Постановление от 10 февраля 2025 г. по делу № А23-4780/2023

ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


г. Тула                                                                                                        Дело № А23-4780/2023

                                                                                                                                   20АП-10/2025

Резолютивная часть постановления объявлена   10.02.2025

Постановление изготовлено в полном объеме    11.02.2025

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего  Капустиной Л.А., судей Егураевой Н.В. и Воронцова И.Ю., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Кузнецовой Ю.Н., при участии от истца – общества с ограниченной ответственностью центр дорожно-мостового проектирования «Магистраль» (г. Воронеж, ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО1 (доверенность от 28.07.2023),  от ответчика – государственного казенного учреждения Калужской области «Калугадорзаказчик» (г. Калуга, ИНН <***>; ОГРН <***>) – ФИО2 (доверенность от 09.01.2025),  рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью центр дорожно-мостового проектирования «Магистраль» на решение Арбитражного суда Калужской области от 05.12.2024  по делу №  А23-4780/2023,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью центр дорожно-мостового проектирования «Магистраль» (далее –  общество) обратилось в Арбитражный суд Калужской области с иском к государственному казенному учреждению Калужской области «Калугадорзаказчик» (далее – учреждение) о взыскании задолженности по государственному контракту № 249-13 на выполнение работ по разработке проектной и рабочей документации по объекту: Реконструкция автодороги 1Р92 «Калуга-Перемышль-Белев-Орел-Козельск» на участке с км 0+000 по км 26+000 в Перемышльском и Козельском районах в размере 11 369 979 рублей.

Решением суда от 01.11.2023, оставленным без изменения постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2024, исковые требования удовлетворены.

Постановление Арбитражного суда Центрального округа от 24.05.2024 вышеуказанные судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Калужской области.

Решением суда от  05.12.2024, принятым по результатам повторного рассмотрения, в удовлетворении исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе общество просит решение отменить, исковые требования удовлетворить. Оспаривая судебный акт, заявитель ссылается на то, что судом не дано оценки  доводам  истца о последующем одобрении сделки; явственности полномочий  лица, подписавшего  акт сверки, из обстановки; актам сверки за период с 01.01.2019 по 24.12.2019, с января 2022 по  октябрь 2022; действиям ответчика по возврату обеспечения контракта  26.07.2022; факту  рассмотрения тождественного спора по делу  № А23-2697/2020; письменном  признании ответчиком   действия спорного контракта до момента вступления в силу 18.07.2022 решения по делу  № А23-5198/2021. Отмечает, что материалы дела содержат множество актов сверок с 01.01.2018 по 23.12.2022, имеющих идентичное содержание и содержащих оттиск печати ответчика, наличие которой должно рассматриваться как  подтверждение полномочий лица, подписавшего акт,  и порождающее правовые последствия, предусмотренные статьей 402 Гражданского кодекса Российской Федерации. Указывает, что должностной инструкцией  заместителя начальника учреждения по финансовым вопросам от 08.04.2019  предусмотрена возможность действовать  от имени учреждения, представлять  его интересы  по финансовым вопросам, в том числе в отношениях с организациями; подписывать и согласовывать  документы бухгалтерского, налогового учета,  отчетность и другие  документы в пределах компетенции. В связи с этим считает, что  действия   заместителя начальника по финансовым вопросам ФИО3  по  подписанию акта сверки  за период с января 2022 по  октябрь 2022 входили в круг ее должностных полномочий.  Полагает, что при исчислении  срока исковой давности  с даты подписания акта сверки от  24.12.2019,  такой срок истекал бы 26.12.2022, при этом  в силу статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации, он приостанавливался на период  рассмотрения  дела № А23-2697/2020, в рамках  которого учреждение  обратилось к обществу с требованиями о взыскании убытков в виде стоимости работ (т.е.  с 16.04.2020  по 25.02.2023).  Утверждает, что  ответчик  впоследствии  признал наличие у него задолженности, поскольку  внес сумму задолженности по контракту в  государственную  программу «Развитие дорожного хозяйства Калужской области в 2022-2024 гг.». (пункт 123 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», далее – постановление Пленума № 25).

В отзыве  учреждение просит решение оставить без изменения,  апелляционную жалобу – без  удовлетворения.  Указывает, что в соответствии с приказом от 06.08.2018 № 17  лица, подписавшие акты сверки, на которые ссылается истец (начальник ГКУ КО «ЦБДХ» ФИО4 и главный бухгалтер ГКУ КО «ЦБДХ» ФИО5)  имели право подписи таких актов в рамках  соглашения от 09.04.2018, заключенного с учреждением. Отмечает, что  в судебном заседании 01.10.2024 начальник  учреждения  пояснил, что  по договору с централизованной бухгалтерией весь учет задолженности ведется именно ей; на ФИО3 возложена обязанность подписания лишь технических документов; подписание  всех финансовых и юридических документов  находится в компетенции начальника учреждения. Сообщает, что по результатам инвентаризации  письмом начальника централизованной бухгалтерии от 08.11.2022 № 61-22 ФИО3, как заместитель  начальника учреждения по финансовым вопросам,  была уведомлена  о необходимости  списания с  балансового счета учреждения   спорной задолженности в связи с истечением срока исковой давности.     В связи с  этим считает,  что акт сверки за период января-августа 2022, на который ссылается истец,  не имеет правового значения и не может являться основанием для  вывода о том, что срок исковой давности не пропущен; акт подписан  ФИО3,  не имевших соответствующих полномочий.  Полагает, что оттиск печати не наделяет ФИО3 такими полномочиями. Обращает внимание на то, что  журналом учета выданных доверенностей за период с января 2021 по сентябрь 2022  подтверждается, что ФИО3  доверенность на представление интересов учреждения не выдавалась.  Выражает несогласие с доводом истца о тождественности настоящего спора со спором, рассмотренным в деле № А23-2697/2020, указывая, что само по себе  рассмотрение дела, вытекающего из одного и того же договора, об этом не свидетельствует; истцом в деле № А23-2697/2020 выступало учреждение.  Поясняет, что выделение финансирования не отражает возникновение обязательств, а осуществляется в рамках  исполнение федеральной программы по содержанию дорог. Отмечает, что возврат  денежных средств обществу, внесенных в качестве залога,  регламентируется  условиями иного договора от 27.09.2013 № 249-13, в то время как  настоящий спор возник из государственного контракта  от 01.10.2013 № 249-13.

В судебном заседании  представители сторон поддержали позиции,  изложенные в апелляционной жалобе и отзыве на нее. 

Изучив материалы дела и доводы жалобы, выслушав представителей сторон, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что жалоба не подлежит удовлетворению.

Как видно из материалов дела, по результатам  открытого конкурса (протокол оценки и сопоставления заявок  от 19.09.2013  № 0137200001213004768-ПЗ) между учреждением (заказчик) и обществом (исполнитель) заключен государственный контракт 01.10.2013  № 249-13, предметом которого является разработка проектной документации и рабочей документации по объекту: Реконструкция автодороги 1Р92 «Калуга-Перемышль-Белев-Орел-Козельск» на участке с км 0+000 по км 26+000 в Перемышльском и Козельском районах.

Срок выполнения работ установлен календарным графиком выполнения работ (пункт 1.8 контракта). Датой окончания работ является дата утверждения АУ «Управление государственной экспертизы Калужской области» положительного заключения государственной экспертизы (пункт 4.2 контракта).

Цена контракта, согласно  пункту 3.1,  составляет 21 829 176 рублей.

В соответствии с пунктом 3.9 контракта оплата за выполненные работы производится в два этапа: первый этап – после получении проектной документации для предъявления на государственную экспертизу - в размере 50 % от стоимости изыскательских работ и проектной документации; второй этап – после получения положительного заключения экспертизы и передачи рабочей документации заказчику -  оставшаяся сумма согласно контракту.

По накладным от 24.04.2014 № 39, от 11.08.2014 № 70, от 22.09.2014 № 83, от 22.12.2014 № 106 результат работ передан заказчику и сторонами подписаны  акты выполненных работ от 25.04.2014 № 1-4, от 19.08.2014 № 5-20, от 18.12.2014 № 21-25.

Ссылаясь на то, что выполненные работы оплачены частично в сумме                                 10 459 197 рублей, непогашенной осталась задолженность в размере 11 369 979 рублей     (21 829 176 рублей – 10 459 197 рублей), общество обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

Спорные правоотношения сторон возникли в рамках исполнения  контракта на выполнение подрядных работ для государственных нужд, правовое регулирование которого  предусмотрено главой 37 Гражданского кодекса Российской Федерации  и Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ).

В соответствии с  абзацем 4 преамбулы Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017) (далее – Обзор от 28.06.2017), поскольку в силу части 1 статьи 2 Закона № 44-ФЗ  законодательство о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд основывается на положениях Гражданского кодекса Российской Федерации, при разрешении споров, вытекающих из государственных (муниципальных) контрактов, суды руководствуются нормами Закона о контрактной системе, толкуемыми во взаимосвязи с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, а при отсутствии специальных норм – непосредственно нормами Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 758 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ подрядчик (проектировщик, изыскатель) обязуется по заданию заказчика разработать техническую документацию и (или) выполнить изыскательские работы, а заказчик обязуется принять и оплатить их результат.

Применительно к пункту 4 статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации сдача результата работ подрядчиком и его приемка заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными.

Акт приемки работ является основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ (пункт 8 информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда») и при его неподписании заказчик должен представить доказательства обоснованного отказа от принятия работ (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.09.2019 № 305-ЭС19-9109, постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.03.2012 № 12888/11).

Во исполнение  контракта сторонами подписаны акты приемки выполненных работ от 25.04.2014 № 1-4, от 19.08.2014 № 5-20,  от 18.12.2014 № 21-25, накладные от  24.04.2024 № 39, от 11.08.2014 № 70, от 22.09.2014 № 83, от 22.12.2014 № 106. Результат выполненных работ  получил  положительное заключение 07.12.2015 № 42, выданное                        АУ «Управление государственной экспертизы Калужской области».

Обстоятельства  выполнения работ по разработке проектной документации и их сдача до направления уведомления  заказчика  об отказе от контракта, установлены вступившими в законную силу решениями Арбитражного суда Калужской области   по делам № А23-4018/2020, № А23-5198/2021, № А23-2697/2020,  что в силу части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, изложенных в постановлениях от 05.02.2007 № 2-П, от 21.12.2011 № 30-П, не требует дополнительного доказывания.

Наличие непогашенной задолженности по состоянию на 31.08.2022  зафиксировано сторонами в подписанном акте сверки взаимных расчетов за период с января 2022 по август 2022 в размере 11 369 979 рублей. Указанный акт со стороны  учреждения подписан заместителем начальника учреждения ФИО3, а также главными бухгалтерами сторон.

Возражая против заявленных требований, ответчик заявил о пропуске срока исковой давности, сославшись на то, что указанный  акт сверки не является подтверждением задолженности, поскольку не обладает признаками первичного финансового документа, пояснив, что в период с 18.12.2014 в адрес учреждения  от подрядчика не поступало  требований об оплате спорной задолженности;  подписание акта сверки главным бухгалтером отражает наличие неоплаченных счетов, но не подтверждает признание долга; спорный акт сверки  ответчику не поступал, он  подписан заместителем директора  ФИО3 без согласования своих действий с руководителем организации, при невыясненных обстоятельствах; акты сверок за 2022  год не отвечают требованиям внутренних организационных документов в сфере бюджетного учета в учреждении, на них отсутствует подпись ГКУ КО «ЦБДХ», необходимая для  финансирования оплаты работ за счет бюджетных средств;  печать организации также не подтверждает наличие у  заместителя директора по финансовым вопросам полномочий на признание долга; спорная задолженность списана на основании приказа от 08.11.2022  ввиду истечения срока исковой давности.

Не соглашаясь с истечением  срока исковой давности,  истец сослался совершение  ответчиком  действий, свидетельствующих о прерывании срока исковой давности, указав, что  аналогичные акты сверки были подписаны сторонами в 2018, 2019, 2022 годах, а  в должностные полномочия  заместителя начальника учреждения  по финансовым вопросам ФИО3, подписавшей  со стороны учреждения акт сверки за период с  января 2022 по август 2022 года,  входит обязанность по проверке расчетов с контрагентами (в соответствии с должностной инструкцией от 08.04.2019 заместитель начальника учреждения  по финансовым вопросам осуществляет контроль за рациональным, эффективным, целевым использованием материальных, трудовых и финансовых ресурсов, сохранностью собственности учреждения;  состоянием дебиторской и кредиторской задолженности, принимает меры по урегулированию и возврату задолженности, имеет право действовать от имени учреждения, представлять его интересы по финансовым вопросам во взаимоотношениях с организациями).

Приходя к выводу об  истечении срока исковой давности, суд обоснованно исходил из следующего.

 Как предусмотрено пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного Кодекса.

По общему правилу, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В данном случае  иное установлено  пунктом 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации в отношении  начала течения  срока исковой давности по обязательствам с определенным сроком исполнения. Для таких обязательств   течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

Пунктом 3.9 контракта предусмотрено, что оплата за выполненные работы производится в два этапа: первый этап – после получении проектной документации для предъявления на государственную экспертизу - в размере 50 % от стоимости изыскательских работ и проектной документации; второй этап – после получения положительного заключения экспертизы и передачи рабочей документации заказчику уплачивается   оставшаяся сумма согласно контракту. В силу пункта 3.10  текущий платеж осуществляется заказчиком  в течение 30 дней с момента подписания акта выполненных работ.

При этом лимиты финансирования, в силу пункта 3.2 контракта, на 2013 год составили 15 000 000 рублей, на 2014 год – 6 829 176 рублей.

По контракту сторонами подписаны акты приемки выполненных работ от 25.04.2014 № 1-4, от 19.08.2014 № 5-20,  от 18.12.2014 № 21-25, накладные от  24.04.2024 № 39, от 11.08.2014 № 70, от 22.09.2014 № 83, от 22.12.2014 № 106.

Результат выполненных работ  получил  положительное заключение от 07.12.2015 № 42, выданное  АУ «Управление государственной экспертизы Калужской области», что установлено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Калужской области по делу № А23-2697/2020.

Таким образом,  исходя из условий контракта, заказчик должен был оплатить  работы не позднее 11.01.2016 (с учетом выходных и праздничных дней в январе 2016 года).

В силу пункта 3 статьи 202 Гражданского кодекса Российской Федерации, если стороны прибегли к предусмотренной законом процедуре разрешения спора во внесудебном порядке (процедура медиации, посредничество, административная процедура и т.п.), течение срока исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения такой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в определении от 31.10.2016 № 487-ПЭК16, отнесение претензионного порядка к процедуре разрешения споров во внесудебном порядке не противоречит содержанию пункта 3 статьи 202 Гражданского кодекса Российской Федерации, в котором перечень таких процедур не является исчерпывающим, и соответствует разъяснениям, содержащимся в пункте 16 постановления Пленума № 43.

Таким образом, течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку. В этих случаях течение исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения этой процедуры, а при отсутствии такого срока – на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

Следовательно, при направлении претензии в пределах срока исковой давности,  с иском в суд общество могло обратиться не позднее 11.02.2019 (11.01.2016 + 3 года + 30 дней).

В настоящем случае  претензия  о взыскании  долга направлена за пределами трехлетнего срока исковой давности (21.04.2023 – т. 1, л.д. 51 на обороте), в связи с чем она не приостанавливает его течение (пункт 21 постановления Пленума № 43).

С иском в суд  общество обратилось 31.05.2023 (почтовый конверт – т.1, л.д. 98), т.е с пропуском  срока исковой давности.

Согласно разъяснениям, изложенным в абз. 2 пункта 21 постановления Пленума № 43,  по истечении срока исковой давности течение исковой давности начинается заново, если должник или иное обязанное лицо признает свой долг в письменной форме (пункт 2 статьи 206 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Положения новой редакции пункта 2 статьи 206 Гражданского кодекса Российской Федерации о возможном течении срока исковой давности заново после признания должником в письменной форме суммы долга, введены Федеральным законом от 08.03.2015 № 42-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Закон № 42-ФЗ),  вступившим в действие с 01.06.2015, и с учетом пункта 2 статьи 2 указанного Закона применяются к тем правам и обязанностям, которые возникнут после дня вступления в силу данного Федерального закона, если иное не предусмотрено данной статьей; по правоотношениям, возникшим до дня его вступления в силу, положения Гражданского кодекса Российской Федерации  (в редакции названного закона) применяются к тем правам и обязанностям, которые возникнут после дня вступления в силу Закона № 42-ФЗ, если иное не предусмотрено названной статьей.

При этом согласно пункту 83 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» положения Гражданского кодекса Российской Федерации в измененной Законом № 42-ФЗ редакции не применяются к правам и обязанностям, возникшим из договоров, заключенных до дня вступления его в силу (до 01.06.2015). При рассмотрении споров из названных договоров следует руководствоваться ранее действовавшей редакцией Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом сложившейся практики ее применения (пункт 2 статьи 4, абзац второй пункта 4 статьи 421, пункт 2 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Названное разъяснение, основанное, прежде всего, на пункте 2 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации, направлено на обеспечение стабильности договоров, заключенных до соответствующего изменения гражданского законодательства: в отсутствие дополнительных волеизъявлений сторон о применении к их отношениям нового регулирования они подчиняются ранее действовавшей редакции Гражданского кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем применительно к регулированию исковой давности это не исключает ни возможности заключения сторонами новых соглашений, подчиненных уже новому регулированию, ни права стороны в соответствии с законом и договором в одностороннем порядке своим волеизъявлением изменить режим своей обязанности в пользу другой стороны.

Поэтому, если сторона письменно в одностороннем порядке или в соглашении с другой стороной, подтвержденном в двустороннем документе, признает свой возникший из заключенного до 01.06.2015 договора долг, исковая давность по которому не истекла на момент введения в действие Закона № 42-ФЗ, однако уже истекла к моменту такого признания долга, то к отношениям сторон подлежит применению пункт 2 статьи 206 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Указанная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.05.2022 № 305-ЭС21-26233.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 12 постановления Пленума  № 43,  бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск.

В настоящем случае спорный контракт заключен до введения в действие Закона № 42-ФЗ и доказательств  признания  уполномоченным лицом учреждения  задолженности  после истечения срока исковой давности не имеется.

Ссылка общества на то, что  таким доказательством является  акт сверки  за период января – октября 2022 года, подписанный со стороны  учреждения заместителем  начальника учреждения по финансовым вопросам ФИО3,   правомерно отклонена судом.

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце 2 пункта 20 постановлении Пленума № 43, к действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом. Ответ на претензию, не содержащий указания на признание долга, сам по себе не свидетельствует о признании долга.

Согласно пункту 22 постановления Пленума № 43, совершение представителем должника действий, свидетельствующих о признании долга, прерывает течение срока исковой давности при условии, что это лицо обладало соответствующими полномочиями (статья 182 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, из указанных разъяснений следует,  что признание долга, в том числе и за пределами срока исковой давности для целей применения пункта 2 статьи 206 Гражданского  кодекса Российской Федерации, должно исходить от  уполномоченного на это лица.

В данном случае,  вопреки  позиции  общества, заместитель  начальника учреждения по финансовым вопросам ФИО3 такими полномочиями не обладала.

Так, доверенность на представление  интересов от имени  учреждения в целях  признания долга за пределами  срока исковой давности у нее отсутствовала (в представленном ответчиком журнале регистрации выданных доверенностей  не имеется  сведений о выдаче доверенности ФИО3 – т. 2, л.д. 104)., в то время как пунктом 2.4  должностной инструкции начальника учреждения (т. 3, л.д. 142) предусмотрено, что именно он выдает доверенности). 

Должностной инструкцией  заместителя начальника учреждения по финансовым вопросам от 08.04.2019  предусмотрено, что он  подчиняется непосредственно начальнику учреждения (пункт 1.3), в его должностные обязанности входит разработка внутренних документов, контроль ведения налогового, бюджетного, статистического  учета, составление  налоговой, бюджетной, статистической отчетности, проведение работ по финансовому анализу.

При этом соглашением от 09.04.2018 (т. 3, л. д. 102) функции учреждения по ведению  бюджетного (бухгалтерского) учета, составлению бюджетной (бухгалтерской), налоговой отчетности  и отчетности в государственные внебюджетные фонды были переданы ГКУ Калужской области «Централизованная бухгалтерия в сфере дорожного хозяйства»    (ЦБДХ).

Таким образом, функции по контролю за состоянием  дебиторской и кредиторской задолженности,  определению причин  сложившейся дебиторской и кредиторской задолженности и принятию мер по урегулированию и возврату задолженности, возложены на заместителя начальника учреждения по финансовым вопросам в целях взаимодействия с централизованной бухгалтерией (ЦБДХ) по ведению  бухгалтерского учета и составлению бюджетной (финансовой) отчетности (раздел III должностной инструкции), а не в целях возникновения гражданско-правовых последствий.

Право распоряжения имуществом учреждения, согласно пункту 2.3 должностной инструкции начальника учреждения (т. 3, л.д. 142), предоставлено именно ему.

Пунктом 7.2 учетной политики для целей бюджетного учета,  утвержденной приказом ГКУ КО «ЦБДХ» в рамках заключенного с  ответчиком соглашения, кредиторская задолженность,  не востребованная кредитором,  списывается на финансовый результат на основании приказа руководителя учреждения; решение о списании принимается  на основании данных проведенной инвентаризации и служебной записки главного бухгалтера о выявлении кредиторской задолженности, не востребованной кредиторами, срок исковой давности по которой  истек (т. 4, л.д. 8).

В соответствии с  соглашением от 09.04.2018 приказом учреждения от 31.10.2022 № 159  была назначена инвентаризация активов и обязательств (т. 4, л.д. 14), по результатам которой ГКУ КО «ЦБДХ» в адрес учреждения  направило  письмо от 08.11.2022 № 61-22 о необходимости списания  с балансового счета 302 и отображении на забалансовом счете 20  задолженности перед обществом по причине истечения срока исковой давности (т. 4, л. д. 21).

На основании  этого приказом учреждения от 07.03.2023 № 48 (т. 4, л. д. 22) заместителю  начальника учреждения по финансовым вопросам ФИО3 было предписано  списать с балансового счета и  принять на забалансовый счет кредиторскую задолженность перед обществом по причине  срока исковой давности.

Исходя из   процедуры ведения  учетных операций в учреждении, с учетом  показаний свидетелей ФИО3 и ФИО6 (начальника учреждеения),  суд сделал правильный вывод о том, что  подписание заместителем   начальника учреждения по финансовым вопросам акта сверки  за период января – октября  2022 носило технический характер в целях  оформления последующего списания  задолженности перед обществом в рамках  учетной политики  ЦБДХ, которой соглашением от 09.04.2018  были переданы функции по ведению  бюджетного (бухгалтерского) учета в учреждении.

Ссылка  истца на  то, что судом не исследован трудовой договор с ФИО3 в целях применения статьи 402 Гражданского кодекса Российской Федерации, не влияет на существо решения,  так как полномочия указанного лица  определены на основании вышеуказанной совокупности  доказательств.

Довод истца о наличии на спорном акте сверки подписи главного бухгалтера   ЦБДХ  также не свидетельствует  о признании  задолженности в целях применения исковой давности.

Юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами (пункт 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно Федеральному закону от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон № 402-ФЗ) бухгалтер осуществляет ведение бухгалтерского учета в соответствии с возложенными на него органом юридического лица полномочиями.

Таким образом,  Закон № 402 не предоставляет главному бухгалтеру (бухгалтеру) право представлять организацию без соответствующей доверенности.

Согласно сложившейся судебной практике, акты сверки расчетов, подписанные главным бухгалтером, отражают наличие неоплаченных счетов, однако не свидетельствуют о признании долга и не являются документами, прерывающими течение срока исковой давности (определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.04.2016 № 301-ЭС16-2972, от 20.02.2017 № 305-ЭС16- 21450(2), от 21.02.2019 № 307- ЭС18-25946,от 07.08.2019 № 308-ЭС19-12136, 03.06.2021 № 305-ЭС21-9771, от 16.12.2021 № 308-ЭС21-24000 и др.).

Акт сверки взаиморасчетов, подписанный работником, действующим без доверенности, не принимается в качестве основания для прерывания срока исковой давности. Если в акте сверки взаиморасчетов стоит только подпись главного бухгалтера, то такой документ не является достаточным доказательством, если это лицо не уполномочено руководителем на такие действия. В этом случае акт сверки рассматривается как технический документ бухгалтерского характера, он не является правоустанавливающим документом, порождающим права и обязанности сторон, а лишь подтверждает размер долга на определенную дату и не свидетельствует о признании ответчиком долга, а значит,  не прерывает течение исковой давности.

Таким образом, даже в случае  непринятия во внимание  подписи заместителя  начальника учреждения по финансовым вопросам ФИО3,  одна лишь подпись главного бухгалтера не  свидетельствует о признании  долга после истечения срока исковой давности.

Довод заявителя  о наличии  на акте сверки печати, исходя из фактических обстоятельств дела,  а также того, что ответчиком выступает государственное учреждение и печать, согласно пояснениям последнего, данным в апелляционной инстанции,  постоянно  хранится в финансовом отделе,  который курирует  заместитель  начальника  по финансовым вопросам, не может автоматически свидетельствовать  об одобрении  его полномочий.  Тем более, что, как указано выше, действия   заместителя  начальника  по финансовым вопросам, а также порядок  ведения бухгалтерского учета в учреждении,  регламентированы соответствующими  должностными инструкциями и положениями, в том числе в рамках  отношений с ГКУ КО «ЦБДХ».

.Более того,  самим обществом в материалы дела представлены акты сверки за 2018-2019 годы, которые подписаны  начальником учреждения и уполномоченным  бухгалтером централизованной  бухгалтерии, что подтверждает тот факт, что обществу не могло не быть известно о порядке  подписания  соответствующих документов, в том числе для целей признания долга за пределами срока исковой давности.

Аналогичный подход  изложен в постановлениях Арбитражного суда  Северо-Кавказского округа  от 14.12.2018  по делу № А32-1605/2018, от 17.09.2021 по делу № А32-26501/2020, постановлении Арбитражного суда Московского округа от 03.03.2021 по делу № А40-102875/2020, постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 08.06.2022  по делу № А07-7805/2021. 

При такой совокупности  обстоятельств, с учетом наличия у учреждения статуса государственной организации,  суд первой инстанции  сделал правильный вывод о том,  что спорный акт сверки   за период января – октября  2022 носил лишь технический характер и не порождал  правовых последствий.

 Довод заявителя о том, что  признанием долга  является внесение спорной задолженности в государственную программу «Развитие дорожного хозяйства в Калужской области в 2022-2024 гг.» (опубликовано на портале органов власти Калужской области, министерство транспорта Калужской области https://min-dor.admoblkaluga.ru/) отклоняется судом,  поскольку из указанной программы не следует, что денежные средства выделены исключительно для оплаты спорного контракта (не отражены основание возникновения обязательства, его участники, объем и срок исполнения). В связи с этим  суд обоснованно указал, что  выделение денежных средств из бюджета  предполагает исполнение  мероприятий по  содержанию дорог в рамках  соответствующей федеральной программы в определенный период, а не  финансирование по конкретному  контракту между  сторонами.     

Ссылка заявителя на то, что акты сверки за 2018-2019 годы, которые подписаны  начальником учреждения и уполномоченным  бухгалтером централизованной  бухгалтерии, должны приниматься во внимание в целях  возобновления течения срока исковой давности  в соответствии с пунктом 2 статьи 206 Гражданского  кодекса Российской Федерации, не влияет на принятое решение, поскольку в этом случае срок исковой  давности истекал бы  26.12.2022, в то время как с настоящим иском  общество обратилось  за пределами этой даты –  31.05.2023 (почтовый конверт – т.1, л.д. 98).

Позиция заявителя о том,  что до 26.12.2022, а именно – 16.04.2020,   учреждение обращалось в   суд  с иском к обществу   о взыскании  убытков в виде стоимости  выполненных работ (дело № А23-2697/2020), а потому срок исковой давности приостанавливался на период рассмотрения спора (с 16.04.2020 по 25.02.2023) в порядке пункта 1 статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем  акты сверки за 2018-2019 годы, подписанные  начальником учреждения, должны приниматься во внимание, является ошибочной.

В силу пункта 1 статьи 204 Гражданского  кодекса  Российской Федерации срок исковой давности не течет с момента обращения за судебной защитой, в том числе со дня подачи заявления о вынесении судебного приказа либо обращения в третейский суд, если такое заявление было принято к производству.

В деле № А23-2697/2020 общество  не являлось истцом, а выступало в качестве ответчика по спору, связанному с расторжением государственного контракта от 01.10.2013  № 249-13, в связи  с чем  рассмотрение указанного спора  не приостанавливало течение срока исковой давности по  заявленному в настоящем деле требованию о взыскании  задолженности.

Следовательно,  обращение учреждения  с иными требованиями  к обществу по другому делу не изменило ни начало течения срока исковой давности, ни его окончание  по данному  спору.  

Довод истца о том, что 26.07.2022  ответчик  возвратил ему обеспечение  контракта,  не является основанием для вывода о  признании долга за пределами срока исковой давности,  поскольку возврат  денежных средств обществу, внесенных в качестве залога,  регламентируется  условиями иного договора от 27.09.2013 № 249-13, в то время как  настоящий спор возник из государственного контракта  от 01.10.2013 № 249-13.

Ссылка  заявителя на то, что ответчиком в письменном виде  признан  факт    действия спорного контракта до момента вступления в силу 18.07.2022 решения по делу  № А23-5198/2021, не влияет  на  принятое решение,  поскольку  пункт 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации связывает начало течения  срока исковой давности по обязательствам с определенным сроком исполнения с моментом  окончания срока исполнения соответствующего  обязательства,  а не с  окончанием  договора, из которого возникло такое обязательство.  

Таким образом, оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции по приведенным в  апелляционной жалобе  доводам не имеется.

Нарушений процессуальных норм, влекущих безусловную отмену  судебного акта (часть 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлено.

В соответствии со статьей 110,  частью 3  статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина по  апелляционной жалобе подлежит отнесению на  заявителя.

В соответствии со статьей 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством размещения на официальном сайте  суда  в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (в информационной системе «Картотека арбитражных дел» на сайте федеральных арбитражных судов по адресу: http://kad.arbitr.ru). По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии судебных актов на бумажном носителе могут быть направлены им заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд.

На основании изложенного,  руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 269, статьей  271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд      

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Калужской области от 05.12.2024  по делу №  А23-4780/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской

Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий

Судьи

                         Л.А. Капустина

                         И.Ю. Воронцов                            

                         Н.В. Егураева