Постановление от 24 августа 2023 г. по делу № А67-8101/2013

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



г. Томск Дело № А67-8101/2013


Резолютивная часть постановления объявлена 17 августа 2023 г.

Полный текст постановления изготовлен 24 августа 2023 г.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Сбитнева А.Ю.,

судей: Дубовика В.С.,

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Карташовой Н.В. с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 (07АП-11211/14(34)) на определение от 27.06.2023 Арбитражного суда Томской области по делу № А67-8101/2013 (судья Цыбульский Ю.В.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Строительное предприятие Квадро» (ОГРН <***>, ИНН <***>, юридический адрес: 634045, <...>),

принятое по заявлению ФИО2 о взыскании убытков с арбитражного управляющего ФИО3 в размере 5 000 000 руб.,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Арсеналъ» (111020, <...>), Ассоциация арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления»,

при участии в судебном заседании:

от ФИО2 - ФИО4 по доверенности от 30.01.2023;

от ААУ «СЦЭАУ» - ФИО5 по доверенности от 25.01.2023;

от ФИО3 – ФИО6 по доверенности от 20.04.2023;

от иных лиц – не явились;



У С Т А Н О В И Л:

определением от 30.10.2014 Арбитражного суда Томской области в отношении общества с ограниченной ответственностью «Строительное предприятие «Квадро» (далее - ООО «СП «Квадро», должник) введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО3 (далее – ФИО3).

Решением от 14.07.2015 ООО «СП «Квадро» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

Определением от 05.09.2022 ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «СП «Квадро». Конкурсным ООО «СП «Квадро» утвержден ФИО7 (ИНН <***>, регистрационный номер в сводном государственном реестре арбитражных управляющих – 17076, адрес для направления корреспонденции: 634069, г. Томск, а/я 1411), член Ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления» (630132, <...>).

14.02.2023 ФИО2 (далее – заявитель, ФИО2) обратился с заявлением, в котором просил взыскать с арбитражного управляющего ФИО3 убытки в размере 5 000 000 руб.

Определением от 14.02.2023 Арбитражного суда Томской области заявление ФИО2 о взыскании убытков со ФИО3 в размере 5 000 000 руб. принято к рассмотрению в рамках обособленного спора № А67-8101-99/2013.

Определением от 30.03.2023 к участию в рассмотрении обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены общество с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Арсеналъ» (111020, <...>) и Ассоциация арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления».

Определением от 27.06.2023 в удовлетворении заявления ФИО2 о взыскании убытков со ФИО3 в размере 5 000 000 руб. отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение от 27.06.2023 Арбитражного суда Томской области отменить и принять новый судебный акт о взыскании со ФИО3 в пользу ФИО2 убытки в размере 5 000 000 руб.

В обоснование доводов жалобы заявитель указывает, что только 16.11.2022 ФИО2 стало известно, что ФИО3 является лицом, которое причинил убытки ФИО2, то есть с 16.11.2022 стало известно, что надлежащим ответчиком по иску о защите этого права стал ФИО3 Поэтому в силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ, срок исковой давности по иску о взыскании убытков со ФИО3 начал течь с 16.11.2022 и составляет три года, то есть до 16.11.2025. Таким образом, апеллянт полагает, что срок исковой давности не пропущен. По существу спора указывает, что суд первой инстанции не принял во внимание, что был осуществлен осмотр данного имущества совместно со ФИО3, с использованием фотофиксации, где было зафиксировано данное имущество. ФИО2, совместно с ООО «Сибирь - Развитие» и ФИО8 планировал использовать основную часть этого имущества, а именно железобетонные изделия на строительстве жилого комплекса на территории Производственной базе ООО «СП Квадро» (Должника) по адресу <...>. Для реализации этого плана, истец, как ген. директор ООО «Сибирь - Развитие», от имени предприятия подписал с гр. ФИО8 договор купли-продажи № 8 от 03.10.2016, т.е. предприятие ООО Сибирь-Развитие приобрело у ФИО8 имущество, находящееся на Производственной базе ООО СП Квадро (должника) по адресу <...>. В основном это были железобетонные изделия, а также прочее имущество. 17.02.2020 между ФИО2 и ООО «Сибирь - Развитие» был подписан договор уступки прав требования № 9 из которого следует, что при оплате по договору купли – продажи № 8 от 03.10.2016 со стороны ООО «Сибирь-Развитие», оплату по договору продавцу ФИО8 произвел лично ФИО2 своими деньгами в размере 5 290 000 руб. за ООО «Сибирь-Развитие». ФИО3 зная, что имущество является собственностью иного лица, а не должника – ООО «СП Квадро» осуществил продажу по заниженной стоимости, а от реализации имущества, вырученные денежные средства не передал собственнику в связи, с чем для ФИО2 наступили отрицательные последствия (ни имущества, ни денежные средства). При осведомленности ФИО3 о том, что собственником имущества является не должник – ООО «СП Квадро», а другое лицо, действия по продаже имущества третьему лицу (фактически вывод имущества так, как продано по заниженной цене сторожу) и доказывает факт противоправного поведения ФИО3 Истец заявлял ходатайства о проведении судебной экспертизы об определении рыночной стоимости имущества, указанного в приложении № 1; № 2; № 3; № 4 к договору купли-продажи от 03.10.2016 № 8, об отложении судебного заседания, однако суд первой инстанции не предоставил время и не дал возможность, определить размер убытков, отказывая в экспертизе, и не дал возможность подтвердить оплату.

Ассоциация арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления» в представленном в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) отзыве на апелляционную жалобу просит оставить определение суда первой инстанции без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Представитель заявителя жалобы в судебном заседании настаивал на доводах, изложенных в апелляционной жалобе.

Представитель ФИО3 в судебном заседании просил оставить обжалуемое определение без изменения, указал, что выводы суда первой инстанции, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Представитель ААУ «Сибирский центр экспертов антикризисного управления» поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил оставить определение суда первой инстанции без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав участников процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из не представления заявителем доказательств ненадлежащего осуществления ФИО3 обязанностей конкурсного управляющего, возникновения у ФИО2 убытков и причинно-следственная связь между названными элементами. Также суд пришел к выводу о пропуске заявителем срока исковой давности.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор и оценив представленные в дело доказательства по правилам главы 7 АПК РФ, не нашел оснований для отмены обжалуемого определения.

Согласно статье 326 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), пункту 1 статьи 223 АПК РФ, дела о несостоятельности (банкротстве) юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно пункту 12 статьи 20 Закона о банкротстве споры, связанные с профессиональной деятельностью арбитражного управляющего (в том числе о возмещении причиненных им убытков), разрешаются арбитражным судом.

В соответствии с положениями пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В силу пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

В абзаце 3 пункта 48 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Ответственность арбитражного управляющего, установленная указанной статьей, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которое лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для взыскания убытков лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт противоправного поведения причинителя ущерба, наличие причинной связи между поведением причинителя и возникшими убытками, размер убытков и меры, предпринятые для их уменьшения. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.

Как следует из материалов дела, 03.10.2016 между ООО «Сибирьразвитие» (покупатель) и ФИО8 (продавец) был заключен договор купли-продажи № 8, согласно которому продавец продаёт, а покупатель покупает имущество, указанное в приложениях № 1, № 2, № 3, № 4 к договору. Местонахождение имущества: <...>.

Цена договора составляет 5 290 000 руб. Покупатель производит оплату за приобретаемое имущество в течение 5 дней с момента получения имущества по акту приёма передачи (пункт 2.1. договора купли продажи № 8 от 03.10.2016).

Соответствующие акты были составлены в день подписания договора (приложения № 1, № 2, № 3, № 4 к договору).

17.02.2020 между ФИО2 (Сторона 1) и ООО «Сибирьразвитие» (Сторона 2) был заключён договор уступки права требования (цессии) № 9, согласно которому «Сторона 2» передаёт, а «Сторона 1» принимает на себя право требования «Стороны 2» к ООО «СП «Квадро» и его конкурсному управляющему ФИО3 право требования имущества, находящегося на территории Производственной Базы ООО «СП «Квадро», приобретённого по договору купали-продажи № 8 от 03.10.2016, а также право требования возмещения ущерба, убытков, причинённых Стороне 2 вследствие хищения имущества, находящегося на территории Производственной Базы ООО «СП «Квадро», приобретённого по договору купли-продажи № 8 от 03 октября 2016 года.

Уступаемое по настоящему договору право требования принадлежит «Стороне 1» на основании:

- Договора купли-продажи № 8 от 03.10.2016 и сопутствующих документов к нему; - приложения № 1-4, актов приёма передачи имущества по договору;

- расписки от 03.10.2016 о проведении расчёта по договору купли-продажи № 8 от 03.10.2016 (пункт 2 договора уступки).

Между тем, ни указанная расписка от 03.10.2016, ни доказательства оплаты по договору уступки № 3 от 17.02.2020 в материалы дела представлены не были.

Напротив, с учётом пояснений ФИО2, изложенных следователю СО ОМВД России по Кировскому району и оформленных протоколом допроса потерпевшего от 16.11.2022, денежная сумма в размере 5 290 000 руб. является для него значительной, поскольку ежемесячная заработная плата составляет около 70 000 руб., из которых около 40 000 руб. уходит на оплату кредитных обязательств.

Доказательств того, что кредиты были взяты для приобретения права требования у своего общества в материалы дела не представлено, равно как и не обоснована разумная экономическая цель совершения такой сделки.

Доказательств реального исполнения сделок (осмотра передаваемого имущества, его фактической передачи, принятия на учёт) стороной заявителя также не представлено.

Как установлено судом и не оспорено заявителем, с момента приобретения имущества ООО «Сибирь-развитие» в октябре 2016 года, последним не было предпринято никаких действий по содержанию имущества, не предпринято попыток его вывоза с места его нахождения, либо обращения с исками о признании права собственности на имущество (при возникновении соответствующего спора), истребования его из чужого незаконного владения (при учинении каких-либо препятствий) или исключения имущества из конкурсной массы.

Ни ООО «Сибирь-развитие», ни заявитель не предпринимали никаких действий и после инвентаризации имущества конкурсным управляющим ООО «СП «Квадро» (оформлено сообщением № 2876741 от 19.07.2018, опубликованным в ЕФРСБ), его оценки (сообщение № 3097522 от 05 05.10.2018), утверждения Положений о его продаже (сообщение № 3201663 от 10.11.2018), в том числе не оспаривая результаты отчётов оценщика и проведённых торгов (пункт 1 статьи 449 ГК РФ).

Более того, ни ФИО8, ни ООО «Сибирь-развитие», ни заявитель с 2014 не предпринимали действий по взысканию задолженности, которая, по их мнению, возникла от аренды должником приобретённого ими имущества, что не характерно для обычных участников гражданского оборота, считающих это имущество своим.

Таким образом, в нарушение статьи 65 АПК РФ заявителем не приведено доказательств реальности финансово-хозяйственных отношений, основанных на договоре купли-продажи № 8 от 03.10.2016 и договоре уступки прав требований № 9 от 17.02.2020, а также реального несения заявителем каких-либо убытков.

Как следует из разъяснений пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора.

Приведенная правовая позиция сформулирована в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017.

Судом установлено, что схожий пакет документов, без доказательств реального исполнения сделок представлялись ФИО8 ФИО3 в заявлениях от 17.05.2016. При этом само по себе принятие 17.05.2016 ФИО3 заявлений от ФИО8 не свидетельствует о наличии у первого обязанности по их исполнению, тем более в отсутствие доказательств, позволяющих бесспорно установить правомерность содержащихся в них требований.

Помимо прочего, представленные документы опосредованно исходили от контрагента ФИО8 - ФИО9, являющегося контролирующим должника лицом и привлечённого к субсидиарной ответственности по обязательствам должника определением от 18.10.2018 Арбитражного суда Томской области по настоящему делу, что обуславливало повышенный критерий анализа представляемых арбитражному управляющему документов.

Как следует из протокола допроса потерпевшего от 16.11.2022 в СО ОМВД России по Кировскому району, ФИО2 знал ФИО9 более 10 лет, поддерживал с ним хорошие дружеские отношения и был осведомлён о его статусе единственного учредителя и директора ООО «СП «Квадро», равно как и о введении в отношении Общества процедуры банкротства.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов, по смыслу абзаца двадцать шестого статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Изложенное свидетельствует о наличии фактической аффилированности заявителя с контролирующим должника лицом и о попытке использовать институт взыскания убытков с конкурсного управляющего с неправомерной целью получения неосновательного обогащения за счет последнего путём составления фиктивных документов в условиях реального отсутствия какого-либо ущерба (убытков).

Конкурсный управляющий как профессиональный участник отношений в сфере несостоятельности (банкротства) должен принимать все доступные ему в соответствии с законом меры для пополнения конкурсной массы и максимального удовлетворения требований кредиторов (статья 129 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 131 Закона о банкротстве все имущество должника, имеющееся на день открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу.

Для целей формирования конкурсной массы пункт 2 статьи 129 Закона о банкротстве возлагает на конкурсного управляющего обязанность, в том числе принять в ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества; принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника.

При этом предполагается, что конкурсный управляющий обязан проводить мероприятия по поиску имущества должника и инвентаризировать его вне зависимости от его местонахождения.

Инвентаризация, оценка и реализация имущества никем не оспорена, проведена надлежащим образом и в соответствии с положениями Закона о банкротстве, в связи с чем факт неисполнения или ненадлежащего исполнения ФИО3 обязанностей конкурсного управляющего должника является недоказанным.

При таких обстоятельствах, поскольку заявителем не доказано ненадлежащее осуществление ФИО3 обязанностей конкурсного управляющего, возникновение у ФИО2 убытков и причинно-следственная связь между названными элементами, в удовлетворении заявления правомерно отказано судом первой инстанции.

Довод о том, что судом первой инстанции необоснованно отказано в назначении судебной экспертизы судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку назначение экспертизы (статья 82 АПК РФ) является правом, а не обязанностью суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора.

Согласно материалам дела, ФИО2, ходатайствовал о назначении экспертизы с целью определения размера причиненных убытков.

Однако, поскольку заявителем не доказано ненадлежащее осуществление ФИО3 обязанностей конкурсного управляющего, возникновение у ФИО2 убытков и причинно-следственная связь между названными элементами, апелляционный суд не усматривает целесообразности назначения указанной экспертизы.

Судом апелляционной инстанции также отклоняется довод апеллянта о необоснованном отказе судом в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания с целью представления заявителем дополнительных доказательств.

В соответствии с частью 5 статьи 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания , в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

В силу данной нормы отложение разбирательства является правом, а не обязанностью суда.

В каждой конкретной ситуации суд, исходя из обстоятельств дела и мнения лиц, участвующих в деле, самостоятельно решает вопрос об отложении дела слушанием, за исключением тех случаев, когда суд обязан отложить рассмотрение дела ввиду невозможности его рассмотрения в силу требований АПК РФ.

Из материалов дела следует, настоящий обособленный спор рассматривался судом первой инстанции с марта 2023 года, проведено пять заседаний (23.03.2023, 30.03.2023, 10.05.2023, 14.06.2023, 21.06.2023).

В судебном заседании 10.05.2023 представителем ФИО3 были устно изложены возражения на требование заявителя о взыскании убытков, в том числе указано на фиктивность сделок между ФИО9 и ФИО8 (договор купли-продажи № 2 от 20.09.2012), между ФИО8 и ООО «Сибирь - Развитие» (договор купли-продажи № 8 от 03.10.2016, между ООО «Сибирь - Развитие» и ФИО2 (договор уступки прав требования № 9 от 17.02.2020).

К судебному заседанию 14.06.2023 от ответчика поступил отзыв от 13.06.2023 на заявление о взыскании убытков, в котором он в письменном виде изложил возражения, ранее заявленные в судебном заседании 10.05.2023.

В судебном заседании 14.06.2023 представителем ФИО2 было заявлено ходатайство об отложении судебного разбирательства с целью ознакомления с отзывом ФИО3 и подготовки возражений.

Протокольным определением от 14.06.2023 в судебном заседании объявлялся перерыв до 21.06.2023.

Таким образом, заявитель имел возможность представить свои возражения на отзыв и необходимые доказательства, которые могли бы подтвердить его позицию.

Согласно пункту 3 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы не опровергают выводы суда, основанные на установленных по делу обстоятельствах и исследованных доказательствах, и не могут повлиять на законность и обоснованность принятого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьёй 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции



П О С Т А Н О В И Л:

определение от 27.06.2023 Арбитражного суда Томской области по делу № А67-8101/2013 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Томской области.


Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью состава суда, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети Интернет.



Председательствующий А.Ю. Сбитнев


Судьи В.С. Дубовик


ФИО1