Постановление от 28 декабря 2023 г. по делу № А70-7592/2020

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А70-7592/2020
28 декабря 2023 года
город Омск


Резолютивная часть постановления объявлена 21 декабря 2023 года

Постановление изготовлено в полном объёме 28 декабря 2023 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Аристовой Е. В.,

судей Дубок О. В., Целых М. П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством системы веб-конференции апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-9618/2023) Балахниной Елены Дмитриевны на определение от 14.08.2023 Арбитражного суда Тюменской области по делу № А70-7592/2020 (судья Поляков В. В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего имуществом должника к Балахниной Е. Д., Хамадярову Геннадию Хамидулловичу, Хамадярову Андрею Андреевичу о признании сделки недействительной, применении последствий её недействительности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Бестужева (Хамадярова) Андрея Геннадьевича (ИНН 720404768840, далее также – должник),

при участии в судебном заседании представителя ФИО2 – ФИО6 по доверенности от 19.07.2021 № 72АА 2032730,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Дорожник» (ИНН <***>, ОГРН <***>) обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о признании ФИО7 несостоятельным (банкротом), принятым к производству определением от 22.06.2020.

Определением от 01.09.2020 Арбитражного суда Тюменской области в отношении должника введена процедура реструктуризации его долгов, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО8.

Решением от 25.12.2020 Арбитражного суда Тюменской области ФИО7 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО8

Определением от 06.09.2021 Арбитражного суда Тюменской области, оставленным без изменения постановлением от 02.12.2021 Восьмого арбитражного апелляционного суда, ФИО8 отстранена от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве.

На основании определения от 13.01.2022 финансовым управляющим имуществом должника утверждён ФИО9 (далее – финансовый управляющий).

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника финансовый управляющий обратился 24.02.2021 в арбитражный суд с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), об оспаривании в качестве единых следующих сделок должника по отчуждению: нежилого помещения, расположенного в нежилом строении (литера А1), площадью 17,2 кв. м, номер на поэтажном плане 52, находящегося по адресу <...> Октября, д. 8А (далее – гараж), оформленную договором купли-продажи нежилого помещения от 27.11.2012 в пользу ФИО3, договором дарения от 16.12.2020 в пользу ФИО4; квартиры № 28, расположенной по адресу: <...> (далее – квартира), оформленную договором купли-продажи от 27.11.2012 в пользу ФИО10 и договором купли-продажи от 12.06.2017. в пользу ФИО2

Определением от 01.09.2021 Арбитражного суда Тюменской области, оставленным без изменения постановлением от 31.03.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда, признаны недействительными сделки по отчуждению должником следующего имущества: гаража, оформленную договором купли-продажи нежилого помещения от 27.11.2012, договором дарения от 16.12.2020 в пользу ФИО4; квартиры, оформленную договорами купли-продажи квартиры от 27.11.2012, от 12.06.2017 в пользу ФИО2; применены последствия недействительности сделок в виде возложения обязанности возвратить в конкурсную массу должника: на ФИО4 – гараж, на ФИО2 – квартиру; взыскана государственная пошлина в доход федерального бюджета с ФИО4 и ФИО3 солидарно в сумме 6 000 руб., с ФИО2 и ФИО3 солидарно в размере 6 000 руб.

Постановлением от 10.06.2022 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа вышеуказанные определение суда от 01.09.2021 и постановление апелляционного суда от 31.03.2022 отменены в части признания недействительной сделки по отчуждению ФИО5 в пользу ФИО2 квартиры, расположенной по адресу <...>, оформленной договорами купли-продажи квартиры от 27.11.2012, 12.06.2017, применения последствий недействительности данной сделки, взыскания государственной пошлины, в отменённой части обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Тюменской области. В остальной части судебные акты оставлены без изменения.

Суд округа согласился с выводами судов о том, что спорные договоры купли-продажи и дарения гаража являются единой цепочкой мнимых сделок между близкими родственниками с целью сохранения контроля над имуществом должника и сокрытия от обращения на него взыскания кредиторов, признаются недействительными по признакам, предусмотренным статьями 10, 168, пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Отменяя судебные акты судов, суд кассационной инстанции пришёл к выводу, что обжалуемые судебные акты не содержат оценки доказательств, свидетельствующих о том, что отсутствуют намерения сторон исполнять договор купли-продажи квартиры от 12.06.2017, ФИО2 не оплатила цену спорной квартиры и не проживает в ней (проживает в другой квартире).

Судом округа отмечено, что доказыванию подлежат обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались её исполнять; оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц. Без исследования названных обстоятельств (в частности, способных подтвердить или опровергнуть сомнения о том, являлся ли договор купли-продажи квартиры от 12.06.2017, наряду с первым, единой цепочкой сделок, прикрывающих прямой переход от должника через номинального собственника ФИО3 титула собственника квартиры непосредственно ФИО2), не мог быть правильно разрешён и вопрос применения последствий недействительности сделок.

В силу части 2.1 статьи 289 АПК РФ указания арбитражного суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении об отмене решения, судебного приказа, постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

При новом рассмотрении определением от 14.08.2023 Арбитражного суда Тюменской области по делу № А70-7592/2020 признана недействительной сделка по отчуждению ФИО7 в пользу ФИО2 квартиры, оформленной договорами купли-продажи квартиры от 27.11.2012, от 12.06.2017, применены последствия недействительности сделки. На ФИО2 возложена обязанность вернуть квартиру в конкурсную массу, формируемую в деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО7

В апелляционной жалобе ФИО2 (с учётом пояснений вх. 09.10.2023) ставится вопрос об отмене определения суда в части признания недействительной сделки по отчуждению должником в пользу ответчика квартиры, оформленной договорами купли-продажи квартиры от 27.11.2012, 12.06.2017, применении последствий недействительности сделки, отказе в удовлетворении требований финансового управляющего в этой части. Мотивируя свою позицию, апеллянт указывает на следующие доводы:

- финансовым управляющим в суд не представлено дополнительно ни одного доказательства, подтверждающего иные намерения ответчика, помимо тех, о которых говорилось ранее, не поданы заявления, не осуществлены иные действия, не исполнены процессуальные обязанности;

- в качестве одной из причин невозможности проживания в квартире ответчик указывала на то, что жилое помещение расположено на четвёртом этаже дома, без лифта, на состояние здоровья, подтверждённое документально;

- суд исказил факты, касающиеся событий при покупке квартиры, в отношении чего ответчиком даны пояснения суду кассационной инстанции;

- в материалах дела имеются фактические доказательства, свидетельствующие о целях и возможностях приобретения ФИО2 спорной квартиры в 2017 году (сведения о наличии денежных средств на покупку квартиры, с необходимыми подтверждающими документами; поквартирная карточка и справка с места жительства о постоянной регистрации ФИО2 в спорной квартире как основному месту жительства; характеристика участкового, составленная со слов соседей по площадке, о реальном проживании ответчика с 2017 года в спорной квартире: финансовые выписки из лицевого счёта ТРЦ об оплате ответчиком коммунальных услуг, в том числе в безналичном порядке, выписки банка; справка ТСН об участии ответчика в общих собраниях многоквартирного дома, расположенного по адресу спорной квартиры);

- ответчик в пояснениях указывала, не скрывая, на сложившиеся добрые отношения с матерью ФИО11 – ФИО12, на перевод в сумме 3 000 руб. ФИО10 по просьбе дочери через год после покупки квартиры. Указанное обстоятельство носит разовый характер, возникло спустя 1 год после покупки спорной квартиры. Финансовые взаимоотношения ФИО12 и ФИО2 никак не исключают реального использования ответчиком спорной квартиры и не опровергают цель её приобретения;

- с должником апеллянт до заключения спорного договора знаком не был, о том, что должник признан банкротом, узнал только из полученного заявления финансового управляющего; ФИО12 о делах своего сына ничего не рассказывала;

- разовый перевод со стороны ФИО13 ФИО4 имел место спустя 5 лет после заключения спорного договора, основан на взаимоотношениях, возникших за время работы ФИО13 у родителей должника. Отношения дочери апеллянта с сыном должника ФИО4 никакого отношения к спорной квартире также не имеют;

- признав ФИО13 связующим звеном между заинтересованными лицами по спорным сделкам, суд первой инстанции в нарушение требований статей 165, 168, 270 АПК РФ не выяснил обстоятельства связи ответчика через ФИО13 с должником, мотивы их отношений;

- обстоятельства связи ФИО13 и должника, а именно то, в чём она была проявлена, была ли такая связь направлена на достижение цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, судом не выяснялись. Суд усиленно признавал явку ФИО14 обязательной, но ни разу не сделал этого в отношении ФИО13, несмотря на то, что указанные лица вообще не являлись участниками обособленного спора;

- факты, установленные в обжалуемом судебном акте (работа ФИО13 в организации родителей должника, приобретение ею у матери должника квартиры по договору купли-продажи от 01.03.2016 и перечисления денежных средств в размере 1 500 000 руб. в счёт оплаты по договору, а также наличие хороших отношений ФИО13 с родителями должника), не могут служить безусловными доказательствами связи между ФИО2 и должником. Такими доказательствами не могут служить и обстоятельства получения ответчиком по 12 000 руб. в мес. в 2018 году; разовое перечисление денежных средств ФИО4 в 2022 году по истечении 5 лет после совершения спорной сделки; приобретение квартиры в 2007 году за 10 лет до совершения спорной сделки; регистрация ФИО14 в 2021 года по истечении 4 лет после совершения спорной сделки; перечисление ФИО14 ФИО15 денежных средств в неизвестное время; взятие ответчиком 70 000 руб. незадолго до совершения спорной сделки; «обналичивание» денежных средств в размере 3 600 000 руб. перед совершением спорной сделки; наличие у ответчика большого количества расчётных счетов;

- понятие «сожительства» является широким и может выходить за круг так называемого традиционного понимания «гражданского брака»;

- суд округа, направляя дело на новое рассмотрение, прямо и недвусмысленно определил круг обстоятельств, подлежащих выяснению судом первой инстанции. Изложенные в постановлении суда кассационной инстанции рекомендации суд первой инстанции не учёл;

- суд первой инстанции намеренно и необоснованно затягивал рассмотрение дела (более 12 судебных заседаний при повторном рассмотрении дела), проявлял в деле несвойственную судейскому статусу инициативу при установлении тех или иных обстоятельств, не раскрывая перед сторонами мотивы своих определений и намерений в обособленном споре;

- судом не дана оценка иным косвенным доказательствам и мотивам приобретения ответчиком спорной квартиры, а именно: ближе к центру города, ближе к работе, дешевле и быстрее добираться не только к месту работы от дома и обратно, но и по любым иным делам (скриншоты сайта 2 ГИС г. Тюмени с линейкой расстояний от старой квартиры до центра и от спорной квартиры до центра представлены в дело); состояние здоровья в преддверии покупки спорной квартиры (медицинская документация); покупка квартиры через знакомых дочери; факт нуждаемости в жилье или отсутствие такового при покупке спорной квартиры не имел ни для дела, ни для ответчика, никакого значения. Ей просто хотелось жить в центре города. Она и раньше не нуждалась в жилье – продавала одну квартиру, покупала другую квартиру, и при этом имела третью, реализуя права собственника;

- отсутствие у ответчика расписки в получении ФИО3 покупной стоимости квартиры является простым стечением обстоятельств, которое сложилось не в пользу ответчика и которое не должно ущемлять её права, как собственника;

- перед совершением спорной сделки апеллянт полагался на выписку из ЕГРН, согласно которой собственником значился ФИО3;

- суд неправильно распределил бремя доказывания действительности или недействительности спорной сделки; повышенный стандарт доказывания применён по отношению к ответчику необоснованно. Ответчик является добросовестным приобретателем; бремя доказывания недобросовестности ответчика лежало на финансовом управляющем.

Подробно позиция заявителя изложена в апелляционной жалобе.

Финансовый управляющий в представленном суду апелляционной инстанции письменном отзыве на апелляционную жалобу не согласился с доводами жалобы, просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании 27.11.2023 ФИО2 и её представитель поддержали доводы, изложенные в жалобе, представили копию документа «хронология событий и получения денежных средств ФИО2 за 2011 – 2017 гг.», оригиналы документов (ПКО от 12.09.2019, 05.12.2019, 10.09.2019, 31.12.2019, справки от 22.11.2023, характеристики, справок от 24.11.2023, 07.09.2023, расширенных выписок ПАО Сбербанк по счетам, вкладам, операции по счёту, договоров найма жилого помещения от 07.10.2015, 29.11.2019, 20.09.2020, актов приёма-передачи от 07.10.2015, 29.11.2019, 20.09.2020), копию пояснительной записки суду округа.

Определением от 29.11.2023 рассмотрение апелляционной жалобы отложено на 21.12.2023; в порядке статьи 81 АПК РФ предложено представить в апелляционный суд:

заявителю – материально-правовое обоснование требований недействительности сделки по отчуждению квартиры, оформленной договорами купли-продажи квартиры от 27.11.2012, от 12.06.2017 в пользу ФИО2, при раскрытии обстоятельств, по которым сделки объединены единым умыслом; в случае понимания оспариваемой сделки в качестве мнимой оценить доводы апеллянта о мотивах приобретения квартиры, фактическом проживании, несении бремени содержания и т. п.; возможного фактического места проживания ответчика;

ответчику – обозначить источник денежных средств для приобретения спорной квартиры (последовательно, начиная с отчуждения ранее принадлежавшей квартиры по ул. Малиновского; аккумулирования денежных средств; приобретение квартиры по ул. Беляева (в том числе цели такого приобретения, обозначенные суду апелляционной инстанции); цели кредитования; порядок оплаты за спорную квартиру, в том числе с учётом получения денежных средств за ранее отчужденную при участии средств банка (перечисление на расчётный счёт ответчика, снятие, закрытие расчётного счёта и проч.); наличие в собственности ответчика, его родственников, иных лиц жилья, доступного ответчику для проживания.

Информация о движении дела размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в Картотеке арбитражных дел, отчёты о публикации приобщены к материалам дела.

Во исполнение вышеуказанного определения от финансового управляющего и ФИО2 поступили письменные объяснения и пояснения соответственно (вх. 18.12.2023 и 19.12.2023 по системе подачи документов в электронном виде «Мой Арбитр»).

К пояснениям апеллянта приложены: документ документа «хронология событий и получения денежных средств ФИО2 за 2011 – 2017 гг.»; договор на поставку интернета в квартиру.

От представителя ФИО2 поступило ходатайство о проведении онлайн-заседания, которое удовлетворено апелляционным судом. Судебное заседание проведено посредством веб-конференции с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел».

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в жалобе, письменных пояснениях.

Учитывая надлежащее извещение иных лиц, участвующих в рассмотрении обособленного спора, о времени и месте проведения судебного заседания, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие в соответствии с положениями статей 123, 156, 266 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь абзацем вторым части 2 статьи 268 АПК РФ, а также пунктом 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации (далее – ВС РФ) от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», полагает, что дополнительные доказательства должны быть приобщены к материалам дела, поскольку имеют существенное значение для правильного, полного и всестороннего разрешения настоящего спора, вынесения законного и обоснованного судебного акта.

Рассмотрев апелляционную жалобу, отзыв, письменные пояснения и объяснения, материалы дела, заслушав представителя апеллянта, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, суд апелляционной инстанции установил следующее.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, что 27.11.2012 между ФИО16 (продавец) и ФИО3 (покупатель) подписан договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <...>.

Цена договора согласована сторонами в размере 1 000 000 руб.; покупатель уплатил указанную сумму до подписания договора, расчёт произведён полностью.

Переход права собственности зарегистрирован 15.03.2013.

На основании договора купли-продажи, подписанного 12.06.2017 между ФИО3 и ФИО2, названная квартира приобретена последней в свою собственность.

Согласно пункту 4 договора стоимость квартиры составила 4 500 000 руб.; покупатель уплатил указанную сумму до подписания договора, расчёты произведён полностью.

Переход права собственности зарегистрирован 25.07.2017.

Полагая договоры единой сделкой, совершённой в целях причинения вреда кредиторам должника, финансовый управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, руководствуясь пунктом 1 статьи 19, статьёй 32, пунктом 1 статьи 61.1, пунктом 2 статьи 61.2, статьёй 61.9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 1, 10, 168, 170 ГК РФ, исходил из доказанности заявителем недействительности оспариваемых сделок в силу мнимого их характера. Последствия недействительности сделок применены судом в соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, пунктом 2 статьи 167 ГК РФ. Суд отклонил доводы ответчика о пропуске срока исковой давности.

Повторно рассмотрев материалы обособленного спора в пределах доводов апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого определения.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой Х, регулируются главами I – III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Закона.

На основании пунктов 1, 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве, пункта 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» сделки граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, с целью причинения вреда кредиторам, совершённые до 01.10.2015, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее – ВАС РФ) от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершённая до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учётом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Как указано в Обзоре судебной практики ВС РФ № 1 (2014), утверждённом Президиумом ВС РФ 24.12.2014, а также определении ВС РФ от 12.08.2014 № 67-КГ14-5, установленный в статье 10 ГК РФ запрет злоупотребления правом в любых формах направлен на реализацию принципа, закреплённого в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации.

Согласно правовой позиции, приведённой в определениях ВС РФ от 20.10.2015 № 18-КГ15-181, от 01.12.2015 № 4-КГ15-54, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряжённое с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при её совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создаёт или создаст в будущем препятствия.

Пунктом 1 статьи 170 ГК РФ предусмотрено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершённая лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Пленум ВС РФ в пункте 86 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил, что мнимая сделка, то есть сделка, совершённая лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида её формальное исполнение.

Указанное положение закона направлено на защиту от недобросовестности участников гражданского процесса (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2004 № 463-О).

Формально выражая волеизъявление на заключение мнимой сделки, фактически её стороны не желают установления, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей по отношению друг к другу.

Пункт 1 статьи 170 ГК РФ применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений её исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при её совершении (постановления Президиума ВАС РФ от 07.02.2012 № 11746/11, от 05.04.2011 № 16002/10).

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у её сторон отсутствует цель достижения заявленных результатов; волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

Установление того, что стороны на самом деле не имели намерений на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих её сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путём анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а суд не вправе уклониться от их оценки (определение ВС РФ от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

Поскольку мнимая сделка не предполагает исполнения, из неё не может возникнуть долг или иное денежное обязательство. Если сделка исполнялась хотя бы одной стороной, она не может быть признана мнимой.

Применительно к настоящему обособленному спору суд первой инстанции усмотрел признаки ничтожности в силу мнимости совершённого между близкими родственниками договора купли-продажи от 27.11.2012, как начала исполнения не порождающей юридических последствий единой цепочки сделок, окончание которого приходится на дату перехода права собственности к ответчику (25.07.2017).

Как указал суд, определением от 10.10.2017 Арбитражного суда Тюменской области по делу № А70-8790/2014, оставленным без изменения постановлением от 23.01.2018 Восьмого арбитражного апелляционного суда, ФИО7 привлечён к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Дорожник» в совокупном размере 47 000 000 руб.; при этом обстоятельства, послужившие основаниями привлечения к ответственности, возникли в декабре 2008 года.

Надлежит учесть, что договор от 12.06.2017 подписан накануне поступления в суд заявления о привлечении ФИО7 к субсидиарной ответственности (23.06.2017), что с учётом даты регистрации перехода права собственности может свидетельствовать о его подписании более ранним числом и при очевидной осведомлённости о предстоящей судебной тяжбе, результатом которой стало удовлетворение многомиллионных притязаний к должнику.

Указанное, в совокупности с одномоментным отчуждением иного принадлежащего должнику имущества ФИО3 (гараж), при объективной осведомлённости ФИО7 о неблагоприятных последствиях совершения им неправомерных действий по отношению к обществу и его кредиторам, очевидно свидетельствует о формальности передачи имущества, его сокрытии, в целях невозможности обращения взыскания на данное имущество в результате привлечения к ответственности.

По общему правилу, оформление цепочки договоров представляет собой единую сделку, характеризующуюся общим умыслом её участников на вывод активов в условиях неплатёжеспособности должника; слаженность и последовательность действий группы заинтересованных лиц, влекущих безвозмездное выбытие активов, направлено на искусственное создание фигуры «добросовестного приобретателя» также свидетельствует о наличии между сторонами сделок доверительных отношений, недоступных обычным (независимым) участникам рынка (определения ВС РФ от 28.12.2020 № 308-ЭС18-14832(3,4), от 31.07.2017 № 305-ЭС15-11230).

Пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве допускает оспаривание в деле о банкротстве в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве, исключительно сделок, совершённых должником или другими лицами за счёт должника.

Под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платёж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачёте, соглашение о новации, предоставление отступного и т. п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счёта клиента банка в счёт погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента) (пункт 1 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», далее – постановление № 63).

В силу положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 5 постановления № 63, следует, что для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинён вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учётом пункта 7 постановления № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В пункте 9 постановления № 63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания её недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определённых пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учётом пункта 6 постановления № 63).

Согласно пункту 1 статьи 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

В силу статьи 551 ГК РФ переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации (пункт 1). Исполнение договора продажи недвижимости сторонами до государственной регистрации перехода права собственности не является основанием для изменения их отношений с третьими лицами (пункт 2).

Передача недвижимости продавцом и принятие её покупателем осуществляются по подписываемому сторонами передаточному акту или иному документу о передаче (пункт 1 статьи 556 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 558 ГК РФ договор продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры подлежит государственной регистрации и считается заключённым с момента такой регистрации.

Принимая во внимание изложенное выше, исходя из момента окончания исполнения единой сделки (преследуемая цель – государственная регистрация перехода права собственности к «добросовестному» покупателю – 25.07.2017) и даты возбуждения производства по делу о банкротстве должника – 22.06.2020, оспариваемая цепочка сделок подпадает под период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Презумпции наличия цели причинения вреда имущественным правам кредиторов считается доказанной при установлении совокупности обстоятельств: недостаточности имущества должника на момент совершения сделки (либо в результате её совершения), безвозмездный характер этой сделки или в отношении заинтересованного лица (абзац второй пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Однако сама по себе недоказанность этих признаков (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и без использования презумпций, на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ, определения ВС РФ от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4), от 11.05.2021 № 307-ЭС20-6073(6)).

Предполагается, что другая сторона сделки знала о её совершении с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатёжеспособности или недостаточности имущества должника.

Из определения ВС РФ от 07.10.2021 № 305-ЭС16-20151(14,15) следует, что судам необходимо проверить разумное предположение о том, мог ли должник, действуя независимо и преследуя правомерные интересы, совершить оспариваемую сделку на таких же условиях с иным кредитором. С этой целью имеет значение установление отношений связанности, аффилированности должника с контрагентом оспариваемой сделки, наличие у них пересекающихся общих интересов, которые могли бы объяснять мотивы заключения сделки.

В силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сёстры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сёстры и братья супруга.

Относительно наличия признаков заинтересованности между должником, его отцом и ФИО2 суд принял во внимание правовую позицию ВС РФ о возможной аффилированности участников гражданских отношений не только на основании юридических предпосылок (например, взаимного участия в деятельности друг друга), но и на основании сведений об их неформальной заинтересованности в деятельности друг друга.

Как следует из материалов дела, ФИО2 приходится матерью ФИО13, которая, как минимум, в течение 2017 года исполняла обязанности единоличного исполнительного органа общества с ограниченной ответственностью «Эко-ферма Серебряное руно», учредителем которого с 10.09.2012 являлась мать должника – ФИО12; при разрешении настоящего спора ФИО3 указал на отношение, характеризующееся как близкое семейное, к ФИО13

Кроме того, анализ движения средств по расчётному счёту ФИО12 свидетельствует о совершении ФИО13 перечислений в марте 2016 года на сумму 1 500 000 руб. в счет оплаты за приобретённые квартиры по договору купли-продажи от 01.03.2016.

Анализ движения средств по расчётным счетам ответчика свидетельствует о наличии денежных транзакций между счетами ФИО2, с одной стороны, и счетами ФИО7, ФИО12 (мать должника) и ФИО4 (сын должника), с другой; само по себе то обстоятельство, что соответствующие перечисления совершены после 12.06.2017, не освобождает ответчика от обязанности доказывания обстоятельств того, каким образом сделка между незнакомыми и независимыми лицами сподвигла стороны к сближению до степени последующего финансирования покупателем близких родственников продавца – ФИО3

Соответствующие фактическим обстоятельствам объяснения суду не предоставлены; выводы суда о наличии заинтересованности сторон оспариваемой цепочки сделок в суде апелляционной инстанции не опровергнуты.

Применительно к обстоятельствам совершения сделки между фактически заинтересованными лицами коллегия суда принимает во внимание обстоятельства регистрации 20.05.2021 в квартире ФИО14, финансово связанного с ФИО15, которая была зарегистрирована в жилом помещении, принадлежавшем (до его продажи в ходе реабилитационной процедуры) ФИО7

В данной связи надлежит учесть следующее.

Применительно к вопросу о фактическом осуществлении расчётов за спорное имущество сторонами сделок судом первой инстанции по материалам дела также сделан неопровергнутый надлежащими доказательствами вывод об отсутствии убедительных свидетельств их реальности, включая совокупность обстоятельств, касающихся наличия соответствующих финансовых возможностей сторон, доказательств расходования полученных денежных средств.

Как указал суд, в контексте наличия у ФИО7, начиная с 2008 года, значительной кредиторской задолженности нельзя не отметить наличие в материалах обособленного спора совокупности косвенных доказательств, очевидно свидетельствующих о целенаправленном ведении должником предпринимательской деятельности от имени своих родителей и иных близких лиц с тем, чтобы обезопасить получаемые доходы от последующего обращения взыскания на них.

ФИО7 на основании доверенности распоряжался средствами, находящимися на счетах своей матери ФИО12, что установлено судами при рассмотрении спора по делу № 2-2711/2015).

По данным отделения Пенсионного Фонда Российской Федерации по Тюменской области (ответ от 02.04.2021 № 09/3502) в региональной базе данных сведения о периодах работы ФИО3 с 01.01.2010 по 02.04.2021, включаемых в страховой стаж, отсутствуют.

Из ответа Управления Федеральной налоговой службы по Тюменской области от 05.04.2021 № 07-29/002072дсп следует, что доход ФИО3 в 2015 году составил 1 524,86 рублей, в 2016 – 1 396,60 рублей, в 2017 – 245,60 рублей, тогда как сведениями о доходах данного лица за 2010 – 2014, 2018 – 2020 г.г. налоговый орган не располагает.

27.12.2012 ФИО3 продал за 8 000 000 руб. квартиру, расположенную по адресу: <...>, ранее приобретённую в 2006 году в порядке уступки в его пользу прав и обязанностей по договору о долевом участии в инвестировании строительства; при этом одновременно в этом же доме стоянку для автомобилей приобрёл ФИО7 на основании договора долевого участия в строительстве от 02.03.2006 № 08-2006.

Принимая во внимание, что суду не представлены убедительные доказательства расходования ФИО3 вырученных от продажи указанной квартиры средств, суд не исключил, что таковые переданы в ведение ФИО7 как конечного бенефициара соответствующих сделок.

Более того, источники денежных средств для приобретения 17.10.2015 ФИО3 автомобиль Хендэ VI Солярис, при наличии в собственности иного ТС, суду также не раскрыты.

Наряду с этим, 10.08.2017 ФИО12 передаёт в заём обществу с ограниченной ответственностью «Экоферма Серебряное руно», действовавшему в лице ФИО13, денежные средства в сумме 21 500 000 руб., часть из которых в размере 4 500 000 руб., со слов ФИО3, передана именно им за счёт средств, полученных от ФИО2 по оспариваемому договору купли-продажи от 12.06.2017.

Также суд указал, что 04.06.2020 за ФИО3 зарегистрировано право собственности на объект недвижимости, расположенный по адресу: Свердловская область, <...> (отчужден 28.08.2020), а 05.02.2020 – на жилое помещение по адресу: <...> ВЛКСМ, 81а - 28 (отчуждено 09.02.2021).

Предпосылки (мотивы) совершения сделок, источники средств, заинтересованными лицами не раскрыты и не указаны, в том числе по предложению суда.

Указанное в совокупности обусловливает отсутствие совершения должником возмездного договора (27.11.2012); ссылка ФИО3 на то, что источником средств для совершения названной покупки явилась продажа ФИО12 04.09.2012 квартиры, расположенной по адресу: <...>, за 2 800 000 руб., судом отклонена, поскольку, во-первых, заключение указанного договора совпадает с началом деятельности общества с ограниченной ответственностью «Эко-ферма Серебряное руно», во-вторых, суд не исключил, с учётом ранее сделанных выводов, что отчуждение этой квартиры со стороны ФИО12 также преследовало одну лишь цель оказания содействия должнику в скрытом ведении предпринимательской деятельности, а средства от её реализации поступили в пользование ФИО7

Более того суд отметил непоследовательную позицию ФИО3, занятую по настоящему обособленному спору, выражающуюся в том, что в судебном заседании, состоявшемся 19.05.2021, ответчик пояснил, что совершил оспариваемые приобретения за счёт своих сбережений, тогда как в последующем уже начал ссылаться на проданную супругой квартиру.

При этом по результатам оценки обоснованности заявления о фальсификации доказательств в порядке статьи 161 АПК РФ суд констатировал безденежность расписок от 26.11.2012.

Согласно пояснениям ФИО2, источники денежных средств для приобретения спорной квартиры (хронология) следующие:

- покупка 15.02.2011 жилого помещения по адресу: <...>, за 1 830 000 руб. (оплата в срок до 16.02.2011 – 400 000 руб., до 05.04.2011 – 1 430 000 руб.);

- продажа 01.04.2011 жилого помещения по адресу: <...>, за 2 900 000 руб.;

- заработная плата (по данным деклараций формы 3-НДФЛ): 2012 год – 596 013 руб., 2013 год – 566 763 руб., 2014 год – 605 462 руб., 2015 год – 431 879 руб., 2016 год – 277 997 руб., 2017 год – 164 875 руб.,

- пенсионные накопления на сумму 352 000 руб.;

- имущественные вычеты на сумму 263 000 руб.,

- доходы от сдачи квартиры по адресу: <...> в размере 378 000 руб.,

- продажа жилого помещения по адресу: <...>, за 3 600 000 руб.

По результатам оценки имеющихся доказательств, доводов участвующих в споре лиц, в ситуации отказа ответчика от раскрытия источника денежных средств для приобретения квартиры по ул. Малиновского, суд учёл следующее.

Судом при оценке взаимоотношений между ФИО2 и её дочерью – ФИО13 установлено большое (19) количество расчётных счетов, открытых на имя ответчика.

Анализ движения средств по этим счетам указывает на то, что при посредничестве (при использовании счетов) ответчика ФИО13 осуществлялись расчёты со своими кредиторами ФИО17 и ФИО18.

Определением суда от 22.02.2023 суд предложил ФИО2 раскрыть цель кредитования в акционерном обществе «Западно-Сибирский коммерческий банк»: 18.07.2012 на сумму 500 000 руб., 03.09.2019 на сумму 235 000 руб., 07.11.2019 на сумму 200 000 руб., 16.12.2019 на сумму 112 910 руб., 11.02.2020 на сумму 261 000 руб., в акционерном обществе «ОТП банк» 01.06.2017 на сумму 70 000 руб., а также источник средств для возврата кредитов, пояснить источник и обстоятельства, начиная с 2018 года, ежемесячного пополнения счетов в акционерном обществе «Западно-Сибирский коммерческий банк» и публичном акционерном обществе «Сбербанк России» в размере, сопоставимом с 12 000 руб., указать источник пополнения счёта в акционерном обществе «Западно-Сибирский коммерческий банк»: 06.05.2020 на суммы 120 000 руб. и 141 000 руб., 13.08.2020 на сумму 55 000 руб., раскрыть обстоятельства и причины перечисления с расчётного счёта в публичном акционерном обществе «Сбербанк России» № 40817810567102304467 средств в пользу ФИО4 (в условиях ранее занятой позиции о незнакомстве с этим лицом).

Ответчик в данном случае, ограничившись исключительно устными пояснениями (в отсутствие каких-либо доказательств), сослалась на совершение перечисленных операций исключительно по просьбе дочери и для неё, что подтверждает версию управляющего о том, что ФИО7 и ФИО13 связывают не только близкие отношения, но и совместная хозяйственная деятельность, осуществляемая с использованием финансовых инструментов, принадлежащих близким родственникам.

Суд критически оценил возможность использования денежных средств от ежемесячного дохода в отсутствие доказательств снятия денежных средств, иного аккумулирования.

Обозначаемые ответчиком обстоятельства оплаты по договору от 12.06.2017 также противоречивы: в отсутствие полной оплаты по договору соответствующая запись вносится в договор, но при этом продавец испрашивает согласие на такую сделку, вне уверенности оплаты по ней. Дальнейший расчёт также не подтверждён.

Основываясь на совокупной оценке имеющихся в деле доказательств, коллегия суда исходит из наличия оснований для признания недействительными оспариваемой цепочки сделок по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Пунктом 2 статьи 167 ГК РФ предусмотрено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой всё полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Всё, что было передано должником или иным лицом за счёт должника или в счёт исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу (пункт 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве).

В пункте 29 постановления № 63 разъяснено, что если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт I статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

Основной целью применения последствий недействительности сделки является восстановление первоначального статуса её сторон, т. е. возвращение участников гражданского оборота в наиболее справедливое положение, в том числе в имущественном плане.

С учётом изложенного, является обоснованным возложение на ответчика обязанности передать в конкурсную массу спорную квартиру.

При рассмотрении настоящего обособленного спора в суде первой инстанции заявлено о пропуске срока исковой давности.

На основании положений статьи 195, пункта 1 статьи 196, пункта 1 статьи 200 ГК РФ исковой давностью признаётся срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ, пункта 15 постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Установив, что с рассматриваемым заявлением управляющий обратился в арбитражный суд 24.02.2021, т. е. в течение одного года после введения процедуры реструктуризации долгов в отношении должника (01.09.2020), суд первой инстанции констатировал предъявление требований в пределах срока исковой давности.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не нашли своего подтверждения при её рассмотрении, по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных, по мнению суда апелляционной инстанции, выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не влекущими отмену либо изменение обжалуемого судебного акта.

Нормы материального права применены арбитражным судом первой инстанции правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Расходы по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в порядке статьи 110 АПК РФ относятся на подателя жалобы.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьёй 271 АПК РФ, Восьмой арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение от 14.08.2023 Арбитражного суда Тюменской области по делу № А70-7592/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путём подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленными квалифицированными электронными подписями судей, направляется лицам, участвующим в деле, согласно статье 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Информация о движении дела может быть получена путём использования сервиса «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

Председательствующий

Е. В. Аристова

Судьи

О. В. Дубок

М. П. Целых