Постановление от 4 мая 2025 г. по делу № А33-1644/2023

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-1644/2023к2
г. Красноярск
05 мая 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена «17» апреля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен          «05» мая 2025 года.


Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи: Радзиховской В.В.,

судей: Хабибулиной Ю.В., Яковенко И.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём  Лизан Т.Е.,

при   участии: от должника - ФИО1 - ФИО2, представителя по доверенности от 21.10.2022, паспорт,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Красноярского края от 28 января 2025 года по делу №  А33-1644/2023к2,

установил:

в  рамках дела  о  банкротстве   ФИО1 (ИНН <***>) (далее – должник),  возбужденного  на  основании ФИО3 (далее – заявитель), 20.04.2023 в Арбитражный суд Красноярского края поступило требование публичного акционерного общества «Сбербанк России» (далее по тексту - кредитор), уточненного в порядке  статьи 49 Арбитражного  процессуального  кодекса  РФ, о включении в  реестр требований кредиторов  должника  суммы  задолженности  в  размере    

9 381 306,25 руб., возникшей на основании договора №4550721491 от 24.04.2008, из которых: 8 189 511,48 руб. – основной долг, 1 191 794,77 руб. – проценты за пользование кредитом; - в размере 26 631 887,17 руб., возникшей на основании договора №45157 от 20.06.2008, из которых: 23 063 958,35 руб. – основной долг, 3 567 928,82 руб. – проценты за пользование кредитом, как требования, обеспеченного залогом прав требования на недвижимое имущество, расположенное по адресу: <...> (в районе поселка «Удачный»).

       Определением Арбитражного суда Красноярского края от 28.01.2025 по делу №  А33-1644/2023к2 включено требование публичного акционерного общества «Сбербанк России» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в третью очередь реестра требований кредиторов должника ФИО1 (ИНН <***>)    в размере 8 572 463,99  руб. основного долга по договору №4550721491 от 24.04.2008;   в размере 24 434 270,04 руб. основного долга по договору №45157 от 20.06.2008 как требования, обеспеченного залогом права требования на недвижимое имущество,                                                                                                            расположенное по адресу: <...> (в районе поселка «Удачный»).

При вынесении  определения   суд  первой  инстанции   исходил из  доказательства наличия задолженности по кредитному договору,  удовлетворив  требование кредитора о включении требований как обеспеченных залогом имущества должника. Суд   указал,  что подписывая   кредитный договор, должник   фактически  принял  на  себя  обязательство  использовать  кредит  в  целях  инвестирования  в  строительство  объекта   недвижимости, а  дальнейшем передать   объект  недвижимости   в  залог  банку.

Не согласившись с данным судебным актом, ФИО1  обратился в Третий арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Красноярского края  от 28.01.2025 изменить, исключив  из  резолютивной  части  указание  на  обеспечение  залогом  прав  требования на недвижимое имущество, расположенное по адресу: <...> (в районе поселка «Удачный»), денежного  требования  кредитора  к  должнику  в  размере 24434270 руб. 04 коп. основного  долга   по  договору  от 20.06.2008 <***>, указав, что  стороны не достигли договоренности предоставить в залог кредитору права требования заемщика, вытекающие из инвестиционного договора №11 от 24.04.2008,  заключенного между должником и застройщиком;  на  отсутствие в  материалах  дела инвестиционного договора №11 от 24.04.2008, на  который имеется  ссылка  в кредитном договоре; на  уступку   прав  требований   по инвестиционному договору должником  третьему  лицу в  2009  г. (по этой причине  ПАО «Сбербанк» не предпринимал никаких действий по установлению своих залоговых прав в ином судебном порядке, в том числе и в 2010 году при обращении в Железногорский городской суд с требованием о взыскании задолженности по кредитному договору №45157), утратой данных документов в связи с истечением всех разумных сроков на их хранение). В  нарушение    статьи 77 Закона «Об ипотеке» сам по себе факт заключения кредитного договора №45157 от 20.06.2008г. для целей осуществления инвестирования строительства коттеджа по строительному адресу: <...>, в районе поселка Удачный, - не свидетельствует о том, что автоматически возникает залог каких-либо требований покупателя/инвестора в пользу банка-кредитора, вытекающих из инвестиционного договора, заключенного между застройщиком и инвестором.  Вывод  суда о непредоставлении должником доказательств утраты прав требования к застройщику не может служить основой для установления залогового статуса кредитора в ситуации отсутствия в деле доказательств того, что стороны согласовали передачу в залог банку именно имущественных прав требования, вытекающих из инвестиционного договора №11. В  связи  с  отсутствием  инвестиционного  договора в  материалах  дела,  суд  его  не анализировал, между тем, это   имеет существенное значение для разрешения спора о возникновении залоговых прав кредитора. В первый раз за все обозначенное время банк поставил вопрос об установлении своего залогового статуса по объекту (имущественным правам) только при подаче заявления о включении своих денежных требований к должнику от 17 апреля 2023 года, то есть за пределами 10 летнего срока давности. Суд первой инстанции не дал какой-либо оценки возражениям должника в части, касающейся применения пресекательных сроков исковой давности в отношении возможности защиты залоговых прав кредитора. Истечение срока давности по дополнительному требованию не влияет на течение срока исковой давности по основному обязательству, равно как и изменение течения срока исковой давности по главному требованию не влияет на течение срока давности по дополнительным требованиям до тех пор, пока он не истек.

В   судебном заседании представитель должника поддержал доводы  апелляционной жалобы, не согласен с судебным актом суда первой инстанции в части обеспечения  залогом  прав  требования на недвижимое имущество.

Поскольку доводы жалобы сводятся к оспариванию определения суда в части установления статуса залогового кредитора в отношении недвижимое имущество, расположенное по адресу: <...> (в районе поселка «Удачный»), возражений относительно проверки судебного акта в обжалуемой части не поступило, суд апелляционной инстанции в силу положений статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проверяет законность и обоснованность определения суда первой инстанции в обжалуемой части.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не прибыли, отзывы на апелляционную жалобу и ходатайства от указанных лиц суду не поступало.

Учитывая, что лица, участвующие в деле, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121 - 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (путем размещения публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, а также текста определения о принятии к производству апелляционной жалобы, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью (Федеральный закон Российской Федерации от 23.06.2016 № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти»), в разделе Картотека арбитражных дел официального сайта Арбитражные суды Российской Федерации Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации (http://kad.arbitr.ru/), в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав представленные доказательства, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и со статьей 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.2002 "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Особенности банкротства гражданина установлены параграфом 1.1 главы X Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

Пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве установлено, что в ходе процедуры реализации имущества гражданина, требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 названного Федерального закона.

       Пунктом 2 статьи 213.8 Закона о банкротстве определено, что для включения в реестр требований кредиторов и участия в первом собрании кредиторов конкурсные кредиторы, в том числе кредиторы, требования которых обеспечены залогом имущества гражданина, и уполномоченный орган вправе предъявить свои требования к гражданину в течение двух месяцев с даты опубликования сообщения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом в порядке, установленном статьей 213.7 настоящего Федерального закона. В случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом.

По правилам статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве установление и включение требований в реестр требований кредиторов осуществляется на основании представленных кредитором документов, поэтому именно на нем лежит обязанность при обращении со своим требованием приложить соответствующие достоверные и достаточные доказательства действительного наличия денежного обязательства.

Принимая  во  внимание  положения  статей 4, 71, 100, 142, пункта 2 статьи 213.8 Закона о банкротстве, абзаца четвертого пункта 1 статьи 4, статей 140, 195, 196, 199, 200, 317 Гражданского кодекса Российской Федерации,  разъяснений,  изложенных в пункте 14 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в пунктах 24, 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении", правовую  позицию Верховного  Суда  РФ (Определение ВС РФ от 06.10.2017 № 303-ЭС17-8083), оценив  имеющиеся в   материалах  дела  документы,  в  том  числе  решение Железногорского городского суда Красноярского края от 10.01.2012 по делу №2-10/2012 о взыскании с должника в пользу кредитора взыскана задолженность по кредитному договору №4550721491 от 24.04.2008 по состоянию на 31 декабря 2010 года, решение Железногорского городского суда Красноярского края от 16.04.2010 по делу №2-53/2010 о  взыскании с должника в пользу кредитора взыскана задолженность по кредитному договору <***> от 20 июня 2008 года, сведения ОСП по Свердловскому району г. Красноярска  об  остатке задолженности по исполнению решения суда, суд  первой  инстанции признал подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника  требование публичного акционерного общества «Сбербанк России» частично в размере 8 572 463,99 руб. основного долга по договору №4550721491 от 24.04.2008;   в размере 24 434 270,04 руб. основного долга по договору №45157 от 20.06.2008. В  указанной  части  определение  не оспорено.

В соответствии с разъяснениями пункта 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 N 40 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 года N 107-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 40), при применении положений статей 71 и 100 Закона о банкротстве арбитражному суду следует исходить из того, что в реестр подлежат включению только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Заявивший свои требования кредитор должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся совершенной с должником сделки. При этом кредитор не имеет каких-либо препятствий для представления суду полного набора дополнительных доказательств, устраняющего все разумные сомнения по поводу сделки.

Целью проверки судом обоснованности требований кредиторов является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников). Стандарты доказывания в деле о банкротстве являются более строгими, чем в условиях не осложненного процедурой банкротства состязательного процесса. Арбитражный суд вправе и должен устанавливать реальность хозяйственных отношений, проверять действительность и объем совершенного по сделке экономического предоставления должнику, предлагая всем заинтересованным лицам представить достаточные и взаимно не противоречивые доказательства.

Согласно позиции Верховного Суда РФ, изложенной в определении от 23.07.2018 N 305-ЭС18-3009, обоснованность требований доказывается на основе принципа состязательности. Кредитор, заявивший требования к должнику, как и лица, возражающие против этих требований, обязаны доказать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований или возражений. Законодательство гарантирует им право на предоставление доказательств (статьи 9, 65 АПК РФ).

Верховный Суд РФ неоднократно обращал внимание на повышенный стандарт доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом во избежание необоснованных требований к должнику и нарушений прав его кредиторов (определения Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ N 305-ЭС16-20992(3), N 305-ЭС16-10852, N 305-ЭС16-10308).

Третий арбитражный апелляционный суд не соглашается с выводами суда первой инстанции о  наличии   оснований  для признания  требования обеспеченного  залогом  прав  требования на недвижимое имущество, расположенное по адресу: <...> (в районе поселка «Удачный»).

В силу статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться залогом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце 2 пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 58 "О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя", если не рассматривалось ранее требование залогодержателя об обращении взыскания на заложенное имущество, то суд при установлении требований кредитора проверяет, возникло ли право залогодержателя в установленном порядке (имеется ли надлежащий договор о залоге, наступили ли обстоятельства, влекущие возникновение залога в силу закона), не прекратилось ли оно по основаниям, предусмотренным законодательством, имеется ли у должника заложенное имущество в натуре (сохраняется ли возможность обращения взыскания на него).

Таким образом, при решении вопроса об установлении требования кредитора как обеспеченного залогом имущества должника в целях реального исполнения судебного акта судом принимаются доказательства, безусловно свидетельствующие о наличии у должника заложенного имущества.

По смыслу разъяснений, изложенных в абзаце третьем пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 58 "О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя", на суд, разрешающий обособленный спор о признании требований кредитора залоговыми, возложена обязанность установить факт возникновения залога, в том числе проанализировать соответствующие юридические основания возникновения залогового права, а также проверить, не прекратилось ли данное право и имеется ли заложенное имущество у должника в натуре.

Указанное означает, что исходя из принципа состязательности суд, осуществляя руководство арбитражным процессом, должен правильно распределить бремя доказывания фактических обстоятельств на процессуальных оппонентов, в том числе принимая во внимание их материально-правовые интересы (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Так, считающий себя залоговым кредитор, будучи истцом по такого рода обособленным спорам, всегда объективно заинтересован (статья 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) в признании его требований обоснованными, в связи с чем на него должна быть возложена первичная обязанность подтвердить основания возникновения залога.

На лицо же, имеющее противоположные материальные интересы и не желающее, чтобы требования заявителя были установлены (например, арбитражный управляющий или другие кредиторы), исходя из его правовой позиции по спору, может быть возложено бремя по доказыванию оснований прекращения залогового права либо подтверждения выбытия имущества из контроля должника.

Подобное распределение бремени доказывания соотносится с процессуальными правилами, изложенными в части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которым лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В случае представления заявителем достаточно серьезных первичных доказательств и приведения убедительных аргументов (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 N 12505/11), указывающих на возникновение залогового права, бремя доказывания условий для отказа в удовлетворении заявленных им требований (возражение о ничтожности договора залога, уничтожении заложенного имущества, приобретения залогового имущества третьим лицом по добросовестности и т.д.) переходит на его процессуальных оппонентов.

Данная правовая позиция сформирована в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 20.11.2017 N 305-ЭС17-9931, от 22.01.2018 N 305-ЭС17-15723.

          Как следует из материалов дела, кредитный договор №45157 от 20.06.2008 предоставляется на инвестирование строительства коттеджа по строительному адресу: <...> в районе поселка Удачный, именуемый далее объект недвижимости.

         Согласно пункту 2.1 в качестве обеспечения своевременного и полного исполнения обязательств по договору заемщик предоставляет (обеспечивает предоставление) кредитору залог (ипотеку) объекта недвижимости. Залоговая стоимость объекта недвижимости устанавливается в размере 100 (ста) % от его стоимости в соответствии с инвестиционным договором заключением об оценочной стоимости объекта недвижимости.

        При установлении требований залогового кредитора в рамках дела о банкротстве помимо факта возникновения и сохранения правоотношений по договору залога подлежит установлению фактическое наличие имущества во владении должника.

       По смыслу пункта 2 статьи 2, статьи 4 Федерального закона от 30.12.2004 № 214-ФЗ "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации" участниками долевого строительства являются лица, перед которыми у застройщика возникла обязанность передать в будущем как жилые, так и нежилые помещения. В связи с этим, положения статей 12.1 и 13 названного закона об обеспечении исполнения обязательства застройщика перед такими лицами применяются независимо от конкретного вида (жилое или нежилое помещение) объекта долевого строительства.

       Согласно нормам ГК РФ о залоге, предметом залога может быть как имущество, имеющееся у залогодателя, так и то, которое он приобретет в будущем, а также имущественные права.

       Подписывая кредитный договор, должник фактически принял на себя обязательство использовать кредит в целях инвестирования в строительство объекта недвижимости, а в дальнейшем передать объект недвижимости в залог банку.

       Исходя из условий договора, в данном случае предметом залога выступает не определенный условиями договора объект, а имущественные права требования участника строительства к застройщику.

       Вместе  с  тем,   доказательств  государственной  регистрации инвестиционного  договора №11 от 24.04.2008, заключенного   между   должником и  застройщиком,   в  материалы  дела  не  представлено. Как  и  не представлено текста самого   инвестиционного  договора  в  материалы  дела.

       Согласно имеющейся в деле сводной Выписке из ЕГРН в отношении объектов недвижимости, когда-либо принадлежащих Должнику ФИО1, такого объекта как жилой дом по адресу: ул. Лесная, 157, г. Красноярск, - в собственности должника  не существовало, право собственности должника в отношении подобного объекта недвижимости не регистрировалось. Запрошенные судом первой  инстанции из регистрирующего органа и представленные в дело выписки из ЕГРН в отношении объектов с адресными ориентирами «<...>»  (т.   1 л.д. 10-141) также подтверждают тот факт, что ФИО1 ни к одному из таких объектов не имел отношения.

        Отсутствие в деле самого подписанного текста инвестиционного договора №11  не позволяет установить факт возникновения  инвестиционных отношений должника  застройщиком.

        Кроме  того,  судебная  коллегия  соглашается  с   доводом   должника  об  отсутствии регистрации залога.

        По смыслу п. 1 статьи 77 Закона «Об ипотеке», посвященной ипотеке жилых домов и квартир, приобретенных за счет кредита банка или иной кредитной организации (в редакции Федерального закона от 13.05.2008 N66-03, действовавшей на дату заключения кредитного договора №45157 от 20.06.2008г., срок действия редакции: начало - 17.05.2008, окончание -10.01.2009), если иное не предусмотрено федеральным законом или договором, жилой дом или квартира, приобретенные или построенные полностью либо частично с использованием кредитных средств банка или иной кредитной организации либо средств целевого займа, предоставленного другим юридическим лицом на приобретение или строительство жилого дома или квартиры, считаются находящимися в залоге с момента государственной регистрации права собственности заемщика на жилой дом или квартиру.

Жилое помещение, приобретенное либо построенное полностью или частично с использованием кредитных средств банка или иной кредитной организации либо средств целевого займа, предоставленного другим юридическим лицом на приобретение или строительство указанного жилого помещения, находится в залоге с момента государственной регистрации ипотеки в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним (п. 1 в ред. Федерального закона от 06.12.2011 N 405-ФЗ)

        Ипотека в отношении жилого дома либо  права  на  будущий   дом  по адресу: <...>, по кредитному договору №45157 от 20.06.2008 не  была  зарегистрирована,  иного  банк  не  доказал.

        Содержание представленного в дело кредитного договора №45157 от 20.06.2008г. (вчастности, раздел 2 и п. 5.3.3, п. 5.3.5) ни в одном из его пунктов не позволяет сделать вывод о том, что стороны подобное условие (залог прав требования из инвестиционного договора №11 от 24.04.2008) согласовали в том или ином виде. Напротив, из кредитного договора следует лишь обязанность заемщика по факту постройки объекта недвижимости оформить залог этой недвижимости (то есть ипотеку) в пользу банка (п. 2.1.2), либо предоставить иное обеспечение на тот случай, если заемщик этого не осуществил (с возможным в качестве последствия такого нарушения увеличением процентной ставки по кредиту) - п. 5.3.5.

        В соответствии с п. 3 ст. 339 Гражданского кодекса РФ, договор залога должен быть заключен в простой письменной форме, если законом или соглашением сторон не установлена нотариальная форма. Несоблюдение правил, содержащихся в настоящем пункте, влечет недействительность договора залога.

        Как следует из п. 1 ст. 432 Гражданского кодекса РФ, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

        Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

        В силу положений пункта 1 статьи 339 Гражданского кодекса РФ в договоре залога должны быть указаны предмет залога, существо, размер и срок исполнения обязательства, обеспечиваемого залогом. Условия, относящиеся к основному обязательству, считаются согласованными, если в договоре залога имеется отсылка к договору, из которого возникло или возникнет в будущем обеспечиваемое обязательство.

        Вопреки требованию суда Кредитором не представлен в материалы дела сам инвестиционный договор №11 от 24.04.2008г., на который содержится ссылка в п.5.3.3 кредитного договора, из чего следует, что данная сделка (ее текст) имелась в распоряжении банка на дату установления кредитных обязательств.

         Должник  объясняет факт отсутствия у него данного инвестиционного договора тем, что с даты его заключения прошло более 15 лет, права по нему были уступлены еще в 2009 году третьему лицу, банку об этом было известно (по этой причине «Сбербанк» не предпринимал никаких действий по установлению своих залоговых прав в ином судебном порядке, в том числе и в 2010 году при обращении в Железногорский городской суд с требованием о взыскании задолженности по кредитному договору №45157), наконец, утратой данных документов в связи с истечением всех разумных сроков на их хранение.

       Признавая за кредитором статус залогового, суд  первой  инстанции указал, что на требование об обращении взыскания на предмет залога срок исковой давности не распространяется и залог сохраняет свою силу до полного исполнения обязательства.

        Вместе  с  тем, требование залогодержателя к залогодателю об обращении взыскания на заложенное имущество не относится к перечисленным в статье 208 ГК РФ требованиям, на которые срок исковой давности не распространяется.

        В соответствии со статьей 199 Гражданского кодекса РФ  истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

        В силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

         Из совокупного толкования положений статей 196 и 200 Гражданского кодекса РФ  следует, что срок исковой давности по требованию об обращении взыскания на предмет ипотеки начинает течь с момента возникновения оснований для обращения взыскания на заложенное имущество, о которых залогодатель знал или должен был знать (Определение Верховного Суда РФ от 01.11.2016 N 127-КГ16-10) и составляет 3 года.

        Срок исковой давности по требованию об обращении взыскания на предмет залога начинает течь с момента возникновения оснований для обращения взыскания на заложенное имущество, о которых залогодатель знал или должен был знать.

        Вместе с тем, истечение срока давности по дополнительному требованию не влияет на течение срока исковой давности по основному обязательству, равно как и изменение течения срока исковой давности по главному требованию не влияет на течение срока давности по дополнительным требованиям до тех пор, пока он не истек.

        Судебная практика исходит из утраты залогодержателем прав на обращение взыскания на заложенное имущество (а следовательно и на установление залогового статуса в деле о несостоятельности) в случае пропуска общих сроков на обращение в суд с такими требованиями: см, например, п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2023 N23 "О применении судами правил о залоге вещей", Определение Верховного Суда РФ от 27.05.2024 N 305-ЭС24-6309, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 29.01.2024 N Ф05-32766/2023 по делу N А40-139148/2023.

        Учитывая, что  на  дату взыскания  задолженности в  суде общей юрисдикции в 2010 году  Банком не  было  заявлено  о  взыскании задолженности  за  счет  залога, Банк  пропустил  срок  для   установление статуса  залогового  кредитора.

       При таких обстоятельствах, требования банка не могут считаться обеспеченными залогом имущества.

     В соответствии со статьей 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимаемые арбитражным судом решения, должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Согласно пункту 3 абзаца 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения апелляционной жалобы арбитражный суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить определение суда первой инстанции полностью или в части и разрешить вопрос по существу.

В силу пункта 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для изменения или отмены определения арбитражного суда первой инстанции является неправильное  применение  норм  материального  права.

С учетом вышеизложенного, определение Арбитражного суда Красноярского края от «28» января 2025 года по делу № А33-1644/2023к2 в  обжалуемой  части подлежит изменению с изложением резолютивной части определения в новой редакции.

Вопрос о распределении судебных расходов по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы судом не рассматривался, поскольку в силу подпункта 4 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации должник освобожден от уплаты государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от «28» января 2025 года по делу № А33-1644/2023к2 изменить.

Резолютивную часть  определения  изложить  в  следующей  редакции.

Заявление публичного акционерного общества «Сбербанк России»  удовлетворить  в  части.

           Включить требование публичного акционерного общества «Сбербанк России» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в третью очередь реестра требований кредиторов должника ФИО1  (ИНН <***>)           в размере 8 572 463,99  руб. основного долга по договору №4550721491 от 24.04.2008;   в размере 24 434 270,04 руб. основного долга по договору №45157 от 20.06.2008 .

          В удовлетворении   остальной части заявления  публичного акционерного общества «Сбербанк России»  о  включении  в  реестр  требований  кредиторов  должника   отказать.


Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.


Председательствующий

В.В. Радзиховская

Судьи:

Ю.В. Хабибулина


И.В. Яковенко