Постановление от 4 июня 2021 г. по делу № А40-69410/2018

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-11468/2021

Дело № А40-69410/18
г. Москва
04 июня 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 20 мая 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме 04 июня 2021 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Комарова А.А.,

судей Вигдорчика Д.Г., Головачевой Ю.Л.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда города Москвы от 22.01.2021 по делу № А40-69410/18 о признании недействительной сделкой Договора купли-продажи квартиры от 01.02.2018, заключенного между ФИО3 и ФИО2 в отношении квартиры, расположенной по адресу: <...>, общей площадью 32,5 кв.м., кадастровый номер 77:05:0008001:220 и применении последствия недействительности сделки по делу о признании несостоятельным (банкротом) ФИО3

при участии в судебном заседании:

от ФИО2: ФИО4, по дов. от 26.02.2021

Иные лица не явились, извещены.



У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 20 февраля 2019 года гражданин – должник ФИО3 (10.03.1976 г., место рождения: г. Москва, СНИЛС: 023- 482-482-914-41, ИНН <***>, адрес регистрации: <...>) признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утверждена ФИО5.

Сообщение о признании гражданина – должника несостоятельным (банкротом) и введении в отношении него процедуры реализации имущества опубликовано финансовым управляющим в газете «Коммерсантъ» № 24 от 09.02.2019, стр. 156.

06.06.2019 (согласно штампу канцелярии суда) в Арбитражный суд города Москвы поступило исковое заявление истца - финансового управляющего гражданина – должника ФИО3 – ФИО5 к ответчикам: ФИО3, ФИО2 о признании Договора купли-продажи квартиры от 01.02.2018 года, находящейся по адресу <...>, общей площадью 32,5 кв.м., кадастровый номер 77:05:0008001:2209, заключенного между ФИО3 и ФИО2 недействительной сделкой и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 14.10.2019 привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора:

1) ООО «Формула кредита»,

2) гр. ФИО6.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 28 февраля 2020 года назначена судебная экспертиза, проведение судебной почерковедческой экспертизы поручено Региональной общественной организации «Московское общество оценщиков», эксперту ФИО7.

28.02.2020 (через канцелярию суда) в Арбитражный суд города Москвы поступило ходатайство финансового управляющего ФИО3 – ФИО5 о замене эксперта.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 01 июня 2020 года отказано в удовлетворении требований финансового управляющего ФИО3 – ФИО5 о замене эксперта.

07.07.2020 года (по электронной почте) в Арбитражный суд города Москвы поступило ходатайство финансового управляющего ФИО5 о замене эксперта.

В материалах дела имеется ходатайство финансового управляющего об отказе от ходатайства о замене эксперта. Изучив ходатайство финансового управляющего об отказе от ходатайства о замене эксперта суд принял отказ от заявления в порядке абз. 4 п. 1 ст. 150 АПК РФ, поскольку это не нарушает права и интересы иных лиц, в связи с чем, производство по указанному заявлению прекратил.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.01.2021 г. заявление финансового управляющего удовлетворено.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы от 22.01.2021 г. отменить, принять новый судебный акт.

Рассмотрев апелляционную жалобу в порядке статей 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив представленные доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В обоснование своего заявления финансовый управляющий указал, что оспариванию подлежит Договор купли-продажи квартиры от 01.02.2018, заключенный между ФИО3 и ФИО2 в отношении квартиры, расположенной по адресу: <...>, общей площадью 32,5 кв.м., кадастровый номер 77:05:0008001:220.

Заявитель указал, что указанная сделка подлежит признанию недействительной на основании п. 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст. 10, 168 ГК РФ, поскольку сделка совершена по заниженной стоимости в условиях неплатежеспособности должника, при этом, ответчик был осведомлен о неудовлетворительном финансовом состоянии должника в силу фактической аффилированности сторон.

Согласно ст. 223 АПК РФ, ст. 32 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 8, 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, а если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в названном пункте, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 5, 6 Постановления № 63 для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 7 Постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Материалами дела установлено, что Определением Арбитражного суда города Москвы от 09.04.2018 принято заявление должника ФИО3 (10.03.1976 г., место рождения: г. Москва, СНИЛС: <***>, ИНН <***>, адрес регистрации согласно заявлению: <...>) о признании гражданина - должника несостоятельным (банкротом), поступившее в Арбитражный суд г. Москвы 02.04.2018 года (согласно штампу канцелярии суда); возбуждено производство по делу № А40-69410/18-71-97 Ф.

Оспариваемая сделка совершена 01.02.2018, то есть, в период подозрительности, предусмотренный п. 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Судом установлено, что согласно условиям договора купли-продажи, имущество было реализовано по цене 3 000 000 рублей, факт встречного представления со стороны ответчика истцом не оспаривается.

Ответчиком в материалы дела представлен Отчет №469186 от 11.12.2019, выполненный ООО «МЭН» о стоимости объекта оценки, согласно которому рыночная стоимость квартиры на дату 11.02.2018 округлённо составляет 3 001 000 рублей.

Как указано в п. 12-13 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23, согласно положениям частей 4 и 5 статьи 71 АПК РФ заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами.

Суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 Кодекса.

При этом по результатам оценки доказательств суду необходимо привести мотивы, по которым он принимает или отвергает имеющиеся в деле доказательства (часть 7 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170 АПК РФ).

Заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу.

Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 АПК РФ.

Однако, суд не принял ко вниманию представленный в материалы дела Отчет об оценке, поскольку эксперт не был предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 УПК РФ.

Из кадастровой выписки Росреестра по спорному объекту следует, что кадастровая стоимость квартиры составляет 3 670 858,10 рублей.

Так, согласно статье 3 Федерального закона от 29.07.1998г. № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» под кадастровой стоимостью понимается стоимость, установленная в результате проведения государственной кадастровой оценки или в результате рассмотрения споров о результатах определения кадастровой стоимости либо определенная в случаях, предусмотренных статьей 24.19 данного Федерального закона.

Под рыночной стоимостью объекта оценки понимается наиболее вероятная цена, по которой данный объект оценки может быть отчужден на открытом рынке в условиях конкуренции, когда стороны сделки действуют разумно, располагая всей необходимой информацией, а на величине цены сделки не отражаются какие-либо чрезвычайные обстоятельства, то есть когда: одна из сторон сделки не обязана отчуждать объект оценки, а другая сторона не обязана принимать исполнение; стороны сделки хорошо осведомлены о предмете сделки и действуют в своих интересах; объект оценки представлен на открытом рынке посредством публичной оферты, типичной для аналогичных объектов оценки; цена сделки представляет собой разумное вознаграждение за объект оценки и принуждения к совершению сделки в отношении сторон сделки с чьей-либо стороны не было; платеж за объект оценки выражен в денежной форме.

Таким образом, нормами Федерального закона от 29.07.1998г. № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» установлено, что кадастровая и рыночная стоимость не являются эквивалентными понятиями.

Кадастровая стоимость определяется методами массовой оценки, тогда как рыночная стоимость определяется индивидуально для конкретного объекта в соответствии с законодательством об оценочной деятельности.

Следовательно, при определении рыночной стоимости квартиры судом не принята ко вниманию кадастровая стоимость объекта.

Между тем, по результатам проведения именно судебной экспертизы ООО «Московское общество оценщиков» представлено в материалы дела Заключение эксперта №03/Э-20 по судебной оценочной экспертизе от 23.08.2020, из которого следует, что осмотр объекта экспертизы проводился 13.07.2020, при этом, установить техническое состояние квартиры на дату 01.02.2018 не представляется возможным, оценка произведена по представленным в материалы дела документам.

Так, согласно заключению, на дату 01.02.2018 экспертом сделан вывод о стоимости квартиры в размере 4 991 005,51 рублей.

При этом, доводы ответчика о том, что на дату совершения сделки помещение нуждалось в капитальном ремонте документально не подкреплены.

Таким образом, суд согласился с доводами истца о совершении сделки при неравноценном встречном исполнении.

Более того, в списке кредиторов и должников гражданина, приложенном к Заявлению должника о признании несостоятельным (банкротом), указаны 25 кредитных обязательств.

Общая сумма задолженности составляет 1 664 679,00 рублей.

В Заявлении Должника о признании несостоятельным (банкротом) от 05.04.2018 указано о том, что срок исполнения кредитных обязательств наступил более трех календарных месяцев назад.

Таким образом, суд пришел к выводу, что на дату совершения оспариваемой сделки 01.02.2018 года должник отвечал признакам неплатежеспособности.

Согласно выпискам по движению денежных средств по счетам Должником прекращено (частично прекращено) исполнение обязательств перед кредиторами: перед ПАО Банк ВТБ по договору №00185/15/00691-16 с 24.09.2017 г., перед ПАО Банк ВТБ по договору №001-Р-584107760 с 25.09.2017 г., перед ПАО Сбербанк по договору №0910-Р6019554810 с 15.11.2017 г., перед АО Банк Русский Стандарт по договору №101570129 с 23.09.2017 г., перед АО Банк Русский Стандарт по договору №105962483 с 26.09.2017 г., перед ООО МКК «Кредитный заем» с 05.06.2017 г.

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», при решении вопроса о том, могла ли другая сторона по сделке знать о наличии указанных обстоятельств (в частности о признаках неплатежеспособности другой стороны по сделке), во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В то же время презумпция осведомленности второй стороны по сделке о ее совершении с целью причинить вред имущественным правам кредиторов является опровержимой.

Согласно правовой позиции Верховного суда РФ, изложенной в Определении Верховного суда РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Представителем ФИО3 по делу о признании ее несостоятельной (банкротом) является ФИО8, действующая по доверенности должника, выданной ООО «ПРОФФ БАНКРОТ».

Как следует из сведений о юридическом лице в Едином государственном реестре юридических лиц по состоянию на 17.09.2018 года, Ответчик ФИО2 является генеральным директором ООО «ПРОФФ БАНКРОТ» и его единоличным Участником.

Основным видом деятельности Общества является деятельность в области права.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что Ответчик, будучи генеральным директором Общества, оказывал Должнику юридические услуги по делу о признании несостоятельным (банкротом), следовательно, ему безусловно было известно о том, что до совершения оспариваемой сделки Должник отвечал признакам неплатежеспособности, а также о том, что в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов должника.

В результате совершения вышеуказанной сделки из владения должника выбыло имущество, что привело к уменьшению конкурсной массы, и, следовательно, нарушению прав и законных интересов кредиторов.

Судом установлено, что спорное имущество было реализовано ФИО2 в пользу ФИО6 согласно условиям договора купли-продажи от 23.08.2018, однако, согласно устным пояснениям истца, указанная сделка им не оспаривается.

Согласно пункту 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Абз. 2-4 п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 разъяснено, что согласно п. 3 и 4 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В целях реализации указанного выше правового принципа абз. 1 п. 1 ст. 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п. 2 ст. 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, нормы п. 1 и 2 ст. 10 ГК РФ, устанавливающие запрет злоупотребления правом в любых формах и правовые 8 последствия злоупотребления правом, направлены на реализацию принципа, закрепленного в ст. 17 (ч. 3) Конституции Российской Федерации (определения от 18 января 2011 года № 8- О-П, от 22 марта 2012 года № 489-0-0, от 17 июля 2014 года № 1808-О). В п. 1 постановления Пленума от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» Верховный Суд Российской Федерации разъяснил, что добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Злоупотребление правом может быть вызвано такими действиями лица, в результате которых другая сторона не могла реализовать принадлежащие ей права.

По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В соответствии с п. 7 указанного Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 - «Если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГКРФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ)».

Исходя из правовой позиции коллегии судей Верховного Суда РФ, изложенной в Определении от 09.08.2016 № 21-КП6-6 нарушение участниками гражданского оборота при заключении договора статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, выразившееся в злоупотреблении правом, отнесено законом к числу самостоятельных оснований для признания сделки недействительной».

Аналогичная позиция изложена в п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Непосредственной целью санкции, содержащейся в статье 10 ГК РФ, а именно отказа в защите права лицу, злоупотребившему правом, является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления.

Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, ссылающегося на соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства.

Поэтому упомянутая норма закона может применяться как в отношении истца, так и в отношении ответчика (п. 5 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Таким образом, суд пришел к выводу, что при совершении указанной сделки сторонами допущено злоупотребление правом, а именно имело место недобросовестное поведение, направленное на уменьшение конкурсной массы, заявителем доказана вся совокупность обстоятельств, достаточная для признания сделки недействительной.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 «Оспаривание сделок должника», подлежит возврату в конкурсную массу.

Исходя из изложенного, суд первой инстанции признал недействительной сделкой Договор купли-продажи квартиры от 01.02.2018, заключенный между ФИО3 и ФИО2 в отношении квартиры, расположенной по адресу: <...>, общей площадью 32,5 кв.м., кадастровый номер 77:05:0008001:220. Применить последствия недействительности сделки. Взыскал с ФИО2 в пользу ФИО3 4 991 005,51 рублей в конкурсную массу. Восстановил право требования ФИО2 к ФИО3 в сумме 3 000 000 рублей.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно п. 2 ст. 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

Согласно п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

б) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

С учетом разъяснений ВАС РФ, изложенных в п. 5 - 7 Постановления Пленума ВАС РФ N 63, в предмет доказывания недействительности сделки по основаниям п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве входит установление наличия в совокупности следующих условий:

1. Спорная сделка заключена не ранее чем за три года до принятия судом заявления о признании должником банкротом;

2. Сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

3. В результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

4. Другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что должник является неплатежеспособным или вскоре станет таковым.

Из материалов дела следует, что Определением Арбитражного суда города Москвы от 09.04.2018 принято заявление должника ФИО3 о признании гражданина - должника несостоятельным (банкротом), поступившее в Арбитражный суд г. Москвы 02.04.2018 года (согласно штампу канцелярии суда); возбуждено производство по делу № А40-69410/18-71-97 Ф.

Оспариваемая сделка совершена 01.02.2018, то есть, в период подозрительности, предусмотренный п. 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Судом установлено, что на дату совершения оспариваемой сделки 01.02.2018 года должник отвечал признакам неплатежеспособности.

Согласно выпискам по движению денежных средств по счетам Должником прекращено (частично прекращено) исполнение обязательств перед кредиторами: перед ПАО Банк ВТБ по договору №00185/15/00691-16 с 24.09.2017 г., перед ПАО Банк ВТБ по договору №001-Р-584107760 с 25.09.2017 г., перед ПАО Сбербанк по договору №0910-Р6019554810 с 15.11.2017 г., перед АО Банк Русский Стандарт по договору №101570129 с 23.09.2017 г., перед АО Банк Русский Стандарт по договору №105962483 с 26.09.2017 г., перед ООО МКК «Кредитный заем» с 05.06.2017 г.

При решении вопроса о том, должен ли был ответчик знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько оно могло, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительности, установить наличие этих обстоятельств.

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности и недостаточности имущества должника.

Представителем ФИО3 по делу о признании ее несостоятельной (банкротом) является ФИО8, действующая по доверенности должника, выданной ООО «ПРОФФ БАНКРОТ».

Как следует из сведений о юридическом лице в Едином государственном реестре юридических лиц по состоянию на 17.09.2018 года, ФИО2 является генеральным директором ООО «ПРОФФ БАНКРОТ» и его единоличным Участником.

Основным видом деятельности Общества является деятельность в области права.

Коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО2, будучи генеральным директором Общества, оказывал Должнику юридические услуги по делу о признании несостоятельным (банкротом), следовательно, ему безусловно было известно о том, что до совершения оспариваемой сделки Должник отвечал признакам неплатежеспособности, а также о том, что в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов должника.

В отношении Отчета ООО «МЭН» №469186 от 11.12.2019 г. судом первой инстанции обоснованно и с учетом иных письменных доказательств по делу не был принят во внимание данный отчет.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции было назначено проведение оценочной экспертизы спорного жилого помещения. Оценочная экспертиза проведена в соответствии процессуальными требованиями и обоснованно принята судом в качестве доказательства по делу. Согласно заключения эксперта № 03/Э-20 от 23.08.2020 года стоимость данного объекта недвижимости составила 4 991 005,51 руб., что позволяет сделать обоснованный и документально подтвержденный вывод об отчуждении жилого помещения по оспариваемой сделке при условии неравноценного встречного исполнения.

Довод апеллянта об отсутствии у него личной выгоды при перепродаже квартиры третьему лицу не имеет правовых оснований, так как отсутствие личной выгоды сторон сделки не является фактором, оправдывающим причинение ущерба кредиторам должника. В данном случае, кредиторам должника причинен ущерб подозрительной сделкой, в результате которой имущество, подлежащее включению в конкурсную массу, было отчуждено по заниженной на 40% цене.

Таким образом, в результате совершения вышеуказанной сделки из владения должника выбыло имущество, что привело к уменьшению конкурсной массы, и, следовательно, нарушению прав и законных интересов кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

Таким образом, является правомерным вывод суда первой инстанции о том, что при совершении указанной сделки сторонами допущено злоупотребление правом, а именно имело место недобросовестное поведение, направленное на уменьшение конкурсной массы, заявителем доказана вся совокупность обстоятельств, достаточная для признания сделки недействительной.

В соответствии со ст.65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается, как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со ст.71 АПК РФ Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

На основании изложенного, коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции в полном объеме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; выводы суда, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, им дана надлежащая правовая оценка; судом правильно применены нормы материального и процессуального права.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч.4 ст.270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 102, 110, 269-271, 272 Арбитражного процессуального кодекса РФ, Девятый Арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 22.01.2021 по делу № А40- 69410/18 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: А.А. Комаров

Судьи: Д.Г. Вигдорчик

Ю.Л. Головачева