддержал первоначально заявленное требование о привлечении бывшего руководителя должника ФИО6 к субсидиарной ответственности в связи с не передачей имущества и документов должника.

Впоследствии, согласно дополнительным пояснениям, поступившим в апелляционный суд 24.07.2019, конкурсный управляющий просил привлечь солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ПСК» в размере 45 282 145,91 руб. ФИО6, ФИО2, ФИО7, взыскать с ФИО9 убытки в размере 1 661 973,10 руб.

В поступивших в суд апелляционной инстанции письменных пояснениях конкурсный управляющий описал обстоятельства, свидетельствующие о причинах возникновения у должника признаков объективного банкротства, в частности, схему взаимоотношений между должником и связанными с ним лицами – ООО «Союзэнергосервис» (ФИО7 - руководитель и участник общества с долей 66%, ФИО2 участник общества с долей 34%) и ООО «Атом-Энерго» (руководитель и единственный участник общества до 11.01.2017 – ФИО10, с 11.01.2017 - ФИО8), в соответствии с которой 65% привлеченных должником в заем денежных средств сразу по их получении направлялись в адрес ООО «Союзэнергосервис» и ООО «Атом-Энерго» в отсутствие каких-либо обязательств, при этом обслуживание займов (оплата процентов по займам) осуществлялось должником, с 3 квартала 2015 года должник направлял все поступившие в его адрес от ведения хозяйственной деятельности и не участвующие в закупе товаров для деятельности денежные средства, то есть всю выручку, также в адрес указанных лиц, при этом не рассчитывался с субподрядчиками и прекратил деятельность; необходимые текущие обязательства оплачивали названные аффилированные лица за счет поступивших в их адрес от должника в отсутствие правовых оснований денежных средств; у должника постоянно обнулялся счет, денежные средства находились на счетах аффилированных лиц; указанные взаимоотношения направлены исключительно на причинение вреда кредиторам должника, не имеющим вследствие описанных выше действий контролирующих должника лиц, получить удовлетворение своих требований.

Конкурсный управляющий просил привлечь солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании п.4 ст. 10 Закона о банкротстве за доведение должника до банкротства ФИО2 и ФИО7 как контролирующих должника лиц, а также как выгодоприобретателей, получивших в отсутствие законных оснований денежные средства должника, выведенные на расчетный счет ООО «Атом-Энерго».

В отношении ФИО6 в уточнении не сказано, однако, конкурсный управляющий от ранее предъявленного к ФИО6 требования о привлечении к субсидиарной ответственности за доведение должника до банкротства не отказывался.

С ФИО9 конкурсный управляющий просил взыскать убытки в размере 1 661 973,10 руб. в связи с безосновательным получением денежных средств должника.

В отношении ФИО8 конкурсный управляющий основания для привлечения к субсидиарной ответственности не уточнил, отказ от требований в отношении данного ответчика также не заявил, в связи с чем, апелляционный суд исходит из того, что ФИО8 в рамках настоящего спора привлекается к субсидиарной ответственности по основаниям, ранее заявленным конкурсным управляющим в суде первой инстанции (ФИО8, являясь единственным участником и руководителем ООО «Атом-Энерго», получил выгоду в результате действий руководителя должника по перечислению в пользу названного общества, без всяких оснований и встречного предоставления, денежных средств должника).

Исследовав материалы дела, оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке ст.71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального права, доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Конкурсным управляющим предъявлено требование о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности в связи с не передачей имущества и документов должника.

В абзаце втором п. 3 ст. 56 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) (в редакции, действовавшей в спорный период) и п. 3 ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (в редакции, действовавшей как в спорный период, так и в настоящее время) содержится общая норма о субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью его участника, который имеет право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеет возможность определять действия организации, в ситуации, когда несостоятельность (банкротство) хозяйственного общества вызвана таким участником и имущества юридического лица недостаточно для проведения расчетов с кредиторами.

Аналогичное правило закреплено в настоящее время в абзаце первом п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве и согласуется с правовой позицией пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 22 совместного постановления от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

По смыслу названных положений закона, необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

Согласно п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия (за исключением полномочий общего собрания участников должника, собственника имущества должника принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника).

Руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Материалами дела установлено, с 07.09.2010 по дату введения конкурсного производства руководителем и с 07.09.2010 по 28.12.2017 являлся ФИО6

Согласно бухгалтерскому балансу ООО «ПСК» по состоянию на последнюю отчетную дату – 31.12.2016, стоимость имущества предприятия составила 39 588 тыс. рублей, в том числе внеоборотные активы - 27 тыс. рублей, оборотные активы - 39 561 тыс. рублей, из которых: запасы составляют 5 530 тыс. рублей, дебиторская задолженность - 34 031 тыс. рублей.

В нарушение ст. 126 Закона о банкротстве обязанность по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, материальных и иных ценностей ФИО6 не исполнена.

Факт не передачи конкурсному управляющему активов должника, в том числе основных средств и запасов, подлежащих включению в конкурсную массу, а также первичных документов, подтверждающих имеющуюся у ООО «ПСК» дебиторскую задолженность на сумму 34 031 тыс. рублей, подтверждается вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Пермского края от 30.01.2018 по делу № А50-6392/2017, согласно которому суд обязал ФИО6 передать конкурсному управляющему учредительные документы, сведения об активах, имуществе и иных ценностях должника, подлежащих включению в конкурсную массу, а также информацию и документы, касающиеся деятельности должника; первичные документы ООО «ПСК», подтверждающие дебиторскую задолженность на сумму 34 031 000 рублей; запасы ООО «ПСК» на сумму 5 530 000 рублей; внеоборотные активы ООО «ПСК» на сумму 27 000 рублей.

На основании вступившего в законную силу судебного акта судом выдан исполнительный лист, который был направлен на принудительное исполнение в службу судебных приставов.

Однако до настоящего момента судебный акт ответчиком не исполнен, активы должника, подлежащие включению в конкурсную массу, и первичные документы, подтверждающие дебиторскую задолженность ООО «ПСК», конкурсному управляющему не переданы.

Неисполнение ФИО6 обязанности по передаче конкурсному управляющему имущества и документов должника повлекло невозможность пополнения конкурсной массы и, как следствие, удовлетворение требований кредиторов должника. При этом размер активов должника, указанный в бухгалтерской отчетности, позволял бы погасить ряд требований кредиторов.

В силу п. 2 ст. 401, п. 2 ст. 1064 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Поскольку наличие имущества и документов у руководителя должника предполагается и его передача является обязательным требованием закона, то именно руководитель должника обязан доказывать наличие уважительных причин непередачи имущества.

Таким образом, доказательства отсутствия вины должны быть представлены самим руководителем должника, как лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности, в соответствии с требованиями п. 2 ст. 401, п. 2 ст. 1064 ГК РФ.

Между тем, со стороны ФИО6 в дело не представлены ни доказательства передачи имущества и документов должника в объеме, которое сопоставимо с объемом, указанным в бухгалтерском учете должника, ни доказательства его утраты.

При рассмотрении дела судом первой инстанции ФИО6 отзыв не представлен, какие-либо пояснения не даны.

В суд апелляционной инстанции данным ответчиком представлены возражения на заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, в котором приведены доводы, касающиеся иного основания для его привлечения к ответственности, какие-либо пояснения относительно непередачи документации и имущества должника в нем не содержатся, указано лишь на недоказанность со стороны конкурсного управляющего, что непередача документации существенно затруднила проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, имеется прямой причинно-следственной связи между непередачей документации и невозможностью погашения требований кредиторов, при том, что необходимые иски конкурсным управляющим поданы.

Согласно представленному суду апелляционной инстанции объяснению ФИО6, данному им сотруднику правоохранительных органов в рамках проверки по заявлению конкурсного управляющего ООО «ПСК» о возбуждении уголовного дела по ст.ст. 195,196 УК РФ по факту доведения общества до банкротства, вся бухгалтерская и иная документация ООО «ПСК» была им сдана в макулатуру и вывезена из офиса по адресу: <...> неизвестными ему лицами по объявлению; по дебиторской задолженности ООО «ПСК» он предположил, что это задолженность ООО «Союзэнергосервис» по договорам займа (документы по договорам не сохранились по указанным выше причинам), запасы в размере 5 530 000 руб. – это стройматериалы, которые были закуплены для выполнения работ по ремонту детского сада по адресу: <...> в рамках заключенного по итогам аукциона контракта; работы выполнены, но не приняты в части работ по ремонту кровли на сумму порядка 3 млн. руб., факт выполнения остальных работ на сумму порядка 3 млн. заказчик не отрицает, задолженность по оплате этих работ конкурсный управляющий может взыскать.

Таким образом, в данном случае ФИО6 совершены умышленные действия, направленные на уничтожение всей документаций ООО «ПСК», в целях сокрытия данных о хозяйственной деятельности общества, о возможном совершении контролирующими должника лицами заведомо невыгодных сделок, выведении активов должника, лишение конкурсного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем и иными контролирующими должника лицами своих обязанностей по отношению к должнику; иная цель уничтожения документов не усматривается.

С учетом основного вида деятельности ООО «ПСК» - строительство жилых и нежилых зданий, установленного вступившими в законную силу судебными актами факта участия должника в конкурсах и тендерах по строительству и ремонту объектов недвижимости, в том числе муниципальных объектов надвижимости, запасы, отраженные в бухгалтерской отчетности должника, могли представлять собой неиспользованные или оставшиеся строительные материалы, строительные инструменты, оборудование, техника и пр.

Какие-либо подтверждающие приобретение стройматериалов, их использование при ремонте детского сада, других объектах документы, обоснование причин не списания такого рода запасов, ФИО6 не представлены.

При таком положении нельзя сделать вывод об отсутствии вины ФИО6 в невозможности передать конкурсному управляющему имущество должника в полном объеме.

В результате умышленного уклонения бывшего руководителя должника от передачи конкурсному управляющему имущества, бухгалтерской и иной документации должника, в конкурсную массу не поступили активы на сумму 39 588 тыс. руб., то есть 89% от размера задолженности, включенной в реестр требований кредиторов должника.

Ссылка ответчика на подачу конкурсным управляющим исков о взыскании с дебиторов задолженности как свидетельство отсутствия существенного затруднения в проведении процедуры банкротства, не пополнения конкурсной массы в связи с не передачей им документации в отношении дебиторской задолженности, отклоняется.

Согласно пояснениям конкурсного управляющего, из выписки по расчетному счета должника им установлено, что у должника в период деятельности имелось более 520 контрагентов, в ходе хозяйственной деятельности оборот денежных средств на расчетном счете составил по дебету более 361 500 336,60 руб., в том числе 28 платежей на общую сумму 1 879 929,24 руб. с назначением платежа – «предоплата по счету», «предоплата по договору»; более 280 платежей на общую сумму 248 048 844,90 руб. с назначением платежа «оплата по счету», «оплата по договору», «оплата по договору займа». Указанное позволило ему прийти к выводу о реальности хозяйственной деятельности должника и достоверности сведений в бухгалтерском балансе о наличии дебиторской задолженности в сумме 34 031 тыс. руб.

Как установлено ранее, первичные документы по предприятию, перечень дебиторов, расшифровка дебиторской задолженности, какая-либо документация по ней бывшим руководителем конкурсному управляющему не переданы.

Вопреки утверждению ответчика ФИО6, принимая во внимание количество контрагентов, отраженных в выписке по счету, назначение платежей, указанных в выписке, отсутствие у конкурсного управляющего каких-либо сведений и документов, возможности достоверно определить перечень конкретных дебиторов, конкретный размер и основания возникновения задолженности у каждого из дебиторов у конкурсного управляющего не имелось.

Согласно отчету конкурсного управляющего о своей деятельности от 03.06.2019, представленному в материалы дела решению Арбитражного суда Пермского края от 19.10.2018 по делу № А50-17373/18 конкурсным управляющим был подан иск к ООО «АтомЭнерго» о взыскании неосновательного обогащения, основанный на данных выписки по расчетному счету должника, иск удовлетворен, с ответчика взыскано 9 360 507,91 руб.; фактически судебный акт не исполнен. Сведения о предъявлении исков к иным лицам отсутствуют.

Из названого выше отчета следует, что какое-либо имущество у должника отсутствует, конкурсная масса не сформирована.

Согласно названному отчету конкурсного управляющего о своей деятельности, дополнительным пояснениям конкурсного управляющего, поступившим в суд апелляционной инстанции 18.10.2019, общая сумма требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов (на момент подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности) составляла 45 689 382,24 руб., на 18.10.2019, с учетом частичного погашения требований в сумме 1 100 000 руб., сумма непогашенных требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, составляет 44 589 382,24 руб.; размер текущих обязательств – 678 тыс. руб.

Таким образом, поскольку ФИО6, как руководитель должника, не обеспечил передачу имущества и документов должника конкурсному управляющему, его бездействие является противоправным, более того, из материалов дела усматривается умышленные действия по уничтожению документации должника, что свидетельствует о наличии вины в причинении убытков кредиторам юридического лица - банкрота.

Также следует признать, что наличествует причинно-следственная связь между противоправным и виновным поведением ФИО6 и причинением вреда интересам конкурсных кредиторов, так как в случае передачи конкурсному управляющему документации по дебиторской задолженности должника, имущества должника управляющий смог бы предпринять действия ко взысканию дебиторской задолженности, оценке имущества и его реализации, в отсутствие документации, имущества совершить такого рода действия конкурсный управляющий не в состоянии.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд полагает, что противоправный характер поведения лица – ФИО6, наличие у потерпевших лиц убытков, причинной связи между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями, наличие вины правонарушителя установлены.

Данные действия со стороны ФИО6 препятствуют проведению мероприятий в рамках конкурсного производства, направленных на пополнение конкурсной массы должника, и тем самым причиняют вред должнику и его кредиторам.

Доказательства того, что формирование конкурсной массы в размере, недостаточном для погашения всех требований кредиторов, явилось не следствием уклонения ФИО6 от передачи имущества и документации должника, а по иным причинам, ответчиком не доказано; презумпция п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве им не опровергнута.

На основании изложенного, исследовав и оценив представленные в дело доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности по п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве.


Конкурсным управляющим предъявлено требование о привлечении ФИО6, ФИО2, ФИО7, ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании п.4 ст. 10 Закона о банкротстве за доведение должник до банкротства.

Согласно п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии, в частности, одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в ст.ст. 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (п. 3 ст. 1 ГК РФ).

В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.

По утверждению конкурсного управляющего, применительно к заявленному основанию для привлечения к субсидиарной ответственности, контролирующими должника лицами являлись ФИО6, ФИО2, ФИО7, ФИО8

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ учредителями ООО «ПСК» являлись:

- в период с 07.09.2010 по 16.09.2012:

ФИО6, размер доли в уставном капитале 100%;

- в период с 17.09.2012 по 15.08.2013:

ФИО6 – 50%;

ФИО2 – 25%;

ФИО13 – 25%;

- в период с 16.08.2013 по 21.03.2016:

ФИО6 – 66%;

ФИО2 – 34%;

- в период с 22.03.2016 по настоящее время:

ФИО6 – 66%;

ООО «ПСК» - 34%.

Как установлено ранее, с момента создания ООО «ПСК» (07.09.2010) и до введения конкурсного производства руководителем должника являлся ФИО6

Таким образом, ФИО6 и ФИО2 являются контролирующими должника лицами в силу своего участия в уставном капитале должника, ФИО6 – дополнительно как бывший руководитель должника.

Также ФИО2 является учредителем ООО «Союзэнергосервис»: в период с 17.06.2013 по 20.08.2013 с размером доли участия в уставном капитале названного общества 50%, в период с 21.08.2013 по настоящее время – с долей участия в уставном капитале общества в размере 34%.

Учредителем ООО «Союзэнергосервис» с момента создания общества (17.06.2005) являлся ФИО7, а затем в указанные выше периоды – соучредителем наряду с ФИО2 с размером доли участия в уставном капитале общества 50% и 66% соответственно. Руководителем данного общества с 18.04.2011 и по настоящее время является ФИО7

В период с 11.02.2015 по 10.01.2017 учредителем ООО «Атом-Энерго» являлся ФИО10; в период с 11.01.2017 по настоящее время – ФИО8, они же в указанные периоды являлись руководителями общества.

Исходя из материалов дела, пояснений лиц, участвующих в деле, данных в судебном заседании суда апелляционной инстанции, а также материалов проверки по заявлению конкурсного управляющего ООО «ПСК» о возбуждении уголовного дела по факту доведения ООО «ПСК» до банкротства апелляционным судом установлены следующие обстоятельства.

В 2014-2016гг. офисы ООО «ПСК» и ООО «Союзэнергосервис» располагались на 3 этаже здания по адресу: <...>; учредителей и руководителей указанных организаций ФИО6 и ФИО7 связывали давние партнерские и дружеские отношения. ФИО6

В 2012 году ФИО7 инициировал и организовал схему финансирования деятельности принадлежащего ему ООО «Союзэнергосервис» через ООО «ПСК»: обратился к ФИО2 с просьбой организовать встречу с его сыном ФИО14, имевшим связи с контролирующими лицами группы компаний «Финансовый дом»; указанная встреча между ФИО7 и сыном ФИО2 состоялась, была достигнута договоренность об открытии финансирования через группу предприятий «Финансовый Дом», а именно, через ООО «ОргСтрой-Финанс» и ООО «Строй-Контраст»; при этом ООО «ОргСтрой-Финанс» и ООО «Строй-Контраст» не могли заключить договоры займа напрямую с ООО «Союзэнергсервис», как торговой организации, в связи с чем, было предложено финансирование для ООО «ПСК» под различные строительные контракты; при этом изначально оговаривалось, что часть полученных ООО «ПСК» в результате такого финансирования денежных средств будет направлена на счет ООО «Союзэнергосервис» для осуществления им сделок; ФИО2 вводится в состав учредителей обоих обществ; финансирование оформляется договорами займа; заключение каждого договора займа обговаривалось между ФИО6 и ФИО7, переговоры по каждому из договоров займа с займодавцами вел ФИО7; по утверждению ФИО6 на подписании договоров присутствовали ФИО6, ФИО7 и ФИО2; после привлечения указанного финансирования контроль за деятельностью ООО «ПСК» начал осуществлять ФИО7

В 2015 году по предложению ФИО7 сотрудник ООО «Союзэнергосерсвис» ФИО10 зарегистрировал ООО «Атом-Энерго»; данное общество также было включено в указанную выше схему финансирования, на которую наряду с ООО «Союзэнергосервис» также со стороны ООО «ПСК» безосновательно переводились денежные средства.

Все три общества «ПСК», «Союзэнергосервис», «АтомЭнерго» позиционировались как группа компаний, контролируемых одними лицами.

Из материалов дела усматривается, что между ООО «ПСК» и ООО «Строй-Контраст», а затем и с ООО «ОргСтрой-Финанс» в период с марта 2013 года по ноябрь 2015 года заключено 13 договоров займа; всего должнику по данным договорам перечислено 108 500 000 руб.

Из привлеченных на условиях займа денежных средств ООО «ПСК» перечислено в адрес ООО «Союзэнергосервис» 49 365 974 руб.; в адрес ООО «АтомЭнерго» - 21 721 500 руб.

В свою очередь, из денежных средств, поступивших от ООО «ПСК» на расчетный счет ООО «Атом-Энерго», часть была перечислена ФИО2 (611 000 руб.), ФИО7 (262 574 руб.) и ФИО9 (1 661 973,10 руб.) либо иным лицам за них по их личным обязательствам, всего 2 535 547,10 руб.

При этом из выписки по расчетному счету должника прямо следует, что указанные платежи совершены именно за счет денежных средств, перечисленных должником, - в тот же день или в ближайшие дни, при этом иных поступлений на счет должника в указанный период не было.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 19.10.2018 по делу № А50-17373/18 удовлетворен иск ООО «ПСК» о взыскании с ООО «Атом-Энерго» неосновательного обогащения в сумме 9 360 507,91 руб., судом установлено фактическое отсутствие между сторонами спора договорных отношений, отсутствие наличия встречного предоставления; в отсутствие законных оснований ООО «ПСК» в период с 29.05.2015 по 20.09.2016 перечислило в адрес ООО «Атом-Энерго» 21 721 500 руб., последнее возвратило 12 360 992,09 руб., при этом ООО «ПСК» в период с 2015 года до даты введения в отношении него процедуры банкротства с требованиями о погашении задолженности к ООО «Атом-Энерго» не обращалось.

Согласно материалам дела, расчету конкурсного управляющего на основании выписки по счету должника, за период с мая 2012 года до закрытия сета в сентябре 2016 года ООО «ПСК» в адрес ООО «Союзэнергосервис» был поставлен товар на общую сумму 44 106 312 руб. и, как указано ранее, перечислены денежные средства в сумме 49 365 974 руб., то есть общая сумма перечисления составила 93 472 286 руб.; в свою очередь, ООО «Союзэнергосервис» перечислило в адрес ООО «ПСК» в общей сложности 86 901 805 руб., включая платежи ООО «Союзэнергосервис» в июле-сентябре 2016 года в адрес ООО «ОргСтрой-Финанс» за ООО «ПСК» на общую сумму 8 500 000 руб. (возврат денежных средств по договору займа, оплата процентов по договору займа); в период с 2012-2016гг. общая сумма активов должника, предоставленных ООО «Союзэнергосервис», превысила сумму встречного предоставления на 6 570 481 руб.

По расчету ООО «ОргСтрой-Финанс», общая сумма денежных средств, перечисленных в счет погашения обязательств должника по договорам займа с ООО «ОргСтрой-Финанс» и ООО «Строй-Контраст» должником и ООО «Союзэнергосревис» составила 102 377 101,57 руб., из них 81 500 000 руб. в счет возврата заемных средств, 20 877 101,57 руб. в счет уплаты процентов.

Требования ООО «ОргСтрой-Финанс» (с учетом уступки прав требования к должнику по договорам займа, заключенным с ООО «Строй-Контраст») в включено в реестр требований кредиторов ООО «ПСК» - 30 938 531,46 руб. основного долга, 7 539 605,93 руб. финансовых санкций.

Таким образом, из полученных на условиях займа денежных средств в общем размере 108 500 000 руб. ООО «ПСК» непосредственно в день их поступления либо в ближайшие дни перечислило ООО «Союзэнергосервис» и ООО «Атом-Энерго» в отсутствие оснований для этого 71 087 474 руб., что составляет 65% от общей суммы заемных денежных средств.

При этом бремя возврата заемных средств и обслуживания займов, предоставленных ООО «ОргСтрой-Финанс» и ООО «Строй-Контраст», в виде уплаты процентов за пользование заемными денежными средствами в размере от 22 до 26 процентов годовых легло на ООО «ПСК».

Как следует из материалов дела, из полученных по договорам займа денежных средств в распоряжении ООО «ПСК» оставались лишь денежные средства, необходимые для выполнения обязательств по договорам строительного подряда, в том числе по государственным и муниципальным контрактам (закупка строительных и пр. материалов, оборудования и пр.); возврат заемных средств и выплата процентов осуществлялись за счет поступившей от заказчиков оплаты по договорам за выполненные работы.

Конкурсным управляющим проведен анализ движения денежных средств по счету должника, в результате которого установлено, что в декабре 2015 года должник прекратил платежи в адрес контрагентов (поставка материалов, субподрядные работы) за счет поступившей от заказчиков оплаты выполненных в рамках договоров подряда работ; тогда же должник начал нарушать условия договоров займа с ООО «ОргСтрой-Финанс»; все свободные денежные средства, поступившие на его расчетный счет от заказчиков, должник перечисляет на счета ООО «Союзэнергосервис» и ООО «Атом-Энерго».

К примеру, 09.12.2015 от Департамента финансов Администрации г.Перми по контракту (объект работ – МАДОУ «Центр развития ребенка – детский сад № 269») на счет должника поступили денежные средства в сумме 2 326 664,54 руб., в тот же день 2 000 000 руб. должник перечисляет на счет ООО «Союзэнергосервис»; 10.12.2015 от того же заказчика по тому же объекту поступают денежные средства в сумме 1 570 864,38 руб.; 10-11.12.2015 должник осуществляет расходные операции по текущей деятельности на сумму 670 864,38 руб. и 11.12.2015 направляет 900 000 руб. ООО «Союзэнергосервис».

Аналогичная ситуация складывается вплоть до октября 2016 года, причем доля перечислений в адрес аффилированных обществ относительно полученной от заказчиков суммы увеличивается; даже при поступлении денежных средств в незначительном размере большая их часть перечисляется аффилированным обществам (к примеру, 06.09.2016 на счет должника поступило 40 020 руб., на следующий день 38 000 руб.).

В этот же период согласно выписке по счету должника, ООО «Союзэнергосервис» и ООО «Атом-Энерго» производят в адрес должника платежи, размер которых соответствует потребности должника в совершении определенной хозяйственной операции (к примеру, 28.01.2016 от ООО «Союзэнергосервис» поступило 10 000 руб., которые в этот же день должник направил на хозяйственные нужды, после чего счет обнулился; 12.05.2016 от ООО «Атом-Энерго» поступают денежные средства в размере 840 000 руб., которые в тот же день должник перечисляет ООО «ОргСтрой-Финанс» в оплату процентов по договору займа и т.д.).

Таким образом, начиная с декабря 2015 года ООО «ПСК» все свободные, не используемые в хозяйственной деятельности денежные средства, выводит на ООО «Союзэнергосервис» и ООО «Атом-Энерго».

Ввиду закрытия всех действовавших контрактов и направления всей выручки по данным выполненным контрактам в адрес аффилированных лиц, предприятие уже не рассчитывается с субподрядчиками и прекращает деятельность, необходимые текущие расходы оплачивают аффилированные лица в счет погашения задолженности перед ООО «ПСК» и за счет денежных средств последнего, при этом на расчетном счете должника никогда не остаются свободные денежные средства, свободные денежные средства переводятся на аффилированные общества, счет должника постоянно «обнуляется».

Изложенные выше обстоятельства позволяют прийти к выводу, что потребность ООО «ПСК» в таком объеме финансирования на условиях заимствования отсутствовала, заемные денежные средства ООО «ПСК» получило в интересах аффилированных лиц, которые без каких-либо расходов пользовались денежными средствами должника, и в убыток себе, неся бремя по уплате процентов за пользование этими займами.

Согласно анализу финансовой деятельности должника основной причиной банкротства является высокий уровень расходов по обслуживанию долга компании (процентам к уплате), который не мог быть покрыт за счет результатов от основной и прочих видов деятельности; в связи с указанным фактом, наличием большого количества не обеспеченных имуществом должника обязательств, по всей видимости, руководством компании было принято решение о «сворачивании» деятельности предприятия, с одновременным уклонением от исполнения им своих обязательств; данный факт подтверждает существенное снижение объема выручки от реализации (в 16,35 раз) при одновременном росте прочих доходов (за 2016г. превышают выручку от реализации на 1 534 тыс. руб./41%); при снижении оборотов компании могла происходить реализация ее имущества с одновременным выведением средств из оборота либо преимущественным погашением обязательств перед каким-либо кредитором.

Данные результаты анализа позволили прийти к выводу о наличии признаков преднамеренного банкротства.

Ответчик ФИО2 ссылается на наличие объективной причины прекращения хозяйственной деятельности ООО «ПСК» - включение общества в реестр недобросовестных поставщиков по результатам рассмотрения арбитражным судом иска МАДОУ «Детский сад № 364» о взыскании с должника возмещения нанесенного ущерба в размере 1 800 175,11 руб., штрафа в сумме 331 467,20 руб. (дело № А50-25031/2015).

В рамках указанного дела суд апелляционной инстанции (постановление от 25.07.2016) удовлетворил исковые требования МАДОУ «Детский сад № 364», установив нарушения ООО «ПСК» договорных обязательств, как по качеству выполненных работ, так и по срокам их выполнения. Взыскание убытков и штрафа, с учетом из размера, причиной банкротства не являются.

Вопрос о включении должника в реестр недобросовестных поставщиков в рамках данного дела не рассматривался, соответствующие в выводы в судебных актах по названному делу отсутствуют. Действительно, в соответствии с действующим законодательством отказ заказчика от исполнения государственного или муниципального контракта ввиду нарушения подрядчиком условий контракта по качеству, по сроку выполнения работ влечет признание подрядчика недобросовестным, включение его в соответствующий реестр, последствием чего является невозможность участия в торговых процедурах на право заключения государственных и муниципальных контрактов. Однако, в указанной ситуации такой подрядчик не лишен возможности осуществления своей уставной деятельности, заключения гражданско-правовых договоров в ином порядке. Доказательства прекращения ведения должником своей хозяйственной деятельности ввиду отсутствия возможности заключать государственные и муниципальные контракты в деле отсутствуют, но нет и сведений о заключении в последующий период каких-либо договоров.

Возможно, данное обстоятельство явилось поводом для «сворачивания» деятельности общества, но поскольку доходы от деятельности ООО «ПСК» даже с учетом наличия действующих контрактов не покрывали расходы на обслуживание займов, само по себе это обстоятельство ранее изложенные выводы не опровергает, напротив, дополнительно свидетельствует о правильности выводов арбитражного управляющего, изложенных в анализе финансового состояния должника.

Наличие экономической целесообразности описанной схемы взаимоотношений между ООО «ПСК», ООО «Союзэнергосервис», ООО «Атом-Энерго», какой-либо экономической выгоды от ее реализации для должника не раскрыты, доказательства получения должником какого-либо положительного финансового эффекта не представлены.

Прибыль (выручку) от подобного рода финансовых вложений в деятельность аффилированных лиц должник не получал, при этом нес соответствующие обязательства, как по возврату заемных денежных средств, в том числе которыми не пользовался, а также по уплате процентов.

Всего ООО «Союзэнергосервис» и ООО «Атом-энерго» должнику не возвращено 18 931 473,09 руб.; должником уплачено процентов по всем договорам займа более 20 млн. руб.; если исходить из того, что 65% полученных по договорам займа денежных средств перечислены аффилированным лицам, то получается, что из 20 млн. руб. уплаченных должником процентов (за вычетом суммы уплаченных ООО «Союзэнергосервис» за должника процентов по займам) порядка 13 млн. руб. – это проценты на денежные средства, которыми должник не пользовался. То есть при самом приблизительном расчете, без учета утраты должником потенциального дохода от использования всей суммы заемных средств, отрицательный экономический эффект для должника в результате реализации описанной схемы взаимоотношений в группе лиц составил порядка 32 млн. руб.

Отсутствие прибыли, с учетом принятых на себя в рамках заемных правоотношений обязательств, в том числе по выплате процентов, систематический характер подобного рода внутригруппового взаимодействия, позволяет сделать вывод об отсутствии источника пополнения собственных средств для ведения нормальной хозяйственной деятельности, что неминуемо ведет к банкротству юридического лица.

Подобная модель ведения бизнеса не отвечает принципам добросовестного поведения участников хозяйственного оборота, негативно сказывается на деятельности самого должника, причиняя ему вред в виде роста кредиторской задолженности, не покрываемой ввиду вывода привлекаемых активов и отсутствия получения прибыли от их дальнейшего внутригруппового распределения, в том числе от спорных операций, а также свидетельствует о выводе ликвидных активов должника (денежных средств) в ущерб прав и законных интересов его кредиторов, рассчитывающих на добросовестность своего контрагента, своевременное и полное удовлетворение своих требований, вытекающих из взаимоотношений с должником.

Создание описанной схемы взаимоотношений в группе предприятий, последствий ее реализации в виде возникновения объективного банкротства ООО «ПСК» явились следствием действий контролирующих их лиц.

Как указано ранее, ФИО6 и ФИО2 являются контролирующими должника лицами в силу своего участия в уставном капитале должника, ФИО6 – дополнительно как бывший руководитель должника.

При этом не могут быть приняты доводы ФИО2 о номинальном характере его участия в ООО «ПСК», об отсутствии с его стороны каких-либо решений и действий относительно деятельности общества, с учетом чего он не может быть признан контролирующим должника лицом.

С учетом изложенных выше обстоятельств следует признать, что без участия ФИО2 описанная схема финансирования не могла быть реализована. Несмотря на то, что инициатива по созданию и организации данной схемы исходила от ФИО7, с поддержкой со стороны ФИО6, ФИО2 оказался связующим звеном, объединившим общества с различным видом деятельности в группу лиц по источнику и способу финансирования их деятельности.

Само по себе отсутствие документальных свидетельств дачи ФИО2 указаний, принятия им решений, касающихся деятельности группы лиц, в условиях умышленного уничтожения бывшим руководителем и соучредителем общества наряду с ФИО2 документации должника, с очевидной целью сокрытия информации о деятельности общества и действиях контролирующих его лиц, при доказанности корпоративных связей между ее членами именно через ФИО2, для вывода об отсутствии с его стороны контроля над деятельностью ООО «ПСК», включая взаимоотношения с иными членами группы, является явно недостаточным. При этом установленные обстоятельства участия ФИО2 при ведении переговоров по предоставлению такого рода финансирования деятельности ООО «ПСК» и ООО «Союзэнергосервис», введение его в состав участников этих обществ, причем с фактической совокупной долей участия в названной группе лиц, равной 34%, то есть наравне с другими ее участниками (ФИО15, ФИО6), которым обусловлено право на участие в распределении прибыли, возможность контроля за деятельностью группы лиц, движения финансовых потоков, наличие которых и обеспечивается таким его участием в обществах (иная цель введения ФИО2 в состав участников обществ «ПСК» и «Союзэнергосервис» не обоснована, не доказана), в совокупности свидетельствуют о том, что ФИО2 является контролирующим как должника, так и ООО «Союзэнергосервис» лицом.

Кроме того, следует принять во внимание, что материалами дела подтверждаются конкретные действия ФИО2, демонстрирующие действительный его интерес в деятельности всех обществ, входящих в группу. Такими свидетельствами являются следующие обстоятельства:

- согласно представленным ФИО2 документам, им на основании договора от 30.03.2015 были предоставлены в заем ООО «Атом-Энерго» денежные средства в размере 520 000 руб.; денежные средства предоставлены ответчиком обществу непосредственно после его создания (11.02.2015), то есть действия ФИО2 направлены на обеспечение общества оборотными средствами для начала ведения деятельности, при этом юридически он не имеет никакого отношения к этому обществу, действия по финансированию обусловлены исключительно вхождением данного общества в группу лиц наряду с обществами, владельцем которых является ФИО2, то есть общностью экономических интересов;

- ФИО2 - супруга ФИО2 предоставила свое имущество в залог по обязательствам должника, впоследствии данное имущество было передано в порядке отступного кредитору ООО «ОргСтрой-Финанс», чьи требования в реестре были погашены на сумму 1 100 000 руб. Аналогичным образом в залог по обязательствам ООО «ПСК» было предоставлено имущество ФИО9 – супругой ФИО7, являющегося лицом, наряду с ФИО2 контролирующим группу компаний.

- согласно пояснениям ФИО2, он получал от ООО «ПСК» денежные средства наличными в сумме 40 000 руб. ежемесячно, якобы в качестве оплаты за участие в обществе; при этом ввиду умышленного уничтожения бывшим руководителем должника документации о деятельности общества не представляется возможным установить действительный размер выплат в адрес ФИО2, в том числе наличие либо отсутствие выплаты дивидендов; участие в ООО «Союзэнергосервис» также предполагает получение ФИО2 соответствующих выплат, при том, что он является учредителем данного общества по настоящее время.

Из материалов дела усматривается, что ФИО7 являлся бенефициаром в отношении всей группы лиц (ООО «ПСК», ООО «Союзэнергосервис», ООО «Атом-Энерго»), именно он инициировал, организовал группу лиц, объединенных взаимодействием контролирующих их лиц, а также источником и схемой финансирования, реализовал с участием ФИО16, ФИО2 и ФИО10 названную схему, при этом получил определенную выгоду от деятельности входящих в группу лиц, в том числе в виде платежей по его личным обязательствам со стороны ООО «Атом-Энерго» за счет перечисленных ООО «ПСК» денежных средств, полученных последним по займам из группы «Финансовый дом». При этом апелляционный суд относится критически к пояснениям ФИО7 и представленным им в их подтверждение документам о том, что платежи были совершены ООО «Атом-Энерго» в порядке выплаты ему вознаграждения по агентскому договору № 2 от 03.08.2015, по условиям которого ФИО7 должен был в интересах ООО «Атом-Энерго» осуществить поиск лиц, заинтересованных в приобретении продукции производственно-технического назначения, реализуемой ООО «Атом-Энерго»; в отчете агента указано на привлечение клиента - ООО «Тверь НАФТА», вида товара – бензин Аи -92. Из выписки по расчетному счету названного общества усматривается наличие платежей ООО «Тверь НАФТА» за бензин А-92. Однако, наличие правоотношений между названным обществом и ООО «Атом-Энерго» само по себе об их возникновении в результате исполнения ФИО7 обязательств по агентскому договору не свидетельствует. Документы (договор, отчет агента от 31.08.2015, акт сверки) пописаны ФИО7 и взаимозависимым по отношению к нему лицом ФИО10, который указывал на обстоятельства создания ООО «Атом-Энерго», номинальный характер его участия и руководства обществом. Ранее установлена контролирующая роль ФИО7 по отношению к деятельности всей группы компаний, куда входит и ООО «Атом-Энерго». С учетом данных обстоятельств на ФИО7 возлагается повышенное бремя доказывания обоснованности получения денежных средств от подконтрольного лица. Какие-либо документы, свидетельствующие о фактическом совершении им действий в рамках агентского договора, в том числе исходящие от незаинтересованных лиц, в частности, от ООО «Тверь НАФТА» не представлены. В назначении платежей, совершенных ООО «Атом-Энерго» по оплате личных обязательств ФИО7, сведения о перечислении денежных средств в счет задолженности по агентскому договору не содержатся. Пунктом 2.2 агентского договора определен порядок выплаты вознаграждения – ежемесячно на расчетный счет агента в течение 5 календарных дней после утвержденного принципалом отчета. Согласно отчету от 31.08.2015 он принят со стороны принципала в дату его подписания, указаны сумма договора – 4 100 000 руб. с ООО «Тверь НАФТА» и размер вознаграждения – 10% от суммы договора: 410 000 руб. То есть по условиям договора ООО «Атом-Энерго» обязано было выплатить всю сумму вознаграждения непосредственно ФИО7 не позднее 05.09.2015. Однако спорные платежи осуществлялись в период с 31.08.2015 по 30.12.2016 в равных суммах – по 20 198 руб., какие-либо соглашения между сторонами договора об изменении порядка и срока выплаты вознаграждения, поручения со стороны ФИО7 о направлении выплаты в адрес ОАО «Агентство по ипотечному жилищному кредитованию» не представлены. При этом апелляционным судом также принимается во внимание, что 01.07.2015 между ООО «Атом-Энерго» как принципалом и ФИО12 был заключен агентский договор с аналогичным предметом, абсолютно аналогичного содержания, сроком действия с 01.07.2015 по 30.06.2016. ФИО12 не является лицом, взаимосвязанным по отношению к указанному обществу или иным участникам группы лиц; с учетом этого конкурсный управляющий отказался от требований к нему. Необходимость, целесообразность заключения аналогичного договора 31.08.2019 с ФИО7 отсутствовала.

Из материалов дела усматривается, что описанная выше схема взаимоотношений между участниками группы лиц, приведшая в конечном итоге к объективному банкротству ООО «ПСК», была невозможна к реализации без участия ООО «Атом-Энерго», единственным участником и руководителем которого в период ее реализации был ФИО10 По его утверждению, он являлся номинальным участником и руководителем данного общества, деятельность которого фактически находилась под контролем ФИО7 Вместе с тем, какие-либо доказательства этому в материалах дела отсутствуют, имеющиеся в деле немногочисленные документы, исходящие от ООО «Атом-Энерго», подписаны ФИО10 При таких обстоятельствах номинальность его участия и руководства обществом не доказаны.

На основании совокупности изложенных обстоятельств апелляционный суд пришел к выводу о том, что своими совместными действиями ответчики ФИО17, ФИО2, ФИО7 и ФИО10 создали и использовали схему взаимодействия единой консолидированной группы лиц, при которой должник фактически возложил на себя непосильное бремя заемных обязательств, повлекших в последствии прекращение хозяйственной деятельности и неисполнение своих обязательств перед кредиторами.

При этом учитывается, что конкурсный управляющий не заявил ФИО10 в качестве ответчика по обособленному спору, при рассмотрении апелляционным судом вопроса о привлечении ФИО10 к участию в деле и определении его процессуального статуса выразил несогласие на его привлечение в качестве такового, данное лицо привлечено к участию в деле в качестве третьего лица.

Что касается ФИО8, то он стал учредителем и руководителем ООО «Атом-Энерго» лишь 11.01.2017, то есть после совершения безосновательного перечисления ООО «ПСК» в адрес названного общества заемных денежных средств, с учетом чего следует признать, что он к данным сделкам отношения не имеет; в схеме взаимоотношений членов группы лиц, приведшей к банкротству ООО «ПСК» не участвовал.

При таком положении оснований для привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности по указанному конкурным управляющим мотиву не имеется.

Установленных судом апелляционной инстанции обстоятельств достаточно для признания доказанными оснований для привлечения ФИО6, ФИО2 и ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по мотиву доведения должника до банкротства.

В соответствии с п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Не включаются в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица требования, принадлежащие этому лицу либо заинтересованным по отношению к нему лицам. Такие требования не подлежат удовлетворению за счет средств, взысканных с данного контролирующего должника лица.

На дату подачи заявления размер непогашенных требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, составляет 44 589 382,24 руб., текущая задолженность составляет 692 763,67 руб.

Пунктом 7 ст. 61.16 Закона о банкротстве установлено, что если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному ст. 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

К настоящему времени расчеты с кредиторами за счет конкурсной массы не завершены, определить точный размер субсидиарной ответственности невозможно, вследствие чего производство по рассмотрению настоящего заявления следует приостановить до окончания расчетов с кредиторами.

Таким образом, суд признает доказанным наличие оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности по п.1 и пп.1 и пп.2 п.2 ст.61.11 Закона о банкротстве (п.4 ст. 10 Закона о банкротстве), ФИО6, ФИО2, ФИО7 к субсидиарной ответственности по п.1 и пп.1 п.2 ст.61.11 Закона о банкротстве (п.4 ст. 10 Закона о банкротстве), производство по рассмотрению заявления (для определения суммы ответственности) надлежит приостановить до окончания расчетов с кредиторами ООО «ПСК» (с целью определения размера субсидиарной ответственности).


В отношении требования о взыскании с ФИО9 убытков в размере 1 661 973,10 руб. в связи с безосновательным получением денежных средств должника установлено следующее.

Согласно выписке с расчетного счета ООО «Атом-Энерго» следует, что данное предприятие часть денежных средств, поступивших от должника на основании заключенных им с ООО «ОргСтрой-Финанс» договорах займа, направило на выплату в адрес ФИО18, всего - 1 661 973,10 руб.

В обоснование получения указанной суммы ФИО9 указывала на то, что ею была осуществлена поставка кабельной продукции в адрес ООО «Атом-Энерго», в подтверждение представила товарную накладную № 19 на сумму 1 715 500 руб. и акты сверки взаимных расчетов по состоянию на 31.12.2015 и 30.09.2016.

Согласно товарной накладной ИП ФИО9 н основании договора поставила в адрес ООО «Атом-Энерго» кабель, 2,500 км, на сумму 1 715 500 руб. Как указано ранее, ФИО10 является лицом, взаимозависимым по отношению к ФИО7 – супругу ФИО9 ФИО10 в рамках проверочных мероприятий по заявлению о преступлении указывал на обстоятельства создания ООО «Атом-Энерго», участие в этом ФИО7, номинальный характер его участия и руководства обществом. Ранее установлена контролирующая роль ФИО7 по отношению к деятельности всей группы компаний, куда входит и ООО «Атом-Энерго». Учитывая эти обстоятельства, к ФИО9 предъявляется повышенный стандарт доказывания. Однако, представленные ею в материалы дела достаточными для подтверждения наличия законных оснований для получения ею спорных денежных средств не являются.

Непосредственно договор, в рамках которого осуществлена поставка, заявка на поставку товара со стороны ООО «Атом-Энерго», в материалы дела не представлены. Товарная накладная со стороны ООО «Атом-Энерго» подписана неизвестным лицом (расшифровка подписи отсутствует, документы, подтверждающие полномочия на получение товара не указаны), подпись скреплена печатью организации. Акты сверки взаимных расчетов со стороны ООО «Атом-Энерго» подписаны ФИО10 При этом согласно акту сверки по состоянию на 31.12.2015 ООО «Атом-Энерго» еще до даты поставки (30.09.2015) осуществло в пользу ИП ФИО9 платежи (период с 17.07.2015 по 09.09.2015), которые были учтены в расчетах, однако, какие-либо документально подтвержденные пояснения об основаниях этих платежей ответчиком не даны. Отсутствие документальных свидетельств приобретения ИП ФИО9 товара, его складирования до поставки в адрес ООО «Атом-Энерго», транспортировки товара покупателю, место поставки, где он мог быть размещен, не позволяют апелляционному суду признать поставку реальной. Разумных пояснений по поводу того, для каких целей ООО «Атом-Энерго» приобреталась кабельная продукция суду не дано.

При этом также учитывается вид деятельности ИП ФИО9 – согласно выписке из ЕГРИП основным видом ее деятельности является дополнительное образование детей и взрослых, среди дополнительных видов деятельности значатся торговля оптовая пищевыми продуктами, медицинскими изделиями, торговля розничная пищевыми продуктами, бытовыми электротоварами, медицинскими изделиями в специализированных магазинах, торговля розничная прочая в неспециализированных магазинах, аренда и лизинг автомобилей, предоставление вспомогательных услуг для бизнеса, прочих персональных услуг, то есть виды услуг, к которым можно было отнести поставку кабельной продукции, ФИО9 не осуществляет.

Доводы о неподтвержденности заявленных оснований для получения спорных денежных средств приводились конкурсным управляющим, какие-либо возражения по этим доводам ответчиком ФИО9 не представлены, определение суда о представлении обоснованного отзыва не исполнено.

При таком положении апелляционный суд не может признать факт поставки ФИО9 в адрес ООО «Атом-Энерго» доказанной.

Согласно материалам дела, спорные платежи в адрес ответчика ФИО9 были осуществлены ООО «Атом-Энерго» именно за счет денежных средств, поступивших от ООО «ПСК» в отсутствие каких-либо оснований, с учетом чего следует признать, что ФИО9 безосновательно получила денежные средства, предназначавшиеся ООО «ПСК», доказательства возврата 1 661 973,10 руб. не представлены, в результате имущество должника, за счет которого он имел возможность расплатиться со своими кредиторами, уменьшилось, тем самым причинив вред интересам, как должника, так и его кредиторов. Получение денежных средств должника ФИО9 в отсутствие законных оснований для этого стало возможным в результате неправомерных действий лиц, контролирующих общества, входящие в группу компаний. Учитывая аффилированность ФИО9 по отношению к одному из таких лиц – ФИО9, она не могла не знать, что получает денежные средства, предназначенные для ООО «ПСК», равно как и об отсутствии у нее законных оснований для их получения.

Учитывая, что ФИО9 не являлась контролирующим лицом должника, а сумма необоснованно полученной ею денежных средств, с учетом их размера, не повлекла банкротство должника, апелляционный суд соглашается с доводом конкурсного управляющего о причинении должнику в результате вывода актива в пользу ФИО9 именно убытков в размере 1 661 973,10 руб., которые подлежат взысканию с ФИО9

Поскольку определение суда от 05.04.2019 было принято судом первой инстанции с нарушением ч.4 ст.270 АПК РФ, оно подлежит отмене.

ФИО3, уплатившему по платежному поручению № 1477118 от 10.07.2019 за ФИО2 с депозитного счета Семнадцатого арбитражного апелляционного суда подлежит возврату 45 000 руб., перечисленные на проведение судебной экспертизы по следующим реквизитам: Получатель: ФИО3; Номер счета: 40817810149491582702; Банк получателя: Волго-Вятский банк ПАО Сбербанк; БИК: 042202603; корреспондентский счет: 30101810900000000603; КПП: 590243001; ИНН: <***>; ОКПО: 02809929; ОРГН 1027700132195; Юридический адрес банка: 117997, Москва, ул. Вавилова, 19; Почтовый адрес банка: 614990, Пермь, ул. Монастырская, 14; Почтовый адрес доп. офиса: 614094, Пермь, ул. Мильчакова, 19.

Руководствуясь ст.ст. 176, 258, 266, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 05 апреля 2019 года по делу № А50-6392/2017 отменить.

Признать доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ПрикамьеСтройКомплект» ФИО6, ФИО2, ФИО7.

Взыскать с ФИО9 в пользу ООО «ПрикамьеСтройКомплект» убытки в размере 1 661 973 рубля 10 копеек.

В удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8 отказать.

Возвратить с депозитного счета Семнадцатого арбитражного апелляционного суда денежные средства в размере 45 000 рублей ФИО3, уплатившему по платежному поручению № 1477118 от 10.07.2019 за ФИО2.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.


Председательствующий Т.Ю. Плахова


Судьи В.А. Романов


О.Н. Чепурченко